Ирбис

Вступление от автора

Приветствую. Рад представить Вам первую книгу литературного проекта «Ирбис».

Роман «Ирбис» – жёсткая и откровенная книга, описывающая путь становления мужчины через отношения с женщинами, войну и жизненные испытания. История о поисках себя и своего счастья.

Книга состоит из трёх слоёв:

1. Психологический – рассуждения героя на тему отношений между мужчинами и женщинами.

2. Эротический – откровенные пикантные сцены.

3. Военный – воспоминания героя о службе в армии и участии в Афганской войне 1979-1989 годов.

Литературный проект «Ирбис»:

1. Роман «Ирбис» (вышел в 2014 году).

2. Роман «Кофе с молоком». Том 1. (вышел 2017 году).

3. Роман «Кофе с молоком». Том 2. (вышел в 2017 году)

4. Роман «Кофе с молоком». Том 3.

5. Роман «Кофе с молоком». Том 4.

6. Роман «Крым».

7. Роман «Ганаш».

8. Роман «Пандора».

9. Роман «Пакистанский квартал».

10. Роман «Ночь в Венеции».

11. Роман «Дневник майора Брилова».

12. Роман «Сирийский связной».

13. Роман «Три дня в Барселоне».

14. Роман «Операция «Блэк Джэк»».

15. Роман «Первый».

16. Роман «Воспитание страсти» (продолжение романа «Ирбис»).

Предисловие

Женщины… любая из них готова на многое, любая может дать все и пойти на самые, казалось бы, немыслимые и откровенные вещи, такие, от мысли о которых румянец горит на щеках. Вопрос только в доверии. Мужчины часто спешат. Хотят получить от женщины все и сразу, не понимая, что на вершину ее страсти, куда, возможно, ни один мужчина еще и не поднимался, где живет лишь ее фантазия, ведет совсем другой путь. Доверие. Только тот мужчина, которому она доверяет, получит все и даже больше, чем он может себе представить. Сначала надо получить доверие, сохраняя баланс нежности и грубости, не показывая прямо своего интереса. Женщины не любят сразу, они любят играть. Они любят, чтобы с ними играли медленно и уверенно, без постыдной спешки.

Женщины часто сравнивают себя с кошками, так как им импонирует их природная грациозность и независимый характер. Во многом это сравнение верно, однако, мир полон противоречивых истин. Суть женщины – противоречие. Насколько женщины грациозны, свободолюбивы и независимы, настолько же, и даже в большей степени, они готовы прыгнуть в бездну полной зависимости и полного подчинения мужчине. Но, разумеется, не любого мужчины, только достойного. Я говорю о таком подчинении, когда останавливается время, когда нет пространства, когда есть только этот момент и все остальное не важно. В мыслях приличных женщин больше неприличного, чем в мыслях самых неприличных мужчин. Но не каждый способен дойти до вершины их тайных фантазий.

Глава 1 «Прогулка по Барселоне»

Ночью в Барселоне звездами любовался,

пил кофе в Марокко,

встречал рассвет в Лиссабоне,

вдыхал дым Амстердама,

был в Риме и Париже,

мне даже знаком Лондона бит,

но до сих пор я не знаю,

как твое сердце стучит,

вкус твоего поцелуя тайна еще для меня,

но будет рассвет, и все узнаю я…

201* год. Город Барселона.

Утро через открытые окна морской свежестью наполнило квартиру. Первые лучи солнца заискрили по полу спальни. Яна спала, распластавшись по всей постели и подмяв под себя одеяло и обе подушки. Молодая, стройная, загорелая зеленоглазая брюнетка. У нее вкусное тело. Особенно, шоколадные ноги – упругие ягодицы, крутые бедра, крепкие икры, нежные ступни с ярким педикюром, отливающие розовой белизной. Я тихо встал с кровати, стараясь не разбудить ее, и вышел на террасу. Море и пальмы. Над кромкой пляжа взлетал белоснежный самолет. Барселона постепенно просыпалась. С моря дул прохладный ветер.

Познакомились мы примерно месяц назад, но встретились только вчера вечером. Она прилетела ко мне на выходные. До этого – переписка в интернете, разговоры по скайпу и телефону. Я встретил её в аэропорту и отвез к себе домой. Там Яну ждал небольшой сюрприз – легкий ужин на крыше дома. Нанятые мною рабочие заранее перенесли сюда старинный резной стол и удобный кожаный диван. С крыши открывался изумительный вид: ночная Барселона, утопающая в причудливых рисунках огней неона. Аромат жасмина и свежесть ночного морского воздуха. Пляж и темнеющая кромка моря. Романтическая обстановка, приготовленный мною ужин и вино…

Большинство мужчин недооценивают силу антуража. Зачастую правильно подобранные декорации в вопросе соблазнения решают многое, если не все. Женщины хотят, чтобы их любили красиво. В обстановке, где все радует глаз и доставляет эстетическое наслаждение. Важна каждая мелочь.

Отдельным моментом является умение готовить – это необходимый навык. Вкусный ужин, приготовленный мужчиной, – уже начало прелюдии. Мужчинам стоит помнить, что из таких приятных мелочей и умений складывается идеальный образ, который, осознанно или неосознанно, существует у каждой женщины, и с которым она сравнивает кандидатов на роль ее спутника. Сам факт, что мужчина умеет готовить, удивит и сразу выделит его из общей массы ее поклонников.

Весь ужин я был мил и учтив, вел себя свободно, но не переходил границу близости. Каким бы пикантным и смелым ни было виртуальное общение, стоит понимать, что первая встреча всегда имеет сильную эмоциональную составляющую. Я не спешил.

Очарованная обстановкой, она была явно смущена моим сдержанным поведением и недоумевала, почему я не пытаюсь соблазнить ее. Мой расчет оправдал себя – еще во время ужина Яна первой начала отпускать легкие и остроумные шутки интимного характера, а когда мы спустились с крыши, поцеловала меня прямо в прихожей квартиры…

Я оделся и спустился на улицу. Пустынно. Дворники и редкие прохожие. В Пакистанском квартале купил фрукты и восточные сладости, на обратном пути зашел за круассанами в кондитерскую старика Мигеля. В цветочном магазине тети Евы купил букет. Вернувшись домой, быстро принял душ. Приготовил завтрак. Сварил кофе по-арабски с молоком. Поставил поднос с завтраком на журнальный столик, а сам присел на кровать рядом с ней.

Нежно целуя ее ступни, начал подниматься по ногам все выше и выше. Вот уже внутренняя сторона бедер. Здесь кожа особенно нежная. Легкие поцелуи. Первый глухой стон сквозь сон, когда мои губы оказались между ее ног у границы трусиков. Отодвинув тонкую полоску ткани зубами, я оказался у цели. Ее аромат. Языком по клитору вверх и вниз, спускаясь по половым губам. Целую, слегка покусывая. Яна хватает меня одной рукой за голову и прижимает к себе, а другой начинает ласкать свои груди. Она уже открыла глаза. Стоны нарастают, и я понимаю – готова. Схватив за бедра, подтаскиваю к себе и стягиваю с нее трусики. Ноги закидываю себе на плечи. Ее ступни на уровне моего лица. Нежно языком провожу по стопе снизу вверх. Целую каждый пальчик, смакуя. Не вхожу сразу, а трусь об нее. Немного надавливаю. Провожу головкой по половым губам. Вхожу. Медленно. По миллиметру. Полностью. Потом также медленно выхожу. Одной рукой упираюсь в кровать, а другой хватаю ее за шею. Смотрю прямо в глаза. Небольшая пауза, чтобы подразнить ее. Глубоко и резко вхожу и полностью выхожу. Так несколько минут. Каждый раз она вскрикивает. Потом меняю темп, начинаю двигаться нежно, словно натягивая чулок на женскую ножку. Не даю привыкнуть. Чередую… Приближается кульминация, ложусь на нее сверху и придавливаю к кровати, чтобы не могла пошевелиться. Засовываю пальцы ей в рот. Она жадно обхватывает их губами и начинает посасывать. Снова двигаюсь резкими толчками… все глубже…. На пике – уже с остервенением…

Вскоре все стихло. По комнате витал аромат секса и кофе. Мы лежали в кровати: она у меня на груди, прижавшись всем телом.

– Я тебе еще и завтрак приготовил.

– Так не хочется вставать, – сказала она, потягиваясь в постели.

– Принесу, – сказал я, встав с кровати.

– У тебя красивое тело. Знаешь, только не обижайся, у мужчин твоего возраста уже… ну, в общем, в твоем возрасте мужчины редко сохраняют хорошую форму.

– Я не обижаюсь на женщин, тем более за комплименты, – усмехнулся и положил рядом с ней букет.

– Это мне? Приятно. Спасибо.

Она обняла и поцеловала меня. Я поставил поднос с завтраком на кровать.

– Можно тебя спросить?

– Спроси.

– Сколько тебе лет? Ты хорошо готовишь. Я давно не пробовала такой вкусный омлет. С чем он? Так сколько тебе лет?

– Говорить с полным ртом вредно. Шпинат и креветки. Больше, чем тебе, – усмехнулся я.

– Понятно. Вкусный кофе, такой, как я люблю. Обычно пью только в определенных кофейнях. Редко кто умеет его правильно готовить. Ты меня постоянно удивляешь. А чем ты занимаешься?

– Попробуй угадать.

– Не знаю. Ты похож на бизнесмена, только слишком таинственный. Нет?

– Нет.

– А кто тогда?

– Консультант. Я консультирую по некоторым вопросам.

– Похоже, неплохой консультант. Сразу видно, что ты человек небедный.

– Консультант в специфической области.

– В какой?

– В области черной магии.

– А ты шутник! Не хочешь, не говори, – засмеялась она, разглядывая меня. – Ух… а я вчера не заметила, ты, оказывается, весь в шрамах. Это так сексуально. Откуда они у тебя?

– Старое. Молодость.

– У тебя была бурная молодость. Хотела еще вчера сказать, тебе идет седина – виски и челка. В особенности виски. Давно ты такой?

– Как и шрамы, тоже с молодости.

– Что такого было в твоей молодости?

– Много всего. Когда ты только родилась, они уже были.

– Ты таинственный…. Иди ко мне, я хочу еще, – она встала на четвереньки и игриво задвигала ягодицами, приманивая меня.

Я подошел к Яне. Руками до боли сжал ягодицы и медленно развел их в стороны, чтобы раскрыть половые губы. Кожа вокруг них немного натянулась. Провел пальцами сверху вниз к клитору. Несильно пошлепал ладонью между ног. Застонала. Сжал клитор и нежно потер его. Застонала громче. Шлепнул по ягодицам. Вскрикнула. Руками схватил за талию и медленно вошел в нее. Начал двигаться, как маятник, с каждой секундой увеличивая темп. Квартира наполнилась стонами… В зеркале напротив кровати – ее лицо, переполненное страстью: глаза полузакрыты, прикусывает губы. Наматываю на кулак длинные черные волосы – громкий стон. Продолжаю. Беру ее за ступни, нежно выворачиваю в разные стороны и слегка приподнимаю ноги, оторвав их от кровати. В такой позе я вхожу в нее глубже, и она чувствует меня лучше. Руками держится за край кровати, впивается пальцами, натягивая уголки простыни. Ярко-красный сочный маникюр. Каждое мое движение – ее стоны. Они все громче и громче. С силой шлепаю ладонью по ягодицам, не переставая двигаться. Бешеный темп. Кульминация. Она замирает. Горячая волна появляется внизу живота, делает круг по всему телу и возвращается, после чего разливается приятным теплом… Яна ложится на живот и наслаждается мгновениями удовольствия. Я держу ее за руку и ласково, как кошку, глажу по спине…

Завтрак мы продолжили прямо в кровати.

– Попробуй круассаны.

– Так хочется, но я не ем сладкое, нужно следить за фигурой.

– Попробуй, сегодня можно. Ты всего на два дня в Барселоне, таких нигде больше не попробуешь.

– Хорошо. С чем они?

– С шоколадом, эти с карамелью, а вот эти с вишней.

– Ты меня закормишь, я поправлюсь, – засмеялась она.

– Не волнуйся, сегодня, мы будем много гулять, хочу показать тебе город.

– Так мило, ты поведешь меня на экскурсию? Спасибо за завтрак и не только, все было чудесно, – игриво улыбнулась она. – Я в душ и буду собираться, милый, мне нужно около часа.

– Да, тебе понравится, это будет необычная прогулка…

* * *

На ней было белое платье без пояса и черные туфли. Бюстгальтер она не надела. Через ткань едва видны черные трусики.

– Мне нравится, ты прекрасна.

– А если с поясом? Как ты думаешь, лучше так или добавить черный пояс?

– Вполне достаточно трусиков, они же черного цвета, создают контраст, – усмехнулся я.

Яна игриво улыбнулась в ответ.

На метро мы доехали до центра города. Барселона – это страсть. Ни один город мира не сравнится с ней. Она проникает глубоко в тебя и остается там. Ее невозможно запомнить и сложно забыть. Можно много описывать живописные улицы, дома, людей, запахи, но скажу так: в этом городе мне нравится все, и я ничего не хочу в нем менять, мне здесь уютно.

Ла Рамбла – это центр и сердце старой Барселоны. Широкий живописный бульвар, всегда заполненный прохожими и многочисленными туристами, разделяет Готический квартал и квартал Раваль. Это одна из самых длинных улиц Барселоны. Длина ее не меньше километра. Сегодня, как и всегда, она была переполнена: французы, немцы, американцы, японцы, русские, англичане, турки, африканцы. Кого здесь только нет. По обе стороны улицы многочисленные сувенирные лавки, магазины и кофейни. Из стороны в сторону снуют торговцы – преимущественно пакистанцы и негры, предлагающие разнообразные мелкие сувениры и безделушки.

– На нас все смотрят, – с притворным возмущением воскликнула Яна, почувствовав мою руку ниже талии.

– Пускай смотрят, – ответил я, сжав ее ягодицу.

В ответ она смущенно улыбнулась.

Прилюдные ласки в общественных местах – тонкий момент в вопросе соблазнения женщин. Многие мужчины ведут себя неправильно в этом вопросе. Находясь в общественном месте – кафе или клубе, они часто начинают слишком откровенно и заметно ласкать свою женщину, не думая о том, готова ли она к этому или нет. В итоге вызывают только ее раздражение. Никакого удовольствия женщины от этого не получают. Наоборот, их это обижает: они чувствуют, что к ним относятся, как к женщинам легкого поведения. Настоящий мужчина поступает иначе. На людях он ведет себя внешне безупречно. Только легкие прикосновения за руки. Скромные поцелуи. Ему нет надобности что-то доказывать окружающим. Но на ухо шепотом совсем другое. Дикий контраст… Ключевым моментом является готовность женщины к такой игре. Если она не готова, то мужчине не стоит вести себя таким образом. Женщина должна хотеть играть. Без этого даже не стоит пробовать.

Яна была готова. Она хотела играть. В нашей переписке она не раз рассказывала мне о своих фантазиях. Была среди них и такая. Она часто намекала мне, что хочет, чтобы ее трогали в общественных местах и не только трогали. Поэтому ее возмущение было лишь частью игры.

Мы несколько раз прошли в обе стороны всю Рамблу, вернее, все ее части, так как сам бульвар, по сути, состоит из пяти небольших бульваров, переходящих друг в друга: Каналетес, Учения, Цветов, Капуцинов и св. Моники. Потом обошли Готический квартал, полюбовавшись его достопримечательностями и, перейдя через Рамблу, отправились в Раваль, или, как его часто называют, Пакистанский квартал. Это один из самых живописных и оригинальных, но при этом опасных кварталов Барселоны. Виной тому пакистанцы, проживающие здесь уже несколько сотен лет. Гуляя по Пакистанскому кварталу, стоит быть начеку и присматривать за своими вещами. Воришки могут облегчить карманы так ловко, что вы не скоро заметите пропажу. Впрочем, могут и банально вырвать бумажник или сумку из рук, после чего скрыться в запутанных улочках Раваля. Частенько такие умельцы выходят и на саму Рамблу, где легко затеряться в нескончаемом потоке туристов.

– Куда мы идем? – удивленно спросила Яна, озираясь по сторонам, когда мы начали плутать по маленьким узким улочкам Пакистанского квартала, обитатели которого с явным интересом рассматривали ее.

– Я приготовил сюрприз. Не волнуйся, тебя никто не тронет. Пойдем, мы уже почти пришли, – ответил я, еще сильнее поочередно сжав рукой ее ягодицы.

Молодые пакистанцы, стоящие на другой стороне улочки, не сводили с Яны глаз, пожирая ее тело взглядами. Свернув еще несколько раз в сторону, мы оказались на месте. Небольшой магазинчик восточного нижнего белья. Я давно знаком с его хозяином Джамбулой. Джамбула – афганец родом из Кабула. В свое время, в отрядах «моджахедов»1, он сражался с нашими солдатами в Афганистане, а потом эмигрировал в Барселону. Веселый старик, с которым мы иногда играем в нарды за кофе и кальяном в одной известной местной кофейне, расположенной в центре Пакистанского квартала. Вместе с ним в магазинчике продавцами работают трое его сыновей.

– Салам, Дима, давно тебя не видно, – радостно поприветствовал меня на ломаном русском старик, с улыбкой посмотрев на мою спутницу, и крикнул своим сыновьям на фарси: – У нас дорогой покупатель со своей женщиной, обслужите его с почетом.

Два молодых афганца примерно лет двадцати появились из кладовки.

– Здесь настоящее арабское нижнее белье, которое носят все красавицы Востока. Хлопок, лен и шелк. Посмотри, какие красивые кружева. Выбери все, что захочешь.

– Как красиво, – радостно засмеялась она, игриво захлопав в ладоши.

Яна зашла в примерочную, а я расположился на диване напротив. Мне принесли корзину с фруктами и восточные сладости с чаем. Продавцы начали предлагать ей многочисленные комплекты нижнего белья.

– Хочешь посмотреть? – спросила она.

– Да.

– Иди ко мне, милый.

– Нет, выйди и покажись.

– Выйти? Они же смотрят, постоянно меня разглядывают, словно никогда не видели женщину.

– Выйди и покажись. Я так хочу.

– Хорошо, но только ради тебя, – ответила она и робко вышла в сиреневом кружевном комплекте.

– Повернись, теперь боком, другим. Мне нравится.

Она послушно демонстрировала мне свой выбор. На ее щеках выступил румянец. Руки заметно тряслись от волнения. Молодые продавцы жадно разглядывали ее. Яна старалась не смотреть в их сторону.

– Тебе идет, вернись в кабинку.

Она зашла и продолжила примерять другое белье. Продавцы, возбужденные демонстрацией, лихо бегали по магазину и предлагали ей все новые и новые комплекты, при этом ненароком пытаясь заглянуть за занавес.

– Милый, они меня смущают, подглядывают и пытаются дотронуться, мне неприятно.

– Похотливые ишаки, как смеете смотреть так недостойно на мою женщину? – прикрикнул я на фарси2.

Они начали испуганно извиняться и кланяться мне, размахивая руками. Джамбула, услышавший мой голос, вышел из кладовой. Отругав, он выгнал их из зала, оставшись помогать нам. Яна немного успокоилась и продолжила примерять белье.

Через несколько часов мы вышли от Джамбулы с многочисленными покупками. Некоторое время она шла молча. На ее щеках горел румянец.

– Зачем ты заставил меня выйти, они же смотрели на меня и пытались дотронуться? – наконец возмущенно спросила Яна.

– Тебе неприятно?

– Да.

– Тебе стыдно?

– Ты это специально сделал?

– Ответь на мой вопрос.

– Да, мне стыдно и неприятно.

– Но тебя возбудило то, как они смотрели? – я остановился и резко прижал Яну к стене дома. Моя рука заскользила по ее бедру вверх под платье, еще мгновение и она глубоко вздохнула, почувствовав в себе мои пальцы.

– Да… возбудило меня, но сама мысль, как фантазия… о боже, что ты делаешь, – с дрожью в голосе простонала она, когда я начал жадно целовать ее плечи и шею.

– Какая фантазия, о чем ты подумала?

– Перестань, нас могут увидеть…, – простонала она.

– Ответь мне, иначе возьму тебя прямо здесь, – сказал я, задернув сзади полу платья, и начал медленно стягивать с нее трусики, обнажая ягодицы.

– Представила… они нагло трогают меня… ты смотришь… и целуют, а потом берут…, – тихо и стыдливо прошептала она, задыхаясь от возбуждения, – но это только фантазия… не хочу так.

– Я бы им не разрешил. Умница, но в следующий раз, отвечай на мои вопросы сразу, – сказал я, поцеловав в щеку, и поправил ее платье.

Яна стояла в нерешительности и смотрела на меня, потупив взгляд.

– Пойдем. Выпьем кофе и пообедаем в одном месте, тебе там понравится, – добавил я спокойным голосом, словно минуту назад вовсе не был готов заняться с ней любовью прямо на маленькой улочке Пакистанского квартала.

Через несколько минут мы снова вышли на Рамблу и, поднявшись по ней до нужного поворота, свернули в Готический квартал. Яна уже пришла в себя. Стыдливый румянец исчез с ее лица, а глаза засверкали знакомым мне влажным и манящим блеском. Через платье были видны набухшие от возбуждения соски. На губах уверенная улыбка. Частое дыхание. Она была возбуждена. Уже не смущалась и не возмущалась, когда я прямо при прохожих откровенно трогал ее и целовал. Вскоре мы были на месте – небольшой узкой улочке Монтико в центре Готического квартала.

– Вот и El Quatre Gats, – произнес я, указав на вход в небольшое кафе, перед которым в ожидании свободных мест собралась приличная очередь туристов, – знаменитые «Четыре кота» – самое известное богемное кафе Барселоны. Ему больше ста лет. В 1897 году оно было открыто на пример знаменитого в те годы парижского «Черного кота» официантом кабаре из Парижа и двумя испанскими художниками. С тех пор кафе стало центром богемной жизни не только Барселоны, но и всей Европы. Постоянными гостями кафе были Пабло Пикассо и знаменитый архитектор Антонио Гауди, Рамон Касас, Мануэль Уге, Сальвадор Дали, скульптор Хулио Гонсалес и композитор Исаак Альбенис, а также многие другие знаменитые личности. Пойдем, пообедаем. Тебе там понравится.

– Но тут же очередь, придется долго ждать, а я уже проголодалась. Может быть, найдем другое место?

– Не волнуйся.

Поприветствовав уличного администратора, я провел ее сквозь толпу ожидавших в очереди туристов. Под их возмущенные возгласы мы вошли внутрь. Огромная зала, два этажа, множество франтоватых и надменных официантов в классических белых рубашках и черных жилетах, среди которых только импозантные мужчины солидного возраста, массивные круглые люстры, на стенах картины, гравюры и разноцветные керамические плитки, рояль. Среди прочих полотен на стене, слева от входа, висела и копия знаменитой картины Рамона Касаса «Ramon Casas i Pere Romeu en un tandem», на которой были изображены двое из основателей кафе: сам известный барселонский художник Рамон Касас с трубкой и его друг – управляющий Пере Ромеу.

– Через полчаса начнет играть пианист, – с улыбкой сказал я ей, когда администратор вел нас в дальний зал, расположенный на втором этаже кафе.

Яна восхищенно смотрела по сторонам.

– Как тебе здесь?

– Великолепно. Я много слышала об этом кафе, но никогда не была здесь, а ты, похоже, часто бываешь – нас пропустили без очереди, администратор был сама любезность и называл тебя по имени. Не знаю, что и думать. Кто Вы, мистер Брилов? – засмеялась она.

– Обрати внимание, дизайн меню придумал сам Пикассо, будучи еще юным художником, и с тех пор в нем ничего не меняется. Здесь, кстати, прошла его первая персональная выставка.

Мы заказали запеченного с овощами морского окуня, бутылку белого вина, знаменитый крепкий кофе с молоком и нежнейший каталонский десерт со взбитыми сливками и шоколадным соусом. За обедом я рассказывал ей об истории создания и развития кафе, о его основателях, о том, как оно было закрыто в годы правления Франко, а потом снова восстановлено. Мы говорили о Барселоне и ее улочках, об испанской кухне и местных традициях. Она периодически заглядывала в пакеты с нижним бельем и любовалась покупками, мысленно примеряя на себя и уже подбирая под него аксессуары.

Вскоре заиграла живая музыка. Вино и атмосфера общего веселья сделали свое дело. Яна начала играть со мной. В глазах отблески азарта и возбуждения. Скинула с ноги туфлю. Ее ножка оказалась прямо между моих ног и начала ласково гладить меня. Почувствовав мое нарастающее возбуждение, она стала действовать еще смелее. Этого не было в планах. Я встал из-за стола.

– Через три минуты около мужского туалета на первом этаже, – прошептал ей на ухо и спустился вниз.

Она не торопилась. Играла – заставила меня ждать в нетерпении от возбуждения. Впрочем, это было ожидаемо. Женщины в своих играх похожи друг на друга. Судя по свежей помаде на губах – готовилась.

– Прости, я задержалась, – игриво улыбнулась она, – что мы тут будем делать?

Не говоря ни слова, взял ее за руку и силой затащил в мужскую туалетную комнату. В дальний угол. Пустая кабинка.

– Молчи, – тихо сказал я, схватив ее рукой за горло, закрывая дверь кабинки.

Она покорно смотрела на меня, находясь в оцепенении от нахлынувшего на нее возбуждения.

– Повернись спиной, руки на стену, нагнись и раздвинь ноги, ни звука, иначе накажу тебя. Поняла?

Яна послушно кивнула в ответ, приняв требуемую позу. По ее телу разливалась дрожь предвкушения. Небрежно задрав вверх платье и приспустив трусики, руками еще шире развел ее ноги и схватил за талию, пододвинув к себе. Вошел. Полная амплитуда. Ее тяжелое дыхание, готовое сорваться в стон. Резко, глубоко и быстро. Левой рукой за волосы, натянув их, как вожжи, а правой рукой крепко держу за талию…