Испыун дом карлика

Артём опоздал к пункту сбора группы на двадцать минут, поэтому совершил серьёзную ошибку, никогда не допускаемую им раньше: не проверил укладку рюкзаков и не осмотрел одежду туристов. Прошлой ночью он с армейским другом, которого не видел несколько лет, засиделся допоздна в придорожном кафе. Утром, чертыхаясь и ругая себя последними словами, встал под ледяной душ. Голова немного просветлела, но алкоголь по-прежнему плавал в крови, из-за чего движения Артёма напоминали дёрганье марионетки. Он с трудом побрился, ухитрившись не порезаться. Загорелое, худое лицо выглядело несколько одутловатым, серые глаза покраснели. Артёму предстояло вести людей разного возраста по туристическому маршруту от станицы Убинской до села Пшада. Он пытался отказаться от похода – не получилось. Группа набрана, а все проводники заняты.

И вот теперь перед ним стояли девять недовольных людей. Артём извинился за опоздание, представился сам и познакомился с туристами. Оглядел группу путешественников, ему предстояло провести с ними почти неделю.

Рыжики – так окрестил он для себя семью Котовых. Отец и мать, молодые люди спортивного вида, дети-близнецы девяти лет – все имели огненную шевелюру. Особенно красивы были кучерявые, насыщенного медного цвета волосы старшей Котовой. Имена этого семейства легко запоминались: мама Маша, папа Миша, мальчик Максим, девочка Катя.

Чуть в стороне держались двое мужчин пенсионного возраста с характерной военной выправкой, коренастые, крепкие, коротко стриженые. Их имена Артём не запомнил, только отчества: Иваныч и Семёныч. Возле Котовых скромно стояла пожилая интеллигентная дама в соломенной шляпке – Елена Яновна. Рядом с ней две девушки-блондинки – Ира и Оля. От их кричаще-ярких пёстрых нарядов у проводника сразу зарябило в глазах.

«А вот с этими будут проблемы. Даже на первый взгляд – жеманные воображалы. Боже, какие у них противные, писклявые голоса», – с тоской подумал Артём и махнул рукой – отдал команду к началу движения.

Девушки шагали впереди группы, смеясь и болтая без умолку. Часа через два их пыл угас. Они сникли и стали требовать привал. Артём согласился потому, что чувствовал себя ужасно, аспирин почти не снял головную боль, к тому же он успел выпить весь свой запас воды.

«Не иначе вчера в кафе продали палёную водку, впервые чувствую себя так отвратно. Пора завязывать с выпивкой, а то скоро не смогу подняться и на маленькую горку», – ругал он себя.

Туристы стали снимать рюкзаки, устраиваясь на отдых. Только тогда проводник обратил внимание на обувь девушек и пришёл в ужас. На ногах подружек красовались кроссовки на платформе.

– Отставить привал. Вам, дамы, нужно сменить обувку, – показал он на авангардные кроссовки подружек.

Пришлось отклониться от маршрута и вести группу в ближайший посёлок. В магазине Артём заставил туристок купить обычные кеды, ничего другого не нашлось, чем до глубины души оскорбил их чувство «прекрасного». На маршрут группа вернулась только через два часа. Обедали впопыхах. До стоянки, на которой предстояло расположиться на ночь, оставалось двенадцать километров. Плохо отдохнувшие туристы вяло брели по дороге, почти не слушая объяснений экскурсовода. Заметив это, Артём умолк. Какое-то время было так тихо, что слышалось учащённое дыхание и жалобные вздохи подружек.

– Товарищ проводник, – обратилась к нему Елена Яновна. – В здешних лесах водятся дикие звери?

– А почему вы спрашиваете?

– Не сочтите меня сумасшедшей, но как только мы вышли из посёлка и ступили на лесную тропинку, я почувствовала чьё-то внимание. Словно кто-то следит за нами, – с лёгким волнением в голосе поведала она.

– Не волнуйтесь, Елена Яновна, я вожу экскурсии по этим местам уже шесть лет и ещё ни разу звери не нападали на людей. Волкам, кабанам, лисам хватает пищи и без нас.

– А как сразу, с первого взгляда, отличить хищного зверя от травоядного? – спросил Максим, заинтересовавшись разговором взрослых.

– У хищника глаза впереди, чтобы видеть жертву, а у травоядного – по бокам. Обзор больше, чтобы вовремя заметить опасность.

– Так просто, – восхитился подросток.

– Елена Яновна права, у меня тоже странное чувство: будто кто-то всё время смотрит в затылок, – ошарашил спутников Иваныч. – Я об этом Мише и Семёнычу говорил.

Головы мужчин рыжая и седая синхронно кивнули, подтверждая его слова. Артём недоверчиво хмыкнул:

– Я смогу вас защитить. У меня с собой оружие.

– Ну, теперь-то мы спокойны, – ехидно заметил Иваныч.

Через три часа подружки принялись жаловаться на плохую дорогу, солнце, комаров, на тяжёлые рюкзаки. На стоянке обе отдыхали, предоставляя остальным заботиться о ночлеге. На других участников похода Артём не мог нарадоваться: мужчины быстро поставили палатки, близнецы натаскали дров, Маша с Еленой Яновной приготовили еду. После ужина, от которого подружки не отказались, Ира поинтересовалась у Артёма:

– Где вскипятить кофе?

Проводник посмотрел на крохотную электрическую кофеварку в руках девушки. Все замерли, пауза затягивалась. Артём долго подбирал вежливый ответ, но не удержался и съязвил:

– Пойдите, вставьте вилку кофеварки в дупло дерева!

Дружный хохот взорвал тишину леса. И тут раздался недовольный голос другой девицы:

– Что и фен работать не будет?

Проводник попросил блондинок, сообщить ему, что они взяли с собой в поход? У девушек в рюкзаках обнаружились вечерние платья, солидный запас кофе в зёрнах и пакеты с мюсли. Утешило его только наличие футболок, спортивных костюмов и плащей от дождя.

– Чем вы собираетесь питаться шесть дней? Только мюсли и кофе? Когда вы приобретали путевку, фирма отсылала вам список необходимых вещей и продуктов, которые вы должны взять с собой.

– Подумаешь… Купим в магазинах! – округлила голубые глаза Ира. Она усердно водила щёткой-расческой по длинным, почти до пояса, светлым волосам.

– Скоро мы пойдём по местности, где до самой Пшады не будет ни одного магазина, – сообщил им Артём. – А про себя подумал: «Зря не верил в анекдоты про блондинок».

– Мы не виноваты. Вы завели нас в дикие места! – возмутилась Оля. – В рекламной брошюре вашей турфирмы чётко написано: оборудованные стоянки. А это означает: электричество, душ и туалет, а не вода в ручье, костер и кустики, как вы нам сейчас предложили.

Артём вздрогнул: у второй белокурой дивы был точно такой же тембр голоса, как и у первой. Сощурившись, он сравнил подруг. Очень похожи. Разнится только длина волос. У обеих чрезмерно пухлые губы, высокие скулы, одинаковый цвет глаз. Клоны? Он тряхнул головой. Придёт же на ум такое! И какой гад составлял рекламную брошюру. Девушки вполне резонно предположили наличие удобств в местах ночевки. Он чуть не застонал, вспомнив в буклете строки о лесном бале на турбазе. Вот почему оказались нарядные платья в рюкзаках подруг. Будет у них такая остановка в пути на турбазе «Лесное озеро». Но дамы сильно разочаруются: балом именовалась обычная дискотека на земляном пятачке.

– Артём, не переживайте: мы взяли продукты с запасом – на всех хватит, – успокоила его Елена Яновна, приняв напряжённое молчание проводника за потрясение безалаберностью блондинок.

Недовольные, с непривычки уставшие девушки ушли в палатку. Остальным же захотелось посидеть у костра.

Густые сумерки вплотную подступили к костру, сделав крохотный пятачок, освещённый огнём, таинственным и по-домашнему уютным. В глубине леса затих голос кукушки, тянувшей узнаваемую всеми песню с некоторой ехидцей. Отовсюду слышался только стрёкот сверчков и пенье цикад. В высоком небе, казавшемся совершенно чёрным, проклюнулись острые огоньки звёзд.

– Елена Яновна, спасибо за необыкновенно вкусный чай. Что за травы вы в него положили? – поинтересовалась Маша, обнимая за плечи прильнувшую к ней дочь.

– Мята перечная, душица и тимьян.

– Тимьян? Что это за травка? В первый раз слышу, чтобы его клали в чай, – удивилась Котова.

– Тимьян он же чабрец, слышали о таком растении?

– Конечно.

– А почему всё приготовленное на костре, вкуснее домашней пищи? – прошептала Катя, кутаясь в тонкую шерстяную шаль матери.

– Потому что приготовлено на живом огне, – так же шёпотом ответила девочке Елена Яновна. – Ты чего шепчешь?

– Сверчков и цикад слушаю.

Все притихли, внимая вечернему хору насекомых.

– Я говорил тебе, Семёныч, вот где нужно отдыхать от города. Здесь небо выше, звезды ярче, а уж воздух – не надышишься.

– Признаю. Хорошо, что уговорил. Ещё бы рыбалочку устроить. Артём речка по пути попадётся, удастся рыбки наловить? – поинтересовался Иваныч.

Артём подложил в костёр несколько толстых веток.

– У нас будет ночлег прямо возле реки. Правда, в ней водится мелкая рыбёшка, но зато много.

Мужчины обрадовались и стали обсуждать способы ловли рыбы.

Проводник наклонился к самому уху Елены Яновны и еле слышно произнёс:

– Вы не знаете, наши странные блондинки – сестры? Кто их надоумил отправиться в поход?

Умная женщина уловила в голосе Артёма пренебрежение и недовольство.

– Не поддавайтесь стереотипам. Кстати, только одна из них светленькая от природы – Оля. Ирина, скорее шатенка, волосы у неё перекрашены. А в поход их позвал сон. – Не смейтесь, – шикнула на Артёма Елена Яновна. – Подруги рассказали, что обеим снились похожие сны. Начались странные сновидения три месяца назад. Будто встретят они свою судьбу во время путешествия к Пшадским водопадам. Сон повторялся несколько раз. Девушки основательно подготовились к походу: сидели на диете, перекрасили волосы, привели в порядок лица, по их разумению конечно.

– Вот почему они похожи. Идиот-косметолог накачал им губы ботоксом, – хмыкнул проводник.

– Я бы не сказала, что подруги так уж похожи, разве только на первый взгляд. А теперь представьте разочарование подруг, когда они увидели семейство Котовых, старушку и двух пенсионеров. А единственный подходящий кандидат в женихи страдал от похмелья и сердито сверкал на них красными от бессонницы глазами.

– А вы злая, Елена Яновна. Что, так сильно мои мучения видны?

Она улыбнулась.

– Конечно.

– Я не алкаш. Пью редко.

– Рада за вас, – хмыкнула Елена Яновна. – Будьте снисходительны к девочкам. Они дети города и признались мне, что ни разу не ходили в поход. И не отправились бы, если б не сон. Да и рекламка ваша, честно говоря, привирает…

Артём смутился:

– Да есть немного, но составители вряд ли могли предположить, что найдутся люди, которые возьмут в лес электроприборы.

– Можете мне поверить, иногда с собой берут всё что угодно. Да что я вам говорю, вы и сами знаете.

Проводник засмеялся, вспомнив, что в предыдущем походе заставил мужчин оставить всё спиртное на базе, те долго возмущались и не могли ему это простить.

ОТСЮДА

Около полуночи туристы разбрелись по палаткам. Артём добавил в костёр толстое бревно, и отправился к ручью умыться. Затихли сверчки и цикады, умолкли лягушки, отражение яркой луны и звёзд плескалось в воде, скользя по узкой ленте ручья серебряными чешуйками. Проводник ощутил на себе чей-то внимательный взгляд и быстро обернулся – никого.

«Из-за бредней моих подопечных, сам скоро поверю, что за нами кто-то следит».

Вернувшись к костру, подгреб угли, добавил к тлеющему бревну сухие ветки. Послышались чьи-то шаги. Артём повернул голову в сторону звуков. К огню вышла Ира. Он взглянул на её лицо и чуть не вскрикнул. Девушка смотрела на него чёрными, бездонными глазами с отблесками красного огня.

– Ваши глаза?

Она близоруко сощурилась.

– Ой! Простите, я сняла линзы.

Ира топталась на месте, чувствуя себя неловко.

Артём, разозлившись за свой мимолётный испуг, грубо пробурчал:

– Какого черта вы тут шастаете, идите спать, а то завтра с вами хлопот не оберёшься.

Туристка открыла рот, смешно, как рыба, пошлёпала толстыми губами. Наконец решилась:

– Не хотите посидеть у костра?

– Нет! И вам не советую, завтра трудный участок пути. – Артём направился в свою палатку, не дожидаясь ухода собеседницы.

Ирина разочарованно посмотрела ему вслед.

На следующий день блондинки продолжили нудить и жаловаться. Они не замечали окружающей красоты, не любовались цветами, росшими вдоль тропы, не слушали пояснений проводника. Артём, вынужденный плестись с ними в хвосте группы, которая вырвалась вперёд метров на сто, исходил желчью. После второго привала он заметил у подруг полупустые рюкзаки. Оказалось, мужчины распределили их поклажу между собой, чтобы девушки не тормозили движение.

Вечером история повторилась: блондинки отказывались что-либо делать, мотивируя своей «особой» усталостью.

На третий день пути группа добралась до начала тропы на Пшадские водопады. Местность, по которой они двигались, поражала необыкновенной первозданной красотой. В лесу попадались дубы, клёны, серебристые тополя, липы, ясень, сосны. В подлеске туристы заметили кусты жасмина и рододендрона, часто встречался орешник и лещина. Елена Яновна интересно рассказывала о травах и растениях, растущих вдоль дороги. Она, как оказалось, работала учителем биологии, знала больше шестисот видов трав. Катя не отходила от неё ни на шаг и слушала, раскрыв рот. Даже блондинки перестали жаловаться на тяготы пути, и с удовольствием внимали рассказам учительницы. Мужская половина группы заинтересовалась дольменами, первый из которых встретился на пути.

– Дольмены ровесники египетских пирамид. Время их постройки приблизительно 2300 – 2000 год до нашей эры. Название дольмен произошло от двух бретонских слов «doe» – стол и «men» – камень и переводится, как каменный стол, – цитировал справочник Артём.

Елена Яновна добавила:

– Дольмены распространены по всему миру. Они построены из огромных каменных блоков, пригнанных друг к другу так плотно, что между ними не просунуть даже бумажный лист.

Артём подтвердил её слова.

– Много загадок таят в себе эти груды камней. Строили их на заре бронзового века и непонятно, чем строители того времени обрабатывали прочный песчаник. Даже современным инструментам этот камень плохо поддается. Никто не выяснил, как доставляли многотонные камни к местам установки? Иногда от мест выработки каменных плит до мест установки много километров. Нынешняя техника с трудом справляется, а как делали это предки – тайна.

– А кто жил в этих местах раньше? – заинтересовался Максим.

– Эта местность всегда была густо заселена. Здесь жили адыги, аланы, гунны, – ответил Артём. – Адыги называют дольмены – «испыун» – дом карлика.

– Ничего себе дом карлика! – воскликнул мальчик.

Проводник пояснил:

– У некоторых дольменов маленькое входное отверстие, будто для карлика. Внутри часто находили кости и утварь.

– Значит дольмены – это мавзолеи. Предки, строя их, загробной жизни придавали значение больше, чем настоящей? – вступил в разговор старший Котов.

Артём хмыкнул:

– Получается так. Ведь жилища древних адыгов не сохранились. Говорят: возле дольменов замедляется время. Электромагнитные колебания зафиксировали приборами. Немного повышена радиация как внутри, так и снаружи. Дольмены встречаются по всему земному шару и у всех входное отверстие расположено на восток.

У Максима глаза загорелись любопытством.

– Я читал, что возле Пшады около двадцати дольменов, мы сможем их осмотреть?

– Конечно, – успокоил его проводник.

Мальчик подпрыгнул от радости.

– Сынок, на планете столько загадок, что и на твою долю хватит, – Михаил улыбнулся, глядя на сына.– Например в Боливии в местечке Пума пункто есть каменные постройки из плит весом в двести тонн. В болотистой местности Амазонки обнаружили шары из камня в несколько тонн. Ученые гадают: как древние доставляли шары по трясине и на чем?

Максим уверенно заявил:

– Инопланетяне помогали.

Иваныч приостановился, пропустил женщин вперёд. Его заинтересовал разговор.

– А я согласен с мальчиком и тоже склоняюсь к этой версии. В Индии три с половиной тысячи лет назад исчез с лица земли город Махеджи Дара. Тысячи спекшихся скелетов обнаружили в одном месте. Может, неизвестное оружие инопланетян?

– Ага, значит наши дольмены тоже загадка? – Максим поправил лямки рюкзака и покосился на проводника.

– Ещё какая! Если это захоронения, зачем такая массивность стен и крыши? К тому же во многих домах карлика не обнаружено останков. Они пусты. Тебе, Максим, и карты в руки, разгадай эту загадку.

– И разгадаю, – пообещал мальчик.

– На третью ночёвку группа расположилась в живописном месте, на берегу реки с чистой, будто хрустальной, водой. Тропа, по которой прибыли туристы, упиралась в полукруглую поляну, оборудованную под комфортную стоянку. На поляне из камней сооружён очаг, вокруг которого уложили удобные брёвна для сидения. Дети, исследуя местность вокруг лагеря, прибежали взволнованные.

– В зарослях орешника, в десяти метрах отсюда, стоит дольмен, – сообщили близнецы. – Пойдёмте, посмотрим!

Взрослые неохотно поднялись: после тяжелого перехода и сытного ужина идти никуда не хотелось.

Дольмен оказался огромным, с небольшим входом, обращённым в сторону реки. Внутри него, кроме охапки сена, ничего не обнаружилось.

– Какой уютный домик, – восхитилась Оля.

– Этот домик – склеп, – хмыкнул Семёныч. – Иваныч, – позвал он друга, – посмотри на свои часы. Мои остановились.

– И мои… – удивился тот.

Елена Яновна чувствовала себя неуютно, хотелось быстрее покинуть это место. Максим с загадочным видом переговаривался с сестрой. Бывшие военные тоже не разделяли восторга девушек. Они ощущали непонятный страх и тревогу.

– Полюбовались и хватит, – скомандовал Артём. – До темноты нужно поставить палатки. Вас это тоже касается, – обратился он к подругам.

– Мы не собираемся ночевать в палатке. Ира, давай проведём ночь здесь. Смотрите: тут сухо и тепло, – сказала Оля.

– Не стоит ночевать в дольмене, – задумчиво произнесла Елена Яновна. – Вдруг это могильник.

– Фу, какие предрассудки, – засмеялась Ира. – Охота вам ставить палатки, когда есть где расположиться на ночь.

– В любом случае в дольмене все не поместятся, – настороженно оглядывая каменные стены, пробормотала Котова.

– Тётя Ира, вы не должны здесь спать – это очень плохое место, – заявил вдруг Максим.

– Очень плохое, – подтвердила сестра.

– А вам, малявки, никто слова не давал, – обиделась Ира на «тётю».

Мужчины уже привычно поставили палатки. Девушки отнесли свои вещи в дольмен и вернулись к костру. Елена Яновна разлила душистый чай по кружкам и пригласила всех попробовать напиток с новыми травами. Наступил тот самый замечательный момент, когда все умиротворенно смотрели на огонь, наслаждались вкусным чаем, беседой и ощущали редкое единение с природой. Непоседливый Максим, которому наскучили размеренные взрослые разговоры, нацепил на глаз повязку и вызвал на поединок сестру.

– Фельдмаршал Кутузов вызывает на бой Наполеона, – крикнул он Кате, вручая девочке ветку, очищенную от коры.

– А почему он изображает Кутузова, а допустим не мушкетеров, – удивилась Ирина, наблюдая за поединком детей.

Маша улыбнулась, посмотрев на пыхтящего сына, который под напором сестры отступал к кустарнику.

– Он недавно прочёл книгу о войне двенадцатого года и сейчас Кутузов его кумир.

– Ты играешь не по правилам! – возмутился Максим, загнанный Катей в кусты орешника. – Кутузов победил Наполеона!

Взрослые засмеялись.

– А я вовсе не Бонапарт, я адмирал Нельсон, – заявила Катя и несильно ткнула палкой в грудь брату. – Всё, ты убит. Сдавайся.

Максим выбрался из кустов и сердито пробормотал:

– Так нечестно. У Кутузова один глаз и ему тяжелее сражаться.

– У адмирала Нельсона тоже повязка на глазу. Так что бой равный, – фыркнула девочка и повернулась к взрослым. Лицо Кати перекрещивала розовая ленточка.

Брат протянул разочарованно.

– А я думал, чего ты ленту нацепила? Ладно, сдаюсь.

Дети, угомонившись, подсели к костру.

– А вы знаете, что ни Кутузов, ни адмирал Нельсон на самом деле никогда не носили повязок, – заявила Ира.

Максим удивлённо глянул на неё.

– Но он же везде нарисован с чёрной повязкой на лице.

– И Нельсон тоже… – добавила Катя.

Артём впервые внимательно присмотрелся к Ирине.

– Михаил Илларионович не ослеп на один глаз, более того его повреждённый глаз видел на тридцать процентов. А Нельсону незачем было прятать ослепший глаз под повязку, потому что внешне он выглядел совершенно здоровым. Адмиралу даже пришлось доказывать, что он не видит одним глазом, чтобы получить пенсию по инвалидности.

– А как же повязки? В кино и на портретах они с ними, – изумился подросток.

– Выдумка художников, а за ними её повторили режиссеры, – хмыкнула Ирина.

Катя полюбопытствовала:

– Тётя Ира, вы случайно не знаете, как получили ранения полководцы?

Девушка поморщилась при слове тётя, но сдержав раздражение, ответила:

– Кутузов потерял зрение после ранения, пуля попала в голову и прошла позади глаз, повредив зрительный нерв левого глаза. А до этого у него было ещё одно ранение. Пуля вошла в левый висок и вышла под правым глазом. Удивительно, что вообще фельдмаршал выжил после таких травм. Ну а насчёт Нельсона. При осаде крепости Кальви во Франции на палубе корабля адмирала разорвалось пушечное ядро. Щепа от досок палубы попала в правый глаз Нельсону. С тех пор его глаз не видел, но выглядел вполне здоровым.

– Ирина, вы по специальности? – заинтересовался Артём. Девушка, которую он считал недалекой, вдруг открылась ему с другой стороны.

Ирина насупилась и обиженно надула губы:

– Бухгалтер. Вы думаете, я не могу интересоваться историей?

Проводник смутился:

– Да нет, почему же, можете. Ваше право.

Ира пожала плечами и добавила:

– А Оля – секретарь. Но вы знаете, какие она красивые картины делает из атласных лент.

Артём улыбнулся, посмотрев на покрасневшую Ольгу.

– Я вам верю.

Иваныч завел разговор о политике, и все стали горячо обсуждать международные события.

Притихшие близнецы задремали, положив головы на колени матери. Она гладила их по головам, нежная улыбка скользила по её губам. Подруги, посидев у костра ещё немного, отправились отдыхать. Непривычные к физическим нагрузкам девушки быстро уснули. Спустя полчаса к своим палаткам потянулись и остальные туристы.

– Наконец, нам повезло, – послышался чей-то тихий голос. На середину дольмена вышла женщина в старинном наряде, сквозь тело просвечивали каменные стены.

– Яра, мы долго ждали и теперь не упустим свой шанс, – послышался такой же слабый голос. – Нам удалось привести их сюда. Столько раз мы навевали сны людям, но никто не прислушивался к ним. Неужели у нас получилось?

– Думаю да. Мы столетия копили силы. Отбирая по крупице, у тех, кто ночевал в дольмене. Мы стали сильнее, нас даже почувствовали эти люди. Встреченные ранее души оказались слишком сильными – мы не смогли вытолкнуть их из тела. Получится ли теперь, Нала?

– Сейчас узнаем. – Нала приблизилась к Ире и дотронулась до её груди. Пальцы призрака прошли сквозь кожу, и она удовлетворённо вздохнула: – Готовим ритуал.

Яра положила невесомые руки на голову Оле.

Глаза Ольги распахнулись, она встала и деревянной походкой направилась к стене. В это время Нала подвела к другой стене Иру. По команде призраков, их подопечные нажали на еле заметные выступы в стене – ниши открылись. Туристки достали два светящихся запечатанных сосуда и поставили их на пол. Затем из другой ниши вынули три маленьких светильника и горшочек. Ловко, будто занималась этим всю жизнь, Ира налила из горшочка в светильники масло, стукнув кресалом, зажгла фитили. Сосуды поместила в центр, на равном расстоянии от светильников и замерла.

– Она перестала подчиняться мне! – испугалась Яра.

– Усиль давление! – приказала сестра.

Тело Ольги покрылось липким, холодным потом, зрачки глаз закатились. Нала протянула прозрачную руку, и дотронулась пальцем до лба Оли. Та вздрогнула, повернулась и, взяв в руки кожаный мешочек, стала что-то сыпать в огонь. Удушливый, сладковатый дым заволок дольмен. Ира разбила сосуды. Светящиеся огоньки полетели к лицам подруг и с их дыханием втянулись внутрь. Обе девушки затряслись, как в лихорадке, скрюченные руки потянулись к горлу, пытаясь что-то вытолкнуть. Наконец из приоткрытых ртов выплыли неяркие огоньки и заметались внутри строения.

– Вот и всё, сестра, – сказала «Ира», со странным неожиданно появившимся акцентом.

– Может, отпустим души? – прошептала младшая сестра, ставшая «Олей».

– Не нужно, пусть пугают туристов, – засмеялась «Ира».