( Не)идеальная для монстра

Глава 1

Тяжелый крейсер огневой поддержки медленно вынырнул из гиперпространства. Едва только нос корабля показался в системе, как взревели баззеры тревоги. Я тут же отдала команду на разворот и подала остатки энергии на щиты по правому борту. Дохлый номер. Крейсер пожалел самонаводящейся ракеты, дождался, пока его туша выплывет из облака гиперперехода и расстрелял мой кораблик из тоннельной пушки. Я только и успела, что нажать на кнопку сброса спасательной капсулы, как тело вдавило в ложемент и в глазах потемнело. Тотчас сработала аптечка, впрыскивая «Редонат-М», снимающий болевые симптомы. Я сглотнула, чтобы поскорее избавиться от пробки в ушах, и отдала команду на открытие тренировочной кабины.

Первым, кого увидела, был лин Оми, крес-майор в отставке и преподаватель в учебном центре по подготовке пилотов. Как обычно, по его мимике невозможно понять, сдала я или нет. Одинаково бесстрастное выражение лица тот носил, словно маску. Говорят, еще в учебке военные пилоты проходили жесточайший отбор. И главным показателем являлся вовсе не уровень интеллекта, хотя без этого параметра ниже ста двадцати баллов с тобой даже разговаривать не будут, а психологическая устойчивость. Такие специалисты всегда востребованы, их с удовольствием берут в элитные учебные центры, как этот, или же в службы гражданских перевозок.

– Лина Микош, как самочувствие? – мужчина подал руку, помогая выбраться из тренажера.

– Спасибо, лин Оми, превосходное. Позвольте узнать результаты экзамена?

– Вы убиты, – невозмутимо ответил крес-майор, – спаскапсулу повредило обломками вашего же корабля, и вы задохнулись уже через полторы минуты. Подробности и детальный разбор полета через сорок минут в учебном классе.

Вот же, зануда! – проводила преподавателя возмущенным взглядом. – Это же сорок минут изнывать от любопытства, потом слушать скучнейшие выводы и кивать, когда тебя будут макать головой в собственные ошибки. И только после этого лин Оми соизволит озвучить результаты. Спрашивается, зачем гражданскому пилоту навыки уклонения от вражеской эскадры? Я же не воевать собралась, а всего лишь получить доступ на управление космическим средством передвижения. Взлет, посадка, маневрирование – все это отработала на высший балл. Да я с семи лет на пилотском мостике и любую из обязательных программ с закрытыми глазами сделаю. Когда твой отец глава корпорации «Микош», нет ничего невозможного. И собственный флаер на десятилетие, и спортивный глайдер в пятнадцать, и яхта на совершеннолетие. Да, я именно из таких, золотых детишек! И не приложила ни малейшего усилия, чтобы заполучить то, что для других недостижимая мечта.

– Лина Микош, вам надлежит немедленно прибыть на Рамию, – встретил на выходе из училища Нэшвил Каллинг, нянька и телохранитель в одном флаконе. – Вас можно поздравить?

– Да, Нэш, – кивнула мужчине, – перекусим? Заодно и отметим, – подмигнула и направилась к ближайшей кафешке.

Наемник недовольно засопел и поплелся следом. Уверена, Сухарь бы с удовольствием запихнул меня на корабль, запер в каюте и ушел в гипер, чтобы как можно быстрее сдать отцу с рук на руки. Однако я не собиралась идти на поводу у какого-то там мужлана. Пусть хоть сто раз будет прав, а все равно сделаю по-своему. Просто, чтобы вызвать на невозмутимом лице хоть какую-нибудь эмоцию. Надоели уже нотации: то нельзя, туда не ходи, этого не делай! Мне скоро восемнадцать!

В шестнадцать мне установили продвинутую экспериментальную нейросеть «Ученый-6МУ», по сути – биокомпьютер, позволяющий закачивать информацию напрямую в мозг и обрабатывать большие объемы информации.  Выращивалась такая нейросеть на протяжении двух лет и стоила целое состояние, зато приживалась идеально и настраивалась только на одного владельца – меня. За минувшие два года я усердно училась, овладевая сложной профессией ученого и управленца. Не то, чтобы это был мой выбор. Само собой, подразумевалось, что однажды огромная корпорация станет моей. Надеюсь, это произойдет не скоро, потому что не хотела я превращаться в черствую машину по изготовлению денег. Такую, как Хиан Микош.

 Отец не всегда был помешанным на работе фанатиком. В памяти сохранилась его мягкая улыбка и нежный взгляд. Маму он обожал и проводил с нами каждую свободную минутку, много шутил и смеялся. Пусть тогда еще скромная компания «Микош» не приносила баснословные прибыли, но на жизнь хватало. Со смертью мамы папу как подменили. Знаю, он выследил и покарал всех причастных к ее гибели. Это конкурирующий концерн «Дуотти» провел акцию устрашения, чтобы поставить на место наглого выскочку, сбивающего цены на рынке дроидов. Теперь о клане Дуотти осталась только запись в системе регистрации, а Хиан Микош обрел славу жестокого палача. В узких кругах, конечно. Перед законами федерации Шадар гражданин первой категории лин Микош был чист. Да и правительственный контракт на поставку боевых дроидов давал определенные привилегии. В частности, на собственный флот, способный защитить интересы корпорации за пределами федерации.

Меня с детства окружали наемники, дроиды и папины доверенные люди. С друзьями не сложилось. Скорее, приятели – дети компаньонов и элиты высшего общества Рамии. Рамия – родина моей мамы. Родители и повстречались тут, когда отец приехал на открытие нового офиса компании, а молоденькая Лючия Вангельберг пришла устраиваться на работу. С тех пор они не расставались, пока мамин флаер не разбился, рухнув с высоты шестисот метров. На месте падения папа воздвиг мемориал в память о погибшей. А еще построил сотни приютов, названные ее именем, открыл благотворительные Фонды и художественные галереи, насадил парки и даже основал города. На всю федерацию славился курортный остров Лючия. Космические просторы бороздили десятки кораблей, так или иначе названные этим именем. Гигантская торговая станция над Рамией, с современным оборонительным комплексом и точкой выхода из гиперпространства, носила название Вангельберг. Впору саму планету переименовать уже в Лючию, но, полагаю, Совет Рамии на это не пойдет.

– Что-то ты долго! – укоризненно посмотрела на Люси Парк. С этой девушкой я познакомилась в первый же день в училище и за полгода так сдружилась, что абсолютно не хотела расставаться. – Как успехи? – поинтересовалась ревниво. Занимались мы в разных группах, потому что подруга на два года старше и в училище попала, чтобы сдать экзамены на корочки военного пилота. Мне такое не светило, потому что ученики военных специальностей подлежали призыву или отработке на благо Шадарской федерации от двух до пяти лет. Я уже разговаривала с отцом, чтобы он выкупил контракт Люси, и хотела первой обрадовать подругу.

– Высший балл! – не без гордости похвасталась она. – Перед вами готовый военный пилот средних межсистемников! – демонстративно выпятила грудь. На облегающем пропорциональную фигурку синем комбезе красовались новенькие нашивки пилота. Когда только успела! Мои лежали в заднем кармане брюк и ожидали, пока перенесу их на специальную планку пилотского комбинезона.

– Поздравляю! – Нэш удивленно вздернул бровь, явно не ожидая от взбалмошной особы таких результатов. Но это же Люси!

Я без церемоний кинулась обниматься и поздравлять подругу с успешным прохождением изнурительных тестов на симуляторах и не менее сложной практики. Последние две недели мы не виделись, практически спали в ложементах пилотов и тренировались, тренировались, тренировались.

– Закажем по цайтрусу? И жареные крылышки? Нэш? Тебе что-нибудь взять? Люси? А, ладно, я сама, – мои пальчики ловко забегали по панели, заказывая легкий перекус на троих человек. – Ты уже собрала вещи?

– Да, – девушка поморщилась, – еще вчера попросили освободить комнату. Так что сдала чемоданы в камеру хранения в космопорте. Задерживаться здесь не вижу смысла. Поищу какую-нибудь работенку, так сказать, в попутном направлении.

– А разве ты не по распределению попала? – удивился Нэш.

– Нет, – девушка поджала губы. Подруга успела отличиться на прежнем месте учебы, за что сейчас и расплачивалась. Вместо тепленького местечка на столичной планете, ее ожидало какое-нибудь дальнее захолустье. – У меня месяц отпуска, а потом надлежит явиться в систему Ка-стар-ти для несения службы на эсминце второго поколения "Робунд".

Недовольство Люси я прекрасно понимала. Ее обучали за счет федерации, такому пилоту прямая дорога в Первый флот. Новенькие корабли регулярно сходили со стапелей знаменитой Шадарской военной верфи и требовали первоклассных пилотов. Таких, как Люси, например. Но строптивая красотка нагрубила самому генералу Фадону, и теперь расплачивалась собственной карьерой. Курс в учебке, дорогие базы, нейрошунты для прямого соединения с кораблем, импланты, плюс тренажеры и занятия с инструктором стоили немалых денег, которые семья Парк не могла себе позволить. Это мне повезло родиться в обеспеченной семье. Не каждый гражданин Шадара выложит за полугодовые курсы сотню тысяч кредов.

– Ну, что же… – дождалась, пока андроид доставит заказ, подняла бокал с цайтросом, – поздравляю нас с блистательным завершением учебы!

– Спасибо! – кисло ответила подруга, но все-таки отсалютовала в ответ. – Жаль, вы улетаете сегодня, и мы не скоро увидимся. Разве что у корпорации «Микош» возникнут дела на задворках Ка-стар-ти.

Да, в этом Люси не ошиблась. Пустотный стаж я легко наработаю на любом из папиных кораблей, после чего без труда устроюсь на работу. Если возникнет такая необходимость, конечно. Однако я всерьез подумывала, чтобы напроситься на тот же корабль, который будет пилотировать Люси, так что общаться с девушкой планировала еще долго.

– Ла-адно! Дольше оттягивать нет смысла, – пока ждали заказ, отправила отцу запрос, и тот подтвердил, что уже выкупил контракт лины Парк и ожидает нашего прибытия на Рамию, где девушка получит распределение на корабль. – Как насчет прокатится за компанию, лина Люси Парк, без пяти минут пилот корпорации «Микош»?

– Что? Это правда? Мина, обожаю тебя! – девушка испустила победный вопль, переполошивший клиентов кафешки, а после кинулась обниматься. – Корпорация выкупила контракт? Йо-хоу! Долой старые «Робунды», да здравствуют новенькие «Римары» и «Хоршиги»!

Да, именно эти эсминцы сопровождения и торговые корабли числились за корпорацией и, скорее всего, Люси определят на один из них.

– Так что, в космопорт? – перевела на счет кафешки десять кредов и поднялась из-за стола. Нэш сохранил невозмутимый вид, и даже к еде не прикоснулся, хотя заказывала я на всех. Гордый, ну и пусть его!

Люси весело щебетала, обсуждая новое назначение. Пока ждали такси на стоянке, заказала в дорогу напитки и еду из ресторана, которые обещали доставить прямо на яхту. Все равно в полете куча свободного времени, вот Люси и загорелась отметить начало новой жизни.

– Нэш, а пустишь в рубку? А какую скорость развивает «Звезда Лючии»? А дашь пострелять?

Вообще-то, по документам яхта принадлежала мне. И за разрешением Люси следовало обращаться тоже ко мне.  Однако владеть я могла чем угодно, а вот официально управлять космическим транспортом смогу лишь после восемнадцатилетия.  И ничего не сделаешь – законы Шадара одинаковые для всех. Тем более, на столичной планете за подобные нарушения накладывали солидный штраф.

Нэшвила Каллинга приставили ко мне как личного пилота, няньку и охранника в одном флаконе. Папа даже крупные суммы передавал только через него. Разумеется, деньги для повседневных расходов лежали на моем отдельном счету, но на покупки свыше ста кредов требовалось одобрение лина Каллинга. Надо ли говорить, что за полгода учебы ни одной спонтанной покупки я не совершила? А сколько слез пролила, сколько жалоб хранила переписка с любимым родителем?

Мда, в некоторых вопросах лин Хиан Микош был непреклонен. Нет, умом я понимала, папа прав и контроль необходим, потому как я – увлекающаяся натура и чересчур упрямая в достижении цели. Но кто в моем возрасте не стремился вырваться из-под опеки и кинуться в омут развлечений? Это же Карон! Столица Шадара, самой воинственной федерации, входящий в Содружество Линари.

Буду откровенной, свою долю развлечений я получила сполна. Зря, что ли, папа установил продвинутую нейросеть и вложился в образование? Не бывало такого, чтобы я не обошла систему слежения! Да я первого робота собрала в шесть лет! После смерти мамы я ни на минуту не хотела расставаться с отцом, вот и приходилось ему мотаться со мной по заводам, производственным совещаниям, встречам с заказчиками. Тут и не захочешь, а будешь разбираться в тонкостях роботостроения. Официально корпорация «Микош» специализировалась на роботах-уборщиках, официантах, секретарях, помощниках по дому и… телохранителях. Неофициально, так сказать, в индивидуальном порядке, – выполняла правительственные заказы на поставку военных мехов и дроидов.

Тринадцать лет назад появилась новая линейка андроидов Лия: няня и телохранитель в одном флаконе. Сейчас эта модель пользовалась бешеной популярностью. Угадайте, кто был лицом компании, рядом с которым мелькал андроид с миловидной внешностью? Маленькая девочка с печальными серыми глазами. Моя мордашка грустно взирала с каждого баннера, выскакивала по первому запросу в поисковой ленте Инфосети, смотрела с экранов головизоров. Меня узнавали, мне улыбались, жалели и пытались угостить чем-нибудь вкусненьким. Так что к постоянному вниманию привыкла с детства, и тогда же научилась отличать случайные взгляды от взглядов наемных убийц. Смертью мамы конкуренты не ограничились, и надо мной постоянно висела опасность похищения. Сколько их было за время, пока папа участвовал в тендере на военный контракт, неизвестно. Запомнился лишь один случай, когда покушение практически удалось. В тот день глайдер, в котором я летела с охранником, атаковали и принудили к экстренной посадке. Едва машина коснулась земли, как дверь вспучилась и вылетела наружу, а в открывшемся проеме появилась фигура в черном «Узексе». Нижнюю половину лица скрывала черная маска, а глаза прятались за опционом нейрокома.  Я чувствовала, что человек смотрит в упор. Чувствовала жгучую ненависть и холодную решимость довести дело до конца. Убийца выстрелил, целясь в голову, но попал в охранника, заслонившего меня собой. Чужая кровь залила с головы до пяток. Дядя Виль упал мне на ноги и придавил тяжелым телом к сиденью. Человек в черном сделал шаг вперед и приставил холодное дуло бластера ко лбу. Страх пришел позже, когда я очнулась посреди трупов, а тогда в памяти отчетливо всплыли слова отца:

– Мина, дочка, если кто-то захочет причинить тебе зло, просто сорви этот браслет с руки. Обещай! Поклянись памятью мамы, что сделаешь это!

– Но почему, ведь браслет тогда порвется? Это же подарок, и он очень красивый. А как я узнаю, что кто-то решил причинить зло? А почему? А что будет, когда сорву браслет? Я же хорошая, зачем меня обижать? – тогда я засыпала папу вопросами и не понимала, зачем это нужно. Однако слово дала, и в тот момент, когда убийца едва не нажал на курок, выполнила просьбу.

Нить порвалась легко и бусины со стуком посыпались на пол. Вот только большинство из них так и не достигли пола, а вдруг раскрылись четырехлучевыми звездочками, взмыли в воздух и кинулись на убийцу. Затем последовала яркая вспышка, раздался взрыв и меня откинуло назад.

 Это единственный раз, когда убийцы подобрались так близко. Сколько нападений было потом, я не знала, да и не рассказал бы никто. Радовалась уже тому, что мы с папой больше не расставались. Рядом с ним я ничего не боялась и меньше думала о маме.

Такси высадило нас на парковке космопорта. Нэш расплатился и сразу же потащился к камерам хранения. Вещей у Люси скопилось прилично, поэтому наняли гравитележку, на которой прокатились до стоянки космических яхт. Мимо торговых кораблей и межсистемников, способных садиться на поверхность. Мимо отгороженной площадки военного транспорта. Над сетчатым забором возвышались массивные «Томагавки» и «Булавы», поблескивали керратитовой броней хищные «Зубатки», прозванные так за кусачесть и невероятную маневренность в бою, манили плавными обводами «Скаты» – корабли-разведчики. Приплюснутый корпус, специальное покрытие и еще кое-какие технические хитрости вроде усиленных энергетических щитов делали юркие кораблики настоящими невидимками. Вот бы полетать на таком!

– Вас даже на стоянку не пустят, не то, что на пилотский мостик, – пробурчал Нэш. Похоже, последнюю фразу произнесла вслух.

– Подумаешь! Очень надо! – фыркнула и отвернулась в другую сторону. Мы как раз проезжали карантинную стоянку, куда отправляли корабли, не имеющие приписки Шадара. Как правило, на таких стоянках обитали развалюхи с окраинных миров, или транзитные суда, прибывшие с целью сдать-забрать попутный груз. Редко – гости федерации, которым не нашлось места на частных площадках. – Смотри! Ирсайская «Лаарда», – восхищенно уставилась на серебристый корабль каплевидной формы. Скорость такие птички развивали запредельную, оно и немудрено, восьмое поколение против только что поступившего на вооружение седьмого у Содружества. Скорость, скрытая мощь, маневренность и стопроцентная смертоносность. Мы с Люси в открытую глазели на чудо техники, побывать на борту которого было мечтой каждого пилота. Недостойно воспитанных девушек проявлять такое внимание к ирсаям, но что поделать? Высшая раса, как и их передовые технологии, всегда будоражили умы обывателей. Мы – не исключение. Тем более, это не картинка из инфосети, а настоящий боевой корабль. Не так часто «Лаарды» появлялись на планетах федерации, так что, уверяю, это целое событие.

– Интересно, что же привело их в Карон? – прошептала, до зуда в мягком месте борясь с тем, чтобы не попросить Нэша притормозить немного. Я бы отдала все деньги, что ежемесячно выделял отец на мелкие расходы, лишь бы одним глазком посмотреть на живого ирсая. Говорят, они красивые. И еще у них острые ушки, благодаря которым слух раз в пять острее, чем у любого разумного в Содружестве.

Нейроком Люси запиликал входящим вызовом. Девушка нажала кнопку соединения и замерла, слушая сообщение.

– Нэш, это доставка из ресторана! Они в зале встречающих, и их не пускают в зону посадки без специального разрешения.

– Бездна! – пилот сплюнул на пол гравитележки и зло посмотрел на подругу. – А раньше подумать нельзя было?

Да, я живо сообразила, отчего Нэш разозлился. По особому разрешению, для кораблей корпорации «Микош» была выделена стоянка в закрытой части космопорта. Заранее о пропуске никто не подумал, и теперь придется возвращаться, чтобы забрать оплаченный заказ.

– Так, тут недалеко осталось, – мужчина прибавил скорости, выжимая из грузового транспорта все возможное. – Мина, поднимешься на борт и подождешь там. Чемоданы бросим у входа, ничего с ними не сделается. А если сделается, то кое-кому будет урок! – многозначительно посмотрел на Люси.

Мда, в некоторых вопросах, подружка не умела думать наперед. Единственное, в чем она преуспела, так это в пилотировании. Пожалуй, мы и подружились потому, что Люси летала, как дышала. Помню, как позеленел лин Оми, когда девушка разогнала старенький «Кормод» до максимума и едва не протаранила причал, на котором столпилась наша группа. Тогда я не знала, кто сидит за штурвалом и искренне позавидовала, с какой легкостью пилот, отключив маршевые, врубил обратную тягу, а в самом конце эффектно развернулся левым бортом, чиркнув обводами по дверцам шлюза.

– Парк! Немедленно явиться к лину Бирону! Я отказываюсь обучать бестолочь, неспособную соблюдать элементарные правила! – проревел лин Оми.

Помню, специально задержалась, чтобы посмотреть на счастливчика, сумевшего довести крес-майора до белого каления. Аппарель «Кормода» с грохотом опустилась, и по пандусу вприпрыжку спустилась молоденькая девчонка с сияющей улыбкой и копной золотистых волос, разметавшихся по плечам, стоило той стянуть шлем.

– Привет, я Мина! – подошла к незнакомке. – Здорово ты Зануду разозлила! И летаешь тоже здорово!

– Люси Парк, – представилась она и пожала протянутую для знакомства руку, – а что, этот злыдень опять Бирону нажаловался?

– На все училище орал, что не будет учить «эту бестолочь», – скопировала интонацию лина Оми и рассмеялась вслед за Люси. – Научишь так же круто стыковаться?

– Легко! – пообещала тогда девушка. – Если из училища не попрут, конечно.

С тех пор и завязалась наша дружба, и теперь кажется, знакомы мы с самого детства и никакая сила не изменит этого.

Честно пообещав Нэшу сидеть на яхте и не высовываться, забралась на корабль и заблокировала двери изнутри. Переживать из-за горки чемоданов, брошенных на пластобетоне без присмотра? Вот еще! Тут закрытая зона и чужие не шляются. Раз, стоят вещи, значит, так нужно. А вот сдерживать обещание не собиралась. Всегда, когда я клятвенно заверяла няньку, что исполню приказы в точности, держала за спиной скрещенные пальцы. У папы подсмотрела, когда он с партнерами общался. Помню, как-то поинтересовалась, а почему именно средний и указательный? Неужели и вправду помогает? И откуда такой странный жест, вообще, взялся? Никто из знакомых так не делал.

– Отец научил, – ответил тогда папа, – а тому дед показал. А деду его мать, что родом с какой-то дикой планеты на окраине Фронтира. Этот жест появился оттуда.

Так вот, если даешь невыполнимое обещание, верный способ отвести гнев богов – скрестить пальцы правой руки так, чтобы собеседник не видел. Так-то вот! Ну а раз нарушение слова вовсе таковым не считается, можно и выйти ненадолго. С нашей стоянки забор вплотную подходил к ирсайскому кораблю, а значит, получится рассмотреть это чудо техники вблизи. И даже сделать пару снимков, и выложить их в сеть. Знакомые умрут от зависти!

Недолго думая, помчалась к аварийному выходу, вскрыла люк и спрыгнула на землю. Высота стояночных опор всего-то полтора метра. По физической подготовке у меня девяносто три балла. Что я, не заберусь обратно? Глупости, и выше подпрыгнуть сумею, если понадобится. Стараясь не попадаться в зону внешних камер яхты, прокралась к забору. Дальше дело техники: найти стыки плит, уцепиться за выступ и подтянуться. Вот и она, серебристая красавица! Затаив дыхание, я рассматривала хвостовую часть корабля. На корпусе отчетливо выделялся прямоугольник грузового пандуса. Хотя, это на обычных кораблях заднюю аппарель использовали для разгрузки-загрузки. А на военных моделях через такие выходы сбрасывали десант.

Каково же было удивление, когда прямоугольник двери вдруг шевельнулся и медленно поплыл вниз. Я затаила дыхание, ведь это означало, что желание сбудется, и я увижу живого ирсая!

Аппарель опустилась, и по пандусу сошел человек в закрытом скафандре. Разочарованию не было предела! Разве же можно рассмотреть что-нибудь под этой грудой железа? Ну, сами скафы ирсайского производства – верх инженерной мысли. При других обстоятельствах я бы с удовольствием поглазела и на это чудо техники, вот только рассчитывала совсем на другое зрелище. Нэш с подругой вот-вот вернутся, а мне даже похвастать нечем. Уверена, Люси оценила бы кадр с живым ирсаем, если бы только удалось его сделать. Конечно же, я и сейчас фиксировала информацию на нейросеть, запись велась автоматически, стоило отдать мысленную команду. Вот только качество сьемки подкачало, да и ракурс неудачный.

Ой! – резко спряталась за забором. В принципе, обзорная панель шлема позволяла наблюдать за окружающим пространством из любого положения. Но фигура в скафе вдруг резко развернулась и на миг показалось, ирсай смотрит прямо на меня. – Сердце ушло в пятки! – в принципе, ничего крамольного я не совершила. На высшие расы глазели все и всегда. Однако я по опыту знала разницу между избытком внимания в публичном месте и навязчивой слежкой, когда присутствие посторонних не предусмотрено.

Я замерла, прислушиваясь, что творится по ту сторону забора. Кажется, обошлось. К «Лаарде» подъехала грузовая платформа, на ее прибытие и отреагировал ирсай. Случайно совпало, что моя точка наблюдения и подъездная дорога расположены в одной стороне. На всякий случай, отправила запрос Люси, чтобы узнать, как скоро они появятся. Та сообщила, что минут через десять будут на месте. Ага, значит, еще пошпионю за ирсайским кораблем. По дороге прогрохотал очередной грузовоз, на этот раз привезли что-то крупногабаритное.

Я снова подтянулась и высунула нос из-за забора. Теперь часть обзора закрывала махина транспортника, и чтобы меня разглядеть, нужно постараться. Я осмелела и поднялась на приступочку, чтобы сделать пару кадров с другого ракурса. И тут один из длинных ящиков вдруг соскользнул с платформы и упал, вываливая содержимое на пластобетон.

– Оружие? – не узнать хищные контуры ракет мог только ребенок. Зачем ушастикам закупать их в Шадаре? У них развито собственное производство, а продукция на порядок выше по характеристикам.