- -
- 100%
- +
– Нет, если удар нанесен столь же умело, как и в первом случае. В каком положении он находился, когда вы его обнаружили?
– Верхом на коне с наклоном вперед. Ручки мешали ему упасть.
Мэрфи встал на четвереньки и внимательно исследовал пол. Затем поднялся и стряхнул пыль с колен.
– Никакой крови на полу. Странно, что ее нет и на коне… Правда, это вполне возможно, раз труп находился в таком положении, но на полу должно остаться хоть несколько капель крови. – Мэрфи неприязненно взглянул на меня. – Вы совершенно уверены, что фокусник мертв?
– Да! Вполне вероятно, что в этом году модно носить ножи в спине.
Мэрфи зло посмотрел на меня, потом на часы:
– У вас в запасе около трех минут, Уилер!
– А вы познакомились с директрисой, мисс Баннистер?
– Нет.
– Вылитая Ава Гарднер, только волосы покороче.
– В самом деле? – явно заинтересовался Мэрфи. – Она случайно не нуждается в помощи? Пока я здесь…
– Сейчас выясню.
В глубине зала, на стене, висел телефонный аппарат, а возле него лист бумаги с номерами внутренних телефонов. Номер телефона в кабинете мисс Баннистер был двадцать три. Я набрал номер, и мисс Баннистер сразу ответила на звонок.
– Это Уилер, – прошептал я. – Выручайте, попал в скверное положение. Вы можете кое-что сделать для меня?
– Все, что вы захотите, лейтенант. – Тут она спохватилась и через некоторое время добавила:
– Все, что хотите, в пределах благоразумия.
– Если я направлю к вам врача, фотографа и санитаров, вы угостите их стаканчиком?
– Разумеется, если вас это устраивает.
– Скотч и ваше присутствие выручат меня.
Повесив трубку, я повернулся к Мэрфи.
– Мисс Баннистер не нуждается в медпомощи, – сообщил я.
– Тем хуже, – огорчился он. – Похожа на Аву Гарднер, да?
– Просто близнец. Кстати, она приглашает вас на скотч, и этих господ тоже.
– Браво! – обрадовался врач. – Как туда пройти?
Я объяснил ему путь к кабинету, и они быстро покинули зал, оставив меня одного. Закурив новую сигарету, я размечтался, что След и Полник обнаружат сбежавший труп. В углу зала стоял большой сундук, в который складывали различные гимнастические принадлежности.
Я удобно уселся на него, надеясь кое-что выяснить путем глубокомысленных размышлений.
Если на свете существовал человек, которому не везло, то это был Эл Уилер. И если бы у меня было на два цента больше ума, я бы лучше позволил стереть себя в порошок, чем стать фликом.
Ворчание раздавалось глухо и казалось мне вполне естественным в моем состоянии. В этом, правда, не было ничего логичного, так как безалаберное, бессознательное ворчание, которое, как мне казалось, я издавал, не отдавая себе в этом отчета, и не могло стать логичным.
Я глубоко затянулся сигаретным дымом, и снова раздалось ворчание. Я невольно проглотил дым, что заставило меня закашляться в течение доброй дюжины секунд. Потом я встал, недоумевая и даже беспокоясь. Как это так?
Не заметить собственного ворчания, глотая дым? Еще одна проблема? Я ничего не понимал…
Ворчание послышалось в третий раз… После этого, послав к черту свою тупость, я нагнулся, чтобы поднять крышку сундука.
Великий Мефисто медленно поднялся на ноги, все время ворча и потирая затылок. Я чуть не проглотил сигарету.
Мефисто осуждающе смотрел на меня.
– Меня оглушили, – нахмурился иллюзионист, – и если я найду его…
Я остановил его резким жестом:
– Поосторожней с выражениями! Вы, вероятно, не в состоянии отвечать за свои слова, о которых можете пожалеть!
– Что вы такое бормочете?
– Вы ничего не чувствуете в вашей спине? Зуд? Или, может, раздражение, как будто вам воткнули иголку в спину?
– Вы, случайно, не того? – Мефисто совершенно ошеломленно осмотрелся по сторонам. – А как я сюда попал?
– Об этом можете не беспокоиться.
Как бы дружески похлопывая его по спине, я провел рукой по его лопаткам. Никакого ножа там не торчало. Не было и крови, а одежда не нуждалась в штопке.
Мефисто растерянно вылез из сундука.
– Я желаю знать, что случилось! – воскликнул он. – Последнее, что запомнил, – это свет, погасший в зале.
Подумал, что, вероятно, это сделал мой помощник-кретин, и пошел его искать. Не успел выйти в коридор, как меня оглушили.
– Вы должны быть счастливы, что вас не убили, зарезав, как ту девушку.
– Кто это может желать мне смерти? – проверещал он. – И по какой причине?
– Ну, они все видели ваш номер.
Он раскрыл рот, чтобы что-то произнести, но тут примчался инспектор След и перебил его.
– Лейтенант! – возбужденно завопил инспектор. – Мы обыскали все комнаты – и ни малейшего признака трупа.
– Тем хуже для вас.
– Вы знаете, что у каждой воспитанницы отдельная комната? Я осмотрел пять, когда появился сержант и заявил, что займется этим сам, а мне предоставил ванные комнаты и шкафы.
– Да, неприятное дело. Кстати, вас никогда не знакомили с Великим Мефисто?
– Нет. – Он машинально, кивнул иллюзионисту. – Очень приятно… Я ничего не понимаю, лейтенант, я…
Больше инспектор ничего не вымолвил. Его рот открывался и закрывался, но из него не вылетало ни звука. Лицо Следа побагровело, пока он смотрел на Мефисто. Затем инспектор зашатался, сделал три шага вперед и упал на пол.
– Что это с ним? – удивился фокусник.
– Когда он вас видел в последний раз, то принял за труп. Теперь он ничего не понимает, и этого удара его тонкая натура не выдержала.
– Здесь что, все сошли с ума?!
– Лично я знаю четырех типов, которые точно сойдут с ума, – резонно заметил я и направился к телефону.
Дозвонившись до кабинета директрисы, я попросил позвать доктора Мэрфи. Врач взял трубку и заявил мне почти приветливым голосом:
– На этот раз вы оказались правы: она совсем как Ава Гарднер.
– Когда я высказываю какую-нибудь мысль, она всегда удачна.
Врач насмешливо заржал.
– Но я звоню не поэтому. Мы нашли сбежавший труп.
Хотите с ним поговорить?
– Не утруждайтесь, Уилер, это совсем не смешно."
– Согласен. Тем более это не обыкновенный труп, а умеющий исчезать. В первый раз он был мертвым, но во второй – живым.
– Еще раз повторяю Уилер, если вся эта история лишь шутка, то у вас странное и извращенное чувство юмора, с чем вас и поздравляю. Заодно советую сходить на прием к психиатру.
– Думаю, что вам нужно поздравлять кого-то другого. Не спрашивайте меня кого, я ничего не знаю.
– Вы заставили нас всех вернуться – санитарную карету, фотографа и меня – исключительно потому, что какой-то болван подстроил шутку, в которой вы не разобрались! – Монолог закончился оглушающим воплем. – Уилер, я уничтожу вас как личность! Скажу шерифу о ваших шуточках! Вы слышите, отныне отказываюсь выезжать по вашим вызовам! Вы или идиот, или недоделанный кретин, снабженный мозгами в таком же количестве, как дегенеративная амеба! Я…
– Благодарю, доктор, я знал, что вы со мной согласитесь.
Я повесил трубку и вернулся к Мефисто, который продолжал гипнотизировать меня уничтожающим взглядом.
– Хотел бы, чтобы мне объяснили…
– ..., что все это означает? Успокойтесь, Мефисто. Не один вы задаете этот вопрос.
В гимнастический зал вбежал Полник.
– Лейтенант… – Он замер, уставившись на инспектора Следа, по-прежнему валявшегося на полу. – Что это с ним?
– Нервы сдали. Я представил его присутствующему здесь трупу, и инспектор не выдержал. Интересно знать, что ждет полицию, если в ней служат подобные неженки.
– Присутствующий здесь труп… – Полник уставился на Мефисто и глубоко вздохнул. – Выходит, это была шутка?
– Его оглушили, а я обнаружил его в сундуке.
– Но нож в спине?..
– Мы, вероятно, не очень хорошенько рассмотрели его вблизи. Скорее всего, это был один из театральных ножей с лезвием, уходящим в рукоятку.
– Детская шутка! – презрительно нахмурился Полник.
– Или иллюзия. Что вы об этом думаете, Мефисто?
– По-прежнему ничего не понимаю, – недоуменно отозвался бородач, – и отказываюсь понимать.
– Врач и санитарная машина уехали, – сообщил я Полнику. – Думаю, что Мэрфи неверно оценил обстановку. Он сказал много жестких слов в наш адрес.
– Что это теперь может значить? Ведь ему придется повернуть обратно, едва он приедет в уголовную полицию.
– А?.. Что?..
– Я только что нашел еще один труп. Ученицу. Она в своей комнате и по-настоящему мертва. Поверьте уж мне.
– И, без сомнения, с ножом в спине?
– Совершенно точно, как и у той, первой. Я все проверил, лейтенант. На этот раз без ошибки.
– Чтобы убедить доктора Мэрфи, нужны веские аргументы.
– О-о-о… – Раздались с пола глухие стоны. Инспектор След поднялся, пошатываясь, и ошеломленно уставился на нас. – Что случилось?
– Мужайтесь, инспектор След! На этот раз в вашем распоряжении самый настоящий труп, который протягивает к вам немощные руки!
Глава 5
Трупом оказалась та девочка с темными локонами, которая хотела знать лучший способ убийства в упор. Ее убийца, безусловно, не делал из этого проблемы. Во всяком случае, он умело реализовал свой способ.
Девушка лежала на животе поперек кровати в том же платье, в котором красовалась на вечере. Нож устрашающе торчал между лопаток. Как заявил Полник, ученица была совершенно мертва. В комнате не видно ни малейших признаков борьбы: все находилось на своих местах.
– Необходимо снова вызвать врача, – глубокомысленно заявил сержант Полник.
– Черта с два! Он предупредил, что ни за что не вернется.
– Тем не менее необходимо, чтобы…
– Сержант, – сухо проронил я, – не выношу, когда нарушают иерархию. Называй меня лейтенант, если тебе не трудно.
– Хорошо, лейтенант.
– А теперь я скажу вам, что необходимо сделать. До сих пор нас заставляли плясать под их дудку. Водили на поводке, как трех кобелей. Ладно, поиграли в их игры, и баста! Отныне будем трясти других. Это дело завершится к завтрашнему утру.
– Безусловно, лейтенант, – мгновенно согласился инспектор След, – но как?
– Вопрос по существу. Первое – вы тщательно обшарите эту комнату. Прочешите ее частым гребнем и постарайтесь найти какой-нибудь след, который приведет нас к кому-либо – ученице или преподавателю.
Когда закончите здесь, то же самое мы проделаем в комнате малышки Крег. Затем вы присоединитесь ко мне в кабинете мисс Баннистер, чтобы сообщить результаты.
– Будет исполнено, лейтенант! – вскричал След.
Не обращая внимания на его дикий вопль, я повернулся к сержанту Полнику:
– Сержант! Я хочу, чтобы все обитатели этого пансионата собрались в большом зале через четверть часа.
Это приказ! Не разрешай никому уклоняться. Весь персонал, все ученицы, а также Великий Мефисто со своим помощником.
– Хорошо, лейтенант.
– Я буду в кабинете мисс Баннистер. Когда все соберутся, ты найдешь меня именно там. Через, четверть часа!
Ты меня понял?
– Конечно, лейтенант, – проворчал еще раз Полник, выходя из комнаты.
Я холодно взглянул на Следа, который сразу же открыл ближайший к себе ящик и принялся яростно копаться в нем. Убедившись, что мой приказ выполняется как следует, я прошел в кабинет мисс Баннистер, предварительно постучав.
– Я уже спрашивала себя, что такое с вами случилось, – промолвила патронесса своим грудным голосом. – Вы вернулись выпить стаканчик?
– Не сейчас. – Героическим усилием я преодолел искушение. – Кто та девушка – брюнетка, завитая, как барашек, и интересовавшаяся, как лучше убить человека в упор?
Мисс Баннистер удивленно приподняла брови:
– Ненси Риттер… Надеюсь, она больше не приставала к вам со своими глупыми вопросами?
– Нет.., она мертва… Убита…
Мисс Баннистер недоумевающе взглянула на меня, пытаясь улыбнуться.
– Это серьезно, – добавил я.
– Но.., но это невероятно! – ахнула патронесса.
– Тем не менее. Сержант собирает всех в большом зале. Когда все будет на месте, я переговорю с каждым в отдельности. И если не возражаете, в вашем кабинете.
– Он в вашем полном распоряжении, но…
– Благодарю! Кстати, где вы выудили Великого Мефисто?
– Простите?..
– Кто пригласил его выступить на вашем вечере? Вы знали Мефисто лично или его направило к вам агентство?
– О! Я поняла ваш вопрос. Он был рекомендован мне одной из моих служащих.
– Кем?
– Мисс Томплинсон. – Директриса выдавила улыбку. – Она сказала мне, что на этот раз нас ожидает сенсация.
– Задам вам тот же самый вопрос, что задавал по поводу маленькой Крег… Вы представляете себе, из-за чего могли прикончить Ненси Риттер?
– Конечно нет! Мы имеем дело с сумасшедшим, лейтенант.
– А почему вы уверены, что убийца сумасшедший?
– Не понимаю…
– Сумасшедший. Почему не сумасшедшая?
– Уверена, что это мужчина.
– Почему?
– Да так просто. Предчувствие, и все. Не могу этого объяснить.
– Женщины никогда ничего не знают. У меня все, мисс Баннистер. Вам надо тоже пройти в зал.
– Вижу, – сухо произнесла она, – что вы отправляете меня в ту же корзину, что и учениц.
– Не в этом дело, – смягчился я. – Допросы могут занять много времени, и я полагаю, что в вашем присутствии эти мисс будут вести себя сдержанней.
– Верная мысль. Покидаю вас, лейтенант.
Мисс Баннистер вышла. Ее кресло манило меня к себе, я сел в него и закурил. Через несколько минут в дверь постучали и вошел След.
– У маленькой брюнетки – ничего, – доложил он, – но посмотрите, что я обнаружил у Жоан Крег.
Он положил на стол нечто вроде музейного экспоната: кольт с ручкой из слоновой кости, у которого нужно было сначала оттянуть собачку, прежде чем нажать на спуск. Судя по всему, кольт выпустили лет сто назад. Во всяком случае, я не пришел от него в восторг.
– У ее отца ранчо в Неваде, – пояснил я. – Этот утиль, по всей вероятности, семейная реликвия, и девушке дали его на счастье.
– Значит, ее папаша довольно странный тип, – усмехнулся инспектор След. – Ведь кольт заряжен!
– Вы не в своем уме!
Я взял револьвер, поднял собачку и обнаружил, что это я не в своем уме. Держа палец на собачке, я с большими предосторожностями разрядил эту вещь и поспешил полость ее на пол, убедившись, что дуло не направлено ни на меня, ни на инспектора.
– Что вы на это скажете, лейтенант?
– Что это ископаемое ни на что не годится. А вы что думаете по этому поводу?
– У меня простенькая идея. Девочка знала, что ей угрожают, и к тому же она родилась на ранчо и умеет обращаться с петардами. Вероятно, с детства привыкла иметь такие игрушки. Итак, девица привезла ее с собой.
Это пойдет, а?
– След, вы слишком много сидите у телевизора. Когда Полник соберет всех в большом зале, займитесь осмотром остальных комнат. Сможете запомнить три или четыре имени?
– Безусловно! – обрадовался он. – Смит, Робинсон, Джон и Браун. Ну как, лейтенант?
– Попробуйте запомнить: Баннистер, Партингтон, Дикс и Пирс.
– Баннистер? Но ведь это же директриса!
– От вас ничего нельзя скрыть. Идите к Полнику. – Я посмотрел на часы. – Передайте ему, что у него в запасе ровно две минуты.
Инспектор вздохнул и направился к двери.
– Знаете, лейтенант, – повернулся След у самого порога, – и у вас все же бывают дни, когда вы здорово приспосабливаетесь.
– Я должен отбиваться от расшумевшихся судебного врача, комиссара и от двух спокойных трупов. Даже трех, считая Мефисто, самого удивительного мертвеца из всех, кого я видел.
След взялся за ручку двери, открыл ее, слушая мое последнее напутствие.
– Кстати, прибавьте к тем именам и мисс Томплинсон.
– Хорошо, лейтенант.
Дверь с грохотом закрылась. Я прикурил очередную сигарету от окурка предыдущей и подумал, что был очень глуп, отказавшись от стаканчика, который мне предлагала мисс Баннистер.
Полник появился через пять минут после того, как я предупредил его, что у него в запасе две минуты. Я решил перестать играть роль шерифа.
– Всех согнали в кучу?
– Да, лейтенант, все на месте.
– Ладно, все ясно. Садитесь. – Я указал ему на кресло.
Сержант сел и вопросительно уставился на меня:
– А что дальше, лейтенант?
– Буду допрашивать их здесь по одному. Нашли помощника Великого Мефисто?
– Да. Забавный паренек, и не болтлив.
– Может, он боится заговорить? Опасается, что и ему придется лечь под гильотину Мефисто? Зачем ему разговаривать, чтобы потом тебе перерезали глотку?
– Да, лейтенант. То есть, хотел сказать, нет, лейтенант.
Он стал очень вежлив, этот Полник.
– Прежде всего мне хочется встретиться с мистером Пирсом. Пришли его сюда, а пока я с ним буду разговаривать, повидай мисс Баннистер, которая передаст тебе список учениц и преподавателей. Если она ничего не даст, мы начнем прямо с кухарки.
– Хорошо, лейтенант.
Он вышел весьма воодушевленный моими указаниями.
Вскоре Полника сменил профессор искусства мистер Пирс. Высокий, крепкий и красивый парень, ему бы играть роли первых любовников. На нем был прекрасный серый костюм, белая рубашка и серый галстук. Волосы были ни длинными, ни короткими, не было ни бороды, ни усов.
– Здесь все наоборот, – усмехнулся я. – Вы должны были быть мистером Диксом, преподавателем языков, а мистер Дикс должен был преподавать искусство народов мира.
Он засмеялся, обнажив прекрасные белые зубы:
– Вы не в курсе дела, лейтенант. Теперь все артистические натуры одеваются в обычные костюмы, не подчеркивая своей принадлежности к искусству. Нечесаная борода, верблюжья шерсть и джинсы – это для продавцов магазинов, которые в дни отдыха желают сойти за кого-нибудь.
– Очень тонкое и верное замечание. Большую часть свободного времени я провожу в джинсах.
Пирс принужденно засмеялся.
– Вы знаете, что сегодня вечером была убита Жоан Крег, – вздохнул я. – Но может быть, вы не в курсе, что немногим позже наступила очередь Ненси Риттер?
Его лицо омрачилось.
– Нет, – прошептал он, – этого я не знал.
– Вы знакомы с этими девушками?
– Естественно, ведь они занимались у меня. Жоан могла стать прекрасной иллюстраторшей, а у Ненси совсем не было способностей.
– Вы ей об этом говорили?
– Разумеется.
– И тем не менее она продолжала учиться?
– О, эти женщины! Никогда не смогу их понять!
– Между тем думаю, что вы не слишком усложняете свою жизнь, судя по тому, что мне рассказывали, мистер Пирс.
– Что вы хотите мне инкриминировать? – возмутился преподаватель.
Некоторое время я пристально смотрел на него, не отвечая.
– Похоже на то, что ваши отношения с Жоан Крег оказались гораздо интимнее, чем нормальные отношения профессора и ученицы.
Пирс достал из пачки сигарету и закурил.
– Вы знаете, что это такое, – без всякой неловкости заметил он. – Здесь находится пятьдесят молодых девушек, в большинстве своем очень привлекательных, и только четверо мужчин. Даже можно, если не возражаете, сказать, что мужчин лишь трое, так как Дикс…
К тому же он жених этой сильной английской личности.., словом, вы понимаете?..
– Не слишком хорошо, но постараюсь во всем разобраться.
– Да, я симпатизировал Жоан. Но мы лишь интересовались одним и тем же.
– Я вас понимаю. – Голос мой прозвучал ободряюще.
– Так вот, это все не было серьезным!
– Но без сомнения, вы знали ее лучше других учениц.
– Я бы не пошел так далеко.., нет.
– У Жоан были неприятности? Что-нибудь беспокоило или волновало ее? Она вам никогда ничего не говорила об этом? Не торопитесь, подумайте. Вы ничего не помните? Даже мелочи?
Несколько секунд Пирс пребывал в размышлении.
– Одна вещь… – медленно проговорил он, словно колеблясь. – Может, глупость, но тем не менее это произошло сегодня днем около пяти часов. Я встретил Жоан в парке. Она поинтересовалась, пойду ли я на беседу шерифа.
Я ответил, что, безусловно, пойду, тем более что профессора будут при исполнении служебных обязанностей. Тогда Жоан объявила, что задаст шерифу определенный вопрос, и, если я хочу увидеть, как кто-то сделает странное лицо, мне остается лишь посмотреть на присутствующих в зале в этот момент.
– А Жоан, случайно, не сообщила, кто это будет?
– Нет. Боюсь, что я недостаточно серьезно воспринял ее слова. Особенно когда она задала этот абсурдный вопрос относительно Лиззи Борден.
– Да, это не освещает дела. А вы не догадываетесь, у кого могли быть причины убить ее?
– Нет, в самом деле, нет! Жоан – славная девушка, иногда слишком экзальтированная, но с возрастом это проходит…
– А Ненси Риттер?
– Обычная ученица, как и многие другие.
– У которой не было способностей, но она пренебрегла тем, что вы ей сказали?
– Совершенно верно.
– Ну что ж, отлично!
– Я вам больше не нужен?
– У меня ваше заявление, и этого достаточно. В особенности если оно совпадает с действительностью.
Как только Пирс вышел, в дверь просунул голову сержант Полник:
– Кого запускать?
– Помощника Мефисто, – буркнул я, глядя на сержанта. – У него есть имя или только номер?
– Его зовут Пис.
– Пис.., а дальше?
– Просто Пис.
– Полное отсутствие воображения убивает рекламу и в мюзик-холле, и по теле… Надеюсь, ты доверяешь ему?
– Я пойду за ним, – быстро проговорил Полник, даже не пытаясь вникнуть в смысл моих слов.
Пис был не намного выше метра пятидесяти. Вид умного и дельного продавца наркотиков или порнографических открыток. Принужденно остановившись посреди комнаты, он посмотрел во всех направлениях, кроме моего.
Его левая щека регулярно дергалась в тике.
– Это вы Пис?
– Конечно, это я.
У Писа был хриплый и приглушенный голос, как будто ему в пыль стерли голосовые связки.
– Давно вышел из тюрьмы?
– А вы не вернете меня туда?
– Откуда мне знать? Сколько времени ты у Мефисто?
– Уже шесть месяцев, лейтенант.
– Он регулярно работает?
– Примерно два раза в неделю. На частных вечерах, приемах, в коробках типа этой.
– И каждый раз выдает по две смерти за сеанс?
Лицо Писа еще более посерело.
– Ничего не знаю об этой истории.
– А в чем заключается твоя работа?
– В основном занимаюсь освещением: меняю цвета, работаю с прожекторами, гашу свет…
– ..в зале. Может быть, даже выключаешь свет во всем здании?
– Вы что-то не то говорите.
Я встал и вышел, старательно закрыв за собой дверь.
Полник бросил на меня вопросительный взгляд.
– Вернись в зал и попытайся узнать, не потеряла ли одна из мисс свои драгоценности во время сеанса фокусника. Если это так, составь список и принеси мне его.
Если никто ничего не терял, тем не менее принеси мне лист бумаги.
– Гм…
– Просто кусок бумаги, ясно? И сделай это быстро!
Вернувшись на свое место за письменным столом мисс Баннистер, я стал пристально изучать лицо Писа. Из всех методов фликов этот, надо признаться, самый неприятный, но, когда не знаешь, что сказать или даже что подумать, нужно лишь окружить подозреваемого молчанием.
Если он хоть чуть-чуть нервный, признается во всем уже через три минуты.
И в этот раз осечки не произошло. Не в состоянии прямо посмотреть на меня, Пис украдкой, время от времени, бросал взгляды в мою сторону, чтобы убедиться, не продолжается ли пытка. Он не мог держать себя спокойно, и его руки постоянно теребили галстук, залезали под воротник или дергали отвороты пиджака.
Вернулся Полник, держа в руке лист бумаги, который и положил передо мной.
– Вот список, лейтенант.
На листке значилось одно имя – Каролин Партингтон. Темпераментная блондинка потеряла висячие бриллиантовые серьги.
Пис тяжело и часто задышал.
Выходя, Полник раздавил Писа тяжелым, угрожающим взглядом.
– Скажи сержанту, стоящему за дверью, чтобы тот немедленно привел сюда Мефисто, – бросил я в спину удалявшемуся Полнику.
Понадобилось менее минуты для того, чтобы Полник вернулся и ввел Мефисто. Он пропустил иллюзиониста вперед, закрыл дверь и прислонился к ней спиной.
– Что еще такое? – агрессивным тоном прорычал Мефисто. – Полагаю, что меня оставят наконец в покое.
– Это что за гавканье! – прорычал в ответ я.
– Лейтенант, я отказываюсь расшифровывать ваши загадки. Я вам уже раньше говорил…
– Висячие бриллиантовые серьги! У кого они? У вас или у Писа?
– Висячие бриллиантовые серьги? Какие серьги?..
– Можно обыскать вас обоих, но будет лучше, если вы не заставите себя уговаривать.
– Я не знаю…
– А! Заткнись! – проворчал Пис сквозь зубы, повернув свою гнусную рожу к Мефисто. – Хорошо, лейтенант, – прохрипел Пис. – Легавый знает музыку. Не стоит трудиться и строить из себя святошу, – обратился он к Мефисто. – От того у тебя лишь прибавится куча крупных неприятностей. Серьги у тебя, отдай их, вот и все!