Перерождённый. Книга 1. Цитадель света
- -
- 100%
- +
Пространство вокруг них мерцало и взрывалось, огромные щепы стволов деревьев хаотично летели во все стороны, грохот и крики уничтожили ранее царствовавшую тишину. Ренатус наблюдал это сквозь щели растущего деревянного кокона, постепенно собираясь и наполняясь решимостью действовать. Интуиция подсказывала ему, что нужно успокоиться и услышать себя, как настаивал Амикус, которому было совсем не сладко сейчас: зверюга был мощнее и постепенно теснил человека, обрушивая на него град физических и энергетических ударов, постепенно метр за метром приближаясь к кокону, выросшему вокруг Ренатуса. В один момент зверь сгруппировался, высоко подпрыгнул и отскочив от дерева приземлился за спиной Амикуса, который не успев среагировать получил болезненный удар в спину мощным звериным хвостом, отлетев на несколько метров, упав где-то вне зоны видимости Ренатуса. Зверь удовлетворённо зарычал, оглянулся в направлении улетевшего соперника и вприпрыжку направился к кокону, под которым деревьями был сокрыт Ренатус. Доскакав до кокона, зверь начал рвать его всеми своими конечностями, щепки летели, образовывалась брешь, которую тут же заполняли новые коренья. Деревья старались помочь человеку, защитив его от нападавшего. Ветер вокруг становился всё сильнее и сильнее, переходя в ураган, пространство наполнилось свистом. Зверь яростно рвался к Ренатусу, без устали разрывая коренья, руша кокон. Вот уже сил кореньев не хватало и брешь в коконе становилась всё больше, так что одна из лап зверя прорвалась внутрь кокона и размахивала перед самым носом человека мощными длинными когтями.
Но сам удивившись Ренатус словно впал в транс, безучастно наблюдая за происходящим, наблюдая за опасностью как сторонний наблюдатель. Страха не было. В ушах был слышен ритм сердца. Другие звуки постепенно затихали для него и воцарился лишь ритм спокойно и уверенно бьющегося сердца. Веки налились свинцом и глаза его закрылись. По всем ощущениям он словно засыпал, но… нет, это было не совсем так. Скорее он как бы переходил из одного состояния в другое. Как он это делал он пока и сам не понимал, но что-то происходило с его телом и сознанием. Он видел образы высокого голубого неба, яркого солнца, птиц летавших над ним, леса, в который он вошёл, ранее ещё не виданных заснеженных гор, бескрайних полей залитых цветастым разнотравьем, высоких волн разбивающихся о крутые величественные прибрежные скалы, меняющие друг друга времена суток и года, движения планет и галактик, рождение, расширение, сжатие и взрыв вселенной… Всё это промелькнуло в нём за доли секунды, пронизав всё тело потоком энергии, заставив тело реагировать. Ренатус почувствовал, что он верит в силу Света, всему окружающему миру, Амикусу, бросившемуся защищать его и возможно погибшему, деревьям, создавшим кокон, сдерживающий зверя, в себя, новому и переродившемуся.
Он открыл глаза. Сверху на него сыпались бесчисленные щепки кореньев, зверь уже почти прорвался внутрь кокона. Действуя практически бессознательно, по интуиции, доверившись внутренним ощущениям, Ренатус взметнул руки вперёд и вверх, в направлении зверя. В этот момент от его кистей словно оторвался огромной силы поток энергии, который вырвался из кокона, наполовину разрушив его и вместе с тем сильно ударив зверя в мускулистую грудь, отбросив того на добрые метров десять. Ренатус одним ловким движением выпрыгнул из кокона, полный сил и решимости. Он развёл руки в стороны и сильно хлопнул в ладоши, снова разведя руки. При этом впереди него возник светящийся круг, окаймляющий портал. Неся данный портал впереди себя Ренатус уверенным шагом, приблизился к ещё не пришедшему в себя зверю, сделал его ещё больших размеров и как лассо набросил на зверя. Тенебрикс Рапакс только и успел прикрыть пасть лапами как был поглощён порталом, который в туже секунду сжался и схлопнулся. Зверь исчез.
В этот момент Ренатус ощутил необычайный прилив сил и уверенности. Его сознание пребывало в эйфории и на подъёме. Всё ещё не успокаивающийся ветер словно говорил с ним, раненные битвой деревья стонали от боли, всё вокруг словно радовалось победе над зверем, одновременно прося помощи избавления от страданий.
– Молодец, я в тебя верил! – голос позади Ренатуса вернул его сознание из оцепенения. Он встрепенулся и пришёл в себя. В тот же миг ветер прекратился и носимые им лохмотья мха и щепки осыпались дождём на землю; потрепанные коренья деревьев, ранее создававших кокон, поползли под землю. Вновь воцарилась тишина. Ренатус повернулся. Перед ним стоял, немного согнувшись и держась за правый бок Амикус. Он был снова в образе безобидного старца. Немного потрёпанный, но довольный.
– Силы твои просыпаются, мой друг. И чем ближе мы к Цитадели Света, тем сильнее ты станешь. Только что ты справился с одним из самых опытных и сильных охотников Города Тристис, который живёт тёмной стороной силы.
– Я не понимаю, как я это сделал, но куда исчез этот зверюга? – недоумевал Ренатус.
– Сие нам неведомо. Портал сам решает куда отправить попавшего в него, исходя из того, кто это есть: верного служителя сил добра и света он никогда не забросит в вечные льды или глубочайшие подземелья, а вот всякой нечисти там самое место. Но не обольщайся – они всегда находят дорогу назад и вновь преследуют своих жертв, ведь смысл их существования и дарованная им сила – уничтожить врага хозяина. Ладно, вопросы позже. Мы изрядно задержались, уже скоро стемнеет и силы света более нам уже здесь не помогут. Помимо Тенебрикса Рапакса есть и другие охотники уже много лет тебя разыскивающие.
Старик на этих словах осёкся, задумчиво почесал бороду:
– И всё-таки как он нас выследил, так быстро после твоего перерождения, и место так точно угадал, как будто ему кто нашептал… Ну да ладно, в путь, потом разберёмся!
Он повернулся и немного прихрамывая, и страдая от боли в боку поковылял далее в ещё более потемневший почти до полной темноты лес.
– Ты хоть спасибо скажи стражам! – кинул он в адрес Ренатуса. – Им крепко досталось. А ведь тоже живые души…
Ренатус подошёл к одному из деревьев, с теплотой и нежностью обнял изорванный зверем и истекающий слезами смолы ствол, прильнул к нему щекой и от всего сердца мысленно сказал им: «Спасибо, братья!». Лес, словно услышав его слегка одобрительно загудел на пару секунд и вновь затих. Первое знакомство с живой силой природы состоялось. Путники продолжили путь к Цитадели Света.
Глава 2
Когда они вышли из леса было уже совсем темно. Вместо солнца небо озарялось бесчисленными звёздами всех оттенков и раскидистыми перламутровыми облаками, которые импульсивно переливались, создавая внизу вспышки света, вновь поглощаемого тьмой.
– Ты многое ещё вспомнишь, Ренатус, а сейчас просто доверься мне и окружающей природе. Не дрейфь, сила нейтральна и не имеет вектора до тех пор, пока её не используют во благо или во вред. И никуда после не исчезает, лишь переходя из одного состояния и мира в иное. Замысел для всех един – рост и единение духа его с Создателем. Все в равных условиях, но в различных ситуациях временного пребывания, без чего рост и вовсе невозможен. Каждая травинка преодолевает на пути к свету и жизни множество стадий и препятствий, наслаждаясь в итоге бытием лишь мгновение по сравнению со всем периодом её пребывания в том мире, где она материализовалась. Всё взаимосвязано и не приходит из ниоткуда в никуда, а перетекает из одного состояния в другое, создавая вечное движение силы. И когда ты научишься видеть эти потоки, точнее вспомнишь, ты ощутишь грандиозность замысла и осознаешь себя его неотъемлемой частью.
Амикус умолк, видимо решив, что на сегодня информации для Ренатуса достаточно. Они оба шли среди больших валунов по склону холма, удаляясь от леса. Вокруг решительно ничего не было видно, лишь при очередной вспышке облаков немного подсвечивались впереди валуны.
– Сейчас я не могу привлекать внимания и освещать нам путь, – сказал Амикус. – Здесь гораздо более опасная часть пути нежели в лесу. Присматривайся к валунам – некоторые из них вовсе ими не являются, хищники этих мест весьма изобретательны. Уж тем более не трогай их! Любое тепло разбудит хищника. Идти будем след вслед – ниже топи. Можно и сгинуть утонув. Там ещё немного и Цитадель Света.
– Хорошо я всё понял, – ответил Ренатус. – Только скажи пожалуйста почему бы нам не дождаться утра в лесу, раз там безопаснее чем здесь и, тем более дальше?
– Ты меня вообще слушал?! – возмутился Амикус. – Стражи могут нам помочь при свете, когда их питает энергия позитивная, но в ночи они слабеют и в случае нападения мы погибнем все вместе. Ты помнишь в лесу небольшие лужицы с тёмной жидкостью?
– Да.
– Так вот, это не лужи, а выходы заполненных жидкостью глубоких нор подземных тварей, которые выползают ночью полакомится заблудшими путниками. Ты не единственный кто перерождается в этой местности. Но не всем так везёт встретить старого друга, многие отправляются в брюхо тем мерзким тварям, начиная свой путь по мирам заново.
Амикус остановился, взял спутника за локоток и продолжил:
– Ты меня сейчас совсем не помнишь, но придёт время и всё станет на свои места. Мы с тобой столько пережили вместе… И сколько ещё предстоит! По правде говоря, в течение последних трёх лет я каждую неделю на день приходил на то место и ждал тебя, услышав зов из мира, в котором ты пребывал. Всё это время ты просыпался. Я знал, что ты вернёшься, друг мой, иначе ты не мог поступить. Мы все тебя ждали!
Старец снова умолк и пошёл дальше вперёд. Ренатус обдумывая всё услышанное брёл чуть позади. В животе призывно забурчало и он вспомнил что весь день ничего не ел и не пил.
– Нам бы перекусить, старче.
– Есть такое! – усмешливо ответил Амикус. – Вот дойдём до Цитадели Света там потрапезничаем от души! А сейчас будь потише и шагай вслед за мной, начинаются топи.
При этих словах Амикус вошёл в высокую траву наподобие камыша, которая кончиками больно кололась в лицо и слегка шуршала, рассекаемая движущимися телами. Тут же в воздух взмыло бесчисленное число мелких насекомых, которые назойливо стали лезть в лицо и глаза, больно кусаться. од ногами что-то зачавкало и стало холодно. Теперь босые ноги Ренатуса уже испытывали удовольствия от ходьбы по мягкой траве, но были терзаемы колючками, кочками и вязкой холодной сыростью. Чем дальше они шли, тем глубже становилась жижа под ногами, дойдя уже до пояса. Идти было совсем тяжело. Воздух сильно похолодел. Всё тело сильно замёрзло и в совокупности с долгой дорогой уже просто изнывало от усталости.
– Скажи мне, Амикус, далеко ли ещё? – поинтересовался Ренатус.
– Почти пришли. Скоро топи закончатся, мы пройдём по ущелью и выйдем к Цитадели Света. Потерпи немного. Ренатус смиренно шёл за проводником. Сил оставалось всё меньше и меньше. В какой-то момент ему показалось будто со сторон на них накатывают небольшие волны, словно неподалёку кто-то проплывал.
«Нет, тебе не показалось», – Амикус словно слышал его мысли. – «Всё-таки мы не успели пройти пока они спят, болотные черви. Теперь нужно ускориться, это вечно голодные твари. И силы наши с тобой сегодня уже почти исчерпаны. Ускоряемся!»
И он погрёб с ещё большим усердием. Ренатус старался не отставать, всё явственнее чувствуя, что волны, бьющиеся о спину всё выше и настойчивей. Вот что-то скользкое скользнуло по ноге… От неожиданности Ренатус оступился и погрузился с головой в холодные воды. Крепкая рука Амикуса ухватила его за волосы и выдернула из топи. Ренатус выплюнул попавшую в лёгкие болотную воду и тяжело продышался.
– Аккуратней ты! – раздражённо прошипел Амикус. – Черви не будут атаковать пока ты не подвержен страху и панике. Это создания тёмной материи, и они питаются не столько телом, сколько негативной энергией, которую оно излучает. Касаясь тебя они провоцируют тебя на страх и выплеск негатива. Не привлекай их, не бойся!
– Я постараюсь, извини. – виновато пробурчал Ренатус.
Вокруг становилось всё тревожнее. Тьма сгущалась. По ощущениям подводных тварей стало так много, что они уже толкались за право быть ближе к потенциальным жертвам. Ренатусу было всё сложней сдерживать свои эмоции и не дать волю страху. Он с надеждой оглядывался, пытаясь при очередной вспышке перламутрового облака рассмотреть твёрдую сухую поверхность, где нет этих тварей. Высокая трава, произрастающая в топи, не позволяла ничего разглядеть. Ноги изрядно устали и уже с большим трудом преодолевали вязкое дно топи. Было заметно что и Амикус устал, темп его продвижения существенно упал. Этот факт ещё больше тревожил Ренатуса, который всё меньше верил в успешное завершение всего мероприятия по преодолению топи… Он прогнал все мысли прочь и сосредоточился на движении вперёд, приблизившись к Амикусу и подбадривающе похлопав его по плечу. Тот на секунду обернулся и еле заметно улыбнувшись продолжил идти. Ренатус поднял взгляд наверх. Там всё также бесшумно и безмятежно красиво переливались облака. Окружающие их мириады звёзд холодным спокойствием проникали в его душу. Он старался наполниться этим небесным покоем и не думать о кишащих вокруг болотных тварях. Взгляд как бы рассеялся в небесах. И не так сильно уже чувствовалось изнеможение тела. Он впадал в абстракцию.
Внезапно одна из звёзд стала заметно ярче других. Её ослепительно белый свет с каждой секундой всё усиливался, разливаясь в небе всё больше, через мгновение уже затмив мягко переливающиеся облака. Казалось, будто свет этой звезды приближается, даже в топи стало светлее.
– Этого нам ещё не хватало! – заметив посветлевшее небо заметил Амикус.
– Что, чего? – обеспокоился Ренатус.
– Пираты. Решили поживится добычей на топях. Здесь частенько отсиживаются с награбленным местные разбойники. Вот они и грабят грабителей, так сказать, и концы в воду…
– Амикус тихонько хихикнул и добавил: – Но нам с тобой встреча с ними ничего хорошего не сулит. Им всё равно с кого иметь наживу. Возьмут в плен и продадут на невольничьем рынке за пару добрых одежд или снасти какой. Да и не люди они вовсе, весьма неприятные субъекты… Давай шустрей, я уже вижу берег!
После последних слов у Ренатуса словно открылось второе дыхание. Воодушевлённый он рванул вперёд, опередив Амикуса на пару шагов вперёд и тут же ощутил на своей голове его тяжёлую руку, которая беспардонно притопила его. В ту самую секунду над ними пролетело корявое как буто из мусора собранное сооружение, издавая шипящие звуки и освещающее топи прожектором, который держали в своих клешнях двое моллюскоподобных существа, с мерзкими мордами и глазами на выкат. Летающая свалка неспеша пролетела над местом, где притаились наши путники. Поняв, что его неспроста чуть притопили, Ренатус не стал гневаться, а с интересом наблюдал за постепенно удаляющимся от них летательным аппаратом, который прочёсывал прилегающую в топи местность в поисках добычи. Ощущалось, что до твёрдой поверхности осталось совсем немного, но продолжать движение не было возможности. Амикус так и не снял руку с головы Ренатуса, готовый мгновенно сокрыть их в воде с случае опасности. Но и в самой воде оживление заставляло нервничать: твари, почувствовавшие волнение людей, кишели вокруг, плотным кольцом отираясь о их тела. Было очень неприятно. В один момент Ренатус уже решивший, что пираты удалились достаточно далеко сделал попытку пойти дальше, но рука Амикуса на голове аккуратно его придержала и повернула голову чуть направо, как бы показывая происходящее впереди.
На берегу было заметно какое-то оживление – это засуетились притаившиеся разбойники, которые прятались за валунами, а теперь дождавшись, когда пираты пролетят мимо решили убежать в противоположном направлении. Но прожектор летательного аппарата внезапно развернулся в их сторону, осветив суетящихся одетых в лохмотья и бросившихся врассыпную людей. Тут же летательный аппарат резко поменял курс, ускорился и уже через пару секунд был над разбегающимися разбойниками. Включились дополнительные прожекторы, во всех направлениях перекрёстно освещая всю прилегающую к топи местность. Стало светло почти как днём. Было видно, как каждый из попавших в фокус прожектора, убегающий словно, замирал, удерживаемый невидимой силой, затем его тело начинало растворяться в эфир и всасывалось этим прожектором в утробу летательного аппарата.
– Не думай, они живой товар, все будут изловлены целёхоньки… – прошептал Амикус. – Когда охота закончится быстро бежим чуть левее за вот тот большой валун.
Рука снова повернула голову Ренатуса в нужном направлении.
– Давай ты впереди, – аккуратно снимая тяжёлую длань с головы прошептал Ренатус.
Амикус сделал несколько шагов вперёд, опередив спутника, и снова остановился, ожидая окончания пиратской охоты. Охота, собственно, была непродолжительной и заняла всего несколько минут. Почти все пребывавшие там разбойники были изловлены и поглощены летательным аппаратом. Затем эта шипящая конструкция приблизилась к земле и с её борта спрыгнуло несколько существ, которые быстрыми и ловкими движениями, стремительно передвигаясь на длинных щупальцах, прочесали местность в поисках добычи и также быстро запрыгнули обратно на борт. Все прожектора погасли и летательный аппарат, издав глухой надрывный выстрел взмыл вверх, быстро удаляясь в ночные небеса.
Не теряя ни секунды, спотыкаясь о тела снующих между ног подводных существ, путники рванули к сухой земле. Ещё одно усилие и ноги почувствовали твердь и острые камни, которые сейчас даже в радость были. Ренатус в изнеможении рухнул на землю, раскинув руки и тяжело дыша. Присевший рядом Амикус по-дружески похлопал его по спине.
– Ну, ну, всё хорошо. Ещё немного и отдохнём в безопасности. Вставай, пойдём.
Уже изрядно уставший от сегодняшнего приключения Ренатус с трудом приподнялся и встал на колени. Он повернул голову в сторону Амикуса и прошептал:
– Сколько по времени ещё идти?
– Не могу сказать. Всегда по-разному. У Цитадели Света есть одно интересное свойство, делающее её ещё более неприступной для тёмных – она всегда в движении, живая. Когда я уходил к тебе в этот раз, она располагалась в аккурат за ущельем, потому туда и идём. Но там её может и не быть. В любом случае Цитадель нас ведёт, следит за нами и в курсе, где мы находимся. Если мы собьёмся с пути нас обязательно оповестят, дадут знак…
– Амикус умолк и прислушался, направив взор прямо за ближайший валун.
– Погоди… – Он вскочил и тихонько пошёл к валуну, за которым явно кто-то прятался. – Вот так находка! – донесся оттуда голос Амикуса. – Погляди!
Ренатусу стало любопытно и пошёл на голос. Когда подошёл к валуну, то увидел, что у его основания, в самом тёмном месте, притаился ребёнок лет девяти десяти. Он или она, в темноте не очень было понятно, испуганно хлопал большими доверчивыми глазёнками и весь трясся то ли от холода, то ли от страха.
– Тебя как звать, дитя? – ласково спросил Амикус. Ребёнок испуганно смотрел то на одного путника, то на другого, ещё сильнее вжавшись под камень.
– Не бойся нас, мы добрые, – продолжил Амикус.
– Ты откуда здесь?
– Разбойники украли…, – захныкал испуганный детский голос. – Из деревни, что за ущельем.
– О так ты, стало быть, местное дитя. Так как говоришь тебя зовут?
– Кло.
– А ты мальчик или девочка, Кло?
– Неужели не понятно, девочка! – обидевшись рассерженно ответил ребёнок.
– Тише, тише дитя, не гневайся! – старец максимально ласковым голосом стремился наладить контакт с найденным ребёнком.
– Выходи, пожалуйста. Мы не обидим. Пойдём с нами, – включился в разговор Ренатус.
Амикус даже оторопел и на секунду растерялся от проявления такой инициативы. Он толкнул Ренатуса в плечо и кивком головы пригласил отойти на разговор. Когда они удалились от валуна и прятавшаяся девочка вылезла из-под камня, усердно расправляя своё скромное одеяние, Амикус шёпотом сказал:
– Понимаешь, дружище, в нашем мире, который тебе не менее близок и дорог, ты ещё вспомнишь, множество скрытых опасностей и ловушек. Он, как и любой другой мир связующее звено между находящимся «ниже» и «выше», всё условно. Он прекрасен и вместе с тем для неподготовленного опасен. Сегодня мы с тобой уже встретились с рядом сложностей в пути, которые могли привести к нашей гибели. А это всего лишь часть пути. И на каждом шагу нас будет подстерегать опасность. Явная или скрытая. Не нужно всем встречающимся на пути верить…
– Но…, попытался возразить Ренатус.
– Никаких, но! Помолчи и послушай! – прошипел Амикус. – Эта девочка казалась здесь по неизвестным нам причинам и может оказаться совсем не тем, чем нам представилась! Будь бдителен и осторожен!
– Это же безобидное дитя! – не унимался Ренатус. – Как же можно в нём видеть опасность?!
Тут Амикус ослабил напор и более спокойным тоном продолжил:
– Понимаешь, ты ещё достаточно слаб и только подготавливаешься к потоку воспоминаний об это мире. Кое-что у тебя уже получается, но это малая часть твоих возможностей. Справедливости ради сказать ты и полной силе всегда был слишком доверчив ко всем видам сущностей, во всех видя лишь положительные черты и качества, совершенно не замечая лицемеров и предателей. Отчего, по существу, и пострадал не однажды… Но об этом позже. Сейчас наш путь и эта девочка.
– Вот именно, чего тут рассуждать! Возьмём её с собой и продолжим путь. Если честно я очень устал и с удовольствием бы поел и поспал. И потому мне не терпится найти тёплое сухое место с очагом и вкусной пищей и просто отдохнуть.
– Терпение, мой друг, терпение… – уже ласково обратился к спутнику Амикус. – Я прекрасно тебя понимаю. К сожалению, я тоже уже давно не юн и мне тяжело даётся наша дорога, но если не прилагать всех возможных усилий, то Вселенная не сможет помогать – лишь страждущий и стремящийся находит поддержку; отчаявшийся и пребывающий в унынии есть пища для сущностей низших миров и их приспешников в этом. Сейчас же давай возьмём эту девочку с собой, но будем осторожны. Договорились?
– Хорошо, – успокаиваясь ответил Ренатус. – Пойдём уже.
Они вернулись к валуну, возле которого кротко стояла Кло. Она вся продрогла и дрожала как лист на осеннем ветру.
– Храни нас Светлый, – промолвил Амикус. – Да ты совсем продрогла! Сейчас! Он взял подол своей одежды, отмерил рукой изрядный кусок и сильно рванул, оторвав для Кло утепляющее одеяние. Та с большим удовольствием его приняла и уютно укуталась во всё ещё влажную ткань (само ощущение заботы и предстоящего тепла уже согревало). Двое мужчин и девочка направились по направлению к ущелью.
Глава 3
До ущелья было около километра, который нужно было преодолеть сквозь сухие заросли колючих кустарников, хаотичные насыпи валунов и естественно их ночных обитателей. Трое шли тихо и молча, стараясь следовать шаг в шаг. Первым шёл Амикус. Он уже тяжело шагал и было видно, что старец очень устал. За ним моросила мелкими шагами Кло, держа обеими руками накидку из подраненного куска материи. Ренатус замыкал импровизированную колонну, чувствуя повышение ответственности из-за шедшего с ним ребёнка. Это было интуитивное чувство опеки, которые кажется сейчас он испытывал впервые. Дорога из равнинной стала пересечённой, повсеместно встречались спуски и подъёмы.
Уже в глубокой ночи проснулись разнообразные сущности и твари, которые стрекотали, ухали, ревели, квакали, рычали, стонали и тому подобное, создавая какофонию звуков, изрядно отвлекающей путников, наполняя дополнительной тревогой Ренатуса от неизведанного и Амикуса напротив от вполне известной и ожидаемой опасности. Лишь Кло безучастно и смиренно следовала между двух спутников, изредка поднимая взор то на одного, то на другого. Силы путников были на исходе. Всё чаще путь преграждали округлой формы колючие кустарники, которые в темноте были абсолютно невидимо, провоцируя столкновение с ними, что сопровождалось болью и травмами для ног путников и искрами самих кустарников, которые будто возмущались прикосновениям и раздражённо искрились электрическими разрядами голубого цвета.
– Будьте с ними осторожны, – предупредил Амикус.
Не успел он это с казать как Кло сильно взвизгнула и подскочила на месте, больно ужаленная названным кустарником, который в свою очередь разрядился серией электрических разрядов, даже немного осветив окружающую местность. Ренатус не останавливаясь молча подхватил ребёнка на руки, которая благодарно обняла его одной рукой за шею, второй старательно удерживая согревающую накидку. Ощутив тепло нежной ладони Ренатус как-то, даже проникся…
«Не размокай!», резко прозвучало в голове. Это бурчал мысленно Амикус.
«Говорю же, не доверяй первому встречному!»
Ренатус гнал прочь дурные мысли. Но усталость, увеличенная ношей, клонила его ко сну. Он с трудом передвигал ноги. Этот относительно небольшой путь до ущелья, которое само по себе было ещё не было окончательной целью пути, казался очень долгим и изнурительным. До настоящего времени кроме изредка цепляющихся за ноги колючих кустарников и острых камней под босыми ногами других неприятностей не встречалось. Пока не встречалось…