Похищенная с Земли

Это лето выдалось жарким. Люди прятались от удушающего зноя в офисах или же в прохладных торговых центрах. Счастливчики, которым не требовалось ежедневно ходить на работу, пережидали жаркие часы у водоемов. Те же, кому не повезло, плавились под палящими лучами на улицах или в коробках домов, где надрывно работали вентиляторы и кондиционеры. Общественный транспорт — особенное место, сродни адскому котлу, в котором варились случайные попутчики. Распахнутые настежь окна, подручные средства вроде свернутых газет или пластмассовых вееров не спасали от духоты и пробирающего до печенок запаха пота. Мне в этом отношении не повезло. От дома до работы курсировала единственная маршрутка, куда людей набивалось, как сельдей в бочке. В летний сезон, когда школьники и студенты отдыхали на каникулах, такого ажиотажа не было, но им на смену приходило еще большее зло — дачники.

Сегодня я засиделась на работе, рассчитывая, что поток пассажиров уменьшится, а невыносимую жару разбавит обещанный дождик. Одна мысль, что придется трястись в переполненном автобусе и прилипать к сиденью, если удастся найти свободное местечко, вгоняла в уныние. А потому предложение коллеги составить компанию в прогулке по "Пассажу" приняла с радостью. До магазина ехать пару остановок — не успею превратиться в расплавленную массу. Да и в торговом центре прохладно, можно с комфортом переждать часы пик и добраться до дома с удобством. А может, рискну пройти три квартала пешком. Не будь злосчастной жары, я бы, не задумываясь, отправилась на прогулку. Все равно дома, кроме кота Фимки, никто не ждал, да и то, пушистый гулена объявится только под вечер. Отнюдь не домашний у меня питомец, своевольный и независимый. Даже потискать не каждый день удается, только когда ему что-нибудь нужно. Так что идея Женьки Суминой пришлась кстати. Зарплату накануне перечислили, впереди выходные, которые проведу в окружении книг и пирожных, а шопинг и приятная компания скрасят вечер пятницы.

Нет, не подумайте, я недостатка в друзьях не испытываю. Просто, когда тебе за тридцать и ты живешь с котом, сочувствующие взгляды и жалостливые вздохи замужних подруг раздражают. Вот, мол, старая дева, у которой только и достоинств, что родительская квартира в старом центре. Что поделать? Не обижаться же на правду? Да, внешностью я самая обыкновенная. Но в молодые годы поклонники водились в изобилии, просто так сложилось, что замуж никто из них не позвал. С годами же стройная фигура обзавелась лишними килограммами, растеряла былую форму. Раньше переживала, сидела на диетах, считала калории и взвешивала порции, а потом надоело. Ради чего такие жертвы? Мне и так комфортно, жилье-работа есть, с голоду не помираю. Ну а личная жизнь… лучше уж совсем никакой.

Торговый центр встретил ненавязчивой музыкой и приятной прохладой. За десять минут в маршрутке успела взмокнуть, как мышь, а потому хотелось чего-нибудь холодного. Женька поддержала в желании полакомиться мороженым, и мы отправились на третий этаж в царство кафешек и салонов.

— Смотри, что-то новенькое появилось. Зайдем? — коллега кивнула в сторону сверкающего неоном недавно открывшегося павильона.

— «Аурин», — прочитала на вывеске. — Проверьте цвет вашей ауры. Серьезно?

Я скептически относилась к подобным вещам, хотя как никто другой зачитывалась книгами с уклоном в мистику и фэнтези. В том-то и дело, что наслышана, сколько шарлатанов выступают под этой маской. Вроде бы безобидное действие, а последствия вплоть до гипнотического внушения и отъема имущества. Может, я и преувеличиваю, наговариваю на людей, пытающихся таким способом заработать на кусок хлеба, но предпочитаю держаться подальше. Противится внутри что-то и все тут. По мне, безопаснее, когда сидишь себе на диванчике и под чай с пироженкой наслаждаешься волшебными мирами. Вот где бурлит жизнь и мечты воплощаются в реальность! Бывало, выходишь в понедельник на улицу, и все кажется пресным, серым. Ну, что интересного в кирпичных коробках домов, грязных дворах и унылых скверах? Хуже только монотонная трясина офисного планктона, к которому я себя причисляла с чистой совестью.

Однако Женька всерьез загорелась идеей посетить аурокамеру. Подозреваю, тому виной молодой человек, расположившийся за стойкой и встречающий посетителей лучезарной улыбкой. Так что доедая мороженое, мы направились к павильону.

В целом, удовольствие узнать новое о собственном теле и приобщиться к некоей тайне стоило недорого. Простое фото в пределах четырехсот рублей. С краткой диагностикой уже семьсот, ну а с подробной консультацией у специалиста — две тысячи. Я присела в кресло для посетителей, всем видом показывая, что совершенно случайный гость, и заняла себя брошюркой с описанием услуг. Молодой человек, представившийся Романом, окучивал коллегу, заливаясь перед ней соловьем. Краем глаза я наблюдала за разговором и не могла отделаться от ощущения какой-то неправильности. Интуиция вопила, что нужно бежать отсюда и подальше, но мирная обстановка и разумная оценка происходящего вступали в жестокое противостояние. Очень не любила, когда случался подобный диссонанс. Как правило, после этого следовали какие-нибудь неприятности. Подобные чувства вызывал риелтор, предлагавший обменять мою однушку в старом центре на двушку в новом районе. Не знаю, что удержало от сделки в последний момент? Кажется, банально опоздала на встречу и ее пришлось перенести на два дня. Но уже на следующее утро увидела в новостях, что агентство недвижимости обвинили в крупных махинациях, а ее работников арестовали.

Ну да ладно. Сейчас желание сбежать было не таким сильным, а потому терпеливо ожидала Женьку и мысленно составляла список покупок. Коллегу увели в комнатку за непрозрачной стеклянной перегородкой и что-то там в ней просвечивали. Со слов Романа, у них использовалась новейшая разработка, уникальная, единственная в своем роде. В общем, работал молодой человек на публику, рассчитывая привлечь и мое внимание. Но я кремень! Дождалась Женьку, которая вышла смущенная и загадочная, пообещала навестить их в следующий раз и попрощалась за обеих.

Дальнейший вечер прошел, как запланировали, а следом и выходные пролетели с очередной головокружительной историей от любимого автора. Понедельник же встретил хмурыми лицами в маршрутке, надоевшей жарой и трудовыми обязанностями, выполняя которые каждый раз напоминала себе, что получаю за это неплохую зарплату.

В офисе жизнь текла медленно и до противного однообразно. Вот только коллега изменилась до неузнаваемости: вела себя непривычно тихо, не опоздала, как это обычно случалось, не сыпала веселыми шутками и не трещала по телефону с очередным поклонником. На вопрос, «Что же случилось?», отвечала «Все хорошо», а через три дня уволилась по собственному желанию. С чего бы? У энергичной молодой девушки намечалось повышение, начальство ценило и прощало мелкие огрехи. Так что за блажь? Об этом судачили в каждом отделе, и версии сыпались одна за другой.

Казалось, одна я точно знала, с чем связаны внезапные перемены. Все из-за того визита в «Аурин», где Женьке как будто промыли мозги. Не поленилась посетить торговый центр и наведаться в павильон, но фирма недели не проработала, закрылась и съехала в неизвестном направлении. Странно? Да, но не так, чтобы бить тревогу. Всему найдется логичное объяснение, не всегда очевидное окружающим. Может, это я такая подозрительная и лезу в чужие проблемы? Женька — взрослая девушка и, наверняка, знает, что делает.

Снова наступили долгожданные выходные. В пятницу съездила к подруге на день рождения, повеселились от души, с песнями и плясками до утра. Соответственно, в субботу отсыпалась и приходила в себя. А вот ночью, закономерно, уже не спалось. И Фимка второй день, как загулял, не с кем парой слов перекинуться. Возник было соблазн залезть в соцсети, но одна мысль об этом вызвала оскомину. И так рабочую неделю за компьютером просидела. Обезличенной переписки, сдобренной смайлами, хватило за глаза.

Вредную привычку, что ли, завести? — это я о любителях пускать дым изо рта. У таких людей складывался определенный круг общения, даже в офисе, когда коллеги группками спускались в места для курения, трепались о работе или сплетничали. — Нет! Не мое это. Совершенно! Да и ни к чему уже начинать, наверное.

Вышла на балкон подышать воздухом. Ночью это особенно приятно. Дневная жара ушла и сменилась долгожданной прохладой, слабый ветерок шевелил ветви деревьев, во дворе царила звенящая тишина, нарушаемая урчащими звуками проезжающих мимо машин. Через пару часов проснутся первые работяги — дворники, потянутся на раннюю прогулку собачники, а следом настанет черед умников, что торопятся добраться до душных конторок по холодку.

— Женька? — увидела бывшую коллегу, выходящую из подъезда соседнего дома. — Куда это она собралась в таком виде?

Насколько я знала Сумину, та ни в жизнь не вышла бы на улицу без полного марафета. Она даже мусор выносила при параде, а тут легкая маечка, шортики, домашние тапочки и растрепанная копна пшеничных волос.

— Эй, куда собралась? — крикнула с балкона. Негромко, но достаточно, чтобы человек услышал. Тем более во дворе больше не было ни души. Так, пару окон светились огнями. — Да что происходит?

Сама не знаю, почему вдруг почувствовала тревогу за девушку. Вроде бы близкими подругами не были, так, поддерживали приятельские отношения. Только вот заныло что-то в груди, неприятное такое. Я поняла, если сейчас ее не остановлю, больше никогда уже не увижу. Втиснуться в легкие джинсы и майку заняло от силы минуту. Всунула ноги в балетки, подхватила телефон, ключи и выскочила из квартиры.

Конечно, Женьки на улице не обнаружила, однако приметила, в какую сторону та направилась и чуть не бегом припустила следом. Глупо, наверное, бежать ночью за кем-то, кто вовсе и не просил об этом. Только все эти странности, связанные с посещением магазинчика и резкими переменами в жизни девушки, никак не выходили из головы.

Я только спрошу, все ли в порядке, и сразу домой, — придумала себе оправдание. — Ну правда, может, человек действительно в беде?

— Женя! Женька, стой! — через пару кварталов заметила стройную полураздетую фигурку и припустила бегом. Но та даже не дернулась на звук, хотя — уверена — наушников у бывшей коллеги не было, и со слухом она проблем не испытывала. — Ну погоди же! Это же я, Рита Минкина из клиентского! — ноль реакции. Хотя… блондинистая зараза прибавила шаг.

Вот тут бы плюнуть и идти домой, как раз прогулялась по прохладце, глядишь, и засну сразу. Только, зная собственный дурацкий характер, не оставлю ведь эту бестолочь на произвол судьбы. Если брошу сейчас Сумину, а та попадет в беду, изведусь муками совести. А насчет беды я уже не сомневалась. Женька свернула в промышленный район и топала прямо к старому заброшенному заводу, где лишь полуразрушенные цеха, склады, бесконечные заборы и темнота. Не лучшее место для прогулок, особенно для молодой девушки. Наслышана, что где-то там обитали бомжи, отирались криминальные личности, собиралась дворовая шпана для разборок.

Соседка ни на мгновение не остановилась, не замедлила шаг или засомневалась, куда идти. Будто точно знала конечную цель путешествия. Удивительно, но эта цель находилась за здоровенными железными воротами, через которые раньше выезжали груженные под завязку фуры. Женька без труда проскользнула через приоткрытую створку и исчезла из поля зрения.

Вот же! — хотела нырнуть следом, как увидела еще одного «зомби». Молодой человек в майке и семейниках целенаправленно подошел к воротам и исчез за ними. Чем угодно поклянусь, — он видел меня и не заметил! Как так? — я же в трех метрах стояла, и темнота уже разбавилась предрассветными сумерками. А одежка на мне светлая, издалека в глаза бросается. — Все страннее и страннее! Что делать? Повернуть назад или же узнать, чего это Женьке тут понадобилось? На наркоманку не похожа, в неблагополучных компаниях не замечена. Одно плохо — родных никого, искать никто не будет. Квартира ей от бабки досталась, та внучку и воспитывала, пока не померла лет пять назад. С родителями какая-то мутная история вышла, по слухам. Отец бросил семью, мать пила, в тюрьму угодила, да так и не вернулась оттуда. Соседи судачили, но там столько разных версий, черт ногу сломит. Спрашивать об этом не спешила, а Женька и не рассказывала.

Ладно, посмотрю одним глазком и обратно. Лишь бы не секта какая. Там такие умельцы, мозги на раз промывают, люди квартиры им отдают, а сами в блаженных идиотов превращаются.

За воротами ничего подозрительного не обнаружилось. Так, железки старые и мусор. А вот подальше, на территории полуразрушенного цеха, светились огни и мерно рокотала какая-то машина. Можно бы и возвращаться, не по себе как-то стало, будто ступила на опасную дорожку. В висках застучали молоточки — мигрень, будь она неладна, разыгралась. Только странное дело, иду вперед, боль становится сильнее, а вместе с ней и тревога за собственную жизнь. Делаю пару шагов назад — отпускает. Жуть какая!

Нет! — к внутреннему чутью необходимо прислушиваться. Если сюда привело беспокойство за судьбу девушки, то обратно гнало прочь ощущение опасности, которое нависло уже надо мной. — Решено, возвращаюсь! И иду прямиком в отделение полиции. Представляю, как будет выглядеть мой рассказ. Кто поверит? Никто, и я бы себе не поверила, если бы уже не раз убедилась, что такими вещами нельзя пренебрегать.

Вот только обратный путь оказался закрыт. Ворота захлопнулись с противным скрежетом, а дорогу перегородил пылесос на ножках. Грубое сравнение, конечно, но стояло это чудо техники на гусеничной платформе, обладало шестью гибкими клешнями, точно гофрированные шланги на знакомой технике, и кучей датчиков, подмигивающих яркими огоньками. Собственно, из-за овальной формы и манипуляторов, венчающихся разными штуковинами, я и приняла робота за бытовой прибор. На этом сходство заканчивалось, и дальше наступал черед богатого воображения, воспитанного на фильмах и книгах. Техника и я — понятия несовместимые, так что технических описаний от меня не дождаться. Но то, что эта штука опасная, кожей чувствовала, и красный луч, что зашарил по моему телу, — не к добру. Железяка нагнала больше страху, чем если бы я столкнулась с подвыпившей компанией в темном переулке.

Я медленно попятилась, а робот покатился следом. То ли мое поведение выбивалось за рамки, то ли я этой консервной банке не понравилась, сложно сказать. Из-за поворота послышались мужские голоса, от которых мороз по коже пошел. Говор чужой, непонятный. Мне никак нельзя туда! Что делать? Заметила проход в стене и юркнула в зияющий чернотой провал. Этот, на гусеницах, сюда не заберется.

Темнота вокруг не способствовала незаметному передвижению. И пары шагов не сделала, как споткнулась и упала. Коленку стесала и ладони — красота! Теперь месяц в брюках париться, пока рана заживет. Не буду же, как маленькая, сбитыми коленками сверкать? Если только юбку подлиннее… так, не о том думаю. Надо глянуть, чего там за собрание народов, и возвращаться. Ворота, жаль, перекрыты, а так бы уже бежала вприпрыжку. Не знаю, куда вляпалась Сумина, но мне этого точно уже не надо.

На улице быстро светлело, летом ночи короткие и теплые. Выждала пять минут и осторожно выглянула из укрытия. Тут же отпрянула назад. Мимо прошла еще одна девушка. Молоденькая, симпатичная, в халатике на голое тело. Сомнамбула какая-то! Робота сразу и не заметила, тот отъехал к воротам, створки которых вновь приоткрылись, и затих. Если не знать, что эта опасная железяка двигается, да в полумраке, ни за что не отличишь от хлама и выпотрошенных деталей старых механизмов.

Хм, если робот беспрепятственно пропускал людей внутрь, значит, поставлен кем-то вроде сторожа. Пока шла в нужном направлении, тот никак не проявил себя. Это когда возвращалась, преградил путь. Ну, что же, рискнем…

Вышла из бокового прохода и неторопливо, как это делали «зомби», отправилась по маршруту. Только у поворота прижалась к стене и осторожно выглянула из-за угла.

— Ох, ты ж, зверь капустный! Это как так?

На расчищенной от мусора и обломков площадке стояла… стоял… не знаю… космический корабль? Здоровый железный прямоугольник на четырех массивных опорах. Ни окон, ни дверей, как говорится. Боковая створка, будто лепесток у опавшего цветка, откинута вниз. Она использовалась как пандус, по которому внутрь заходили люди. Очевидно, путь через ворота не единственный. Очередная жертва, крепкий мужчина, вывернул из-за другого здания, подошел к аппарели, где стоял такой же робот на гусеничном ходу. Тот просветил его красным лучом, потом впился клешней в руку. Что там он сделал, не понятно. Но я бы предположила, что железяка отметила вновь прибывшего. Могла и ошибаться, конечно.

— А где же? Вот! — из недр железной коробки навстречу мужчине вышел человек в черном комбинезоне. Или сером? Не понятно. Но то, что человек, это без сомнений. Внешность вполне себе средняя. Заурядная, я бы сказала. В свете огней я его хорошо рассмотрела. Мутный тип, и выражение лица такое подлое, оценивающее. Он провел каким-то прибором по прибывшему, точно как в аэропорту просвечивают на наличие металлических предметов, сделал пометку в планшете, велел заходить.

— Ага, по-русски эти чудики говорят, — услышала отрывистую фразу и без труда распознала слова. А дальше обомлела, когда незнакомец развернулся в мою сторону и поманил рукой. — Откуда?

Рассуждать было некогда, кто-то подло толкнул в спину, и я вылетела на открытое пространство.

— Гады! — зашипела от боли, второй раз затормозить падение стесанными ладонями мало приятного. Оглянулась, кто же это такой добренький? — Мерзкий пылесос! И как подкрался-то! Как подкрался! — ничего ведь не услышала.

— Как ты сюда попала? — слишком правильное произношение и акцент выдавали в мужчине иностранца. Я, стеная от неприятных ощущений, поднялась на ноги, посмотрела незнакомцу в глаза.

— Что здесь происходит? Моя подруга у вас? Я видела, как она сюда зашла. Кто вы такие?

Вместо ответа меня облучили тем же приборчиком, что других «зомби» недавно. Очевидно, результат не порадовал вражескую морду. Этого нахала я однозначно приписала к врагам. Вдобавок, он еще и окинул меня пренебрежительным взглядом, скривился.

— Мясо, — процедил брезгливо. — Больше пары тысяч не выручить. В расход!

— Чего? Какое мясо? Какой расход? — вскипела праведным гневом. Глаза бы этому уроду выцарапала. Так-то я мирный человек, не люблю конфликты, крики или ссоры. Но если доведут…

И тут моя чуйка взревела об опасности. Сама не знаю, что мной руководило, но я вдруг прыгнула в сторону и покатилась по земле, не обращая внимания на сбитую коленку и раны на ладонях. Вовремя! На том месте, где стояла, что-то бухнуло, пролетело вперед и врезалось в ближайшую стену. Собственно, после этого куска стены не стало, там зияла ровная дыра с оплавленными краями.

Мамочки, это… если бы чуть промедлила, только рожки да ножки и остались бы! — с ужасом посмотрела на консервную банку, которая и натворила бед. Эта дрянь нацелила на меня манипулятор, в клешне которого была зажата недодрель. В хозяйстве имелась похожая, полочку там повесить, шуруп закрутить, мало ли. Так вот, если убрать ручку, а из круглого отверстия вытащить сверло, недодрель и получится. Только эта гадость плевалась смертельными зарядами и…

— А-а-а! — откатилась в сторону. Такой мороз продрал до костей, что на полметра подлетела со страху. Задергаешься тут, когда тебя убивают.

— Как интересно! Команде отбой, — приструнил незнакомец железяку. Затем тыкнул пальцем в приборчик, что-то там перенастроил и снова меня просканировал. — Хм, ну надо же! Никогда бы не подумал, — потом эта сволочь выхватила из-за пояса тупоносый пистолет и выстрелила.

Меня уже било током. Несильно, правда, иначе бы уже давно на тот свет отправилась. Но эти ощущения ни с чем не перепутать. Разряд был такой, что клацнули зубы, тело выгнуло дугой, а из глаз искры посыпались. Я задергалась, как припадочная, пока сознание не отключилось от боли.

Глава 2

Возвращение к жизни оказалось болезненным. Тело ломило, напоминая, как жестоко с ним обошлись. Еще и раны на ладонях саднили, язык во рту еле ворочался. Умудрилась прикусить, когда разрядом приложили. Вдобавок, у самого лица чем-то так воняло, что глаза слезились. Поневоле проклянешь все на свете, а особенно любопытство и сердобольность.

Далась мне эта Сумина! Что теперь делать? Где я? — руки оказались связанными и лежать было тесновато. С двух сторон кто-то мерно сопел. — Боже, этот запах… — так и есть, перед носом обнаружились чьи-то ноги. Судя по размеру, мужские и немытые, в носочках и сланцах. Меня сейчас стошнит! Извернулась ужом, чтобы хоть немного сменить положение. Это же невыносимо!

С горем пополам приподнялась и села, облокотившись на серую стену. Осмотрелась, насколько это возможно в тусклом свете единственного светильника над дверью.

— Беда-а! — предположительно, я находилась в железной коробке, которую увидела на заброшенном заводе. Стены и пол слегка вибрировали, перед глазами все плыло. — Неужели мы куда-то едем? Или летим, если это космический корабль? Только в качестве кого я здесь? Тот урод назвал меня мясом, и явно не хотел забирать, пока второй раз не померил приборчиком. Знать бы еще, что он там рассмотрел?

Комнатка оказалась крохотной, два на два метра от силы. И нас тут шесть человек набилось, вповалку — четверо мужчин и две женщины, если со мной считать. Вторая представительница прекрасного пола была в дорогом костюме, при прическе и очках, моложавая, стройная. Обладателя ароматных носков я уже видела, когда тот сам пришел на заброшенный завод. Еще в нашем молчаливом обществе имелся щупленький парень с длинными сальными патлами и грузный толстячок — хвала всем богам он лежал у двери. Предположу, застарелый запах пота от него. Последний — вполне себе приличный русоволосый индивид лет тридцати-тридцати пяти. Ну и я, собственной персоной. Разношерстная компания, если честно. А ведь я видела нескольких симпатичных молодых парней и девушек. Их поместили отдельно? Если я теперь не мясо, то кто тогда?

Ответов, понятное дело, не дождалась. Никого из случайных попутчиков разбудить не получилось. Освободиться от пут — тоже. Так что сидела, ни жива, ни мертва и строила предположения одно хуже другого. Самое ужасное, что кроме пиратов, на ум ничего другого не приходило. С какой целью нас тут собрали. Куда везут? Какая судьба ожидает? Связаны ли эти события с тем злополучным магазинчиком, в который потащилась Женька?

Я уже говорила о плохом самочувствии? Так вот, теперь еще и уши заложило, и тяжесть навалилась такая, что кровь носом пошла. Не у одной меня! Вон, хлюпик тоже здоровьем слабоват оказался. Кое-как растолкала его ногами и перевернула набок. Захлебнется еще! А потом… потом мы резко взмыли в воздух, и тогда стало по-настоящему страшно. Невесомость!

Мамочки, я домой хочу! В свою уютную квартирку, в летнюю жару и надоевший офис. Хотя, какой надоевший? Любимый и родной, земной и понятный. Слезы сами покатились из глаз, только они сразу сворачивались в мелкие бусины и плавали поблизости. Сколько так продолжалось — не знаю, время замерло на одной отметке. А я тихонько сходила с ума от неизвестности и страха за собственную судьбу.

Так вот как пропадают люди! Без следа, без причины, без шанса на спасение. Неудивительно, что большинство пропавших так и не находят. Никогда. Просто не знают, где искать. Но ведь… космический корабль, если это так — внутри еще теплилась дикая надежда на чудо или дурной сон, который скоро закончится, — почему никто не засек, как он приземлился посреди миллионного города? Разница в технологиях? Но ведь кто-то вроде меня мог увидеть корабль, узнать, чем на самом деле занимаются пришельцы с далеких планет? Или это происходило с молчаливого одобрения власть имущих? А может, пришельцы давно уже ходят среди нас и занимаются своим черным ремеслом? Да, теперь я понимала стремление похищенных истреблять пиратов на месте. По крайней мере, в фантастических романах это выглядело именно так. Интересно, что еще из выдуманных историй существует на самом деле? Содружество? Нейросети? Пространственные прыжки? А может, магия?

Полет мысли и тела оборвался внезапно. Включилась гравитация и все, что болталось в тесном пространстве каморки, рухнуло на пол.

Да твою же капустную кочерыжку! — копчик отбила. Я бы еще повозмущалась по этому поводу, да только снаружи послышались тяжелые шаги, а потом дверь отъехала в сторону.