- -
- 100%
- +
Для всех разбитых сердец, что обрели счастье в книгах.
…
По моим венам бежит темнота,
А сердце с рождения не пропускает удар.
Меня не восторгает окружающая безупречная красота,
Всё это для людей великий дар.
Мы монстры в ночи, но каждый желает нас встретить
Кидается в лапы, что не знают пощады
Душу его забрать и тело пометить
Все их речи отвратно слащавы.
Для нас бал – это вечер,
А ночь – это день.
Ураган ощущается словно слабенький ветер.
И мне бежать за добычей так лень.
ПЛЕЙЛИСТ
«Seven Devils» Florence + The Machine
«Writing’s On The Wall» Sam Smith
«Born to Die» Lana Del Rey
«Secrets And Lies» Ruelle
«Break My Baby» KALEO
«What Could Have Been» Sting ft. Ray Chen
«THE GREATEST» Billie Eilish
«unnecessary violence» Nessa Barrett
«W.D.Y.W.F.M?» The Neighbourhood
«the one that should’ve gone away» Nessa Barrett
«Happier Than Ever» Billie Eilish
«Sand» Dove Cameron
«Set Me Free» Joshua Bassett
«What Was I Made For» Billie Eilish
«Funeral» Phoebe Bridgers
«Never Let Me Go» Florence + The Machine
«Castle» Halsey
«Parasite Eve» Bring Me The Horizon
«Power Over Me» Dermot Kennedy
«Angel By The Wings» Sia
Skyfall Adele
«i wanna die» Nessa Barrett
“Death» Melanie Martinez
Том 1.
Глава 1.
Смерть.
Кайл
– Как и заказывали. – прозвучал суровый женский голос, который я слишком хорошо знал.
Я повернул голову и увидел, как сестра закидывает мешок на стол сенатору. Он чуть ли не выплевывает чай, когда одна из голов выкатывается из мешка. Сидящие рядом с ним глав местных округов вздрагивают, открыв рты в панике. Сенатор поднимает яростный взгляд на Софи и все в помещение затихают. Я усмехаюсь и ожидаю продолжения.
– Что все это значит? – слегка подпрыгивая со стула, он кривит лицо от отвращения.
– Я доставила Вам заказ. Мне нужна плата.
Душное пространство таверны погружается в непривычную тишину, даже музыканты перестали играть. Вероятно, привлекать внимание, это отличительная черта нашей семьи.
– Наглая, самовольная девчонка – шипит сенатор, забрызгивая слюнями свою рубаху.
Отвратительное зрелище по правде говоря. Я перевожу взгляд с его слюней на Софию.
Лицо сестры – непроницаемая маска. Волосы собраны в невысокий хвост, черный корсет слегка распущен. Я буквально вижу, как закипает сенатор и его лицо начинает краснеть. Он не привык к такой дерзости. Софи сдувает прядь волос с лица и ухмыляется. И все же она лучший охотник в городе, поэтому он стерпит и эту ее выходку.
Не поймите неправильно, она не часто позволяла себе такую наглость. И хоть ситуация меня забавляла, я понимал, чем это чревато. Однако знал причину ее поведения сегодня. Сестра не простила, что единственный раз, когда она попросила главу нашего города об одолжении, он не выполнил просьбу. Единственный раз, когда решила довериться, кому-то кроме меня, ее проигнорировали.
Мальцу было всего тринадцать. И года не прошло с его инициации. Этот говнюк отправил его на охоту. На следующий день то, что осталось от тела, было найдено на границе.
Мальчик был родственником нашего приемного отца. Моя сестра считала его нашим младшим братом. Всего три года прошло со дня, когда мы попали в приемную семью, а Софи уже приняла их за своих. Она всегда была сильнее меня… менее чувствительной и слишком гордой, чтоб показать боль.
– Ты получишь ее после ужина… – вперив в сестру свой взгляд, продолжил сенатор. – и немедленно убери это вампирское отребье с моего стола.
– Как скажете, сэр – ответила Софи.
Как по мне, прозвучало довольно насмешливо.
Сестра взяла бледную голову за волосы, пихнула ее в мешок и затянув его повесила на крюк у двери. Сидящая рядом со мной женщина зажала рот рукой и слегка наклонилась.
Так, мне это не нравится.
Стук шагов оторвал мое внимание от тошнотной женщины и я уставился на сестру. Она одарила меня весьма недобрым взглядом и села на соседний стул. Прошло несколько секунд и разговоры продолжились, а я откинувшись на спинку спросил
– Испытываешь его терпения? – без упрека и слегка улыбаясь.
– Да пошел он прямиком в вампирское логово.
Сестра продолжала смотреть прямо. Дыхание было тяжелым. Я постарался привлечь ее внимание и сдернул с нее шляпу, напялив попутно себе на голову. Она сердито посмотрела на меня, но почти сразу потянулась за кувшином.
– Тебе налить братец? – глянула на меня.
Я лишь кивнул, продолжив всматриваться в сестру.
– Что я успела пропустить? – Софи взяла кувшин в руки и начала наливать напиток.
Таверна вновь наполнилась звуками музыки, а разговоры стали громче. Вот вся суть людишек нашей местности. Стоит чему-то произойти, им хватает меньше двух минут, чтобы все забыть и продолжить веселиться…
Моя же сестра смотрела на жидкость в стакане, который слегка раскручивала. Я видел скорбь и усталость в ее глазах. И когда мое молчание на заданный ею вопрос затянулось, она переключила внимание на меня.
– В чем дело, Кайл? Успел забыть, как я выгляжу за три часа?
– Хотел бы. – она приподняла брови, а я продолжил. – А то твоя угрюмая мина меня уже раздражает.
– Ох, ну тогда не смотри на меня. – взгляд ее светло-карих глаз вспыхнул и она повернулась к столу.
– Вечно у нас так. Думаешь у меня нет чувств? Нужно продолжать жить! – сказал я, словно одними словами можно убрать всю боль.– Сегодня ты избавила мир от четырех кровососов, убивших твоего друга…
Я не успел договорить, как Софи сказала
– Мы не знаем они это или нет. – голос ее звучал подозрительно тихо.
– Это не имеет значение. Мы делаем нашу работу. Однажды мы уничтожим их всех и отомстим сполна за всю боль, что испытали.
– А пропадающие бесследно люди? Подозрительные смерти сильных охотников? Наплевательство сенатора и верхушки в целом?
Сестра посмотрела мне прямо в глаза.
– Они отправляют нас на бойню, а сами отсиживаются в своих поместьях.
– Главное, что мы есть у друг друга. Только ты и я. Помнишь, Софи? Вместе мы непобедимы. – я протянул ей мизинец.
Веселая музыка разливалась по помещению, некоторые вставали а начинали пританцовывать, а хмельной запах был повсюду. Нас всегда окружало безумие. Жизнь кипела и никто, кроме охотников, не обращал внимания на ужасы, поджидавшие в лесу. Мы с сестрой сидели повернувшись друг другу, смотрели друг на друга. Видели друг друга насквозь. Мы были друг у друга.
– Помню, брат. Навсегда. – она выдохнула и схватилась своим мизинец за мой.
Мы залпом опрокинули стаканы и поморщившись, я дал знак сестре, чтоб наливала еще. Звуки поутихли, взгляд затуманился, люди поплыли. Не знаю, сколько мы с сестрой так просидели, но вваливаясь в комнату Софи, я вспомнил, что мешок она так и не сняла с крюка.
Глава 2
София
Я разлепила отекшие от алкоголя веки и вдохнула духоту. Волосы, выбившиеся из хвоста, липнут к лицу. Потолок над моей головой перестал вращаться и я зажмурилась. Сколько мы вчера выпили? Стоит только подумать о вчерашнем дне, выпивке и брате, как раздается стон. Я подрываюсь и остаюсь в сидячем положении, так как влияние веществ на мой организм дает о себе знать. Смотрю на пол и вижу спину брата. Похоже вчера только один из нас смог добраться до кровати. Его левая рука потирает лицо, пока он наконец не бросает на меня взгляд через спину.
– Что ты сделала с воздухом, ведьма? – между его бровями пролегла морщинка, всем видом выказывая наигранное недовольство.
Я закатила глаза и опустила ноги на пол. Дышать действительно невозможно. А все потому что мы не удосужились открыть окна.
– Что ты забыл в моей комнате, засранец? – насмешливо протягиваю я, накидывая халат и завязывая его на талии.
Пока мой брат что-то бормочет, я подхожу к окну и раздвигаю шторы. Яркий свет ударяет в глаза, оповещая, что уже полдень. Очередной стон брата и я оборачиваюсь. Кайл натягивает покрывало, закрывая себя от ‘внешнего мира’. Покачивая головой, я вновь обращаюсь к окну и распахиваю его. Холодный декабрьский ветер влетел в комнату. Я прикрыла глаза и отпустила ручку окна. Руки непроизвольно потянулись к лицу и я потерла отекшие веки. Нужно умыться. Когда моя жизнь успела превратиться в рутину?
– Воды. Спасай сестренка. – Я нехотя отрываю руки от лица и смотрю на брата. Кайл протягивает руку в мою сторону, скрючивая пальцы все сильнее. Клоун.
– Заканчивай цирк. –
И все же подхожу к столику, достаю стаканы и беру в руки графин. Выливаю немного в руку и протираю лицо. Комнату заполняют звуки наливающейся воды и скрипа половиц. Братец все-таки удосужился подняться, пусть только наполовину.
– Знаешь, тебе бы лучше поучиться у меня позитиву. Никто не любит вечно недовольных.
– Сейчас сам себе воду наливать будешь. – я кидаю злобный взгляд в его сторону и Кайл поднимает руки, капитулируя.
Я разливаю воду по стаканам и погружаюсь в свои мысли. Тяжесть осела на мои плечи невидимым грузом, снова тяжело дышать. Я смотрю на часы и отсчитываю время до наступления ночи. Хочется забыться. Забыться в крови тех, что отняли у меня детство, что забрали близких. Иногда я задумываюсь, смогу ли когда-нибудь отпустить прошлое. Смогу ли просыпаться с пустой от тревожных мыслей головой? Мои раздумья прерывает голос брата.
– Софи, я конечно понимаю, похмелье и все такое… – Я отрываю взгляд от графина. – Но ты воду мне дашь или как?
Выдыхаю и беру стаканы. Подхожу к брату и протягиваю один ему. Сама же сажусь на край кровати и устремляю взгляд к окну. Ветка ели почти доросла, до того, чтобы начать царапать стекло. Легкий снег лежит на иголках.
– Ты не многословна.
– Голова раскалывается. Нельзя пить, пока вещество еще не покинуло организм.
– Ой, это точно. Помню как-то раз, мы с Леви пили за каждого убитого вампира… – я недоверчиво покосилась на него. Мы с братом делимся почти всем, что происходит в наших жизнях. В большинстве случаев, даже присутствуем при происходящим. Эту историю я слышу впервые.
– … На следующий день хотели головы отвернуть, лишь бы эта боль прекратилась. – он легко улыбается.
Я не могу сдержаться и улыбаюсь в ответ. Его улыбка слишком заразительна.
– Ты мне не рассказывал. – Да и Леви тоже, думаю я про себя.
– Те дни ты была поглощена писаниной и я не решился отвлекать тебя своими нелепыми шутками.
– Ты и твои шутки, это лучшее, что есть в моей жизни. – Серьезным тоном говорю я. И это правда. Если бы не он, я бы наверное давно перестала бороться. Брат замирает и смотрит на меня. В его глазах благодарность, которую он не скажет вслух. Поэтому он оперативно переводит тему и погружает нас в другие, уже общие воспоминания.
– Помнишь первый раз, когда мы так сильно напились? – усмехаясь спрашивает он.
Я улыбаюсь. Умеет он отвлекать от потока мрачных мыслей, что постоянно крутятся в моей голове.
– Конечно – Мы сталкиваемся взглядами, мысленно окунаясь в тот день.
Нам было по шестнадцать. Как только город погрузился в темноту, охотники стали собираться. Тогда мы с братом целый день спорили о чем попало и вот он предложил выяснить, кто же круче. Так сказать, взял на слабо. Суть такова: тот, кто уничтожит больше красноглазых за ночь – выиграл. Тот, кто меньше – платит за ужин. В общем ужин у нас превратился в ночь выпивки и затянулся на неделю. Наш знакомый Вейн был в ярости. Он ручался за нас и явно не ожидал такого ребячества.
– Я тогда потратил половину накопленных денег – все также смеясь, он надулся.
– Сам виноват. Это была изначально твоя идея. – Я наклонила голову, поднимая брови.
Мы оба замолчали. Профиль брата был все таким же безмятежно спокойным. Он смотрел в окно и кажется наслаждался каждым дуновением ветра.
Красиво очерченный, слегка заостренный нос и более аккуратный изгиб бровей. Кажется, нас объединяет только рост, улыбка и цвет волос. Я встречаю его взгляд.
– Сегодня охотимся вместе?
Я киваю и улыбка трогает мои губы. С ним все кажется проще.
– Ты ведешь или я?
– Решим, как обычно. И я приподнимаюсь и достаю монетку, припрятанную в сапог. Это наша с ним фишка. Двойняшки с одинаково сильным характером. Дабы вечно не спорить, пусть лучше судьба решает за нас.
Я подкидываю монету и она делает несколько оборотов, пока не приземляется мне на руку. Решка. Кайл восторженно улыбается и вскидывает руки.
– Поумерь свой пыл, зараза. – смеюсь я.
– Я знал, что сегодня мой день! – он подрывается и натягивает свои сапоги. Я удивленно гляжу на него
– Ты куда?
– Готовится, сестренушка – я мгновенно хмурюсь, потому что ненавижу, когда он меня так называет. – Есть дела, которые я вчера не сделал.
Ну конечно.
– А! – воскликнул он, вновь привлекая внимание. – Мы тут с Леви обнаружили кое-что интересное в таверне. Напомни мне рассказать тебе, по пути в лес.
Я кивнула, не придав этому особое значение.
– Дверь захлопни плотно. – это все, что я успеваю сказать, прежде чем Кайл выскальзывает в коридор.
Перевожу взгляд снова в окно и лучи солнца касаются моего лица. Покачивая стакан я стараюсь вдыхать свежий воздух равномерно. После допиваю остатки и отправляюсь в душ.
Холод воды остужает. И все же мои мысли вновь и вновь возвращаются в лес. Мои движения отточены годами. Я чувствую, как под потоком воды, сокращаются мышцы. Усталость все еще терзает мое тело, однако, я приказываю себе собраться.
Глава 3
Бал мертвецов.
Величие замка не описать словами. Не передать музыкой. Не изобразить на картинах. Готические колонны из черного камня были все также прекрасны. Устремляясь вверх они были заострены и напоминали кол, как бы насмехаясь над смертью. Сколько бы веков не прошло, они не менялись. Точно, как и мы. Поток ветра заполнил зал морозной свежестью, заиграла скрипка. Все кругом блестело и переливалось, подчеркивая огромное пространство главного зала. Безупречная тишина была нарушена. Мать с отцом вышли на балкон и осмотрели в зал. Все те же вычурные наряды. Наши взгляды пересеклись и кивнув друг другу, каждый из нас занялся своими делами. Мимо меня прошелестели юбки. Вихрь рыжих, словно огонь волос и свет серых сияющих глаз пронесся рядом. Девушка одарила меня вызывающей улыбкой и растворилась в подступающей толпе бледных лиц. Кругом был водоворот платьев и фраков, красных губ и ярких глаз. Некоторые предпочли не дожидаться начала торжества и отобедали заранее. Кто-то из знати шел под руку с человеком, кто-то не с одним.
Черный пол в зале чисто отполирован. Стены величественно сияют, а огромные витражи лишь добавляют эксцентричности. По бокам, закругляясь, вверх тянулись лестницы. Потолок покрыт различными узорами, которые соединяются в одно большое изображение. Огромная люстра, горела огнем, освещая мрачный зал. А подсвечники расположенные на стенах помещения, помогали ей и создавали антураж. Шторами плотно покрыты все окна. Черная ткань струилась вниз, становясь бордовой с орнаментов шипов. Воздух был пропитан свежим воздухом и легким ароматом крови. Звон бокалов и хриплые вздохи за ширмой. Нетронутая мною кровь заполняла бокал.
– Слышал отступники стали ненасытнее. Все чаще делают набеги в границы людишек. – хриплый смех раздался недалеко от меня.
– Почему правители ничего не предпримут? – прошептала женщина.
Любопытно, что эти двоя не бояться обсуждать такое на приеме.
Снова раздался мужской голос – Толку нет. Проклятых под корень истребишь только в одном случае, а делать бессмысленные движения пока потомок не появился – бессмысленно.
Музыка затихла и пара сразу умолкла.
В зале все остановились и рядом со мной оказалась невысокая, смуглая девушка. Сверкнув бардовыми глазами она поинтересовалась не нужна ли мне помощь.
Она одна из слуг. Эти глаза будут вечным напоминанием о том, что они ниже по статусу. Слуги, что поклялись в верности. Слуги, что в любой момент могут предать и уйти в отступники, решив, что наше покровительство им вовсе и не нужно. Раздались взволнованные предвкушением хлопки.
Празднество официально началось.
Глава 4
София
Затянув последний узел на корсете, я отдернула рубашку вниз. Вечереет. Я натягиваю перчатки, закрепляю оружие на бедре и хватаю мешочек с веществом. Последний раз бросаю беглый взгляд на комнату и выхожу в коридор. Темно-коричневые стены украшены нашими с Кайлом детскими рисунками. Присутствует и несколько моих творений, нарисованных в прошлом году. Тогда у меня еще было вдохновение рисовать. Я поспешно подхожу к лестнице и замечаю, что дверь брата в конце коридора приоткрыта. Уже ушел значит… Я хмурюсь и спускаюсь вниз. Живот урчит, но есть не хочу, поэтому ставлю турку на огонь и делаю себе кофе. Я поднимаю взгляд к окнам и смотрю вдаль. Последние лучи солнца мягким светом освещают голые деревья. Когда кофе готов, переливаю его в кружку и не спеша выхожу на небольшое крыльцо нашего дома. Свежий воздух и аромат кофе окутывают и заставляют забыться. Небо затянуто, скорее всего к ночи выпадет снег. Так даже лучше. Из труб домов в округе валит дым, я слышу голоса детей прежде, чем вижу их. Девочка по имени Ви несется со всех ног, прижимая к себе батон хлеба, а ее друг Бас спешит за ней, смеясь. Однако дети останавливаются, как только видят меня. Улыбка трогает мои губы и я машу им рукой. Глаза их загораются и они радостно подбегают ко мне.
– София! – в голос выкрикивают ребята. На их розовых щеках вырисовываются ямочки. Ви протягивает батон в мою сторону с гордостью в глазах и морщит маленький нос, с россыпью веснушек. – Смотри, что мы достали!
– Это была целая операция! – говорит Бас. Я смеюсь и свободной рукой открываю дверь от дома, приглашая их внутрь. Скольким я была бы готова пожертвовать, чтобы иметь такое беззаботное детство? Скольким я бы пожертвовала, что бы быть обычным человеком, а не гребаным охотником…
– Ну к хлебу обязательно нужно варенье. Вам повезло потому, что мы с братом недавно закрутили парочку. – говорю я им.
Дети радостно пробегают. Я допиваю кофе и ставлю кружку на стол. Мелкие следуют за мной к шкафу и я открываю створку.
– Выбирайте – Восторг на их лицах заставляет меня улыбнуться шире. Я почти чувствую себя счастливой.
И пока эти двое спорят, какое варенье им лучше взять, я думаю о родителях. Смотрели ли они на нас с любовью также, пока мы не видели? Они всегда заботились о нас с Кайлом, но после их кончины, нашим наставником стал Вейн. Мы с детства зовем его дядей. Таким он и является. Волна тоски и грусти накатывает на меня, когда осознание, что Вейн нам ближе всех, врывается в мое сознание.
– Можно это? – снизу на меня своими огромными голубыми глазами смотрит Ви. Ее глаза все еще слезятся после холодной улицы. Она протягивает руку и указывает на малиновое варенье.
– Конечно можно – я взлахмачиваю парочке волосы и они прижимаются ко мне в объятиях. Сердце пропускает удар. Мы стоим так пару минут, потом они предлагают разделить свой улов со мной, но я отказываюсь. Прежде, чем уйти, Бас и Ви любезно сообщают, что видели моего младшего на пару минут брата в таверне. Я еще раз обнимаю детей и они радостные вылетают из дома.
Земля покрыта тонким слоем снега, через который просвечиваются участки грязи. С каждым шагом, мои ботинки продавливают землю, издают неприятные звуки. Ветер дует все сильнее и макушки деревьев покачиваются. Я выхожу на главную дорогу и направляюсь прямиком к таверне. Большой (по сравнению со всеми в нашем городе) дом сделан из камня. Два этажа, на первом бар и столики, а на втором комнаты, которые редко бывают свободны. Я поднимаюсь на порожек и отстукиваю свои ботинки, избавляясь от снега и грязи. Стоит мне только открыть дверь, жар наваливается на меня плотным покрывалом. Запах специй и спирта, печки и древесины. Накрывает дежавю. Я прохожу внутрь и замечаю две макушка темно-русых волос – брата и его друга Леви у барной стойки. Они сидят на круглых стульях без спинки и оживленно о чем-то спорят. Встречаюсь взглядом с несколькими знакомыми, киваю в ответ на их приветствия. Кто-то даже предлагает выпить, но я игнорирую и двигаюсь в сторону Кайла.
– Привет, нам пора к сенатору. – без лишних разглагольствований проговариваю я. После киваю Леви, на что он наклоняет голову в ответ слегка улыбаясь.
Я стараюсь смотреть прямо на брата, но краем глаза замечаю взгляд темно-зеленых глаз Леви. Тело покрывается мурашками.
– О, сестренка – и снова его обезоруживающая улыбка. – а мы тут как раз спорили, сколько минут ты продержишься под моим руководством.
Они смеются.
– Нисколько, если мы через 10 минут не появимся в кабинете сенатора. – Я хмурюсь.
Эти гребаные сенаторы меня напрягают. Шайка змей. А наш сенатор и подавно выводит меня на агрессию одним своим видом. Отправит кого-нибудь другого специально, лишь бы деньги не платить.
Отчетность в нашем поселении всегда ведется. Кто уходит, во сколько возвращается и так далее, для нашей же безопасности. Плюс, чтоб мы особо не увлекались с вылазками, вещество, которое мы применяем для скорости и реакции, отнюдь не полезно для организма.
Парни перекидываются фразами, но я особо не вслушиваюсь. Потом Кайл все-таки поднимает свою задницу со стула и мы прощается с Леви. Я собираюсь двинуться в след за братом, но меня придерживают за руку.
– Софи, может пересечемся завтра? – я сдерживаю улыбку и отвечаю
– Если не просплю до твоего ухода на охоту, тогда может быть.
– Что ж, я не постесняюсь разбудить тебя.
Путь от таверны, до особняка сенатора, который находится в центре города, занимает пятнадцать минут. Мы с братом доходим за одиннадцать. Кайл увлеченно пересказывал мне рассказ Леви. Я слушала невнимательно. За что мне вероятно должно быть стыдно, ведь я люблю брата. Мысль прерывается. Как я вижу служанку, которая с улыбкой на лице встречает нас. Мы оттряхиваем обувь и проходим внутрь. Девушка на вид моего возраста, но что-то подсказывает мне, что она младше. Хоть и лепечет о погоде и всякой ерунде, как старуха, пока мы поднимаемся на второй этаж и проходим по коридорам. Кайл косится на меня. Я качаю головой и останавливаюсь. Перед нами темная дверь. Служанка стучит в нее и изнутри раздается голос, разрешающий войти. Стены из темной древесины и много мебели с темно-зеленой бархатной обивкой. По бокам от двери пара человек, охранники. Сенатор поднимает взгляд серых глаз с бумаг в руках и смотрит на нас. Я напрягаюсь, как обычно и бывает в присутствии этого человека. Мы с братом здороваемся в унисон. Сенатор кивает и говорит
– Вот и вы. Присаживайтесь. – улыбка сочится ядом, а глаза, мельтешат по нам, словно крысы. Брат облокачивается на спинку, я же заставляю себя оставаться неподвижной.
– Как вам известно, мы продолжаем искать прореху в барьере после леса и причину, по которой он вообще есть. Сегодня, Кайл, я поручаю, чтобы ты проверил северную сторону, как разберешься с нападающими. – продолжил мужчина.
Кайл кивнул, а я озадаченно посмотрела на сенатора. Он словно почувствовал и перевел глаза на меня.
– От тебя София, жду отчеты о последних вылазках и ты назначена на дежурство в деревне. Говорят, там ослабленная точка.
– Сегодня день, когда мы с братом выходим совместно… – начинаю было я, но он не дает мне договорить.
– Я знаю, но у меня для вас другие поручения. Сходите в другой день. – он даже не смотрит на меня, поправляя фиолетовый пиджак.
Я почувствовала прилив агрессии. Брат замечает, как я напрягаюсь, поэтому как всегда спешит на помощь.
– Может так и должно было быть? Ты все равно бы не дала мне полноправно руководить вылазкой, старшенькая моя. Помимо всего прочего, нужно пополнить запасы вещества. – брат усмехается и пихает меня в бок.
Здесь что-то не так, нутром чую… да и вижу в ушлых глазенках сенатора.
– Послушай брата, София. Нам ведь не нужен конфликт? – улыбается он. Я чувствую злобу. Энергию, что поглощает все. Но выдыхаю. Не ради себя, но ради брата.
– Хорошо. Мы свободны? – кажется все в этой комнате удивлены.
– Да. Жду вас в конце недели, в пять.
Глава 5
София
Я завалилась в дом на рассвете, когда вернулась с деревни и написала нужные отчеты. Все это время меня преследовало нервное ощущение. Поэтому весь путь от деревни до дома я преодолела легким бегом. Зайдя внутрь, обнаружила куртку брата на крючке и выдохнула. Скинув верхнюю одежду себя, прошла на кухню и налила стакан воды.
Поднявшись на второй этаж, заглянула к Кайлу. Брат мирно спал у себя в комнате, в обнимку с какой-то девушкой. Сон не шел, поэтому я села за холст. Половина красок засохла, а палитра из-за того, что долго лежала нетронутой, успела покрыться пылью.