Между Геркулесом и Лебедем

– Мне было хорошо, – он встает с кровати и бросает мне в руки конверт.

Ему 30, он брюнет, работает адвокатом, любит ванильный секс.

– Детка, это было незабываемо, честно, – он надевает штаны и бросает конверт на стол, улыбаясь.

Ему 37, он брюнет, имеет своё собственное туристическое агентство, любит легкие извращения.

– Крошка, встретимся через неделю, я буду ждать, – он застегивает молнию на брюках и бросает конверт на пол возле кровати.

Ему 40, он блондин, владеет сетью магазинов модной одежды, любит жесткие извращения.

– Малыш, этот раз я не забуду, – он надевает рубашку и бросает конверт на подоконник.

Ему 50, он брюнет, долларовый миллионер, не разбирается в извращениях, любит медленный секс.

Их было много: не один, не два и даже не десять. Их было бесчисленное количество, и каждый раз в конверте лежало одно и то же. Деньги. Много денег. Мне 24 года, и я работаю в элитном агентстве по съему девушек на ночь. Проще говоря, я работаю в публичном доме, доме терпимости, называйте, как хотите. Как я попала туда, это долгая история. Вопрос в том, как мне оттуда выбраться?

15 April 2018

Я встретила его совершенно случайно. Его звали Эдвард Грин, симпатичный парень примерно моего возраста. Я элитная проститутка, но в повседневной жизни одеваюсь не так вызывающе, как на работе. Поэтому этот парень даже не догадывался, кого он пытался клеить.

– Меня зовут Эдвард, а тебя как, прекрасное создание?

– Лира.

– Необычное имя, – улыбается он, – мне нравится.

– Спасибо.

– Ну, что ж, Лира, мне подвезти тебя до дома?

– Да, было бы неплохо.

Мы сели в его машину и поехали по тихой пустующей улице. Когда мы доехали до моего дома, я уже засыпала. Он легонько провел пальцем по моей щеке, и я открыла глаза.

– Ты засыпаешь.

– Знаю, – отвечаю я.

– Я надеюсь на еще одну встречу, точнее на свидание, ведь встречу у входа в клуб нельзя назвать свиданием, – улыбается он, – когда я нервничаю, несу всякий бред.

– Всё в порядке, – я улыбаюсь в ответ и целую его в щеку.

– Так я могу рассчитывать на свидание с таким прекрасным существом, Лира?

– Можешь, – смеюсь я и даю ему на куске бумаги свой номер телефона, – я написала его еще в клубе, но не знала отдавать или нет.

– Ты сделала правильный выбор.

Я улыбаюсь еще раз и выскакиваю из его машины, словно птица из клетки.

16 April 2018

– Запомни, ты должна завязать ему глаза, а потом прочитать всю главу его любимого романа. После этого уложи его спать, не развязывая глаз. Примерно в час ночи разбуди его. Глаза не развязывай! Начнешь приставать к нему, а дальше ты знаешь, – говорит Марион Сенклер, моя наставница и мой босс по совместительству. Это она научила меня всему, что я знаю, и это она вытащила меня из болота, в котором я была.

– У Фрэнка постоянно какие-то странные желания, – улыбаюсь я.

– Знаю. Но платит он много за свои фантазии.

– Да.

– Не подведи меня, детка, – она затягивается сигаретой и улыбается.

– Не подведу.

Я надеваю чулки, черное кружевное белье, а сверху белый банный халат. Я крашу губы красной помадой. Машина останавливается у дорогого особняка. Фрэнк уже ждет.

– Здравствуй, детка, – он раскрывает руки в приветственном объятии.

– Привет, Фрэнк.

– Проходи, располагайся, – приглашает он.

Я прохожу в большую спальню. Фрэнк ложится на кровать и передает мне в руки книгу. Кроме этого, он дает мне очки.

– Этого не было в заказе, – говорю я.

– Это нововведение, – отвечает он.

– Но у меня отличное зрение.

– Это простые стекла. Надевай.

Я надеваю очки и обнаруживаю, что вместо увеличительных линз в них действительно простые стекла. Я достаю из кармана халата черный платок и завязываю Фрэнку глаза. А потом я читаю дурацкий роман, пока Фрэнк не засыпает. В книге какая-то сопливая размазня по имени Джей пытается добиться стервозную модель Мию. После я снимаю халат и очки и ложусь рядом с Фрэнком. Я смотрю в потолок и думаю об Эдварде. Чем он занимается? Где он? Когда позвонит? Куда мы с ним пойдем? Стал бы он со мной общаться, если бы узнал кто я? На этом вопросе я решаю прекратить думать об Эдварде. Я всё чаще смотрю на часы. Наконец стрелка подходит ближе к часу ночи, и я медленно начинаю будить Фрэнка. Я запускаю руку ему в штаны и возбуждаю его до тех пор, пока он не начинает тихо постанывать. Я сажусь на него сверху и начинаю медленно двигаться.

– Развяжи мне глаза, – умоляет он.

– Нет, – стойко отвечаю я.

– О, детка, развяжи мне глаза, прошу – просит он.

Я твердо стою на своем. А когда Фрэнк близится к финалу, я срываю с его глаз повязку, и он сразу же заканчивает.

– Лира, ты как всегда на высоте, – говорит он и бросает мне в руки конверт.

Ему 36, он брюнет, у него есть своя авиакомпания, любит необычные сцены, предшествующие сексу.

Я тихо собираюсь, и водитель Фрэнка отвозит меня домой. Это один из немногих моих клиентов, который дает свою машину, чтобы я доехала домой. Очень мило.

17 April 2018

– Милая, спасибо за деньги, что ты нам прислала, – радостная мама визжит в трубке.

– Не за что, мам. Купи себе шубу, как ты и хотела.

– Спасибо, родная! Как ты? Как у тебя дела?

– Всё отлично, мам.

– Сегодня ты немногословна. Устала на работе, наверное?

– Да, мам. Много клиентов, у всех свои тараканы.

– Милая, если будет совсем невмоготу, увольняйся из отеля и возвращайся к нам домой! Ты же знаешь, мы тебе всегда рады. А на этих постояльцев не обращай внимания, это же отель, люди приходят и уходят, а ты остаешься, – она улыбается и добавляет, – люблю тебя, отдыхай, – и кладет трубку.

Моя мама самый добрый человек на свете, и я никогда в жизни не скажу ей, кто я есть на самом деле. Это ранило бы ее гораздо больше, чем кого бы то ни было.

Я лежу на кровати в своей новой квартире и гляжу в потолок. Почему Эдвард не звонит? Моя голова забита лишь этим. И это неправильно. Агентство запрещает нам личную жизнь, так как это вредит работе. Если Марион узнает, что моя голова забита каким-то парнем, мне будет не сладко.

18 April 2018

– Посмотри на неё, – Марион затягивается сигаретой, – хороша ведь?

Перед нами стоит девчонка в одном нижнем белье. Она прикрывает руками грудь и смотрит в пол.

– Да. Красивая. Стеснительная очень. Это многие любят, – отвечаю я, кивая.

– Именно. Я уже знаю, каким клиентам ее предложить.

– Сколько ей?

– Восемнадцать исполнилось недавно.

– Не слишком ли она маленькая? – Тихо спрашиваю я и смотрю на худощавое телосложение девушки.

– Слишком. Но что поделать, если клиентам подавай моложе да моложе. Желания их становится все сложнее выполнять. Ты свободна, – говорит она ей, и девушка скрывается за дверью.

– Ну, а ты как? Выглядишь уставшей.

– Да, немного.

– Силы есть?

– Конечно, – улыбаюсь я и делаю глоток виски.

– Хорошо. Возьми эту девчонку к себе на попечение, так сказать.

– Это приказ? – Спрашиваю я.

– Это дружеская просьба, если быть точнее. Нужно рассказать ей, что да как, но у меня нет на это сейчас времени. Девочек очень много, клиентов тоже прибавилось – дел по горло.

– Ладно, но я не буду ей мамочкой.

– Договорились.

– До встречи, Марион.

Я стою уже у двери, когда она окликает меня.

– Лира, твои старания не останутся незамеченными, – она встает и протягивает мне конверт, когда подходит ближе.

– Спасибо.

Я беру конверт и спускаюсь вниз по ступенькам. Там стоит та девчонка.

– Я Лира, а тебя как зовут?

– Мейзи.

– Настоящее имя? – Вздыхаю я.

– Да, – дрожит она.

– Не пойдет. Хм… Да прекрати ты уже трястись. Меня боятся тебе не зачем. Мейзи, тебе нужно придумать другое имя. Есть идеи?

– Я… Мне сейчас трудно что-то придумать.

– Хм… Ладно, тогда будешь Афиной. Нравится?

Ее глаза тут же загораются от радости.

– Да, да! Лира, как здорово!

– Тебе нужно знать наши основные правила. Идем, присядем в саду.

Мы располагаемся под небольшим шатром и пьем чай.

– У тебя не должно быть никакой личной жизни, – начинаю я, – пока ты здесь. Это первое правило. Правило номер два: никаких личных связей с клиентами, всё только через Марион. Правило номер три: ни при каких обстоятельствах никому не говори своё настоящее имя. И последнее правило: ты должна делать всё, что будет в запросе клиента. Не важно, нравится тебе это или нет. Если Марион подобрала тебе клиента, и ты не воплощаешь его фантазии в жизнь, то этот клиент уходит из агентства. У Марион начинаются проблемы, соответственно проблемы начинаются и у тебя. – По моему лицу прокатывается тень улыбки.

– А если эти запросы будут выходить за рамки?

– За какие рамки?

– Ну… За мои рамки…

– Милочка, это не туристическая поездка с экскурсиями, от которых ты можешь отказаться, и ты не звезда шоу, чтобы распоряжаться своими желаниями. Ты проститутка. Элитная, но всё же проститутка.

Она кривит лицо и снова начинает смотреть в пол. Жестоко, знаю. А чего она еще хотела? Она пришла в агентство работать проституткой, так почему я должна смягчать всё, что тут ее ожидает? Я и сама через это прошла.

– А почему нельзя говорить настоящее имя? – Вдруг спрашивает она.

– Во-первых, у нас скрытная работа. А во-вторых, так ты сможешь защититься от всяких извращенцев.

– Поняла.

– Вначале будет тяжело. Так всегда. Но потом пойдешь по течению. Вопросы?

– А ты здесь давно?

– Пять лет.

Прошло уже целых пять лет. Кажется, это была вечность.

– Ого, так долго. А что скажешь про Марион?

– Не вздумай ее так называть, поняла? Обращайся к ней только Мисс Сенклер или мэм. Чтобы называть ее по имени, нужно сначала заработать её уважение. В общем, соблюдай правила, веди себя хорошо, и у тебя будет всё в шоколаде. Удачи.

19 April 2018

– Я хочу увидеться, – говорит Эдвард.

– Где?

– Выходи, я у тебя возле дома.

Я кладу трубку и выбегаю на улицу. Эдвард стоит с букетом цветов у своей машины.

– Прекрасный букет для прекрасного создания, – улыбается он.

– Рада тебя видеть, – говорю я и целую его в щеку.

– Когда я заслужу поцелуй в губы? – Смеется он и отдает мне букет.

– Я быстро поставлю его в воду и вернусь, – говорю я и вихрем мчусь в квартиру. Бегло бросаю вазу на стол, наливаю в нее воду и ставлю букет. Роскошные цветы, аромат сводит меня с ума.

– Итак, прошу, – он открывает передо мной дверь.

– Куда поедем? – Интересуюсь я.

– Туда, где всегда весело, – смеется он.

– И где же всегда весело?

– Увидишь, – хитро подмигивает он.

Спустя некоторое время машина тормозит у парка аттракционов.

– Наше свидание будет проходить здесь? – Смеюсь я.

Это действительно смешно и непривычно. Ведь последние пять лет я не была на свиданиях, я была лишь на встречах с клиентами. И это в основном были дорогие рестораны, отели, коттеджи и виллы.

– А что? Боишься проиграть мне в тире? – Говорит он и поднимает бровь.

– Я сделаю тебя! – Самоуверенно отвечаю я и подмигиваю ему.

– По рукам. Победишь – с меня желание. А если нет – с тебя поцелуй в губы.

– Договорились.

Мы жмем друг другу руки и отправляемся в ближайший тир. Каждый из нас стреляет по 10 раз. Первые два раза я промахиваюсь, зато следующие восемь выстрелов приходят прямо в цель. Эдвард старается изо всех сил, но количество его удачных выстрелов оказывается меньше моего. Мама часто говорила мне, что нельзя всегда выигрывать у мужчин, потому что это задевает их эго. Они становятся раздражительными и берут реванш, чтобы доказать свою силу. Но снова проиграв, они выходят из себя, особенно если победила женщина. Ни один мужчина никогда не признает, что женщины могут быть умнее их. Уязвленное эго прячется за агрессией и высокомерием. Но какое мне дело до чьего-то эго? Я победитель и точка.

– Да ладно, как такое могло произойти, – сокрушается он, пока я смеюсь.

– Новичкам везет, – улыбаюсь я.

Вдруг у меня звонит телефон. Я смотрю на экран: «Марион». Черт.

– Прости мне нужно ответить.

– Да, конечно…

– Алло.

– Лира, Джейми прилетает из Лас Вегаса через час. Он позвонил и сказал, что хочет тебя пригласить в свой коттедж. Будь у него через два часа.

– Марион, я сейчас немного занята…

– Что? Чем это? – Она начинает злиться.

– Я… Я… Ничем. Уже собираюсь.

– Отлично. Лира, надень красное белье и в этот раз используй больше помады, чем обычно. Он очень проигрался, поэтому ему нужно утешение. А ты знаешь, как он утешается.

– Поняла, будет выполнено. Пока, Марион.

Я кладу трубку и тут же краснею.

– Эдвард, прости, но мне нужно срочно уехать.

– Что-то случилось?

– Да, небольшие проблемы на работе. Ничего серьезного. Прости.

– Я подвезу тебя.

– Нет, нет, не стоит беспокоиться: я возьму такси. Я позвоню, пока, – я снова целую его в щеку и выбегаю из тира.

– С меня желание, – кричит он мне в след.

Я принимаю горячий душ, надеваю красный кружевной бюстгальтер, красные стринги. Я накручиваю волосы и наношу много косметики. В особенности много красной помады. Я сажусь в такси и еду в коттедж Джейми.

– Крошка, хорошо, что ты приехала, – Джейми открывает дверцу такси и вытаскивает меня за руку наружу.

Он пьян и расстроен. Он завзятый игрок, который не умеет проигрывать. Все свои проигрыши он заливает алкоголем и проститутками. Меня он любит в особенности.

– Малыш, я столько проиграл, – бормочет он.

– Понимаю, Джей, – я нежно глажу его по голове. Он просил называть его по первой букве его имени.

– О, малышка, раздевайся скорее, – умоляет он.

Я быстро скидываю всю одежду, кроме бюстгальтера – он любит делать это сам. Джейми одним рывком разрывает бюстгальтер и ставит меня к стене. Он бесцеремонно входит в меня и двигается без остановок. А затем он бросает меня на кровать, не рассчитав траекторию, и я приземляюсь головой прямо на изголовье. Я вскрикиваю, но он не останавливается и вскоре подходит к финалу.

– Лира, только ты можешь меня утешить, – шепчет он мне на ухо, а после встает и бросает конверт на кровать.

Я кладу конверт в сумку и вызываю такси. Дома прикладываю холодное к щеке – она невыносимо жжет. Звонит телефон.

– Как прошло?

– Как обычно. Только…

– Что случилось, Лира?

– Марион, кажется, у меня будет синяк на щеке.

– Проклятье! – Ругается она и продолжает, – Как это было?

– Он в порыве страсти кинул меня на кровать, и я ударилась об изголовье.

– Проклятье! Я же предупреждала его, чтобы он был аккуратен с тобой! Большой синяк будет?

– Не уверена еще…

– Ладно. В следующий раз он будет платить по двойному тарифу, чтобы увидеть тебя. Спокойной ночи, детка.

22 April 2018

Синяк на щеке приобретает яркий лиловый оттенок, и как бы я не старалась замаскировать его косметикой, легкая синева все же виднелась. Марион была в бешенстве – с таким лицом я не могла работать. Она звонила Джейми и кричала в трубку, что он засранец и что теперь ему нужно будет очень постараться, чтобы я снова приехала к нему. Он долго извинялся и даже прислал в агентство два огромных букета роз: один был адресован Марион, а другой – мне. Она очень долго на него злилась. Даже я уже перестала думать об этом.

– Ладно тебе, Марион, он же извинился. Смотри, потеряешь нашего постоянного клиента.

– Плевать! Таких, как он, куча в моем агентстве.

– Хорошо.

– Так, детка, у меня есть для тебя работа. Не знаю как, но ты должна убрать со своего лица эту гадость. Не знаю, сходи в салон, пусть они тебя подгримируют.

– Хорошо.

– А, да, спасибо за Афину. Она мне рассказала, что ты ввела ее в курс дела и очень ей помогла.

– Я просто сказала как есть.

– Все равно спасибо. Имя ты ей подобрала отличное.

– Как и ты, мне когда-то, – улыбаюсь я.

– Ладно, хватит сантиментов, иди, – улыбается в ответ она и затягивается сигаретой, – детали вышлю сообщением.

Я отправляюсь в ближайший салон красоты. Работающие там девчонки сразу начинают строить догадки, откуда у меня синяк. Их главная версия это ревнивый муж.

– Я не замужем, у меня нет ревнивого дружка, и мой отец не бьет меня. Займитесь делом, пожалуйста, – шиплю я, и они тотчас замолкают, делая мне укладку и закрашивая синяк.

Буквально через пару часов я выгляжу свежей, красивой и сияющей. Отдаю администратору деньги и беру такси. Приходит сообщение от Марион.

«Детка, новый клиент в агентстве. Он посмотрел фотографии всех моих девушек, но выбрал именно тебя. Ни о каких желаниях он не говорил. Сказал только, чтобы ты была в его квартире к трем часам. Удачи, малышка, ты знаешь, что делать: посмотришь по ситуации. Марион».

Так как особенного запроса нет, я не заморачиваюсь над одеждой: надеваю простое черное платье. Когда я еду в такси, мой телефон разрывается от звонка. Я включаю голосовую почту и засовываю телефон в сумочку.

– Лира, это Эдвард, ты так и не позвонила мне после парка аттракционов. У тебя всё в порядке? Я скучаю, хочу тебя увидеть. А еще я должен тебе желание. Перезвони.

Такси тормозит у большого стеклянного здания. В холле я называюсь по имени, и меня отправляют в лифт. Имени клиента я не знаю: это было его единственным условием. Я стучу в дверь, и ее открывает молодой красивый брюнет. Это и есть мой клиент?

– Лира? – Спрашивает он.

– Да.

– Проходи, – он приглашает меня в квартиру.

– Мне не сообщили Ваших запросов, поэтому, может быть, Вы мне расскажите, что любите?

– Не торопись и давай на «ты».

– Эм…хорошо, Мистер…?

– Уильям. Просто Уильям.

– Уильям.

– Не хочешь выпить?

– Не откажусь.

Он открывает бутылку Шато Лафит Ротшильд 1971 года. Тем временем я рассматриваю, как под его футболкой перекатываются мышцы. Его движения точны и филиграны, словно движения ювелира, и я впервые засматриваюсь на клиента.

– Может, хочешь что-нибудь перекусить? – Оборачивается он.

– Нет, спасибо, – я улыбаюсь и снова рассматриваю его, когда он отворачивается.

Через секунду он приносит мне бокал.

– Итак, выпьем, – торжественно произносит он, – за этот дивный вечер.

– За вечер, – повторяю я.

Он выпивает бокал и задумчиво смотрит в окно.

– Уильям, мы можем уже перейти к делу…

– Ты куда-то торопишься?

– Нет, просто я не пойму в чем проблема, – насторожено говорю я.

– Я просто хочу провести с кем-нибудь вечер, – грустно отвечает он.

– Проститутка для этого не очень подходящая кандидатура, – смеюсь я.

– Да уж, – он смеется в ответ, – когда я увидел твою фотографию, почему-то подумал, что ты сможешь меня понять.

– Понять что?

– Понять, какого это быть одиноким в этом огромном мире.

– Да, я понимаю это.

– Лира твое настоящее имя?

– А что?

– Интересное имя, но ты как будто фальшивая с ним, – пожимает плечами он.

– Да, имя не моё.

– Расскажи, как ты попала в агентство Марион.

– Извини, я это никому не рассказываю.

– Жаль. Тогда расскажи, что ты любишь? Занимаешься чем-то помимо, – он немного затихает, подбирая слова, – помимо этого ремесла.

– Пока нет. А ты чем занимаешься?

– У меня свой бизнес.

– А девушка или жена есть?

– Ни девушки, ни жены.

– Ты куришь?

– Нет.

– Хмм, у тебя свой бизнес, ты не куришь, выглядишь обалденно, но у тебя нет ни девушки, ни жены. Что-то здесь не сходится, – улыбаюсь.

– Наверное, я не настолько обалденно выгляжу, – смеется он.

– Что ты! Ты и, правда, красавчик. Я даже как-то немного растерялась, когда ты открыл дверь. Сколько тебе?

– Двадцать пять.

– Ого…

– Слишком много? Или что? Я надеюсь, ты хоть совершеннолетняя?

– Да, да, конечно, мне двадцать четыре.

– Тогда почему ты так удивилась?

– У меня еще ни разу не было такого молодого клиента, – пожимаю плечами.

– А какая возрастная категория у тебя обычно?

– От 30 до 45.

– Ничего себе. Тяжело, наверное…

– Да уж.

– Знаешь, есть девушки, которые не работают, как ты, но сами до мозга костей проститутки. Но ты не такая и никогда такой не станешь. Ты не проститутка. Ты девушка, которая запуталась. – Он заканчивает и очень мило улыбается.

Такого мне еще ни разу не говорили. Я поражена до глубины души.

– Спасибо. Честно, спасибо. Это были самые добрые слова, которые мне говорили за последние пять лет.

– Ты работаешь в агентстве уже пять лет? – Его изумленные глаза почти вылезают на лоб.

– Да, уже пять лет.

– Какой кошмар! Почему так долго? Не хочешь бросить?

– Это длинная история. Я не хочу об этом говорить сейчас.

– Хорошо. Скажи своё настоящее имя.

– Зачем?

– Хочу знать твоё настоящее имя. Хочу знать тебя настоящую.

– Я не могу сказать, прости. Это одно из правил: не называть настоящих имен.

– Правила? Какие еще есть правила? – Интересуется он.

– Их не так много. Тебе действительно хочется узнать?

– Да.

– Не называть настоящее имя, не иметь личных контактов с клиентами, только через агентство, не иметь личную жизнь, выполнять все запросы клиента. Как-то так.

– Жестко. Ты когда-нибудь нарушала эти правила?

– Нет.

– А что будет, если нарушишь?

– Мне будет не сладко. За нарушение правил следует наказание. Только какое, я еще не знаю.

– Скажи имя, я никому не открою твой секрет.

– Не стоит. Да и к тому же, мы можем приступить к кое-чему более интересному. Скоро рассвет, чего ты хочешь? Может, хочешь что-то особенное? – Я намекаю ему на интимное продолжение, но у него такое серьезное лицо, что мне трудно создать подходящую атмосферу.

– Давай поспим часик другой, – нарушает тишину он.

– Поспим? – Удивленно спрашиваю я.

– Да, – он снимает всю одежду и ложится на кровать, – ложись рядом. Платье можешь не снимать.

Я молча залажу под одеяло, и Уильям обнимает меня. Утром он нежно будит меня и отдает конверт в руки. Ему 25, он брюнет, у него свой бизнес, он любит поговорить и не хочет заниматься сексом.

24 April 2018

Синяк на моем лице почти сошел на нет. Я очень часто думаю о проведенной ночи с таинственным брюнетом Уильямом. Для меня осталось загадкой, почему он не захотел овладеть мною. Марион ничего не знает о том, что тогда было. Я вдруг решила не говорить ей. И хотя она спрашивала, чего он хотел, я врала, что ничего особенного и выдающегося не было. Одновременно с этим меня постоянно доставал своими звонками Эдвард. После встречи с Уильямом я немного охладела к Эдварду, как мне казалось. Но однажды я все-таки принимаю решение встретиться с ним. Это было интересно и необычно: видеться с кем-то, кто не платит за проведенное со мной время.

– Лира, что это у тебя на лице? – Он ласково дотрагивается до моей щеки.

– Ничего такого, просто синяк. Уже почти прошел.

– Тебя кто-то ударил?

– Нет, конечно, я просто ударилась об шкаф дома. Не волнуйся, – я улыбаюсь и целую его в щеку.

– Постоянные дружеские поцелуи в щеку это не к добру, – смеется он.

– Но ведь это я выиграла пари, так что поцелуй в губы ты еще не заслужил.

– Да, ты права. С меня желание. Что хочешь?

– Хочу встретить рассвет.

– Сегодня?

– Да.

– Я всё сделаю, – он обнимает меня за талию и приглашает сесть в машину.

– Куда мы поедем?

– Это сюрприз.

Машина трогается с места, и мы едем за город на озеро. В тишине природы есть великое волшебство. Хочется все больше и больше поглощать эту тишину, чтобы, наконец, она поселилась внутри. И чтобы внутри все стало спокойно. Эдвард расстилает покрывало на немного влажной траве и достает из багажника плетеную корзину для пикника. В корзине свежие овощи, сэндвичи и бутылка вина.

– Вот такой маленький сюрприз, – на его лице проскальзывает довольная улыбка.

– Это очень мило.

– Здесь мы и встретим рассвет. Тут недалеко есть заброшенная пожарная наблюдательная вышка, с нее отлично будет видно рассвет.

– Откуда ты знал, что я захочу встретить рассвет?

– Я не знал. Я готовился к пикнику. А когда узнал про рассвет, мне сразу в голову пришла мысль о вышке, и всё как-то само собой сложилось. Тебе нравится?

– Конечно! Это потрясающе! И сэндвичи очень вкусные.

Когда мы допиваем вино, то ложимся на покрывало и смотрим на звезды. Прохладный ветерок колышет кромки деревьев, и они медленно танцуют вальс на фоне синего небосвода.