История глупых совпадений…

Часть первая.

Глава 1

Ласковое море с тихим шелестом накатывает бирюзовые волны на белый песок, рождая в душе желание поиграть в догонялки с ними. Когда ты, сбросив сандалии, бежишь за волной, катящейся обратно в море, и вдруг она начинает свой путь обратно, и уже ты убегаешь от неё. Бежишь, утопая в мокром песке, и смеёшься словно тебе пять лет. И всё у тебя хорошо, и всё прекрасно. Радостный от того, что смог убежать от волны, ты несёшься по пляжу и кричишь, размахивая руками, показывая папе с мамой какой ты молодец. Какой ты ловкий и смелый, и папа подхватывает тебя на бегу, и подкидывает вверх, и ловит, и опять подкидывает, с весёлым «Ии–и–их!» ты взлетаешь снова и снова. И ты смеёшься, смеёшься, смеёшься…

Резкий звук сигнала разбил красивую и счастливую картинку в самый неподходящий момент и вернул в реальность.

– Да, еду я. Еду. Чего сигналить? – буркнула себе поднос, переключила передачу, щелкнула поворотником и свернула на набережную.

Ту самую набережную, где располагалось наше отделение. Тринадцатое Отделение Главного Управления Магического Сыска. Кое–как втиснув свою «старушку» на парковке, подняла воротник куртки и вышла из машины. Сверху срывались снежинки, стремясь укрыть уже растаявший и превратившийся в грязную жижу снег. Подняв голову, узрела хмурое небо, занавешенное пухлыми серыми тучами.

– Привет, Таркс, всё ждёшь знака свыше? – громыхнул рядом голос Грона.

– Нет, зелененький, по знакам ты у нас главный, – улыбнулась огромному зеленому орку. – Как выходные? Как Мира?

– У меня такое чувство, что это я беременный, и что это у меня постоянный токсикоз, – хмыкнул орк.

– Не переживай. Через два месяца начнётся всё самое интересное, – успокоила я сослуживца.

– Что?

– Малыш родиться.

– Не–е–е, – замотал головой Грон. – Я её к маме отправлю.

– Хитрый.

– Я умный. И дальновидный, – улыбался во все клыки Грон.

– Так, дальновидный ты наш, что у нас нового?

– Пока ничего, но шеф что–то хмурый, прям как сегодняшнее небо.

– Ясно… Ты сейчас куда?

– Мне тут птичка одна на хвосте принесла весточку, надо проверить…

– Хорошо, часа хватит?

– Вполне.

– Отлично, жду через час в отделе. Кстати, эксперты уже прислали отчет по тому труппу из городской канализации?

– Нет ещё, Николсон говорит, к обеду.

– Плохо, пойду потороплю. А Винс уже на месте?

– Да, и не один. Ладно, я уехал.

– Давай, удачи, – махнула рукой Грону и взбежала по ступенькам в теплое нутро управления. – Привет, Сэсил, – кивнула дежурному. – Что такой хмурый?

– Да вот думаю, сейчас написать заявление, или подождать…

– Какое заявление?

– На увольнение.

– Ты уволиться хочешь?

– Нет, не хочу.

– Так, а заявление зачем тогда?

– Считаешь, пусть Сандэрс сам выгонит?

– Да за что? За что выгонит? Что случилось? Ты можешь толком объяснить?!

– За оскорбление, нарушение порядка и дисциплины.

– Сэс, я тебе сейчас врежу, если всё не объяснишь.

– Вот! – мне под нос ткнули фото с милейшим крылатым детёнышем енота. – Это Кусик. Я его купил для Келли.

– Хорошенький. И при чём тут Кусик?

– Ну, я же сюрприз хотел сделать… и заказал доставку сюда… Я отлучился буквально на пару минут… Ума не приложу, как он смог выбраться, клетка была заперта. Честное слово… – тяжело вздохнул Сэсил.

– И?

– Ну что, и? Этот паразит, выбравшись из клетки, каким–то образом умудрился написать «цука» с рабочего планшета, и прям в личку Сандэрсу. Этого ему показалось мало, и он позвонил Сандэрсу по видеосвязи… Полковник решил, что если я ему звоню в три часа ночи, то дело действительно «цука», и принял звонок. Дальше, по его словам, первое что он увидел – была пушистая енотья задница, которая была видна очень чётко и во всех подробностях. Я, кстати, тоже оценил, этот засранец умудрился ещё и скрин экрана сделать. Вот, полюбуйся, – продемонстрировал мне второе фото Сэс. – А затем Кусик ткнул носом в камеру, написал «фыф» и сбросил звонок. Сандерс даже не орал на меня… просто прислал запись.

– А где Кусик? – едва сдерживая смех, уточнила я.

– В карцере, оттуда просто так не выберешься… думаю отправить его обратно.

– Не смей огорчать дочку, Фитни, – раздался над ухом громоподобный голос нашего начальника управления, полковника Сандэрса. – Заявления не приму. Минус три дня от отпуска за то, что забыл поставить пароль. Всё, свободен. Таркс! Ко мне!

Вздохнула, поменяла траекторию движения, направляясь вслед за начальством. И как он всегда узнаёт, что это именно я пришла? Может на мне маячок? Ну не по запаху же? Хотя… учитывая специфическую внешность нашего шефа, не удивлюсь, если в его роду оборотни затесались. Очень уж он колоритный у нас. Огромный как медведь, с рубленными чертами лица, черными, всегда пристально следящими за всеми, глазами, и вот если бы он не был абсолютно лысым, то точно подумала бы про оборотней в роду. Вот только ни одного лысого оборотня никто никогда не видел, они всегда отличались богатством и роскошеством шевелюры.

– Проходи, Таркс, – сказал шеф, стоило только переступить порог его кабинета. – Присаживайся.

– Доброе утро, господин полковник, – поздоровалась я.

– Не уверен, что доброе.

– Что–то ещё случилось, господин полковник, помимо звонка Кусика?

– Смешно. Угу.

– Постите, господин полковник, – спрятала улыбку. – И всё же, что–то случилось?

– Да, случилось. Ты когда укомплектуешь отдел? У тебя уже полгода висит вакансия, – завёл свою шарманку шеф.

– Господин полковник, ну где я вам найду опытного детектива–оперативника? Вы же понимаете…

– Да всё я понимаю, – махнул рукой шеф. – Вот только в Министерстве не понимают. Короче, к нам прикомандировали одного многообещающего сотрудника. Характеристики у него отличные, куча всяческих наград, надо бы его ввести в курс дел.

– Ну, так и оставили бы его у себя, в министерстве, такого ценного, что ж к нам–то? – буркнула я.

– Капитан Таркс! – взревел шеф и со всей силы хлопнул по столу. – Что вы себе позволяете?!

– Прошу прощения, господин полковник, – вскочила я и вытянулась во фрунт. – Разрешите идти и выполнять?

– Нет! Не разрешаю! Сядь!

– Я постою, господин полковник.

– Таркс, не испытывай моё терпение! Сядь! – рявкнул босс.

– Слушаюсь, господин полковник, – отчеканила я и села.

– Эвер, я всё понимаю, – устало потёр переносицу шеф. – И Макса нам никто не заменит, и времени прошло мало… да только нам работать надо, а вас всего трое, с выезда на выезд, у нас вот, – он потряс кипой листов, – уже с самого утра три труппа, два похищения, четыре разбоя и шесть краж. Из всего этого уже четыре дела с применением магии. Так что, я всё понимаю, но этот командировочный – на тебе. Присмотрись к нему, может, он и в самом деле толковый, глядишь, приживётся у нас.

– Так точно, господин полковник, есть присмотреться. Разрешите идти? – кивнула я.

– Иди, Таркс, иди. Только смотрите мне, – продемонстрировав кулак размером с пушечное ядро, шеф хмуро свёл брови. – Без этих ваших выкрутасов, ясно!

– Так точно, господин полковник! – опять изобразила болванчика я.

– Иди уже, – махнул рукой на меня босс.

Выйдя от шефа, направилась в свой отдел. И замерла на пол пути. Коридоры нашего управления видели всякое. Но такое впервые. Двухметровый лысый громила орк – в розовой балетной пачке, украшенной пайетками, с тиарой из фольги, в шипастом ошейнике и в сетчатых колготах. Худощавый дроу, напяливший на голый торс тулуп на выворот, а поверх тулупа бюстье огромных размеров, напичканное кокосами, довершали наряд вычурный тюрбан из рыболовной сети, трикотажные спортивные шортики и туфли с загнутыми носами. Приземистый и широкоплечий гном – в лёгком сарафане на тоненьких бретельках в миленьких ромашках и в босоножках на танкетке хвастался кривыми волосатыми ногами. Высокий и статный оборотень с сотней нелепых хвостиков, пестрящих разноцветными резинками, в корсете, расшитом стразами, обтягивающих лосинах и пляжных шлёпках.

– … Я же говорю вам, – басил гном. – Это недоразумение.

– Недоразумение?! – насмешливо поднял бровь дежурный. – Я должен поверить, что вы с друзьями обучались прицельному метанию по движущимся мишеням, используя для этого оловянные миски, так как тарелки быстро закончились? Мимо летел косяк диких гусей, и вы решили попробовать так называемые сюрикены на них. Потом продали этих гусей, купили игристого и текилы и, по–старинному дзявскому обычаю, выпили за упокой гусиных душ?

– Да–да, – энергично закивал головой оборотень, отчего хвостики весело затанцевали. – Пусть тушенка им будет пухом.

– А что вы скажите о водителе эвакуатора, которому вы, несмотря на его протесты, нацепили ласты и загнали на фонарный столб? Слезть обратно он не мог, а снимать его вы не хотели. Сказав, что это шутка.

– Ну, конечно, шутка, ну это же действительно смешно, к тому же, никто не любит эвакуаторщиков, – скривился громила в пачке.

– А потом вы грызли жёлуди в Центральном парке, но вы утверждаете, что учились ловить пули зубами… – продолжил перечислять дежурный.

– Да, это для самозащиты, – важно кивнул дроу в тулупе. – Ну, вы же знаете этих сумасшедших, что любят пострелять. Но хочу заметить, вместо пуль мы использовали желуди, потому что обычную пулю нужно ловить мягко и ненавязчиво, а мы так, по словам одного сведущего в этих делах эксперта, пока не умеем. А то чудо со столба, так смешно орал каждые полчаса, мы даже начали сверять с ним часы.

– А побоище в баре? – не унимался дежурный.

– Да что вы? – удивился бородатый чудик в летнем сарафане. – Какое побоище, мы учились правильно фехтовать холодным оружием. Фехтовали, правда, палками от швабр, а не мечами, так как натуральным мечом мы случайно могли попортить мебель в баре.

– А зачем вы закинули сидящему на телеграфном столбе водителю связку бананов? – заинтересованно спросил дежурный.

– Ну он же голодный был, наверное… – почесал тиарой лысину орк.

– А эти экстравагантные прикиды? – изо всех сил, пытаясь сдержать смех, продолжал дежурный.

– Обучались искусству маскировки, – с очень серьёзным видом, почёсывая волосатую грудь, ответил оборотень в шикарном корсете.

– А потом они залезли в рефрижератор с надписью "Куры", где им стало скучно, и они принялись распевать песни. Через полчаса водитель понял, что что–то не так, так как его на каждом светофоре доставали просьбами продать парочку кур–мутантов, которые от холода спасаются тем, что травят анекдоты и поют блатные песни на языке аборигенов, – дополнила я рассказ.

– Откуда вы узнали, капитан? – удивился дежурный.

– Это секретная информация, сержант, – хмыкнула я. – Отпустите этих придурков, я ручаюсь за них.

– Хорошо, как скажите, капитан, – пожал плечами сержант и с сарказмом добавил, – «Леди». Прошу на выход.

Под хихиканье коллег мы вышли на улицу, я швырнула ключи от машины в дроу.

– Через полчаса машина должна быть на месте, клоуны. В голове не укладывается! Как вы посмели?!

– Ты сама нас вынудила! – возмутился гном.

– Конечно, карточный долг – святое. Но зачем вы заявились ко мне на работу, кретины? – возмутилась я.

– Чтобы не было сомнений, – буркнул оборотень. – И мы наконец обнулили счетчик, следующий тур через три недели. У меня. Не опаздывай.

– Всё, «леди», грузитесь. И не забудьте вернуть машину через полчаса, всё ясно?

– Так точно! – гаркнули эти придурки в один голос.

Зрелище грузящихся в машину клоунов подняло настроение на небывалую высоту. Но буквально через несколько минут оно исчезло. Не дойдя пару шагов до кабинета, услышала грохот падающей мебели и звон стекла. Влетев в кабинет, застала, как говорится, «картину маслом»: окно вдребезги, один из столов в щепки, Винс, прижатый незнакомым мужчиной в форме капитана, лежит на полу и что–то хрипит.

– ОТСТАВИТЬ! – гаркнула я. – Что здесь происходит?

Оба драчуна вскочили на ноги и застыли по стойке смирно.

– Я повторяю вопрос, что здесь происходит?

– Ниче… ничего, капитан, – прохрипел Винс, потирая горло.

– Вы уверены?

– Так точно, капитан! – рявкнули они в унисон.

– Хорошо… – прошипела я. – Зир!

– Да, капитан Таркс.

Перед моим носом материализовался призрак.

– Зир, покажи мне, что происходило в кабинете.

– Да, капитан.

В воздухе замелькала дымка галоэкрана, демонстрируя пустой кабинет.

– Перемотай.

– Да, капитан.

Изображение начало мерцать, как старая плёнка на ускоренной перемотке. И вот дверь кабинета распахнулась, и вошли смеющиеся Грон и Винс, увлечённо что–то обсуждая, они расселись по своим рабочим местам. Винс тут же вскочил с места и направился к кофемашине, далее дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появилось новое действующее лицо.

– Останови перемотку, Зир.

– Слушаюсь, капитан.

– Включи звук.

– Да, капитан.

Действие на экране продолжилось.

– Доброе утро, господа, – поздоровался вошедший.

– Доброе, – закивали головами Грон и Винс.

– Могу я увидеть капитана Таркс?

– Капитан Таркс отсутствует, – ответил Грон.

– Хм–м… – демонстративно посмотрел на часы визитёр.

– А вы по какому поводу? – хмуро уточнил Винс.

– Я капитан Марк Иглс, прикомандирован к вашему отделу.

– Понятно, проходи, капитан. Таркс скоро будет, – приглашающе махнул рукой Грон. – Я Грон. И я убегаю. Раз уж у нас пополнение, Винс, расскажи новенькому что да как, а мне надо в одно место заскочить. Таркс наверняка уже на подходе, если что, Винс, я через час буду. Всё, ушел.

Как только дверь за Гроном закрылась, Марк Иглс, произнёс:

– Вольные у вас тут порядки, начальник опаздывает, подчинённые куда–то убегают, по своим делам, бардак, а не отдел.

– Я бы не был столь категоричен, не стоит судить раньше времени, – ещё больше хмурясь ответил Винс.

– Я просто констатирую факты, – криво улыбнулся Марк Иглс.

– Факты надо сначала проверять, или тебя этому не учили?

– Учили–учили, получше некоторых, – хмыкнул капитан Иглс, и направился к столу… столу Макса.

– Этот стол занят, – сказал Винс.

Иглс косо взглянул на него, но всё равно положил папку, до этого зажатую в руке, на стол.

– Я же сказал, этот стол занят.

– И кем же?

– Это стол лейтенанта Терек.

– Этот стол не используется как минимум полгода, на клавиатуре порядочный слой пыли. А это значит, я могу его занять.

– Нет. Это стол лейтенанта Терек.

– Послушай, тебя как звать?

– Старший лейтенант Винсент Кор.

– Так вот, старший лейтенант Винсент Кор, если бы ваш лейтенант Терек хотел бы и дальше занимать этот стол, то он тщательнее бы следил за своим рабочим местом… Подожди, Терек? Это тот лопух, который, не смог обезвредить преступника и подорвался на гранате? – презрительно уточнил Иглс. – Ну, надо было ему осмотрительнее бы…

Договорить Винс ему не дал, метнув в него стоящий рядом стул. Иглс пригнулся, и стул, пробив окно, закончил свой полёт на крыше одной из патрульных машин.

– Ну, сука! Держись! – Винс, заревев как бык, кинулся на Иглса.

Тот, не растерявшись, провёл очень грамотную подсечку и добавил вдогонку пару четких ударов в челюсть. Кор всем своим весом упал на стол. Стол, не выдержав такого счастья как Винс, рухнул. Но и это не остановило Кора, с налитыми бешенством глазами он бросается на Иглса, одно смазанное движение, Винс хрипит на полу, а в кабинет врываюсь я.

– Спасибо, Зир. Можешь быть свободен.

– Да, капитан, – и призрак растаял в воздухе.

– Старший лейтенант Кор, выйдите.

– Но капитан!..

– Я сказала, выйди! ИСПОЛНЯТЬ!

– Есть, капитан, – буркнул Винс и вышел из кабинета.

– Теперь вы, капитан Марк Иглс, на первый раз я опущу ваше неподобающее поведение и не стану подавать рапорт. В будущем прошу вас воздержаться от каких бы то высказываний в адрес нашего погибшего сослуживца и друга. К вашему сведению, лейтенант Терек ценой совей жизни спас двадцать семь сотрудников нашего управления, накрыв собой магзаряд. У него осталась жена и малютка дочь. На его счету сотни раскрытых дел, а вот что вы за фрукт, нам ещё предстоит узнать. И на будущее… не стоит так начинать знакомство с коллегами, капитан. Для работы займёте этот стол, – указала я на свободный стол у дальней стены. – Вам всё понятно?

– Да, – кивнул Иглс.

– Неправильный ответ, капитан Иглс. Даже несмотря на то, что вас учили получше некоторых.

– Так точно, капитан Таркс, – не скрывая усмешки ответил Иглс.

– Прекрасно, сейчас я иду в лабораторию, а вы за время моего отсутствия решите вопрос со стеклом и почившей в бозе мебелью, а это вам для изучения, – положила я на стол ему кипу папок, затем вышла в коридор.

Винса нашла в курилке.

– Коллеги, вы нас извините? – ласково улыбнулась двум сержантам я.

– Да, капитан, – кивнули они и вышли из курилки.

– Винс! Ты что? Совсем без мозгов?! – накинулась я на Винса. – Ты что устроил?

– Кэп, да этот козёл…

– Он может и козёл, а ты себя повёл как баран! Ты в курсе, что его к нам из Министерства прислали? А там простых не держат! Так что, пусть он хоть будет трижды козлом, ты будешь вести себя с ним вежливо и корректно, как девица–гимназистка! Ты понял?!

– Да, капитан.

– Отлично, дай сигарету.

– Ты ж не куришь, кэп.

– Да с вами не только закуришь, дай.

– Не дам.

– Жлоб.

– Ну и пусть, всё равно не дам.

– Ладно, пойдём. У нас куча дел. Надо к экспертам заглянуть, ты со мной?

– Да, – кивнул Винс.

Ну конечно со мной, кто бы сомневался, ведь в лаборатории у нас красотка Лизи. Объект мечтаний всех мужчин нашего управления от мала до велика. Лизи – как иллюстрация идеальной жизни. Красавица, умница, единственная наследница богатых родителей. Частная школа с отличием, Медицинская Академия, тоже с отличием, блестящая кандидатская, а потом и докторская работы. Практика в одной из самых престижных клиник, помолвка с плейбоем аристократом. И всё это рухнуло в один день. Невероятно глупое стечение обстоятельств… Бывают в жизни такие дни, когда утром впопыхах ты проливаешь на себя кофе, в спешке переодеваешься в другую блузку… И она вроде бы тоже подходит к этому костюму… но не то, совсем не то… Выйдя наконец из дома, видишь, что машину подпёр «олень» и не оставил номера телефона… Такси приехало не туда, дорогу, как назло, перекрыли из–за визита кого–то очень важного, пропуск забыт в другой сумке, и охранник, который знает кто–ты и куда идёшь, вдруг начинает упирать на правила… Когда, наконец, ты уже прорвалась к лифту и размахивая руками, мол «подождите, я с вами», пытаешься протиснуться в переполненное нутро кабину, потом зачитавшись почтой в телефоне, чуть не пропустила свой этаж, и чтобы двери лифта не закрылись, автоматически просовываешь кисть между створками… И получив, в сущности, легкий удар по запястью, пытаешься выскочить из лифта, и конечно же цепляешься за что–то тонким чулком, по которому расползается безобразная дыра. В итоге потная и злая, с порванным чулком и чуть побаливающей кистью, ты всё же добираешься до места работы. По пути ты обязательно встретишь «закадычную подругу», которая именно сегодня выглядит как богиня… Она непременно заметит, что в твоём возрасте уже пора бы уже научиться управлять таймингом. Но если что, она может посоветовать хороший тренинг… И тут же, естественно, к тебе подбежит молоденькая и симпатичная медсестра и скажет: – Доктор Морстан, вас срочно вызывают в операционную, очень серьёзный случай…

И гримаса злости на лице «закадычной подруги» прольётся бальзамом на израненное самолюбие, и ты выбрасываешь всю эту мишуру из головы, и мчишься в операционную. И всё как всегда, ты сосредоточена и собрана, твоя команда работает как часы, ничто не имеет значения, только жизнь. Жизнь, которая зависит от тебя. И ты уже сотни раз делала такие операции, и руки твои сами знают, что нужно делать. Вот только… лёгкий дискомфорт в кисти… ты стараешься не обращать внимания на него, и продолжаешь операцию. И тут, в самом конце, когда ты почти у финиша, остаётся лишь одно движение… кисть настигает судорога. Ту самую кисть со скальпелем, ту самую кисть, что так неудачно зажали двери лифта. Но даже дикая боль не помешала тебе довести операцию до конца, ты, сцепив зубы, выходишь из операционной.

Слова коллег звучат приговором, идиопатическая форма синдрома запястного канала, при которой установить причину имеющихся симптомов не удаётся. При этом, по данным компьютерной томографии, врождённая узость канала запястья. Основная роль в формировании идиопатической формы синдрома принадлежит врождённым неизменяемым факторам, а если короче – наследственность. О хирургии, доктор Морстан, вам придётся забыть. НАВСЕГДА. А дальше, как в глупом сентиментальном романе, в тот день она вернулась домой пораньше… всё банально до ужаса… лучшая подруга и жених… Лизи вышла из квартиры, даже не став тревожить их, просто тихо прикрыла дверь и поехала кататься по городу.

Она любила этот город, и он отвечал ей взаимностью. Его красота и величие завораживали, замки и дворцы, набережные и каналы, большие мосты и маленькие мостики, кофейни и парки, и даже храмы разных эпох и разных богов. Всё это давало ей силы, силы пережить любое потрясение. Она гуляла и рассматривала его. И всякий раз находила удивительную прелесть в незамеченных раньше деталях. Она слушала его и слышала его. И каждый раз эта удивительная мелодия, сплетающаяся из звонка туристического трамвайчика, боя часов на старой башне, гудка прогулочного катера, дверного колокольчика кофейни, перезвона колоколов храма, рождала покой и умиротворение. Сидя на парапете набережной с огромной порцией кофе, она смотрела в тёмную гладь реки. И впервые видела не отражение прекрасного города, а себя. Грустное и красивое лицо зеленоглазой блондинки, подёрнутое зыбкой водной рябью. И в этом отражении не было видно её слёз. Злых слёз Элизабет Морстан. Река несла свои холодные и темные воды всё дальше и дальше… Казалось, что жизнь кончена… её мечта, мечта всей её жизни, разлетелась вдребезги, как старая стеклянная лампочка, брызнув на прощание снопом блестящих и острых осколков.

Маленькая Лизи всегда мечтала стать хирургом, и она шла к своей цели, каждый её шаг, каждое действие вело её к намеченной цели. И сейчас, в самом зените своей карьеры, она сидела и смотрела в воду… тёмная вода затягивала, манила к себе, обещала унести все горести и печали, так заманчиво… резкий бой часов на старой башне, разбил черную гладь воды. Старая башня… когда–то там был госпиталь, а потом морг… морг… МОРГ! Решение было принято мгновенно. Раз она не может оперировать живых, она будет препарировать мёртвых. На следующий день Лизи расторгла помолвку, уволилась из клиники и пришла в Главное Управление Магического Сыска. За двенадцать лет она стала не просто главой отдела экспертного анализа, она стала настоящей Царицей Лаборатории. Никто не мог так быстро и точно провести экспертизу как Лизи.

– Лизи, привет, порадуй меня, – сказала я, входя в лабораторию.

– И тебе, здравствуй, укротительница драконов, – улыбнулась Лизи.

– Чем порадуешь?

– Наш господин из канализации умер в результате оглушения заклинанием, внешность его тоже была изменена, я смогла частично восстановить её. Вот, – мне протянули лист с незаконченным портретом.

– Шустрик Тули? – изумились мы с Винсом.

– Не знаю кто это, но я рада, что смогла вам помочь, – лучезарно улыбнулась Лизи, как и всегда. Вгоняя Винса в благоговейный ступор, как и всегда.

– Так, Винс, ты сейчас дуешь в Хромому, он, как известно, ближайший дружок Тули, – отвлекла я Винса от созерцания сияния золотых волос Лизи. – Винс!

– А? Да, капитан, я понял, – глупо моргая, ответил Винс.

– Что ты понял? – подняла бровь Лизи.

– Что ты, как всегда прекрасна, Лизи, – улыбнулась я.

– Эвер, ты как обычно преувеличиваешь, – вернула улыбку Лизи, – но мне приятно. Да, кстати, вот отчёт по его соседу, – указала она на соседний стол. – Это очень и очень интересно. На первый взгляд, он умер от пробитого виска, из–за приступа эпилепсии.

– А на второй? – повторила я её фокус с бровью.

– А на второй, его отравили цикутой.

– Хм–м… цикута? Интересно…

– Но! И это, не всё…

– Та–а–ак, удиви меня.

– Цикутой пытались замаскировать магически синтезированный яд… это очень похоже на одного нашего знакомого… Виртуоз.

Винс удивлённо присвистнул, что и не мудрено. Виртуоз – самый разыскиваемый маг–химик, не только в нашей стране, во всём мире.