Тестер. Грань невозможного

Глава 20. Ускользая за грань

ххх: Ну-ну, делай-делай. Только помни, что грань между "Сча чуть-чуть подправлю, и будет хорошо" и "Ох, мля, что же я наделал!" – ооочень тонка :) Удачи)

Швейцария, Женева. Штаб-квартира компании Квантум Глобал

– Господа, в чем срочность этого совещания? Я сбила весь свой график, не выспалась и была вынуждена срочно лететь к вам сюда.

– Госпожа МакГью, срочности особой не было, вы сами согласились присутствовать здесь. Мы всего лишь хотели донести до вас некоторые решения как заочного голосования акционеров, так и совета директоров.

– Почему я ничего не знаю о каком-то заочном голосовании?

– Вам был направлен запрос, но даже не знаю, ответили ли вы на него. Но это неважно, решение уже принято.

– Без меня – это не решение! – МакГью опасно сузила глаза, глядя на вице-президента по маркетингу Стива Возинцки.

– Вы мелкий акционер, ваши 1,079 процента ничего не решают.

– Я хочу напомнить, что управляю голосами тридцати девяти процентов акций компании!

– Уже нет, ваша доверенность отозвана.

– Когда?

– Два дня назад.

– И вы думаете, я это так просто оставлю? Стив, ты сильно рискуешь!

– Господа! Господа! Не надо ссориться, ведь решение уже принято. Мне искренне жаль, мисс МакГью, но все, что сказал Стив, – правда. Вы хороший ученый, наверное, гениальный, не нам судить об этом, но бизнес есть бизнес. Вы больше ничем и никем не управляете в нашей компании.

– Ты увольняешь меня?

– Мы уже уволили тебя. Сервера в дата центрах, на которые ты планировала перенести «Ожерелье миров», уйдут в аренду. За ними уже очередь. А сам проект 1614 мы, конечно, не закроем, но воздержимся от каких-либо действий в отношении него. Пускай приносит деньги, а мы будем потихоньку изучать этот феномен. У меня все. Компенсацию ты получишь согласно контракту в полном объеме.

– Сколько у меня времени на передачу дел?

– Нисколько, нам не нужно принимать у тебя дела. Твое место, с ограничением полномочий, конечно, займет Аристарх Маевский, когда выйдет из больницы. Но он будет заниматься только Ожерельем миров.

Екатерина МакГью почувствовала, как волна ярости поднимается из самых глубоких уголков ее души, готовая смести, раздавить сидящих в этом зале людей, но на ее лице это никак не отразилось.

– Я все поняла, господа. В суд на компанию я подавать не буду.

Дверь за ней закрылась, и члены совета директоров принялись обсуждать другие, более важные вопросы, например, снижение доли компании на полпроцента в этом году на рынках Азии.

МакГью вышла из офиса на шумные маленькие Женевские улочки. Охраны с ней уже не было.

Она зашла в ближайший магазин и купила одноразовый телефон с оплаченными услугами. Разорвав упаковку, присела на скамейку и набрала по памяти номер:

– Меня только что выставили за дверь. Проект передали Аристарху.

На том конце помолчали, неопределенно хмыкнули и наконец ответили:

– Не переживай, мы своих не бросаем. Даже тебя не бросим. Приезжай, мальчишка у нас.

– Прилечу ближайшим рейсом, – ответила Екатерина МакГью и подумала о том, что теперь ей, возможно, понадобятся деньги, и много. Ресурсов компании в ее распоряжении больше не было. Стоило бы подумать о продаже акций, но это все потом, после того как она поговорит с тестером.

Россия, крупный мегаполис, офис компании Последний Дракон

– Вы их упустили?

– Да, – с ноткой вины в голосе ответил Васару Феликс.

– Но они же не могли раствориться бесследно. Если они не поехали на своих машинах в город, то куда?

– У корпорации множество объектов и вне города. И есть еще одно «но»: эти машины не принадлежат Квантум Глобал.

– Третья заинтересованная сторона? Ты уверен?

– Почти на все сто. Это не корпорация. Кстати, твой контакт, лежащий сейчас в больнице, написал сообщение, что Екатерина МакГью больше не работает в компании.

– И что это нам дает?

– Дело в том, что она только что зарегистрировалась на рейс из Женевы. Я думаю, надо за ней последить, так, глядишь, и найдем Стаса.

– Действуй, я все равно в этом деле тебе не помощник, – подытожил разговор Вассар. – И кстати, еще одна хорошая новость: мне и моим помощникам разблокировали вход в игру. Похоже, все последние распоряжения МакГью отменены.

– Это радует. Я позвоню, как будут новости, а пока пошлю людей встречать рейс.

Феликс уехал, а хозяин кабинета принялся читать новости из «Ожерелья миров», не столько желая узнать что-то новое или полезное, сколько пытаясь себя чем-нибудь занять.

Случайное знакомство со Станиславом принесло не только проблемы, но и довольно ощутимую прибыль. Даже сейчас Васар улыбнулся, вспоминая, как настаивал на масштабные закупки уникальных зелий и ингредиентов, которые производили только алхимики Коросса. Например, зелье, дающее возможность игроку перекинуться в волкалака на время до одной минуты с усилением всех основных характеристик на двадцать процентов, стоило у Коросса почти тысячу монет, в столице же его можно было смело предлагать за полторы, а сейчас на аукционе уже давали десятку, и это при отсутствии предложения.

В других играх администрация бы не потерпела такой спекуляции, а вот в Ожерелье это было возможно. И это только один пример. Но Васар, прокручивая сейчас в голове все это, мог спокойно признаться даже себе: он помогал и будет помогать Стасу не из-за денег.

Ему всегда импонировали люди, действия которых приводят к глобальным изменениям вокруг них, даже если прямые виновники всего этого и не планировали.

Его клан, да и альянс, не раз уничтожал соперников физически и материально, доводя успешные прежде гильдии до самороспуска, но вот, например, с кланом «Говорящие с ветром» он предпочитал не завязываться. На первый взгляд, странно, но Васар старался находить с этими людьми компромисс. Чуть больше трехсот игроков в клане, а имеют в качестве своего собственного здания небольшой двухэтажный домик, стоящий всего-то напротив Императорского дворца. Их действия могли запросто обрушить цены на любой товар или взвинтить их до небес.

Да что там говорить, даже старший брат Стаса, Злобный Кронк, был одним из командиров Храмовой Стражи Эйр, немыслимое достижение для игрока.

Этот клан брал верх с помощью репутации, знакомств, выполнением скрытых квестов, которые никогда не получить остальным. Если они что-то продавали на аукционе, то цена тут же уходила в небеса, настолько уникальные вещи были выставлены на продажу.

А вот Хармен Фэрон был и есть просто человек-катастрофа, причем там, где он находился, постоянно происходили поистине эпически события.

Но все это была лирика, которую можно было легко объяснить. А вот все остальное и особенно магические проявления в реальном мире – Васару даже думать об этом не хотелось.

Он просто не знал, что ему с этим делать, и надо ли вообще?

Его размышления прервали самым банальным образом – в кабинет вошли двое, несмотря на протестующие и негодующие возгласы его секретаря. Молодой крепкий парень аккуратно отстранил охранявшую покой шефа Оксану и пропустил вперед себя крепкого и прямого, как палка, старика.

Седой, с коротким ежиком волос и шикарными усами, торчащими вверх, он передвигался осторожно, опираясь на трость, но при этом не производил впечатление немощного человека, и когда он зашел и взглянул в глаза Васару, тот понял, что этих гостей надо принять.

Взгляд у старика был колючий, жесткий, особенный. Васар сразу понял, чей это взгляд, и жестом предложил гостям присесть. Так всегда смотрел его старый друг и по совместительству управляющий службой безопасностью клана – Феликс.

Старик с достоинством сел, а его молодой сопровождающий, прикрыв за собой дверь, встал чуть поодаль, за его спиной.

– Чем обязан? – спросил Васар, спокойно выдерживая взгляд старика. Тот заговорил, веско роняя каждое слово.

– Твой номер последний, на который звонил мой внук. Я хочу знать, где он?

Васар не стал отпираться и играть словами.

– Не знаю. Этим занимаются. Но его точно захватили.

– Кто?

– Мы пока не уверены.

– То есть у вас ничего нет? – спросил старик, не меняя выражения лица.

– Есть. Но только подозрения. Человек, с которым он сцепился, через час прилетит сюда из Женевы. Мы планируем проследить за ним, возможно, это приведет нас к Стасу…

– Что он делал у заброшенной станции «Каменка»?

– Я не знаю, мы расстались накануне, мой водитель отвез его домой. От охраны он отказался, – последнюю фразу Васар произнес, как бы оправдывая себя. Отказался или нет, можно же было все равно оставить людей. Но он слишком трепетно относился к понятию личная свобода и не стал этого делать.

– Имя человека?

– Миссис Екатерина МакГью.

Старик задумался на некоторое время и затем вынес свое решение.

– Отзови своих людей. Я все сделаю сам.

– Хорошо, но оставьте телефон для связи, мало ли что еще случится.

Посетители ушли, Феликса он отозвал, и теперь сидел и смотрел в огромное окно. Как все непросто здесь, и как все легко и свободно там. Послать в аэропорт десяток высокоуровневых убийц, опоить гостью зельем правды и по полученным координатам нанести удар рейдовым отрядом в пару сотен человек.

А здесь… Приходится терпеть и играть по правилам.

Россия, в ста сорока километрах от крупного мегаполиса, здание заброшенного завода

В себя я приходил с трудом. Все-таки химия хуже, чем удар по голове, такая муть перед глазами, тошнит и вялость во всех частях организма. Но надо отдать должное, я всего лишь лежу на диване в какой-то комнате, а не вишу голый на цепях в камере. Воспоминания о заключении у Астарты еще не стерлись у меня из головы.

Небольшая комната, в которой я находился, не имела окон, в ней горел верхний свет, из обстановки – диван, стул и журнальный столик, под которым стояла упаковка маленьких бутылочек с минеральной водой.

Это было кстати. Я достал сразу две. Одну вылакал залпом, а вторую начал пить маленькими глотками, откинувшись обратно на диван.

Напившись вволю, я осмотрел свои карманы. Кошелек и документы были на месте, а вот коммуникатор пропал. Удивительно, но я был не связан, хотя и бежать отсюда было некуда.

Я не знал, где нахожусь, что это за здание. Явно не жилой дом, а скорее какой-то офис.

Я повалялся на диване еще, наверное, час, дожидаясь, когда организм более-менее придет в норму. Выпил еще минералки и ощутил желание сходить в туалет. Ну конечно, классика всех боевиков, сейчас они откроют дверь, я вырублю охранника хитрым ударом, а затем сверну еще одному шею. А дальше, даже не забирая у них оружие, пойду зачищать территорию. Я же крутой!

Но, как говорил один мой старый приятель: «Здесь вам не кино!» Я не собирался никого «вырубать», тем более что внутри ощущал предательскую пустоту, означавшую только одно: праны у меня нет.

На мой стук дверь открыли не сразу, ничего не сказали в ответ на мою просьбу, а просто посторонились с дороги. Меня охраняло двое спортивного вида ребят. Туалет был рядом, в десяти метрах по коридору дальше. Один из охранников зашел вместе со мной и все так же, не говоря ни слова, встал у большого окна.

Это явно раньше было каким-то служебным зданием, так как туалет был просто огромен: шесть отдельных кабинок, ряд писсуаров, четыре раковины и большое окно, вид из которого ничего полезного мне не сказал.

Я вернулся в свою «камеру» и снова плюхнулся на диван. С охраной разговаривать бесполезно, так что подождем босса. Еще я заметил в поведении охранявших меня парней какой-то элемент нервозности, словно они боялись меня. Один из них постоянно держал в руке шокер, недобро на меня поглядывая. Странно все это, вроде я с ними даже не дрался.

Я лег на спину, закрыл глаза и стал вспоминать те связки плетений, что я увидел при активации «среза» заклинания портала. Вроде и смотрел на них пару секунд, а все-таки что-то запомнилось.

Если анализировать это плетение с точки зрения стихий, условно конечно, то в нем не было ни одного знака огня, только вода, воздух и тот знак, что рождал молнию. Но это те, что я узнал. Десятки других мне были незнакомы, хотя по общему их виду я уже научился разделять элементы, отвечающие за качество энергии, как бы за ее вид, от других, которые лишь усиливали, ослабляли или еще как-то преобразовывали ее.

Перемещаясь порталами в Альконе, я ничего этого не видел, там важно было поймать особое состояние, подстроиться под него, указать цель, и все – портал готов.

Но в данный момент я был абсолютно пуст. То ли действие химии, то ли мои эксперименты в лесу – но энергии во мне не было. Теперь я мог это утверждать точно.

Конечно, со временем она восстановится сама по себе, но вот только вопрос: дадут ли мне это время? Чем для меня закончится это приключение?

Дверь бесшумно отворилась, и на ее пороге застыла Горгона. Она изучающе смотрела на меня.

– Боишься входить? – усмехнулся я, даже не делая попыток подняться.

– Скажем так – опасаюсь. Ты все же кое-что можешь, а я совершенно не хочу получить молнией в грудь.

– Мог бы – ударил. Но это сказки.

– Ты твердо будешь придерживаться именно этой версии?

– Какая разница.

– Большая! Чем сильнее твое желание сотрудничать с нами, тем дольше будет твоя жизнь. Фарид не захотел, и ты видел, чем это закончилось.

Мы оба замолчали. Она – ожидая, когда до меня дойдут ее прямые слова, я же – судорожно ища вариант выхода из этой тупиковой ситуации.

– Вы не можете прятать меня вечно. Есть люди, которые не остановятся ни перед чем, чтобы меня найти!

– А никто не говорит про вечность. Поднимайся и иди за мной, – она развернулась и вышла в коридор. Сопротивляться в такой ситуации было глупо, и я вышел за ней.

Мы прошли по пустым коридорам, охрана следовала одновременно впереди и позади нас. Спустились на два пролета по лестнице и оказались перед дверью, ведущей явно в подвал.

– Почему все «злодеи» любят подвальные помещения? – спросил я больше себя, но вопрос все же прозвучал вслух.

– Силовые кабели и линии связи, к ним удобнее подключиться именно там, – ответила Горгона, спускаясь по пыльным ступеням.

Судя по состоянию и внешнему виду подземного этажа, он был значительно старше всего остального комплекса зданий. Скорее всего, их построили на месте какого-то древнего завода, который располагался здесь сотню лет назад.

Мы отошли всего метров на пятьдесят от входа, и современные отделочные материалы исчезли, уступив место красной кирпичной кладке, неровной и потемневшей от времени. Ряд капсул глубокого погружения, компьютеры и большой тактический экран смотрелись в этом месте крайне чужеродно.

– Пока можешь просто присесть вон на то кресло, – указала мне Горгона, – скоро подъедет твоя старая знакомая, и мы начнем наш долгий разговор.

– Не вижу здесь пыточных инструментов, цепей и жаровни, – попытался пошутить я, но вышло как-то неуклюже.

– Все будет в свое время. Видишь эти капсулы? Они могут быть подключены не только к игре, но и к особому виртуальному миру. В нем найдется и жаровня, и клещи, – она улыбнулась, но глаза оставались холодными и пустыми.

– Что же все-таки тебе от меня надо? – спросил я прямо, но особо на ответ не надеялся.

– Заткнись и посиди спокойно, – она отвернулась к монитору, а один из охранников насильно усадил меня на обычный офисный стул, надавив мне сзади на плечи.

Я сидел и разглядывал окружающую меня обстановку. Похоже, здесь находился их временный штаб или что-то вроде этого. Но капсулы и компьютеры меня не заинтересовали – что нового для себя я там мог увидеть, а вот кирпичная кладка была интересной.

Сам арочный потолок, также собранный из кирпича, арки проходов, часть которых была заложена позднее, какие-то клейма на боковой стороне некоторых элементов стен – все это было так необычно, что я даже встал со своего места и подошел вплотную к стене.

Никто не обратил на мои действия никакого внимания – куда я могу деться из закрытого со всех сторон помещения без окон.

Не знаю, что я искал на старой стене, но нашел совершенно не то, что ожидал. Мне был интересен год, который мог быть нанесен на древний кирпич, но его-то я и не обнаружил. А вот пройдя пару метров вдоль и проведя кончиками пальцев по старым стенам, увидел нечёткую надпись, выбитую или выплавленную на уровне моих глаз.

Я остановился, очищая знаки от наслоившейся грязи и пыли. Четыре руны старшей речи были начертаны здесь. Если произнести их правильно, то должно получиться что-то вроде «ulostus– poli», насколько я помнил, это можно было перевести как «печать пути».

Но откуда это здесь? Детки играют в ролевые игры? И еще, надпись завершал не менее знакомый знак – я несколько раз видел его ранее – печать Двуликого.

В такие совпадения не верить просто глупо, но я не знал, что мне делать с этой надписью. Никакой силы, энергии, плетения или чего-то еще я в ней не ощутил. В этот момент я судорожно оглянулся на остальных, но они так были заняты своими делами, что не заметили моей неожиданной находки. Только один из охранников пристально смотрел в мою сторону, но, похоже, ему было абсолютно все равно, что я там делаю у кирпичиной стены.

Мне нужна была сила, и не через несколько дней или часов, а прямо сейчас. Но я еще только в самом начала пути, все нащупываю путем эксперимента, и где я могу набрать столь необходимую для меня энергию?

Горгона, наконец, отвлеклась от своих дел и обратила внимание на меня:

– Наша гостья задерживается, я думаю, мы начнем без нее,– произнесла она, и от ее взгляда у меня по спине пробежал холодок. Что-то общее с Астартой промелькнуло в том, как она произнесла эти простые слова.

– Что ты от меня хочешь?

– Покажи мне. Просто покажи, что ты можешь. Это объяснит и упростит многое…

– Показать что?

– Любое магическое действие. Все твои знания, все твое участие в любых, даже важных в Альконе, событиях меркнет перед способностью оперировать магией в нашем мире. Я, в отличие от миссис МакГью, пока не горю желанием переселяться в игру.

– А она имеет такое желание?

– Да. Но сейчас речь о тебе, я жду,– после этих слов трое ее людей направили на меня оружие.

– Э-э-э, это еще что? – я привстал, загораживаясь от них пустыми ладонями.

– На всякий случай. Я знаю историю твоего побега из научного городка. Это не летальное оружие, не бойся.

– М-да, – я сел обратно и обвел всю компанию насмешливым взглядом, – у меня нет силы, и мне нужно восполнить ее.

– Как ты это можешь сделать?

– Либо время – сутки, двое. Либо надо найти энергетическую линию.

– Как ее искать? – Горгона подалась вперед, похоже, своими словами я задел за живое.

– Этот комплекс зданий большой? Надо бы походить по нему, может, и найдем…

Она раздумывала недолго. Мы вышли из подвала на улицу, во внутренний двор, я и еще шесть человек. Рядом со мной никто не шел, но все распределись таким образом, чтобы я постоянно был как бы внутри их кольца.

Я выдохнул и сел прямо на потрескавшийся асфальт. Нужно было успокоиться и ввести себя в особое состояние. Мне нужна была энергия для демонстрации моих способностей, и им тоже,. Наши цели временно совпадали. Мне никто не мешал, а Горгона даже начала снимать происходящее на камеру.

Внутренний двор был большим. Четырёхэтажное здание закрывало его со всех сторон, и выйти можно было только через него. В ближайшем ко мне углу у стены валялся какой-то хлам: ржавая проволока, упакованные в пленку стопки каких-то бумаг, обрывки картона. Ветер лениво шевелил кусок картонной упаковки, который зацепился за обрывок тонкой ржавой проволоки.

Я еще раз обвел весь двор взглядом. Почему-то именно мусор не давал мне покоя, что называется, резал взгляд. Только минуту спустя я сообразил: ветра нет, а картон шевелится сам по себе.

Я подошел ближе. Никаких нитей силы я не увидел, зато заметил небольшой смерчик, который крутился на одном месте, играя с пылью и обрывками бумаги.

Смерчик был разноцветным и почти прозрачным.

– Что ты там нашел, Стас? Куда ты смотришь? – нетерпеливо спросила Горгона.

– А ты не видишь? – я улыбнулся, протягивая руки, словно собираясь погреться у костра.

– Нет, и никто не видит.

– Это хорошо, – пробормотал я. Обрывки бумаги упали на землю, как им и полагалось, а я вобрал в себя те крохи, что породили такое чудо в этом месте:

– Идем дальше, здесь ничего нет.

Мы ходили по территории заброшенного предприятия больше часа, и я обнаружил еще три таких же явления, походя вобрав в себя их силу, но чувство энергетической сытости не приходило.

Единственную линию силы я обнаружил в пустом бассейне. Так я про себя назвал это сооружение. Глубиной, наверное, метров пять, огромная технологическая емкость сейчас была пуста. И на ее дне проходила толстая и мохнатая сиреневая нить.

– Мне надо спуститься туда! – произнес я, подходя к ржавой лестнице, ведущей вниз.

– Только не сверни себе шею, – сварливо проговорила Горгона, продолжая снимать.

Нить была, наверное, толщиной с мою руку. Трогать ее я опасался, потому лишь приблизил к ней ладони, закрыл глаза и представил себе, как эта сила перетекает ко мне вовнутрь.

Я хотел максимально заполнить себя перед тем, как вернуться обратно, в подвал.

– Ты хотела демонстрации, так смотри! – прокричал я со дна, и на меня тут же навели оружие.

Я постоял пару секунд, а затем, соткав воздушный щит, вывесил над нашими головами полуметровый шар огня, который тут же взорвался.

Это произвело впечатление. Едва шар появился в воздухе, в меня выстрелили, причем дважды, но стрелки со снотворным бессильно упали, не долетев до меня.

После произведенного действия, эйфория, сходная с лёгким опьянением, охватила меня.

– Стас! Остановись, поднимайся обратно! – закричала мне Горгона, все так же упорно продолжавшая все снимать.

– Нет уж! Вы сейчас узнаете, что может сделать настоящий маг!!!– заорал я, закружившись в безумном танце вокруг силовой линии и запуская в воздух несколько небольших огненных шаров, которые тут же взорвались.

На всех пахнуло жаром, а я уже не мог остановиться. Я зачерпнул столько силы, сколько мог, и ударил по краям бассейна порывом жесткого ветра, а затем призвал в него воду.

Я был пьян и не скрывал этого. Потоки морской воды лились с неба, ветер яростно хлестал меня и окружавших это место людей, а огненные шары появлялись и взрывались в случайных местах.

– Аг-га-ага! – заорал я. – Может, теперь попробуем некромантию Коросса! Наверняка поблизости есть какое-нибудь старое кладбище!!!

Я нес уже полную ахинею, но вот мои похитители, похоже, теперь не сомневались в моих способностях. Не зная, что еще придумать, я встал на колени у источника своей силы и принялся жадно пить ее, наполняя до краев свое «я».