- -
- 100%
- +
Пролог
Алькона. Северная граница Империи. Комплекс укреплений Три Сестры. 563 год Новой Империи.
Холодно. Пронзительно– ледяной ветер норовит забраться под меховой капюшон. Она достает флягу и, с трудом отвинчивая колпачок, делает пару глотков обжигающе-крепкого напитка.
Но даже это не помогает согреться. Хорошо хоть, капюшон оторочен полоской волчьего меха и не замерзает от дыхания.
Она зубами стянула заиндевевшую рукавицу с левой руки и, запустив кисть за подкладку парки, нащупала маленький кожаный кошель с серебром. Пальцы сами скользнули вовнутрь.
Проклятое серебро. Без него она бы, наверное, осталась лежать никчемным, мерзлым куском мяса еще пару тысяч шагов назад.
Она сделала следующий шаг, медленно перебирая монеты. Один серебряный, десятка, пол-империала, гнутая половинка…Она перебирала их, как четки, и монеты сами, нагреваясь от тепла ее ладони, становились обжигающе горячими. Монетка, шаг, еще один. Энергия заструилась по измученному телу.
За все в этом мире надо платить сполна, и во всем, что происходит с тобой, всегда виноват ты сам. Безвинно только рождение и смерть. Так говорил ее Учитель. Даже в своих мыслях, не то что вслух, она не смела произнести его имя. Ее Учитель, ее любовник, предавший ее.
Очередной порыв ветра сдернул с ее головы капюшон, порвав завязки. Острая снежная крупа немилосердно ударила в ее лицо, и глаза заслезились, туманя взгляд.
Серое небо, белый нетронутый снежный наст. Уже много дней пути она не встречала никаких следов. Белое безмолвие.
Она села на снег, прячась от ветра. Закрыла глаза, перебирая монеты: Один серебряный, десятка, пол-империала, гнутая половинка…
Она была пуста, маны не было, как будто ее выпил какой-то сказочный зверь. Ее Учитель любил рассказывать различные предания.
Но что-то еще оставалось внутри нее, монетки помогали найти эти крохи и использовать их, чтобы не сдохнуть в ледяном аду.
Она замерла. На самой границе восприятия, на уровне слуховой галлюцинации она сквозь вой ветра услышала собачий лай. Но ей не показалось. Лай приближался, становился отчетливее и ближе.
Она заставила себя открыть глаза и чуть сдвинуть капюшон, защищающий ее от ветра. Через снеговой наст, проламывая его в каждом прыжке, несся крупный лохматый зверь, больше похожий на медвежонка, чем на собаку.
Прежде чем она сумела подняться, зверь подбежал к ней, мгновенно погасив скорость крупными широкими лапами. Он открыл огромную пасть, полную шикарных белоснежных зубов, и вывалил наружу свой фиолетово-розовый язык. Ему было жарко. Шоколадного цвета глаза смотрели спокойно и с любопытством. Его крупная покатая голова сейчас находилась вровень с ее бледным лицом. Шарк, снежный пес – а это был именно он – оглушительно гавкнул, подзывая своего хозяина, и лизнул свою находку прямо в лицо.
Если до этого она держалась только за счет своей решимости дойти во что бы то ни стало, то теперь, осознав, что цель ее путешествия близка, повалилась на снег. Как будто из нее выдернули невидимый стержень.
-Кого ты нашел, негодник? – раздался над головой грубый мужской голос. Чья-то рука подняла край ее капюшона.
-Как ты сюда попала, девица? – спросил он.
-Дошла, – выдохнула она шёпотом.
-Да уж, дошла. Ну, добро пожаловать в Три Сестры. Я Страж, – представился незнакомец.
-А я…-ее дыхание перехватило от окончательного осознания простого факта: цель достигнута. – Я – Сестра!
Благостный мрак полубессознательного состояния накрыл ее измученное тело. Она чувствовала, как ее подняли и несут. Она ощущала рядом присутствие снежного пса, который касался ее сознания успокаивающим шёпотом.
Она была дома, она дошла, несмотря ни на что, и теперь у нее, да и всей Империи есть будущее.
Спасительное беспамятство наконец настигло ее, левая рука безвольно разжалась, роняя на снег горячее серебро: один серебряный, десятка, пол-империала, гнутая половинка…
Глава 1. Обсуждая мироздание
xxx: интересно, а почему программисты до сих пор не придумали какого-нибудь бога исходного кода, такого, чтоб можно было ему всякие подношения делать для очищения программ от багов. И чтоб пророки у него были, которые могли сказать программе: "отбрось костыли свои и работай", и она работала…
-Ну, здравствуй, Станислав! Долго же тебя пришлось ждать, – произнесла она на русском, с жутким акцентом, глядя мне прямо в глаза своим холодным пугающим взглядом. Моя спина разом взмокла от пота, хотя в комнате было довольно прохладно.
Передо мной стояла Катерина МакГью собственной персоной, и ее появление здесь, в этом закрытом от всего месте, не предвещало для меня ничего хорошего.
–Дождались? – уточнил я, беря себя в руки. – И еще подождете.
Я прошел в душ, по пути захватив одежду. В спину мне только хмыкнули. Стоя под упругими струями воды и меняя ее температуру с обжигающе горячей на омерзительно ледяную, я думал. Перебирал в голове все события последних дней как в игре, так и в реальности, и чем больше я вспоминал, тем больше успокаивался.
Как бы ни сложилась ситуация в дальнейшем, поймать и прижать меня Катерине было не на чем. С чего взял, что на меня непременно будут давить? Да со всего! Начиная с холодного взгляда, который меня встретил при выходе из капсулы, заканчивая ее характером. Такие люди идут по головам во имя великой цели, совершенно не задумываясь ни о ком и ни о чем.
Только их цель, как правило – это спасение мироздания, имеет значение. Придется выкручиваться и блефовать, и главное в этом – не перегнуть палку. Я видел, что случилось с Фаридом, и совершенно не хочу повторить его судьбу.
Я вышел к моей нежелательной собеседнице совершенно спокойный, посвежевший и готовый к любому разговору. Но помогать ей в этом совершенно не собирался. Ей нужно, вот пусть и суетится. Я демонстративно медленно налил себе кружку зеленого чая и, усевшись на кровать, принялся неспешно, и я бы сказал даже медитативно, его поглощать маленькими, скупыми глотками.
Катерина молчала, принимая и переваривая стиль моего поведения, но затем все же заговорила первая, прерывая неловкую паузу:
–Как ты, должно быть, понял, после неожиданной смерти Вильяма компанию теперь возглавляю я. По крайней мере, ее научное подразделение. У меня есть свои цели и задачи, которые мне надо решить во что бы то ни стало, и у тебя просто нет другого выбора, кроме как мне помогать.
Я продолжал молча пить чай.
–Твой очень неумный побег, с одной стороны, показал, на чьей ты сейчас стороне, а с другой – раскрыл все твои способности. Ты не учел, что с тобой рядом все время был наш человек, благодаря которому вся информация о тебе поступала напрямую тому, кому это было нужно.
Я снова промолчал, чай в кружке закончился, но я продолжал делать вид, что еще пью его и внимательно слушаю собеседника.
–Мне необходимо твое добровольное сотрудничество, как в игре, так здесь, в лаборатории, хотя я бы предпочла перенести точку твоей дислокации в другое место. Подумай над моими словами, и когда примешь решение – мы поговорим. А Лизу я сейчас пришлю к тебе.
Она повернулась, намереваясь меня покинуть, но я не дал ей такую возможность.
–Катерина, я пока не услышал от тебя никакой конкретики, опять одна сплошная вода и бла-бла-бла ни о чем.
Катерина МакГью застыла, переваривая то, что услышала от меня, даже слегка наклонила голову, будто прислушиваясь к себе: не померещился ли ей мой не очень корректный ответ? Наконец спросила:
–А что ты хочешь от меня узнать?
–Я? Да, собственно, ничего. У меня сменилось начальство? О'кей, а мне какое до этого дело? Я выбрал не ту сторону? А с чего ты решила, что я выбирал сторону? Добровольное сотрудничество? Почему бы и нет, у меня есть контракт с Глобал, там все написано. Присылать отчеты не Бозуорту, а тебе лично? Почему бы и нет? Как скажете, мэм. А насчет моей дислокации, то предпочитаю собственное жилье, здесь вообще вариантов не может быть.
–А как быть с тем, что ты с помощью магии раскидал охранников при своем побеге?
–Каком побеге? Какая магия? Ты готова пройти медицинское освидетельствование на свою психическую состоятельность? У охранников был шокер, этим самым шокером они и получили по полной, я вообще парень не слабый, если что, то могу, не задумываясь, пустить кулаки в ход. Кстати, как там ваш сотрудник поживает, у которого я отобрал шокер? Челюсть я ему не сломал, надеюсь? И еще о побеге: я в гости к дедушке поехал, вообще-то!
На секунду мне показалось, что Катерину заклинило – так долго она стояла в одной позе, с чуть приоткрытым ртом.
–Хорошо, я принимаю и даже уважаю такую точку зрения. Тебе плевать на все, ты просто работник по найму? Вот только твой круг обязанностей согласно контракту необходимо пересмотреть.
–Пересмотрите. Пришлите мне на почту копию. Я посоветуюсь с юристами и дам вам знать. А сейчас у меня есть желание покинуть это гостеприимное заведение, – я огляделся вокруг, понимая, что собирать мне с собой, в общем-то, нечего.
–Иди, я дам распоряжения для того, чтобы тебя пропустили, – ответила Катерина. По-видимому, она все-таки приняла какое-то решение насчет меня и, похоже, даже была им довольна. Я прошел к лифту, и меня никто не остановил и даже не спросил, кто я и что здесь делаю. Единственный пункт охраны был наверху, насколько я понял, но я надеялся, что так же свободно пройду и его.
Дверь лифта уже почти закрылась, когда его остановила чья-то рука. В лифт зашла Лиза и как ни в чем не бывало нажала на кнопку, отправляющую кабину наверх.
Я смотрел на нее и не знал, что сказать. Да и не хотел я ничего говорить, любое неосторожное слово, любой вздох или жест могли спровоцировать ненужный мне разговор.
Внешне я был спокоен, но внутри все кипело, а на язык так и просились всякие вопросы. Я до боли сжал правую руку в кулак. Лиза ее не могла видеть, так как я стоял к ней боком.
Так мы и доехали наверх. Я вышел, а она осталась, тоже не произнеся не слова, лишь слабо улыбаясь.
Лифтовый холл был отделен от проходной небольшим коридором, из которого был также выход в туалет. Я зашел в небольшое помещение и протянул руки к крану с водой. Нестерпимо хотелось ополоснуть лицо.
Только тут я сообразил, что моя правая рука еще до сих пор сжата в кулак, а ногти почти прорезали кожу. Вокруг кулака колыхались почти прозрачные, синие линии плетения.
Я осторожно разжал руку и сунул кисть под струю холодной воды. Только тогда я почувствовал, насколько моя рука онемела за краткие секунды поездки в лифте. Свечение вокруг кисти погасло, и на меня накатила слабость. Противный комок чего-то тошнотворного подкатил к горлу.
Я умыл холодной водой лицо, прополоскал рот и только тогда почувствовал себя лучше. Охрана на выходе пропустила меня, даже не особо обратив внимание на мою персону. Выйдя из здания, я оказался практически в центре города. Здесь, у главного транспортного узла, в который входили различные виды городских дорожных коммуникаций, вечно ошивались разные асоциальные типы.
Недалеко от входа, прямо на земле, подложив под задницу небольшой рюкзак, сидел молодой парень с длинными засаленными волосами и курил дурь. Перед ним стояла небольшая картонная коробка с мелочью. Сомневаюсь, что ему кто-нибудь что-то туда действительно бросал.
Я встал прямо перед ним и, достав бумажник, кинул бумажку достоинством в двадцать кредитов. Мне показалась, что она исчезла, просто растворилась в воздухе, так и не долетев до коробки. Он поднял на меня глаза и оглядел с ног до головы. При этом его взгляд мне показался вполне нормальным, трезвым.
–Мне нужна связь, оплаченная, девайс с хорошим приемом, что-нибудь старое.
Если не соврали мои старые знакомые, именно здесь у таких типов можно было купить что угодно. Похоже, я не ошибся, так как парень кивнул и показал мне рукой на вывеску через дорогу, гласящую о том, что в полуподвальчике расположилась лавка по ремонту любой техники.
Я спустился по ступеням вниз и, едва войдя в маленькое помещение, практически сразу оказался на кладбище раритетов. Все полки и стеллажи были завалены каким-то старьем. Не знаю, как у ребят, промышляющих здесь, была налажена коммуникация, но на прилавке уже лежало два коммуникатора каких-то древних, незнакомых для меня моделей.
–Этот 50, а вот зеленый – 70, – объявил цену продавец. Я выбрал зеленый, его небольшой прорезиненный корпус мне понравился сразу. Маленький экран, мощная батарея– вообще, он производил впечатление старой модели для какой-то службы охраны.
Еще за пятьдесят монет я купил чип, оформленный неизвестно на кого и с оплаченными услугами доступа в сеть. Минусом таких вот чипов было то, что, во-первых, их нельзя было легально оплатить, а во-вторых, они могли перестать работать в любой момент.
Но мне было все равно, а древняя модель коммуникатора гарантировала, что его никто просто так не взломает, так как он не поддерживал ни одну современную функцию, кроме простого серфинга по сети и звонков.
Зачем мне было это все нужно? Даже не знаю. Выглядели мои действия, признаюсь, довольно глупо и если бы не те невидимые ниточки, которые привязали меня к игре, то, наверное, я был бы уже на пути в аэропорт.
Американская виза у меня есть, деньги на билет тоже, а маршрут можно было бы выбрать самый дикий, например, через Мексику или Панаму. Черта с два отследят. Но надо было, наконец, признаться самому себе, что я попался.
С этим необходимо было смириться, причем не на какое-то время, отложив окончательное решение на потом, а признаться самому себе прямо сейчас. В дальнейшем уйти, бросить все будет намного сложнее.
И сейчас мои желания узнать правду, докопаться до сути происходящего были значительно сильнее моих опасений и страхов.
Я не стал брать машину, предпочтя городской транспорт, подсознательно оттягивая момент возвращения домой. Прижавшись лбом к холодному стеклу автобуса, я продолжал выворачивать себя на изнанку, ставя перед собой неудобные вопросы и пытаясь максимально честно на них ответить.
По сути, мне ничего не угрожало. Было совершенно очевидно, что все заинтересованные стороны будут пытаться меня использовать. Пускай используют, но только в рамках соглашения, которое надо, кстати, переписать на более выгодных для меня условиях.
Если отбросить в сторону проявления магической энергии в реальности, то все становилось просто. Я нужен крупной, я бы сказал, крупнейшей корпорации, и пускай они за это платят. Но вот чем закончатся лично для меня эти проявления, смогу ли я их, ладно, не использовать, а хотя бы просто контролировать? Не знаю. Честный и короткий ответ.
За этими мыслями я и не заметил, как доехал до дома. В квартире было пыльно, и затхлый воздух заставил меня настежь открыть окна. Я выгреб в мусорный пакет все, что было в холодильнике, даже особо не проверяя. Выжить в нем за мое отсутствие ничего не могло.
Как ни тянуло меня в игру, я все же решил вначале сделать запланированные ранее дела. Отправил сообщение деду, написал письмо брату и позвонил Кро.
Почему ей? Мне показалось, что в данном случае она быстрее всех организует нашу старую компанию. Звонил я через сеть. Только что купленный коммуникатор с левым номером я решил пока не светить, а оставить на будущее.
Кро ответила почти сразу.
–Стас! Рада слышать, ты совсем пропал в последнее время! – по ее голосу я почувствовал, что она действительно обрадовалась моему звонку.
–Собирай всех наших, приезжайте вечером ко мне! – попросил я ее.
–Хорошо, я постараюсь, только вот «мармеладки» укатили на соревнования, их точно не будет!
–Жаль, была у меня к нашим близнецам пара вопросов, но все равно, давайте, в восемь я вас жду.
Заказав еды на вечер, с учетом всех ожидавшихся гостей, я проверил состояние капсулы и вошел в игру.
Белый Замок встретил меня тишиной и прохладой древних стен. Побродив по нему в полном одиночестве, я никого не нашел. Может, все ушли на разведку в лес? Я выглянул в маленький внутренний двор и осмотрелся.
Та’ я обнаружил в саду. Она лежала на плетеной кушетке и меланхолично играла сорванной веточкой какого-то вечнозеленого растения.
–А… это ты… – произнесла она, не оборачиваясь. – А барон и дроу ушли искать монолиты барьера в эльфийский лес.
–Вставай, мне нужна твоя помощь, – я еще раньше твердо решил проверить все содержимое Белого Замка, несмотря на предупреждения барона. Но мне нужен был помощник, которой бы смотрел за моими действиями со стороны. А тут так удачно все складывается.
–Всегда пожалуйста, а что тебе нужно? – Та’ поднялась со скамьи и посмотрела на меня.
–Приглядеь за мной, пока я осматриваю артефакты этого замка, и аккуратно прервать мои действия, если что-то пойдет не так
–Аккуратно – это как? Дать чем-нибудь по голове?
–Решай сама, по обстановке, если ты заметишь изменения в окружающей действительности или мое неадекватное поведение, если увидишь что-то странное, я даже не знаю, но я думаю, ты поймешь, если что-то пойдет не так… – я и сам не знал, на что ей ориентироваться.
Мы прошли в библиотеку, где, по утверждению барона, раньше находилась рабочая лаборатория его деда. Все помещение, на первый взгляд, было полностью заставлено всяким хламом, большую часть которого мое «Око» никак не идентифицировало. Но был еще один способ определить, какие предметы здесь имеют отношение к магии, а какие просто старые фолианты и сувениры прошлого.
Я вдохнул порцию Плесени Хаоса или, как ее еще называли, пыльцы.
Статусы: Отмеченный Хаосом (Активно, 15 уровень).
Вы отравлены неизвестным ядом.
Вы получили урон –50 очков здоровья.
Похоже, я постепенно привыкаю к этому зелью, в прошлый раз уровень урона от него был гораздо больше.
Я подождал, пока принятый мной порошок подействует. Расфокусировав взгляд, я вновь осмотрел библиотеку. И хотя увиденная мной картина плыла и была немного смазанной, я крайне отчетливо видел нити плетений, окружавших некоторые книги или предметы на стеллажах и столе. Таких вещей, надо сказать, было не так уж и много.
–Та’, освободи часть стола, просто переставь все на пол, я буду показывать тебе предметы, имеющие активный поток магии, а ты складывай их на стол, – попросил я своего невольного партнера.
–А это не опасно? Барон же просил без необходимости не трогать здесь ничего, –она была, похоже, не очень обрадована моей просьбе.
–Не думаю, что простое перемещение в пространстве на пару метров может вызвать какой-нибудь катаклизм, вот если я в моем теперешнем состоянии трону, то может случиться что угодно.
–Хорошо, показывай, – после секундной заминки все же согласилась Та’.
–Возьми вот эти книги, – я указал ей на несколько небольших томов в черных кожаных переплетах, застёгнутых к тому же на навесные замки. Серое, блеклое свечение нитей вокруг них инстинктивно вызывало у меня ощущение омерзения.
Но Та' спокойно взяла указанные тома и сложила и в стопку на краю освобожденного ею пространства на поверхности стола.
Я шел вдоль книжных полок и молча указывал ей на те книги, вокруг которых видел хоть какое-либо свечение. Между двух огромных книг, похожих на подшивку каких-то то ли карт, то ли гравюр, я заметил чуть торчавшую рукоятку меча.
По моему знаку Та’ достала и ее. Это оказалась именно рукоятка, искусно выполненная, с накладками из резной кости и небольшим шаром-балансиром. Но без лезвия.
Я двинулся дальше, сделав себе пометку более внимательно потом осмотреть эту странную рукоятку. Большинство книг на полках были вполне обычными, но все же иногда попадались и интересные экземпляры. Маленький, похожий на сувенирный, полураскрытый томик, окруженный плетением серебряного цвета, при попытке взять его в руки просто исчез, оставив после себя запах горелых листьев.
–У, порченая кровь! Жжется! – Та’ подула на пальцы, когда непослушная книга исчезла. Пройдя библиотеку почти до конца, я оглянулся и посмотрел на наш улов. Не так уж и много предметов мне удалось обнаружить. Десяток книг, рукоять меча, два каменных шара на подставке, странная цепочка, в которой каждое второе звено имело острый шип и, наконец, маленькая статуэтка коленопреклонённой женщины.
Я уже хотел сообщить своей спутнице, что здесь мы закончили и надо бы осмотреть оружейную и другие помещения Белого Замка, как мой взгляд уперся в высокое, в человеческий рост, зеркало, закрытое куском материи.
Вокруг тяжелого, витого обрамления, выполненного из какого-то металла, я явственно видел почти прозрачное, зеленое свечение. Я сдернул ткань, но матовая, темная поверхность ничего не отражала.
Само «зеркало» не имело магической составляющей или было неактивно, а вот его обрамление, напротив, при моем приближении активизировалось, нити наполнились силой и стали ярче. Я не стал касаться темной поверхности, а просто представил, как оно включается и показывает мне свое содержимое.
Может быть, я потратил на осуществление желания часть своей праны, так как меня тут же замутило, и в глазах заплясали разноцветные огоньки.
–Ты что творишь? – как будто издалека раздался крик Та’, но она, вместе с частью помещения, как бы отодвинулась от меня и стала с большой скоростью удаляться. Зеркало же, напротив, резко приблизилось, темная муть на его поверхности рассеялось, и я увидел какую-то комнату и пожилого мужчину, сидящего в глубоком кресле у разожжённого камина.
Я застыл на месте, глядя на его лицо. Нет, оно не показалось мне знакомым, хотя, возможно, некоторые его черты я уже встречал, но все же был уверен: этого человека я вижу впервые.
Он просто сидел, расслабленно глядя на огонь, на его коленях лежала какая-то книга, на небольшом столике стоял графин, наполненный темно-красной жидкостью, и три небольших фужера на толстых витых ножках.
Что-то привлекло его внимание, он шевельнулся, и наши взгляды встретились. Несколько секунд он рассматривал меня – или мне это только казалось? Затем он сделал нетерпеливый жест рукой, как будто что-то ввинчивая в невидимую для меня стену, и изображение в витой раме обрело свою глубину. Я услышал, как трещат поленья в его камине, ощутил приятный запах дыма.
–И кто это ко мне пожаловал? – спросил меня сильный, с металлическими нотками, мужской голос, явно привыкший приказывать.
–Баронет Хармен Фэрон Де Ринга, к вашим услугам! – преставился я своим полным именем, включая титул. Незнакомец какое-то время молча меня рассматривал, а затем, ехидно усмехнувшись, спросил:
–И что вы, баронет, забыли в моем Белом Замке? И где шляется Альтер, мой ненаглядный внук?
–Я так понимаю, вы Процион Метелайре? «Первый Маг»?
–Я вижу, ты знаешь обо мне. Это хорошо, не придётся тратить время на пустые разговоры. Но ты не ответил на мой вопрос: где Альтер?
–Он уехал, но, думаю, будет к вечеру, – мне не хотелось посвящать неизвестно кого в наши планы.
–Пускай свяжется со мной через зеркало Глиссандры, он знает, как это сделать. Другой вопрос, как это сделал ты?
–Пыльца Хаоса помогла мне.
–Ты Хаосит? – глаза моего собеседника потемнели. – Мой внук связался с гнилью?
–Не понимаю, о чем вы говорите. В этом мире много различных сил, и Хаос лишь одна из них, насколько я понимаю. Ректор Самюэль Барт мне, конечно, многое рассказал, но у нас не было достаточно времени для общения. Что такое в вашем понимании «гниль»?
–Ты знаешь Барта? Это много объясняет, – Процион расслабился и вновь повесил на свою лицо ироническую улыбочку.
–Мне это ничего не объясняет! Может, расскажете? – спросил я.
–Нет. Пока нет. Сидите в замке и не высовывайтесь. Когда будет нужно, я навещу вас. И не лезьте ни во что. Вы понятия не имеете о том, что происходит на самом деле.
–Но, а как же… – я хотел спросить его об Армии Стужи, но Процион прервал нашу связь, небрежно взмахнув рукой, и в тот же миг меня словно чем-то ударили по голове, лишая сознания.
Очнулся я в холле, лежа на небрежно накиданных подушках, рядом с камином. Та’ сидела, держа мою голову у себя на голенях, перебирая своими маленькими пальчиками мои спутанные волосы.
–Не притворяйся, ты уже в сознании, – проговорила она, проводя тыльной стороной ладони по моей щеке.
–Чем ты меня так? – спросил я, ощупывая собственный затылок, но не находя на нем никаких следов удара.
–Книгой. «Некоторые вопросы травоприменения при ритуалах зомбировния».