- -
- 100%
- +
Тонкая грань
– Бум! Бум! Бум! – размеренные удары бубна проникали в мозг вместе с невнятным бормотанием. Митяй с трудом открыл глаза и повернул голову. Шею пронзила резкая боль и он застонал. Удары в бубен прекратились.
– Очнулся, однако! Хорошо! – произнёс голос.
Митяй с большим трудом сумел сфокусировать взгляд. Перед ним, с бубном в руках стоял мужчина-манси, судя по седым волосам и морщинистому лицу, довольно пожилой.
– Где я? – попытался спросить Митяй, но из горла вырвались лишь хрипы и бульканье.
Мужчина исчез из поля зрения на несколько секунд, затем вновь появился, приподнял голову Митяя, поднёс ковш с сильно пахнущей жидкостью и приказал:
– Пей!
Жидкость обожгла внутренности и казалось растеклась по телу до самых кончиков пальцев.
– Спасибо! – сумел прохрипеть Митяй и отключился…
– Давай, давай! Вот так! – утром следующего дня, манси помог Митяю сесть. В голове поплыли круги, к горлу подступила тошнота. Мужчина исчез и вновь вернулся с ковшом пахучей жидкости. Митяй жадно выпил, однако в этот раз не отключился.
– Как тебя зовут? – спросил он мужчину-манси.
– Володя!
– Как Путина?
– Нет, скорее как Ленина! – усмехнувшись, ответил тот.
– Меня, Митяем зовут!
– Ну, здравствуй, Митяй, рассказывай, как ты в тайге очутился?
– Так это, – начал было Митяй и замолчал, пытаясь вспомнить что с ним произошло. Но сколько усилий он ни прилагал, в закоулках памяти проносились лишь какие-то неясные тени и звуки. Теперь он даже не был уверен, что Митяй это его имя. Поэтому, глупо улыбнувшись, Митяй продолжил:
– Прости, ничего не помню! Может ты рассказывать начнёшь, а у меня в памяти что-нибудь всплывёт?
– Ладно, слушай, Митяй. Десять дней тому назад, я на Чёрную гору пошёл, с духами предков пообщаться.
– Ты шаман, что ли? – перебил Митяй.
– Да, потомственный! А что, не одобряешь?
– Нет, с чего бы? Извини, продолжай!
– В общем, пришёл, обряд исполнил, засобирался обратно, но тут погода портиться начала, дождь полил как из ведра. Укрылся я в небольшой пещере, решил, заночую, а с утра, как погода утихомирится, домой двину. Ночью проснулся, дождь кончился, в лесу тишина. Вдруг, по деревьям кто-то стучать начал, затем стихло, а потом стон, человеческий вроде. Ну я рассвета дождался, из укрытия своего выбрался и тебя нашёл. Совсем ты плохой был, я даже сначала подумал мёртвый.
– Может было что при мне, ну документ какой?
– Ничего!
– А где я?
– Посёлок Шима, Северный Урал.
– Нет, ничего вспомнить не могу, прости!
– Ладно, отдыхай. Завтра будем пробовать вставать на ноги.
– Ты что, думаешь я совсем беспомощный!? – возмутился Митяй, попытался встать, но ноги предательски подкосились и если бы не подоспевший Володя, он непременно рухнул бы на пол.
– Сказал же, отдыхай! – усмехнулся манси, – На вот, лучше ещё попей!
В этот раз жидкость сделала своё дело и Митяй тут же уснул..
– Здорово у тебя топором работать получается! – сказал Володя Митяю когда они присели отдохнуть. Сегодня они ремонтировали крышу. С тех пор как Митяй очнулся в доме манси прошло более полугода. Пролетела осень, медленно, никуда не торопясь, прошествовала зима, заканчивалась весна, а Митяй выяснил о себе лишь то, что он мужчина, слегка за тридцать, без особых примет. Жить он остался у Володи, тот не возражал.
– Где научился? – задал вопрос манси.
Митяй задумался на секунду, затем, помрачнев, ответил:
– Опять ты за своё, Володя! Не помню я ничего, и, думаю, уже не вспомню!
– Попытка не пытка! – благоразумно заметил манси.
– Знаешь, мне кажется, я не хочу вспоминать. А вдруг, я был плохим человеком?
– Возможно, но разве быть трусом лучше?
–Пожалуй, ты прав! – немного подумав ответил Митяй, – Но что же мне делать?
– Я думаю, остаётся только ждать. А вообще, я считаю, между тем каким ты был человеком и каким бы мог быть, есть лишь очень тонкая грань, какое-то незначительное событие, которое определило твой жизненный путь. И, никогда не поздно, этот путь изменить.
– Но ведь совершённые ошибки исправить нельзя?
– Да, нельзя, но можно новых не делать, а те, что уже случились, это, если хочешь, твой крест, который придётся пронести сквозь оставшуюся жизнь.
Володя замолчал, замолчал и Митяй, глядя на расцветающую тайгу и отгоняя назойливых комаров.
Утро следующего дня выдалось хмурым и ненастным. Митяй, глянув одним глазом в окно, собрался уже было поспать ещё часок, но тут в дверь Володиного дома начали отчаянно барабанить. Хозяин открыл дверь. Пришедших было двое, мужчина и женщина, разговаривали они на своём языке. Естественно Митяй ничего не понял, лишь почувствовал глубокую тревогу в голосе женщины и подавленное рыдание. Вскоре, мужчина с женщиной ушли, Володя закрыл дверь.
– Что случилось?
– У Самандаловых сын пропал, Валерка, восемь лет. Пошёл вчера вечером с друзьями рыбу удить и исчез, как сквозь землю провалился. Родители всю ночь в лесу пробыли, кричали, звали, но без толку. Сейчас созывают всех взрослых в посёлке на поиски, так что собирайся, через пять минут выходим.
Митяй вспомнил милого пухлого парнишку, Валерку, с которым пару раз заговаривал, правда тот словно не замечал его, а может просто делал вид, что не замечал. Тем не менее сердце Митяя наполнилось тревогой.
– Володя, а что это за слово «Менкв»? Мать парнишки его много раз повторяла…
Манси ответил не сразу, видимо стараясь подобрать нужные слова.
– Видишь ли, у манси, как и у многих других народов есть своя вера, ну мифы, сказания всякие. В одном из них говорится, что наш верховный бог, сначала, до нас, создал людей-великанов из стволов лиственниц. Творение не задалось… Эти великаны убежали в лес и до сих пор живут там. Они и есть менквы. Создания эти злые и беспощадные. Впрочем, есть и другая версия. По ней выходит, что Менквы это души людей, которые бог не забрал к себе за грехи и в наказание оставил бродить по земле, до тех пор, пока он, бог, не простит их. Ну так вот, мать считает, что Валерку менкв забрал.
– А ты сам в менквов веришь?
– Сложный вопрос! Скорее я верю в то, что природа наша не до конца изучена.
– Странно, ведь ты же шаман, а в сказки своего народа не веришь!
– Ну, когда-то я был городским жителем, в университете преподавал, – ответил Володя. Митяй хотел было расспросить, что с ним произошло, но тут в дверь вновь постучали.
– Пора выдвигаться! – сказал манси, набрасывая на плечи плащ и старенькую берданку (ружьё).
Первая половина дня поисков результата не дала. Прошедший ливень смыл все следы если таковые и имелись.
Володя, перекинувшись парой слов с одним из местных, позвал за собой Митяя:
– Пойдём, Митяй, есть у меня одна мысль!
К вечеру они сидели в небольшой пещере у костра, сушили одежду, пили чай из общей кружки и жевали сухари. Пламя костра, отражаясь от каменных стен, создавало причудливую игру света и тени. Казалось, что иногда, по камням пробегают силуэты животных и древних охотников.
– Хорошо, однако! – сказал Володя, натянув подсохший у костра свитер.
– Да, местечко что надо! Чувствую себя первобытным человеком! Кстати, а почему мы сюда пришли? Почему не стали на ночь домой возвращаться?
– По двум причинам. Первая – мы недалеко от того места, где я тебя нашёл. Помнишь я тебе рассказывал, что в ту ночь укрылся от дождя в пещере? Так вот, завтра сходим на то самое место, глядишь, вспомнишь что-нибудь.
– А Валерку искать разве не надо?
– Это вторая причина. Если уж его действительно менкв забрал, то искать нужно здесь.
– Менквы здесь живут? Ты же говорил, что в них не веришь! – удивлённо воскликнул Митяй.
– Тише! Не кричи! В менквов не верю, а вот в снежного человека верю!
– Издеваешься?
– Нет, я одного здесь видел, издалека правда, но всё же…
– Ага, сколько тысяч лет назад? – решив, что Володя всё-таки издевается, спросил Митяй.
– Чуть больше восьми месяцев назад, в то утро, когда тебя нашёл, – манси, похоже, говорил абсолютно серьёзно, – Я над тобой хлопочу и прям спиной чувствую, наблюдает за мной кто-то! Обернулся, а это чудище мохнатое метрах в ста от нас, среди деревьев стоит. Понял видимо, что я его засек, развернулся и скрылся из виду.
– Ну, блин, ну я не знаю! – ничего более определённого Митяй сказать не сумел.
– А я уверен! – манси пошевелил палкой в костре и тот разгорелся с новой силой, – Давай так, полночи ты костёр поддерживаешь, полночи я. И слушай внимательно.
– Что слушать? – не понял Митяй.
– Лес слушай! Звуки всякие, необычные…
Смена Митяя прошла спокойно и, сдав пост Володе, он тут же уснул. Снился ему тяжёлый сон, но проснувшись он никак не мог вспомнить о чём тот был, что-то такое важное… Манси сидел у костра, начинал брезжить рассвет.
– Доброе утро, Володя!
– Тише! Слушай! – шёпотом ответил манси.
Митяй напряг слух.
– Кто-то по деревьям стучит. Может дятел?
– Нет! Удары не частые, размеренные. Я такие же слышал, когда тебя нашёл.
– Ты думаешь это менкв? – Митяй почему-то употребил слово из языка манси, может быть потому, что для него оно звучало не так пугающе как «снежный человек».
– Думаю, да!
– Что делать будем?
– Пойдём на звук, глядишь, следы какие найдём, а дальше видно будет!
– Может чай попьём для начала? – неуверенно предложил Митяй.
– Некогда чаи распивать! Про Валерку помнишь? – отрезал манси.
Спустя полчаса они шагали по дну довольно глубокого оврага. Лучи утреннего солнца ещё не добрались сюда, а растущие по краям оврага сосны сгущали сумрак. Путь постоянно преграждали поваленные деревья, приходилось подлазить, перескакивать, искать обходные пути.
– Володя, а по верху оврага идти не проще? – спросил запыхавшийся Митяй.
– Проще, но нам нужно вон к тому камню! – манси указал рукой на темнеющую невдалеке глыбу.
Когда путники приблизились к ней, Володя сказал:
– Вот, здесь я тебя и нашёл, рядом с камнем ты лежал. Ничего не припоминаешь?
Митяй осмотрелся по сторонам. Вверху его черепной коробки началось какое-то пощёлкивание, затем голову пронзила боль и он со стоном опустился на колени.
– Эй, ты как? Вспомнил что-нибудь? – Володя присел рядом и тряс Митяя за плечи. Взгляд Митяя начал проясняться и он хрипло ответил:
– Нет, почти ничего, только запах какой-то странный!
– Лиха беда начало! Теперь точно вспомнишь! – уверенно заявил манси, – Пойдём, нам наверх теперь. Как поднимемся смотри в оба, по деревьям где-то там стучали! – Володя указал рукой на край оврага.
Извозившись в скользкой глине и изрядно вспотев, они выбрались наверх. Митяй хотел было сразу отойти подальше от края, но манси вскинув руку остановил его.
– Смотри!
Митяй глянул на то место куда указывал манси и увидел отпечаток огромной лапы.
– Менкв? – спросил Митяй.
– Сам ты менкв! Медведь, огромный! Теперь разуй глаза и уши и да, на вот, на крайний случай, – Володя протянул Митяю охотничий нож.
– Зачем? У тебя же ружьё есть!
– Во-первых, у меня картечь заряжена, она его только разозлит. А во-вторых, не факт, что я даже выстрелить успею, если что-то пойдет не так.
– Так может быть нам в другую сторону пойти?
– Нет, ещё раз внимательно на след посмотри!
Митяй пригляделся и по спине у него пробежал озноб. Рядом с отпечатком медвежьей лапы был гораздо менее отчётливый отпечаток детской ноги. Предложение пойти в другую сторону отпало само собой…
Они шагали по тайге уже около двух часов, поднявшееся солнце освещало стволы вековых деревьев и позволяло более или менее нормально видеть то, что происходит в радиусе тридцати-сорока метров. Валеркин след петлял из стороны в сторону, иногда совершенно исчезая, но манси каким-то одному ему известным способом вновь его находил и продолжал идти вперёд. Плохо было то, что медвежий след время от времени пересекал детский. Похоже, медведь шёл более прямым путем. Впереди забрезжил какой-то просвет. Володя, уже привычным жестом руки, остановил Митяя.
– Чувствуешь? Запах свежий, медведь, смотри в оба! – шёпотом сказал манси.
Митяй потянул носом и в голове у него вновь что-то шевельнулось. Запах был знакомым!
Аккуратно, шаг за шагом, они начали пробираться к просвету между деревьями. За деревьями была полянка, а на ней…
Валерка хоть и был восьми лет от роду, но он был сыном охотника, отцовские рассказы слушал, а потому услышав за спиной глухое урчание, он тут же рухнул на траву притворяясь мёртвым. Медведь подошёл к нему, жаркое дыхание зверя ударило в затылок. Какое-то время он просто обнюхивал Валерку, затем поддев лапой, перевернул на спину, поддел ещё раз, и приподняв зарычал. В этот момент прозвучал выстрел! Бросив Валерку медведь развернулся и ринулся на обидчика. Володя успел выстрелить ещё раз, а затем юркнул под поваленные друг на друга деревья. Зверь начал яростно выламывать мешающие ему сучья, пробираясь к месту где укрылся человек. Митяй подбежал к Валерке, поднял его на ноги.
– Быстро! Беги, прячься!
В это время послышался отчаянный крик Володи. Митяй не придумал ничего лучше как запустить в медведя камнем и заорать. Тот развернулся и медленно пошел на него. Митяй прижался спиной к стволу дерева, держа в руке нож и приговаривая:
– Давай, давай! Шкуру я тебе успею попортить!
Медведь встал на задние лапы, знакомый запах ударил Митяю в нос и вся жизнь пронеслась у него перед глазами. Он опустил нож, закрыл глаза и приготовился умереть.
Медведь как-то странно то ли рыкнул, то ли взвизгнул. Митяй подождал ещё несколько секунд и открыл глаза. Зверь лежал с неестественно вывернутой шеей, в глазах его застыло немое удивление. Митяй осмотрелся, вокруг никого не было…
– Так ты знал? – спросил Митяй. Вечером следующего дня они сидели на кухне у Володи и пили чай. Путь домой занял у них много времени. Медведь сильно повредил Володе ногу, Валерка же отделался испугом, впрочем как и Митяй.
– Так ты знал? – повторил вопрос Митяй.
– Знал, с того самого момента как нашёл тебя в тайге!
– И почему не бросил?
– Я хотел, сначала, но потом подумал, а чем, в таком случае, я буду лучше тебя?
Митяй замолчал, затем, поднялся на ноги и сказал:
– Я до таксофона, позвоню, ждать останусь возле почты, прости меня, если сможешь!
– Надеюсь, ты сможешь нести свой крест, прощай! – ответил манси.
Митяй, шёл к таксофону вспоминая свою «прошлую жизнь». Как после гулянки он с друзьями угнал внедорожник, просто чтобы покататься, избил водителя, забрал ключи. Как со всего маху влетел в малолитражку. Как сбежали, бросив истекающего в ней кровью Володю, его жену и сына. Суд, тюрьма, побег, товарищи, что бросили его в тайге. Медведь, испугавшись которого, он свалился в овраг…
Набрав номер, Митяй коротко сообщил:
– Я, Кузьмин Дмитрий Александрович, сбежал из ИТК номер … двадцатого сентября … года. Сейчас нахожусь в поселке Шима, хочу сдаться, ожидаю у почтового отделения.
Голос на другом конце провода, после некоторого замешательства, ответил:
– Не отвлекайте от работы! Кузьмин Дмитрий Александрович был найден мертвым через день после побега. Похоронен на кладбище при ИТК. Но, если хотите посидеть в КПЗ, так и быть, я вышлю наряд по указанному вами адресу.
– Нет, не нужно, извините! – ответил Митяй и повесил трубку. Справившись с потрясением он начал припоминать странность которой раньше не придавал значения, а именно тот факт, что из местных с ним никто и никогда не разговаривал, только Володя.
– Похоже, надо возвращаться к шаману! – решил Митяй, в полном смятении поднимаясь с теплого деревянного крыльца почты, но ноги, против воли, понесли его в тайгу. Он поднял палку и зашагал, нанося размеренные удары по деревьям…
Дух озера
На Севере это случилось. Там, где зимой земля почти не видит солнца, а летом, оно, как бы спохватившись, светит круглые сутки. Там, где можно ехать сотни километров по вековой тайге и не встретить признаков человеческого жилья. И лишь указатели на грунтовках уходящих в разные стороны от трассы будут говорить о его наличии. А ещё сотни километров огромных труб, протянувшихся с Севера на Юг, как бы подтверждают – здесь был человек! Но в остальном, как и многие тысячи лет назад, это дикая земля и тайга, в которой хозяин медведь. Это лес в котором, также как и на заре человечества, растёт несметное количество грибов и ягод, а реки и озёра полны рыбы. Здесь ещё полно мест, где, в прямом смысле этих слов, не ступала нога человека. Края эти, конечно, суровые, но невероятно красивые!
Города среди этой дикой природы тоже встречаются, но их можно пересчитать по пальцам одной руки. В одном из них жил Фёдор. В отличие от большинства жителей северных городов, являющихся приезжими, он был местным. Ещё его бабка с дедом в начале тридцатых годов прошлого века прибыли сюда в поисках нефти для молодого Советского государства, да так и осели здесь. Родители Фёдора, напротив, отработав северный стаж, перебрались на юг, а он остался. Он не был каким-то романтиком, нет, просто здесь был его бизнес. Фёдор, надо отдать ему должное, был сметливым и упорным парнем. Создал небольшую фирмочку, работал на подрядах у газовиков и нефтяников. А когда случался временный простой в работе, занимался торговлей. Возил по зимникам рыбу и оленину в город, продавал на рынке. Летом же, если было время, рыбачил сам и продавал вкусную северную рыбу приезжим. Жил неплохо, даже хорошо по местным меркам. Свой дом, две машины, лодка, катер. Жены, правда не было, но он и сам как-то не стремился к близким отношениям.
– Успею ещё хомут на шею надеть! – говаривал он своим знакомым.
В тот год, летом, случился у него трёхнедельный перерыв между подрядами. Конкурс на следующую работу уже был выигран, но финансирование опаздывало. Поэтому Фёдор, как обычно, отправился на рыбалку. С сетями, конечно! От сидения с удочкой удовольствие может быть и есть, но прибыли никакой! Поехал он на озеро, которое Белым называли. Может быть и местное название у того озера было, но Фёдор такими вещами не интересовался: к чему знать то, от чего дохода нет никакого…
В озере жил Дух. Он родился в незапамятные времена, вместе с озером. Смотрел как множится рыба в его владениях, как летом цветёт и благоухает растительность в округе, как приходят на водопой лесные обитатели. Дни складывались в годы, годы в столетия и казалось Духу, что не будет этому благоденствию конца.
А потом, появились люди. Сначала они были забавные. Приходили сюда, ловили рыбу, слова озеру благодарственные говорили. И Дух был не против их присутствия. Лишь иногда, у особо ретивых и жадных, он рвал сети. А если люди намёков не понимали, тогда топил их утлые деревянные лодки.
Время шло, и, появились другие люди, более опасные. Сети их стали прочнее, лодки надёжнее. Впрочем, Дух справлялся и с ними. Большинство из них, потеряв лодку и искупавшись в холодной северной воде, сюда не возвращалось. Вот только в это лето всё пошло по другому…
Фёдор, ехал на озеро Белое и радовался. Спасибо другу, что подсказал! От дома недалеко, дорога песчаная, даже в дождь не застрянешь и к берегу подъезд хороший имеется.
– Уж тут я развернусь! – мечтал он, подъезжая к озеру.
Прицеп Фёдор оставил у самой воды, чтобы улов далеко не таскать. Машину отогнал под ближайшие сосны, надул лодку и отплыл, расставляя сети. Вскоре с работой было покончено, и остаток дня он провёл на прибрежном песке, под ярким, но холодным северным солнцем.
Ближе к вечеру, Фёдор снова поплыл по озеру. Подымал сеть, вытаскивал попавшуюся рыбу, бросал её на дно лодки и радовался великолепному улову.
– Сейчас сети протрясу, и до утра оставлю, а там и домой можно ехать, – размышлял он.
Оставалась последняя не выбранная сеть, но лодка уже была полна рыбы, и, Фёдор решил вернуться на берег для разгрузки. Быстро перекидав рыбу в прицеп, он выплыл снова. Только вот сети на прежнем месте не было! Оглядевшись по сторонам, он увидел метрах в ста от него пустую пластиковую бутылку, к которой был привязан конец сети.
– Вот ты где! Интересно! Вроде бы ветра нет, течения я тоже никакого не заметил, как это она уплыла? – разговаривал сам с собой Фёдор, начиная тащить сеть из воды. Рыбы в сети не было, она вся была спутана, а в середине зияла огромная дыра!
– Что за чёрт? Неужели здесь рыба таких размеров водится? Да, жалко, почти новая сетка была! Ну, да ладно! – отмахнулся от потери Фёдор и, достав из мешка новую сеть, он начал медленно спускать её за борт.
Отправил он за борт метров десять сети как, вдруг, заметил большую тень в глубине.
– Что это? А, похоже, бревно, топляк! Наверное оно мою сеть и пропороло!
Решив не повторять ошибок, Фёдор отплыл прилично в сторону, и начал вновь спускать снасть. И опять он увидел тень в глубине, только на этот раз тень двигалась! Она быстро приближалась к нему и вот, оба борта лодки взорвались один за другим выпуская воздух, а Фёдор выброшенный от сильного удара по днищу уже барахтался в воде. Спасательный жилет не дал пойти на дно и поэтому, он увидел, как невдалеке, по воде ударил огромный рыбий хвост!
Пробарахтавшись в холодной воде минут пятнадцать, Фёдор с трудом выполз на берег.
– Ну и дела! Похоже в этом озере настоящий трофей водится! Спасибо другу, что отправил сюда! Вот завтра вернусь с катером, да с эхолотом, и, поймаю этого монстра! – решил Фёдор. О потерянной лодке он не печалился. После расчёта за подряд, десяток таких купить можно!
На следующее утро он снова был на озере. Спустил на воду большой катер с хорошим японским мотором, загрузил в него всё необходимое и отчалил. Фёдор изъездил озеро вдоль и поперек, время близилось к вечеру, но большой рыбины эхолот так и не засёк.
– Возможно на дне, в норе какой-нибудь лежит! А что если её напугать попробовать? – подумал он. В герметичном ящике, на корме катера, у него лежала пара тротиловых шашек. Так, приобрёл по случаю, но не использовал. Продавец, кстати, говорил, что долго их лучше не хранить.
– Ну вот, теперь они для дела сгодятся, а я уж хотел закопать их где-нибудь, от греха подальше! – принял решение Фёдор, и, поджёг запал…
У Духа выдался тяжёлый день. Тот наглец, которого он вчера проучил, вернулся с большой шумной лодкой, мало того, от неё ещё исходили какие-то неприятные звуки, которые буквально пронзали Духа насквозь. Однако, кроме беспокойства, этот человек, никакого вреда не причинял, и, поэтому Дух спокойно лежал на дне, ожидая когда надоедливый пришелец уберётся восвояси. Кажется, он даже задремал.
– Бу-бум! – услышал вдруг Дух. Озеро содрогнулось, а вода наполнилась голосами погибающей рыбы.
– Ну всё, конец тебе, человек! – решил прекратить это безобразие Дух, выбираясь из своего укрытия и направляясь к катеру…
Сразу после взрыва, на экране эхолота появилось изображение огромной рыбы, поднимающейся с глубины.
– Ого! Да в этом монстре метров пять, не меньше! – вскричал Фёдор и схватился за ружьё для подводной охоты. Цель приближалась быстро. Вот над поверхностью воды, в десяти метрах от катера, появилась спина рыбины. Фёдор нажал на спуск. В яблочко!
Острая боль внезапно пронзила Духа! От неожиданности, он развернулся и пошёл на глубину. Произошёл какой-то рывок, и спину пронзила ещё большая боль. Дух осознал, что не может погрузиться на дно! Этот никчёмный человечишка его поймал!
– Ну что ж, попробую разбить его посудину о камни! – принял решение Дух. Он поднялся к поверхности и потащил за собой катер в сторону мели.
– Ну и силища у этого монстра! – крикнул Фёдор, когда его катер начал быстро набирать ход, – Только от меня не сбежишь!
И Фёдор достал ружьё, теперь уже обычное. Пять выстрелов прозвучали один за другим, пули точно легли в цель.
Дух почувствовал пять сильных толчков в спину и жуткую боль. Он хотел было поплыть ещё быстрее, но вдруг понял, что тело почти не слушается его! Попытался уйти на глубину и снова ничего не вышло! Только тогда, он с ужасом осознал, что умирает!
– Ура! Попалась! – кричал Фёдор, глядя на замершую рыбину. Немного подождав и убедившись, что рыба не движется, он начал медленно подтягивать её к катеру.
Вдруг, невдалеке, на поверхности воды появилась воронка. Сначала она была небольшая, но вскоре заметно расширилась, вода вокруг зашумела и начала двигаться. Опешивший Фёдор смотрел на это чудо несколько секунд, затем ринулся к управлению катером, дал полный газ, мотор взвыл… Но было поздно! Воронка превратилась в чудовищный водоворот поглощающий всё на своём пути…
На следующий день, приехавший сюда рыбак не поверил своим глазам! Озера более не существовало! Осталась лишь огромная чаша, заполненная тиной, топляками и дохлой рыбой. Страшная и одновременно печальная картина!