Иллюзия силы

Глава 1

Бессовестная девчонка, – мысленно ругалась я, – куда делась, вертихвостка мелкая?

Я стояла возле аудитории, с обреченным видом наблюдая, как туда заходит последняя девушка. Мы к этому тесту две недели готовились. И все для чего? Чтобы в последний момент Аленка сбежала?

Не верю. За что ты так со мной? – простонала, закусив нижнюю губу. – Столько возможностей! Учеба за границей, стипендия, карьера. Все коту под хвост из-за нелепых страхов. Хоть самой иди в класс!

С несносной проказницей, которую я все же любила, нас связывала не менее тесная дружба, чем с ее мамой Вероникой. Хотя, что у одной, что у другой – ветер в голове. С подругой мы вместе с третьего класса. Она переехала в столицу из провинции, и уже в те года только и мечтала о том, чтобы выгодно выскочить замуж. Одни разговоры о шмотках и парнях.

Что у нас было общего? Ничего. Просто новенькую девочку посадили на свободное место. Рядом со мной. Тут уж и не захочешь, а будешь в курсе последних новинок моды и журнальных сплетен.

И пусть мне было неинтересно, я все же тянулась к Веронике. Она единственная, кто замечал меня и не обзывал «толстухой» или «зубрилкой».

Да, – я поежилась, вспоминая школьные годы, – самые ужасные. С вечными насмешками и издевками одноклассников. А еще полным отсутствием мужского внимания. Да и кто посмотрит на полноватую, высокую и нескладную, с брекетами и россыпью прыщей на лице девочку?

Только Веронику мой внешний вид не смущал. Она с легкостью заводила друзей, при этом, не стесняясь использовать их в своих целях. Я понимала, что нужна подруге как фон, на котором ее красота смотрелась ярче. А еще возможность списать домашнее задание и рассчитывать на подсказку во время ответа на уроке.

Но я была не против. Хоть какой-то шанс пообщаться с тем, кто не смотрит на тебя, как на земляного червя. А еще вокруг Веронички постоянно крутились мальчишки. Среди них и тот, о ком частенько я вздыхала перед сном.

Свою первую любовь я пережила в одиночестве. Плача в подушку и терзаясь горькими мыслями о том, что на меня никогда не обратят внимания. Даже с лучшей подругой я не поделилась этой тайной. Не знаю почему. Это мое. Личное. Хрупкое. То, что скрывалось под плотным панцирем спокойствия, которым я закрыла сердце ото всех. Даже от себя.

А с Вероникой мы сдружились крепко. Совершенно разные, со временем стали неразлучны. Именно подруга настояла на том, чтобы я начала ухаживать за собой. С ее легкой руки, ну и косметических средств, моя кожа очистилась, стала нежной и гладкой. К окончанию школы я даже сбросила несколько килограмм, чтобы достойно выглядеть на выпускном вечере. Именно там, стоя в одиночестве у стенки, с завистью глядя, как кружатся в танце и обнимаются счастливые одноклассницы, я твердо решила измениться.

Воспоминания тревожным шлейфом окутали мысли. Но я стряхнула их одним движением. Расправив плечи, решительно направилась к аудитории. Дверь уже почти закрылась, но я успела всунуть в проем носок туфли.

– Позволите? – я нацепила улыбку номер три. Нагловатую, заигрывающую и в то же время немного смущенную. – Не опоздала?

– Проходите, – раздался голос из-за двери.

Поспешив войти, чуть не столкнулась с мужчиной. Остановилась в двух или трех сантиметрах от его груди. Пришлось задрать голову, чтобы увидеть обладателя весьма неплохого набора мышц, спрятанных в светло-серый костюм и белоснежную рубашку.

Ух, ты!

Улыбка номер три трансформировалась в номер один. Мою фирменную. Соблазняющую.

Правильные черты, красивый разлет бровей, серые глаза, надменный излом губ и очаровательная ямочка на подбородке. Ах да, еще соломенного цвета волосы, слегка вьющиеся и ложащиеся крупными прядями на высокий лоб.

Я выдержала паузу, позволяя незнакомцу, как следует рассмотреть себя.

А что, за последние пятнадцать лет я сильно изменилась. Никто бы не узнал в стройной подтянутой брюнетке ту некрасивую школьницу с блеклыми мышиного цвета паклями на голове. Особо я гордилась удачной ринопластикой и подкорректированной формой губ. И уж если сдавать себя с потрохами, то и силиконовыми вставками третьего размера. Умелый макияж. Зря, что ли, моя лучшая подруга визажист и косметолог? Ухоженные волосы. Идеальная кожа. А фигура… Как оказалось, под жировой прослойкой и некрасивыми складками на животе, скрывались очень даже пропорциональные формы. Теперь я тщательно следила за весом, занималась танцами и йогой.

– Вы успели в последний момент, юная леди, – бесстрастно взирая на мои прелести, ответил сероглазый.

Особенно покоробило ударение на слове «юная». И снисходительная усмешка.

Вот гад! – оскорбилась по самое не хочу. – Теперь из принципа не уйду отсюда.

– Так любезно с вашей стороны, вы подождали меня, – пропела я, надевая улыбочку «холодная красавица», – где мне можно присесть?

– Здесь полно мест. Выбирайте любое, – ответили мне, равнодушно пожав плечами.

Удавлю! Брошу! Вот сначала добьюсь, соблазню, а потом тут же брошу!

Походкой от бедра проплыла через класс и устроилась за свободной партой. Преподаватель сел напротив. Через два стола.

– Раз все в сборе, – красавчик выразительно посмотрел на меня, будто я была досадной помехой его выступлению, – начнем. Для начала представлюсь: Грейм тер Ордленд. Декан Ортанской академии по иллюзорному искусству.

Ого! Иностранец? Странное имя. Кто же он? Швед? Похож. Высокий, светлый, сероглазый. Или норвежец? Стоп, Ортанская академия. Что же я читала на сайте? Очень престижный вуз, готовящий высококвалифицированных дизайнеров, архитекторов, художников. Расположен в каком-то городке под Берлином. Может, Грейм немец?

– Все вы, – продолжил тем временем мужчина, – прошли строгий отбор. Работы, присланные нам по e-mail, рассматривались коллегией высшего преподавательского состава. Из тысяч рисунков мы выбрали двадцать пять лучших. И я рад, что все нашли возможность приехать на последнее, финальное испытание.

Еле сдержала зевоту. Почему-то нудные речи о том, что и так известно, нагоняли тоску.

– Сегодняшнее задание будет необычным. Оно должно раскрыть ваше мастерство. Постарайтесь показать себя с лучшей стороны, – бубнил монотонный, но вполне приятный голос.

Черт. Кажется, я засыпаю. Ну, Аленка, – вспомнила виновницу своего плохого настроения, – лучше тебе неделю на глаза не попадаться.

– Тема, которую предстоит раскрыть, – мир будущего. Изобразите полет фантазии. Это может быть город будущего или другая планета. Хоть инопланетянин. Что угодно, лишь бы это шло от души.

Последняя фраза красавчика насчет полета фантазии заставила замереть в предвкушении. План мести из набросков перерос в полноценную картину. С удовольствием отметила, как Грейм запнулся, натолкнувшись на мой убийственный и полный предвкушения взгляд.

– Итак, – подытожил сероглазый, – у каждого на столе есть необходимые для работы принадлежности. На все у вас два часа. Советую прислушаться к внутреннему голосу и интуиции в выборе темы для рисунка.

О! Мой голос просто вопил и захлебывался тем, что я хотела показать. Нет. Мне это поступление и даром не было нужно. Вот Алене – да. И то, как оказалось, видала она всех этих претенденток и этот долбаный отбор. Оторва похлеще своей мамочки. У меня же, главного дизайнера «Орвекса», ведущей строительной фирмы в области, надобности в подобном фарсе не было.

Опять повелась на прихоть Суворовой. Сначала одна из них влияла на мою жизнь. Надо сказать, что не жалуюсь на это. Но вторая вертихвостка могла дать фору нам обоим. И мне, и мамочке.

Пока я, то и дело усмехаясь над собой, вспоминала, что меня привело на этот конкурс, руки порхали по мольберту, нанося уверенные штрихи и линии. Алена как раз заканчивала школу и стояла перед трудным для каждого подростка выбором: куда пойти учиться. Вот у Веронички не было таких загонов. После выпускного бала она уже осенью примерила фату невесты. Удачную такую. Года на три. Со всеми вытекающими в виде крохотной дочурки, разбитого сердца, алиментов и трешки в приличном районе. Работать подруга не пошла. Маленький ребенок. Ага. Зато предложила мне переехать к ней. Дескать, одной тяжело, а мне пора к самостоятельной жизни привыкать. А я и согласилась. Так что у Аленки было две мамы и тройной набор бабушек. Моя мама тоже считала девчушку внучкой, хотя все же ждала, когда и я порадую ее пищащим карапузом.

Непростые были времена. Днем я училась. Мда, о первом образовании грустно вспоминать. Строительный университет. Круто, да? Сама выбрала, за что и поплатилась. Тяжко пришлось. Чертежи, контрольные, рефераты. А тут еще памперсы, кормления и прогулки. Ну, и попутно уборка, готовка и прочие радости домашней жизни. Не скажу, что Вероничка меня эксплуатировала. Хочу, но не скажу. Привыкла.

Сейчас я изменилась. Встала на ноги, купила отдельное жилье. Да, в том же доме, что и Суворовы, но жилплощадь собственная. Кровно заработанная. Чего мне это стоило! После второго курса пришлось перевестись на заочное обучение. Ага. А на что жить трем незамужним девушкам? Причем самой мелкой отдавалось лучшее, что мы могли позволить. Устроилась на работу в ту самую фирму, где и по сей день тружусь. Только не дизайнером, а обычной помощницей начальника проектного отдела. Года два работала девочкой на побегушках. Потом удостоилась повышения: целый младший сотрудник. Мизерная зарплата возросла до уровня тяжкого вздоха. Больше чем на старшего сотрудника рассчитывать не могла. А хотелось. Очень.

И тут неожиданно меня настигла благодарность. От кого? От Веронички. Очередной ее кавалер пристроил на курсы дизайнеров. Я пошла. Кто ж отказывается? К тому же замаячила перспектива перевестись в другой отдел. Интерьер и ландшафтный дизайн. Кто бы мог подумать, насколько это прибыльное занятие! Очень кстати оказался диплом строительного вуза. Опыт работы и… нужная рекомендация. Вероничка в это время крутила роман с каким-то начальником, который и похлопотал за меня у своего знакомого.

Я частенько брала работу на дом. В моей квартире целая комната с балконом была отдана под студию. Стоит ли говорить, где все время пропадала Аленка? От меня она заразилась страстью к рисованию. И у нее неплохо получалось. А уж то, чего можно достичь в этой профессии можно увидеть на моем примере.

Конкурс этот раскопала Алена. Из интернета ее просто не вытащить, так что удивляться нечему. Тайком от мамы отправила свои работы. Ну, и парочку моих добавила. Удивительно, но она прошла предварительный отбор. И даже основной конкурс. Но вот теперь, когда остался последний шаг, бессовестная девчонка позорно сбежала, бросив меня разбираться. А я и осталась. Вероника об этом ничего не знает. Да и не отпустила бы дочку одну в другую страну. Вот я и расхлебываю, сидя в аудитории и рисуя… да-да, этого самого красавца.

Если дело не касалось определенного заказа, то я всегда полагалась на внутреннее чувство. Кисти либо грифели порхали по мольберту, не интересуясь моим мнением. Поначалу я терялась, с благоговейным ужасом рассматривая то, что выходила из-под «пера». А потом привыкла, научилась отделять работу от творческих порывов.

Сегодня было на редкость удачное стечение обстоятельств. Я воплощала то, что на несколько секунд мелькнуло в голове. Мысленно закрепила картинку и сейчас методично наносила на бумагу.

Грейма изобразила таким, каким увидела его в первый момент. Красивым, удивленным, возвышенным. Но я была бы не я, если все бы так и оставила. Среди красивых кудрей прорезались аккуратные рожки. За спиной взметнулись роскошные перепончатые крылья. А правую ногу обвил симпатичный хвостик.

Дьявольский мужчинка!

Фоном сделала старинный замок с роскошными резными башнями, куполами и мостками между стенами.

Он сказал, будущее? Ха! Получите-ка экскурс в прошлое. Старинный замок, построенный в смешении стилей, дикорастущие деревья, парочка полей. Гольф или футбол. Кто знает? Чуть в стороне – кладбище. Красивое, опасное, с полуразвалившимися гробницами и величественными склепами. Весь этот ансамбль накрывал полупрозрачный искрящийся купол. Xм, ну, и странные вещи иной раз получаются. Еще домишки слева. Будто ручейки, стекающиеся в одном им известном направлении, чтобы чуть поодаль образовать целый город.

Мда. А ватмана маловато, чтобы разгуляться разбушевавшейся фантазии.

– Время, – нарушил тишину красавчик, – сдаем работы.

С тяжкими вздохами сожаления участницы, забыла сказать, что все претендентки оказались женского пола. Все разом встали и понесли работы на учительский стол.

Мой шедевр, свернутый в трубочку и скрепленный жвачкой, лег последним.

– Всего нехорошего, – с милейшей улыбкой проворковала я, шмякнув работу прямо перед носом Грейма. – Прощайте!

Походкой а-ля последний залп Авроры, выплыла из аудитории. Стоило закрыться двери, как я в разгневанных чувствах направилась на стоянку. Аленки уже здесь не было. Наверняка заявится только вечером или утром, когда моя злость сойдет на нет.

Изучила меня, как облупленную. Вертит, как хочет.

Добравшись до дома, немного успокоилась. Собственно, по дороге удалось сбросить пар – наорать на нерасторопного водилу, перегородившего выезд с парковки.

Приняв душ и переодевшись в свои любимые шортики и маечку с зайцами, решила поработать. Уже спустя двадцать минут отчаянно ругалась. На красивом проекте лужайки загородного дома красовался образ сероглазого вкупе с рожками и хвостом.

Вот гад! Надеюсь, никогда больше не увижу! А если увижу – прибью!

Ага. Наивная.

Через два дня в три часа ночи в квартиру ворвалась Аленка. Радостными воплями и не менее бодрыми шлепками вытащила меня из теплой постельки и поволокла к ноутбуку. У меня от такой наглости даже сил возмущаться не было. Я тупо таращилась на экран, пытаясь сообразить, что же так разволновало мою «дочурку».

– У нас получилось. Мы выиграли! – вопило несносное создание.

– Что там получилось? – сонно переспросила я. – Что выиграли? Во что ты в очередной раз вляпалась?

– Нет, Светик, не я. Вляпалась ты!

Стоп. Что?

Прильнув к экрану, я читала сообщение, пришедшее на Алёнкину почту.

Уважаемая… бла-бла… Рады сообщить… Вы победили в конкурсе, – я сфокусировала зрение, пытаясь осмыслить, – единственный победитель. Приглашаем на учебу в Ортанскую академию на факультет творчества и чего-то там.

Я протерла глаза руками.

– Это шутка, да? Алена? Ну, скажи, твои друзья прислали, чтобы разыграть меня. Ты ж до сих пор не простила новой аватарки с изображением жирного тролля в пайетках?

– Нет, Светик. Это не я, – девушка скромно подвела глазки и сделала ангельское личико, – с тем делом виновата. Признаю. Заслужила. Без обид.

– Угу. Коротко и ясно. А это что за ерунда? – указала на письмо.

– Это по-настоящему. Посмотри на адрес.

Действительно, в адресатах стоял незнакомый сайт с успевшим набить оскомину названием «Ортанская академия».

– Бред какой-то. А давай просто удалим сообщение. Все. Никто и ничего. Как так и было.

– Неа, – Аленка мотнула головой, – не прокатит.

– Почему?

– Я со своего компа уже раз двадцать удалила. А оно снова появляется, будто заговоренное. И еще вот, – девушка подала мне письмо в дорогом конверте с иностранными марками и уже известным обратным адресом. – Нашла в почтовом ящике. Хорошо, мама почту не проверяет.

– Та-ак, – я начинала тихо звереть, предчувствуя, что эта история так просто не закончится, – есть вещи, о которых мне нужно знать?

Виновница ночного переполоха побоялась смотреть в глаза и просто кивнула.

– И… – с нажимом произнесла я.

– Когда заявку отправляла, – Аленка шмыгнула носом, – указала все данные. Ну, адрес, паспорт, сведения о родителях.

– Допустим. И что? – я почувствовала легкий холодок, сбегающий вниз по спине. Такое происходило, когда неприятности цеплялись на мою пятую точку.

– В общем, там был один договор.

– Какой договор? – я зверела с каждой секундой. А выдернутый из приятного сна организм начинал лютовать.

– Ну, как договор. Обычный, – пискнула девушка.

– Показывай!

Алена открыла еще одно сообщение, в котором уже переслала со своего адреса копию договора. Я начала читать. Когда добралась до последнего пункта, была уже красная, как рак, и могла разорвать любого голыми руками.

– Как! Ты. Могла. Такое. Подписать? – голос сорвался на визг.

– Я не думала. Просто… Не хотела. Не знала, что ты пойдешь. Выиграешь, – лепетала девчушка в свое оправдание, пятясь от меня к выходу.

Я тебя не породила. Но убью, блин, с особой жестокостью!

С молчаливой решительностью кинулась на «дочурку», размахивая своим же компом.

– Ой! Давай, завтра поговорим, – Аленка шмыгнула в незапертую дверь.

Я услышала топот и то, какими скачками ребенок преодолевал лестничные пролеты. С досады запустила ноутбуком вслед. Впечатавшись в дверной косяк, он рассыпался на «микросхемы».

– Черт! – я ударила кулаком по стене. Тут же запрыгала, зажав стесанную руку, и подвывая от боли. Затем и вовсе сползла по стеночке на пол. Обняв колени руками, заплакала.

В целом, в контракте не было ничего такого, кроме одного пункта. В случае отказа победителя от учебы, он обязуется компенсировать все расходы, связанные с проведением конкурса. ВСЕ! Учитывая, что сюда входит не только оплата проезда участникам, съем жилья для них и преподавателя, но и компенсация за ущерб в размере оплаты пятилетнего обучения, то сумма набиралась фантастическая. Ни у меня, ни у Вероники таких денег не было. Или мы отправляем Алену на учебу, или… становимся бомжами. Потому как придется продать обе наши квартиры.

Постепенно мысли в голове упорядочились, приводя меня к единственному выводу: Аленка поедет в Ортанскую академию! Осталось убедить в этом саму Алену и ее маму.

Глава 2

Я стояла на перроне и вновь мысленно ругала девчонку, отлучившуюся «на пять минут». Поезд вот-вот отойдет. А у меня ни билетов, ни пассажирки. Только огромный розовый чемодан и куча нецензурных выражений.

– Суворова?

От голоса, раздавшегося над ухом, чуть не подпрыгнула. Обернувшись, увидела того самого, сероглазого с самодовольной ухмылкой на красивом до дрожи в коленках лице.

Доли секунды потребовались, чтобы взять себя в руки и улыбнуться нахалу.

– А вот и нет. Я не Суворова. Вы меня с кем-то путаете, – нагло заявила я, при этом наивно хлопая ресницами.

– Алена Владимировна, ну, что вы. Вас трудно с кем-то перепутать

– И все же, вы ошибаетесь.

– Тогда позвольте узнать, что вы здесь делаете? Да еще с чемоданом?

– Не позволю, – грубо ответила я, – не обязана отчитываться.

– Зря вы так, Алена. Вам пять лет учиться под моим началом.

– Размечтался! Я, вообще, не собираюсь учиться. Умею уже. Да и работа есть. Так что можете не распыляться.

– Вы помните условия контракта? Последний пункт, – процедил Грейм.

– Какой контракт? Тот, что вы подписали с Аленой Суворовой? Помню. Никто и не собирается ничего нарушать. Алена, – имя я произнесла с нажимом, – с вами и поедет.

– Что это значит?

– То и значит.

Увидев Аленку, спешащую ко мне с бутылкой минералки и двумя брикетами мороженого, обрадовалась. Схватив девушку за рукав, подтянула ее к себе и представила красавчику:

– Знакомьтесь! Алена Владимировна Суворова собственной персоной.

О! За такие моменты триумфа можно простить все крики и скандалы, устроенные Вероничкой за последние дни. Но даже ее благоразумия хватило, чтобы понять: лучше пусть девочка получит образование, чем мы втроем станем беззаботными жителями окрестных помоек.

– За что мне это? – пробормотал Грейм, переводя взгляд с одной из нас на другую.

– За красоту, талант и мягкость характера, – не сдержалась от подколки.

– Чьи работы участвовали в конкурсе?

– Ее, – показала на дочь подруги.

– Серьезно? – сероглазый уставился на Алену так, что она съежилась.

– Ну, не все. Еще были две работы Светика, – пролепетала несчастная.

– Светика, значит, – ухмыльнулся красавчик. – Ну, что же, Светик…

Отчего-то мне не понравилось то, как он на меня посмотрел.

– Теперь все стало на свои места. И то, что среди бездарных работ затесались две стоящие. И то, что на последнем экзамене я видел именно вас. И то, что именно ваша работа заняла первое место в финале. Значит, вам и ехать со мной в Ортан.

– К-куда? – я поперхнулась. Но тут же стервозный голосок во мне возмутился. – А по какому праву? Я не подписывала контракта. Не отправляла работы на конкурс. А то, что заменила Алену… Ну, так об этом в условиях ничего не сказано. Со своей стороны, мы готовы выполнить обязательства. Алена поедет учиться в академию.

С вызовом посмотрела на сероглазого, одарив улыбочкой номер восемь – язва еще та.

– Вот как? – спокойненько так протянул Грейм. Металлические нотки в голосе заставили волоски на моей коже встать дыбом. – Значит, я и доставлю в академию Алену Суворову. Но только кто же ее в лицо знает? Мало ли людей с похожими именами.

– Эй! Ты чего удумал?

Мы с Аленой переглянулись.

– Я никуда не поеду. У меня работа. Заказы. Да, в конце концов, я не восемнадцатилетняя девушка, как бы хорошо ни выглядела.

Последнее произнесла с особой гордостью. Физическая форма и внешний вид в мои тридцать четыре заставляли гордиться собой. Но на школьницу я не тянула, как ни крути.

– Это мои проблемы. Решено! Вы едете со мной.

Сероглазый вцепился в руку, будто я собиралась убежать. Хотя, чего греха таить? Собиралась.

– Не имеете права. Буду кричать, – прошипела я.

– Вы отказываетесь выполнить контракт?

– Нет. Но…

– Тогда ни о чем не беспокойтесь.

– Да как так? Нас даже в поезд не пустят. У меня документы на другое имя. И уж, конечно, я с собой загранпаспорт не вожу. На границе в любом случае высадят.

– Неужели?

Что-то в голосе Грейма сейчас заставило усомниться.

Вот дура! Что он на самом деле может сделать? Контракт на Суворову. Алена – вот она, готовая и упакованная. Причем сама паковала и с большим трудом. Чего бояться?

– Нас даже в поезд не пустят. Думаете, проводник не отличит сопливую девчонку от взрослой женщины?

– Проверим?

– А давайте!

Выдернув руку из лап красавчика, решительно направилась к вагону.

– Ваши билеты, – вяло спросил проводник.

В руках Грейма, как по волшебству, возникли печатные листки. Проводник со скучающим видом прочитал:

– Алена Суворова и Грейм тер Ордленд. Ваши паспорта.

Первым документы отдал сероглазый. Затем выудила паспорт и я. Проводник глянул на билеты, сличил данные с оригиналом и сказал:

– Проходите. Провожающие остаются. Отправляемся.

Не давая опомнится, Грейм подхватил розовый чемодан, затем подсадил меня на подножку и втолкнул в вагон. Обернувшись, я увидела растерянную Алену с мороженым и минералкой в руках, оставшуюся на перроне, проводника, закрывающего дверь и медленно уплывающее здание вокзала.

Поезд Москва – Берлин отправлялся, увозя меня в неизвестную академию.

Глава 3

Все то время, пока Грейм заводил меня в отдельное купе, усаживал и заказывал чаю, я молчала, находясь в глубоком ступоре.

Как? Почему я? В голове не укладывалось, что с каждой минутой все дальше удаляюсь от прошлой жизни. А мои заказы? А работа? Нужно бежать! Сойти с поезда. Вернуться.

С этой мыслью рванула на выход. Только крепкая хватка пригвоздила к сиденью.

– Не дергайтесь. Ничего не получится. Теперь-то я точно не упущу вас.

– С какой стати! – возмутилась я. В какой уже раз за последние дни мной овладела ярость. – Кто вам дал право распоряжаться моей жизнью! Это преступление. Похищение. Помогите!

Последние слова сорвались на визг.

– Можешь кричать. Никто не услышит. К тому же скоро будет пересадка, – резко перейдя на «ты», Грейм дал понять, что церемониться со мной никто не собирается.

Я похолодела. Весь запал сошел на нет.

Что значит, никто не услышит? Да нам ехать больше суток!

– П-почему не услышат? Какая пересадка? – пискнула я, поразившись, куда делась вся злость. Страх липкими щупальцами пробрался под кожу. – Куда вы меня везете?

– Да не трясись так, – брезгливо фыркнул сероглазый. И пусть он все еще оставался красавчиком, но уже вызывал стойкое отвращение, – мы едем в академию. Но находится она не в Германии.

– А где?

– В Ортанской империи.

– Кхм, простите. Что-то не припомню такой. А где она находится?

– Не волнуйся. Это не на Земле. Сейчас мы переправимся на Альвадис.

– К-куда?

Я чувствовала себя полной идиоткой. Все ждала, когда в купе ворвутся клоуны, хлопнут фейерверк и весело сообщат, что все происходящее – шутка.