Непокорная истинная для ректора-дракона

— Тём, я скоро буду, через две минутки, — затараторила, едва абонент ответил на вызов. — Понимаешь, тут такое дело… Я случайно уехала в другую сторону. Пока сообразила, пока обратно добралась. А тут еще дождь…

— Можешь не спешить! — холодно ответил Артем. — Свидания не будет. Между нами, вообще, ничего больше не будет. Все кончено! Надоела! Не звони мне больше…

— Как?! — я застыла посреди дороги, не в силах пошевелиться. — Тёма, подожди, — произнесла помертвевшими губами.

Попыталась вздохнуть, но грудь сдавило спазмом. Телефон выскользнул из ладони и плюхнулся в лужу. Экран помигал немного и потух. Порыв ветра вырвал из ослабевшей руки зонт и потащил по улице, прямо на проезжую часть. Нещадные струи воды захлестали по щекам, смешиваясь с ручейками слез.

— Я ведь совсем немного опоздала, — произнесла еле слышно. — Неужели так трудно было подождать? Я же не специально.

Проезжающая мимо машина окатила меня водой из лужи. Теперь из просто мокрого платье превратилось в грязную тряпку, облепившую тело.

Я подняла глаза на сверкающие окна кафе, где мы условились о встрече. Там, за столиком у окна, сидел мой Артем, держал за руку другую девушку и что-то ей рассказывал, улыбаясь ослепительной улыбкой. Она покорила меня с первой нашей встречи. И она же похоронила сердце, разбив на тысячи осколков.

— Девушка, это ваше? — рядом возник бодрый дедуля в дождевике, протягивая мой улетевший зонт.

— Мое, — кивнула безучастно. — Спасибо, — пробормотала на автомате, не отводя взгляда от романтической картинки за стеклом.

— А телефон? Тоже ваш? — разглядел в злополучной луже потухший экран мобильника. — Неудачный день? — поднял и его, отряхивая от воды.

— Неудачная жизнь, — я закусила нижнюю губу с внутренней стороны, чтобы не расплакаться навзрыд.

— Зря вы так, — дед цокнул языком и покачал головой. — Если парень не дождался, — он без труда проследил, куда был направлен мой взгляд, — то и не стоит по нему убиваться. Когда одни двери закрываются, то непременно открываются другие.

Скупо поблагодарив за помощь, я сунула мобильник в карман и побрела прочь. Зонт снова потащило ветром по дороге, и меня за компанию.

Туфли скользили по мокрой поверхности и несли меня вместе с бурным потоком вниз по улице.

Воды набежало прилично, ноги скрывало по щиколотку. Я из последних сил пыталась затормозить, разглядев, что впереди образовалась мутная воронка. Испугавшись, я вцепилась в зонт еще крепче, вместо того, чтобы его отпустить. А потом асфальт под ногами исчез, и я с головой ушла под воду.

Меня закружило. Легкие сжались в спазме, перехватившим дыхание. В глазах замелькали темные пятна, а сердце заколотилось так отчаянно, что ребра прострелило тупой болью. Безмолвный крик застрял в горле осознанием чего-то неизбежного и нелепого, как вся моя недолгая жизнь.

Мир на мгновение померк, слившись в сплошной гул. В следующий момент над головой загремел раскатистый гром и сверкнула молния. Меня прошило разрядом от макушки до пят. Возникло ощущение, что каждую клеточку вывернули наизнанку и хорошенько поджарили. В ушах зазвенела пронзительная тишина, а затем верх поменялся с низом и меня куда-то потащило с такой силой, что желудок прилип к позвоночнику.

Я закричала. Громко, отчаянно. Но крик застрял в горле, не в силах вырваться наружу даже слабеньким писком. Падение резко прекратилось, когда я с ворохом брызг врезалось во что-то твердое, живое и неестественно горячее.

Дух вышибло из груди, я зашлась надсадным кашлем. Вокруг капала вода. Вместе с брызгами я различила звон бьющегося стекла. Как будто моя прежняя жизнь рассыпалась на тысячи осколков.

Я судорожно вцепилась в то, что смягчило мое падение. А это что-то основательно припечатало мои ягодицы. Щедро так, всей пятерней, не оставляя сомнений, что я столкнулась с человеком.

В канализационном люке? Бред!

И тем не менее мои пальцы наткнулись на влажную гладкую ткань, под которой ощущались стальные мышцы. Следом меня накрыли запахи: терпкий — озона, как после грозы, дорогого парфюма с нотками сандала и как ни странно пепла. Помимо этого, еще что-то неуловимое хищное, мускусное.

— Какого?.. — пророкотал кто-то прямо на ухо гневным голосом, в котором слышалось рычание крупного зверя. — Что за идиот принес сюда это мокрое недоразумение?

Я распахнула глаза, пытаясь сфокусировать зрение. Оно все еще плыло мутными пятнами после воды и вспышки молнии.

Первое, что я увидела — полыхающие злостью глаза. Серые, как грозовое небо перед бурей. Со сверкающими искрами стали. Они смотрели на меня с такой смесью недоумения и звериного бешенства, что у меня отчаянно зачесалось под лопаткой. И так как-то сразу домой захотелось.

Я висела на незнакомом мужике. Буквально!

Он оказался невероятно высоким, а широкие плечи заслоняли свет хрустальных люстр.

Откуда бы им взяться в канализации? — Мысль промелькнула и ушла, не в силах конкурировать с тем потрясением, которое я испытала при виде незнакомца.

У меня моментально во рту пересохло, когда рассмотрела его светлые, почти белые волосы, забранные в небрежный хвост. Высокий лоб, темные густые брови и пушистые ресницы. Нос был крупноват, но ничуть не портил идеальную картину. Легкая горбинка придавала шарма и мужественности. Высокие скулы, тяжелый подбородок и слегка полноватые чувственные губы так и притягивали взгляд. Если бы меня попросили вообразить идеального мужчину, то я бы представила его.

Однако все впечатление портило выражение лица — презрительное, даже брезгливое, смешанное с невероятной животной яростью. Я вздрогнула, сбрасывая оцепенение.

Взгляд выхватил и другие детали окружающей обстановки, которые больше походили на галлюцинацию. Вокруг нас клубился странный дым, пахнущий гарью, в воздухе плясали разноцветные искры, напомнившие затухающие остатки фейерверка.

— Моя ваза! — прошипел незнакомец, и его взгляд скользнул вниз, к груде голубых черепков с золотой росписью, валяющихся под ногами. — Ваза династии Ксартас. Единственный экземпляр!

Упс!

Я проследила за его взглядом и почувствовала, как внутри все холодеет. Не знаю, как я сюда попала, и еще большой вопрос, где это «сюда» находилось, но, кажется, своим появлением я уничтожила что-то ценное для незнакомца.

Иначе с чего бы ему злиться?

— О-ой! — пискнула жалобно, осматриваясь и понимая, что ничего не понимаю.

Я находилась в огромном зале, напоминающем музей или оперный театр: высокие сводчатые потолки, лепнина, позолота и красный бархат. Толпа людей в зрительном зале. Женщины в пышных платьях с корсетами, мужчины в старинных камзолах. Сюр какой-то!

— Ты хоть понимаешь, что натворила, ничтожество? — незнакомец встряхнул меня, как тряпичную куклу. Его пальцы еще сильнее впились в ягодицы, причиняя боль. — Ты уничтожила реликвию, которую я искал годами!

Мамочки! Что происходит? — я попыталась вырваться, но хватка была железной.

Собственное тело ощущалось странно: слишком легкое, гибкое. И одежда чужая — мокрое платье с обвисшими оборками, облепившее тело как перчатку. Длинное, хоть и задралось до колен. Совсем не похожее на мое, джинсовое, в котором попала под дождь.

Я умерла? Ну, конечно!

И даже после смерти умудрилась влипнуть в неприятности. Наталья Аверина — королева катастроф, приятно познакомиться!

— Отпустите! — вырвалось внутренним протестом против всего, что вокруг творилось. — Мне больно!

— Больно? — незнакомец скупо рассмеялся, и его смех показался страшнее любого крика. С его зрачками произошло что-то жуткое: они вытянулись, сделавшись вертикальными. — Тебе станет по-настоящему больно, когда я выставлю счет за разбитую вазу. Ты будешь отрабатывать долг до конца своих жалких дней, и даже тогда не сумеешь расплатиться!

Он рывком прижал меня к себе, так что мое лицо оказалось в пугающей близости.

Хотя, куда еще ближе-то?

Хищная красота мужчины дышала яростью и скрытым обещанием чего-то опасного и запретного.

— С этого момента ты принадлежишь мне, пока не возместишь ущерб, — процедил он, а его лапища огладила мою натерпевшуюся искательницу приключений, словно оценивая товар.

Глава 2

Наглое заявление незнакомца стало последней каплей. Ярость вспыхнула мгновенно, затмив страх перед его странными глазами и угрозами.

Меня только что бросил парень! Я умерла, хотя это неточно, и попала непонятно куда.

А теперь какой-то напыщенный индюк, пусть он хоть тысячу раз красавчик, нагло лапает меня и заявляет, что я его собственность? Ну, разве не гад? Ползучий?

— Р-руки убрал! — рявкнула я.

Звонкая пощечина эхом разлетелась по залу, на мгновение перекрывая шум галдящей толпы. Незнакомец ошеломленно замер, явно не ожидая такого поворота. И вряд ли бы он допустил подобное, если бы его руки не были так заняты.

В глазах мелькнуло искреннее изумление, которое тут же сменились холодной смертоносной тьмой. Но я не стала ждать, пока он очухается.

Воспользовавшись замешательством, резко дернула коленом вверх, целясь в самое уязвимое место любого мужчины, будь он хоть трижды красавчиком и грозной жутью.

Удар достиг цели. Хватка на попе разжалась. Незнакомец сдавленно охнул, согнувшись пополам. В его глазах промелькнуло что-то, обещающее мне долгую и мучительную смерть.

Но кто бы стал ее дожидаться?

Я вывернулась из объятий, оттолкнула от себя массивную фигуру, развернулась и рванула прочь, перепрыгивая через осколки злосчастной вазы.

— Стоять!!! — за спиной раздался нечеловеческий рев.

От страшного звука задрожали стекла в высоких окнах, посыпалась белесая пыль с потолка и штукатурка.

Я припустила еще быстрее, лавируя между застывшими в ужасе гостями. Адреналин бурлил в крови, заставляя сердце биться об ребра. Позади нарастал гул, похожий на приближающийся поезд.

— Нименум мувар! — Странные слова ударили по залу взрывной волной.

Воздух сгустился, сделавшись вязким. Мощная давящая сила навалилась на плечи, прижимая к полу и вынуждая замереть на месте. Люди рядом со мной застывали в нелепых позах, как будто могучий волшебник разом остановил время.

Но я бежала!

Ужас, проникающий в каждую клеточку, заставлял двигаться вперед, продираясь через плотный воздух, как через толщу воды. Я стиснула зубы, вжала голову в плечи и с усилием прорвалась через невидимую преграду. Что-то внутри меня срезонировало, сопротивляясь странному воздействию, рационального объяснения которому я не находила.

Позади раздался сдавленный вопль, полный неверия и еще большей ярости.

— Невозможно! — оскорбленным ревом резануло по ушам, но я в этот момент толкнула тяжелые двустворчатые двери и вывалилась на улицу.

Прохладный ветер ударил в лицо, наполняя легкие свежестью. Я споткнулась и только чудом не полетела кубарем с мраморных ступеней. Схватившись за перила, еле удержала равновесие. И замерла, вытаращившись на открывшуюся картину.

Передо мной лежал город. Чужой! Абсолютно не похожий на родной Игнатьевск с высотками, кофейнями и маршрутками. Начать с того, что в небе, затянутом лиловыми тучами, виднелись две бледные луны — одна огромная с голубым отливом, и вторая, поменьше, малиново-красная, отчего на небосводе отражались пурпурные всполохи.

Здания вдоль мостовой, выложенной черным камнем, казались сказочными, вздымающимися к небу острыми шпилями. По улице стучали копытами лошади, запряженные в причудливые экипажи. А люди будто сошли со страниц учебника по истории.

Я медленно опустила голову вниз, рассматривая собственные руки. Ни тебе свежего маникюра с блестящим перламутровым лаком, ни привычного шрама на костяшке среднего пальца. Ладони — чужие, с непривычным узором тонких линий и бледной кожей, через которую просвечивали венки. Коснувшись мокрых прядей волос, обнаружила, что они насыщенного темного цвета, и длиной ниже лопаток.

— Я попала… — прошептала, ощущая, как ноги становятся ватными. — Я действительно попала.

Мое замешательство не осталось без последствий. Внезапно меня накрыла могучая тень, заслонившая свет обоих лун. Волосы на затылке встали дыбом от ощущения смертельной угрозы.

Я не успела моргнуть, как сильная рука схватила меня за шкирку, отрывая от земли. Меня развернули, и я снова столкнулась с обладателем стальных глаз, в которых плескалась безжалостная расчетливая тьма.

— Думала сбежать от меня, маленькая дрянь? — произнес он тихо, но так вышло еще страшнее. — Мой «глас» не подействовал на тебя. Очень любопытно, почему?

Я болталась в воздухе, беспомощно дрыгая ногами. Воротник платья больно врезался в шею. Чувствовала себя маленьким котенком, которого схватила злобная страшная псина.

— Пусти! — просипела я, тщетно пытаясь разжать его пальцы, но с таким же успехом я могла бы согнуть стальной лом голыми руками. — Ты меня задушишь, психопат!

— Беспокоишься за свою жалкую жизнь? — переспросил с неожиданно ледяным спокойствием. Он чуть встряхнул меня, вынуждая клацнуть зубами. — Она стоит не больше, чем пыль на моих сапогах!

Я с возмущением посмотрела на жестокого красавчика, и слова застряли в горле. Его глаза сделались невыносимо жуткими: вертикальный зрачок пульсировал, то сужаясь в иглу, то расширяясь, заливая радужку тьмой.

Мужчина напомнил хищника, который не просто поймал добычу, а размышлял, с какой части начать ее пожирать.

Внезапно со стороны распахнутых дверей аукционного дома послышался топот и тяжелое дыхание. Я скосила глаза, силясь разглядеть, кто еще решил присоединиться к этому театру абсурда.

На улицу, спотыкаясь и вытирая лысину платком, выкатился грузный мужчина в безвкусном ярком кафтане. Красное от натуги лицо лоснилось от пота, а маленькие глазки бегали по сторонам, пока не остановились на мне.

— Тайлис! — взвизгнул он, срываясь на фальцет и тыча в меня пальцем-сосиской. — Несносная девчонка! Что ты опять натворила?

— Я? — просипела, не зная, как реагировать. — Ничего.

Грозный незнакомец, с легкостью удерживающий меня за шкирку, как будто я ничего не весила, медленно повернул голову с подбежавшему толстяку. Скользнул по нему равнодушным взглядом и спросил:

— Представьтесь! Вы имеете отношение к этому стихийному бедствию?

— М-милорд… Лорд Дракс… — заикаясь, заблеял он, комкая в руках намокший платок. — Я — барон Актон Вайран, к вашим услугам. Это моя племянница, Тайлис Ар'Дейн. У нее не все в порядке с головой. Она неуправляемая. Сбежала из дома, опозорила...

— Меня мало волнуют ваши семейные драмы, — оборвал неожиданно объявившегося родственничка как его, лорд? Дракс? — Эта девица только что уничтожила вазу династии Ксартас. Уникальный раритет, за которым я охотился полвека. Она буквально превратила в пыль пятьдесят тысяч золотых империалов.

Пятьдесят тысяч!

Цифра повисла в воздухе, как тяжелая могильная плита. Я не понимала курса местной валюты, но судя по позеленевшему толстяку сумма была астрономической.

У меня пересохло во рту.

— Пятьдесят… — прошептал «дядюшка», и его колени подогнулись. Он схватился за перила, чтобы не упасть. — М-милорд, у нас нет таких денег. Все земли Ар'Дейнов не стоят столько, даже если мы продадим поместье с фамильным склепом.

— Не мои проблемы! — рявкнул лорд. — Платите! Сейчас же! Или я сотру ваш род из хроник Вилниреда.

Я притихла, ожидая, чем закончится разговор. На мертвенном лице толстяка отражалась лихорадочная работа мысли. Актон перевел на меня холодный взгляд торговца, который намеревался выгодно сбыть гнилой товар, чтобы покрыть убытки.

— Милорд, — голос Актона сделался масляным, вызывающим рвотный рефлекс. — Тайлис совершеннолетняя, почти. Физически здоровая невинная девушка, только малость странная. Она самостоятельно отвечает за свои поступки. Я отказываюсь от нее!

— Что? — вырвалось у меня. Я хоть и не Тайлис, но обидно сделалось за девчонку. «Дядюшка» даже не попытался ее, то есть, меня, спасти.

— Я, барон Актон Вайран, отрекаюсь от Тайлис Ар'Дейн, — громче заявил Актон, выпрямляясь и выпячивая круглый живот. Выглядел он при этом, как нашкодивший хорек. — Она ваша, лорд Дракс, да будет магия этому свидетелем. Забирайте! Делайте, что хотите. Пусть отрабатывает долг. Ее дар нестабилен, но вы ведь знаете, что делать с такими магами? Род Вайранов умывает руки. С этой секунды мы не имеем к ней никакого отношения.

Глава 3

Мир вокруг пошатнулся. Я замерла, не в силах поверить в услышанное. Этот так называемый «дядюшка» продал меня как вещь. Мешок порченной картошки. Просто взял и обменял живого человека на разбитую вазу, чтобы спасти свою жалкую шкуру.

— Не имеете права! — возмущенно просипела в ответ. — Я — не вещь! Вы не можете меня взять и отдать. Здесь должны быть законы! Полиция! Хоть кто-нибудь!

— Законы? — Актон нервно хохотнул. — Милорд Дракс и есть закон, глупая девчонка. Радуйся, что он не испепелил тебя на месте.

По сомкнутым губам лорда зазмеилась самодовольная усмешка. Он подтянул меня повыше так, что наши лица оказались на одном уровне. Я рассмотрела каждую черточку безупречного лица, увидела, как хищно раздуваются крылья носа, вдыхая мой страх.

— Хм, — произнес он задумчиво. — Тощая. Шумная. Дикая. И магия постоянно вырывается из-под контроля.

Свободной рукой лорд коснулся моего подбородка, бесцеремонно повернул мою голову в одну сторону, потом в другую, рассматривая профиль.

Я попыталась укусить его, цапнуть зубами, но гад лишь ухмыльнулся, ловко убрав пальцы до того, как мои челюсти щелкнули в пустоте.

— Однако у нее есть одно неоспоримое преимущество, — продолжил он, рассуждая сам с собой. — На нее не действует «глас», а это — редкая аномалия. Пожалуй, подопытный образец будет полезнее, чем горстка пепла.

— Я не подопытный образец! — пискнула, ощущая, как внутри закипает ярость, а голос набирает силу. — Я — человек! У меня есть права! И, вообще, никакая я не Тайлис! Меня зовут Наталья, я родом из Игнатьевска! Слышите вы, кучка ряженых идиотов! А ну, отпусти меня, быстро! Полиция-я!

Слова вырвались прежде, чем я успела прикусить язык. Повисла зловещая тишина. Актон посмотрел на меня, как на умалишенную.

— Болезнь прогрессирует, милорд, — скороговоркой произнес он. — Видите? Она несет полную чушь. Бредит.

Я сжалась.

Какая же я идиотка! Если узнают, что я не Тайлис, еще прибьют ненароком. Или того хуже, препарируют.

— Бредит или нет — теперь моя забота, — холодно процедил лорд Дракс, окатив Актона презрительным взглядом. — Убирайся прочь! Долг погашен, я принимаю плату.

Актон закивал, как китайский болванчик, пробормотал «благодарю, ваша милость» и, подхватив полы кафтана, рванул прочь по улице, даже не оглянувшись на племянницу, которую только что продал в рабство.

Мы остались одни, если не считать зевак и случайных зрителей. Только я и монстр, который считал меня своей собственностью.

— Добро пожаловать в новую жизнь, Тайлис, — лорд наклонился ко мне, обдавая жаром дыхания. — Теперь ты принадлежишь мне и будешь служить, пока не отработаешь каждую монету. И поверь, я найду способ заставить тебя быть полезной. Ты будешь мыть полы, чистить конюшни или станешь мишенью для отработки заклинаний — выбор за мной.

— Пошел к черту! — выплюнула ему в лицо, озлобившись. — Я ничего не должна. Это ты уронил вазу! Я не просила меня ловить. Все произошедшее — несчастный случай.

— В мире магии нет несчастных случаев, — парировал лорд. — Есть только последствия неумелых действий. Теперь ты — моя. Смирись.

Смирись?

Это слово стало последней каплей в чаше терпения, переполненную страхом смерти, болью и предательством Артема, и подлостью неожиданно объявившегося дяди.

Смирись? Я всю жизнь смирялась с неудачами, насмешками и тем, что не такая, как все. Смирялась, когда выгнали из универа, потому что не хватило денег на оплату семестра. Смирялась, когда варила кофе вместо того, чтобы рисовать. Но сейчас, когда меня, живого человека, пытались превратить в вещь…

НЕТ!!!

Меня выгнуло от боли, пронзившей область солнечного сплетения. Внутри будто лопнула натянутая струна, которая спровоцировала взрыв плотины. Горячая необузданная сила рванула наружу вместе с криком души, сметая все барьеры.

— Я! Сказала! Нет! — от собственного крика заложило уши.

Воздух вокруг завибрировал. Волоски на коже встали дыбом, а кожа почему-то начала светиться изнутри.

Булыжники на мостовой вокруг нас пошли трещинами, из которых хлынул сиреневый свет. Витрины магазинов разом взорвались брызгами осколков. Ближайший фонарный столб с противным скрежетом сложился пополам.

Лорд выдал что-то резкое, непонятное, с гортанными нотками. Ударная волна, разошедшаяся от меня, припечатала его в грудь, заставив пошатнуться.

Его стальные глаза расширились. Не от страха — от ошеломления.

Явно не ожидал, что я на такое способна.

Обо мне и говорить нечего.

Я понятия не имела, что происходило.

Неужели творящийся вокруг хаос создавала я?

Хватка на шкирке ослабла, и я рухнула на колени. Земля вокруг дымилась. Мелкие камешки взлетали в воздух и там зависали, игнорируя гравитацию.

Меня трясло. Руки дрожали так сильно, что не получалось сжать их в кулаки. Я смотрела на собственные «чужие» ладони, вокруг которых плясали искры, и не понимала: что творится и как я сюда попала?

Единственный плюс от всего происходящего, это то, что красавчика наконец-то проняло. Самодовольная ухмылка исчезла, сменившись выражением крайней сосредоточенности.

— Успокойся, идиотка! — прорычал он, пытаясь перекричать поднявшийся ветер. — Ты сейчас разнесешь полквартала! Твое ядро нестабильно!

— А мне плевать! — я уже не контролировала себя. — Пусть все горит! Пусть взорвется! Я хочу домой!

И в этот самый момент, когда хаос вокруг достиг апогея, от соседнего здания отделилась тень.

Я увидела ее боковым зрением, сквозь пелену слез и бушующего урагана. Тень походила на сгусток черной нефти, принявший форму человека. В руке этой фигуры блеснуло что-то длинное, тонкое и смертоносное — не металл, а застывшая пустота, поглощающая свет.

Это еще кто?

Глава 4

Тень двигалась с нечеловеческой скоростью и целилась в спину Рейнару. А он этого не замечал, вытворяя странные пассы руками.

— Сзади! — крик вырвался из моего горла прежде, чем я успела подумать.

Но клинок, сотканный из тени, уже летел в цель. Он что же, сейчас проткнет насквозь этого красавчика с замашками тирана?

Я могла хоть тысячу раз злиться, но не в моих правилах спокойно смотреть, как прямо на глазах убивают человека.

— Нет! — невольно вскинула руку, как будто была способна предотвратить неизбежное.

Странная обжигающая волна прокатилась по телу и направилась к ладони. Она засветилась изнутри, а из центра вырвался плотный сгусток, пронизанный черными вихрями и сверкающими молниями. Небольшой шарик непонятного «нечто» мгновенно увеличился в размерах и разошелся в стороны ударной волной.

Меня отбросило назад, и я кубарем покатилась по лестнице, пересчитывая ступени. На крыльце что-то громыхнуло.

Ба-бах! — я вжала голову в плечи, испуганно глядя на то, что происходило наверху.

Темный клинок истаивал в воздухе, воткнувшись в вывеску с надписью «Аукцион» и раскачивая ее из стороны в сторону. Тяжелая доска в итоге не выдержала, жалобно скрипнула цепями и рухнула прямо на голову убийце, который уже занес руку для повторной атаки.

Раздался глухой звук удара и сдавленное ругательство. Фигура в черном пошатнулась, ее контуры поплыли, теряя стабильность.

Но на этом воздействие моего странного выброса не закончилось. Разошедшаяся волна достигла земли, покрывая мостовую, булыжники и крошево стекла тонкой коркой льда. Убийца, замотанный с ног до головы в черную одежду, с платком, закрывающим лицо так, что виднелись только глаза, нелепо взмахнул руками. Его ноги разъехались, и он бухнулся на крыльце, уставившись на меня злющим взглядом.