История Ведьмы. Стихия. Книга третья

Я наконец-то выговорилась и разрыдалась, больше не в силах сдерживаться.

– Оля, прости. Я не знала. Ты же ничего не говорила, – Эшли крепко прижалась ко мне.

– А разве можно было сказать? – сквозь всхлипы ответила я. – Мне даже с самой собой трудно было беседовать на эту тему. Головой я все понимала. Так будет правильно, невинные люди, погибшие из-за него, останутся живы. Но сердце не хотело соглашаться, оно до сих пор не смирилось, и совесть моя на его стороне. Мой поступок по отношению к Максу можно сравнить только с подлостью. И здесь неважно, чем я мотивировалась.

– Нет, Оля, в последнем ты не права. Мотивация очень важна. Ты это сделала не из собственной прихоти, а ради других людей: родителей, бабушки, Олега. Даже ради Лаури. Я много раз замечала, как она смотрела на вас с Лили. Она никогда не показывала этого, но глаза у нее были грустные. Думаю, в те моменты она вспоминала своих дочерей.

Эшли права. Только мне от этого нелегче. Я чувствую себя настоящим предателем. Но, с другой стороны, я бы не поступила иначе. И это еще один момент, с которым нужно научиться жить.

Я успокоилась, Эшли тоже. Пора заканчивать эту тему.

– Конечно, Максим не хотел убивать меня. Это вышло случайно.

Я усмехнулась, получается каламбур какой-то. Столько смертей произошло от его появления в нашем мире, но все они по чистой случайности.

– Он никак не ожидал моего появления. И когда я врезалась в него, он оттолкнул меня, применив силу суарута. А я не смогла использовать свою. И не спрашивай, почему. Не знаю. Я с высоты упала на землю и, кажется, сломала шею. Помню, как выдохнула в последний раз. А потом все исчезло.

– И ты больше ничего не видела?

– Нет, ничего. Но знаешь, у меня есть странное ощущение, что со мной после смерти произошло что-то. Не знаю, как объяснить. Просто чувствую тяжесть в душе. Точно что-то было, но я не могу вспомнить.

– А я не помню, как умерла, – задумчиво ответила Эшли. – Знаю, что мы сражались. А утром я проснулась, и словно всего этого не было.

– Давай пока оставим прошлое. У меня столько вопросов о настоящем. Я, честно говоря, не понимаю, что происходит. Я сегодня еще не видела Эвена и детей. Где они? И главное. У меня нет ни одного воспоминания из новой жизни. Я с утра обошла весь дом. Кстати, мы живем там же. Только выглядит все по-другому. Пересмотрела все имеющиеся фотографии. Однако у меня не возникло ни единого воспоминания. Вообще чистый лист. Но по фото выяснила некоторые подробности. Мама и папа живы, мы все общаемся. Судя по времени года, недавно был день рождения Лили. И это все. А ты знаешь что-нибудь о нашей жизни?

Эшли растеряно улыбнулась и огляделась по сторонам, жестом указывая на беспорядок.

– Ну, как видишь, нет. Как только мама уехала, я принялась разбирать свои вещи. И оказалось, что здесь нет ничего из моей другой жизни. Даже одежда другая, но, к счастью, в том же стиле.

– А Аманда? Как она вела себя при встрече? Расскажи, – я с интересом ждала ответа.

– Ты не поверишь! – удивленно воскликнула сестра. – Она вела себя вполне обыденно. Будто ничего не произошло.

Меня данный ответ слегка озадачил.

– То есть ты хочешь сказать, что Аманда не знает про другую жизнь. Для нее сегодня ночью ничего не произошло?

– Да, именно!

Эшли была растерянна не меньше меня.

– Хорошо, надо выяснить это. Но для начала быстро убрать весь беспорядок.

Эшли согласно кивнула. Мы разложили вещи на свои места. И когда комната приобрела первоначальный вид, решили позвонить Аманде.

– Мам, привет! Ты скоро вернешься домой? – спросила Эшли, в голосе слышалось волнение.

– Думаю к обеду.

Аманда ответила немного отрешенно. Сразу стало понятно, она была чем-то занята, разговор с дочерью сейчас был явно не кстати.

Эшли озадаченно посмотрела на меня. Я отрицательно замотала головой. Тем самым давая понять, что ее надо вернуть домой как можно скорее.

– Мам, нам с Олей нужно срочно поговорить с тобой, – настоятельно продолжила Эшли.

Пауза на другом конце телефона немного затянулась.

– Мам, ты еще здесь? – переспросила сестра.

– Что-то с Эвеном?

Аманда задала очень неожиданный вопрос. Голос у нее дрогнул. Я очень удивилась. Почему с Эвеном должно быть что-то не так? Но потом предположила, что может быть он уехал в командировку, поэтому она так разволновалась, и именно поэтому его утром не было дома. Но тогда где мои дети?

– Нет, с Эвеном все в порядке, – довольно опрометчиво ответила сестра. – Ты нам очень нужна!

– Хорошо, я скоро буду, – более собранно сказала Аманда и отключила телефон.

Эшли вопросительного посмотрела на меня.

– Не знаю. И где мои дети тоже, – коротко ответила я на ее молчаливый вопрос.

Теперь оставалось только ждать.

Мы с Эшли решили немного обследовать дом на предмет различных изменений. Как два вора украдкой заглянули в каждую комнату. Везде все по-новому. Это было странно, так как у нас в памяти сохранились совсем другие воспоминания.

Осматривая каждое новое место, я везде искала бабушку или хотя бы что-то о ней. В доме мы не нашли ее комнаты. Но, судя по многочисленным снимкам, она здесь точно жила. И вот мы, наконец, дошли до гостиной. Я сразу посмотрела на то место, где в моих воспоминаниях висел портрет, срисованный со свадебной фотографии. Вместо него теперь здесь красовалась другая картина. Бабушка и дедушка вместе. На портрете они намного старше, чем в прошлый раз.

– Наверное, они прожили вместе до конца.

Я сделала вполне очевидный вывод, потому что мы не нашли ни их комнаты, ни вещей, ни каких-либо других признаков жизни.

– По всей видимости, мне так и не удастся познакомиться с ней поближе, – грустно согласилась Эшли.

Мы еще немного постояли возле портрета, а затем пошли на кухню. Эшли заварила чай, достала кексы, и тут появилась Аманда.

Мы с Эшли кинулись ей на шею. Аманда слегка оторопела от такого проявления чувств, но с радостью ответила на объятия. Я смотрела на нее так, будто видела впервые после долгой разлуки.

– О, девочки, что с вами сегодня происходит? – удивленно улыбаясь, спросила она.

– Не обращай внимания, – я улыбнулась, с трудом подавив накатившие эмоции.

– Да что происходит? – вновь спросила она, продолжая удивленно улыбаться. – Вы меня пугаете.

–Ну, честно говоря, мы тебя сейчас действительно испугаем. Тебе лучше присесть.

Аманда вопросительно посмотрела то на меня, то на дочь. Эшли ничего не сказала. Я решила без предисловий. Незачем тратить время на пустые разговоры и расспросы. Я налила ей чашечку чая и продолжила.

– Скажи, что было вчера вечером?

– Не понимаю, – растерянно ответила она.

– Просто перечисли все, что происходило вчера перед тем, как наступила ночь.

– Ничего не происходило. Я работала в своем кабинете, Эшли гуляла где-то, Ричард был занят своими делами. Перед сном я поговорила с тобой по телефону. Позже вернулась Эшли, мы поужинали и легли спать. Это все.

Мы переглянулись с сестрой.

– Ты действительно изменила прошлое! – восторженно произнесла она и озадаченно добавила. – Только не совсем понятно, почему мы с тобой помним ту версию, а мама помнит новый вариант.

После этих слов Аманда изогнула брови до такой степени, что они почти коснулись волос на голове. И это понятно. В обычном мире такая фраза не могла прозвучать всерьез, но только не в нашей жизни.

– Что значит, изменила прошлое? Какое прошлое? О чем вы обе говорите? – у нее тут же посыпалась куча вопросов.

– Аманда, я тебе сейчас все объясню. Точнее покажу. Так будет быстрее и более информативно.

Я решила закончить на этом разговор, пока он не растянулся на многие часы. Однажды я уже использовала такой способ общения, когда пыталась передать Вере и Эшли свои чувства к Максу.

– Может, лучше пойдем в кабинет? – предложила сестра.

– Да, отличная идея!

Я, не дожидаясь остальных, быстро встала и направилась к выходу. Они последовали за мной. В кабинете Аманда расположилась на диване, я рядом с ней. А Эшли в кресле напротив нас.

Тут мне вспомнилось, как я впервые приехала к ним, когда они мне все рассказали. Выглядела я тогда примерно так же, как сейчас Аманда. Никакого понимания происходящего. Теперь мы будто поменялись местами. Это было немного смешно и даже мило. Я улыбнулась.

– Просто не сопротивляйся, расслабься и ни о чем не думай. Доверься мне.

Аманда не переставала удивленно смотреть на нас. Но ничего не стала спрашивать, только согласно кивнула.

– Хорошо.

Я взяла ее за руку, откинулась на спинку дивана, максимально сконцентрировалась и аккуратно коснулась ее разума.

Свой мысленный рассказ в картинках я начала с самого начала, точнее с момента, как помню себя. Я показала ей жизнь бабушки, родителей, встречу с Максом, отъезд в Лондон, появление Лаури, рождение детей. Я старалась максимально подробно передать ей свои воспоминания, чтобы получилась наиболее полная картина. Но я очень осторожно касалась всего, что связанно с Максом. Точнее своих чувств к нему. Не хочу, чтобы Аманда подумала обо мне плохо. Все не так просто, как кажется на первый взгляд. Я с самой собой многие вещи не обсуждаю. Не хватало еще, чтобы кто-то посторонний начал копаться в нашей ситуации. Пусть даже этот кто-то один из самых близких мне людей.

Закончила я показ воспоминаний собственной смертью в прошлом. Процесс занял около получаса, я открыла глаза. Аманда сидела, не шевелясь, пребывая в глубоком ступоре.

Мы с Эшли не торопили ее, давая возможность прийти в себя. Через некоторое время она, наконец-то, зашевелилась.

– Этого не может быть! Как это все могло произойти??? У меня столько вопросов, что я даже не знаю, какой именно задать первым.

Аманда никак не могла поверить в то, что я ей показала.

– Мам, это все было на самом деле. И это все, что мы с Олей помним и знаем, – подтвердила сестра.

– Я не знаю, почему у нас нет других воспоминаний. Мы вообще ничего не знаем о нашей новой жизни.

Мы втроем озадаченно смотрели друг на друга. Но ни у кого не было ответа.

– Ох, девочки, вы же действительно ничего не знаете.

Аманда как-то странно посмотрела на нас, а затем закрыла лицо руками.

Я не очень поняла ее жеста и слов, но на подсознательном уровне почувствовала, что радость моя была не долгой.

– Аманда, где мои дети и Эвен? – прямо спросила я, почти не надеясь, что опасения беспочвенны.

– Они у Элен и Владимира.

Для меня Аманда впервые произнесла имя моей мамы без слез, так как в новой жизни она жива и здорова, а их отношения никогда не прерывались. Но ее ответ был не полным.

– Аманда, а где Эвен? – настаивала я.

Она съежилась, глаза забегали.

– Где мой муж? – более настойчиво.

– Эвен в больнице в Москве, – выдохнула Аманда.

– Что?

Я непонимающе смотрела на свою тетушку. Эшли пересела и взяла меня за руку. Аманда продолжила.

– Следующим вечером, после дня рождения Лили, вы вместе улетели в Россию.

– Зачем? Что с Эвеном? – я грубо прервала ее, волнение и непонимание били через край, срочно нужна информация.

– В гости. А что с Эвеном, не знаю. И никто не знает, – Аманда быстро заговорила, не давая мне возможность перебить ее. – Твои родители гостили здесь примерно две недели, а потом Владимиру необходимо было вернуться по работе. Элен пригласила вас, и вы вместе улетели в Москву. У Антона же в школе особое расписание, там пока еще каникулы.

– И что случилось дальше? Почему Эвен в больнице? Из самолета выпал?

Меня резко окатило раздражение. Вполне оправданная реакция на эмоциональную боль. Я столько сделала, чтобы исправить поступок Макса. Надеялась, что теперь будет все хорошо. Но нет! Похоже, это состояние не относится к моей жизни.

Я уже потеряла Эвена. Он умер у меня на глазах. И он, и Максим, и почти все мои близкие. Для меня это случилось буквально вчера. Я вернулась в прошлое, изменила его. И что в результате? Я потеряла Макса и опять теряю Эвена. Невыносимо, невозможно.

Невозможно жить в постоянной утрате!

Сердце замерло и сжалось в комок. Слезы в два ручья потекли по щекам. Я едва сдерживала рыдания. Но заплакала я сейчас не от боли и переживаний за мужа, а от глубокой обиды на весь мир. Почему так?

– Оля, если честно, я не знаю. И никто не знает. Как только вы добрались до дома, случилось нечто необъяснимое. Эвен просто упал замертво. Элен вызвала службу спасения. Его забрали в больницу, провели всевозможные анализы и тесты. Но ничего не обнаружили. У него просто отказало дыхание. Он без сознания и не может дышать сам.

Я с огромным трудом выслушала рассказ Аманды. Разум, сердце, душа, все мое существо отказывалось воспринимать ее слова. У меня заложило уши, сознание погрузилось в шок, мысли разлетелись в разные стороны. Я больше не плакала, слезы испарились, во рту пересохло, меня затошнило. Но я не двинулась с места, тело будто парализовало. Возникло ощущение, что я падаю в глубокий темный колодец, свет вокруг становится тускнее, меня поглощает тьма. Но я не сопротивляюсь падению, у меня нет такой возможности. Я отдаленно слышу голоса Аманды и Эшли, слов разобрать невозможно.

Тут в нос ударил вполне знакомый аромат нашатыря, настоящая гадость. Сознание просветлело, я очнулась, интуитивно отворачиваясь от мерзкого запаха. Эшли подала мне стакан воды.

– Оля, милая, ты как?

Аманда заботливо приподняла мне голову. Я даже не помню, как легла на диван. Наверное, ощущение падения в колодец было почти реальным. Я сделала пару глотков воды.

– Спасибо, я в норме. Дайте мне минутку.

В подтверждение собственных слов я встала с дивана и прошлась по комнате, стараясь окончательно сбросить оковы ступора и злости. Прокручивая в голове еще раз последнюю информацию, у меня возникла нестыковка.

– Аманда, я что-то недопонимаю. Ты сказала, что доктора в больнице провели все возможные анализы и тесты, но ничего не обнаружили. Верно? – она согласно кивнула. – Разве такое возможно?

– Я не знаю, Оля. По словам врачей, все его медицинские показатели в норме. А по итогам обследования он полностью здоров. Однако это ничего не меняет. Эвен без сознания, самостоятельно не дышит. Он в коме.

Я нервно сглотнула и постаралась воспринимать информацию только разумом.

– Ладно. Следующий вопрос. А где в этот момент была я?

– Элен сказала, что вы были вместе. Она, ты, Эвен, Энтони, Оливия и Владимир. Из аэропорта вы приехали в загородный дом. Там вас ждали горничная и садовник, – Аманда растерянно смотрела на нас, четко передавая то, что ей известно.

– Почему я не помогла ему? Ведь я могу исцелять.

Этот вопрос следовало задать одним из первых. Странно, что я не воспользовалась своим умением.

– Ты пыталась! – резко возразила она. – Но это тоже не помогло.

Мы ненадолго задумались. Не знаю, о чем думали остальные. Но я пыталась осмыслить вышесказанное.

Во-первых, Эвен в непонятной коме.

Во-вторых, врачи не смогли ему помочь, так как истинные причины его состояния не найдены.

В-третьих, даже моя сила оказалась бессильна.

Почему? Как такое может быть?

И самое главное! Что вообще произошло с Эвеном?

Это надо срочно выяснить. Тут в голове возник еще один вопрос. Точнее их миллион, примерно за последние лет тридцать жизни, но этот на данный момент самый интересующий.

– Аманда, если Эвен в Москве, дети у моих родителей то, что здесь делаю я? Почему я не с ними?

Аманда некоторое время вопросительно смотрела на меня. А затем спросила:

– Оля, ты, правда, ничего не помнишь? Совсем ничего?

Теперь я смотрела на нее точно таким же взглядом. Интересно, она действительно думает, что мы с Эшли шутим? Что это самый подходящий момент для подобного рода розыгрышей. Сомнения Аманды понятны. В изменение прошлого сложно поверить. Я бы тоже сомневалась. И здесь неважно, что ты всю жизнь сталкиваешься с магией. Этого просто не может быть. Но моя реальность не выдумка, и не плод моей разгулявшейся фантазии. Эшли тому живое доказательство. Ничего не оставалось, как вновь постараться объясниться.

– Аманда, мои воспоминания ты видела. Это очень сложно, но ты должна поверить. Они не выдумка и не имеют ничего общего с тем, что сейчас происходит. Для нас с Эшли вчера была другая жизнь и другие проблемы. Я ничего не помню из новой жизни. И на данный момент понятия не имею, почему так. Но я это обязательно выясню, только позже. А сейчас ответь, почему я в Лондоне. Вот это мне совсем не понятно.

– Чудеса, – она удивленно развела руками. – Я вчера звонила Элен, чтобы узнать новости об Эвене. Она сказала, что пока никаких изменений. И добавила, что, когда все уснут, ты переместишься к себе домой, проверить одну идею.

Я, раскрыв от удивления рот, застыла на месте, как статуя. Пришлось сделать над собой невероятное усилие, чтобы вновь вернулся дар речи.

– Мама знает о нас? О нашем мире?

– Конечно, знает и всегда знала.

Она сказала это таким будничным тоном, что меня слегка передернуло. Достаточно. Пора заканчивать наше непонятное общение. Мне нужно знать, как по новому сложились наши жизни. Но здесь могут возникнуть определенные сложности.

– Аманда, я показала тебе все, что помню. У меня есть большая просьба. Позволь так же увидеть все, что знаешь ты.

– Оля, это отличная идея, – сразу воодушевилась она. – Так будет гораздо быстрей, чем если я буду рассказывать тебе все события, начиная с моего детства. А лет мне гораздо больше тридцати. Ведь, как я понимаю, различия идут, начиная с тех времен.

– Да, но не спеши радоваться, – я точно знала, о чем говорю. – Мыслительный процесс очень сложный и почти неконтролируемый. Когда ты хочешь что-то рассказать, то вначале думаешь, формулируешь предложения. Здесь так не получится. Мысли мчатся единым потоком. Человеку тяжело сконцентрироваться на чем-то одном, мы думаем обо всем и сразу. Особенно это касается воспоминаний. Никто и никогда не обращает на это внимания, так как наши мысли сокровенны. Они недоступны для окружающих. Когда я увижу твои воспоминания, там могут быть вещи, которые тебе хотелось бы скрыть от других людей.

Аманда внимательно выслушала то, что я сказала. Подумала немного, а затем улыбнулась и ответила:

– Оля, конечно, ты увидишь много моментов, о которых говоришь. Но повторюсь. Если я буду рассказывать с самого начала, то мы даже через неделю не закончим.

– Спасибо, люблю тебя.

Моя благодарность не знала границ. Я крепко прижалась к ней, она ответила на объятия. Я вновь почувствовала себя уютно и тепло, как рядом с мамой.

Я уже собралась с головой окунуться в прошлое, но нас прервал голос Эшли, о присутствии которой я ненадолго забыла.

– Стоп, – обиженно возмутилась она. – А я? Я тоже должна знать, что было раньше!

– О, прости, – я виновато посмотрела на нее, а затем на Аманду. – Ты же не против?

– Разве я могу отказать родной дочери, – она ласково посмотрела на нас. – Что мне нужно делать?

–Вообще-то ничего. Просто расслабься и думай о своей жизни.

Мы взялись за руки. Я постаралась максимально сконцентрироваться и коснулась ее разума. Уже после пары секунд нашего мысленного общения я была приятно удивлена. Теперь чтение мыслей дается намного легче, точнее совсем без затруднений. А это говорило лишь о том, что мое перевоплощение состоялось в свой срок.

– «Ну, хоть какая-то плюшка в новом кошмаре!» – я мысленно порадовалась данному открытию.