- -
- 100%
- +
Глава. Аннотация
– Надо же, какое совпадение, да, Назарушка?! – прильнула счастливая к мужу, в ожидании, когда врач вынесет результат УЗИ невестки. – Свадьба серебряная сегодня, и сейчас узнаем, кого нам дети подарят… Ты кого хочешь, внука, или внучечку?
Муж был задумчив, промолчал.
Из кабинета выпорхнула медсестра и подошла прямиком к Назару:
– Какой вы, счастливый, мужчина! Поздравляю! И дочка у вас будет, и внучок…
– Вы перепутали, – посмотрела на девушку в недоумении. – Я не беременна. Нам результат Кузнецовой Анжелики нужен.
– Так, вот он, – девушка растерялась. – А это – второй, его супруги… – кивнула на мужа.
Глава 1. Эпидемия беременности
– Кирюша! – подскочила я из-за стола, услышав, что входная дверь открылась.
– Ути, пути… – фыркнул Назар, недовольно покачав головой.
Муж в последнее время постоянно придирался к сыну, и я устала сглаживать их конфликт. Что бы сын ни предпринимал, отец, даже не разобравшись, высмеивал. И всё из-за того, что изначально хотел, чтобы Кирилл получил экономическое, ну или юридическое образование и пришёл работать в его Авто-Холдинг. Нарисовал у себя в голове этакий образ сына – преемника.
Но Кир поступил на юридический, а через год забрал документы и ушёл в армию. А когда вернулся, поступил в архитектурно-строительный. Муж взбесился, но всё-таки продолжал верить, что тот со временем одумается. Назар и с дипломом архитектора с удовольствием взял бы сына под своё крыло. Но Кирилл летом защитился и начал искать работу, игнорируя предложение отца прийти в его фирму.
После этого Назара словно подменили: не упускал возможности, чтобы не съязвить по каждому поводу. Ну и, конечно, деньги Кириллу больше ни на что не давал. Сын устроился в какую-то девелоперскую компанию. Работал много, ему там нравилась, но получал пока сущие копейки.
– Кирюша, здравствуй, родной! – обняла сына и очередной раз ощутила прилив гордости за него: высокий, широкоплечий красавчик с густой щетиной на щеках… Он сильно возмужал за последний год и стал сильнее напоминать мне мужа. От него веяло такой же непоколебимой силой, как от моего Назара.
С мужем у нас приближалась дата серебряной свадьбы. И все эти годы я чувствовала себя с ним как за каменной стеной.
Это, конечно, не значило, что я была домохозяйкой.
Нет.
Наоборот. Поженились мы совсем молодыми, ещё студентами. Кирюша родился, спасибо родителям, помогли, даже академку не брала. Потом все годы по шажочкам продвигалась в карьере. И на сегодня могла гордиться собой: я ведущий пластический, челюстно-лицевой эндовидеохирург в частной клинике.
Клиника, правда, не моя. Муж развиваться мне не мешал, но и бизнес строить в этой области не отважился: говорил, что в медицине ноль без палочки.
А сама я, словами коллег: “хирург от бога”, только вот в бизнесе – ноль.
Поэтому деньгами в семье заведовал муж, а я занимаюсь любимым делом: возвращала людям утраченную красоту, или улучшала то, чем обделила их природа.
– А почему один? – хлопотала я вокруг сына, развешивая намокший от ноябрьского снега шарф на перекладину вешалки, шапку туда же… Включила сушилку для обуви. – Где Анжелика? Вы не поссорились? – забеспокоилась.
– Мам, да, всё хорошо. Она дома осталась.
– Ну и ладно, – выключила в прихожей свет и подтолкнула сына в ванную. – Иди, руки помой, мы только ужинать сели… Жду тебя в кухне.
– Привет, па, – Кирилл вошёл, и просторное помещение будто уменьшилось в размерах. Такое же ощущение у меня было, когда муж входил, но не садился, а стоял где-то посередине.
“Всё-таки какой красивый парень у нас!” – с гордостью посмотрела на него, а потом перехватила взгляд мужа и поняла, что тот, как бы ни ворчал, на самом деле, так же как я восхищался сыном.
Внешне Назар был очень суров. Мог так прикрикнуть, что даже мне было не по себе. Его подчинённые вообще по струнке ходили, если он был не в духе. Но я то знала, какой он на самом деле нежный и любящий, когда был со мной наедине.
Мой Бурый Медвежайка, называла его, ныряя в могучие объятия, а он целовал в висок и называл меня Мармеладным Фунтиком. Эта дразнилка была родом из нашей юности из-за моего пристрастия к мармеладу. Потом любовь к желейным конфеткам прошла, а ласковое прозвище осталось.
– Ну, здравствуй, сын, – Назар подал руку, и я мысленно выдохнула: так хотелось вернуть былой мир в их отношения… – Ты вспомнил про нас, чтобы навестить, или деньги понадобились?
Ну не мог муж просто поздороваться, обязательно надо язвить.
– По делу, пап. Мама днём сказала, что ты сегодня пораньше будешь дома, вот и приехал… – Кирилл замялся.
– Сказал А, говори Б, не телись, – буркнул Назар, накалывая на вилку кусочки мяса. – Стеша, а аджика ещё осталась?
– Ой, прости, забыла про неё, – распахнула холодильник и, достав баночку, поставила на стол.
Аджику готовила сама осенью из грунтовых помидоров, чеснока и перца. Муж обожал её.
– Кирилл, садись, а то остынет, – кивнула на обычное место сына за столом.
Летом мама Анжелики уезжала в отпуск, и Кирилл тогда начал оставаться у девушки, а потом так и прижился у них. Мужа это ужасно бесило.
– Мамуль, не волнуйся, садись сама. Я не голоден, отозвался Кир. – Пап, ты прав, я пришёл не просто так. Вообще-то, мы хотели с Анжеликой вместе сказать вам, но мать её сейчас плохо себя чувствует, поэтому она осталась с ней.
– А что случилось? – всполошилась я. – Болеет? Может, консультация нужна у врача? Я бы могла по своим связям помочь.
– Да не, мам, со здоровьем у неё как раз хорошо всё. Просто она беременная… Токсикоз там, настроение скачет.
– Беременная?! – охнула я, часто моргая. – А сколько её маме лет? – посмотрела на реакцию мужа. Тот с ухмылкой лишь покачал головой. Ну, конечно, что тут скажешь…
– Не знаю точно. Но сорока нет. Она Анжелику рано родила.
– А отец их тоже молодой? Почему они так поздно на второго решились? – пододвинула ближе к сыну тарелку с нарезанными огурчиками. – Дочка, вон, взрослая уже.
– Да, мам, там… – Кирилл махнул нетерпеливо рукой, и разломил кусочек хлеба по своему обычаю, ещё раз пополам. – Люба с отцом Анжелики давно не живёт. А сейчас даже не знаю, от кого беременна. Мужчин в их доме не видел. Анжела сказала, что та решила для себя родить.
– А, ну да, – вздохнула я, – знакомо… Хорошо, мы с папой вдвоём. А так ты, вон, дома почти не бываешь, а я вроде как ещё молодая. Чем свою жизнь наполняла бы, не знаю. А ты её что, вот так, просто по имени зовёшь?
– Да я первый раз, когда увидел её, думал сестра Анжелина старшая. Её при мне Любой назвали, ну и я туда же. А потом уже странно было бы по имени-отчеству, – усмехнулся. – И ты, мама, не говори про свой возраст. Вам с отцом самое то – для себя пожить теперь.
– Поняла, мать? – усмехнулся Назар. – Живи для себя и радуйся жизни. А ты всё в своей больнице, гори она синим пламенем, зависаешь. Ни выходных, ни праздников, – разворчался вдруг. – Летом вон, в кои-то времена отпуск выкроил, так она, – смачно цокнул языком, удерживаясь от мата, – свинтила, незаменимая моя! Вот как так? Мужикам кому сказать, ржать будут! Их жёны мечтают дурака валять у моря, а моя, – посмотрел с укором, – мужа на море бросила и улетела в свой долбанный Питер Мир спасать. Вот как так?! – это была больная тема мужа, и когда он начинал, то мне лучше было помалкивать. По-видимому он мне этот отпуск до конца дней моих собирался вспоминать.
– Кирюша, так о чём ты хотел с нами поговорить? – дождавшись паузы, виртуозно сменила я тему.
– Да, в общем… Дело в том, что, – Кирилл отложил вилку и, сцепив пальцы в замок, вздохнул, собираясь с мыслями. Он всегда так делал, когда предстояло объясняться с отцом.
Я напряглась. Назар тоже молча жевал, глядя в стол.
– Я Анжелике сделал предложение, и мы подали заявление в ЗАГС, – выпалил вдруг Кир, и Назар с грохотом выронил вилку. Та, отскочив от столешницы, улетела под стол, а мясо в томате угодило мужу на брюки.
Надо было сходить за тряпкой, но я сидела не в силах пошевелиться, словно мне ввели спинальный наркоз.
Видела, что лицо мужа наливается кровью, и думала о том, что сейчас будет полный капец, и не шевелилась.
– Какое на хрен жениться?! – наконец, дойдя до края, взревел муж. – Девка учится, ты, Лунтик, решил жить самостоятельно, вне моей фирмы, и как итог – молодой специалист, который даже себя обеспечить не может! На что вы жить собираетесь?! Мм?! Вам что, трахаться без штампа в паспорте неинтересно?
– Назар! – умоляюще посмотрела я на мужа. – Ну, пожалуйста, перестань!
– Стеша, помолчи! – рявкнул он. – Кирилл, в чём дело? Зачем такая поспешность? Пойми, жениться, подразумевает жить самостоятельно, а вы в сущности дети.
– Пап, но вы же с мамой, когда женились, вообще желторотыми были и ничего! – озвучил сын запретный аргумент.
– Да, у нас так сложилось! Но знаешь, дорогой, как тяжело маме было? – Назар поиграл желваками. – Зачем же на наши грабли наступать? Поживите вы для себя, успеете в семью наиграться. А то, дети пойдут, и всё! Не до себя будет.
– Так, потому и женимся, – повёл сын богатырскими плечами. – Анжела беременна.
– Да твою ж мать! – взревел муж, в сердцах швыряя салфетку, которой оттирал брюки. – У вас там что, эпидемия? Мать на старости лет без мужика рожает. Дочке впору в куклы играть – туда же! Вы что там, с ума посходили?! Инопланетяне, бля@! Ну ладно, Анжелка беременна – дураки зелёные, а мамаше-то тогда, на хрен ещё один ребёнок? Или она миллионерша? Так, по Анжелке твоей не скажешь, что в избытке живут. Вот убей, не пойму я!...
Мужа явно несло, но я ждала, когда он выплеснет горечь. Для меня сообщение сына тоже было равно стихийному бедствию, но я привыкла немного отстраняться от проблемы, чтобы потом рассматривать её на более прохладную голову.
– Так мать её раньше забеременела. Когда решала, оставить ребёнка или нет, никто не думал, что у нас так получится.
– Получится, бля@! – передразнил сына Назар, качая головой. – Вроде со школы вас контрацепции учат. Мать, я сам видел, тебе ещё в пятнадцать лет презервативы в стол подкладывала. А тут – на тебе! Получилось!
– Назар! – накрыла ладонью подрагивающую кисть мужа, испещрённую вздувшимися венами. – А ты посмотри на это с другой стороны, – примирительно улыбнулась. – У нас, глядишь, летом внучок появится! Мы же, помнишь, мечтали?
– Мы, Стеша, о своём мечтали, – поправил меня муж, вставая из-за стола. – Но бог по-другому, вижу, распорядился. Только в деды я пока не спешу записываться.
– Пап, я понимаю, что ты сейчас на взводе. Но давай всё же решим как-то этот вопрос, – окликнул его Кир.
– А что решать? Вы без нас уже всё решили.
– Пап, я нечасто тебя прошу о чём-то…
– Что ещё? – муж со вздохом уселся обратно.
– Мы с Анжелой хотим поужинать завтра где-нибудь в кафе. С мамой её познакомитесь. Ну и поговорим о свадьбе.
Назар был в бешенстве. Но посмотрев на меня, обмяк, встретив мой умоляющий взгляд:
– Ладно. Матери своей спасибо скажи… Не она бы, пошёл бы ты, сынок, в самостоятельную жизнь с голым задом, как пить дать! Мне твои взбрыки давно в печени сидят. Да всё уму, разуму поучить тебя не получается. Вечно эти бабы, – посмотрел на меня и осёкся, – Стеша, это не в твой огород, не сердись, – сделал оговорку и снова повернулся к сыну, – жизнь людям портят. У твоей, вон, титьки не выросли, а рожать надо!
– Пап, я понимаю, что ты зол, но не надо так про Анжелику, – скрипнул зубами Кирилл.
“Господи! Сейчас поругаются снова”, – испугалась я.
– Знаешь, Кирюша, а может, и хорошо всё будет, – проговорила с улыбкой, не дав мужу ответить. – Говорят, если бог ребёночка дал, то и на ребёночка даст…
– Конечно, боженька ваш даст! – фыркнул Назар. – Из моего кармана даст. Других пока не вижу в вашем окружении.
Муж, скорее всего, имел в виду, что свои деньги я уже много лет полностью тратила на родителей. Сначала перевезла их в Питер из глубинки, потому что отцу требовалось обследование и операция на сердце. А потом уход. Муж, спасибо ему, купил для них квартиру. А мои деньги уходили на лечение родителей, сиделку, помощницу по хозяйству, потому что мама с трудом ходила из-за больных суставов. А я не справлялась жить на два дома и ещё работать.
– Назарушка, так во сколько тогда завтра соберёмся на ужин? И где заказать? – направила я мысли мужа в нужное русло. – И в список гостей на наше торжество одиннадцатого ноября нужно теперь маму Анжелики вписать…
Глава 2. Назар
Ресторан заказала жена. Договорились, что я заеду за ней, но, как назло, на работе произошло ЧП.
Наш холдинг занимался много чем, и перевозкой различных грузов в том числе. Сегодня, надо же было так угораздить – перевернулась автоцистерна с топливом, притом вблизи газопровода. Бригада МЧС что могла сделала, но там же начальство подтянулось из районной администрации. Подняли документы, вызвали меня…
Даже на вскидку штраф светил нешуточный. И это не считая убытков.
Голова шла кругом.
Понятно, что когда ближе к вечеру позвонила Стеша и спросила во сколько я за ней заеду, сообразил не сразу, о чём она.
– Назар! Ты что?! – взвилась жена, решив, что я так пытаюсь слиться, чтобы не идти в ресторан. – Ты же обещал! Как так можно?! Кирилл обидится, – в голосе жены звучало отчаяние.
– У меня проблемы на работе. Я освобожусь только через час, не раньше, – проговорил сдержанно.
– Господи, Назар, ну неужели без тебя там никак? У тебя же уйма замов, – стенала жена, начиная меня выводить из себя. – Ну, пожалуйста!...
– Стеша, не беси, – вспылил я. – У меня тут ЧП, а ты со своими наездами. Сказал, кажется, освобожусь – приеду. Закажи мне там что-нибудь на своё усмотрение.
– Ладно. Но помни, мы тебя ждём, – проговорить снова, прежде чем я сбросил вызов.
“Помру – мёртвого достанет, лишь бы сына ублажить!” – пробормотал в бешенстве, хотя понимал, что жена ни при чём. Злился я на себя за то, что подписал те чёртовы документы, хотя надо было подождать юриста.
– Назар Георгиевич, а мы сегодня до скольки? – заглянула в кабинет Ирина, мой секретарь.
– Иди, сам закрою, – махнул, не глядя на неё, продолжая изучать положение об ответственности сторон.
– Может, чай принести?! – девчонка не уходила, топталась в дверях.
– Ира! Ты русский язык понимаешь?! – рявкнул, отрываясь от документов. – Иди, это значит, закрой дверь с той стороны! – “зараза жопастая!” – почувствовал напряжение в паху от её трепетания передо мной.
Та, округлив глаза, испарилась, прикрыв дверь.
“Ладненькая. Умненькая. Проворная. Нет, чтобы Кир такую вот выбрал… – вздохнул. – Нет, бля@, Анжелу эту тощую, не от мира сего, нашёл. Ни сиськи, ни, прости господи... Глаза там только да губки ништяк. Эх! И ведь успел же, засранец, обрюхатить. Ни сам толком на ноги не встал, ни эта…” – не хотелось думать про будущую невестку плохо, но ощущение было, словно она меня обманула.
Будто вкладывался я много лет в проект всей своей жизни – сына, вкладывался, а она пришла, ноги раздвинула и присвоила его нагло.
Сделал несколько звонков, договорился о совещании и решил оставить всё на завтра. После разговора с женой о работе не думалось.
Или это округлости секретарши новенькой так действовали?
“Надо Стешку сегодня разложить по полной, а то что-то она последнее время увиливает постоянно. Пока жду, усну. А утром не до того”, – подумал, чувствуя, что эрекция не проходит.
Я, конечно, понимал, что секс жене уже в том количестве, как раньше не нужен, но с собой ничего не мог поделать: через несколько дней без секса становился раздражительным, а потом глаза сами начинали выделять аппетитные женские формы.
В ресторан опоздал всего на полчаса.
Издали узнал Стешу за столиком возле окна. Жена оживлённо разговаривала с блондинкой, сидевшей ко мне с прямой, как у танцовщицы, спиной. Кого-то она мне напоминала, но вспоминать не стал, подошёл ближе. Анжелика и Кир сидели напротив Стеши и пялились в дисплей телефона.
“Вот поколение!” – вздохнул.
Место рядом с женой было свободно, туда и прошёл.
– Добрый вечер! – поприветствовал всех, отодвигая кресло, чтобы сесть.
Мне ответили вразнобой.
– Пап, познакомься, это Любовь Сергеевна, мама Анжелики, – проговорил Кирилл, и я, кивнув из вежливости, мельком глянул на женщину. И завис, в полусогнутом положении…
– ... знакомьтесь, мой отец – Назар Георгиевич, – услышал я откуда-то, словно издалека, потому что продолжал пялиться на Любу, утонув в колдовской зелени её глаз.
– Назар, ты что, как столб? – дёрнула меня за рукав Стеша, приводя в чувство, и я неловко приземлился рядом с ней. – Я заказала судака с овощами гриль и медальон из говядины в сковороде, ты что будешь? – забросала меня вопросами.
– Всё равно, – коротко глянул на сына. Нет, тот был занят Анжелой, значит, не видел, как я таращился на его будущую тёщу. Налив в бокал воды, выпил залпом.
“Не может быть! Так не бывает, – стучало в голове. – Как такое возможно?”
– Сейчас приду, – предупредил жену, вставая из-за стола, и направился к бару. Взял сто коньяка, выпил залпом и прошёл в туалет.
По жилам разлилось тепло, расслабляя, но боль, сдавившая виски, когда увидел Любу, не прошла. Намылил руки и, периодически включая воду, долго ополаскивал, поднося ладони к фотоэлементу.
В памяти кинолентой мелькали события отпуска в Сочи, где судьба свела меня с этой женщиной.
Глава 3. Воспоминания Назара
К отпуску с женой подготовились как следует.
Стеша заранее изучила отзывы, расположение и забронировала шикарный номер с видом на море в отеле “Лучезарный”.
Цена соответствовала перечню услуг, поэтому не жалко было переплатить.
Да и еда в ресторане была отменная. А вид с балкона такой, что можно было там и сидеть весь отпуск с бутылочкой вина и лучшей на свете женщиной – моей женой.
Но Стеша, непоседа, желания побездельничать не разделяла: всю первую неделю таскала меня по экскурсиям. Вечером мы ужинали в ресторане, а потом гуляли по набережной, любуясь на заходящее солнце.
Всё было – зашибись!
А потом ей позвонил владелец её клиники и в добровольно-приказном порядке “попросил” прервать отпуск и срочно вернуться в Питер.
Конечно, я был против. И не только потому, что деньги нам уже никто не вернёт. Дело даже не в деньгах было. Просто дома мы постоянно в делах и заботах. И вот, наконец-то, я смог всё выстроить так, чтобы провести эти полмесяца с женой. Пообщаться, сменить обстановку, наполниться новыми впечатлениями, о которых было бы приятно вспоминать потом в сером Питере. Ведь только отдохнув как следует, можно было потом снова работать на полных оборотах.
Хотелось перезагрузить мозги и почувствовать себя наконец, не чьим-то начальником, не руководителем крупной компании, а обычным, полным сил мужиком.
За эту неделю я едва успел прийти в себя, потому что первые дни мне ещё продолжали звонить по работе, и по сто раз на дню обо всём переспрашивать.
И вот, едва я начал вкуривать удовольствие от ничегонеделания, как Стеша заявила, что ей надо вернуться.
Конечно, взбесился. Наговорил лишнего, хотя и понимал, что ей очень важна эта работа.
Жена много лет шла к тому, чтобы стать специалистом. Сколько училась, сколько времени и сил на всё положила, уж я-то знал.
Но тут не выдержал, сказал, что она прежде всего моя жена. Что мне по хер, станет она в той клинике главврачом или нет. Меня бы вообще больше устроило, чтобы её уволили, и она, наконец, вспомнила про мужа. Чтобы не замотанная по вечерам встречала, а с радостью. Ну и в постели, сама собой, хотелось, чтобы всё было с желанием, а не на отвяжись.
Стеша обычно всегда прислушивалась к моему мнению, а тут в неё словно бес вселился.
Упёрлась. Сказала, что если не вернётся, то эту операцию проведёт молодой карьерист Резинен, и тогда в ней клиника перестанет нуждаться. Его утвердят в должности главврача, а потом он подтянет свою команду, в которой ей, независимо от регалий, места уже не будет.
– Понимаешь, Назар, – говорила она мне, – у меня уже не тот возраст, чтобы начинать карьеру на новом месте. А домохозяйкой стать, я, прости, не готова.
Возразить было нечего.
Не силой же мне её удерживать. Но сам раньше времени возвращаться отказался.
Вечером, накануне её отъезда мы прокатились на пароходе, полюбовались на вечернее в огнях Сочи, а потом жена подарила мне незабываемую ночь, и мы почти помирились.
Утром на арендованной машине отвёз её в аэропорт и, возвращаясь в отель, стал строить планы на оставшуюся неделю.
Но скоро понял, что без Стеши, моей фантазии хватило только на то, чтобы прикинуть, где сегодня поужинать с видом на море.
Переключая волну на радио, на миг отвлёкся и едва не влетел в зад остановившемуся прямо на дороге такси.
– Тебе что, права подарили?! – высунулся я в форточку с огромным желанием тряхнуть идиота.
– Прости, брат, сломался, – водитель виновато приложил руку к груди.
– Знак поставь, вон там, – оттопыренным пальцем показал назад и включил поворотник, чтобы объехать машину.
– Мужчина! Подождите! – вдруг из-за такси выскочила миниатюрная блондинка в солнцезащитных очках на пол лица. – Отвезите меня, пожалуйста, в гостиницу. Я заплачу.
– Ну, садись, – сперва пожал плечами, но потом стало неловко смотреть, как та тащит свой чемодан на мизерных колёсиках по обочине. Розовый, не больше дорожной сумки, он вызывал умиление. Женщина тоже. Потому что даже на фоне его смотрелась чересчур хрупкой.
Вышел из машины, закинул его на заднее сиденье, а для пассажирки распахнул переднюю дверь. – Прошу! – убрав руку за спину, в шутку изобразил швейцара.
Девичья искренняя улыбка озарила её миловидное лицо. Женщина сдвинула вверх солнцезащитные очки, убирая ими, как ободком, светлую чёлку и, смешно щурясь, отвернулась от солнца. Теперь только смог разглядеть её непривычно зелёные, как у кошки глаза.
– Назар, – захотелось узнать её имя.
– Люба, – от улыбки на одной щеке у неё образовалась ямочка.
“Бля@! Да, что за наваждение?!” – одёрнул себя и, подождав, пока сядет, захлопнул дверь.
Сев за руль, включил музыку погромче и сосредоточился на дороге. А чтобы не коситься на чересчур белые, незагорелые коленки, стал вспоминать свою красавицу, смуглянку Стешу.
Посмотрел на часы.
“Нет, ещё не прилетела”, – настроение вдруг испортилось. – Вот какого она свинтила? С чего решила, что её бы уволили? Напридумывала. Этот говнюк её как малолетку развёл, манипулятор хренов, а она и повелась… – в такт музыке пальцем отбивал дробь на оплётке руля, запрещая себе смотреть на пассажирку.
Она вообще не была в моём вкусе. То ли дело Стеша: крепкая, дородная! Про таких говорят: яблочко наливное. Есть за что подержаться.
А в этой что?
Мельком глянул, чтобы убедиться, что прав.
Маленькая.
Взгляд остановился на груди, привычно измеряя. Для её хрупкого телосложения, грудь была что надо. Персики на местном рынке, как раз такие – на троечку, наверно. У Стеши до родов тоже такие были.
“Да ну, – отбросил навязчивую мысль, – поролон наверное”.
Теперь подмывало потрогать, чтобы убедиться и больше не думать.
“Да, что ж такое-то? – надул щёки, медленно выдыхая. – С женой всю ночь прощался вроде, а теперь что?! Солнце, что ли, активное такое здесь?”
Пассажирка поселилась в мини-гостинице, расположенной от моря на второй линии, как раз за нашим отелем. Выгрузил розовый её чемодан у ворот на ступенях, махнул не глядя и газанул, срываясь с места как от чертовки, в глаза которой, так и тянуло взглянуть ещё раз.
Но нет! Это было последним, что я бы сделал, будучи в здравом уме.
Среди знакомых многие снимали стресс разовыми похождениями с девочками, но мне всегда это претило.
Понимал, что, преступив черту, потом обратно не отмотаешь.
А женой я дорожил.
Глава 4. Назар
“Что за хрень? – смотрел через зеркало себе в глаза, а мысленно обращался непонятно к кому.
К проведению, что ли?
– Я же и тогда пытался сбежать от её ведьмовских глаз… Для чего тогда встретил вновь?