Талисман для князя. Надежда рода

Глава 1

Свечение природного источника постепенно возвращалось в норму, а я еще стояла соляным столбом, ощущая отголоски древней магии в теле. Родовая сила несла в себе невероятное могущество, а мне дали прикоснуться к нему, осознать, каких высот достигну со временем. Надо только следовать выбранному пути и развивать способности.

– Что это было? – уставился на меня Игнат ошалелым взглядом. – Ты вся светилась, а концентрация магии вокруг сделалась такая, что у меня чуть не загорелись э… кхм, я чуть не сгорел.

– Источник принял нашу клятву. Мы обязаны позаботиться о том, чтобы он не попал в чужие руки.

Горестно вздохнув, я вытащила пространственный кошель и извлекла сундучок с алмазами.

– Ты прав, эти камни нельзя никому показывать, а у нас в сокровищнице полно золота. Зафрахтуем летучий корабль и смотаемся в родовое имение. Заодно Алима прихватим, чтобы представить родовым духам первого вассала.

Я с сожалением посмотрела на тонкие нити магических потоков, обвивающие мои запястья. Представила, какой величины потоки достигнут через три, пять, девять лет. Эх, не скоро открою тропу, которая приведет из Алапаевска прямо в Каменную падь. Благодаря источнику в пределах местных земель смогу перемещаться свободно. Резерв, пожалуй, тоже подрос и плотность щита увеличилась. Спасибо и за это!

– Нам пора, идем? – я протянула брату руку.

Игнат посмотрел на мою ладошку в недоумении. Видно, в себя еще не пришел после потрясения. Я и сама до сих пор в шоке, если честно, но старалась не подавать виду.

– Мой резерв переполнен, открою тропу на прогалину, где мы оставили Алима, – терпеливо разъяснила взрослому брату, что намереваюсь сделать.

Мужчина кивнул и бережно взял мою руку, которая сразу утонула в его лапище. Ничего, быстро очухается, когда наши ему допрос учинят. Кстати…

– Скажешь, я успела вытащить нас из-под обвала, но тебя сильно зацепило. Пока в себя пришел, пока меня в чувство привел, пока добрался. В общем, подробности придумаешь сам.

– Придумаю? – раздался возмущенный вопль, но он заглох, когда я открыла тропу и потянула брата за собой.

Вышли мы точно в том месте, где находилось временное убежище для меня и Алима. Убежище пустовало, зато на дороге толпились наемники, громко обсуждающие, спасать нас или уже поздно. Судя по количеству охраны и паромобилю Лазарева, сюда прибыла тяжелая кавалерия во главе с бароном и его супругой. Голос Мусечки зычно разносился по окрестностям, увещевая, что искать бесполезно и никакой надежды нет. Спорила баронесса с собственным сыном, который на удивление твердо держал позиции и верил, что мы выжили. Урядовы обнаружились в сторонке. Лиза плакала навзрыд, Гаврила и Егорка ее утешали. Ванька стоял рядом белее мела и смотрел потерянным взглядом то на рыдающую девушку, то на ребенка, играющего у него в ногах, то на шумную семейку баронов.

Как ни странно, но первой наше появление заметила Юленька. Почувствовала, наверное. Чумазая мордашка озарилась радостной улыбкой, и малявка с криком «папочка пишоль!» вихрем полетела навстречу.

– Боярышня! – следом завопил Егорка, привлекая внимание. – Боярышня вернулась. А я говорил! – и помчался наперегонки с девчонкой.

Тут уже остальные развернулись на шум и застыли с разной степенью ошеломления на лицах. Никто не ожидал появления мертвецов. А вот не надо раньше времени нас хоронить!

Мальчонка чуть не свалил меня с ног, с налета обхватив за талию и прижавшись крепко-крепко. Рядом пищала от восторга Юленька, которую брат тискал и кружил в воздухе. Затем подоспели Урядовы. Гаврила по-отечески обнял меня, погладил по голове, а вот Лиза вцепилась в брата, уткнулась зареванным лицом ему в грудь, как молитву, повторяя: «Живой, живой, живой!». Ванька тоже тут как тут подоспел. Посмотрел, что Игнат на одной руке держит дочку, а другой Лизу обнимает, развернулся ко мне.

– Мелкий, отвали! – он за шкирку оттащил Егорку в сторону. – Может, и я хочу боярышню обнять, если она не против, – Иван с вызовом посмотрел мне в глаза.

– Конечно! – я подалась вперед и сомкнула руки на шее парня. Он порывисто ответил и тут же отпустил.

– Спасибо! Я… я рад, что вы живы. Оба, – отчего-то смутившись, Иван бережно разжал мои пальцы, виновато пожал плечами и отошел, освобождая место следующим на очереди обниматься.

Собственно, остался только один человек, которого я хотела видеть. Не знаю, как Алиму удалось, но он опередил баронессу и, как ледокол, пробил путь среди людей. Я и сама уже взглядом выискивала помощника среди чужаков. Те, кого я считала семьей, уже находились рядом, а до остальных мне нет дела.

– Срочно возвращаемся! – в один голос сказали друг другу и замолчали, ожидая продолжения. Помощник тактично уступил мне первое слово. – Алим, срочно! Правдами и неправдами, за любые деньги, но мы должны выкупить эти земли. Посторонних вон! С присутствующих клятву о неразглашении, без исключений. Ты первый!

– Серьезно? – ашкеназец удивленно вскинул бровь.

– Более чем, – я глазами показала на посторонних, – а у тебя что?

– Пока не знаю, насколько все плохо. Граф Толпеев пропал.

В новеньком паромобиле пахло заводским лаком и дорогой кожей, звучала приятная музыка, записанная на кристалл. Новинка! Ее еще не запустили в продажу, но уже сейчас интерес к нововведению зашкаливал. Лавку купца Лазарева засыпали заказами на установку систем безопасности и музыкальных кристаллов.

За рулем в новенькой униформе с важным видом сидел Гаврила Силантьевич Урядов, наш бывший извозчик, сменивший живого коня на механического. Позади, в роскошном кресле за откидным столом расположился Алим Самон Осипович Зельман, представитель княжеского рода, мой надежный помощник и правая рука. Молодой человек не любил тратить время на пустяки, вроде бездумного созерцания унылых пейзажей за окнами, и даже в дороге предпочитал заниматься делом. Через проход, слева, будто принцесса на троне, восседала всеобщая любимица, приемная дочь моего брата – Юленька. Для поездки в Екатеринбург малышку приодели в модное платьице, сшили на заказ теплое пальтишко и кожаные ботиночки, подбитые мехом. Малышка вертелась на месте, кряхтела, упорно пытаясь справиться с застежками и ремнями безопасности. После свободной одежды, к которой девочка привыкла дома, новая ей не нравилась. По себе знаю, как неудобны пышные юбки с корсажем, жмут новые туфли и стягивают кожу на голове туго заплетённые волосы. Но, что поделаешь, мода! В этом плане завидовала брату, который мог спокойно снять застегнутый под горло мундир и ослабить узел на шейном платке. Нам с Лизой приходилось терпеть, держать спину ровно и улыбаться.

Я чуть подалась вперед, чтобы заглянуть в зеркало заднего вида. Влюбленная парочка расположилась на просторном сиденье в конце салона, держалась за руки и мило ворковала друг с другом. Брат почувствовал мой взгляд и хитро подмигнул: мол, сама настаивала, что жениться пора. Но, кто же знал, что Игнат займется этим вопросом сразу после возвращения из памятной поездки? Стоило ненадолго сказаться погибшими, как сразу вскрылось истинное отношение окружающих.

Елизавета наша, дочка Гаврилы Силантьевича, девушка скромная, отзывчивая. Пугливая только и совсем не воинственная. Влюбилась в моего троюродного братца еще в самом начале знакомства, когда он ее честное имя спас, назвав невестой. Как в воду глядел! Так бы и томилась бедняжка от неразделенного чувства, если бы не тот случай. Лиза и после отнекивалась, избегала встреч с братом, считая себя недостойной. Жениться на опороченной девице низшего сословия – жуткий мезальянс, и Лиза это прекрасно понимала. Девушка искренне желала Игнату лучшей пары, которой не нужно стыдиться, лишь бы только был счастлив. Это ли не проявление истинных чувств? В нашем роду мезальянсы не редкость, я даже не заморачивалась. Если любят друг друга, что еще нужно? Искать выгоды в браке с какой-нибудь именитой дворянкой? Увольте! Шпионы в собственном доме мне не нужны. А Елизавета уже своя, проверенная, Юленьку любит как родную. Да и мы с Урядовыми давно переросли отношения хозяева-слуги, так что я только рада новым родственникам.

Еще двое из нашей разросшейся семьи остались в поместье, в наказание за неподобающее поведение. Мальчишки, что еще скажешь! Гормоны взыграли, или дурь в голову стукнула, но у Егорки с Иваном развилось нездоровое соперничество за мое внимание. Мелкий – понятно, мой тихий обожатель с того воздушного боя, где он впервые увидел в деле родовые способности Забелиных. Так Егор и не скрывал, что преданнее слуги у меня не будет. Постоянно старался доказать свою полезность, что не обуза, что не зря сироту приютила. В учебу, которая ему с трудом давалась, вгрызся с таким рвением, что стал первым по успеваемости в классе. С какой гордостью Егор показывал первый табель с оценками! Плюс Гаврила, усыновивший мальчишку, наставлял его на путь истинный. Мол, хочешь отплатить боярышне за добро, так учись хорошо. Не посрами перед одноклассниками и преподавателями гимназии. Вот и старался мальчонка изо всех сил.

А Ванька с первой встречи меня невзлюбил, нарочно задевал, чтобы показать мою никчемность. Подозреваю, главную роль сыграла ревность к брату, который был его учителем и семьей на протяжении десятка лет. А тут объявилась я и, не прилагая усилий, вытеснила парня с первых ролей. Мое появление, как ни крути, связано с трагической потерей в жизни парня. Женщину, заменившую ему мать, убили темники, охотящиеся за нами с Игнатом. Точнее, за мной, потому что я случайно нашла и активировала древний артефакт, который темный орден искал на протяжении нескольких столетий. Конечно, узнав о злоключениях, что выпали на мою долю, Иван смягчился, стал вести себя сдержаннее. Но по-настоящему лед треснул, когда я спасла Игната от неминуемой смерти. И вот теперь даже не знаю, радоваться этому потеплению в отношениях или бежать куда подальше? Отчего-то он решил, что демонстрация повышенного интереса к моей персоне компенсирует прошлые недоразумения.

Ну какой интерес может быть к девятилетней девчонке? Тьфу, смех один! Ладно, через пару месяцев десять исполнится, но это ж детский сад! Мне в гимназии хватало светских расшаркиваний с дворянскими отпрысками. Еще и дома, от ближников, с которыми с одной чашки ела и в лесу под одним кустом ночевала, такое терпеть? Учитывая жизненный опыт взрослой женщины из техногенного мира, эти подростковые выверты меня дико раздражали.

Три с лишним года прошло, как я попала в мир, так похожий на мой собственный, в тело шестилетней Нины Забелиной. Бедняжка погибла в попытке защитить младшего брата, и ее место заняла я, Инга Симакина, тридцати четырех лет отроду, дважды мама и любящая жена. В родном мире я тоже отдала жизнь, защищая семью, так что в этом мы с отважной малышкой похожи.

Новый мир по уровню технического прогресса соответствовал началу двадцатого века. Однако развивался совершенно по другому пути – магическому, и это куда круче всяких там интернетов и полетов в космос. Здесь не было мировых войн, ни первой, ни второй. Российская империя делилась на великие княжества, где великие князья, сильнейшие маги, обладали на своих землях абсолютной. В то же время они служили опорой императору Федору Алексеевичу, в котором не было и капли дара. Под крылом великих князей, чьи фамилии вписаны в книгу золотых родов, находились князья из серебряных родов, в идеале верные союзники и соратники.

К одному из таких, властвующих в Екатеринбургском княжестве, князю Григорию Климентьевичу Демидову мы ехали на официальный прием. Алим наизнанку вывернулся, чтобы достать приглашение. Само по себе это светское мероприятие ничем не примечательно. Гораздо важнее было попасть на закрытый аукцион, где выставлялся интересующий нас лот. Те самые земли с природным источником и месторождением алмазов. Слава богу, о богатстве, скрытом в подземных пещерах, никто не узнал, иначе нас давно бы прикопали в глухих лесах под Алапаевском.

В Екатеринбург мы въехали после полудня, преодолев толчею из крестьянских телег на въезде и жандармский пост. На паромобилях разъезжали лишь обеспеченные дворяне или купеческое сословие, так что проверка документов – формальность. Алим показал тисненое золотом приглашение на прием к хозяину города, и вопросы разом отпали. По центральной улице, вдоль которой раскинулись дворянские усадьбы и дворцы, мы чинно въехали в старинную часть города. В Алапаевске жизнь текла размеренно, я привыкла за несколько месяцев, а тут – крупный город, столица княжества и промышленный центр. Людской поток больше, движение интенсивнее. Гаврила только и успевал крутить головой, чтобы не подавить колесами праздных зевак или же не зацепить юркую пролетку, несущуюся на сумасшедшем ходу. В скорости мы могли бы посоревноваться, но где ж здесь разгонишься?

Путь наш лежал к роскошной гостинице, где проживание стоило по три золотых в сутки. Это в обычном номере, а за люкс десять отдали, плюс чаевые и обеды в ресторане. Для простого человека траты непомерные – хватит на год сытой жизни. А нам пришлось раскошелиться, чтобы поддержать образ состоятельных дворян. Сняли люкс для меня и Игната с Юленькой, и два номера попроще для Лизы и остальных мужчин. Слуг решили не брать, хотя это было не принято, но слишком уж дело важное намечалось, чтобы рядом крутились посторонние. И без того половину уволили после драконовской проверки, что устроил Алим. У него и так чутье развито на ложь и человеческие подлости, а после принесения вассальной клятвы, оно еще больше обострилось. Моя ли магия повлияла на печати, скрывающие его дар, или же баронет самостоятельно на них воздействовал, но он стал видеть людей насквозь. То ли еще будет, когда маг разума войдет в силу!

Метрдотель встретил нас на пороге и, раскланиваясь, лично проводил в номера. Шустрые гостиничные слуги занялись вещами, перетаскивая их из багажного отделения паромобиля. Не представляете, сколько места занимают бальные платья! Лиза и пять служанок сначала отпаривали их полдня, чтобы разгладить малейшие складочки, а после аккуратно упаковывали, чтобы, не дай бог, не помять. Теперь предстоял не менее ответственный процесс распаковки и нашего облачения во всю эту кружевную и атласную красоту. Юленьку мы временно отдали на попечение Игнату, а сами занялись делом.

– Нина Константиновна, я так волнуюсь! – для Елизаветы это был первый светский прием, где ее официально представят, как невесту брата.

– Лиза! Какая Константиновна? Забыла?

– Н-николаевна, простите, – расстроилась девушка так, что губы задрожали, того и гляди – расплачется.

– И это тоже, – кивнула, что не стоит называть настоящим отчеством, а то еще оговорится на людях. – Но я, вообще-то, имела в виду, что мы скоро станем родственниками. Наедине лучше по имени обращаться.

– Это я от волнения, вдруг подведу Игната Александровича? И вас! Сделаю что-нибудь не то или скажу. Страшно-то как!

– Если будешь следовать простому совету: поменьше разговаривать и побольше улыбаться, то ничего плохого не случится. Думаешь, я не переживаю?

На самом деле, я не из-за приема волновалась. Всем семейством мы прибыли из-за исчезновения графа Толпеева, чтобы просить у князя разрешение на опекунство для брата. Ох, чувствую, аукнется нам эта пропажа! Уже аукнулась, когда малолетняя графиня вдруг осталась без присмотра. Какие только проходимцы не набивались в опекуны! Благо, у Осипа Аароновича хватило связей, чтобы пресечь такие попытки. По легенде, с которой мы легализовались в Алапаевске, Игнат приходился родным братом девице, совращенной старшим сыном графа Толпеева. В отсутствии других наследников, пропавший дедуля официально признал меня внучкой и принял в род. Тот еще проходимец граф оказался: карточный игрок и пьяница. Состояние промотал, долгов понаделал, о репутации, вообще, молчу. Но титул есть титул, да и выкупили мы долги старого графа, чтобы тот согласился на сделку. Так что желающие нашлись прибрать к рукам девчонку, которую можно выгодно продать замуж, а заодно завладеть поместьем и шахтой.

– Да умом я понимаю, – девушка горько вздохнула, – но все равно боязно. Примут ли нас в обществе? Игнат предупреждал, чтобы не обращала внимания на злопыхателей. Но я же не за себя, за него душой болею! Какая ж из меня дворянка?

Эх, дорогуша, ты еще всей правды не знаешь! – с сочувствием посмотрела на бедняжку. Это я настояла, чтобы не раскрывать Лизе фамильных секретов. И дело тут не в доверии, а в наших врагах, которые ни перед чем не остановятся. Иногда счастье – в неведении. Брат согласился, незачем раньше времени пугать этот хрупкий цветок подобными новостями. Конечно, Игната коробило врать невесте, но моего прямого приказа он не мог ослушаться.

– Самая настоящая! Образованная, скромная и очень красивая, – хитро подмигнула. – А еще у тебя самый надежный защитник в империи, никому не даст в обиду! – вот тут ничуть не покривила душой.

Природный источник усилил потенциал Игната как боевого огненного мага. Пожалуй, магистра он уже перерос. И это не удивительно! Наши предки даже императору служили, великим князьям надежными щитами становились, а уж за свою семью любого противника уничтожали.

– Давай-ка сделаем перерыв, попьем чаю с пирожными? А то не успели приехать, не отдохнули с дороги и сразу делами занялись. Платья в порядке, надежно зачарованы магическим заклинанием сохранности. На прически времени с запасом хватит, а макияж не требуется, разве что чуть-чуть.

Лиза с радостью приняла предложение, и мы отправились в соседний номер к брату, который тактично уступил комнату в люксе невесте. У Игната нашли и Гаврилу, играющего с Юленькой в лошадку.

Брат устроился за секретером и старательно отвечал на приглашения, доставленные к нашему приезду от местных дворян. Мы рассчитывали пробыть тут неделю, пока утрясутся формальности с оформлением документов на землю. Заодно вольемся в местное общество, поищем союзников. Неплохо было бы заручиться поддержкой самого князя Демидова. Он приходился нам дальним родственником. Какой-то пра-пра-предок Григория Климентьевича женился на дочери рода Забелиных. Но старый князь не появлялся на людях, фактически передав права наследнику. Собственно, молодой Демидов и выписал нам пропуск в обмен на внеплановый тюнинг личного паромобиля. Для парня приглашение – пустяк, зато у него на месяц раньше появились музыкальные кристаллы. Ну, и еще кое-какие фишки по спецзаказу. Например, люк на крыше или магический механизм, опускающий стекла, зеркальная тонировка. Мажоры этого мира тоже стремились выделиться среди других. А чем еще удивить народ, как не диковинкой, которой ни у кого нет?

Алим спешно оформлял патенты на диковинки и вводил в обиход, потому как жить на что-то надо, а не родовую сокровищницу разбазаривать. Из-за этой гонки я помощника и не видела последний месяц. Мы вдвоем с Игнатом летали в Суздаль за деньгами. Удивительно даже, что обошлось без происшествий. Наверное, лимит неудач исчерпали под Алапаевском, где первую неделю жили в постоянном страхе и ждали появления убийц из темного ордена. Видно, воздушный маг создал хорошую защиту, раз использование артефакта обошлось без последствий. Или же темники затаились, выжидая подходящего момента? Ну а какой теперь смысл меня убивать, если я уже начала собирать Хо`шен? Скорее уж выкрадут вместе с артефактом и заставят себе служить. Последнего они не дождутся, конечно, но разве же это их остановит?

Рядом с моим братом Лиза расцветала и светилась неподдельным счастьем. Да и сам Игнат менялся, как только в поле его зрения попадала невеста. Вот и сейчас, едва только мы вошли, немедленно отложил письма в сторону и поднялся навстречу.

– Что-то случилось? Думал, до вечера вас не увижу, – спрашивал вроде как у меня, а сам глаз не сводил с Елизаветы, на щеках которой заиграл лихорадочный румянец.

– Решили сделать перерыв и попить чаю, – ответила, направляясь к Юленьке, катавшейся на спине Гаврилы Силантьевича. – Иди сюда, милая. Нельзя так деда эксплуатировать, ему нас сегодня на праздник везти. Кушать хочешь?

– Деда? – малышка услышала новое слово.

Схватывала Юленька все на лету и понимала, что правильно, а что нет. Однако с детской непосредственностью игнорировала правила, которые ей не нравились, делая вид, что не понимает.

– Де-еда, – повторила малявка и хитро улыбнулась. – Деда, катаца! Лосадка!

Гаврила и так души не чаял в ребенке, а тут поплыл, когда его дедом назвали. По факту, он станет им, когда Лиза и Игнат поженятся, но это на бумаге. А когда ребенок сам к тебе тянется и отвечает искренней любовью, тут уже никто не устоит.

Почти, – закусила нижнюю губу, чтобы не выдать горького чувства обиды, что с дедушкой мне не повезло. В другом мире его не было, выросла в приюте. А в этой дед не пощадил собственную дочь, лишил меня родителей, отнял младшего брата и вырезал весь род. Князь Агнияр Шумский – ненавистный враг, которого я поклялась уничтожить.

– Гаврила Силантьевич, что же вы идете на поводу у этой маленькой интриганки? Несолидно вам на четвереньках-то ползать.

– А мне только в радость, дочка, – потирая спину, поднялся на ноги мужчина, – это же за счастье – с внуками понянчиться! – сказал и хитро посмотрел на Елизавету.

Девушка вмиг сделалась пунцовой.

– Папа!

– А что такого? Вот, поженитесь с Игнатом Александровичем, так детки и пойдут. Когда много деток, то и старость не страшна, и уйти можно с легким сердцем, что прожил правильную жизнь.

– Куда это вы уходить собрались? – пригрозила Гавриле кулаком, – даже думать не смейте! Вы нам тут нужны. Вам еще Егора поднимать и уму-разуму учить.

– Как прикажете, Нина Константиновна, – посерьезнел мужчина, а у самого глаза лукаво светятся. – У такой строгой боярышни не забалуешь!

– И то верно! Может, отобедаем сразу? – предложил Игнат. – Знаю я эти званые приемы, поесть толком не поешь. А барышни корсетами себя так утянут, что листик салата проглотить не смогут. Оттого и обмороки часто с ними случаются.

– Поддерживаю! – кивнула, припоминая, какой голодной и изможденной возвращалась со светских раутов. – Перед такими вечерами лучше дома спокойно покушать. Там некогда будет на фуршеты отвлекаться. Закажем в номер или спустимся в ресторан?

– В номер! – сошлись в едином мнении родственники.

Обедали в люксе, где для этого предусмотрена роскошная столовая. Разговаривали о милых мелочах, смеялись, шутили будто одна большая семья. Даже Алим, вечно погруженный в заботы и на ходу обдумывающий очередную проблему, и тот отвлекся от дел, живо участвуя в разговоре. Волновался, я это чувствовала, все-таки на нем лежала серьезная ответственность. Помощник не мог не поинтересоваться, для чего так срочно понадобились эти земли. Ну а я просто показала алмаз, который первым отколупнула в пещере и сунула в карман куртки. Забыла о нем, если честно, и обнаружила камень уже дома. Учитывая, что он был при мне и пропустил через себя силу источника, то его переполняла магическая энергия. В общем, из камешка получился мощный накопитель, а это в разы увеличивало стоимость находки. Мда, а я целый сундук с камнями оставила возле источника, избавилась от улик. Теперь, как подумаю, что за богатство бросила, дурно становится.

Глава 2

Планы на вечер пришлось менять на ходу. Неожиданно расхворалась Юленька, у которой резко подскочила температура. Срочно приглашенный целитель объяснил это тем, что девочка приближается к возрасту первой инициации. Ее магические потоки нестабильны, их рост сопровождается выплесками энергии, на фоне чего нередко возникают проблемы со здоровьем. Лечение в этом случае самое обычное: обтирания, укрепляющие зелья, покой. Главное – не затягивать с процедурой инициации, тогда эти недомогания уйдут сами собой.

– Я никуда не поеду! – услышав вердикт доктора, Елизавета, успевшая уже облачиться в бальное платье и сделать прическу, решительно направилась в комнату переодеваться. – Какие праздники, когда ребенок болеет?

Даже сказать на это нечего. Я молча опустилась на стул, вздохнула, понурилась. Алим уже умчался, наняв извозчика, в земельный приказ. Попутно еще в патентное бюро заедет и в юридическую контору Кальмана, нанятую для сопровождения сделки. Игнат склонен был согласиться с невестой, видела по его глазам. За дочку переживал. Я тоже рассчитывала заняться вопросом инициации позднее, когда разрешится ситуация с покупкой земли.

– Малышка проспит ближайшие сутки, – заверил целитель, в этот момент воздействующий на Юленьку магическими лечебными конструктами. – Успеете на праздник съездить и вернуться, она и не заметит. Гарантирую! Только предупредите няню, чтобы присматривала. Ребенок может пропотеть сильно, тогда лучше будет сменить простыни и переодеть в сухое. Напоить настоем, если потребуется.