Шрамы времени

Название: Шрамы времени

Автор(-ы): Николай Бричевский

Ссылка: https://author.today/work/395076

Пролог

Разведотряд медленно продвигался по улицам разрушенного города. Облачённые в противогазы и серые бесформенные костюмы химической защиты, с автоматами наперевес, бойцы дополняли и без того ужасно удручающий пейзаж: бесцветный мир, всё время находящийся в полумраке, не оставлял никаких намёков, на то, что когда-то в городах жили сотни тысяч человек.

Изредка порывы ветра разносили по улицам остатки газет и плакатов. Иногда вместе с ветром могла пронестись энергетическая аномалия, и тогда пролетали даже обрывки металла, осколки пластика и стёкол, облицовочные камни и плитка…

Бойцы таких отрядов должны исследовать местность на предмет полезных ресурсов, материалов, возможно, даже провизии. Да, конечно, в убежище были не только запасы, но даже свои небольшие подобия ферм и огородов, но никто никогда не отказался бы от кусочка шоколада, пусть у него и пять лет как истёк срок годности.

Уже на пути назад, всего в каких-то ста метрах от входа в убежище, взгляд одного из разведчиков зацепился за небольшое пятно цвета хаки в унылом сером пейзаже. Перехватив автомат, он медленно подошёл к находке, аккуратно наступая на землю носками своих прорезиненных ботинок. Догадки его оказались верны: это был человек. Разведчик жестами показал сослуживцам обойти объект с трёх сторон, а сам аккуратно ткнул лежащего на земле мужчину пламегасителем в плечо. Мужчина не отреагировал.

Разведчик дождался пока его сослуживцы окружат цель и возьмут её на мушку, а затем присел и перевернул мужчину лицом вверх. Тот был жив, едва заметно дышал, но не приходил в сознание. Крепкого телосложения, в военно-походной форме, без радиохимической защиты. Сколько времени он уже тут лежит? Судя по свежей рассечённой брови, кровь на которой ещё не успела запечься, совсем недавно.

Оружия при нём не оказалось. Во всяком случае, ничего из того, что могло бы представлять серьёзную угрозу. Ни автомата, ни пистолета, ни даже примитивного самострела. Лишь небольшой кинжал в кожаном чехле, аккуратно притороченный к голени кожаными ремнями. Да и тот больше походил на инструмент или привычку, чем на средство нападения. Разведчики переглянулись и почти без слов пришли к одному и тому же решению: человека стоит забрать с собой, в убежище. Оставить его здесь, под открытым небом, без радиационной и химической защиты, означало фактически подписать ему смертный приговор, а до такого, даже после всего пережитого, совесть ни у кого из них всё ещё не позволяла опускаться. Если же впоследствии выяснится, что перед ними один из рейдеров, регулярно нападающих на поселения, тогда будет и справедливый суд, и приговор. Но для начала он должен выжить.

Почти сутки провёл найденный человек в отделении медсанчасти, не приходя в сознание. Прикованный наручниками к кровати, он лежал под питательными капельницами, а врачи тем временем проводили обследование и брали анализы.

Когда мужчина, наконец, открыл глаза, его мутному взору предстал серый бетонный потолок. Помещение, очень тускло освещённое всего одной лампой, стоящей на небольшом столе в углу у противоположной стены, представляло из себя что-то вроде медицинской палаты: несколько простых металлических кроватей, вокруг которых свисали с потолка шторы, какие-то приборы, на столе пробирки, завал из папок с бумагами.

Мужчина попытался встать и тут же понял, что его руки сдерживают браслеты наручников. Сознание, до этого мгновения мутное и несобранное, тут же приобрело ясность и чёткость. Резко дёрнув руками, мужчина попытался порвать цепочки наручников, но слабость, поселившаяся в мышцах, подсказала, что сейчас ему на это сил не хватит. Всё ещё не соглашаясь находиться в таком состоянии, прикованный к кровати невольный пациент попытался расшатать кровать, видимо, рассчитывая, что шаткая конструкция не выдержит и развалится под его немалым весом. Но всё, чего ему удалось добиться — это сбросить с себя простыню, которой он был укрыт всё это время. Из одежды на нём остались только трусы. Мужчина приподнялся на локтях и внимательно осмотрел себя: ноги прикованы не были, хотя у нижнего края кровати и виднелись специальные кожаные ремни для этого. «Вот тут-то вы и просчитались!» — прорычал мужчина и начал извиваться. Он выкрутил руки так, что смог сжать в кулаки цепочки от наручников, ноги упёр в кровать, просунув пятки под матрас и найдя там поперечные пруты, удерживающие пружины. Тело его выгнулось на манер мостика, голова и плечи всё ещё лежали на кровати, а ноги изо всех сил начали толкать прутья в противоположную от рук сторону. Металлические браслеты впились в кожу кистей рук, грозя вот-вот прорвать её до крови. Но металлический скрежет подсказал мужчине, что цепи, скорее всего, сдадутся раньше. Он был прав: одно из колец на цепочке, удерживающей левую руку, начало разгибаться и уже через мгновение отстрелило куда-то в сторону, звонко ударившись о стену и проскакав по кафельному полу.

— О! Как хорошо, что вы пришли в себя! — раздался голос из тёмного угла помещения. Уже через секунду на свет вышел высокий худощавый мужчина в белом медицинском халате, он поправил средним пальцем правой руки очки в тонкой металлической оправе. — Не пытайтесь себе навредить, пожалуйста! Мы с удовольствием отпустим вас сами!

— Зачем же тогда вообще меня приковали? — лысый мужчина с густой чёрной бородой, тело которого было покрыто множеством шрамов, исподлобья смотрел на врача и не уменьшал напряжённости в мышцах, готовый в любой момент соскочить с кровати и порвать оставшуюся цепь.

— Мы же не знаем, кто вы и как станете вести себя, когда вернётесь в сознание! А безопасность для нас важнее всего. Но сейчас я вижу, что вы открыты к диалогу, и очень хотел бы с вами обсудить вашу историю.

— Мою, — мужчина насупил брови и о чём-то очень серьёзно задумался, — а если, — он снова поднял взгляд на врача, — её нет?

— Вам нечего рассказать о том, почему вы оказались без сознания на поверхности и без защитного костюма?

— Что-то мне подсказывает, что вы обо мне знаете больше, чем я…

Мышцы мужчины, наконец, немного расслабились, он опустил взгляд и задумался. Врач, видимо, что-то понял, сделал короткую запись в бумагу, которую всё это время держал в руке, а затем, убрал ручку в нагрудный карман халата и снова обратился к своему пациенту:

— Вы, как я понимаю, потеряли память. Возможно, от удара головой. Когда вас нашли, на вашей брови была свежая рана, судя по всему, после падения на камень.

— Тупо, — пробурчал мужчина и пощупал освободившейся рукой место, о котором говорил врач. Сейчас там были металлические скобы, с помощью которых свели края раны, надеясь уменьшить будущий шрам. — И что я такое? — он, наконец, полностью расслабился и с грохотом уронил всё тело обратно на кровать.

— А вот это я тоже хотел бы выяснить! — деловито произнёс врач и прошёл к своему рабочему столу. — Видите ли, судя по анализам, на вас не имели никакого воздействия радиация и яды, летающие в избытке на поверхности! У вас чистейшая кровь и никакого намёка на отравление!

Глава 1. На ошибках нужно учиться

Вот уже полтора года минуло с того дня, когда отряд разведки принёс неизвестного мужчину без сознания в своё убежище. Он так и не смог вспомнить, как оказался на поверхности без защитного костюма, но врачи предположили, что, имея иммунитет к радиации и токсинам, он вполне мог путешествовать по миру без масок и скафандров. Мужчине не удалось вспомнить даже кто он такой.

Его крепкое телосложение и стремление решать любой вопрос силой довольно быстро привели его к работе карателем: человеком, в чьи обязанности входит защита убежища от внешних и внутренних угроз. Частенько он выходил на поверхность вместе с отрядами разведки, помогая им собирать ресурсы.

Неспешным шагом продвигался каратель номер тринадцать по коридорам убежища к месту своего дежурства. По пути то и дело попадались знакомые лица, коротко кивающие в знак приветствия и исчезающие за очередным поворотом. Он так и не научился нормально общаться с людьми: поддерживать разговор, затянувшийся больше чем на две минуты, для тринадцатого и вовсе казалось пыткой.

Когда каратель явился на место дежурства, он коротко выругался себе под нос, увидев тех, с кем ему предстоит провести ближайшие несколько часов: в оружейной находилось двое мужчин, которых человек не знающий смело мог бы назвать братьями: высокие, крепкие, лысые, в одинаковой форме, с одинаковым чувством юмора и громогласным хохотом, который то и дело вылетал из оружейной в коридор.

— О! Мутант явился, — рявкнул один из них, увидев тринадцатого и ударив второго кулаком в плечо.

— Не отрастил ещё себе новых конечностей? — ляпнул, хрюкнув, второй.

Тринадцатый прошёл в оружейную, проигнорировав все их слова. Он молча открыл шкаф с автоматами и вынул оттуда закреплённый за ним. Проверил магазин, затвор, подсумки…

— Да он-то ладно, — не унимался Игорь, первый из двух «близнецов», — ты прикинь какая страхолюдина на свет появится от его семени!

— Ух, аж страшно, также наве…

Второй, носивший имя Павел и позывной «Крот», не успел закончить начатую фразу, так как упал на пол с разбитым прикладом в кровь лицом. Игорь тут же потянулся за оружием, но остановился, почувствовал, как что-то коснулось его паха.

— Вы, любовнички, не думали ещё, кто из вас должен быть девочкой? — в этот момент тринадцатый надавил на рукоять кинжала, прорезав штаны Игоря в районе мошонки.

— Тебе зачем знать? Ты до утра не доживёшь, — злобно прошипел «Крот», поднимаясь с пола.

— Смотри, — ухмыльнулся тринадцатый, заглянув в глаза Игорю, — а он и не отрицает.

В оружейной воцарилось длительное молчание. Тринадцатый, конечно, был шире в плечах и чуть выше «Крота» и «Сапёра», но их было двое, и сейчас лишь кинжал не давал им наброситься на ненавистного пришлого, которого все вокруг так любили за эффективность и полезность для убежища.

По ушам ударил неприятный звук сигнала тревоги. Всё тело инстинктивно напряглось, и каратель моментально отбросил удерживаемого «Сапёра» в сторону его товарища, сбив их обоих с ног, а сам выбежал в коридор. Оставалось лишь понять, в какую сторону бежать. Мимо пронеслось несколько человек в военной форме, один из них хлопнул карателя по плечу: «Варвар, братан, к восточным воротам срочно!».

Подсумок с заполненными магазинами остался лежать на полу оружейной. Это тринадцатый понял, когда на ходу решил подготовить автомат к бою. Хорошо хоть он успел вставить хотя бы один магазин. Уровень угрозы был ещё неясен, но вряд ли это парочка бродяг, ради них не включают тревогу. «Варвар» на ходу оглянулся: «Сапёр» и «Крот» бежали следом, и один из них кинул тринадцатому его подсумок. Не замедляя бега, «Варвар» поймал брошенное. Сделав полный оборот вокруг своей оси, он тут же водрузил подсумок на своё законное место на поясе.

Через пару минут интенсивного бега каратели достигли наскоро собранных баррикад. Их встретил рослый мужчина с полностью седой головой. Пусть тринадцатый и был едва ли не самым высоким в убежище, рядом с этим человеком ему хотелось стать меньше и незаметнее.

— Дежурный отряд карателей в лице тринадцатого, седьмого и четырнадцатого прибыл на место по сигналу тревоги, — чётко отрапортовал «Варвар», как только близнецы остановились у него за спиной.

— Что с лицом, боец? — командир службы безопасности убежища скривил лицо в неприязненной гримасе, ткнул пальцем в кровавые разводы под носом у «Крота».

— Юмористическая неосмотрительность, — не задумываясь ни на секунду, выпалил тот.

— Когда весь этот бардак кончится, напишешь рапорт! А сейчас все по местам!

Все трое рассредоточились по проходу, занимая места за разными укрытиями, «Варвар» занял место ближе всего к командиру и не дожидаясь инструктажа, спросил:

— Какова ситуация, товарищ полковник?

— Подорвали первый кордон. Стальные ворота разворотило как консервную банку. Предварительно: группа из человек десяти, но очень хорошо вооружены. Сейчас прорываются мимо турелей к внутренним воротам. Если дойдут, скорее всего, тоже подорвут.

— Разрешите покинуть укрытие? — после секундного раздумья заявил тринадцатый.

— Ты что задумал, боец? — в голосе командира читались одновременно удивление и негодование.

— Выйти за периметр внутреннего кордона и встретить неприятеля на подходе. Оказать содействие техническим средствам обороны.

— А теперь простым языком: на хрена тебе это? Сдохнуть хочешь поскорее? Не в твоих интересах, насколько я могу судить.

— Не в моих интересах, чтобы они взорвали внутренние ворота и мы остались здесь с голой жопой перед поверхностью!

Несколько секунд поразмыслив, командир молчаливо отдал команду действовать. «Варвар» ещё раз перепроверил свой автомат, кинжал, топорик? Небольшой тактический топорик, обычно притороченный к поясу, остался лежать в оружейной… Увидев смятение на лице сослуживца, полковник снял с пояса свой и протянул тринадцатому. «Крот» и «Сапёр», по всей видимости, догадались, что задумал их напарник, и, едко выругавшись, вышли из-за укрытия, чтобы облачиться в костюмы РХБЗ.

— Сидите здесь, вам это на хрена? — прорычал «Варвар».

— Чтоб тебе вся слава досталась? Нет уж!

С тяжёлым скрежетом открылись ворота первого шлюза, пропуская отряд из трёх карателей навстречу жаждущим лёгкой наживы рейдерам. Затем внешние ворота шлюза, и вот перед бойцами остался лишь люк внутреннего кордона, за которым их ждал длинный тёмный тоннель, ведущий на поверхность. Когда люк был открыт, «Варвар» услышал эхом разносящиеся по всему тоннелю звуки стрельбы и крики ругани. Турели, судя по всему, справлялись с удержанием налётчиков, но не более: голосов не становилось меньше.

Тринадцатый передвигался очень плавно и быстро, подбираясь всё ближе к линии сражений. Седьмой и Четырнадцатый не могли похвастаться тем же, ведь их движениям мешали костюмы РХБЗ. Но отстали они незначительно. Хотя этого хватило, чтоб в тот момент, когда они выглянули из-за угла на гущу сражения, увидеть, что «Варвар» уже опустошил первый магазин и отбросил автомат в сторону, не пытаясь продолжить стрельбу. Минимум трое нападавших лежали поодаль окровавленными мешками плоти, раскинув руки в стороны. Кто-то из рейдеров высунулся из укрытия и бросил в сторону «Варвара» гранату. «Сапёр» не задумываясь выстрелил в кинувшего и крикнул на весь коридор об опасности. Тринадцатый успел среагировать и, отскочил в сторону, но взрыв пустил глубокую трещину по бетонному своду тоннеля, обрушив несколько крупных кусков и подняв ужасное облако пыли. Он же, судя по всему, повредил проводку, питающую турели и освещение тоннеля. А может, у турелей просто кончились патроны, а лампа разбилась взрывной волной, но вдруг воцарилась тишина и темнота. Лишь в ушах стоял непрекращающийся звон. «Крот» и «Сапёр» всё ещё сидели в укрытии, пытаясь понять, ознаменовало ли это конец сражению или лишь является коротким затишьем. Пыль слегка осела, и в тусклом свете фонарей рейдеров они увидели, что «Варвар» прячется за одним из упавших с потолка кусков бетона и показывает им жестом сохранять тишину.

Зачем он это сделал, стало понятно уже через несколько мгновений: отряд из пяти рейдеров с автоматами наперевес вышел из своих укрытий и, освещая путь фонариками, начал продвигаться вглубь тоннеля. Как только они пересекли границу того самого куска бетона, за которым прятался «Варвар», по коридору раздался короткий всхлип и звук падения мёртвого тела на каменный пол.

Тринадцатый быстрым движением кинжала вспорол горло ближнему к себе рейдеру, тактический топорик тут же отправился в голову к стоящему следом. Раздались выстрелы. Куда? Кажется, один из нападавших просто нажал на спусковой крючок автомата от страха, не особенно надеясь попасть в цель, что в поднятой пыли и почти полной темноте было сложно разглядеть. Выронив нож, тринадцатый не растерялся и схватился за кусок арматуры, торчащий неподалёку. В его руке оказалось уродливое подобие булавы из ржавого металла и налипшего на него бетона, которое уже через секунду приземлилось на голову третьему рейдеру. Противогаз выдержал удар. Череп под ним нет.

«Крот» и «Сапёр» переглянулись и вышли помочь. Раздался выстрел, и ещё один из нападавших свалился замертво. Упало его тело, выпала из его руки зажатая там граната. Тринадцатый увидел это и бросился в сторону выхода из тоннеля, чтобы не быть задетым взрывом или осколками. Ужасный грохот уже второй раз практически оглушил всех, кто ещё был в сознании. Огромная трещина расползлась по сводам тоннеля, лишь на секунду задержавшись, затем проход полностью завалило, погребая под собой тела рейдеров. А ведь один из них был ещё жив. Седьмой и четырнадцатый каратели убедились в безопасности и вышли из своих укрытий. Включив фонари, они осмотрели завал: «Неплохая альтернатива внешним воротам, — резюмировал „Сапёр“. — А вот наш друг, кажется, остался с той стороны». «Если он вдруг вернётся, — проговорил вполголоса „Крот“, — напомни мне, пожалуйста, больше его не злить».

«Варвар» не сразу покинул укрытие. Ещё целую минуту он прятался, прислушиваясь и стараясь понять, не осталось ли в тоннеле ещё врагов. Но время шло, а подкрепление не приходило. «Прелестно», — пробормотал он, увидев, что путь обратно в убежище заблокирован. Тринадцатый сделал глубокий вздох, развернулся и отправился к выходу на поверхность. И тут он внезапно осознал, что из оружия у него только арматура и камни. Он вернулся к поверженным ранее врагам и обыскал их тела: автомат с практически пустым магазином, неплохой нож, что идеально лёг в его наголенный чехол и топор. Назвать это настоящим топором, конечно, язык не поворачивался. Кажется кто-то просто вырубил его из куска пятимиллиметровой стали, заточил и обмотал рукоятку паракордом. Но это в любом случае было гораздо лучше чем ничего. Да и возможные враги не знали, что патронов у него нет.

У ворот каратель снова с осторожностью осмотрелся, надеясь понять, не остались ли враги ожидать своих товарищей здесь, но всё, что ему удалось найти — это кровавое месиво и одну руку неподалёку от развороченных ворот. Видимо, один из рейдеров пострадал от собственного взрыва. О том, что они были не очень умны сообщил «Варвару» и резкий неприятный запах тухлой рыбы, что ударил в нос, стоило только выйти из тоннеля. Оглядевшись, он увидел железнодорожный состав, состоящий из множества цистерн, одна из которых красовалась несколькими свежими пулевыми отверстиями. «Ебучий гептил, — прорычал в сердцах „Варвар“, — как ещё не рванул. Надо валить!».

Ближайший вход в убежище, через который тринадцатый мог вернуться, находился на другой стороне города. Необходимо было не только пересечь улицы, где за каждым углом могли поджидать мутанты и рейдеры, но и перебраться через реку. Та ещё задачка, учитывая, что все мосты были уничтожены ещё во время войны.

Каратель постарался как можно скорее покинуть заражённую гептилом территорию. Ему никогда не хотелось проверять, в какой же момент времени его иммунитет к токсинам даст сбой.

Достаточно быстро каратель покинул промышленную зону и попал на унылые серые улицы разрушенного города. Как и прежде, здесь было проще встретить смерть, чем другого человека. Ветер всё так же разносит по сторонам мусор и обрывки старой жизни, а если кто и пробегал по некогда кишащими жизнью улицами, то это были крысы. Вот их здесь расплодилось вдоволь. Наверное, если люди так и не выберутся на поверхность, этот мир будет полностью принадлежать крысам.

«И тараканам!» — раздался в голове голос командира. Капитан Соколов, правда, утверждал, что мир уже не принадлежит людям и что «нашим потомкам придётся знатно попотеть, чтобы вернуть его себе».

«Варвар» пробирался по улице смотря по сторонам, и тут его взгляду попалась вывеска старого кафе, на рекламном плакате которой красовался аппетитный, хоть и выцветший на солнце, стейк. Ударив себя рукой по нагрудному карману, каратель извлёк оттуда небольшой пакетик и с сомнением сдвинул брови: «Всего три куска, до вечера явно не хватит». Сушёное мясо, которое он старался всегда и везде носить с собой, было хорошо как быстрый перекус. Но сегодня утром в планы карателя не входило оказаться запертым на поверхности, и припасов с собой у него, конечно же, не было.

Уже через полчаса каратель вышел к остаткам моста над широкой рекой. Спустившись к набережной, он опустил руку в воду. «Холодная, не доплыву», — коротко прошептал он сам себе. Когда-то «Варвар» слышал, что на юге, недалеко от этого моста раньше была лодочная станция. «Может там есть ещё хоть какая-то захудалая лодчонка?».

Пройдя мимо подозрительно большого скопления церквей, расположившегося на берегу реки, затем мимо невысоких домиков, каратель, наконец, оказался напротив железных ворот, когда-то давно заботливо покрашенных синей краской. Табличка возле дверей одноэтажного здания за разрушенным забором гласила: «Учреждение по обслуживанию водных объектов».

«Варвар» до последнего надеялся, что сможет отыскать хоть сколько-то сохранившееся судно, пусть оно и отдаст концы в последний раз, лишь бы на другом берегу, и вместе с ним на борту.

Такую лодку карателю удалось найти практически сразу, стоило лишь подойти к тому, что когда-то было причалом. Одна беда: судно находилось далеко от берега, и в нём уже кто-то сидел, медленно работая вёслами и удаляясь всё сильнее. «Варвар» хотел было окликнуть человека и попросить его помощи в переправе, но осёкся, заметил странное движение водной глади возле бортов лодки. «Блядь!» — не раздумывая ни секунды, каратель вскинул автомат и прицелился. Мужчина в глубоком капюшоне именно в этот момент поднял взгляд и, конечно же, подумал, что вооружённый незнакомец на берегу взял на мушку именно его. Отпустив вёсла, он медленно поднял руки вверх, попутно сняв капюшон, вероятно, чтобы лучше видеть. Противогаз и так сильно ограничивал обзор. Вдруг лодку очень сильно качнуло. Мужчина, испугавшись, опустил руки и схватился за борта, пытаясь заглянуть в воду и понять, что произошло. Ответ не заставил себя ждать: через мгновение из-за края кормы лодки показалась тёмная склизкая щупальца, покрытая множеством наростов и кусками водорослей. Лодка сильно накренилась и уже готова была зачерпнуть воды, но тут раздался выстрел. Вода забурлила, словно существо завопило от боли, щупальце метнулось в воздухе, разбрызгивая чёрную густую кровь во все стороны, и, наконец, скрылось под водой.

Каратель ещё какое-то время постоял, не убирая оружия, мужчина же снова медленно поднял руки вверх. Наконец, «Варвар» опустил автомат, лишь бросив на него короткий взгляд: «Два патрона…».

— Расслабься, дядь, — сказал каратель зычным голосом, — я не враг.

— А-о-м-да? — слов из-под противогаза разобрать не удалось, и, кажется, мужчина сам это понял, потому что театрально опустил голову, словно показывая, что не знает, как изъясняться.

— Мне на тот берег надо! Подбрось, и я уйду своей дорогой!

Мужчина, кажется, какое-то время раздумывал, но в итоге решил развернуть лодку и подплыл к берегу. Молча, каратель забрался в подошедшее судно, положив автомат на колени и лишь коротко бросил: «Спасибо».

— А тебе куда надо-то? — проговорил лодочник. С такого близкого расстояния речь уже разбиралась достаточно хорошо, а по скрипучему голосу каратель предположил, что мужчина уже старик.

— К юго-западному входу в убежище.

— Доберёшься ли?

— Нет планов не добраться.

«Варвар» так сильно вцепился взглядом в старика, что тому стало не по себе. Он боялся совершить хоть какое-то лишнее движение. За время разговора лодка уже достигла середины реки.

— Ты же в курсе, что противогаз тебя не защищает сейчас ни от чего? — каратель указал рукой на выбившуюся из-под резинового края седую бороду.

— От чужих взглядов защищает, сынок. Лёгкие-то мне уже поздно спасать. Фильтр я последний раз года два назад менял.

— Хм, — «Варвар» едва заметно ухмыльнулся, — звучит логично. А ты что здесь делал-то, старик?

— Так, пацанов отвозил на тот берег и дожидался.

— И как же ты это столько народу в одну лодчонку погрузил? — каратель прищурил глаза, решив, что старик говорит о банде рейдеров.

— Ну так в три ходки же! А ты, говоришь, тебе к убежищу надо? — на этих словах голос старика задрожал.

— Ты всё правильно понял, старик, — тринадцатый сложил пальцы в замок и опёрся локтями себе в колени.

— Ты не серчай на меня, сынок, я сам-то не из этих. Но они хорошо платят. А если не помогать им, то пуля в лоб и лодка им бесплатно достанется.

— А почему так долго ждал? Чё не уплывал-то?