Волчица

Пролог

Серебристая Паэлит скрылась за своим гигантским братом-близнецом Орбионом, погружая замок и спящую столицу в непроглядный сумрак ночи. Ближайшие три седмицы луна, как стыдливая девица, будет медленно обнажать безупречные формы жителям Беркании, да и всей Альвадии тоже, чтобы следующие за ними дни полнолуния засиять в полной красе. Божественное благословение для влюбленных и помощница в тайных делах любителей ночной жизни. Ну а тем, кто поклоняется темной Теоктанис и ее беспощадному спутнику Некрону, именно в такие ночи велено вершить судьбы мира и плести смертельные заговоры.

– Самаэль, ты должна сделать это! – прижимая к груди юную волчицу, шептал влюбленный берк. – Ради нас. Ради нашего не рожденного сына!

– Райвен, я не смогу. Он мой брат. Моя семья. Это удар в спину. Подлый, – всхлипывая, девушка искала защиты, стискивая пальцами распахнутый ворот мужского камзола.

– Сэми, любовь моя! – нежными поцелуями Райвен осушил слезы, сверкавшие на бледных щеках, – подумай, что он сделает с нами? Если бросит мне вызов, я не смогу отступить. И это будет моя последняя битва…

– Нет! – испуганно вскрикнула девушка. Гулкое эхо подхватило звук и понесло по пустынному коридору старой башни. – Нет, – шепотом повторила она, – я не смогу без тебя жить! А наш сын? Кир убьет меня, если узнает. Или его, – волчица погладила пока еще плоский живот. – Я… мне так страшно. Давай просто сбежим? У меня есть немного денег. Драгоценности. Пока я еще могу обернуться, мы уйдем. Спрячемся в горах. А когда сойдет снег, отправимся в Ортан или Лидейру.

– И позволить сыну, единственному наследнику, родиться в пещере? Киропа невозможно победить в честном бою. Он лучший воин, охотник. Полагаешь, его остановят холода или морозы? Свою кровь берсерк почует за сотни ардов. Более того, ты не сможешь долго сопротивляться зову, – с горечью повторил берк то, что терзало душу и не давало спать последние месяцы. – Я испробовал все: яды, наемников, маргов. И что? Убийцы мертвы, отрава его не берет, а проклятия… Они не действуют на того, кто уже проклят.

– Райвен, у меня ничего не получится, – предательские слезы вновь наполнили глаза, – он все поймет. Его невозможно обмануть и…

– Кироп поверит в то, во что захочет. А ты его наваждение с тех самых пор, как впервые ему улыбнулась. Он уже давно все решил. Еще когда ты играла в куклы и загадывала желания, задувая свечи на торте.

– Небесная Волчица, – девушка осенила себя знаком Светлой, – это же грех! С Киром и так любая пробежит по одной дорожке и преклонит лапы. Зачем ему я? Да, он любит меня, как и я его. Но тебя я люблю иначе. Это разные чувства. От твоих прикосновений тело бьют волны дрожи, а волчица беснуется, стремясь вырваться на волю. Вдыхая твой запах, я чувствую ветер свободы, рваное дыхание, одно на двоих, и каждый удар сердца. Стая не простит мне. За убийство осудят и если не казнят, то…

– Самаэль! Многие кланы выступят на моей стороне. Если захочешь, я разделю с тобой бремя власти, пока наш сын не достигнет совершеннолетия. Даже если кто-то решится и бросит вызов, я буду драться. Потому что, кроме Киропа, мне нет равных, – не без гордости заявил Райвен.

– Что я должна делать? – решившись, спросила девушка.

– Возьми кинжал, – берк протянул завернутую в тряпицу вещь, – он из серебра. Напоен кровью сотен жертв и зачарован слугой Некрона. Лезвие смазано ядом аракнида. Осторожнее, не касайся его! Достаточно легкой царапины, и берсерку конец.

– Но как?

– Придешь на его половину после заката. Оружие спрячешь в одежде. Поверь, тебе даже говорить ничего не придется, он поймет и все сделает сам.

– А если… – Самаэль судорожно сглотнула, – если план провалится, что тогда?

– Все будет хорошо, – мужчина и мысли не допускал о неудаче. Или хотел убедить в этом младшую сестру Владыки, в которую был влюблен с детских лет.

Он ни за что ни признался бы, что в заброшенной сторожке в глуши вечнозеленого леса, граница которого начиналась сразу за воротами Берра, припрятаны деньги, сменная одежда и запас продуктов. Предательства Кироп не простит. Но также ни одному оборотню не позволит назвать Самаэль парой. Райвен не раз подмечал, каким жадным взглядом Владыка смотрит на девушку, и как незаметно исчезают те, кто осмелился выказать внимание красавице.

– Иди Сэми, сейчас самое время, – берк в последний раз прильнул к сочным губам, – я буду ждать в нашем месте. И чтобы не случилось, знай, я люблю тебя!

– И я тебя, Райвен. И я, – прошептала Самаэль. Никто не знал, чего ей стоило выскользнуть из надежных объятий и уйти, даже ни разу не оглянувшись.

Прежде волчица вернулась в свои покои. Киаллы, верной служанки, не было на месте.

К Доргасу убежала, – хмыкнула девушка и тяжело вздохнула. Порой, она завидовала простым оборотням, что они могли выбирать, с кем бегать под одной луной. Те же мужчины были вольны в желаниях, тогда как женщины…

Самаэль скинула платье, сложив его на самое дно корзины для белья. Одежда хранила аромат любимого. Потом, может, завтра, она велит его выстирать, но не сейчас. После с головой нырнула в прохладную воду купальни. Душистая пена, с которой волчица вымылась с особой тщательностью, масло ливены, что затем втерла во влажную кожу, полностью устранили чужой запах. Волчица подавила очередной горький вздох. Как бы ей хотелось постоянно пахнуть любимым мужчиной! И чтобы каждый знал, кто ее пара, и кому она принадлежит каждую ночь!

Длинная сорочка из тончайшего батиста ласковой волной обняла тело. Сверху Сэми накинула домашнее платье, снять которое можно было одним движением, всего лишь потянув завязки на лифе. Мокрые волосы оставила распущенными. Тяжелые пряди облепили спину и плечи. Немного блеска на губы и кусочек сушеной гвоздики под язык, чтобы дыхание было свежим. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, волчица осталась довольна. Райвен не раз говорил, что вот такая, домашняя, без дорогих украшений и роскошных нарядов, она была намного желанней. Во всяком случае, новая жизнь в ее теле зародилась в похожей купальне в том домике, что любимый приобрел для их тайных встреч.

Кинжал Самаэль положила в карман платья. На секунду замерла у статуэтки Небесной Волчицы. Она не могла просить благословения. Надеялась, что та все поймет и если не поможет, то хотя бы на миг отвернется.

Каменные плиты коридора холодили ноги. Как и все оборотни, Сэми предпочитала при любой возможности побегать босиком. Крохи магии земли, присущей многим берканцам, требовали частого соединения с родной стихией. Глубину доставшегося дара, волчица не знала. Не приветствовалось среди женщин стремление к магии. Конечно, на бытовом уровне азами владели все, но о том, чтобы развивать умение, учиться управлять таившейся внутри силой, даже речи не шло. То ли дело мужчины! Они, как защитники и главы семей, имели право обучаться в школах и академиях.

На миг замерев у дверей в покои брата, девушка робко постучала. Чистая формальность. Потому что Кироп почувствовал ее приближение задолго до этого. Еще когда она поднялась на верхний этаж и ступила на его территорию. Сэми сильно удивилась бы, узнав, что в огромном замке брат мог безошибочно отыскать ее в любом, даже самом труднодоступном уголке.

– Входи, – раздался знакомый голос, – ну, что же ты? Пол ледяной, простынешь еще.

Показалось, или за заботливым тоном промелькнула скрытая издевка?

Самаэль робко вошла. Огляделась. Давно она здесь не была. С тех пор как застала брата в постели с подругой. Та ничего не заметила, потому что, закатив глаза, изгибалась под вколачивающимся в ее тело мужчиной. А Кир… он следил за ней взглядом и, казалось, получал удовольствие, когда на него смотрят. Или не так, что именно она на него смотрит. В тот вечер волчица впервые осознала, насколько отношение к ней Киропа выходит за рамки родственных. Это и поцелуи в губы, и нескромные объятия, и… отсутствие парней в ее окружении. Брат всегда был для нее целым миром. После смерти отца, он бросил вызов вожакам и доказал свое право называться Владыкой. Матери девушка не знала, она умерла во время родов. Кироп стал ее семьей. Старшим рода. Родителем. Братом. Другом. Но предположить, что захочет стать и ее парой, Сэми не могла.

– Что-то случилось? – Кир в одних бриджах лежал на кровати и, подперев голову рукой, насмешливо изучал девушку, краснеющую перед ним.

Она гордо расправила плечи и подняла голову. Самаэль впервые посмотрела на брата, как на мужчину. Разметавшиеся по плечам темные волосы, гладкий торс с кубиками мышц, перекатывающихся при малейшем движении, обтянутые шелком мощные бедра и, гм, немаленькое достоинство. Сильный, уверенный в себе, сексуальный. Плюс ко всему аура властности, под влияние которой подпадал любой оборотень или человек, находящийся поблизости.

– Насмотрелась? – берк откинулся на подушки и запрокинул руки за голову. Он явно не собирался облегчать сестре жизнь. – Если бы это была не ты, Сэми, уже давно испытала на себе последствия неосторожного визита к одинокому свободному мужчине. Я бы посчитал это согласием или предложением. Как тебе больше нравиться? Но ты ведь не все? Так, что же понадобилось любимой сестренке?

– Кир, я… – голос у Самаэль куда-то пропал. И дышать стало невыносимо трудно. А что говорить о чувствах, раздирающих изнутри? Девушка сгорала от стыда, страха и угрызений совести.

Был момент, когда волчице захотелось все прекратить. Уйти. Сбежать. Но она не могла. Обещала Райвену. Себе. Что справится. Сможет.

Девушка посмотрела брату в глаза, нервно облизала пересохшие губы. Не отводя взгляда, приблизилась. Взгляд волка потемнел. Ровное дыхание сбилось. Расслабленное тело вдруг закаменело.

Самаэль забралась на кровать, села на колени. Кироп не сводил с девушки глаз, особенно когда она, привстав, освободилась от платья. Тонкая сорочка не скрывала женского тела. Ни крепких налитых грудей, ни тонкой талии, ни округлых бедер.

– Ты еще можешь уйти, – почти прорычал оборотень, – ты не понимаешь, что сейчас делаешь.

– Разве ты не хочешь этого? – девушка коснулась мужчины, проведя пальцами по животу. Берк вздрогнул, словно его пронзила молния.

– А ты, Самаэль?

– Я… – умирая со страха, волчица нащупала в сброшенном на кровать платье кинжал, – у меня нет выбора.

– Почему же? Ты здесь. Это твой выбор. Я не принуждал. Не просил. Хотя, признаться, даже мечтать об этом не мог.

– Это неправильно. Так не должно быть. Я не прощу себе… но и иначе не могу.

– Только Небесная Волчица знает, как я тебя хочу. Сейчас. Всегда. А я ведь привык брать то, что хочу. По праву сильного. По своему желанию, – берк не смог сдержать горькой усмешки, – но ты единственная, кем я дорожу. И люблю. Боюсь все испортить. Только если ты сама захочешь. Сама…

– Я… я хочу, Кир, – прошептала едва слышно.

– Посмотри на меня! – потребовал Владыка. И когда девушка послушалась, попросил, – поцелуй меня. Поцелуй так, как целовала бы его. Тогда, быть может, я поверю.

Самаэль отпрянула, хотела сбежать. Но берк не дал. Схватив за плечи, дернул к себе. Волчица упала на мужчину, неловко уткнувшись носом в его шею. Тотчас крепкие руки сомкнулись на талии. Сэми задрожала, по телу прокатилась волна ужаса.

Он знает! Он все знает о них с Райвеном!

Девушка рванулась из душных объятий. Не тут-то было! Даже на сантиметр не сдвинулась

– Отпусти!

– Вот еще! Ты сама пришла ко мне. Сама запрыгнула в постель. Ты зашла слишком далеко. Так что давай, доведи дело до конца! Я докажу, что в сотню раз лучше этого предателя.

Подхватив девушку, которая даже охнуть не успела, за ягодицы, берк усадил ее так, чтобы она оказалась на нем верхом. Сквозь тонкую ткань Сэми мгновенно ощутила возбуждение берка. А жадные руки тем временем сомкнулись на полушариях груди. С губ оборотня сорвался болезненный стон.

– Нет! – замахнувшись кинжалом, что сжимала все это время в руке, ударила брата наотмашь.

Разгоряченный желанием, Кироп не сразу сообразил, что ранен. С удивлением коснулся щеки, ощупал рану. Растер между пальцами пузырящуюся кровь.

– Я настолько противен? Ты так ненавидишь меня? За что?

– Ты хочешь меня! Это неправильно. Ужасно. Я ненавижу тебя!

– Я ведь ни разу, Сэми. Ни разу не надавил на тебя. Не перешел черту. Ты ведь сама пришла. Что я должен думать?

– Ты не давал мне встречаться с парнями. Я вынуждена была тайно, как преступница, быть с тем, кого люблю.

– Почему? Почему не пришла ко мне? Не спросила? Почему он не стал бороться за тебя?

– И ты позволил бы нам стать парой? Ему никогда не победить тебя в поединке! Я не хотела его смерти.

– Да почему ты решила, что я убил бы твою пару, Сэми? Я не зверь. Ты у меня одна, поэтому и оберегал. Отгонял охотников за деньгами и властью. Но если бы я узнал, что ты любишь, не стал препятствовать.

– Но… Райвен сказал, что ты… а я… ты ведь не обманываешь, – Самаэль выронила кинжал, – Кир, прости. Я… я беременна. А Райвен сказал, что ты обязательно убьешь, потому что сам хочешь быть на его месте.

– Он обманул тебя, Сэми. Это Райвен спит и видит себя в роли Владыки. Не поверю, что идея с кинжалом принадлежит тебе. Энварр решил устранить меня твоими руками, ребенок – ступенька к трону.

– Что я наделала? – закрыв лицо ладонями, волчица протяжно завыла. Отчаяние захлестнуло девушку, – я убила собственного брата. Я… а Райвен? Нет, не верю, – слезы хлынули градом.

– Ну, что ты, сестренка, успокойся. Это всего лишь царапина, и я тебя не виню.

– Но яд? Райвен сказал, что яд аракнида тебя убьет!

– Кинжал действительно смазан ядом. Но с чего Энварр решил, что ему продали настоящий? Поверь, я держу под контролем такие вещи. Ввоз этого средства в империю запрещен под страхом смертной казни. А все аракниды, проживающие на территории Беркании проходят специальный учет. У нас договор с Аракином.

– Я не верю, что он мог так со мной поступить! Кир, почему?

– Именно этого я и боялся, – мужчина прислонил содрогающуюся в рыданиях девушку к груди, – хотел оградить. А этого предателя недосмотрел. Я ведь считал его другом. Радовался даже, идиот, когда понял, что он тебе нравится. Все ждал, когда он решится на разговор. Растел! – гаркнул оборотень, вызывая преданного слугу.

Берк появился быстро. Прежде чем впустить его, Владыка завернул полураздетую девушку в одеяло. Позабытый кинжал сунул под подушку.

– Энварра и всех его людей взять под стражу и допросить! Не церемониться! Я провожу сестру и сразу присоединюсь к вам, – слуга учтиво кивнул и помчался выполнять приказ.

Но уснуть в эту ночь не удалось никому. В своей комнате Самаэль обнаружила мертвую служанку. Еще теплую. Кто-то перерезал бедняжке горло. По свежим следам преступника обнаружить не удалось. Он использовал средство, нейтрализующее все запахи.

– Кому она помешала? – Самаэль, вновь зашлась в рыданиях, – добрейшее существо. Преданное. Они с Доргасом пожениться собирались. Я, глупая, еще завидовала ей.

– Может, потому и убили, что верная была, – процедил Кироп, – кто-то решил замести следы. Сэми, где вы должны были встретиться с Энварром?

– В доме на Травяной улице, это на окраине Берра.

– Я знаю, где это. Там никого нет. Мои люди уже проверили. Сбежал, подлец.

– Кир, как мне жить дальше? Как научиться доверять? Я ведь уже никогда не смогу… я все еще люблю его. Несмотря ни на что.

– Клянусь! Я его из-под земли достану. Он за все ответит перед тобой.

– Скажи, а ты… если бы я, ну… позволил мне дойти до конца?

– Конечно, нет, родная. Но ты пришла такая решительная, такая сексуальная, ммм. Если бы не была моей сестрой, немедленно потащил к алтарю. Прости, не смог удержаться, – ответил Кироп.

– Но ты же… я ведь чувствовала твое, эмм, желание?

– Я же мужчина, маленькая! И не стоит меня больше провоцировать. А ну как сделаю парой? Из всех претенденток ты больше всех подходишь. Если бы не одно, но, конечно. Ну, что ты так на меня смотришь? Шучу я.

– Ки-ир! – девушка обняла брата, – не шути так больше. Ведь ты единственный, кому я верю. И люблю, к тому же! Никому не позволю встать между нами!

Глава 1

– Рассказывай! У нас не более пяти минут. Что за представление ты устроила? – гневно шипел Лерай ди Стрелам, нависая немаленьким ростом.

– Можно. Мне. Воды, – с трудом выговаривая слова, попросила наставника. Сейчас, в безопасности, я чувствовала, как накрывает запоздалая истерика. Стрелам чуть не за шкирку вытащил из бального зала и запихнул в первое попавшее помещение. Гостиная или чайная комната, сразу и не разобрать. Да и не до этого мне было.

Барр’эрк, это чудовище в человеческом обличье, снова растоптал мою жизнь! Я никогда не войду в его семью! Никто и ничто не заставит подчиниться и склонить перед ним голову. Сама Небесная Волчица не в силах этого сделать.

– Лири, я жду! – подстегнул димарг. Я чуть не поперхнулась, сделав в этот момент внушительный глоток, – ты хоть понимаешь, кому нагрубила? Владыка в бешенстве. На адепта Барра без слез не взглянешь. А в лице его матери ты, вообще, обрела смертельного врага. Я хочу знать, почему? Пока ты принадлежишь моему роду, я несу за тебя ответственность. Что за блажь расторгать помолвку таким образом?

– Я не выйду за Кейдана! Никогда! Это красноволосый гад во всем виноват! Точнее, его дядя. Он, тот самый берк, что убил меня четыре года назад, – выпалила правду, – это из-за Кейдана, сбежавшего из дома, он был так зол, что выместил ярость на мне, ни в чем не повинной девочке. Продолжать?

– Барр’эрк? Не может быть! – не поверил Стрелам, – да, у него взрывной характер. Но выдержке можно только позавидовать. Он же берсерк! Если сорвется, плохо будет всем. Не верится, что прожженного матерого волка могла вывести из себя девчонка.

– Значит, у меня талант выводить из себя чудовищ, – я лишь горько усмехнулась.

– Лири, ты точно ничего не перепутала? Все-таки это серьезное обвинение. Кроме твоих слов нет никаких доказательств.

– Нет? А это что? – щелкнув тугой застежкой оплечья, сняла украшение. Небрежно швырнула его на пол. – А это, по-вашему, я сама сделала? – развернувшись спиной, продемонстрировала мужчине шрамы.

– Дхарг! – не сдержался демон, – каким зверем нужно быть… – он запнулся, – почему не рассказала об этом раньше?

– Я не знала, кто он. Да и что бы это изменило? Хотела бы я забыть обо всем, да, видно, не судьба. Хотя, нет. Теперь я знаю, кого буду ненавидеть.

И мстить! – добавила мысленно.

– Даже не думай об этом! – пригрозил ректор.

– О чем?

– О мести!

– И в мыслях не было, – пожала плечами. Прочитать меня Стрелам точно не мог.

– Мне нет необходимости проникать в сознание. Все у тебя на лице написано. Кстати, можешь считать этот вечер экзаменом по самоконтролю. На данном этапе ты его полностью провалила! Что за детские выходки? Не подать руки Владыке, начать выяснять отношения с женихом у всех на виду. Это говорит о твоей невоспитанности и неумении вести себя в обществе.

– Но… – я осеклась, к моему стыду, димарг говорил правду.

– Без «но»! Ты не только показала себя избалованным ребенком, но и меня, Старшего рода, поставила в неловкое положение. Будешь наказана!

– Я не выйду за Кейдана! – прошипела, судорожно стаскивая браслет, который, как назло, не хотел сниматься. – Ненавижу! Это он виноват.

– Поговорим об этом потом. А сейчас, – демон поднял с пола украшение и протянул мне, – надень.

– Ни за что!

– А я сказал, да! И не только наденешь, но и выйдешь к гостям, извинишься перед Владыкой, будешь мило улыбаться и танцевать.

– Нет!

– Тогда будь уверена, я дам согласие на брак. И уже через час ты станешь Ликирией Ридлит Барр!

– Что? – расширившимися от ужаса глазами смотрела на наставника, ища хоть намек на шутку. Но нет, тот и не думал шутить. Весь его вид говорил о том, что он сделает так, как и сказал.

– Он же убьет меня.

– Оборотень? Свою пару? Которую признали родовые артефакты? Не смеши. С тебя будут пылинки сдувать, любить, холить и лелеять.

Меня аж передернуло от такой перспективы: сидеть взаперти и позволять красноволосому творить со мной все, что вздумается.

– Не нужно мне такого счастья! Я ненавижу его! А Барр’эрка, вообще, поклялась убить.

– Это, каким же образом? – ехидно поинтересовался ректор. – Уж не тем костяным ножичком, что хранишь в комнате? Уверяю, ты даже на расстояние удара подойти не успеешь. Кироп сильнейший воин. С ним я сам поостерегся бы выходить один на один. Что ты, слабое дитя, можешь противопоставить тому, кто держит в железном кулаке целую империю? Что ты знаешь о Барр’эрке? Его слабые места? Привычки? Что? Кроме ненависти у тебя ничего нет.

Сказать на это демону было нечего. Он во всем оказался прав. Против Владыки Беркании я никто. Все та же маленькая девочка, которой по чистой случайности достался сильный дар. Но даже и он не гарантирует того, что в схватке с берком, у меня будет шанс на победу.

– Что мне делать? – судорожно всхлипнула. Глаза загорелись так, будто в них песка насыпали. – Я никогда не смогу жить спокойно, зная, что он… что ему все сошло с рук.

– Для начала то, что я тебе сказал: взять себя в руки и выйти с гордо поднятой головой. Если хочешь отомстить, забудь об обиде, гордости или страхе. Как воин и некромант ты никогда не победишь этого противника. Но как женщина, как часть семьи подберешься так близко, как никто до тебя. В конце концов, уничтожить врага можно по-разному. Поверь, есть вещи пострашнее смерти. Кому как не тебе об этом знать.

С удивлением посмотрела на наставника. То, что он предлагал, звучало чудовищно, подло, но… именно это было наилучшим выходом.

– Вы поможете мне? – взяв из рук Стрелама ожерелье, беспомощно улыбнулась.

– Несомненно! – ответил ректор, с легкостью расправляясь с тугой застежкой, – я уже говорил, можешь на меня рассчитывать. Во всем.

– Я больше не подведу! – заверила демона.

– Надеюсь на это. Ну что, идем? – он изобразил изящный реверанс, безупречное исполнение которого заставило испытать чувство зависти, и подставил локоть.

Робко положив ладонь на руку Стрелама, внутренне хмыкнула. Оказывается, в моей жизни появился еще один мужчина, от прикосновений которого не трясет. Украдкой глянула на точеный профиль родственничка: истинный демон. Красивый, сильный, недоступный и коварный. Как хорошо, что он стал моим братом. А если на церемонии принятия в род он поцеловал в губы, смогла бы?

Нет, – подавила горький вздох, – староват. Да и, вообще, демон!

– Кироп, – тем временем спутник подвел меня к Владыке, – сестра переволновалась. Все-таки столько событий сразу. Девочка испугалась, наговорила глупостей со страху. Впрочем, она и сама все прекрасно объяснит.

– Вейр, – опустив глаза, склонилась перед Барр’эрком, – прошу простить мою дерзость. Могу ли как-то загладить вину?

– Вот видишь, Сэми, все не так плохо, – чуть наклонившись к сестре, сказал берк, – ваше поведение, милая вейра, – это уже мне, – выходит за рамки приличий, но на первый раз простительно. Насколько мне известно, вас вырастил некромант. Конечно, он не мог привить необходимых знаний. К счастью, все поправимо. Надеюсь, к следующей осени вы выучите этикет.

– Почему именно такой срок? – скрипнув зубами, все же натянула милую улыбку.

– Как же? Не догадываетесь? – я усиленно замотала головой, – осенью вы с Кейданом поженитесь. На зимних каникулах устроим официальную помолвку. Вейр ди Стрелам?

– По поводу помолвки возражений нет, – не моргнув глазом, ответил демон, – а вот дату свадьбы, скорее всего, придется перенести.

– Причина? – насупился оборотень.

– У Ликирии сильный дар. И темный, к тому же. Ей жизненно необходимо окончить академию. Стихия смерти требует особенного отношения.

– Беркания в состоянии нанять невесте наследника лучших учителей. Если все дело в этом, проблема решаема.

– И все же, я настаиваю на отсрочке, – не сдавал позиций ректор.

– Вейры! – появление виновницы торжества стало неожиданностью, – почему в такой день вы заняты серьезными разговорами? Это праздник, все должны разделить нашу радость!

– Вейра Виледа, вейр Эйрел, – за спиной демоницы маячил счастливый жених, – разговор у нас действительно серьезный, – берк вмиг преобразился и из грозного оборотня превратился в источающего невероятное обаяние мужчину, – ваш пример заразителен. Вот и хочу устроить судьбу любимого племянника.

– Так, в чем дело? – у принцессы загорелись глаза, – это, – она окинула меня изучающим взглядом, – прекрасная невеста. А где жених?

– Вот! – подсуетилась Самаэль, выталкивая вперед сына, который после моего неосторожного заявления о расторжении помолвки опасался показываться на глаза.