- -
- 100%
- +
ВНИМАНИЕ!!!
Настоятельно не рекомендуется к прочтению лицам не достигшим 18-ти лет и людям с неустойчивой психикой.
Фамилии, имена, названия изменены.
Любые совпадения по ним случайны и носят непреднамеренный характер.
11 октября, четверг, 17 часов, 23 минуты 51 сек
В приемной генерального директора меня остановил его секретарь:
– Дмитрий! Оставь, пожалуйста, свои телефоны. – И она положила на стойку стеклянный поднос.
– Это какая-то ошибка, Анжелика! Я и начальник службы безопасности имеем право входить к Сергею Владимировичу со своим включенными телефонами или «ноутами». Так было всегда.
– Извини, Дмитрий! Распоряжение Сергея Владимировича. С сегодняшнего дня ты тоже оставляешь свои "гаджеты". – И она показала глазами на поставленный поднос.
Я выложил оба телефона и ключи.
– Ключи не обязательно. – Заметила Анжелика.
– На них электронный брелок. – И я показал на него пальцем.
Она слегка кивнула и показала глазами на дверь, как бы говоря «можешь проходить».
Когда я заходил в кабинет к руководству, то встроенный в дверной проем сканер не пискнул, как всегда. Было непривычно необычно.
Генеральный, не отрываясь от компьютера и не взглянув на меня, протянул правую руку, ладонью вверх. Я дал ему документы. Не читая и даже не взглянув на них, он привычным размашистым движением расписался на каждом листе. И, двумя пальцами правой руки, так же, не отвлекаясь от работы, продвинул стопку подписанных бумаг ко мне на край стола. Я неторопливо их взял.
Генеральный директор заметил мою нерасторопность. Он поднял на меня взгляд:
– Что-то ещё?
– Анжелика сегодня попросила меня выложить все электронные устройства перед тем, как я к Вам зашел… – Машинально махнул рукой в сторону приемной.
Сергей Владимирович встал из-за стола.
– … Ваша степень доверия ко мне уменьшилась? – Продолжил я, а затем попытался улыбнуться: – Чем я заслужил такую немилость?
Генеральный обошел вокруг меня и подошел к столу для заседаний. Включил интерактивный стол, встроенный в его крышку. Быстро пролистал файлы и вывел во всю ширину экрана карту Екатеринбурга, помеченную разнообразными цветными метками:
– Смотри сюда.
Я склонился над картой.
– Видишь вот этот участок…и этот? – Он ткнул пальцами в два места по очереди: Узнаешь?
– Да.
– Это землеотводы, на которые мы подавали заявку и которыми занимался твой отдел. А Земельный комитет нам в них отказал. Вчера провел аукцион по ним, нас не уведомив. И участки одним лотом достались в аренду на сорок девять лет аффилированному предприятию «заводчан».
– Сергей Владимирович! У меня еще нет информации из Земельного комитета.
– Зато у меня уже есть.
– Но на их сайте не было никакого извещения об аукционах!
– Знаю. Оно сегодня появится ближе к вечеру, причем в таком виде, как должно было быть. Они «вывесят» его на сайте задним числом. Сделают все как надо. Суки!.. Ты понимаешь, что это значит?
Я взглянул еще раз на карту и показал рукой направление на участок:
– Мы не сможем закольцевать ранее проложенную дорогу к нашему строящемуся объекту через чужой земельный участок. Его придется брать в субаренду у «заводчан» или согласовывать получение землеотвода с этой стороны… – Я показал на карту. – Здесь можно сделать объезд и будет место под еще один парковочный карман…
Генеральный одобрительно покивал головой:
– Только мы не успеем заново согласовать изменение проекта, и все другие вытекающие из этого вопросы провести до сдачи объекта. То есть не сможем подписать Акт госприемки. Не сдадим дом в эксплуатацию. А наши агентства недвижимости не смогут начать продавать квартиры. Холдинг будет нести убытки по простою здания, до оформления на него права собственности в регпалате.
Я и так это все прекрасно понимал:
– Может быть, попытаться опротестовать результаты аукциона, как проведенного с нарушениями? – Робко предложил я, потому что понимал, что это небыстро реализуемая идея.
– Мэр мне лично ответит за бардак, который допустил. Я заставлю его отменить его же постановление и передать эту землю нам без аукциона, как дополнительную прирезку к ранее полученным участкам. Пусть деньги отрабатывает, ублюдок! Мы его градоначальником сделали, пусть работает, сука!.. Ты знаешь, почему так произошло? – Генеральный директор посмотрел вопросительно на меня.
– Нашу заявку «слили» в Земельном комитете конкурентам. Те уже по подготовленным данным оформили как бы раньше нашего числа точно такую же. А в самом Земельном комитете нашу заявку тормознули, и продвинули на формальный аукцион подставные компании «заводчан». – высказал я предположение.
Сергей Владимирович слегка улыбнулся краешками губ:
– Я сегодня получил результаты проверок из администраций и налоговых по нашим конкурентам. Данные не обнадеживающие. Они знали, что их хотят «взять за яйца», поэтому подготовились. Нарушения мелкие. На их работу это никак не отразилось. Значит, они были предупреждены. Кто-то из нас с ними делится конфиденциальной информацией. Ничего не хочешь сказать? – Генеральный директор лукаво посмотрел на меня.
Это был прямой выпад в мой адрес:
– …Их предупредили из администрации города, из мэрии. – Я не мог осознать в тот момент, что в наших стройных рядах появился неблагонадежный человек, имеющий доступ к секретам компании, и пользующейся своим положением во вред её деятельности.
– И из МЧС… от пожарников, и из налоговой, и даже из фито контроля? Что-то много «кротов» сразу проснулось? И причем одновременно!?…Ты имеешь к этому отношение? – Вопросы мне были заданы полушутливо, только последнее предложение серьезно.
– Нет, Сергей Владимирович! – Я твердо посмотрел в глаза генеральному директору. – Никогда и никому не передавал информацию о деятельности компании и своей работе в ней.
Сергей Владимирович стал предельно серьезным. Нахмурил брови и процедил сквозь зубы:
– Еще раз придешь пьяным на работу, уволю!
Наверное, два бокала конька изменили аромат моего дыхания. Но я попытался оправдаться:
– Я также быстро соображаю, как обычно. Это никоим образом не отражается на выполнении моих должностных обязанностей.
– У тебя на сегодня еще назначены деловые встречи?
– Да. Надо съездить в администрацию Кировского района по нашему торговому центру.
– Перенеси встречу на утро завтрашнего дня. Я хочу, чтобы партнеры и конкуренты всегда видели моих людей бодрыми, трезвыми и хорошо одетыми. Николай Васильевич мне сейчас сказал, что ты на него чуть с кулаками не бросился из-за своей проститутки. Поэтому иди: отдохни и выспись. А к работе приступишь завтра. Все ясно?
– Да. П-р-редельно. – У меня почему-то бессознательно получилось протянуть букву «р» в последнем слове.
– Свободен!
Больше ничего примечательного сегодня не произошло.
12 октября, пятница
В ЭТОТ ДЕНЬ АВТОРОМ НЕ СДЕЛАНО НИ ОДНОЙ ЗАПИСИ
13 октября, суббота, 17 часов, 02 минуты 47 сек
Пришел в сознание около полуночи.
Утром (не знаю: сколько было времени) перевели из реанимации в отдельную палату.
Отходил от наркоза. Снова спал. Проснулся около 12-ти. Увидел супругу. Понял, что самое страшное позади. Буду жить. Болит правый бок. В трех шрамах. Попросил супругу привезти мне два «ноута»: рабочий и личный-домашний, который не имеет выход в интернет. Я в него ежедневно фиксирую примечательные события минувшего дня. В нем вся моя жизнь. Именно сейчас я его и использую. Вся палата в цветах и фруктах. Все что произошло вчера, рассказал сотруднику службы безопасности холдинга. Только что ушел последний родственник. Супругу отослал домой. Пришло время сделать традиционную ежедневную запись. Постараюсь максимально подробно изложить события вчерашнего дня, так как важное свойство человеческой памяти – забывать, а не помнить.
Вчера утром за час успел сделать все дела в администрации Кировского района, и уже к 10.00 был в офисе. В нашем кабинете Вероника устроила большой беспорядок. Шкафы были открыты. Папки с делами, строительные планы валялись стопками на обоих наших столах.
– Что случилось? – Логичный вопрос, который первый пришел мне в голову.
– Пока ты был в администрации, меня вызвал генеральный директор Сергей Владимирович и дал список документов, которые необходимо собрать и передать по отделам. Она передала мне четыре листа с текстом.
Я быстро просмотрел список. Все дела, которыми мы занимались, распределяются между отделами: юридическим, экономическим, договорным и строительным. А финансовый отдел с сегодняшнего дня берет на себя мониторинг и платежи по договорам аренды муниципальных, областных и федеральных земельных участков.
– Что-то я не вижу в списке: кому передать мониторинг по зарубежной недвижимости холдинга?
– Сергей Владимирович приказал все папки по «зарубежке» отнести ему. Это первое, что я сделала.
– Хорошо!
– Милый! Продолжать собирать Дела? – Вероника остановилась в нерешительности и как то глупо виновато мне улыбалась.
– Выполняй приказ генерального. Продолжай работать.
Это было несправедливо и незаслуженно. Меня отодвинули на задворки делового бизнес-процесса. Я почувствовал себя ненужным и опустошенным. Это тупик.
Подписал две несрочные платежки и отослал Веронику в бухгалтерию с устной просьбой их проплатить сегодня. Набрал по внутреннему телефону начальника службы безопасности:
– Добрый день, Николай Васильевич!
– Добрый! Коль не шутишь?!
– У меня к Вам одна большая просьба. Пожалуйста! Найдите этого «крота», который «сливает» информацию «заводчанам». Генеральный думает, что это я!
– А это не ты?! – Моя просьба забавляла начальника службы безопасности. Я не видел его улыбки, но слышал его веселый голос. Меня это взбесило. Я и так находился на пределе сдержанности. Но после его реплики уже не мог терпеть:
– Да вы что, оба сговорились???!!! Нет! Это не я! Проверьте поступление средств на мои счета! Проверьте расходы моей супруги! Убедитесь, что у меня нет «лишних» денег! Вскройте мою почту! Проверьте мою переписку на всех компьютерах и телефонах! И убедитесь: я не продавал никакие секреты холдинга!!! Найдите этого информатора!!!
– Дмитрий! Успокойся. Мы его найдем. Уже ищем.
– … Извините, Николай Васильевич! Я сорвался.
– Все в порядке. Я тебя понимаю. Мы все сделаем.
– Просто я не привык получать, зарплату за «ничего неделание». А генеральный забрал все дела, которыми я занимался и распределил их по другим отделам.
– Все в порядке. Мы все сделаем.
– Спасибо!
Я положил трубку. Да, это была не просьба, а настоящий крик души с моей стороны. Опрометчиво. Очень опрометчиво. Крайне опрометчиво. Ни стоило срываться на крик. Нужно было сдержать эмоции. Они всегда вредят бизнесу и карьере.
Мне нужно было отдохнуть. Общество двух молчаливых, гибких, смуглотелых таек пошло бы мне на пользу. Релакс и удовольствие, что может быть для меня сейчас полезней?! Я потянулся рукой к телефону, что бы записаться на ближайшее время на сеанс тайского массажа. Но он сам зазвонил прежде, чем я успел до него дотронуться.
Я посмотрел на входящий звонок. Лия. Настойчивая девушка. Наверное, у неё возникли какие-либо серьезные проблемы, если она не может доверить информацию смс-сообщению или электронной почте, а так терпеливо добивается нашего разговора. Но у меня не было желания решать её проблемы. Хотел снова сбросить звонок, как делал уже четыре раза на этой неделе, но посчитал, что лучше переговорить и отказать, чем постоянно избегать разговора. А тайки могут подождать, и я принял вызов:
– Слушаю, Лия!
– Пожалуйста, только не бросай трубку!..
– Говори, у меня есть время.
– Дима! Мы можем увидеться?
– Ты же знаешь, я всегда очень сильно занят… – Это было лукавством и откровенной ложью с моей стороны. – Напиши мне, что у тебя случилось. А я тебе отвечу: смогу я это сделать или нет?
– Пожалуйста, сходи сегодня со мной на день рождения моей подруги!
– Пригласи своего молодого человека.
– У меня его нет.
– Мне за тобой в котором часу заехать?
– Около пяти.
– Хорошо. Буду.
Согласился, потому что захотел исполнить свою мечту десятилетней давности. – Заняться с Лией сексом.
После тайского массажа я был готов к любым маленьким приключениям, которые делают жизнь чуть-чуть приятней.
К Лии подъехал немного раньше назначенного времени. Дверь открыла предупредительная прислуга и провела знакомым коротким путем в гостиную. Я отказался от предложенного коньяка, хотя был совсем не прочь выпить. Со стороны Зимнего сада или большой оранжереи появилась мама Лии Маргарита Евгеньевна с бутылкой вина в одной руке и почти пустым бокалом в другой. Последний раз мы с ней недружелюбно общались, после этого я не был желанным гостем в этом доме. Я встал с дивана и стоя поприветствовал хозяйку квартиры. Маргарита Евгеньевна не изменила тону нашего последнего разговора, хотя уже прошло пять месяцев:
– А смотрите-ка: кто пришел? Прихвостень… – дальше она назвала по фамилии генерального директора. – … Явился, не запылился! Пришел забрать у нас с дочкой оставшиеся деньги?! Так знай: ничего у нас уже нет! Любимый тобой Сергей Владимирович все у нас отобрал! Все до последнего евро!
Я не хотел вступать в сомнительную по удовольствию дискуссию, поэтому немного утрировал:
– Вы же знаете, Маргарита Евгеньевна, я человек подневольный. Что мне прикажут, то и делаю. Я не хотел бы Вас утруждать своим присутствием, пришел по приглашению Лии, но вижу Вам все еще неприятно мое общество. Сию минуту ухожу. – Я намеревался удалиться, как Маргарита Евгеньевна схватила меня за рукав пиджака и рывком дернула к себе. Мы оба резко сели на диван.
– Ты любишь мою дочь? – продолжила разговор Маргарита Евгеньевна.
– Она очень красивая девушка и хороший человек…
– Так женись на ней.
– Извините, но я уже женат.
– Так разведись и женись на ней! Приданое я тебе дам. У нас остались акции двух заводов, и чего-то там ещё… Вам и внукам хватит… Будете не работать до конца своих дней. Ты парень видный, толковый. Мой покойный муж, царство ему небесное, очень хорошо о тебе отзывался.
– Я не тот молодой человек, который нужен Вашей дочери. Есть много достойных женихов.
– Нет! Нет! Только ты! Им всем нужны мои деньги. А я знаю: ты их сохранишь и приумножишь…
Этот бессмысленный разговор стал меня напрягать, и я мельком глянул на часы. На моё счастье со второго уровня квартиры спустилась Лия. Я попрощался с Маргаритой Евгеньевной.
Когда спускались на лифте, Лия спросила:
– Что «мами» опять хотела выдать меня замуж?
– Да. Я был приятно удивлен. Вижу, она больше не сердится на меня с прошлой встречи.
– Она, как только увидит старого, пожилого мужика с деньгами, так сразу хочет меня за него сосватать! Засыпает и просыпается с бутылкой «Бургунского». Достала уже!
– Я, вообще-то, еще не старый! – Засмеялся я. – А почему ты живешь с мамой, ты же можешь от неё съехать?
– А куда мне съезжать?! Парня у меня постоянного нет. Я бы уехала к нему, если бы он меня пригласил. – И она неожиданно взяла меня за лацкан пальто, притянула к себе и мимолетно поцеловала в губы. – … Мы и так с ней редко видимся на трехсот квадратных метрах. Когда она трезвая, то копается в своем саду…
Лия не успела договорить. Лифт достиг подземной парковки.
Я подвел её к своему служебному автомобилю. Лию это развеселило.
– Нет. Я на этом «крокодиле» не поеду!
– Это же «мерседес» s-класса! – Наигранно возмутился я.
– Смотри: какие у меня сапожки?! Итальянские! Поэтому поедем на моей итальянской машинке! – Она сказала эту фразу с такой детской непосредственностью, что я вспомнил её милой пятнадцатилетней девочкой, когда увидел первый раз. – Вот когда надену тяжелые немецкие «берцы», тогда и сяду в твой «большой черный ящик на колесах». – Лия засмеялась.
Я отпустил водителя Василия.
До её подруги нас домчал её красивый, мощный, роскошный, красный, итальянский автомобиль очень известной марки. Помниться, раньше она предпочитала скоростные азиатские машинки. По дороге я сказал Лии об этом. Она ответила, что раньше ей автомобили покупал папа, а эта первый «итальянский жеребец», который она выбрала сама. Он ей под стать. Отвечает её необузданному характеру и откровенным желаниям.
Мне скучно на мероприятиях для избранных, но некоторым людям они необходимы как воздух. Я далек от понимания подобного эксгибиционизма, который пронизывает на таких встречах все общение. Девушкам нужен повод: выйти в свет в новых шубках, эксклюзивных платьях и ювелирных украшениях ручной работы от известных домов. Причем одевать одну и ту же шубу дважды считается дурным тоном. И не дай бог, если какая-либо девушка прилюдно озвучит, что видела свою подругу в идентичной одежде когда-нибудь ранее, то она станет заклятым врагом обладательницы дорогого артефакта. Даже нормальные мужчины, традиционной ориентации, попав в этот замкнутый круг (закрытый клуб) начинают целоваться в щеки при встрече и говорить только о трендах в современном искусстве, кинематографе, театре, ближайших гастролях европейских, столичных «звезд» и «звездочек», вине, девушках и автомобилях. А дорогие швейцарские часы демонстративно выставляют из-под манжетов с золотыми, платиновыми или бриллиантовыми запонками, показывая всем вершины своих успехов. Вопросы про бизнес, – табу, под запретом. Люди пришли веселиться и гордиться друг перед другом своими достижениями и если начать разговор об экономической ситуации в Европе или России, то на тебя будут смотреть как на неудачника, который озабочен проблемами, и хочет ими со всеми поделиться. Зная нюансы подобного общения, я высказывал знакомым, малознакомым и незнакомым людям только своё восхищение и сладкую лесть получал в ответ. Это утомительно и глупо. Но холодная быстрая музыка и горячие молодые девушки всегда преображали вечера в феерическое действо, позволяющее большинству пришедших чувствовать себя хоть чуточку счастливей, чем час назад.
Среди приглашенных на мероприятие выделялся мужчина лет сорока, крупного спортивного телосложения. Он был явно «не в своей тарелке», потому что в начале вечера уже умудрился стать нетрезвым. Кроме того дорогой, но не пошитый на заказ костюм, выдавал в нем безвкусного индивидуума, попавшего из «грязи в князи». Около стойки бара он меня демонстративно толкнул, и обратился ко мне, не принеся извинений:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.