Некромантка дракону не по зубам

Глава 1. Прыжок во взрослую жизнь

Затаив дыхание, Эмма потянула на себя дверную ручку. Не заперто! Несмотря на волнение, девушка улыбнулась, прежде чем открыть дверь. Она отлично понимала, что здесь и сейчас переступает невидимую черту. Примерной студентке столичной магической академии придется попрощаться с безупречной репутацией, даже если удастся осуществить план сумасбродной подруги. Ректор и преподаватели всё равно догадаются, кто стоит за вероломной кражей.

"Хоть бы мне хватило времени улизнуть", — подумала Эмма, вообразив скандал, который неминуемо разразится.

Посчитав, что промедление лишь уменьшает шансы на успех, девушка шагнула в приемную. Рабочее место секретаря ректора пустовало. Это не стало для Эммы сюрпризом. Полчаса назад она договорилась с однокурсником Оливером Бланком, чтобы тот выманил отсюда по уши влюбленную в него Кристиану Руше. Секретарша ректора закатила бы истерику, узнав, что ее свидание с красавчиком организовано двумя студентками.

Штор в приемной не было. Лучи полуденного солнца беспрепятственно захватили массивный шкаф для документации и сейф, в котором хранились дубликаты ключей от учебных аудиторий. Скоро они доберутся и до главного предмета обстановки этого унылого помещения — письменного стола. Взгляд Эммы опасливо метнулся к двери, ведущей в кабинет ректора. Лишь убедившись, что она плотно закрыта, девушка позволила себе осмотреть стол госпожи Руше. Письменные принадлежности, несколько вскрытых конвертов и зеркальце, оставленное спешившей на свидание молоденькой секретаршей, не привлекли ее внимания. Неудивительно, ведь на столе высилась стопка дипломов. От Оливера Эмме было доподлинно известно, что ректор еще вчера поставил автограф с изящными завитушками на каждом из них. И магические печати подлинности в них уже стояли. И регистрационные номера внесены в королевскую книгу учета...

"Строго говоря, это даже не кража", — успокаивала себя Эмма, подходя к столу.

Руки всё равно тряслись от волнения, когда она начала искать диплом лучшей подруги. Действовать приходилось осторожно, дабы не пошатнуть аккуратную стопку. Диплом на имя Эммы Норвуд, закончившей обучение по специальности некромантия, не вызвал трепета. Девушка быстро отложила его к уже просмотренным.

"Лина не была бы собой, если бы ее диплом не оказался последним", — подумала Эмма, наконец добравшись до искомого.

Спрятав диплом подруги в потайной карман мантии, она справедливо посчитала свою миссию выполненной. Когда до заветной двери оставалось всего пять шагов, Эмма встала как вкопанная и посмотрела себе под ноги. Старый паркет должен скрипеть. Однако он не издал ни единого звука за всё время пребывания некромантки в приемной.

Пара выверенных движений рукой, и чужое заклятие тишины проявилось едва заметной голубой дымкой. Эмма настороженно обернулась к столу, но быстро осознала, что автором заклятия вряд ли является отсутствующая на рабочем месте секретарша. Взгляд ее уперся в закрытую дверь ректорского кабинета. Готовясь забрать из приемной диплом подруги, Эмма не смогла выяснить местоположение главы академии. Вполне возможно, Вайлар Дорканд сейчас находится у себя в кабинете. В любой момент он может распахнуть дверь, и тогда...

Несколько невинных оправданий своему пребыванию в приемной Эмма придумала, но всё же надеялась, что воспользоваться ими не придется. Оставаясь здесь, она сильно рисковала. Рациональная часть ее натуры кричала, что пора уносить ноги, но чутье нашептывало совсем иное. С каждой секундой этот шепот становился всё громче и увереннее. Эмма закусила губу и шагнула к ректорской двери. Зачем ей подслушивать? В общежитии ее ждет Лина. Оливеру скоро надоест курсировать в компании Кристианы по академическому саду. И всё-таки, коснувшись стены, отделанной деревянными панелями, Эмма сделала едва заметный пас рукой, ослабляя заклятие тишины.

— Нет, я отказываюсь вас понимать, господин Норвуд, — прозвучал раздраженный голос ректора, а Эмма вздрогнула. Что в кабинете Вайлара Дорканда делает ее отец? Он вместе с мамой должен был приехать завтра на выпускной бал.

— А я отказываюсь понимать правила магической системы образования, — парировал Алистер Норвуд. — Почему, скажите мне на милость, о направленности дара мы узнаем только в момент зачисления в академию? И после этого нет возможности выбрать факультет! Моя дочь должна была стать артефактором.

— Ваша дочь — сильная некромантка. Уверен, еще до поступления в академию вы наблюдали проявления ее дара.

Эмма зажмурилась и сжала кулаки. Конечно, проявления были. Но родители предпочитали делать вид, что она не видит призраков, а, подобно другим детям, придумывает себе воображаемых друзей. Когда спаниель, похороненный на заднем дворе семейного особняка, прибежал к ней в комнату и залился приглушенным лаем, мать упала в обморок, а потом упорно убеждала окружающих, что Эмма не имеет к этому досадному происшествию никакого отношения. Девушка надеялась, что за пять лет отношение семьи к ее дару изменится. Ведь она регулярно приезжала на каникулы, а родители вполне благожелательно расспрашивали ее о друзьях и учебе.

— Я бы смирился, если бы Эмму определили на целительский факультет. Или на бытовую магию. Только не эта мерзкая некромантия! Мы с женой позволили дочери учиться лишь для того, чтобы избежать скандала. По законам нашего королевства она обязана была пройти обучение, и она это сделала, — тем временем продолжал горячиться в кабинете ректора Алистер Норвуд.

— Ваша дочь добилась больших успехов в учебе. Она блестяще сдала итоговые экзамены и защитила диплом, — попытался урезонить его Вайлар Дорканд.

На секунду Эмме подумалось, что похвала ректора сможет растопить сердце отца. Однако тот произнес:

— Я не изменю своего решения. Диплом ей не понадобится. Впрочем, как и этот проклятый дар.

— Но вы не можете... — повысил голос ректор, и Эмме передалось его волнение. Подумать только, всегда холодный и отстраненный Вайлар Дорканд вступился за нее, осмелился спорить с отцом.

— Могу. До совершеннолетия Эммы все решения за нее принимать мне. Я требую, чтобы вы немедленно подписали прошение о запечатывании дара. Вы не переубедите меня. Этот разговор — пустая трата времени.

Словно получив хлесткую пощечину, Эмма отпрянула от стены. Отец хочет, чтобы ее лишили дара! Для него предпочтительнее, чтобы она навсегда утратила магию, нежели осталась некроманткой.

Размышлять, как родителю так долго удавалось скрывать свое презрение, времени не было. Эмма в мгновение ока вновь оказалась возле секретарского стола и принялась разыскивать свой диплом. На этот раз уже не заботясь об аккуратности.

Она не позволит отцу разрушить свою жизнь. Не позволит решать за себя. Она пять лет корпела над учебниками, проводила бессонные ночи на кладбище, упокаивая нежить, ловила призраков в заброшенных домах предместий. Всё это было точно не для того, чтобы папочка сказал свое веское "фи" о ее даре.

Схватив собственный диплом, Эмма уже не прислушивалась к разговору в кабинете ректора. Проносясь по коридорам академии, девушка с горечью подумала о том, что теперь поводов сбежать отсюда, не дожидаясь выпускного бала, у нее не меньше, чем у лучшей подруги. Лине мачеха подыскала жениха, о чем неосмотрительно обмолвилась в одном из редких писем. Ведьма пришла в ужас от заверений в том, что ее будущий супруг — "достойный во всех отношениях мужчина средних лет". Эмме едва удалось убедить подругу отложить побег из академии до окончания обучения. Тогда же она пообещала выкрасть диплом Лины.

Рассудительная некромантка и взбалмошная ведьма познакомились в очереди на распределение по факультетам. Их дружба выдержала испытание беспорядком, который регулярно устраивала в комнате Лина, и умертвием летучей мыши, которого в качестве питомца завела Эмма. Умертвие, кстати, пришлось упокоить в конце третьего курса по требованию декана, из-за чего девушки полночи проплакали, уверяя друг друга, что Жутика им никто никогда не заменит.

— Помоги собрать вещи! — выпалила Эмма, ворвавшись в их с подругой комнату.

Два чемодана Лины демонстрировали пустое нутро, в то время как одежда, книги и косметика были разбросаны по полу. Сама ведьма прыгала на кровати, пытаясь ухватить собственную метлу за черенок. Оценив обстановку, Эмма поняла, что на помощь подруги рассчитывать не стоит.

— Она не хочет в футляр, — пожаловалась на метлу Лина.

— Ей туда и не надо. Как ты смотришь на то, чтобы покинуть академию с ветерком? — решительно подступив к шкафу, Эмма начала вытряхивать с полок свои вещи.

— А? — непонимающе уставилась на некромантку Лина. Она даже прыгать перестала. Метла совершила крутой вираж под потолком, отчего темные косы ведьмы на мгновение взметнулись вверх.

— Мой отец сейчас у ректора. Он требует запечатать мой дар, — сообщила Эмма, комом запихав сменную мантию в саквояж. Вслед за мантией полетели книги. Артефакты принципиальная некромантка решила оставить. Их дарили родители. Они, оказывается, так и не смогли смириться с тем, что копаться в шестеренках и винтиках Эмме не суждено.

— Но он не имеет права! — ожидаемо возмутилась Лина.

— Почему же... — усмехнулась Эмма. — Он считает, что еще целых полгода может распоряжаться моей жизнью, как ему вздумается.

— Но ты же ему не позволишь, верно? — Лина спрыгнула с кровати и, следуя примеру подруги, принялась наполнять чемоданы вещами.

— Не позволю, если ты отдашь мне свой билет, — хмыкнула Эмма.

— Я уже смирилась с тем, что он мне не понадобится, — вздохнула Лина, а глянув на метлу, сказала: — Спускайся, и так много времени из-за тебя потеряли.

Метла свою вину признавать не спешила. Однако ради разнообразия решила проявить покладистость и спикировала на недавно покинутую Линой кровать.

Со сборами подруги покончили быстро. Момент расставания, как они не пытались его отсрочить, всё равно наступил.

— Обещай писать мне каждую неделю, — потребовала Лина.

— Уже дважды пообещала, — закатила глаза Эмма и принялась торопить подругу: — Мне, в отличие от тебя, придется топать до портальной станции пешком. Так что давай-ка вылетай, если не передумала.

Лина собралась возмутиться, однако ее транспортное средство полностью разделяло мнение некромантки и легонько стукнуло ведьму по бедру. Эмма обняла подругу, помогла прикрепить чемоданы к метле и позволила себе слезы, только когда Лина вылетела в распахнутое окно.

Впрочем, как позволила, так и утерла.

Времени на сантименты не осталось. Убедившись, что на заднем дворе общежития по-прежнему безлюдно, некромантка сбросила в кусты саквояж. Закрепив веревку, которую они с подругой накануне соорудили из простыней, она перемахнула через подоконник и начала спуск. Лина благоразумно отказалась от идеи покинуть их комнату, расположенную на втором этаже студенческого общежития, прошествовав мимо поста бдительной комендантши. Никакая предвыпускная суета не помогла бы ей остаться незамеченной госпожой Коррас. Остановит, задержит, известит сначала ректора, а потом и мачеху. Эмма тоже не рискнула показаться на глаза комендантше. И не пропадать же веревке...

Не прошло и минуты, как некромантка изменила свое мнение. Веревке стоило пропасть. Лучше сразу за Грань! Потому что ткань начала трещать, когда Эмма преодолела лишь половину пути. Некромантка посмотрела вниз, осознала неизбежность падения в куст жасмина и прыгнула.

Глава 2. Судьбоносная встреча

Эмма сделала последний глоток остывшего кофе, откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Прошел ровно год с тех пор, как она покинула академию. Девушка обосновалась в провинциальном Биркенде. Она открыла кабинет некромантских услуг на первом этаже старого здания ратуши. Ее соседями оказались контора нотариуса и бюро ритуальных услуг, что вполне обеспечивало респектабельность. Увы, этим плюсы помещения и ограничивались.

Бургомистр обосновался в новом просторном здании с белоснежной побелкой и мраморными полами. А Эмме, нотариусу и гробовщикам приходилось мириться с протекающей крышей и сквозняками.

"Зато в центре города", — напомнила себе Эмма, услышав мышиную возню позади кресла.

Расположением кабинета и яркой вывеской над дверью некромантка очень гордилась. Увы, клиенты к Эмме в очередь не выстраивались. Главным образом из-за того, что в Биркенде по прошествии года она продолжала считаться столичной штучкой и дилетанткой. Девушке было доподлинно известно, что слухи об отсутствии у нее необходимых умений старательно распускает коллега-некромант, живущий на окраине города. Когда Эмме случалось возвращаться с местного погоста, она вынуждена была проходить мимо его покосившегося дома. Некромант каждый раз выходил на крыльцо и одаривал ее едким замечанием.

"Вы сегодня так бледны, госпожа Норвуд, призраки примут вас за свою".

"С вашего прошлого визита на кладбище все покойнички присмирели. Можете так часто сюда не ходить, госпожа Норвуд".

"Поднимите умертвие, госпожа Норвуд, а то совсем зачахли без работы".

Эмма поморщилась, вспомнив, что как раз сегодня противный коллега вновь указал ей на отсутствие заказов. Их не то чтобы не было совсем, но... Полагаясь на многолетний опыт Гарольда Хишема, горожане охотнее шли к нему, чем к вчерашней выпускнице столичной академии. В связи с этим каждый месяц перед Эммой остро вставал вопрос оплаты аренды и остальных платежей, без которых немыслима взрослая самостоятельная жизнь.

Располагавшей весьма скромной суммой, девушке на первых порах в Биркенде пришлось нелегко. Впрочем, оглядываясь назад, она ни о чем не жалела. Как и собиралась, дождалась собственного двадцатилетия, прежде чем написать родителям. В ответ получила одно-единственное письмо, в котором в весьма сдержанных выражениях ей предлагали вернуться домой. Предложение Эмма предпочла проигнорировать, а налаживание взаимоотношений с родителями отложила на неопределенный срок.

Из-за постоянной сосредоточенности на заработке друзьями Эмма в Биркенде до сих пор не обзавелась. Зато с Линой у нее завязалась оживленная переписка. Ведьма обосновалась в одном из крупных городов на севере королевства. Она вела довольно веселую жизнь — посещала шабаши, обзавелась парочкой поклонников и вполне преуспевающей лавкой. Профессиональный успех подруги не вызывал у Эммы зависти. Однако червячок сомнения в собственных силах время от времени все же подтачивал ее уверенность в себе. В такие моменты она старалась припомнить все свои успехи. На этой неделе ей довелось избавить одно почтенное семейство от полтергейста. А в прошлый вторник ее наняли, чтобы обновить охранные заклятия вокруг склепа темного магистра, покоившегося на местном кладбище. Говорят, Гарольд Хишем был лично с ним знаком. Эмма довольно улыбнулась, во всех красках представив досаду конкурента, когда он узнал, что заказ уплыл к молоденькой дилетантке.

— Кхе-кхе, — внезапно, но вполне отчетливо раздалось в кабинете. Некромантка от неожиданности подпрыгнула в кресле.

— Полагаю, ты не слишком занята, чтобы принять меня, дорогуша? — произнесла дама, стоявшая в центре кабинета Эммы.

Некромантка могла бы обругать себя за то, что не услышала шагов, но относительно этой посетительницы требовалось проявить предупредительность совсем иного толка. Нащупав в кармане платья бумажный сверток с кладбищенской землей, Эмма запустила им в призрака. Затем она проворно вскочила с места и сотворила защитное заклятие, сияющим куполом отделившее ее от полупрозрачной дамы.

— У тебя ужасные манеры, дорогуша! Кидаться в клиентов землей средь бела дня! — возмутился призрак. — Где тут жалобная книга? Я хочу оставить отзыв.

Оказавшись под впечатлением от столь эмоциональной отповеди, Эмма снизила силу защитного заклятия. Когда сияние ослабло, она осторожно обошла стол, чтобы как следует рассмотреть необычную посетительницу. Низенькая, весьма корпулентная пожилая особа с прической по моде вдовствующей королевы делала вид, что стряхивает со своего клетчатого платья комья земли. Хотя было совершенно очевидно, что содержимое самораскрывающегося магического свертка ей не повредило. Некроманткана секунду зажмурилась, но когда открыла глаза, ничего не изменилось. Женщина по-прежнему была полупрозрачной и по-прежнему выражала недовольство оказанным ей приемом.

— Видите ли, госпожа... Вы не сможете написать отзыв. Вы в некоторой степени утратили материальность, — обратилась к незнакомке Эмма.

Случаи, когда призраки не сознавали своей природы, встречались довольно редко. Все призраки, с которыми до сегодняшнего дня приходилось иметь дело Эмме, вообще не обладали разумностью и не вели бесед. Они нападали и пугали, подпитывая столь нехитрым образом свою бестелесную оболочку. Так что эта дамочка — крайне редкий с точки зрения классификации призраков экземпляр.

— Я напрочь утратила материальность, дорогуша. И я вполне сознаю это, потому что не страдаю слабоумием, — заявил "экземпляр". — Кстати, ты ошибаешься, если думаешь, будто об оказанном мне здесь холодном приеме я не смогу написать. Чернила имеют свойства проливаться на пол с каллиграфической точностью. Палая листва на мостовой может сложиться в не самые приятные слова. А пыль... Как же увлекательно рисовать на ней, дорогуша! Могу изобразить твое перепуганное лицо вот на этом окне. Хочешь?

Призрак подлетел к стрельчатому окну, выходящему на центральную площадь Биркенда. Заметив, что стекло действительно покрывает толстый слой пыли, Эмма пожалела об отсутствии артефактов. Уж антипыльник-то она могла себе купить.

— Думаю, мы не с того начали. Ваше появление стало для меня неожиданностью. Так что я прошу прощения за свою реакцию. Профдеформация, знаете ли... Обычно приходится работать с менее разговорчивыми призраками, — натянуто улыбнулась некромантка.

— Я и при жизни была великодушна к бестолковым личностям вроде тебя, так что на первый раз прощаю.

Эмма едва не поперхнулась от негодования. Эта дамочка просто невыносима! И что значит "на первый раз"? Неужели она воображает, будто некромантка станет вести с ней задушевные беседы?! Развеять ее, и дело с концом!

Призрачная незнакомка тем временем подлетела к ближайшему стулу для посетителей и опустилась на него с грацией, доступной не всем живым. Под хмурым взглядом Эммы она принялась расправлять складки на своем клетчатом платье.

— Что ж... Полагаю, мне стоит представиться, — произнесла Эмма, неосознанно потеребив кулон, который носила на шее. Они с Линой два года назад обменялись одинаковыми украшениями в знак дружбы. С тех пор Эмма с этой янтарной подвеской не расставалась. Со временем у некромантки появилась привычка теребить ее при волнении.

— Это лишнее, дорогуша, — снисходительно улыбнулась призрачная дама. — Я видела вывеску над входной дверью и знаю, как тебя зовут.

Эмма удивленно приподняла брови, а после минутного молчания разразилась звонким смехом. Она представила, как призрак парит над крыльцом, рассматривая вывеску с перечнем некромантских услуг. Нет, ситуация с этой посетительницей определенно достигла черты абсурда.

— Что смешного? — нахмурилась призрачная дама.

— Ох, простите. Я просто так живо представила вас изучающей перечень моих услуг, — отсмеявшись, призналась Эмма.

— Живо представила призрака? Как смешно! Прямо до колик! К твоему сведению, я могу становиться невидимой! — гневно воскликнула дама.

— У меня и в мыслях не было насмехаться над вами, просто ситуация... Моими клиентами обычно становятся живые люди.

— Да? Я что-то не заметила наплыва посетителей, — не упустила случая уколоть некромантку призрачная дама. Удостоверившись, что веселость полностью исчезла с лица девушки, она вновь заговорила: — Но это к лучшему, дорогуша. Потому что я собираюсь тебя нанять.

— С радостью помогу вам упокоиться, — совершенно искренне заверила Эмма.

— Я не тороплюсь за Грань, дорогуша, — разочаровал некромантку призрак. — Меня зовут Айрис Санфоро, и я поручаю тебе найти своего убийцу.

Как реагировать на столь неожиданное заявление? Эмма решила промолчать. Нелепость услышанного казалась ей очевидной.

— Разве ты не хочешь поблагодарить меня за оказанное доверие, дорогуша?

— Контора частного детектива в двух кварталах отсюда. Вы ошиблись адресом, — ледяным тоном произнесла Эмма.

— Я у него была. На редкость пугливый тип. Забился под стол, как только меня увидел, — пожаловалась госпожа Санфоро. — Не удивлюсь, если завтра прибежит к тебе с просьбой провести в его конторе изгнание призраков.

— Я сделаю ему скидку. После того как вас упокою.

— Это вряд ли, дорогуша.

— Не верите в мое великодушие?

— Ты не сможешь меня упокоить, — со снисходительной улыбкой пояснила призрачная дама. — Твой коллега за мной полночи гонялся, и, как видишь, я по-прежнему цела и невредима.

— Вы были у Гарольда Хишема? — Эмма в очередной раз не смогла сдержать удивления.

— Только время зря потеряла. Мерзкий старикашка сыпал проклятиями и оказался совершенно не способен поддержать вежливую беседу. А уж эти его усы! Я имела неосторожность указать ему на сходство с тараканом, после чего он окончательно рассвирепел и попытался поймать меня каким-то светящимся сачком, — доверительно поделилась впечатлениями о некроманте призрачная дама.

— Хотите сказать, что на вас не подействовало заклятие Фантомо Локус? — недоверчиво прищурившись, спросила Эмма. Это было одно из сильнейших некромантских заклятий, и Гарольд Хишем за долгую практику, несомненно, успел им овладеть в совершенстве.

— Ты про сачок, дорогуша? — невинно похлопав ресницами, переспросила госпожа Санфоро. — Ну конечно, оно не подействовало. Я же перед тобой. Рассказать, почему?

Эмма кивнула.

— Я же не бабочка, чтобы попадаться в дурацкий сачок, — хихикнула Айрис Санфоро, но сразу посерьезнев, добавила: — Не трать время на попытки меня развеять или прогнать, дорогуша. Я ведь не вербую тебя в приспешники, собираясь захватить мир, а всего лишь хочу добиться последней справедливости.

— Но почему я? С какой стати вы решили, что я смогу? Обратитесь в сыск. Попросите кого-нибудь из родственников.

— Любой человек способен сделать больше, чем воображает, если его правильно мотивировать. В сыск я обратиться не могу по вполне очевидной причине — там на меня отреагируют также, как тот недотепа-детектив, а потом вызовут кого-нибудь из твоих коллег. Что касается родственников... Видишь ли, дорогуша, именно их я и подозреваю в убийстве.

— Очень жаль, госпожа Санфоро. Однако в поиске убийц я вам ничем помочь не могу. Предлагаю компромисс: вы покинете мой кабинет и продолжите поиски человека, подходящего для исполнения вашей деликатной просьбы. Уверена, вам удастся такого найти. От всей души желаю удачи.

— Нет, дорогуша. Твоя кандидатура меня вполне устраивает.

— Вы, кажется, не понимаете...

— Это ты не понимаешь, глупая девчонка! — разозлившись, Айрис Санфоро вскочила с места и скрестила призрачные руки на призрачной груди. — Ты найдешь убийцу, сдашь его в сыск, а после этого я позволю себя упокоить.

О последнем пункте своего плана она сообщила как о великой милости. Эмма поняла, что вести дальнейшие переговоры бесполезно. Да, эта дамочка уникальна. Но как оказалось, некромантке больше по душе заурядные, ничем не примечательные призраки. Эмма мысленно прикинула, какую комбинацию заклятий применить к Айрис Санфоро. Неудача Гарольда Хишема лишь подстегивала к действию. Очень недальновидно было со стороны призрачной дамы описать заклятие, которое использовал коллега.

После недолгого молчания Эмма решилась на хитрость. Она медленно кивнула и повернулась к столу, словно собиралась по всем правилам заключить договор с клиенткой. Но потом резко крутанулась на месте, сбрасывая с ладоней острые искры поражающего заклятия. Девушка была почти уверена, что этого окажется достаточно. Однако без промедления сотворила и второе заклятие, прицельной молнией устремившееся в Айрис Санфоро.

Призрачная дама тоже, как оказалось, не бездействовала. От игл она убереглась, воспарив к потолку, а молнию... Эмма на мгновение замерла в недоумении, когда Айрис поменяла направление движения заклятия, дернув призрачной ногой, словно отшвырнула детский мячик с тротуара. От ее действий бумаги со стола Эммы разлетелись по всему кабинету, а сам стол опрокинулся. Из шкафа одна за другой попадали книги, а со стены упал диплом, мирно провисевший там целый год. Стулья для посетителей госпожа Санфоро расшвыряла с особой изобретательностью — парочка врезалась в дверь с такой силой, что лишилась ножек, еще один сиденьем повис на подоконнике. Люстра начала угрожающе раскачиваться. По деревянным панелям поползли трещины.

Что за поразительная устойчивость! Если призрачную даму не проймут последовательно брошенные в нее заклятия замедления и истощения, придется применить заклятие Элер Деприва. Оно настолько энергозатратно, что Эмме потом придется не меньше недели отлеживаться в постели. Но и это не самое худшее из его последствий — некромантка не могла поручиться за то, что сможет избежать разрушений. Городские власти хоть и покинули здание, вряд ли придут в восторг, обнаружив на его месте руины.