Любовь Митчелла

Вероятно, именно здесь Терезу встретил Тозер. Но я никак не могу этого доказать! Даже на камерах видеонаблюдения у проклятого фургона с уличной едой его нет. Из этого всего может быть только два вывода: либо Винсент настолько умён, что просчитал всё до последней секунды, либо… я просто-напросто зациклился.

Роско ушёл из участка раньше, чем я. Майк с того времени загадочно посматривает на меня, но ничего не говорит. Вероятно, дело касается того неизвестного предмета, который искал мой помощник в карманах. Что это, кстати, было?

Криминалист устало потёр глаза и удалился на кухню. Разумеется, я не отставал от него. Стенли потянулся, пару раз присел и один-единственный раз с трудом отжался. Затем он внимательно посмотрел на меня и налил себе кофе.

– Я так понимаю, Мэтту необязательно знать о пуле? – приглушённо спросил Майк. – Ты меня знаешь, сделаю всё в лучше виде, – с деловым видом расписывал он, – но надежды маловато, сразу предупреждаю. – криминалист сделал глоток кофе. – Я позвоню, когда узнаю что-нибудь.

Я попрощался и вышел на воздух. Неужто Роско удалось прикарманить пулю, которую в него пустил Тозер? Вот это молодец! Хоть это и можно приурочить к весомой улике, но сомневаюсь, что Винсент стал бы использовать личный пистолет. Скорее всего – раз уж он такой умный, – у него есть незарегистрированное оружие при себе. Единственное, что мне необходимо, отпечаток Тозера на пуле. Я уверен, он должен быть там.

Как бы мне не хотелось, теория с Тозером развивается плохо. Никаких улик. Значит, придётся, как раньше, расследовать всё с самого начала. Маршрут Терезы Хоуп начался от фургона с лепёшками, следовательно, мне туда. Надеюсь, у продавца уличной еды хорошая память, и он вспомнит убитую.

Даже вечером около фургона стоит толпа голодных студентов. Они громко разговаривают, смеются и ни за что не собираются пропускать кого-либо вперёд себя. Среди молодых людей я заприметил знакомые лица.

Ронни и Олли устало переминаются с ноги на ногу и таращатся в учебник. Художница что-то показывает другу, проводя указательным пальцем по тексту. Молоуни недовольно глядит на подружку и что-то бормочет.

Спустя пару минут Скаврон подняла голову и стала оглядываться. Она ткнула в плечо Оливера, привлекая внимание. Студенты оставили сумки в очереди вместо себя и бросились ко мне навстречу.

– Что ты здесь делаешь, Митчелл? – лучезарно заулыбалась художница. – Тысячу лет тебя не видели!

– Новое дело. Работа не ждёт. – ответил я. – Как у вас дела?

Мы вернулись в очередь, и студенты принялись наперебой рассказывать обо всём, что я пропустил за последние полгода их жизни. Оливер собрал достаточно денег, нашёл «приличных» музыкантов и даже сумел записать свой первый студийный альбом. Ронда, в то время пока друг пропадал в студии, рисовала. На следующей неделе у неё состоится первая выставка.

Студенты рассказывали новости с улыбкой, пока их взгляды не сошлись на тетради Ронни с конспектами по истории. Девушка любовно провела по обложке ладонью и грустно улыбнулась.

– Доктор Янг рассказывал лучше. – негромко произнесла Скаврон.

– Сейчас у нас какая-то вредная тётка вместо него. – вмешался Молоуни и недовольно сложил руки на груди. – А что у тебя за дело?

Я расспросил студентов о Терезе Хоуп. По их словам, убитая была одной из самых красивых девушек факультета, но постоянно доносила на сокурсников. Новый преподаватель истории, Миранда Мун, сразу же записала её в свои любимчики.

Спустя некоторое время мне удалось расспросить о мисс Хоуп продавца уличной еды. К счастью, он запомнил убитую и сказал, что Тереза чуть ли не единственная, кто постоянно простит убрать из лепёшки мясо и бекон.

– Ведёт себя как вегетарианка! – недовольно пробурчал мужчина. – А я видел, как она мясо уплетает!

Чистоте на кухне фургона можно только позавидовать. Здесь ни насекомых, ни грызунов. А средства, которые использует хозяин, абсолютно безопасны. Не придерёшься. Даже обидно немного.

В конце разговора я показал мужчине фотографию Тозера. К сожалению, он его не видел.

– Я расспрошу духов, если хочешь. – предложила Скаврон. – На колдуна он не похож, поэтому, я думаю, они не откажут.

– Да, было бы отлично.

Следующий шаг: маршрут, по которому шла Тереза. Я дошёл до слепой зоны. Пустовато, ни единой души. Здесь, по-моему, вымерла всевозможная жизнь. Жутковатое место. Разве что уличные псы посматривают за мной. Голод заставляет их драться за любой упавший кусок еды.

Минута сорок три секунды. Осматриваюсь. Странно, здесь идти-то максимум метров десять. Вероятно, Хоуп столкнулась с кем-то, и поэтому задержалась.

Я попытался представить внезапное столкновение на собственном примере. Вот она идёт. Ест прямо на ходу и скорее всего не отрывает взгляда от экрана мобильника. Последняя открытая вкладка на телефоне убитой была с серией какого-то сериала, так что я прав. Также в сумочке девушки были обнаружены проводные наушники белого цвета. Из этого следует, что Хоуп могла просто не слышать, что кто-то идёт ей навстречу.

Рост у Терезы небольшой, обувь на плоской подошве. Столкнись я с ней, весь чесночный соус был бы у меня на воротнике. Именно это я наблюдал на плаще Тозера – свежее жирное пятно. Небольшой размер этого самого пятна объясняется тем, что Винсент столкнулся с убитой намеренно, то есть увернулся до того, как еда успела заляпать воротник полностью.

Пятно на левой стороне, значит, Тозер шёл именно навстречу Терезе. Он не обгонял её, а шёл навстречу. Как будто случайно, но такая нарочитая случайность заставляет задуматься: может, Винсент просто поджидал мисс Хоуп?

Мои слова поддерживает его внезапное появление в магазине. Если Тозер шёл навстречу Терезе, то как он оказался на месте преступления, да ещё и за десять минут до самой аварии? Магазин в противоположной стороне!

Как он это сделал? На камерах дальше Тозера в кадре нет. В записях есть только то, как детектив выходит якобы из своего дома и прогулочным шагом направляется к магазину.

Могу ошибаться, но Тозер ни разу не бегун. Может, он и справится с тем, чтобы догнать преступника, однако сомневаюсь, что ему хватило бы сил вернуться к вышеупомянутому дому, забраться внутрь и как ни в чём ни бывало пойти в магазин. И всё это за три минуты?

Квартира Винсента находится в пятистах метрах от магазина. Прогулочным шагом такое расстояние, как и видно на записи камер, он преодолел за шесть минут и пятьдесят три секунды – ровно за двенадцать минут до аварии, ещё две он болтал со мной и Роско.

У него должен быть помощник. А если он действительно был, то почему же не сделал грязную работу за Тозера? Ведь, не заметь я жирное пятно на воротнике детектива, мне бы и в голову не пришло, что он столкнулся с убитой.

Во что играет Винсент? И во что он пытается втянуть меня?

Я снова осмотрелся. Собаки прячутся около мусорных баков. За ними достаточно места, чтобы машина встала и не мешала на проезжей части. Это всего лишь теория! Но подождите… Я пригляделся. Самый большой пёс лежит на тёмном маслянистом пятне. Похоже, это машинное масло. Судя по расположению, подтекает из коробки передач. Осталось узнать, как много машин выехало из слепой зоны в период с четырнадцати до четырнадцати сорока сегодняшнего дня.

Пусть мои догадки снова упираются в Винсента Тозера, думаю, Мэтт не откажет мне в простой просьбе пересмотреть небольшой кусочек записей. Я взял немного масла напоследок. Это всё-таки улика.

Я вернулся к Майку в участок. Не хочу снова провоцировать Дормера, проще сразу обратиться к нашему криминалисту. Я застал Стенли на улице, он вышел подышать.

– Опять ты! – воскликнул Майк. – Слушай, мне и так попадёт от Мэтта, если он узнает про ваш с Роско маленький секрет.

– Ну пожалуйста! – умоляюще просил я. – Всего лишь посмотреть, какие машины выезжали из слепой зоны.

Майк сложил руки на груди и тяжело выдохнул. Он на мгновение отвёл взгляд, провожая им Паттерсона до главной двери.

– Ладно, пошли. – нехотя согласился криминалист. – Но если об этом узнает Мэтт…

– Да, да, – я выставил ладони перед собой, – только я буду виноват, знаю.

Чтобы наверняка не попасться на глаза Дормеру или Саммерсу, я взял флешку с записями и ушёл смотреть их в пустую допросную. Майк сказал, в этой комнате что-то с проводкой, поэтому её временно не используют. Отличное место для работы в одиночестве.

Я безрезультатно пялюсь на экран уже двадцать минут. Единственное движение около слепой зоны – собаки. В тридцать шесть минут в эту зону зайдёт Тереза Хоуп. Но что же произошло после? И когда на месте встречи убитой и Тозера появился неизвестный автомобиль?

– А была ли машина там вообще? – в комнате неожиданно появился Майк и взглянул на экран.

– Конечно была! – уверенно заявил я. – Не по крышам же Тозер убрался оттуда. Даже если по крышам, он должен был попасть на камеры.

– Опять ты прицепился к нему. – криминалист устало закрыл лицо ладонями и помотал головой. – Да не он это был!

Вдруг краем глаза я заметил на экране движение. Это машина! Самая обыкновенная, чёрного цвета. Номеров не видно, но яркий жёлтый кружок на зеркале заднего вида заставил меня вздрогнуть. Чёртов Тозер собирался купить точно такой же освежитель для салона. Это не может быть простым совпадением!

Однако, Майк всё же относит такую мелочь к случайностям.

– Таких освежителей тысячи! – ответил криминалист. – В каждом втором магазине. Теперь нам прикажешь каждого с таким освежителем останавливать, что ли?

– Он играет с нами, понимаешь? – настаивал я. – Этот гад прямо у нас перед носом кладёт косвенные улики и потешается над нами!

– Митч, признай, что Тозер тебе просто не нравится.

Я ничего не ответил и закрыл ноутбук. На записи, кроме водителя, никого в машине не видно. Мужчина, который сидел за рулём, сильно наклонился, когда выезжал. Его лицо видно довольно плохо для фоторобота, но достаточно хорошо, чтобы с уверенностью заявить – на Тозера он ни капли не похож.

Что мне остаётся? Нужно узнать, где сейчас живёт Винсент Тозер. Я просто обязан проверить абсолютно каждую зацепку. Мне нужно убедиться, что я не ошибаюсь. А если уж и ошибаюсь, то прямое тому доказательство отвадит меня во всём винить нового знакомого.

Я каким-то чудом выпросил у Майка адрес Тозера и отправился на место.

Знаю этот дом. И ни разу не видел в его окрестностях Тозера! Я был здесь буквально вчера вечером, но не заметил в указанных окнах свет. Конечно, нельзя исключать тот факт, что некоторые люди с удовольствием проводят время в тишине и темноте, но в случае с моим главным подозреваемым…

Чёрт, да я способен придраться к любой мелочи!

Соседей у Винсента не очень много, а те, которых мне удалось застать дома, не знакомы даже между собой. Да уж, когда люди совсем престанут общаться друг с другом, моя работа станет невыносимо сложной.

Я проторчал на улице ещё немного, надеясь найти лужицы вытекшего машинного масла. Разумеется, мне повезло! Но на этой улице семь машин, у которых подтекает масло из коробки передач. Сорвал куш, можно сказать, из машинного масла, но совсем потерял надежду. Я взял образцы из-под всех машин на всякий случай. Сравним с маслом из слепой зоны, вдруг что выйдет.

Как и говорил Майк, в трёх из семи вышеуказанных автомобилях висит освежитель в виде жёлтого смайлика. Да, он был прав – не такая это уж и улика.

Я вернулся домой в половину шестого вечера. Никого нет, кроме крысёныша, который умудрился забраться в хлебницу. Он смолотил весь хлеб и сладко уснул прямо в пакете и крошках. Не знаю, где пропадает Роско, а Эйден сегодня, похоже, задержится.

Обидно. Каким бы ни был хорошим парнем Роско, он бывает слишком шумным, эмоциональным и впечатлительным. Сейчас я предпочёл бы всему этому тихие рассказы Эйдена о простой жизни священника. Поздними вечерами голос Фроста звучит таинственно и успокаивающе. Я слушаю его и забываю практически обо всём, а это именно то, что мне сейчас так необходимо – полностью забыться.

Я лениво заварил чашку кофе и также нехотя её выпил за какие-то пару минут. Фобоса пришлось переложить из хлебницы на кровать Эйдена. Надеюсь, крысёныш наелся до утра и не будет шуршать всю ночь на кухне в поисках ещё чего-нибудь.

Мелкий пакостник даже не заметил, что его переместили, наоборот, он сладко потянулся на одеяле и снова засопел. Спал бы также крепко Эйден, когда я пытаюсь собраться на работу посреди ночи и не разбудить его.

Я бесцельно бродил по квартире, пока не зазвонил телефон.

– Митчелл, ты дома? – сразу же спросил Эйден. – Митчелл, может, встретимся у Рут?

– Ты к ней идёшь? – поинтересовался я, а сам тут же натянул куртку. – Что-то случилось?

– Слухов появилось много, – ответил священник, – хочу знать, что из них правда.

– Я скоро буду!

От радости, что не придётся просидеть весь вечер наедине с неприятными мыслями, я помчался на встречу со всех ног.

Мне открыл сам Его Величество, из-за чего я немного опешил. Князь жестом пригласил меня войти и запер дверь на ключ.

Часть верхней одежды гостей сложена на кушетке под узким окном. У вешалки на глаза попались ботинки Питера. Рядом стоят потрёпанные кроссовки Роско и аккуратные кеды Эйдена. Две пары высокой обуви, по-видимому, принадлежат неразлучной парочке студентов. Среди этого изобилия я разглядел также женские сапоги. Они точно Саманты – даже у Ронды размер побольше, чем у Сэм. В таком случае, незнакомые мужские туфли принадлежат Рэду.

Кстати, здесь есть ещё одна пара мужской обуви. Сегодня я точно видел эти ботинки. Где? Ах да, точно! На Картере Шине, водителе, который как бы сбил Терезу Хоуп.

– Неплохо сработано, детектив. – Князь по-дружески похлопал меня по плечу и слегка улыбнулся.

Я быстро снял куртку и обувь, не сводя с Алекса глаз. Мне казалось, я знаком уже со всеми странностями Райза, но как оказалось – нет.

– Ты о чём?

– Роско сказал, благодаря тебе бумаги не попали в чужие руки.

Не нужно быть гением, чтобы сложить два и два в данном случае.

– Так это твои люди? – я усмехнулся. Стоило бы догадаться сразу, как девушка-курьер достала из автомобиля чёрный пакет. – Что это за бумаги? Они так важны?

– Наследство Рут. – коротко ответил Князь. – Исаия Сорос скончался на прошлой неделе.

Второй раз за пять минут меня сумел ошарашить Александр. С другой стороны, это короткое заявление дало мне некоторое понятие о мотивах Тозера. Правда, на кого работает Винсент – до сих пор остаётся загадкой.

Конечно, в голову лезет самое банальное предположение, что его наняли родные сыновья Сороса. Богатое наследство часто становится поводом для вражды даже между родными людьми, а Рут, насколько я знаю, вообще никак не принадлежит к Соросам. Аншель нашёл и воспитывал её как наследницу своей империи, когда от этой роли отказался Эйден.

– Идём. – сказал Алекс и открыл дверь в магическую комнату.

За круглым столом ждут только нас. Взгляды присутствующих устремились в основном на меня. Первым встал Рэд и подошёл, протянув мне руку. Похоже, произошло что-то, о чём я не знаю. Не понимаю, неужели из-за сохранности каких-то бумажек ко мне стали относиться как к «своему»?

Кто бы мог подумать?

Спустя какое-то время разговор зашёл про Винсента Тозера. Саманте Князь поручил найти о нём всё, что удастся. Не сомневаюсь, она следила за Тозером какое-то время. Однако, к моему удивлению, мисс Кеньон не нашла ничего компрометирующего. Вообще ничего, как будто этот парень чёртов призрак! Он умудряется ускользать незамеченным даже от многочисленных людей Князя.

Это ещё раз подталкивает меня к мысли, что Тозера нанял тот, кто хорошо осведомлён о делах Александра. Человек, на которого работает Винсент, не то приближён к Райзу, не то чересчур умён.

Как ни прискорбно, но подозрения в этом случае неумолимо падают на Аншеля. Человека умнее и осведомлённее о делах Князя вряд ли удастся найти. Конечно, нельзя исключать Рэда и Сесто, но они не настолько умны, как мистер Леви.

Честно говоря, это меня пугает. Я не считаю себя идиотом, но выстоять перед хитроумными планами Аншеля мне вряд ли удастся.

Скажи я это вслух, от меня бы в ту же секунду мокрого места не осталось. Не знаю, поняла ли Рут, о чём я думаю, но от её недоброго взгляда у меня мороз по коже. К счастью, мне редко приходится видеть мисс Дэвис в подобном настроении, но я бы предпочёл вообще избегать таких её угрожающих взглядов.

В какой-то момент в комнате воцарилась тишина. Она давит на голову, чувствую себя в ловушке.

Эйден медленно обвёл взглядом всех присутствующих и остановился на Рут. Он хочет о чём-то спросить, но по неизвестной причине молчит. Я знаю, Фрост всегда так внимательно и открыто смотрит, когда его мучает вопрос. Не понимаю только одного, почему он не спросит, в конце концов, если ему так приспичило что-то узнать?

Вероятно, это касается только Эйдена и Рут.

Мы разошлись ровно в десять вечера. Роско предпочёл переночевать сегодня у студентов, а я тихо радуюсь, что Фроста сегодня уж точно некому будет перебивать. Пусть рассказывает хоть о своих прихожанах, только бы не молчал! Не могу больше слышать собственные мысли, которые в полной тишине и гнетущем одиночестве становятся просто невыносимыми.

Священник искоса посматривает на меня и беззвучно повторяет любимую молитву. Его губы едва заметно шевелятся, но и этого мне достаточно, чтобы узнать слова. Я устало склонил голову на плечо Эйдена и на мгновение закрыл глаза.

Фрост усмехнулся.

– Что случилось? – негромко спросил он, кончиками пальцев коснувшись моей руки.

– Фобос весь хлеб съел. – уставши протянул я и невольно улыбнулся. – Хомяк-переросток.

– С каких пор ты так за хлеб переживаешь?

Я нехотя поднял голову и посмотрел на Эйдена. Чтобы я ни говорил, по-моему, он всегда точно знает заранее, что меня гложет. Особенно сейчас.

– Нет доказательств?

– Они есть, но они слишком похожи на совпадение. – поделился я. – Целая гора дурацких совпадений. – я обессиленно усмехнулся, сцепив пальцы в замок. – Знаю, кто виновен, но он слишком умён, чтобы оставлять прямые улики.

– Тозер?

– Кто ж ещё!

Мы легли спать уже далеко за полночь.

В девять утра Мэтт настойчиво названивал мне. Он уже умудрился наведаться в квартиру, которую Тереза снимала. Как оказалось, у девушки были проблемы. Она несколько раз пыталась покончить с собой при помощи таблеток и чистящих средств. Подозрительно, что об этом ничего не сказал патологоанатом.

В квартире убитой Дормер нашёл как раз пачку крысиного яда. Состав идентичен с тем, который нашли в чесночном соусе.

Официально дело закрыто. Улик более, чем предостаточно для этого. Правда, в этот раз даже моему другу всё показалось странным.

Например, продавец уличной еды, который опознал мисс Хоуп, упоминал, что Тереза просила убирать мясо и бекон, а в остатках лепёшки Майк нашёл приличное количество свиного жира. Бекон успел пропитать собой хлеб. Ещё Мэтту не даёт покоя способ убийства: почему, если Тереза так хотела расстаться с жизнью, она не сделала это дома? Когда она подмешала яд в соус?

Вопросов становится всё больше, и Дормер, наконец-то, ко мне прислушался!

Я встал в более-менее приподнятом настроении. Привёл себя в порядок и занялся завтраком, как услышал из комнаты короткий сигнал телефона. Я вернулся в спальню за мобильником и мельком взглянул на экран – Майк прислал сообщение.

Пуля, которую попросил проверить Роско, выпущена из пистолета, который числится за… мной.