Мёртвые пляшут

– Но зачем отряду Дрю идти на северо-запад, если он планировал подкоп под стену Порога Смерти, лежащую на востоке? – удивился Дулдокравн.

– Лопаты для подкопа! – догадался Лимн, который и вёл изыскания в направлении тропы на Мнил. Зунг и Дулдокравн закивали.

Разворачивая чёрный плащ, перед тем как вместе с товарищами сложиться в Чичеро, Зунг заметил:

– Всё было бесполезно с самого начала! Что до Цанца, что до Мнила – идти около суток. Как бы мы их догнали за отведенные два часа? Хороша была идея мёртвой разведки, да видать не судьба. А жаль…

Чичеро, сложившись из карликов, затушил факелы и полез по верёвочной лестнице к воздушному замку, продолжая обдумывать мысль Зунга. С мнением последнего о бесполезности дальнейших усилий он бы, пожалуй, не согласился. Пусть не удалось переговорить с Дрю сейчас, но ведь может получиться в другой раз. Воздушные замки ещё не раз прилетят с разведывательной миссией в оказавшееся за Порогом Смерти многострадальное Цанцкое воеводство. Если Дрю не охладел к идее подкопа, то найти его с воздуха будет нетрудно: достаточно пролететь вдоль чёрной стены недельку спустя.

Выбравшись из люка в днище замка, Чичеро ответил на вопросительный взгляд Эйуоя красноречивым пожатием плечей, приведенных в движение верхним карликом Дулдокравном.

Замок развернулся и заскользил по ночной небесной тьме в западную сторону. Наконец-то подобранным Эйуоем живым людям предстояло пересечь Порог Смерти в сторону мира, совместимого с жизнью. Только Чичеро, надеющемуся убедить Дрю заняться разведкой подозрительной ямищи, придётся, быть может, не один раз пересекать Порог Смерти туда и обратно.

Когда треск ломаемых великаном Омом деревьев привлёк на головы спутников Амура карательный отряд, досадливое отчаяние овладело метателем ножей из Кляма. Он рванулся прочь от гиблой ситуации, первоначально собираясь привести остальной отряд Дрю на выручку попавшимся товарищам, но с каждым шагом благополучный исход предстоящего боя казался ему всё более сомнительным. Чёрные стражники из карательного отряда уже вывели из строя девятерых, включая хитрого лиса Кло, справятся они и с Омом. Сможет ли им противостоять поредевший отряд Дрю? На стороне врага, между прочим, действует четыре конных посланника Смерти. Это против единственного посланника Дрю, оставившего своего коня в конюшне Мнила перед переселением в Базимеж. Да и сами стражники обучены военному делу куда лучше бандитов, долгое время почём зря предававшихся философствованию на болотах.

Обуреваемый этими сомнениями, Амур побежал к основному отряду Дрю не кратчайшим путём, а кружным, забирая к северо-западу. Он понимал, что если даже стражники в чёрных латах не видели его побега, то на след его наткнутся в самом ближайшем времени. Лучше пусть этот след их запутает, чем выведет прямо к Дрю.

Лесок, через который бежал Амур, был ему неизвестен. Местность понижалась, пока не привела беглеца в довольно глубокий овраг с песчаным дном. Овраг вилял и ветвился, представляя собой, по-видимому, русло некогда пересохшей реки. Может быть, той самой, которая ныне заболотила всю местность аж до Базимежа.

Найдя выход из оврага, беглец понял, что слегка заблудился. Было ясно, что отряд Дрю остался уже далеко позади, но вот в какой именно стороне? Амур не вполне понимал, где он сейчас находится: возможно, он отклонился на север от деревни Клёц, а возможно, что и на запад. Овраг так петлял…

Амур остановился и задумался. Как бы это так вернуться, чтобы выйти именно к отряду Дрю, а не к чёрным карателям? Кажется, направление прямо на юг было самым безопасным. В этом направлении он дойдёт до болота, ну а далее по берегу доберётся сперва до Клёца, а там уж и до основной цели. Только бы стражники не взялись прочёсывать местность. Ведь что им стоит наткнуться на так и не предупреждённый им отряд Дрю из Дрона?

Двинувшись на юг, Амур действительно вскоре вышел к болоту. Теперь-то он точно был западнее Клёца и мог бежать к Дрю в более-менее чётко определённом направлении: на восток, мимо Клёца, где люди Пендриса отыскивают в крестьянских сараях необходимые для подкопа лопаты.

Собираясь уже припустить в сторону Клёца, встревоженный Амур вдруг услышал голоса. Неужто стражники? Не могли они так быстро сюда добраться, следуя за ним по пятам. Или это другой карательный отряд? Амур осторожно пошёл на голоса и обнаружил в густых кустах у болота стоянку охотников. Два живых человека о чём-то вполголоса говорили. Лица их были грустными, встревоженными и какими-то осунувшимися. Амур прислушался к разговору, надеясь уловить что-то для себя полезное. Но нет: в услышанном пользы для него было мало. Живые люди жаловались на судьбу, зашвырнувшую их в безжизненные земли за Порогом Смерти. Сетовали, что охотиться им более не на кого. Вот ранее здесь было множество чешуйчатых выдр – ценных животных, чей жир был важным ингредиентом в секретных рецептах приготовления дорогих мертвецких бальзамов.

Отметив для себя место стоянки охотников, Амур бросился дальше. Когда он вбежал в деревню Клёц, та уже пустовала. Судя по отворённым дверцам крестьянских сараев, отряд Пендриса здесь уже побывал и ушёл обратно. Ух и лопат насобирал, наверное…

Отряд Дрю был на своём месте. Все столпились у принесенных людьми Пендриса лопат, среди которых лежала и лопатища для Ома. Каратели из Мнила сюда, слава Смерти, ещё не дошли. На Амура, показавшегося с обратной стороны по отношению к той, откуда его ждали, поглядели с немалым изумлением.

– Что случилось? – спросил Дрю.

Амур наскоро поведал о карателях, засевших в замке Мнил и окрестностях, а также о том, как бездарно их разведывательная группа им попалась.

– Ну что, даём бой? – спросил Пендрис.

Дрю задумался. Те же сомнения, которые посетили Амура, явились и у него. Переспросив у Амура, сколько врагов тот видел у Мнила, Дрю принял решение от боя воздержаться и распорядился увести банду подальше за Клёц.

– И не попробуем отбить наших? – удивился Пендрис, зашвыривая в кусты более не нужную великанскую лопату для Ома.

– Там было четыре посланника Смерти, – медленно произнёс Дрю, – а я ведь тоже посланник Смерти. У меня есть шанс с кем-то из них договориться.

Пендрис понял: Дрю хочет идти один. Он попробовал было возражать, но с решениями посланника Смерти не поспоришь.

– Я покажу, где всё случилось, – предложил Амур. Дрю кивнул, и они вдвоём зашагали к Мнилу, тогда как остальные под руководством Пендриса отправились в сторону Клёца.

Идти пришлось недолго.

– Вот лесок, в котором Ом принялся ломать деревья, – указал Амур на ясно видные последствия великанского дубинотворчества, – а чуть дальше произошло нападение…

– Достаточно, я всё вижу! – прервал его Дрю. – Дальше я иду один.

Примятая трава и пятна мертвецких бальзамов явно свидетельствовали о случившемся здесь побоище, но никого из дравшихся поблизости не виднелось. Должно быть, стражники утащили Ома, Кло и остальных в замок Мнил, где их и заперли. А также унесли погибших – тех, кто окропил траву своими бальзамами.

На подходе к замку Мнил Дрю встретил двоих посланников Смерти, лениво совершающих объезд местности на крылатых конях. Один из посланников показался Дрю знакомым.

– Кайл из Хэрда! – позвал он.

– Дрю из Дрона?! – раздалось в ответ.

Второй, незнакомый Дрю посланник дёрнул было коня в сторону вышедшего на дорогу основателя базимежской банды, но Кайл его остановил:

– Погоди, Кехо! Это пришли ко мне.

– Могу ли я поговорить с тобой наедине? – спросил Дрю.

Кайл из Хэрда кивнул и спешился, отдав поводья своему спутнику. Вместе с Дрю он отошёл на расстояние, с которого Кехо не мог их слышать.

– В чём дело, Дрю? – первым нарушил молчание Кайл, – Не думаю, что с твоей стороны было разумным ко мне подойти! Мне ведь всё известно о твоих художествах на болотах. И ты отрёкся от Владыки Смерти! Такое не прощается…

– Владыка первый от меня отрёкся, Кайл! – заметил Дрю. – Тебе ли об этом не знать? Помнишь нашу встречу в потайной башне в кленовом лесу?

Кайл помнил. И ему было горько от этой памяти.

– Да, тебя как раз расстреляли из арбалетов на въезде в Цанц. Я обещал свою помощь, но, к своему стыду, ничего не смог сделать. Обстоятельства были сильнее. Но чего ты хочешь сейчас?

– Ваш отряд захватил моих людей и удерживает их под замком в замке Мнил, – прямо сказал Дрю. – Я прошу их отпустить.

– Это невозможно! – быстро ответил Кайл.

– Почему?

Кайл из Хэрда не посчитал нужным скрывать:

– Это уже не моё дело. Представители Шестой расы извещены об инциденте и сейчас находятся на подходе. Не в моей власти отпускать пленников, которыми заинтересовались мертвецы Шестой расы.

– Ясно, – сказал Дрю, – не в твоей власти.

Синее лицо Кайла из Хэрда напряглось.

– Ты хочешь меня разозлить, Дрю из Дрона! – жёстко процедил он. – Ты намекаешь, что я вообще ни на что не способен. Но это не так. Я способен отпустить тебя – тебя одного. Я чувствую вину перед тобой, и поэтому я это сделаю, хотя мне грозят неприятности. Но освободить твоих людей – даже не проси. Их ничто не спасёт от гнева Шестой расы. Ведь этот бешеный великан уничтожил двоих наших!

Нелегко было Гны и Флютрю выбираться по каменной осыпи со дна пещерного города Цанц. Некроманты выбивались из сил и корили себя за самоуверенность. Ну не глупо ли было доходить до самого низа, когда ещё на поверхности их любезно уведомили об этом завале? Что они искали в искорёженных цанцких пещерах? И на что надеялись?

Грозившая их присыпать лавина камней всё неслась и неслась. И остановиться ей было тем труднее, что основу её пути составляла лестница, к тому же с отбитыми ступенями (на горных склонах была бы надежда хоть на какие-то естественные преграды). В какой-то момент Флютрю подумал о том, чтобы спрятаться в одной из боковых ниш, но Гны, читавший в его разуме, как в книге, предупредил:

– Оттуда нет никакого другого хода наверх. Стоит завалить этот проход со стороны центральной лестницы, как уже не вернёшься.

Единственное спасение было в движении вверх по лестнице. Гны и Флютрю его совершали, стараясь не отставать друг от друга и не оставлять напарника позади – ибо под их подошвами движение лавины основательно ускорялось.

Стоит ли говорить, что не только в нижних этажах Цанца, но даже и у начала разбитой парадной лестницы некромантам не встретилось ни одного прохожего. Теперь они были вдвоём против огромной каменной лавины. И на лавину даже ловкач Гны не был способен воздействовать убедительным словом. Вот вам яркий пример ограниченности возможностей некроманта: иной раз его могут спасти только ноги!

– Всё страшное однажды заканчивается, порой навсегда, но чаще – до следующего случая, – произрёк Флютрю, когда они миновали опасный участок лестницы и, обессиленные бегом по совершающим встречное движение каменным глыбам, уселись на её обезображенные ступени.

Шум лавины там, внизу, постепенно смолк. Камни остановились – до следующего случая. Ясное дело, ведь нынешнюю лавину вызвали сами не в меру любопытные некроманты. Очень им надо было убедиться, что карлики хорошо завалили проход!

– Уходя, карлики громили подземные поместья, – изложил Гны свою версию сложившегося здесь положения, – а всякий из их владельцев, кто надеялся отсидеться внутри, либо сохранить свои богатства, непременно запечатал ворота магической печатью.

– Кажется, так и было, – согласился Флютрю.

– Но владельцы не подумали, что кто-то решится отламывать от их пещерных поместий целые фасады. Чтобы догадаться это сделать, надо быть поистине ограниченными упрямыми карликами, и присутствовать здесь в огромных количествах. И ещё надо не уважать красоту…

– Я пару раз бывал в пещерной части Цанца, и помню здешние изящные фасады, – вставил Флютрю, оглядываясь на зияющие в стенах бесформенные чёрные дыры.

– Последний раз вы видели эти фасады у себя под ногами, и хорошо, что не на голове! – ухмыльнулся Гны.

– Точно, – вздохнул Флютрю.

– А самые богатые поместья Цанца выходили сюда, на парадную лестницу. Именно по ней и спускали карлики все каменные обломки. Ох и весело им, наверное, было, когда эти камни катились вниз! Вот и думается мне, когда гляжу на сотворённое отшибинскими вандалами: неужели же имеет право далее существовать этот подлый жадный народец?

Что тут скажешь? Похоже, Гны прав: где-где, а в Цанце Великий народ показал себя во всей своей неприглядной красе. Вся здешняя красота растоптана, все изящные фасады лежат ныне грудой камней внизу. Зачем? Лишь затем, чтобы город Цанц, который мёртвые хозяева из Шестой расы забирали обратно у карликов, не достался более никому.

– Ладно, пойдём! – бросил Гны, поднимаясь на ноги, – Боюсь, что если посижу на этих ступенях далее, то вновь проникнусь тёплыми чувствами к Шестой расе – которая рано или поздно отомстит карликам за бесчинства в основанном ею городе.

– Думаете, отомстит? – переспросил Флютрю, шагая ему вслед.

– Не сомневаюсь, – обернулся некромейстер. – Но сначала эта предусмотрительная раса позволит карликам исполнить её планы. Ведь должны же они для неё завоевать Карамц, Уземф и Эузу!

Пещерную часть Цанца некроманты покидали быстрым шагом. Охрана их встретила, как дорогих гостей из высшего начальства – отсалютовала алебардами с таким рвением, что любо-дорого было посмотреть. Выйдя на дневной свет, сильно зажмурились: пещерный-то город ныне освещался из рук вон плохо – одними только потолочными магическими светильниками в золотых плафонах, до которых низкорослые представители Великого народа имели немного шансов добраться.

Чтобы провести их к выходу из города, к остановимшимся было Гны и Флютрю подбежал прирученный ими сотник Элб из Кляма. Хотя некромейстер думал уйти из Цанца через тот же пролом в стене, через который они сюда проникли, инициатива сотника вывести их через центральные Мертвецкие ворота пришлась ему по душе. В самом деле, чем больше стражников увидят их в компании сотника, тем меньше подозрений они с Флютрю вызовут в дальнейшем – если когда-нибудь ещё вздумается им вернуться в сей обезображенный город.

Выйдя из Мертвецких ворот, Гны и Флютрю с демонстративной теплотой простились с Элбом из Кляма и напоказ – специально для наблюдающих за ними привратников и стражи на городских стенах – двинулись от Цанца по дороге, ведущей к Большой тропе мёртвых. Но долго они так не прошли. Гны тихо выругался и резко потянул Флютрю прочь с дороги. Пригибаясь, они нырнули в невысокие кусты, от которых перебежками добрались до леска.

– В чём было дело? – спросил младший некромант, когда они отбежали довольно далеко.

– Стражники Шестой расы, – ответил Гны.

– Ну и что? – не понял Флютрю. – Вы же с ними так мило умеете потолковать…

Гны улыбнулся его наивности:

– Нет, Флютрю, вы путаете рядовых человеческих мертвецов, служащих стражниками в карательных отрядах Шестой расы, и стражников, принадлежащих к самой Шестой расе. На первых мои фокусы действуют, ведь они такие же мертвецы, как и мы с вами. Но мне вряд ли когда удастся так просто заговорить нечеловеческое существо.

Вот оно что! Значит, и сама Шестая раса, не дожидаясь, когда Цанцкое воеводство, лишь недавно оказавшееся за Порогом Смерти, станет комфортным для её существования, озаботилась стянуть сюда свои силы. Что-то назревает, что-то замышляется… Точно ли надо мятежным некромантам искать в пещерных городах туннель, дабы убраться за Порог? Может быть, углубляясь в подземные ходы, они уйдут от решения многих загадок, расположенных где-то тут, на поверхности?

– С Шестой расой как раз всё понятно, – заметил Гны. – Её стражники осуществляют инспекцию новых территорий, в которых на местах сидят уже мертвецы из Седьмой расы. – Для подземных мертвецов – минимум неудобств. Они двигаются от Большой тропы мёртвых, что тоже было прогнозируемо. Думаю, что вся эта тропа ныне так и кишит самой разнообразной Шестой тварью.

Кружным путём Гны и Флютрю добрались к тому холму неподалёку от стен Цанца, где они оставили своих спутников – пошедших за ними мертвецов из банды Дрю. Холм был пуст. Это стало ясно уже издали.

– Рэн из Мэрта! – позвал Гны, припомнив имя человека, которого оставил здесь за главного.

Ноль ответа.

Приглядевшись, некроманты обнаружили следы борьбы. Не очень много: по всему видать, не каждый из оставленного здесь отряда оказал сопротивление в момент пленения.

– Их поволокли к Цанцу! – воскликнул Флютрю, наткнувшись на отчётливый след.

– Что ж, этого и следовало ожидать, – вздохнул Гны. – Было у меня предчувствие, что из этого гиблого города мы так просто не уйдём!