Ангел любви. Часть 3

Иллюстратор Алла Кислица

© Лора Брайд, 2024

© Алла Кислица, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-4474-7183-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 21. Ирландская свадьба в необычном стиле

Они возвратились из Сан-Паулу около одиннадцати, всего за три часа до начала свадебной церемонии, веселые и довольные. Дерек полностью освоился со своими новыми ирландскими родственниками, и уже по-дружески похлопывал по плечу не только Лукаса, но Стивена, называя его теперь не «рыжим наглецом», а Стивом.

Полнейшей неожиданностью для Лаки стала просьба Тэсс быть ее подружкой. Они не оговаривали такой вариант, да честно говоря и времени на обсуждение всех подробностей церемонии у них практически не было. Главной целью Лаки было запустить ускоренную подготовку свадьбы, а все детали она уже оставила на рассмотрение самих невест и их матерей. Но она не смогла отказать Тэсс, когда та умоляюще сложила руки и немного заискивающе заглядывая в глаза, с чувством попросила ее.

– Лаки, я тебя очень прошу быть моей подружкой на свадьбе. Понимаю, о таких вещах просят заранее и ты, конечно, вправе отказаться. Но я так хочу, чтобы в самый счастливый момент моей жизни ты была рядом, как моя самая дорогая подруга. Мы с Кристианой тебе и платьице подготовили. Посмотри, какое оно славненькое.

Платьице было не просто славненьким, а великолепным – бирюзовым, под цвет ее глаз, с необычными белыми вставками, подчеркивающими изгибы фигуры.

– Ну, пожалуйста, прошу тебя. Меня всю колотит от страха, вдруг что-нибудь пойдет не так, – Тэсс почти уже плакала.

Лаки ужасно устала за эти дни и хотела немного помелькать на свадьбе, а потом тихо с нее улизнуть. Хотя, кого она хочет обмануть? Конечно, никуда бы она не сбежала, а оставалась бы до конца, чтобы убедиться, что все прошло, как надо. К тому же, это был праздник не только ее друзей Тэсс и Арчи, но и брата Стивена, которого она сама убедила в необходимости проведения свадебного обряда, как в Венесуэле, так и неделю назад.

– Конечно, я буду твоей подружкой, Тэсс. И перестань переживать, все пройдет на высшем уровне, – поспешила заверить Лаки расстроенную девушку и уже по-деловому поинтересовалась, с кем ей предстоит тесно общаться во время всей церемонии: – Кто будет шафером?

– Арчи попросил Алана стать им, – мгновенно осушив слезы, ответила Тэсс.

Она сразу воспрянула духом от уверенности Лаки, что ничто не омрачит ее свадьбу.

– Оказывается, они двоюродные братья. Алан рассказал нам, при каких обстоятельствах его усыновил дядя Шон, то есть Антэн. Никак не могу привыкнуть к его новому имени, как и к тому, что он твой отец.

Тэсс уже совсем успокоилась и с восторгом смотрела на свою новоиспеченную подружку.

– А как ты вчера поставила на место эту несносную Престон! Мы с Арчи боялись, что она явится на нашу свадьбу, и потом выльет поток грязи на своем шоу. Но сейчас Престон явно ни до кого нет дела.

А Лаки подумала, что ей предстоит еще одно испытание – провести целый день рядом с Аланом. Свидетели на свадьбе обычно участвуют в шутливых обрядах, вместе танцуют и даже целуются. Все это проходит шумно и весело, в дружеском восприятии. Только ее губы до сих пор помнят нежность губ любимого и их сладкий вкус. Поцелуи Алана разбередили душу и разбудили так долго спавшее желание любить и быть любимой. Жажда любви переполняла Лаки, но она обязана внимать голосу разума, а не сердца, ведь через два дня они расстанутся с Аланом навсегда.

Девушка встряхнула головой, решая в стиле Скарлетт О’Хара: «Я подумаю об этом завтра, а сегодня вволю натанцуюсь с Аланом, а если повезет, то и нацелуюсь», – и подхватив платье она устремилась в выделенную ей гостевую комнату, где целый час провела в ванной, расслабляясь после долгого перелета.

Через два часа, уже полностью готовая, она заглянула в комнату невесты, где застала ее в лихорадочном возбуждении в окружении всей женской половины их компании.

– Лаки, солнышко, ну хоть ты уговори Тэсс так не расстраиваться, – почти в отчаянии попросила Патрисия после традиционного обмена поцелуями. – Ей все не нравится, мы никак не можем убедить, что она чудесно выглядит.

В светло-голубом платье, украшенном каскадом кружев, Тэсс была очаровательной. Но прическа испортила ей все настроение. Светло-русые волосы девушки заплели в две тугие косы и уложили короной, что сразу сделало ее старше. Она же хотела собрать их в затейливый узел, выпустив несколько игривых прядей, однако, приглашенный стилист категорически отверг ее пожелание, настояв на своем видении образа невесты. Делая укладку, он отвернул зеркало, и Тэсс увидела уже окончательный вариант своей прически, что огорчило ее не на шутку. Времени на переделку почти не оставалось.

– У нас невестам разрешают укладывать волосы, как угодно, а не в какие-то старомодные косы. Под такую прическу обязательно нужна фата, а мы планировали украсить волосы цветами, – критически рассматривая себя в зеркале, выразила недовольство Тэсс.

Этот день должен стать для нее самым счастливым, а какое тут счастье, если хочется заплакать от досады.

– Мама хоть и привезла свою фату на всякий случай, но она цвета топленого молока и совсем не подходит к голубому платью,

Лаки понимающе переглянулась с Патрисией и взяла все в свои руки.

– Это ведь Ирландия, Тэсс, страна загадочная и таинственная. В такой день надо быть очень осторожной, чтобы семейная жизнь сложилась счастливо.

Она осторожно вынула длинные шпильки, и две тугие косы упали на плечи Тэсс. Ловкие пальчики Лаки начали легко массажировать ее голову, избавляя от боли и даруя успокоение.

– Согласно нашим поверьям в этот день слетаются феи, а они любят пошутить, и могут запутать волосы невесты, ведь в этот день она самая красивая, и все завидуют ей. Поэтому надо обязательно заплести косы.

Рассказывая древние легенды, девушка быстро расплела косы и стала осторожно расчесывать пряди деревянной щеткой. Тэсс расслабилась и даже прикрыла глаза от удовольствия, а Лаки, продолжая баюкать ее сказками, стала по-новому укладывать волосы, разделив их на части и заплетая в несколько косичек, красиво переплетая их.

– Косы невесты считаются символом удачи и женской силы, и для этого в них вплетают цветы и ленты. Кстати, я принесла тебе подарок. Кристиана, передай, пожалуйста, голубую коробку.

Зайдя в комнату, Лаки положила на столик у входа две длинные, нарядно украшенные коробки – голубого и розового цвета, и сейчас раскрыла первую из них, протянутую Кристианой.

– У нас фату, если не хочешь, можно и не надевать, – продолжила она знакомить Тэсс с ирландскими свадебными традициями. – Главное заплести косы, что мы сейчас и делаем.

Лаки аккуратно вплела ленту в тон платью, а затем достала из коробки голубую кружевную фату и несколько шпилек, украшенных сапфирами в виде цветков лаванды. Стоявшие вокруг невесты женщины ахнули от восторга, когда девушка осторожно водрузила легкую вуаль на только что сооруженную ею прическу и закрепила шпильками.

– Ну вот, теперь ты у нас настоящая ирландская невеста, – удовлетворено заметила она, а Тэсс расплылась в счастливой улыбке.

С новой прической, украшенной почти невесомой фатой, она выглядела такой юной и неискушенной, что мамы даже прослезились от умиления. А Лаки уже повернулась ко второй невесте, стоявшей в своем хорошеньком розовом платьице и с завистью, смотревшей на Тэсс.

– А теперь твоя очередь, сестренка, – улыбнулась она, доставая из второй коробки розовую фату и ленту и начиная трудиться над прической Стаси.

– Лаки, какая ты лапочка, такие подарки сделала девочкам. – Патрисия осторожно, чтобы не повредить макияж промокнула глаза. – Ванесса совсем заморочила нам головы, настаивая, что к таким платьям фата не подойдет.

– Это был наш с ней небольшой заговор, чтобы я смогла подарить девочкам по фате, – рассмеялась девушка, а про себя подумала: «Заодно и немного поколдовать над ними для счастливой семейной жизни».

Она прикрепила фату на головку Стаси с помощью шпилек, украшенных розовыми гранатами, и та стала похожа на сказочную принцессу.

– А еще, девочки, невестам на свадьбе необходимы две вещи.

Жестом фокусника Лаки достала из обеих коробок по бархатному футляру. В каждом лежал золотой браслет, украшенный усыпанной россыпью бриллиантов, стилизованной подковой рожками вверх.

– Девочка моя, ты прелесть! – вновь восхитилась Патрисия. – Надо же, у меня совсем вылетела из головы эта милая традиция с подковой на счастье.

– Не мудрено, ведь на подготовку свадьбы была отпущена всего неделя. Как раз для того, чтобы следить за традициями, невестам и нужны подружки.

Она протянула один футляр Саманте – подружке Стаси, чтобы та надела его ей на руку, а сама защелкнула браслет на руке Тэсс с традиционными словами: – На счастье!

– Но это только одна вещь, – многозначительно продолжила Лаки. – А вторая, самая главная – волшебный платок невесты.

Саманте вновь передали маленькую коробочку, и она с улыбкой вынула из нее розовый кружевной носовой платок, довольно большой по размеру, а затем передала его Стасе со словами: – На счастье и на прибыль.

Стася взяла платок и недоуменно покрутила его в руках, а Лаки тем временем, достала голубой платок и с теми же словами, улыбаясь, протянула Тэсс. Но в последнюю минуту встряхнула его, и из середины показался розовый уголок.

– Ой! – нарочито удивленно воскликнула девушка. – Да здесь оказывается два платка!

Женщины весело засмеялись, а Присцилла вспомнила, как двадцать пять лет назад с такими же традиционными пожеланиями ей подарила свадебный платок ее мать, чистокровная ирландка, и ласково сказала:

– Доченька, этот платочек надо спрятать в складках платья или в рукаве, его потом сшивают в шапочку для первенца. Обычно он белый, чтобы подошел и мальчику, и девочке. А Лаки дарит тебе два на всякий случай, чтобы был и голубой для мальчика, и розовый для девочки. А потом ты распорешь шапочку и будешь хранить платочек, как семейную реликвию.

– Я вспомнила, что видела в твоей шкатулке платок, – воскликнула Тэсс. – Еще подумала, зачем он там лежит. Хотела спросить, а потом решила, что это как-то связано с папой.

– И с папой тоже, ведь он подарил мне тебя. Тот платочек был твоей первой шапочкой, – улыбнулась Присцилла, помогая дочери закрепить платки в складках платья. – Мы сейчас спрячем под оборкой оба платочка, а потом ты выберешь, каким надо будет воспользоваться.

– Или сразу обоими, – хитро предположила Лаки и повернулась к Стасе. – Тебе платочек тоже наверняка пригодится, хоть уже и не для первенца. А так как мальчик у нас уже есть, то будем ждать девочку, поэтому платочек одного цвета с платьем. Сейчас мы его так прикрепим, что никто не заметит, и только ты будешь знать о нем.

– Жаль, что у Раяна не было такой шапочки, – еле слышно прошептала Стася.

– У Раяна есть рубашка отца, – услышала она в ответ тихие слова своей друидской сестры. – И поверь, для него это намного важнее.

Стася понимающе кивнула, вспоминая, что ее сын не обычный мальчик, а друид. Ей стало грустно от мысли, что через несколько лет она расстанется с ним, ведь Стивен сказал, что у них заведено в пять лет отдавать детей учиться в Дармунд, и родители – не друиды, общаются со своими детьми всего лишь несколько раз в году. Она видела, что отношения мужа с родителями были не такими сердечными и доверительными, какие сложились между ними и младшими детьми. И, к сожалению, она тоже станет мамой, видящей сына только на каникулах.

Лаки сразу поняла причину сверкнувших на ее ресницах слез, и прошептала ей на ушко: – Ничего не поделаешь, такова его судьба. Но девочка родится обычной и всегда будет с тобой.

Двойная свадьба получилась очень торжественной, несмотря на то, что на подготовку была отведена всего лишь неделя. Никто не отказался от приглашения, и в банкетном зале особняка Маклафлинов было яблоку негде упасть. К тому же на свадьбе присутствовал Антэн Бойер, после победы в Сан-Паулу ставший национальным героем, да еще и оказавшийся отцом скандально известной Герцогини. Предметов обсуждений было множество, и гости, с наслаждением поглощая еду и напитки, охотно сплетничали и обсуждали свадебное действие.

Оно началось с обряда бракосочетания, проведенного для каждой пары у импровизированного алтаря под цветочной аркой, сооруженной в огромном зале. Для гостей установили длинные ряды стульев и выдали тексты для торжественных песнопений во время обряда. Церемония заняла достаточно долгое время и закончилась традиционным поджиганием каждой парой большой свечи, взятой ими в руки одновременно в знак того, что отныне они единое целое и смотрят теперь в одном направлении. В завершение Стивен и Арчи обменялись обручальными кольцами со своими невестами и под одобрительные аплодисменты гостей скрепили поцелуями брачные клятвы.

Под звуки свадебного гимна молодожены направились к накрытым столам, за ними потянулись гости, и началось праздничное застолье,

Милтон устал от долгой церемонии бракосочетания, но терпеливо перенес ее без явного недовольства. Тем более, что рядом стоял Антэн и время от времени тихо объяснял ирландские традиции. А в ходе застолья Дереку уже даже понравилась свадьба. С блестящими от возбуждения и от выпитого виски глазами, он с интересом выслушивал пожелания гостей, переводимые ему Антэном. Вместе со всеми звонил в хрустальный колокольчик, что заменяло привычное для него чоканье бокалами, а потом и сам с важностью произнес красивую речь, чем вызвал благодарную улыбку дочери. Понравилась ему, и традиция с пожеланиями молодоженам – гости подходили к столику, на котором стояли три внушительные хрустальные вазы в форме шаров. В одной лежали гладкие морские камешки. Гость доставал камешек, писал на нем маркером свое пожелание и опускал в другую вазу, наполненную шампанским, как бы подразумевая традицию бросать на счастье камни в реку. А в третью вазу гость опускал конверт, подписанный своим именем, в котором находился или старомодно выписанный чек, или кредитка, или пачка денежных купюр. Дерек написал на камешке одно слово – «Дети» и бросил его в вазу с шампанским, а в подарок вложил в конверт чек на миллион долларов, выписанный на имя Арчи, признавая тем самым в нем главу семьи. Аналогичное пожелание он написал и для Стивена со Стасей, невероятно удивив того своей неожиданной щедростью, преподнеся в качестве подарка для «рыжего наглеца» полмиллиона долларов.

Бесконечные тосты перемежались вдохновенными речами в честь молодоженов и казалось, словесному потоку не будет конца.

– Все это, конечно, хорошо, – негромко заметил Алан Вику, сидевшему рядом с ним. – Но у нас на свадьбах еще и танцуют. Без танцев как-то грустновато.

А он так надеялся потанцевать с Лаки, подержать ее в своих объятиях, и если повезет, то и обменяться парой-тройкой поцелуев.

– Погоди, – тихо засмеялся Вик. – Это еще только начало. Сейчас выступят барды, затем профессиональные танцоры, а потом уже и мы начнем танцевать. Этак часика через два-три, – и заметив недоверчивый взгляд Алана, насмешливо спросил: – А что ты хотел? Это же настоящая ирландская свадьба. Вот на нашей свадьбе, ты бы уже давно плясал и горланил песни. У нас все намного проще и веселей, а главное, никто не толкает речи, скачанные из Сети, с самодовольным видом выдавая за свои собственные. Наоборот, каждый старается блеснуть остроумием в пожеланиях.

– Вик, хорошо язвить насчет других, когда тебя самого обучали красноречию и риторике в Школе Бардов, – снисходительно заметила Лаки, сидевшая от него по другую сторону и слышавшая их разговор.

– Тебя ночью разбуди, и ты сходу слепишь подходящие стишки. А вот Арчи, думаю, помучился, сочиняя свое признание в любви, и сейчас волнуется, боясь выглядеть нелепо перед всеми. Ты даже не подумал предложить помощь, а ведь мог сочинить нормальное признание и дать ему выучить. И насчет наших свадеб ты загнул, сейчас редко, кто женится по обряду. Устраивают обычную веселую пирушку, причем после рождения ребенка.

– Мне и в голову не пришло, что для Арчи сложно склепать стишок. Может сейчас спросить, нужна ли ему помощь?

– У него все получилось довольно хорошо, он давал мне прочитать, – тихо возразил Алан. – И сразу видно, что сам старался, а не скачал готовое признание.

Вновь раздались звуки ирландской волынки, давая понять, что наступила музыкальная пауза, и на первый план вышли барды. Романтическая баллада о влюбленных зазвучала под сводами зала. Арчи с сияющей улыбкой протянул руку своей Тэсс, приглашая на свадебный танец. Вызывая чувство умиления у собравшихся гостей, они закружились под медленную нежную мелодию, не спуская друг с друга влюбленных взглядов.

– Неплохой зять нам достался, Присси. Он любит нашу девочку, – одобрительно шепнул Дерек, обнимая жену за плечи. – Они будут такими же счастливыми, как мы с тобой.

Присцилла смахнула невольные слезы и растроганно согласилась с мужем:

– Ты прав, дорогой, они любят друг друга, а это самое главное для семейной жизни. Хорошо, что ты перестал настаивать на браке с Нейтоном, с ним наша доченька была бы несчастной, несмотря на все его достоинства.

«Каких у него, оказалось, и не было вовсе», – иронично подумал Дерек, вспоминая поведение Нейтона в ночь, когда пропала Тэсс. – Хорошо, что Лаки тогда вправила мне мозги. И парень не такой уж размазня, и семья у него хорошая, даже Стив меня уже не бесит. А за зятя я возьмусь. Через год он будет в совете директоров у Лукаса, а нет, так я его в свой совет введу.

Стивен, улыбаясь Стасе, вывел ее в середину зала, и две невероятно красивые пары закружились в свадебном танце, вызывая гордые и счастливые улыбки родителей, и радостные у своих друзей.

Далее действие пошло динамичней и веселей. Выступление гостей с речами чередовалось с лирическими песнями бардов и зажигательными плясками танцоров в национальных костюмах.

А затем ведущий свадебного торжества предложил новобрачным, обменяться признаниями в любви. Арчи подошел к микрофону и не спуская влюбленного взгляда с Тэсс, проникновенным голосом прочитал стихи собственного сочинения, над которыми трудился три дня.

Тэсс растроганно слушала мужа, а последние слова вызвали уже настоящие слезы, когда он тихо, чтобы услышала только она, произнес: – Любимая, пока живу – я твой.

Арчи нежно поцеловал мокрые дорожки на лице жены и закрепил свои слова долгим поцелуем, вызвав громкие аплодисменты гостей.

А ведущий предложил новобрачной произнести ответную речь, чем вызвал у нее настоящую панику. В предсвадебной суматохе ее забыли предупредить о таком обычае на ирландской свадьбе. Тэсс лихорадочно подыскивала слова для своего признания, стараясь припомнить хоть какие-нибудь стихи о любви, но ничего не шло ей в голову.

Она растерянно посмотрела на мужа и тихо призналась:

– Я не подготовила речь. Прости, что так подвела тебя перед гостями.

– Это ты меня прости, что не предупредил о наших обычаях. Сейчас объявлю, что ты не будешь делать никаких признаний, а скажешь все мне наедине, как заведено у вас в Канаде. – поспешил успокоить ее Арчи.

Лаки заметила растерянность в глазах Тэсс и решительную готовность Арчи защитить ее, и поспешила вмешаться, пока ведущий окончательно не испортил настроение новобрачным.

– Погоди, Арчи, ничего говорить не надо, – быстро подходя к ним, заговорщицки улыбнулась Лаки. – Сейчас мы устроим им ответ невесты по канадским обычаям, – и легким шагом направилась к микрофону, установленному на небольшой эстраде в центре танцевального зала.

– У нас ведь интернациональная свадьба, – своим мелодичным голоском обратилась она к ведущему. – И наша невеста только сейчас узнала, что в Ирландии новобрачные не поют. А она подготовила для Арчи песню, ведь у них дома, в Канаде, невеста дарит жениху песню, а он ей танец. Тэсс, не надо огорчаться. У нас на свадьбах поют друзья молодоженов, и я с удовольствием исполню твою песню, – с ободряющей улыбкой сказала Лаки расстроенной девушке.

А затем улыбнулась уже жениху.

– Арчи, а ты подари под нее танец, как это принято на родине Тэсс.

Не дав свадебному ведущему и слова сказать в ответ, девушка села за музыкальную установку, и первые ритмические аккорды мгновенно завели всех, а песня прямо привела в восторг. Чарующий голос обращался к жениху от имени его невесты, но каждому мужчине в зале хотелось считать, что поют для него.

А начиналось так невинно —

Улыбки, шутки, легкий флирт,

И вдруг, как солнечная вспышка,

Любовь зажглась, мир изменив.

И все теперь уже серьезно

Объятия, поцелуи, страсть,

Ты словно сказочный волшебник,

Имеешь надо мной власть.

Счастливая улыбка озаряла лицо Арчи, когда он вывел Тэсс на середину зала. А услышав припев, он подхватил ее на руки, крепко прижал к себе и закружился в танце.

Мне не хватает слов чудесных

Чтобы описать свою любовь

«Ты мой любимый, мой навеки»

Лишь повторяю вновь и вновь.

Стихи автора

Обольстительный, со страстными придыханиями голос Лаки вызывал сладостную, чувственную дрожь в теле каждого, слушавшего ее. И повтор куплета во весь голос прокричала уже большая часть находившихся в зале женщин, а мужчины с гордым видом обнимали их, переживая чудесные моменты любви к своим половинам.

Лаки встретилась взглядом с Аланом и несколько мгновений пела только для него. Горячая волна возбуждения прокатилась по его телу. Как бы он хотел, чтобы эту песню Лаки посвятила ему. И они кружились бы в свадебном танце, подтверждающем, что отныне они безраздельно принадлежат друг другу.

Девушка взмахнула руками в приглашающем жесте:

– Давайте, как у нас в Канаде, поддержим молодых! Танцуем все!

Гости с веселыми шутками охотно покидали свои места, и уже через минуту танцевальная площадка была заполнена лихо отплясывающими парами. Не давая им передохнуть, Лаки исполнила еще две задорные песни – одну за вторую невесту и одну уже от себя.

– Я обожаю твою девочку, – тяжело дыша, сказал Дерек Антэну, возвращаясь за стол с танц-пола, где от души отпрыгал три танца. – Как круто она все провернула – и Тэсс избавила от неловкости, и толпу завела. Вот теперь это настоящая свадьба. Я хочу что-нибудь подарить Лаки. Только солидную вещь, а не какую-нибудь побрякушку. А ну-ка, папаша, подскажи, чего у твоей дочурки еще нет?

– Не знаю, что и ответить, – задумчиво протянул Антэн. – Сам столкнулся с такой проблемой, когда захотел сделать ей подарок в Торонто. Лаки неохотно принимает подарки, говорит, что у нее все есть, ей ничего не надо. И мне пришлось ограничиться банальными мехами и побрякушками, ведь у нее, действительно, есть все, причем самого высокого качества. Ну, разве, что самолета нет, – уже с шутливой улыбкой сказал он.

Дерек взглянул на Лукаса, сидевшего напротив него, подмигнул ему, а затем протянул руку. Тот все понял без слов, и крепким рукопожатием они скрепили свою первую сделку прямо на глазах Антэна.

– Считай, у твоей малышки уже есть самолет, – весело хохотнул Дерек и хлопнул обалдевшего друга по плечу.

А Лукас уверенно продолжил:

– И получит она его на свой день рождения, чтобы не смогла отказаться. До первого марта как раз успеем заказать самолет, а какой именно модели посоветуемся со Стивеном. Заодно поднажмем на него, чтобы убедил Лаки принять подарок, ведь он от чистого сердца. Никогда я не был таким счастливым, да и вся моя семья тоже. Арчи правильно назвал ее ангелом любви.

– А еще этот ангел очень правдивый и справедливый, – согласился с ним Дерек, вновь вспоминая их разговор в ту страшную ночь, когда пропала Тэсс. – Тебе очень повезло с дочерью, Антэн. Просто чудо, что вы встретились и вновь обрели друг друга.

В Сан-Паулу Антэн пересказал приятелям историю встречи с дочерью, озвученную Лаки Патрику и его родителям, и отредактированную в соответствии с его «исповедью». Он даже слегка запутался, что кому можно говорить, и что нельзя, и очередной вопрос Лукаса застиг его врасплох.

– Посмотри, какая великолепная пара, – обратил тот его внимание на Алана и Лаки, танцующих медленный танец. – Похоже, они приглянулись друг другу, так и прожигают взглядами насквозь. Будет здорово, если они поженятся. Кстати, я до конца так и не понял, зачем Бернард отдал тебе Алана?

Услышав слова Лукаса, Дерек удивленно вскинул брови:

– Не понял, что значит, тебе его отдали? Я всегда считал, что Алан твой родной сын. И Николас тоже приемный? Ты же носился с ними, похлещи некоторых мамаш! А теперь выясняется, что они тебе совсем чужие?

– Никакие они мне не чужие, а самые что ни есть родные. И хоть только в жилах Николаса течет моя кровь, Алан мне не менее дорог, чем он. Ну, а почему он рос в моей семье… это долгая история… – устало произнес Антэн, не зная, что еще наплести, и просящее посмотрел на Патрисию, молча призывая ее вмешаться. Та хорошо поняла его взгляд и сразу перехватила нить разговора.