Демоны сквернословят
- -
- 100%
- +
– Мы собираемся спасти здешние земли, а не уничтожить, – объяснил Дрю со всей возможной мягкостью.
Кехо помедлил, но кивнул. Может, вспомнил своё удалённое Дахо, куда несколько лет не мог добраться по причине обвалов на дороге. Да и не на какой-то там дорожке – на Большой тропе мёртвых. Если обваливается она – всем магическим защитам вопреки – и если её никто не пытается починить, значит, и существование тех селений, куда она ведёт – под большим вопросом. Очень может быть, что с Дахо случилось то же самое, что Дрю непроизвольно сотворил с Абалоном. Ещё перед штурмом Кехо, вроде бы, осознал эту грустную возможность.
Но что бы там ни осознал Кехо, Дрю не разрушит Дрона собственными руками. Решено! Он уведёт отряд по пересекающей дорогу широкой борозде, оставшейся от прошлого стояния гигантской стены Порога Смерти.
До борозды осталось добираться ещё трое суток, но если по ночам не устраивать привалы, не останавливаться, не замедлять шаг – выйдет гораздо быстрее. Мертвецы на многое способны, вот и бессонные ночи переносят куда лучше живых. Дрю этой их счастливой особенностью воспользуется по максимуму. Спешить-то надо, пока прихвостни Шестой расы не собрались, да не бросились мстить за поруганный Абалон.
* * *Вот, кстати, и она – борозда, а по сути, глубокий овраг с песчаным дном и ровными краями. В предрассветной мгле он издали кажется неприступным разделителем дороги. Найти сравнительно пологий склон для съезда, впрочем, реально: как-то ведь сумели оттуда подняться на пути к Абалону. Борозда – прекрасный повод не возвращаться дороге на Дрон.
– О! Я вижу подходящий спуск, – отметил Кехо из Дахо, стоило только подъехать к краю оврага, – да и выезд тоже: вон там, чуть левее!
– Съездом воспользуемся, – сказал Дрю, – что до выезда – поищем другие.
Ибо на дорогу, ведущую к Дрону, возвращаться резона нет. Сколько могли, по ней уже проехали да промаршировали без привалов и сна. Потратили вечер, две тёмные ночи и день между ними. Неплохо для преимущественно пешего отряда.
Первым в овраг спустился Кехо, за ним Дрю. Великан Ом, который шёл третьим, поскользнулся и съехал вниз на пятой точке, причём устроил такой оползень, что чуть не испортил удобный спуск остальным. К счастью, в основном базимежском отряде все шли пешком, а четыре десятка конных утопленников из пересохшего болота составляли особый непостижимый случай – эти ребята способны спуститься и по отвесной стене. Каким образом – одним демонам ведомо.
– Теперь направо, или лучше налево? – спросил Кехо.
Дрю задумался. Путь направо приведёт отряд к пересохшим болотам, к руинам древнего Базимежа. Знакомые места, в которых его людей застигло движение Порога Смерти. Земли, откуда они пришли к Абалону, разочаровавшись в идее подкопа под проклятую Чёрную стену.
– Тю, так и думать нечего! – воскликнул Кло. – Конечно, направо. Мы здорово повоевали, а теперь возвращаемся к себе на болота. Отдохнуть! – Кло взмахнул охапкой арбалетных болтов, извлечённых из собственного тела. Видно, как шёл по пути от Абалона – по одному вытаскивал.
– Болота пересохли, – напомнил ему Амур, – отдыха не получится. И кстати, одну арбалетную стрелу ты так и не вытащил. Вон, из шеи сзади оперение торчит.
– Да чувствую, – досадливо скривился Кло, – глубоко засела, не с руки доставать. Может, поможешь?
– Отчего не помочь? – Амур ухватился за оперение короткого, но увесистого болта, что завяз в шейных мышцах товарища, потянул изо всех сил в направлении вниз и назад. Стрелка вышла примерно наполовину, причиняя бедному Кло вполне очевидные страдания.
Да, после введения в Посмертие – арбалетные стрелы человеку почти не страшны. Но неудобства причиняют определённые. Всё-таки, это не маленькие занозы.
Амур поднатужился, отворачивая лицо от брызжущего из раны бальзама, ещё раз рванул – и с чавканьем вытянул стрелку вместе с широким долотообразным наконечником.
– Восемнадцатая, – удовлетворённо произнёс Кло, потирая здорово покалеченную шею, – зато последняя. Ну, ничего, за недельку зарастёт.
Дрю спохватился, что вместо напряжённых размышлений, в какую бы сторону свернуть, просто следил за извлечением арбалетного болта. Впрочем, что тут долго раздумывать? Справа уже побывали – там и сами для карателей основательно засветились, и лишились надёжного природного укрытия (болота-то высохли). Слева ещё не ходили – туда и путь держать.
Отряд его указание воспринял как должное: налево, так налево. Если Дрю что сказал, значит, имеет к тому основания. А выпытывать – да зачем? Даже Кехо – человек в отряде новый, вопроса не задал. Но тот, конечно, много чего спросил предварительно.
Поехали по дну оврага налево – в северном направлении. Если так и ехать, не сворачивая, рано или поздно упрёшься под прямым углом в Большую тропу мёртвых. Правда, под прямым углом – как раз не надо. Делать далёкий крюк резона нет. И Дрю попытается этот угол срезать, как только на достаточной дистанции объедет Дрон.
Поездку по дну борозды начинали в прежнем порядке, но потом великан Ом поравнялся с конными Кехо и Дрю, даже стал обгонять. Посланники Смерти какое-то время пытались держаться впереди, пуская коней вскачь, но тогда возникал риск оторваться от основного отряда.
Дрю с изумлением заметил, что великан и сам – время от времени подбегает, потом переходит на ходьбу, снова бежит…
– Ом, в чём дело? – спросил он. – Куда ты спешишь?
– К матушке, – улыбаясь во весь рот, ответил детина, – мы же спускаемся по пологому пути, значит, ей придётся меня подождать. А матушка нетерпелива, ждать она не любит, расстроится…
Вот как: Ом решил, что их спуск в овраг, оставшийся от Порога Смерти – это и есть начало пологого пути в пропасть, куда захваченный Абалон погрузился вместе с утопленниками.
Разубедить ли товарища? Но великану ожидание скорой встречи с матушкой явно придаёт сил. А в отчаянии Ом – будто ребёнок малый.
И Дрю сказал:
– Да, Ом. Куда бы мы ни повернули, это будет пологий спуск. Но пропасть глубока, не надейся, что скоро поспеешь на самое дно бездны.
– Я-то понимаю, – вздохнул Ом, – я умный. Но хочется туда добраться хоть немножко быстрее. Хоть на самую малость.
– Как только подойдём к самому дну, – пообещал Ому Дрю, – непременно позабочусь пропустить тебя вперёд. И твоя матушка не скажет, будто ты к ней не торопился.
Как оказалось, Дрю нашёл верное решение и нужные слова. Великан Ом со счастливой улыбкой снова отстал.
Кехо покосился на нескладную великанскую фигуру, топающую теперь основательно позади, да и не удержался, намекнул Дрю на недопустимость обмана командиром доверившегося соратника:
– А поверит ли он вам и через год, когда мы так и не спустимся на дно, которого нет?
– Через год? – в голосе Дрю ненароком проступили язвительные интонации. – Полагаю, мы встретимся с матушкой Ома гораздо раньше.
– То есть? – Кехо даже осадил своего крылатого коня.
Дрю тоже остановился.
– Вы посланник Смерти, Кехо из Дахо, – напомнил он, – и, надеюсь, выдержите суровую правду не хуже простоватого великана. Так вот, к бездне, куда рухнул Абалон вместе с матушкой Ома мы – намного ближе, чем хотелось бы. Поглядите-ка на песок под копытами. Внимательно поглядите!
– Н-ну да, там в песке – какие-то бороздки… – пробормотал Кехо. – Напоминают – хм, трещины в камне. Да-да, песок лежит необычно.
– Откуда расходятся бороздки?
– От… – Кехо слегка оторопел, – копыт вашего коня!
– А куда ведут эти бороздки?
– Э… не знаю, они вскоре пропадают. Вон там, у стен оврага, их уже нет. Они змеятся только по самому дну…
– Бороздки ведут к Омовой матери, – прямо сказал Дрю.
Кехо даже отшатнулся, причём невольно пришпорил крылатого скакуна. Тот от неожиданности расправил крылья и совершил неловкий прыжок в сторону, заставив шарахнуться, заплясать и завертеться на месте идущего рядом коня командира.
Бороздки в песке из-под копыт скакуна Дрю пошли тревожными спиралями, причём некоторые из них пересеклись сами с собой под немыслимыми углами. Всадник с конём ввинчивались в оседающий под ними пласт песка. Командир отряда базимежцев так и повис на удилах, словно тщась приостановить движение гигантского штопора.
Сейчас возникнет зона обрушения, понял Дрю, и стал подчинять волю обезумевшего коня в особенно жёсткой манере, прежде ему не свойственной. Шпоры так глубоко вонзились в бока, что маслянистый конский бальзам оросил песок.
Дрю заметил опасную течь, но не остановился, напротив – принялся с новой жестокой силой терзать шпорами конское мясо. Будь конь живым, он бы такого обращения не вынес, но мёртвое искусственное создание из конюшен Абалона – приняло его, как должное. Подчинилось, высоко подпрыгнуло, расправило крылья, смягчая посадку.
Приземляясь в сторонке, рядом с Кехо из Дахо, Дрю ещё в воздухе полуобернулся, чтобы посмотреть, что же осталось на том злополучном месте, откуда его конь в последний момент счастливо стартовал.
А ведь ничего не осталось. Дрю, не отрываясь, глядел на широченную дыру в песке. В песке ли? Скорее, в самом пространстве.
Что и говорить, замечательный артефакт Рунный камень – то ещё проклятие. И не заметишь, как себя же и погребёшь в бездонных ямах.
Подошёл Ом. Ему, чтобы не сверзиться в новооткрытую пропасть, пришлось идти в обход, протискиваясь под самым склоном оврага. Но – пробрался, подошёл к притихшим всадникам, с шумом выдохнул воздух, задержанный в великанских лёгких.
– Опасная штуковина, – произнёс Кехо без прежнего восхищения артефактом в голосе, – может отправить к Омовой матери кого надо, и кого не надо.
Дрю только кивнул, ибо что тут нового скажешь?
– Матушка там? – с пониманием уточнил Ом, косясь на только что сотворённую ямищу.
– Там, – признал Кехо, – но мы в эту вертикальную дыру не полезем. Отыщем пологий спуск. А лучше вообще – горизонтальный.
– Я так и подумал, – поддержал Ом, – а потому в яму не забрался. Вообще-то мне не к спеху.
Глава 3. Провалиться на этом месте
Интуиция подсказала Дрю не трогаться с места и после того, как несколько неуклюжий Ом успешно преодолел сложный участок пути. Значит, не ради заботы о судьбе великана они с Дахо придержали коней вблизи от новоотворённой пропасти. Посланник привык себе доверять, вот и остался подождать отряд, изрядно растянувшийся по оврагу. В том ли дело, чтобы всех присобрать? Думается, не только.
Вслед за великаном неправдоподобно ровно вырезанную дыру в песке старательно обошли Кло и Амур, за ними потянулись остальные базимежцы. Каждый второй, проходя мимо ямы, считал своим долгом присвистнуть, хохотнуть, ещё как-нибудь отметить её присутствие на пути. В их реакциях внимательному Дрю слышалось нарастающее опасение. Не проговоренное, толком не осознанное самими людьми. Но тем более серьёзное.
Обвал Абалона – само по себе зрелище впечатляющее, но главный костяк отряда тогда не задело, только и унесло, что кучу непонятных танцующих утопленников Пендриса, да матушку великана. Нет сомнения, базимежцам хотелось бы позабыть этот опыт бессильного предстояния неведомой стихии. Да только напоминания по дороге вновь обращают к пережитому. И таких напоминаний не избежать, пока Дрю везёт Рунный камень – пусть и со всей старательной осторожностью.
Но вот мимо разверзшейся в песке пропасти прошёл Пендрис и потянулись его невероятные подопечные – конные танцоры с болотного дна. Собственно, все, к кому мог обратиться Дрю на правах командира, собрались по эту сторону песчаной ямы.
Люди полукольцом окружили Дрю и Кехо, собираясь выслушать новые указания. Великан Ом – тот уселся поодаль прямо на песок и что-то задумчиво выстукивал на своём любимом барабане. Но другим – чувствовал Дрю – важно принять к сведению, откуда здесь, у них на пути, появилась очередная пропасть.
– Хочется ли вам узнать, откуда взялась яма? – прямо спросил Дрю, обводя взором собравшихся.
– Да, – сказал кто-то из простых базимежцев, – было бы интересно.
– А мне не интересно, – сказал другой. Но в самих словах так и звучало напряжённое ожидание ответа. Только – недоброе какое-то ожидание.
– Мне тоже не интересно, – заявил Кло, весело посмеиваясь, – я и так всё знаю. Перевидал на своём посмертном веку всяких дурацких ям.
– Ну-ка? – поддразнил его Дрю.
– Всем известно, – подбоченившись, поведал Кло, – что всякая из ям располагается в земле. Никто не собирается отрицать?
Никто так и не собрался.
– Ну так вот, – продолжил весельчак, – яма, которую мы рассматриваем, вовсе не исключение. Далее: ямы бывают двух основных разновидностей. У одной из них есть дно, у другой оно отсутствует. Именно эти ямы принято называть бездонными. Полагаю, именно образчик бездонных ям встретился нам и сейчас, – Кло кивнул за спины слушателей, в сторону пропасти, – хотя ручаться не могу.
– Отчего это ты не можешь ручаться? – подыграл ему Амур.
– Не стану же я туда бросаться, чтобы выяснить, есть ли там дно! – с готовностью пояснил Кло. – Глаза-то мои дна не видят. Но, может, врут?
– Зачем им врать? – не понял Амур. – У тебя, Кло, честные глаза.
Кло и Амур могли подолгу так разговаривать, ненавязчиво веселя себя и слушателей, но сегодня их показательный диалог мало кого развлекал. Впрочем, одной цели друзья достигли. Заболтали своими шуточками протестное настроение нескольких рядовых участников отряда, не позволили затеять серьёзный спор со злыми намёками. Спасибо, конечно.
И всё же пусть лучше люди знают, чего им ждать и на что рассчитывать.
– Пошутили, ну и довольно, – вполголоса бросил Дрю, – к сожалению, времени мало. Скажу главное: дыры на нашем пути появляются по единственной причине. Рунный камень, добытый мною в Абалоне – неуправляем. Он опасен для враждебных сил, которые попытаются нас задержать, – здесь Дрю невольно усмехнулся, вспоминая испуг карликов атамана Булба, – но не менее опасен и для нас самих.
– Похоже, так и есть, – сказал кто-то из отряда, – но что из этого следует? Меняется ли наша цель?
Дрю заявил твёрдо:
– Цель прежняя. Преодолеть Порог Смерти. А лучше – отодвинуть его подальше на запад. А ещё лучше – уничтожить. Добытый в Абалоне артефакт наверняка может как одно, так и другое, третье. Единственное, что – вот здесь твёрдости в тоне посланника поубавилось, – способ управления Рунным камнем так мне и не открылся. Вопросы?
– Значит, – это заговорил Пендрис, – даже пробившись к Вратам проклятого Порога Смерти, мы так и не будем уверены, что сможем его побороть?
– Уверенность зависит не только от знания, – возразил Дрю, – поэтому надеюсь, что нас она не покинет. Но вопрос, как же заставить артефакт правильно заработать – остался. Его придётся решать уже там, на месте.
– Предвижу, – вставил Амур, – как только мы начнём его решать, враги примутся нам мешать. Отвлекать на себя внимание, раздражать бессмысленными атаками. Пакостить, одним словом.
– Не сомневаюсь, что так и будет, – кому, как не Дрю, понимать, сколь пакостлива демоническая сердцевина Шестой расы, теснящей своими Порогами живое человечество, – придётся отбиваться и попутно овладевать артефактом. Или овладевать артефактом – и им же отбиваться.
– Несколько задач сразу, – вздохнул Пендрис, потирая и без того блестящую макушку лысой головы, – подготовиться бы…
– Некогда, – возразил Дрю, – нас и так постараются перехватить. Придётся применять неуправляемый Рунный камень. И, верно, не раз.
– С риском погубить собственный отряд? – уточнил кто-то.
– Не без этого.
Объясниться с отрядом – да, это было необходимо. Если учесть, что Рунный камень оправдал далеко не все возложенные надежды и обещал впереди не мирное преодоление Порога Смерти, но скорее – побоища. И как бы не намного масштабнее, чем при взятии Абалона.
От Абалона уходили в спешке, причём озадаченный странным поведением артефакта Дрю даже толком и не поговорил с людьми, не обрисовал дальнейших возможностей, не поставил понятных целей. Ясно, почему. Что не вполне определено для себя, то и для других убедительно не сформулируешь. А там ещё и карлики со своими обидами да досадами над душой стояли. Не разоткровенничаешься.
Теперь отряд в курсе. Дрю из Дрона перед ним честен – и готов даже выслушать критику. Раз уж и так остановились. Ибо в дальнейшем пути к Порогу Смерти – времени на разговоры не останется. Дрю будет очень занят. Придётся сражаться, учиться управлять артефактом и пытаться как можно ловчее применять его в сражении, не отвлекаясь ни на какие посторонние мнения.
– Если у кого возникли соображения, излагайте, – сказал Дрю людям, – но покороче. Как-никак, нас многие ищут. За прошлые поступки, но особенно – за будущие.
– Если Рунный камень и правда настолько опасен, может, лучше его выбросить? – предложил один из простых базимежцев. Простоватый парень из посадских мертвецов-ремесленников.
– Ещё чего? – всполошился Кло. – Мы выбросим, а кто-то подберёт. И против нас же обратит. Глупая идея.
– К тому же без артефакта нам отсюда не уйти, – добавил Амур, – а мы ведь его в основном за тем и искали.
– Кто хочет остаться здесь, в Запорожье, того я не собираюсь удерживать, – разъяснил свою позицию Дрю, – но тем, кто идёт со мной, придётся рискнуть. Опасный артефакт необходим, чтобы не потерять и без того не крупный шанс уйти через Порог.
– Кстати, да, – сказали в толпе, – самое главное – суметь уйти. Ради такого стоит рискнуть.
– Я думаю, – возразил Дрю, – есть вещи и поважнее. Кто одолеет Порог Смерти, тот решит много задач. Не просто сам уйдёт – а прогонит с поверхности земли Шестую расу, что дорогого стоит.
В отряде одобрительно зашумели. Точно ли одобрительно?
– О героизме – в самую точку, – вполголоса прокомментировал Кехо. Зато Дрю как раз призадумался.
Может, лишнего пафоса вносить как раз и не стоило. Беглецы, герои – какая разница, если сделать им предстоит примерно одно и то же. Одним бегством, без героизма, была разве что масштабная попытка подкопа под чёрную стену Порога. Когда же подкоп не удался, и отряду Дрю пришлось в поисках Рунного камня штурмовать Абалон, в ткань бегства уже легко и ненавязчиво вплёлся героизм. И вот теперь…
Да уж, теперь-то, с непослушным артефактом в руках героизма станет всё больше, хоть ты его отбавляй, зато возможность побега из мертвецкого Запорожья выглядит всё эфемернее. К сожалению.
– О героизме – было важно напомнить. На тот случай, хотя бы, если уйти так и не удастся, – тоже вполголоса проговорил Дрю.
Их с Кехо тихого разговора базимежцы не услышали, поскольку как раз, ободрённые предложением командира, все разом заговорили, заспорили.
Дрю спокойно пережидал споры всех со всеми, почему-то уверенный: долго они не продлятся. Его люди вовремя остановятся сами. Зато выговорившись, отряд станет ещё сильнее и сплочённее.
Так и случилось. Голоса по одному замолкали, пока не осталось всего два самых азартных спорщика – конечно же, Кло и Амур.
– Какой же у нас выбор, когда на самом деле нет никакого выбора? – возмущался Кло.
– Дрю предоставил нам это право! – настаивал Амур.
– Так ведь возможность выбора не от Дрю зависит! – зычно хохотнул оппонент. – Скажи мне лучше, как спастись тому, кто с нами к Порогу Смерти не пойдёт?
– Вряд ли он спасётся, – пожал плечами сторонник свободы воли, – мы ведь не с той стороны Порога Смерти, чтобы ходить, где пожелаешь. Того и гляди, на кого-то нарвётся. Не на карателей, так на злобных карликов. От них в одиночку не отбиться, только сообща.
– Что и требовалось доказать, – заключил довольный Кло.
– Ну так и хватит судачить! – закричали из толпы. – Время теряем, а толку чуть. Пора бы командиру Дрю вести нас дальше.
– Все готовы идти за мной? – уточнил посланник.
В ответ раздался утвердительный гул.
Пришла пора прекращать остановку – слишком затянулась. Дрю из Дрона тронул поводья, аккуратно выводя коня из системы глубоких трещин – в песке и мироздании. Трещины порождали невольную тревогу – они самовозникли из-под его копыт за не столь уж и продолжительное время беседы с отрядом.
И тут же выяснилось: а ехать-то уже некуда. Не только влево да вправо дороги не сыщешь, но и вперёд-назад. Овраг-то перекрыт. Спереди к базимежскому отряду высыпала куча карликов, остановилась на расстоянии отчётливой видимости. Да и сзади показалась такая же куча.
– Стоило немного замешкаться, а карлики – тут как тут! – озвучил Амур и так очевидную ситуацию.
Нескольких карликов Дрю заметил и наверху – на том из высоченных гребней оврага (левом, Абалонском), со стороны которого базимежцы давеча спустились на рыхлое песчаное дно. У этих с собой имелись луки. Что ж, когда прилетят стрелы, не возникнет вопросов, откуда.
Итак, на отряд Дрю вышли три группы карликов: мощная передняя, основательная задняя и вдобавок незначительная верхняя. Последняя, впрочем, никак не могла закрепиться на сыпучем склоне.
Не смогут стрелять, определил Дрю, не о стрельбе им придётся думать. Стоило полминуты понаблюдать за тщетными попытками верхних карликов занять сколько-нибудь сносную позицию, да притом не сверзиться на дно – и становилось ясно: здешний овраг – далеко не горное ущелье, в котором кто выше забрался, тот и прав.
Что ж, верхних можно во внимание не принимать, но прочие две группы представляют реальную угрозу. Не отмахнёшься.
Нарочито медленно задние подошли к пропасти в песке, но переходить её не решились. И в общем-то – не из животной трусости, а из разумного самоограничения. Карлики встретили бездну, почувствовали уязвимость, вот и стали осторожничать. Ведь сбросить их туда – пара пустяков.
– А где же старина Булб? Что-то давно мы его не видели! – с нарочитой озабоченностью поинтересовался Кло. – Не случилось ли чего с ним?
Оказалось, как в воду глядел.
– Булб убежал, – выступил вперёд один из карликов, подошедших сзади, – я теперь за него. Меня зовут Двинг.
Ответил карлик вроде бы и на вопрос Кло, но обращался в сторону Дрю из Дрона, пытаясь, кажется, принудить к диалогу.
– И чего же ты хочешь, Двинг? – осведомился Кехо из Дахо, так как Дрю невозмутимо молчал.
– Артефакта, – карлик облизнулся, словно планировал употребить Рунный камень в пищу.
– А! – Кло словно только что догадался о цели карличьего посещения. – Так он нам самим нужен. Вы зря за нами бегали.
– Вы не понимаете! – Двинг с явной угрозой обвёл яростным взглядом и молчаливого Дрю, и разговорчивых Кло и Кехо, и весь идущий с ними отряд. – Этот артефакт нужен нам!
– Зачем? – как ни в чём не бывало поинтересовался Кло.
– Не важно! – рявкнул карлик.
– Сдаётся мне, Кло, этот парень и сам не знает, зачем ему наш артефакт, – Амур произнёс это с нарочитым сочувствием. К Двингу лично и ко всяким бессмысленным карликам за компанию.
– Не важно, зачем! – упрямился карлик. – Важно, что мы его получим!
– А видит ли уважаемый Двинг вон ту яму? – спросил Пендрис.
Карлик побледнел, но кивнул. Трудно не заметить пропасти, разверзшейся перед самыми носками твоих сапог.
– Яма тоже видит уважаемого Двинга, – первое, что произнёс Дрю, показалось ему самому вежливой угрозой. А карлику?
Новоиспеченный запорожский атаман почувствовал, что над ним посмеиваются. Он в гневе затопал ногами, осыпая песок в бездонную пропасть, но приблизиться к базимежцам всё же не решился. Некоторые из них подошли к яме со своей стороны – а ну, как столкнут?
Зато толпа карликов, зашедшая спереди, вдруг ринулась в атаку. Дрю толком не рассмотрел, какой же знак им подал атаман Двинг, а может, и не было никакого знака? Дисциплина у карликов – нечто непостижимо переменчивое. Ещё недавно их войско подчинялось Булбу, теперь Двингу, но может, прямо в сей миг его переподчиняет ещё какой-нибудь мелкий деспот.
А ведь угроза спереди – реальна, прикинул Дрю. Карликов оттуда наступает слишком много, того и гляди, вся передняя орава подступит, потеснит базимежцев и опрокинет в яму.
– Сомкнуть ряды. Готовиться к бою, – приказал он своим людям, которые, конечно, и сами уже прекрасно понимали: похоже, бою быть, – Ом, будешь стоять на левом фланге. Мы с Кехо – усилим правый.
К счастью, дно оврага – не такое уж и широкое, перегородить его базимежцам вполне реально. Тем более – с участием Ома и двух конных рыцарей.
– А левый фланг – это где? – не понял великан.
– Вон там, у дальнего склона, – показал Дрю.
Ом в три шага оказался на месте. Вообще-то он понятливый, когда толково пояснить, чего от него хотят.
В этот момент с гребня оврага прилетела стрела. Вернее, тяжело и бессильно упала в песок под ногами базимежцев, показывая: стрелок не сумел как следует натянуть тетиву. Что-то ему помешало. Небось, песок?
А вслед за стрелой прилетел и незадачливый лучник. Его маленькое тельце шлёпнулось в песок с характерным хрустом шейных позвонков. Да уж, при такой высоте оврага и песчаное дно не в помощь.