- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
– Арчи, вернись. Я все прощу! – кричала я вслед удаляющемуся зомби.
Он даже не обернулся. Наоборот, ускорил шаг, а через пару мгновений скрылся за дверью учебного корпуса.
– Не сиделось тебе в лаборатории, – проворчала я и, отпрянув от окна, заметалась по комнате в поисках флакона духов.
Это обычных зомби на всякую живность можно приманить, а Арчи – исключительно на изыски столичных парфюмеров. Обнаружив искомое, я выбежала из общежития как была в ночной сорочке. Ничего, до рассвета еще несколько часов. Сегодня последний день каникул. Верну зомби в лабораторию, никто и не заметит.
Как бы там ни было, но дверь учебного корпуса я постаралась открыть с минимальным скрипом. Пять сотен лет назад магистр Мариус Нолан оставил без наследства многочисленных родственников, завещав собственный замок превратить в магическую академию. Воля его была исполнена, но я не устаю радоваться тому, что общежития и административный корпус расположены в отдельных, вполне современных зданиях. Попав в этот мир, я быстро осознала, что старинные замки хороши исключительно на почтовых открытках. Походите на лекции в продуваемые сквозняками аудитории, подышите пылью с гобеленов, развешанных в коридорах и вы придете к такому же мнению.
– Арчи, у меня для тебя подарок, – произнесла я, зачем-то помахав зажатым в руке флаконом. В темном холле зомби не наблюдалось, так что демонстрировать приманку не имело смысла. Впрочем, со второго этажа послышалось приглушенное бормотание. «В библиотеке окопался!» – сделала вывод я и поспешила к лестнице.
До нижней ступеньки оставалось совсем чуть-чуть, когда прямо передо мной вспыхнул портальный круг. Секундой позже из него вышел высокий брюнет.
Порталы у нас положено открывать за воротами, возле будки привратника. Но проинформировать об этом незнакомца я не успела.
– Привет, цыпленок, – лучезарно улыбнулся он.
Этот сомнительный комплимент адресован моему росту или цвету волос? На мгновение я замерла с открытым ртом.
– Давно в академии ввели такую форму? – воспользовавшись моим замешательством, поинтересовался мужчина.
– Как вы смеете?! – наконец возмутилась я. Подавить порыв прикрыться было нелегко. Но из вещей у меня только флакончик духов, так что придать себе более целомудренный вид все равно не смогу. Тем более сорочка у меня хоть и короткая, но красивая – золотистый эльфийский шелк с кокетливым бантиком под грудью.
– Не смущайся, цыпленок. Тебе идет, – приободрили меня.
Пусть относительно моего внешнего вида мнения у нас с незнакомцем совпадали, я многозначительно нахмурилась. – Кто вы и зачем переместились в академию? – спросила, напустив в голос побольше холода. На студентов такой тон всегда производил впечатление, но стоявший напротив мужчина не проникся. Только чемодан на пол опустил.
Так… а зачем ему чемодан?
Незнакомец подвергся быстрому, но тщательному осмотру. Высокие сапоги идеально начищены. Рубашка безукоризненно белоснежна. Костюм, судя по всему, из ателье готового платья, но сшит из добротной ткани.
Высокого роста и широкого разворота плеч было уже достаточно, чтобы произвести неизгладимое впечатление. Однако к внушительной фигуре прилагалось лицо, в котором брутальность неожиданным образом сочеталась с правильностью черт. У нахала имелся волевой подбородок и глаза редкого оливкового оттенка. Нос на удивление прямой, без следов переломов. Возле правого виска тонкий шрам, скрывающийся в густых темных волосах. Сейчас четко очерченный рот кривился в усмешке, но незнакомец не производил впечатление весельчака. Я не ощущала от него опасности. Сложно объяснить, но он излучал необузданную энергию, хоть и не демонстрировал пока ничего кроме спокойствия, помноженного на самоуверенность.
На вид он едва ли был старше меня. Впрочем, даже если ему минуло тридцать, для студента все равно староват. Мои попытки определить возраст незнакомца были бесцеремонно прерваны им самим.
– Похоже, я немного ошибся в настройках портала, – произнес он, осмотрев пустой холл академии, а затем предложил: – Цыпленок, давай сделаем вид, что не встречались.
– У вас минута на то, чтобы исправить ошибку и убраться из академии, – кровожадно улыбнулась я и тихо прошептала: – Илигиор.
На ладони тут же появился серебристый пульсар. Неприятное заклятие, способное сотней маленьких иголочек вонзиться в кожу. Незнакомец удивленно приподнял брови.
– Злючка, – фыркнул он, пребывая в уверенности, что я не использую пульсар по назначению.
Зря. Устав я изучила досконально. При обнаружении постороннего на территории академии, преподаватель имеет право обездвижить его до выяснения обстоятельств. С меткостью у меня никогда проблем не было, поэтому пульсар полетел точно в цель. Однако цель продемонстрировала чудеса реакции и быстродействия, нейтрализовав заклятие в паре сантиметров от собственной физиономии. Магия между нами осыпалась серебристыми искрами.
– Да что ты себе позволяешь?! – воскликнул мужчина, глядя, как я формирую на ладони пульсар вдвое крупнее первого. С кончиков его пальцев сорвалось что-то бледно-желтое. В первый момент приняла закручивающееся вокруг меня облако за пыль, но это был песок. Пульсар пришлось погасить.
Оказаться внутри песчаной бури никому не пожелаю. Песок колол кожу, забирался под тонкую ткань сорочки, творил что-то невообразимое с волосами. Одной рукой я прижала злополучный флакон к груди, а другой попыталась прикрыть лицо от вездесущих песчинок.
– На моих лекциях поблажек не жди, – не скрывая торжества в голосе, произнес незнакомец.
– Вас на свои занятия тоже не приглашаю, – возмутилась я, прежде чем произнести: – Аколонто персто.
На ладони появился комок малопривлекательной слизи. Как только к нему налипло побольше песка, я запустила его в наглеца, который, похоже, собирается занять одну из вакантных преподавательских должностей.
Второй ком слизи не заставил себя долго ждать. Правда, я с удивлением обнаружила, что натиск песчаной бури уже значительно уменьшился.
– Вы преподаватель?
За время нашей беседы этот тип успел несколько раз обозвать меня цыпленком и наслать противное песчаное заклятие. Но сомнение в его вопросе, задело отчего-то сильнее всего. Поэтому, не раздумывая, воспользовалась очередным комом слизи. Попала прямо в холеное высокомерное лицо.
– Подсказать какой предмет или сам догадаешься, коллега? – спросила я, не без удовольствия наблюдая, как с подбородка мужчины слизь шлепается на пол. Предыдущий бросок тоже оказался удачным – на костюме и рубашке красовались живописные пятна.
Тем временем на шум со второго этажа спустилось мое учебное пособие.
Арчи любил одеваться ярко. Сейчас на нем был алый сюртук и зеленые брюки. На белоснежную рубашку свесилась бахрома от пестрого платка, которым зомби обмотал шею. Довершали образ черные бархатные перчатки, в тон им подобранные лакированные ботинки и парик с аккуратно уложенными пепельными локонами. Высокий и худой Арчи тщательно запудрил нездоровый цвет лица, так что когда незнакомец от него отшатнулся, сделал он это не иначе как, осознав собственную заурядность.
Проигнорировав мужчину, зомби проследовал ко мне и уставился мутным взором на флакон.
– Последний в этом месяце, – предупредила я, вручая ему духи. – Идем в лабораторию, хватит на сегодня прогулок.
Мне бы оставить коллегу обтекать и удалиться под ручку с Арчи, но тут входная дверь издала неприятный и очень многообещающий скрип.
– Какого демона тут происходит? – рявкнул ректор, осмотрев нашу странную компанию.
ГЛАВА 2
В кабинет ректора я нарочно пришла за полчаса до начала совещания. Ночью Леотар Аркур повел себя подозрительно сдержанно – приказал мне сопроводить учебное пособие в лабораторию, а сам куда-то увел незнакомца. Никаких язвительных замечаний относительно моего внешнего вида. Никакого внушения за праздношатавшегося по академии зомби. Он даже не устроил разнос по поводу испачканного слизью незнакомца, хотя не мог не догадаться, чьих это рук дело. Поведение ректора внушало сильное беспокойство. Поэтому я решила продумать объяснения ночных событий заранее и предъявить их перед совещанием.
Свое нахождение в учебном корпусе планировала объяснить приступом лунатизма у Арчи. Мой подопечный не вполне соответствует образу типичного представителя нежити. Он озабочен своим внешним видом не меньше столичных модниц. Ну не нравится Арчи землистый цвет лица и от естественного аромата собственного тела он тоже не в восторге. За месяц зомби тратит по три баночки пудры и умудряется вылить на себя не меньше полудюжины флаконов духов. Все эти причуды не идут ни в какое сравнение с тем, что примерно раз в месяц Арчибальда охватывает желание прогуляться по академии. С помощью магии подавить его стремление к самовольным перемещениям несложно, но накануне в лаборатории дежурила моя аспирантка. Лорина, к сожалению, пока не наловчилась распознавать опасную дрожь в коленных чашечках зомби.
Я собиралась в самых сдержанных выражениях описать, как, промучавшись полночи от бессонницы, увидела в окно направлявшегося к академии Арчи. Да, было крайне опрометчиво пускаться в погоню за зомби в ночной сорочке. Но разве желание поскорее вернуть учебное пособие в лабораторию меня не извиняет?
О незнакомце планировала рассказать, как об исключительно подозрительной личности, которая проникла в академию посредством портала. Эта личность отказалась представиться, а затем применила ко мне какую-то стихийную магию. В ответ подверглась заклятию Аколонто персто, более известному в среде некромантов под названием «Могильная слизь».
Физических повреждений незнакомец не получил. Про урон, нанесенный его самомнению, ничего не знаю, но очень надеюсь, что таковой имел место быть. Хотя об этом ректору говорить необязательно. Как и о том, что я первой применила магию.
В дверь ректорского кабинета я постучала не без внутреннего трепета. Леотар Аркур после ночного инцидента вполне мог потребовать запереть Арчи в лаборатории. Получится ли убедить его в том, что зомби у меня хоть и со странностями, но вполне безобидный?
– Доброе утро, госпожа Блайтли, – лучезарно улыбнулся ректор, как только я шагнула в кабинет. Круглолицый, седовласый, с вечно слетающим с переносицы пенсне и в неизменно мятой мантии он производил впечатление простодушного старичка, которого лишь по странному недоразумению назначили на ответственную должность. Тем, кто купился на этот образ, рано или поздно приходилось признать его ошибочность. Леотар Аркур был проницательным и крайне деятельным руководителем.
– Доброе? – от неожиданности переспросила я.
– Конечно. Присаживайтесь, Миранда. Как вам изменения?
Ректор бросил взгляд на один из стульев для посетителей. Я поспешила приземлиться в указанном месте. Сам Аркур восседал в любимом кожаном кресле и до моего прихода, кажется, просматривал одну из бумаг, которые аккуратными стопочками были разложены перед ним на столе.
Не знаю, что вызвало у меня большее недоумение: добродушно настроенный начальник или обновленный интерьер его кабинета.
– Здесь стало очень просторно, – похвалила я.
Окажись Аркур в моем родном мире, непременно бы стал дизайнером интерьеров. Но порталы для людей с магическим потенциалом работают только в одну сторону. Поэтому мы оба в Рантероне, мире, где магические способности не стали чем-то обыденным лишь по причине своего разнообразия.
Шесть лет назад меня прямо из аудитории столичного университета перенесло к воротам академии древнего городка под названием Тористон, который находится на западе Агратского королевства. Здесь я получила образование и теперь преподаю некромантию. Между прочим, наша академия – старейшее учебное заведение Аграта. Об этом Леотар Аркур регулярно напоминает студентам и подчиненным. Ректор у нас хороший. Просто раз в несколько лет затевает ремонт и меняет свой кабинет до неузнаваемости.
На этот раз стены помещения перекрасили в светло-серый цвет. Безделушки исчезли вместе с полками, на которых стояли. С пола бесследно пропал ковер, обнажив мраморные плиты. Сколько не крутила головой, сейфа, в котором хранились важные документы, не смогла обнаружить. Впрочем, местонахождение металлической махины меня волновало гораздо меньше, чем отсутствие книжного шкафа.
– Господин ректор, а с вашей энциклопедией нечисти ничего не случилось? – встревоженно спросила я.
– Даже не надейтесь ею завладеть, Миранда, – разгадал мои намерения Аркур.
– Я просто подумала, что если энциклопедии не нашлось тут места…
– Моя библиотека в пространственном кармане.
Я понятливо кивнула и еще раз осмотрелась.
Только кресло, стол и клетка с обитающей в ней канарейкой уцелели после ремонта.
Из приемной тем временем послышался цокот каблуков. Я выпрямила спину ровно за секунду до того, как в кабинет вошла Джильда Хорс.
Точный возраст преподавательницы истории магии был известен только ей самой. Корпулентная дама бесконечно экспериментировала с косметическими эликсирами, а каштановые волосы собирала в высокий пучок, оставляя у висков по паре завитых локонов.
– Госпожа Блайтли, решили ради разнообразия явиться на совещание вовремя? – недовольно сверкнув глазами, спросила Джильда Хорс.
– Воспитываю в себе пунктуальность, – улыбнулась я.
– Давно пора, – бросила Хорс, заняв место напротив ректора. Я мысленно поздравила себя с тем, что, нарушив неписанное правило и явившись на совещание раньше Джильды, не усугубила свой проступок, усевшись на этот стул.
После прихода Хорс кабинет заполнился на удивление быстро, а я осознала, что не только не получила выволочку за ночной променад Арчи по академии, но даже избежала расспросов на эту тему.
Коллеги обменивались впечатлениями о прошедшем отпуске, сетовали на испортившуюся погоду, высказывали предположения относительно числа первокурсников, коим пополнится в новом учебном году академия. Ректор терпел эту болтовню целых пять минут, а затем произнес:
– Итак, начнем с главного.
Весь преподавательский состав мгновенно подобрался в ожидании важных, но вряд ли приятных новостей.
– Министерство магического образования выставило баллы академиям, – не разочаровал ректор. – Мы стали предпоследними.
В кабинете повисло трагическое молчание. Зоомаг Горан Эверард, втянул голову в плечи. Преподавательница зельеварения, Люсильда Кресерон, сокрушенно вздохнула. Джильда Хорс упрямо поджала губы.
– Ну и как вам это нравится?! – эмоционально воскликнул ректор.
Вопрос не требовал ответа. Достаточно было сохранять скорбное выражение лица.
Навязчивой идеей Леотара Аркура было догнать и перегнать все учебные заведения родного королевства в этом ежегодно обновляемом рейтинге. Да-да, вы не ослышались: столичную академию тоже следовало оставить далеко позади по показателям. Увы, баллы выставлялись не только за успеваемость студентов (тут наши результаты были не так уж плохи). Учитывалось также разнообразие учебных дисциплин в академии.
За последние годы мы сильно сдали позиции, лишившись сразу нескольких преподавателей. Артефактора сманила столичная академия. Преподавательница порталоведения, Селена Волкс, вышла замуж и наотрез отказалась ежедневно строить порталы из загородного поместья мужа в учебную аудиторию. Менталист Норман Глостиус уволился по причине преклонного возраста. Найти им замену пока не удалось.
– Но я знаю, как исправить ситуацию, – насладившись молчанием подчиненных, провозгласил Леотар Аркур.
Даже крохотного проблеска удивления в лицах коллег не появилось. Все просто с готовностью кивнули, выразив согласие с еще не озвученными идеями руководства.
Ректор тем временем взмахнул рукой, и двухстворчатая дверь, отделявшая его кабинет от приемной, распахнулась.
– Заходите, господин Олстон.
Коллеги синхронно повернули головы на шагнувшего в кабинет мужчину. Я сделала тоже самое и сразу же пожалела об этом.
Потому что это был он! Тип, с которым я ночью столкнулась в академии.
– Обладатель магии четырех стихий. Потомок древнего драконьего рода. Участник битв за Теневой рубеж, удостоенный ордена Морна первой степени… – чеканил каждое слово Леотар Аркур. Биография нового преподавателя вызывала у него бесконечную гордость.
«Будто не еще одним подчиненным обзавелся, а редкий фолиант по скидке приобрел», – подумала я и фыркнула громче, чем следовало. К счастью, этого почти никто не заметил.
Коллеги все еще рассматривали дракона-стихийника, а ректор отвлекся на канарейку. Свободолюбивая птичка, похоже, вылетела из клетки лишь для того, чтобы опрокинуть чернильницу Аркура и пройтись испачканными лапами по его столу. В итоге пристального взгляда меня удостоил только сам Рикард Олстон.
Вместо того, чтобы смутиться, я ехидно улыбнулась. Дракон отвел глаза, сделав вид, будто спинка ректорского кресла гораздо интереснее моей персоны. Обиделся? Что ж, уверена, обстоятельства нашего знакомства не скоро изгладятся из его памяти.
Канарейку тем временем вернули в клетку. Сразу после того, как со стола исчезли следы ее чернильных похождений, ректор принялся знакомить новоприбывшего с преподавательским составом.
– Госпожа Гринсток ведет занятия по бытовой магии и иллюзиям, – произнес он, указав на стройную голубоглазую блондинку.
Валери Гринсток обворожительно улыбнулась и тут же получила от Олстона заверения в радости от знакомства. Пожалуй, они бы неплохо смотрелись вместе. Весь такой монументально мужественный он и такая нежно прекрасная она. Тьфу, о чем я думаю, словно любовный роман писать собралась…
– В лице господина Эверарда вы наверняка найдете интересного собеседника, – продолжал Аркур. – До того, как начать преподавать зоомагию, он путешествовал по восточным регионам Раторнии. Вы же оттуда родом, я ничего не путаю?
Олстон кивнул ректору, а затем и Горану Эверарду, коренастому бородачу-оборотню.
– Наша незаменимая госпожа Хорс преподает историю магии, – произнес тем временем ректор.
На Олстона Джильда смотрела снисходительно-требовательным взглядом. Я не без удовольствия наблюдала как быстро увяла улыбка дракона, обращенная к ней. Это вам не Валери, господин Олстон. Когда напишете план занятий без единой помарки и наловчитесь сдавать отчеты посещаемости не позднее следующего учебного дня, вот тогда, может быть, растопите сердце Джильды.
– Преподаватель зельеварения – Люсильда Кресерон, —ректор кивнул в сторону пухленькой шатенки в очках.
– Обращайтесь, если понадобится помощь по моему профилю, – поспешила заверить дракона Люсильда.
Джильда и Горан бросили на нее одинаково неодобрительные взгляды. Их причину я не поняла, а Люси, чье дружелюбие было известно всей академии, смутилась и покраснела.
Аркур между тем отрекомендовал дракону нашу преподавательницу прорицательства Арделлу Морис:
– Очень талантливый специалист. Мы все… кхм… я имею в виду… в сложных неразрешимых ситуациях обращаемся к ней.
– Неразрешимых ситуаций не бывает, – возразила прорицательница. Несмотря на почтенный возраст, волос Арделлы еще не коснулась седина. Тронув одну из золотых бусин, затерявшихся в черных кудрявых прядях, она кивнула дракону, словно старому знакомому. Хотя, возможно, и не ему вовсе, а каким-то своим мыслям.
Как-то незаметно очередь в представлении дошла до меня.
– А это Миранда Блайтли. Она преподает некромантию, – произнес ректор без намека на то, что считает меня ценным кадром, талантливым магом или хотя бы хорошим человеком.
Я улыбнулась, склонила голову набок и приветливо помахала дракону.
– Мы уже знакомы, – сухо обронил он и этим ограничился.
– Тем лучше, – усмехнулся Леотар Аркур.
Мне бы в тот момент насторожиться. Но я посчитала, что ректор просто рад наконец-то покончить с затянувшейся процедурой знакомства. К тому же мы все как-то разом начали обсуждать расписание. Оно – великая неожиданность! – оказалось неудобным и устраивало только Джильду, которая его составила. Четверть часа пришлось убеждать Эверарда в том, что первая пара в понедельник – лучшее время для изучения магических зверюшек, а не мертвяков. Студенты утром после выходного похожи на зомби, не себя же им изучать.
Рикард Олстон предпочел сохранить величественную невозмутимость и не принял участия в эмоциональном обмене мнениями относительно расписания.
– Теперь у нас есть маг-стихийник, – заявил ректор, как только споры по поводу расписания утихли. – Факультативы на каждую из его стихий дадут академии хорошее преимущество по баллам. В этом учебном году мы займем первое место. Я прав?
Конечно, мы все принялись восхищаться этим мудрым и своевременным решением. Ведь если надежды относительно исполнения своей заветной мечты Аркур будет связывать исключительно с драконом, то остальные преподаватели смогут вздохнуть с облегчением.
Вместо того, чтобы пытаться впечатлить проверяющих магистров скоростью упокоения нежити и уничтожения нечисти, я смогу наконец заняться исследовательской деятельностью. Придумаю парочку отличных заклятий. Разработаю собственную шкалу опасности полтергейстов…
– Приятного начала учебного года! Все, кроме Блайтли и Олстона, свободны, – завершил ректор совещание, оборвав мои прекрасные мечты.
ГЛАВА 3
– Вы, наверное, теряетесь в догадках, почему я попросил вас остаться, – довольно потирая руки, произнес Леотар Аркур.
Вид у него был какой-то… предвкушающий. Судя по всему, дракон тоже это заметил. Мы обменялись недоверчивыми взглядами, но продолжили хранить молчание.
– По поводу баллов я не все рассказал на совещании, – признался ректор. – Я, знаете ли, внимательно слежу за подковерными интригами.
Дракон начал хмуриться. Я из последних сил пыталась сохранить доброжелательное выражение лица. При любом упоминании баллов скоро глаз начнет дергаться, честное слово.
– С этого года начнут оценивать репутацию, – заговорщицки прошептал Аркур.
– Чью? Преподавателей? – спросила я, начиная мысленно составлять список своих проступков.
– Академии, – пояснил ректор и сразу же многозначительно добавил: – Разумеется, это касается и преподавательского состава. Не в последнюю очередь, госпожа Блайтли.
– Вы ознакомились с моим послужным списком, прежде чем принять на работу. Возникли какие-то вопросы? – спросил дракон и покосился на меня. Дескать, он-то кристально чист перед начальством, а вот по поводу меня имеются большие сомнения.
Я ответила невозмутимым взглядом и демонстративно скрестила руки на груди. При желании все что угодно смогу списать на досадное недоразумение, произошедшее по независящим от меня причинам.
– К вам у меня нет никаких претензий, – поспешил заверить Олстона ректор. – И к госпоже Блайтли у меня тоже нет претензий. Преимущественно нет.
Ну и к чему была эта оговорка? Я уже открыла рот, чтобы возмутиться, но Леотар Аркур опередил, выдав совершенно неожиданную порцию комплиментов.
– Вы, госпожа Блайтли, обладаете нетривиальным складом ума и развитой интуицией. Вы способны контактировать с духами и противостоять нежити, – заявил ректор, прежде чем начать нахваливать дракона: – А вы, господин Олстон… Ваша военная карьера говорит сама за себя. Высшие королевские награды за красивые глаза не раздают.
Красивые глаза дракона сузились. Вероятно, он заподозрил, что в проникновенной речи Аркура кроется какой-то подвох. Я тоже пришла к такому выводу. Благодаря развитой интуиции, не иначе.
– Знаете, в чем главная проблема нашей академии? – спросил ректор.
– Контроль за нежитью? – предположил Олстон, бросив на меня красноречивый взгляд.
– С нежитью все в порядке, – отмахнулся ректор. – За прошлый месяц у нас пропало четыре угуса.
– Простите… Угусы, это ведь жабы? – в недоумении переспросил Олстон.
– Это жабы, обладающие магическими свойствами. Они светятся в темноте и крайне чувствительны к заклятиям, – продемонстрировала я осведомленность.
– А еще они используются в качестве ингредиента в запрещенных темномагических зельях, – понизив голос, произнес ректор. – Представляете, какой скандал может разразиться? Понимаете, как это отразится на баллах академии?
Я робко кивнула, но в следующий миг уже пожалела об этом. Потому что ректор с торжественной решительностью сказал:
– Вы двое займетесь поисками вора. Расследование нужно провести в максимально сжатые сроки и с соблюдением строжайшей секретности.
– Почему этим не займется зоомаг? – спросил Олстон. Высокомерие дракона можно было черпать ложками и продавать оптом. Еще бы! Какого-то похитителя жаб ему тут поручили найти и некромантку в напарницы дали.