Ведьмы не любят инквизиторов

Мор дошла до безликого здания, обнесенного унылой решеткой забора, и на секунду остановилась. Естественно, приемные часы закончились, но в окне, где, как она знала, находился кабинет директрисы, горел свет. Моргана прищурилась: хлопок – и свет погас, оконное стекло брызнуло мелкими осколками.

– Кто смеет баловаться?! – раздался рык.

Из здания пулей вылетела ведьма, злая, как, собственно, ведьма. Моргана расправила плечи и помахала рукой:

– Добрый вечер, Ангелика!

– Ты? Ты что творишь, Моргана?! В Инквизицию захотела, дрянь?!

– Нет, мне нужны ответы на мои вопросы.

– А может, просто сдать тебя куда следует? – Ангелика просунула руку с длинными красными ногтями и попыталась схватить девушку.

Мор подняла руки, демонстрируя метки-браслеты:

– В Инквизиции я уже была.

Ангелика прищурилась.

– Интересно. Ну, проходи, где вход, ты, думаю, помнишь. Поднимайся в учительскую, в моем кабинете, знаешь ли, прошелся шторм. – Она облизнула губы и улыбнулась холодной, жутковатой улыбкой.

Часы мерно тикали. На стенах сами собой танцевали причудливые тени. Две женщины смотрели друг на друга не мигая. Ни одна не отводила взгляд. Воздух потрескивал от магии и напряжения. Наконец старшая, темноволосая, высокая и статная, кивнула:

– А ты молодец, Моргана. Давно перестала быть тряпкой, которую я помню?

– Кажется, что очень давно.

– Когда точно ты потеряла девственность? – деловито осведомилась Ангелика. – Это было насильно? Инквизитор?

– Это был Охотник… Черный Волк.

Глаза директрисы удивленно расширились, зрачки вытянулись, а ногти прочертили глубокие борозды на деревянных подлокотниках.

Чем дальше Мор рассказывала, тем шире улыбалась ведьма.

– Он сам не понял, что сделал! Восхитительно! Инквизитор тебя инициировал и высвободил твои силы. Видимо, твоя мать наложила заклятие, и твое колдовство было спрятано, спало. Хорошая шутка: Охотник раскрыл таланты ведьмы. Причем темной. – Ангелика хрипло засмеялась. – Тебе нужно забрать у него свою книгу, теперь ты наверняка сможешь ее открыть.

– Как же быть с силами, он же приедет и заметит? И любая проверка…

– Я сварю тебе зелье, мы его обманем. – Ведьма довольно потерла руки.

– Почему вы решили мне помочь?

– Просто я ценю хорошую иронию. И нас осталось слишком мало.

Неожиданно Ангелика резко подалась вперед и обхватила когтистой рукой горло Морганы. Та уже начала хрипеть, когда ведьма произнесла сладким голосом:

– Так что не разочаруй меня!

Охотник иногда не мог объяснить, как он находил ведьм. Сам он не без гордости называл это чутьем, ему хотелось думать, что он отлично анализировал информацию и разбирался в их повадках, мог предвидеть на шаг вперед. Сейчас задание было особенно интересным. Эту ведьму прятаться учил инквизитор. Но, с некоторым сожалением отметил Охотник, эта женщина была либо плохой ученицей, либо слишком самоуверенной.

Черный Волк осмотрел лесную хижину: на столе дымилась чашка с кофе, в печке весело потрескивал огонь, ведьма где-то близко. Охотник взял с полки фото в самодельной рамке – на ней были засняты улыбающийся уже бывший инквизитор и целующая его ведьма. Оба выглядели неприлично счастливыми и беззаботными. Хмыкнув, инквизитор поставил фото обратно.

Она ждала его на тропинке за домом. Похудевшая до какой-то прозрачности, с темными тенями под покрасневшими глазами. Тусклые волосы неаккуратно отросли.

– Он жив?

Охотник замялся на секунду и кивнул, он хотел захватить ведьму живой.

– Врешь, – холодно заметила ведьма. – Скажи, Охотник, он сильно страдал?

В голосе женщины слышались такие невообразимые мука и тоска, что инквизитор помимо воли ответил ей правду:

– Сердце у него не выдержало. Он страдал, но не долго. – В его ответе не было издевки, только сухая констатация факта.

Женщина вздохнула и кивнула, а потом просто сказала:

– Мы любили друг друга. Однажды ты поймешь, Охотник.

Он почувствовал, что что-то не так, рванулся к ней. Но она проглотила какую-то жидкость из маленького флакончика и пронзительно закричала.

Крик ввинчивался в мозг и звучал монотонно, на одной ноте, выворачивая душу и затопляя тело болью потери этой женщины. Инквизитор упал ничком, заткнул уши, стараясь избавиться от чужих горечи и отчаяния. Цепочка на запястье раскалилась докрасна и обожгла кожу, оставляя глубокий шрам. Он зарычал от боли. На губах ведьмы пузырилась пена; всхлипнув, она перестала кричать и захрипела. Охотник подполз к ней, заглянул в гаснущие глаза, женщина прошептала:

– Береги любовь, инквизитор. Не попадайся!

Взгляд сделался стеклянным, в нем отражались небо и темные силуэты елей. Сердце Черного Волка отбивало бешеный ритм. Он видел, как умирали ведьмы. Видел, как они хотели жить, слышал самые разные проклятия, но никогда не сталкивался ни с чем подобным. Мужчина тяжело поднялся и с криком отодрал от запястья амулет. Обожженную кожу невыносимо саднило. Охотник с неудовольствием посмотрел на ведьму – теперь придется писать отчет, как же не вовремя сдохла эта тварь.

Черный Волк вернулся в хижину, его бил озноб, он бросил взгляд на фото и на секунду перестал дышать. На какое-то мгновение ему показалось, что счастливый мужчина на фото – это он сам, а женщина, которая целует его, – Моргана. Он несколько раз моргнул, чтобы отогнать наваждение, и бросил фото в рамке в печку.

– Пора в отпуск. С ведьмами явный перебор. Но сначала надо показаться Доку.

Следственная группа инквизиторов обшарила всю сторожку в лесу, ребята знали свое дело и перекопали даже землю вокруг. Нашли несколько запрещенных книг, украденных из библиотеки Инквизиции, пачку писем, которые эти двое писали друг другу.

Док обработал ожог на руке. Привычно потрескивал счетчик, фон проклятий оставлял желать лучшего.

– Тебе нужен новый комплект амулетов. Эти выгорели в ноль.

– Да, жутковато было. От ее воплей у меня чуть мозг не вытек…

– Отдохнуть тебе надо, – доктор выглядел обеспокоенным, – обстановку сменить.

– Расскажи об этом Шефу, так он меня и отпустил. Ведьму же живой надо было брать.

– Нет, а что ты мог? Она отравилась, даже если бы ты ее доставил, все равно допросить не успели бы. Это я тебе точно говорю. Так что расслабься. Не все мы можем контролировать.

– Это да…

Моргана в старых джинсах с дырками на коленках и простой серой футболке, надетой на голое тело, обдирала обои на кухне. Она давно собиралась сделать ремонт, а после выплеска силы повод был отличный.

Обои отходили довольно плохо, мелкими раздражающими кусочками, и когда наконец удалось подцепить и отодрать большую полосу, ведьма издала победный вопль и запрыгала на месте. Тренькнул звонок. Пританцовывая, Мор подхватила пакет с битой посудой.

– Вот тут еще… – начала она, открывая дверь.

На пороге стоял не дворник, которого она ожидала увидеть, а инквизитор. Выглядел он уставшим, но довольным. Моргана ойкнула и выпустила пакет из рук. Охотник успел убрать ногу.

– Это было спланированное нападение на инквизитора?

– К сожалению, нет. Экспромт.

Мор отступила на шаг, пропуская Черного Волка внутрь. Он поморщился, обводя взглядом кухню, но ничего не сказал. Ведьма принялась ожесточенно отдирать обои. Во-первых, так он не видел ее лица и тех эмоций, которые хотела скрыть. А во-вторых, руки дрожали не так сильно. Она надеялась, что зелье подействовало и инквизитор не почувствует ее силу и не рассмотрит, что она теперь темная ведьма. Охотник привалился к стене и с интересом наблюдал за тем, как она сражалась с бумагой.

– Будет проще, если обои намочить.

– О, инквизитор решил помочь ведьме советом, – едко заметила Мор. – Может, Охотник покажет, как надо?

– Нет, работай, работай, ты делаешь это так обаятельно, – усмехнулся.

Ведьма посмотрела на мужчину, глаза стали холодными, он не поменял позу, но она почувствовала, что он ее прощупывает, проверяет.

– Что-то в тебе изменилось, ведьма Моргана. – Голос подозрительный.

Сердце ведьмы пропустило удар. Как же тяжело, когда нужно что-то скрывать, притворяться.

Мор стянула резинку и привычным жестом взъерошила волосы. Она сделала шаг к нему. Подняла руки, демонстрируя метки.

– Может, это?

Он притянул ее к себе. Погладил по щеке, рука провела по волосам, заправляя прядь за ухо. Моргана заметила на руке инквизитора заживающий ожог в форме цепочки. Она провела пальцем по рубцу.

– Я смотрю, тебя тоже кто-то подчинил, Черный Волк. – Ведьма улыбнулась.

Инквизитор сделал неуловимый жест рукой. Руки Морганы сами собой взлетели над головой, она оказалась около стены как будто прикованной. Ведьма с ужасом осознала, что эти метки действительно были кандалами.

– Мне нравится, когда ты немножко дерзкая. Но я задал вопрос. Что изменилось, Моргана? Я чувствую следы колдовства.

Он положил руки ей на грудь, обвел соски. Прикосновения через ткань возбуждали. Мор отвела глаза и попробовала опустить руки, но метка не позволила сдвинуть их с места.

– Смотри на меня. – Приказ. – Это простой вопрос. Ты колдовала?

Руки продолжали сладкую муку, ей хотелось, чтобы он коснулся обнаженной кожи.

– Да. Нет. Не знаю.

– Ммм… Точнее?

– Это был, – ведьма прикусила губу, чтобы не застонать, – выплеск силы.

– Почему ты попала в больницу, Мор?

– Хотела убежать от тебя…

– На что у тебя магическая аллергия?

Моргана удивленно вздрогнула. Мужчина улыбнулся, лицо смягчилось, хищный блеск исчез из глаз. Он очень медленно расстегнул на ней джинсы.

– Я хороший инквизитор, Моргана, и умею анализировать факты. Так на что?

Одна рука продолжала поглаживать грудь, а вторая скользнула в трусики, пальцы проникли внутрь и очень осторожно начали двигаться. Мор не понимала, почему ее тело так реагировало на этого мужчину. Она безумно его боялась, но при этом безумно хотела.

– Лекарство от кашля и ромашковый чай, – выдохнула ведьма.

Он поцеловал ее в шею.

– Умница. И больше никаких секретов, ведьмочка.

Он остановился для того, чтобы стянуть с нее джинсы и трусики. Волк жадно смотрел на обозначившиеся под футболкой затвердевшие соски, на плавную линию стройных бедер.

– Скажи, Моргана, а ты смогла бы меня полюбить? – В его глазах зажегся опасный огонек. Он прижался к ней всем телом и положил ее ногу себе на талию.

– Нет! – Ведьма ответила раньше, чем успела подумать о последствиях. В этом коротком слове звучало столько негодования.

– Идеальная ведьма. – Инквизитор был доволен ее ответом.

Он плавно вошел в нее, до боли сжимая бедра. Мор не смогла сдержать стон.

– Освободи мне руки, – прошипела ведьма и тут же вцепилась ему в плечи.

Она подстроилась под его ритм и задвигалась вместе с ним, прижимаясь к нему еще теснее. – Никогда, никогда, инквизитор!

Мор сидела в кабинете Ангелики.

– Перед тем, как он ушел, я попросила у него вернуть мне книгу. Он сказал, что подумает.

– Итак, он, собака, чует колдовство. Но при этом не увидел, что ты инициированная темная ведьма. Не блестяще, но неплохо. Продолжай принимать зелье. И заполучи книгу. Любым способом, Мор.

– Подумай, Ангелика, как сделать так, чтобы он перестал чувствовать колдовство? Иначе книга мне не поможет.

– Я подумаю, не сомневайся. – Женщина забарабанила пальцами по гладкой столешнице. Она резко встала и прошлась по кабинету с грацией хищной кошки. – Я подумаю, – повторила она. – Поверь, девочка, я найду способ. И мы сделаем из тебя истинную темную.

– А разве сейчас я недостаточно темная? – удивилась Мор.

– О нет. Тьма проявляется после первого убийства. Ты сама вырвешь у Охотника сердце, умоешься его теплой кровью, услышишь его вопли. – Ведьма с нежностью потрепала Моргану по щеке. – Последовательность действий, конечно, не та, но смысл ты поняла.

В цветочном Моргана, не отрываясь, смотрела на желтые розы – она напряженно думала о сложившейся ситуации. Попасть между двух огней – вот точное определение. С одной стороны, Ангелика – интриганка, которая всегда думает только о себе. После разговора с ней Моргана осознала, что та собирается вылепить из нее чудовище. Сама мысль об убийстве была ей отвратительна. С другой – инквизитор, который превратил ее в свою игрушку, и непонятно, что он сделает, когда она ему надоест. Хорошо, если просто оставит в покое, а если нет? Если он решит отправить ее в закрытое поселение, без колдовских сил – ему ничто не помешает. Мор не понимала, чего можно было ожидать от Охотника. Иногда он казался почти нормальным. Но она точно знала, что он безжалостный убийца и без колебаний вонзит в нее серебряный нож, если потребуется. И все-таки было в нем что-то притягательное. Наверное, если бы все сложилось по-другому, она бы хотела, чтобы рядом с ней был именно такой мужчина.

Звякнул колокольчик. В магазинчик вошел покупатель. Он смерил ведьму презрительным взглядом, от которого Мор захотелось стать невидимой, – так смотрели только инквизиторы. Ведьма одернула длинные рукава рубашки и, выдавив профессионально-радушную улыбку, произнесла:

– Могу я вам что-нибудь предложить?

– Мне нужны три красные розы. – Мужчина больше не смотрел на девушку, все его внимание было сосредоточено на цветах, – и сделайте так, чтобы цветы продержались подольше.

«Всего три розы, – подумала Мор, – не особенно щедро».

Ведьма взяла три цветка.

– Вам упаковать?

Хотя, если приглядеться, мужчина был довольно молод, просто абсолютно седые волосы создавали обманчивое впечатление.

– Не надо, просто наколдуй, чтобы они не завяли.

Мор кивнула.

– И даже не спросишь ничего?

– А зачем, понятно же, что вы инквизитор и занимаете высокий пост. Это видно невооруженным глазом.

Ведьма направила немного силы в каждый цветок.

Мужчина усмехнулся:

– Верно рассуждаешь, ведьма.

Он небрежно бросил несколько купюр на стойку, взял цветы, задержавшись взглядом на нестандартной метке-браслете.

– Сдача, – успела сказать Мор, но за ним уже закрылась дверь.

Моргана улыбнулась. Она должна уехать туда, где нет Инквизиции. Вот единственно верное решение. Она не хочет становиться ни чудовищем, ни оставаться чьей-то игрушкой. Она должна исчезнуть. Все, что ей нужно, – это избавиться от метки.

День тянулся как обычно. И ведьма уже собиралась закрывать магазинчик, выключила подсветку витрины и взялась за ключ, когда дверь толкнули. В лавку буквально влетела какая-то женщина.

– Извините, мы уже закрываемся, – вежливо сказала ведьма.

Женщина внимательно посмотрела на Моргану:

– Я быстро, буквально на минуту. – Она скользнула равнодушным взглядом по цветам.

– Давайте я вам что-нибудь посоветую.

– Посоветовать я и сама могу. – Женщина выжидающе уставилась на ведьму, казалось, незнакомка чего-то ждала. – Или помочь могу.

Мор рассматривала незнакомку. У женщины были кудрявые волосы и очень темные глаза, блестящие и странно подвижные. Посетительница молчала, а потом пожала плечами и ушла так же внезапно, как появилась.

Моргана закрыла магазинчик, не придав появлению странной посетительницы никакого особого значения.

Она медленно шла по улице, домой совершенно не хотелось. Охотник вынырнул из переулка и пошел с ней рядом.

– Жуткая привычка неожиданно появляться, – сказала Мор.

– Профессиональная, – хохотнул мужчина, – я появляюсь, когда ведьма не ждет.

– Ты не мог бы мучить кого-нибудь другого? – устало поинтересовалась Моргана.

– Нет, я уже выбрал тебя, – серьезно ответил инквизитор.

Ведьма вздохнула.

– Я собираюсь съесть пончик.

– Хороший план. Я тебя угощу.

– Все это так странно.

– Согласен. Пончики – самая странная вещь на свете. – Глаза Охотника улыбались.

Мор посмотрела на него и нахмурила брови.

– Нет. Я про тебя. Зачем ты меня подчинил? Зачем я тебе, инквизитор?

– Ведьма, ты задаешь много вопросов. Могла бы сделать карьеру в Инквизиции, если бы не одно маленькое но… – Мужчина засмеялся. У него было явно хорошее настроение.

В кармане пиликнул телефон. Охотник нахмурился, принял вызов, но не успел ничего сказать.

Мор услышала, как неизвестный ей собеседник резко произнес одну-единственную фразу.

Инквизитор подобрался, от расслабленности не осталось и следа, в нем появилось что-то хищное.

– В другой раз. Срочная работа. – Голос мужчины звучал напряженно, казалось, что мыслями он был уже далеко отсюда.

– Ирония, – усмехнулась Мор.

– Не понял.

– Ведьмы отвлекают инквизитора от ведьмы, – ехидно пояснила Моргана.

Она поднялась на цыпочки и скользнула губами по его щеке.

– На удачу, мой инквизитор.

Что-то в ее тоне насторожило мужчину, отстраняясь, он незаметно посмотрел на защитный амулет. Он был готов к тому, что ведьма попытается его проклясть, но никакого намека на запрещенное колдовство. Охотник внимательно посмотрел на девушку, она рассматривала его прищурившись, так, как могла только сильная темная ведьма. Но Моргана встряхнула светлыми волосами, откидывая их за спину, и перед ним снова стояла слегка растерянная ведьмочка, наваждение рассеялось. Интуиция только слегка царапнула где-то глубоко внутри и, успокоившись, заснула.

Мор смотрела в спину уходящего инквизитора. Позади кто-то нарочито кашлянул. Ведьма обернулась и увидела ту странную покупательницу, которая посетила цветочный перед самым закрытием.

– Впечатляюще. Подцепить на крючок Черного Волка так незаметно и так мягко, но в то же время неотвратимо и эффективно. Великолепная работа. Настоящий ведьмовской талант.

Женщина даже несколько раз хлопнула в ладоши, изображая бурные аплодисменты.

– Во-первых, я никого не привораживала. Это запрещено законом. А во-вторых, кто вы?

Незнакомка озорно хихикнула.

– А кто тут говорит про приворот?

Моргана подозрительно посмотрела на собеседницу:

– Вы ведьма?

– Разумеется. – В глазах женщины застыло странное задумчивое выражение.

– Кто вы?

– Ты просила помощи, и вот я пришла. – Незнакомка улыбнулась.

Мор недоверчиво покачала головой:

– Ну, прямо как в сказке – неожиданно появляется ведьма-крестная.

Мор хотелось уйти – неестественно темные глаза женщины светились безумием и вызывали тревогу. Но она решила рискнуть, поэтому выпалила вопрос:

– Вы знаете, как снять метки?

– Да, это довольно просто и одновременно сложно. Ее должен снять инквизитор, который ее накладывал. Только он может тебя отпустить. Нужно его Слово, и метка исчезнет навсегда.

– Слово? Какое? – Мор скептически отнеслась к этой информации. Женщина была пугающе странной. Может, она действительно просто городская сумасшедшая…

Когда Мор повернулась к собеседнице, чтобы спросить, как же заставить инквизитора произнести Слово, выяснилось, что она на улице совершенно одна.

Черный Волк был зол. Только выдался редкий свободный вечер, так нет – вызывают. Как будто он единственный Охотник.

Мужчина вошел в кабинет Шефа. Тот сидел в кресле, с интересом просматривая содержимое какой-то папки.

– Проходи, Волк, присаживайся. – Голос звучал по-доброму. Шеф улыбнулся. Охотник напрягся. Шеф продолжал говорить медовым голосом: – Зашел я недавно в магазин, где продают цветы. Казалось бы, ничего удивительного. Флорист там ведьма. Пока удивляться нечему, ведьмам же разрешено работать. А дальше я посмотрел на ее метку.

Медовый голос означал, что Охотник влип.

– Итак, Волк, ты же опытный инквизитор, – сладко пропел Верховный инквизитор, разве что не мурлыкнул, как кот. – Ты же все понимаешь и поэтому сам добровольно и подробно расскажешь, что, какого волшебного, ты устроил? Полное подчинение слабой ведьме? Хорошо, что догадался суд провести.

– Жаловаться она не будет. – Охотник заметно расслабился.

– Ты мне объясни, зачем ты ее вообще подчинил? Обряд-то серьезный.

Волк пожал плечами, всем своим видом показывая, что не собирается оправдываться.

– Ты мне свой характер-то не показывай. – Голос Шефа стал стальным, – В связи с последними событиями пройдешь проверку. Полную.

– Думаешь, я ее люблю? Я? Ведьму? – Охотник резко вскочил. – Вот уж не ожидал, Шеф.

Верховный инквизитор смотрел на Охотника холодным немигающим взглядом.

– Еще спроси, не назвал ли я ей своего настоящего имени! – Черный Волк захохотал.

В кабинет бесшумно вошли два инквизитора, мастера дознания.

– Отлично! – Охотник был вне себя.

– Увести, – коротко приказал Шеф.

На Черного Волка надели наручники, он не сопротивлялся.

После того как его увели, Верховный инквизитор поднял трубку и отдал следующее распоряжение:

– Проверку по полной программе, не жалеть, но и не калечить. Ломать специально не надо и желательно не оставлять следов.

Он выслушал ответ, усмехнулся.

– Нет, ведьму пока не трогайте. Не надо, никуда не денется. А если с проверкой все чисто, пусть играет, пока не надоест. Потом сам отправит куда следует.

Моргана пила кофе на веранде маленькой кофейни. Охотник не появлялся уже несколько дней, но на этот раз ведьма чувствовала удивительное спокойствие, наладился сон, на щеках снова появился румянец. Легкий ветерок играл ее распущенными волосами; мимо на велосипеде проехал темноволосый парень, он засмотрелся на девушку и едва не врезался в столб. Мор засмеялась и покачала головой, она обхватила чашку двумя руками и вдохнула горьковатый аромат с нотками корицы и кардамона.

Все налаживалось. Ангелика разрешила заглянуть в свою колдовскую книгу, и Мор переписала несколько заклинаний. В последнее время ведьмы сблизились, Ангелика хорошо разбиралась в природе магии и рассказала много всего полезного. Теперь Моргана знала, как правильно использовать семена, сбивающие с пути, как зажигать путеводный светлячок и еще несколько полезных магических трюков.

Думая о магии, ведьма рассеянно крутила чашку в руках. Мор увидела, что кофейная гуща сложилась в четкую картинку: фигурка оскалившегося волка в клетке, сердце над клеткой вместо луны. Моргана ловко повернула чашку, предсказание исчезло. Ведьма задумалась о том, что это может значить, когда на нее упала тень и хриплый голос сказал:

– Инквизиторская проверка, предъявите метку.

Моргану передернуло – как же надоели эти проверки в городе, эта черная форма кругом, постоянная тревога.

Мор показала запястье.

Лицо инквизитора вытянулось, ведьма не удержалась и хихикнула – очень забавно выглядел этот рыжий парень с торчащими вихрами и веснушками.

– Пройдемте. – Молодой инквизитор стал серьезным.

Мор поднялась.

– В чем меня обвиняют? – Ведьма испытала раздражение.

– Пройдемте для выяснения обстоятельств.

– Каких? Что вас интересует?

Моргана в упор смотрела на парня, взгляд спустился на его тонкую шею, торчащую из воротника форменной рубашки. Кожа была удивительно белая и прозрачная, с мелкими редкими веснушками, под ней подрагивала синяя жилка.

– Подними руки, ведьма, так, чтобы я их видел. Шагай вперед.

Мор подняла руки, теперь метки-кандалы были выставлены на всеобщее обозрение. Люди отворачивались и спешили перейти на другую сторону улицы. Ведьма чувствовала себя униженной, ее пронзила мысль – наверное, ее отправляют на поселение ведьм. Сегодня ее лишат силы, а когда обнаружится, что силы стало больше, чем записано в документах… Она остановилась и глубоко вздохнула.

– Что встала? – начал инквизитор и протянул руку, чтобы толкнуть девушку.

И в это время ведьма исчезла.

Он моргнул, пробежал вперед, назад. А потом улицу огласил тревожный сигнал.

На самом деле Моргана никуда не исчезла, она просто шагнула в тень. Тень обладает удивительными свойствами, особенно если ею уметь пользоваться. В тени предметы становятся нечеткими, а ведьма может стать практически невидимой. Конечно, если бы инквизитор был повнимательнее или более опытным, он бы нашел ее. Но, к счастью, ведьму он не видел и не наткнулся на нее, пока хаотично метался туда-сюда.

Охотник лежал на полу камеры, глядя в маленькое окошко под самым потолком. Коллеги-дознаватели знали свое дело. Проверка была добротная, основательная. Всеохватывающая. Болело все тело. В глазах полопались сосуды, и даже тусклый свет из окошка причинял дискомфорт, но Волк не отрывал взгляда. Он думал о летних улицах, о том, как ничего не подозревающие люди ходят по ним, смеются, едят пончики, ругаются, мирятся, занимаются сексом, как они приходят домой и их кто-то ждет. А он так и не угостил ведьму пончиками.

Интересно, а она ждет его? Думает ли о нем, задается ли вопросом, куда он пропал? Насколько он мог судить, проверку он прошел – как ни искали дознаватели, они не смогли засечь ничего, что можно было бы классифицировать как любовь.

Черный Волк являлся и является образцовым инквизитором. Просто мужчине нужна игрушка.