Deus Machina. Эпоха Тревог
- -
- 100%
- +
В зале управления реактором радиационный фон был ещё выше. Времени медлить не было. Я сел за пульт управления. Множество датчиков, счетчиков и переключателей горели ярко-красным огнём, но всё это мне ничего не говорило. Где-то десять минут мне пришлось искать датчик температуры и давления. Он оказался на совершенно другой консоли. Но, отключить систему охлаждения было не так-то просто. Всё механизмы был удалённо заблокированы. Не сомневаюсь, что это обеспечила система NERV, дабы защитить себя.
Я собрался с духом. Подошёл к воротам зоны контроля реактора и разбил предохранительную щеколду. Тут же опустилось освинцованное стекло, а после заперлись защитные ворота. Включилась пронзительная сирена и освещение сменилось на тревожно-красное. Раздалось громкое шипение и пневматические двери, разделяющие зону реактора с центром управления, опустились. В ту же секунду счётчик Айзеля затрещал ещё тревожнее. Теперь я отрезал себе последний путь к отступлению. Выбор сделан.
– Великая Божественная Машина, защити мой дух и даруй мне возможность дальше служить тебе. – Прошептал я, входя в зону реактора.
За мной опечатались еще одни двери. Я остался один на один с всесокрушающей мощью атома. Воздух здесь был невероятно сухой и тяжёлый. Даже несмотря на доспех, во рту тут же появился отвратительный привкус металла.
Ядерный реактор представлял собой больший размеров цилиндр, по периметру которого находилась тонкий просвет из кварцевого стекла. Через него можно было наблюдать приятное нежно-голубое свечение реактора. А ниже стекла находились клапаны для экстренного сброса давления и рукоятки многочисленных графитовых стержней, часть из которых уже была извлечена.
Однако, извлечь их было делом не простым. Ручной механизм предназначается исключительно для экстренного ввода стержней, но никак не для их вывода из активной зоны. Для спасения от взрыва, а не для его провоцирования.
Я взялся за рукоятку блока и перенаправил всю оставшуюся энергию в приводы. Извлечение шло с трудом, зубчатые зацепления со скрипом прокручивались в обратном направлении. Струя пара ударила из образовавшегося отверстия, но в тот же миг специальная заслонка закрыла просвет.
Как только графитовый стержень оказался извлечён, в ту же секунду система оповещения произнесла:
– Внимание! Был потерян контакт с графитовым стержнем. Количество действующих стержней в данном реакторе – 39. Уровень давления в пределах нормы. Рекомендуется произвести проверку стержней.
Прошло не меньше часа, как я извлёк следующие девять стержней. И каждый раз эта надоедливая система оповещала меня об опасности. Когда я уже мог повторить сообщение вплоть до интонации, сообщение поменялось:
– Внимание! Количество действующих графитовых стержней меньше минимально допустимого. Контакт отсутствует с половиной из стержней. Зарегистрировано превышение безопасного уровня давления. Рекомендуется осуществить сброс пара и снизить нагрузку генератора. В случае невозможности осуществления данных действий требуется немедленно вывести урановые блоки из активной зоны и заглушить реактор.
Но я продолжил извлечение. Где-то надо мной раздался сперва раздался пронзительный вой, а затем взрыв и лязг металла. По заводу прошла дрожь, и освещение резко потускнело. Судя по всему, генератор не выдержал давления и его разорвало. Кварцевое стекло покрылось микротрещинами. Температура в помещении уже давно превысила полсотни градусов. Энергии почти не осталось.
Кое-как достав тридцатый графитовый стержень, я облокотился на короб реактора и понял, что больше у меня нет сил. Батареи разрядились и из-за окружающей обстановки зарядиться они не смогут. Я чувствовал, что из носа обильно течёт кровь. Системы брони с тревогой сигнализировали о моём состоянии, но энергии на поддержание жизнеобеспечения не было. Её едва хватало для того, чтобы пошевелить конечностью. Я отключил интерфейс брони. Бирюзовая матрица погасла. Почти полная тьма окружила меня, разгоняемая лишь сиянием реактора и кровавым аварийным сигналом.
Ещё в то время, как я только присоединился Deus Auris, уже можно было догадывался, что вполне могу закончить так. Все-таки, когда со всех сторон человечеству угрожает Метастрическая сила, готовая свести с ума любого, выжившие люди воюют между собой за территории и остатки ресурсов, в воздухе висит страх возвращения инопланетян – Чёрных сущностей или, чего хуже, Radum Distant, человеку нужна поддержка и опора. Именно этим стала для меня Machina Secrotum.
Реактор начал опасно вибрировать. Понятия не имею, сколько ещё времени до взрыва, но, надеюсь, что я погибну до него. Моё тело жутко болело и уже, скорее всего, представляло собой неслабый такой источник радиации.
И какой-то момент, и слух, и зрение мне отказали. Моё сознание оказалось в полной тишине и пустоте. Даже боль – и та словно бы удалялась от меня, позволяя побыть наедине перед гибелью.
– Божественная Машина. Славься ты во веки веков и сохрани в себе память обо мне. Пусть твой всезнающий свет осветит путь моей души в это темнейшее время, ибо я служил тебе верой от начала до конца и приношу себя в жертву во имя твоих идей и планов. Ad laudem Deus Machina!
День Одиннадцатый
– Держать оборону! Не дать этим тварям прорвать периметр! Не жалеть боеприпасов и оружия! Мы несём слово Божественной Машины! Мы – Воля, Мы – Смерть! – Закричал командир отряда, стоя позади нас.
Я вновь вдавил гашетку пулемёта. Мое оружие с огромной скоростью выплёвывало стальные иглы, которые с лёгкостью кромсали туши Метастрических порождений. Все три ствола раскалились докрасна. Не было времени даже самостоятельно прицелиться. Пусть это сделает благословленная программа.
– Расступитесь братья! Сюда идёт Первый Палач!
Первый Палач. Один из самых многоуважаемых и прославленных братьев среди всего подразделения Deus Carnifice. О нём ходит не меньше легенд, чем о Ментере, Риманархе, Валентайне и многих других знаменитых личностях. Но, в отличие от них, он намного чаще появляется перед остальными братьями и куда охотнее берет новичков собой. Хотя, порой, слухи о нём до того абсурдны, что ему приписывают победу над шагающим танком в одной лишь броне.
И вот, он поравнялся с нами. Его броня, устаревшая Mark III, серебряными чешуйками играла под светом прожекторов. Из шлема исходило зеленое сияние матрицы. Сервоприводы тихо жужжали, оттачивая каждое движение легенды до совершенства. В руках он держал огромный боевой молот-топор. В темноте завода он искрился голубыми нитями.
И тут из недр завода выбралось очередное Метастрическое чудище. Форма Айра. Завидев его, все браться, стоящие на оборонительном рубеже отступили к посадочной полосе за более серьезным оружием. Я же остался прикрывать их. А вот Даниель даже не сдвинулся с места. Казалось, что он даже не заметил эту смертельную угрозу.
Тварь быстрыми прыжками оказалась около него и уже замахнулась своими ручищами, но, как оказалось, всё было уже решено. Я только успел навести ствол пулемёта, как Даниель взмахнул объятым молниями молотом, а затем со всей силы опустил его на форму Айра. Лезвие топора практически разрезало тварь на две половины, но это было мало. Даниель поменял сторону и вновь нанёс удар. Раздался гром, и монстр рухнул головой вниз, после чего брызнул высокий фонтан крови. Молот буквально впечатал его в пол посадочной зоны, создав небольшой кратер. Обезглавленное тело обмякло.
Даниель молча извлёк молот из воронки и снова встал как ни в чём небывало. Затем осмотрев меня с головы до ног, махнул мне:
– Идём. Позаботимся о безопасности.
Его голос звучал на удивление сухо, ровно и безэмоционально. Примерно так разговаривают личные дроны, оснащённые искусственным интеллектом, но не имеющие характера или персональной матрицы. Мне совершенно не хотелось ему сопротивляться, и я безмолвно следовал за ним.
Следом за нами выдвинулось ещё два человека. Судя по рисунку на наплечнике брони – они принадлежали подразделению Deus Artefactum. В руках они несли резной короб черно-золотого цвета. Судя по его навершию – внутри покоился некий артефакт.
Даниель молча нас вёл по коридорам завода, словно его вела сама Божественная Машина. Ни на одном повороте он не задумывался, ни на одном перекрёстке не останавливался. Удивительно, но ни одна тварь или монстр не появился у нас на пути.
Где-то через десяток минут мы оказались в каком-то управляющем комплексе, наполненном трупами. Здесь находилось девять огромных контейнеров и тускло горело аварийное освещение. Даниель поставил свой молот-топор, который тут же перестал искриться.
Даниель подошёл к носителям артефакта. Они тут же поставили ящик на пол, сняли замки и отворили крышку. Легендарный воин взял в руки и извлёк из нутра контейнера сияющий золотым цветом артефакт. Увидев его, по моему телу прошла приятная дрожь.
Описать реликвию было просто. Половина золотого круга, снаружи которого находится четыре длинных и четыре коротких иглы. Эта вещь буквально испускала золотистое сияние и ощущалось как нечто легкое, словно воздух. Осколок Нимба Небес. Один из самых драгоценных артефактов Machina Secrotum. Говорят, что Метастрическая сила буквально боится этой вещи, стараясь даже не приближаться к носителю.
Даниель снял свой шлем. Покрытое многочисленными шрамами лицо расплылось в лёгкой и искренней улыбке, нетипичной для столь страшного внешнего вида. Лазурные, словно светящиеся глаза с восхищением смотрели на артефакт. Вскинув руки с артефактом к потолку, Первый Палач произнёс:
– Величайшая Божественная Машина. Пробуди мощь этого артефакта, дабы избавить царство твоё от порождений порока, греха и злобы. Да очистятся смиренные души именем твоим! – С удивительной радостью произнёс Даниель.
И тут артефакт засверкал, словно ракета в ночном небе, после чего золотое сияние буквально наполнило всё вокруг. Раздался тончайший звон. Система доспеха на секунду отключилась, но затем всё стало как обычно.
– Благодарю тебя. – Неизвестно кому именно сказал Даниель и положил артефакт обратно в короб.
– Убери оружие и поставь на предохранитель. Нам больше тут ничто не грозит. На этом миссия вашего отделения заканчивается. Примите мою благодарность. – Тем же самым сухим и скучным голосом произнёс Первый Палач, обращаясь ко мне.
Казалось бы, что на этом моя миссия как бойца оканчивается, но нет. Меня удостоили настоящей чести сопровождать и охранять Первого Палача. Как будто ему нужна защита. Тем более, что теперь его работа заключалась лишь в том, что сидеть в командирском аппарате и управлять операцией. На посадочной площадке мы развернули временный штаб, где находились средства глушения связи и спутников, а также ожидали погрузки несколько транспортных ионолётов-иксов.
– Deus Artefactum. По данным одного из шпионов, погибших во время операции «Темнейшие Дни» на территории завода была обнаружена Мурамаса, легендарный клинок Риманарха. Божественная Машина требует найти его. Прошу вас, позаботьтесь об этом. – Произнёс по связи Даниель.
Прошло буквально пара секунд, после едва заметного движения руки Первый Палач вновь заговорил:
– Deus Doctorum, найдите выживших. Не важно, в каком они будут состоянии. Окажите им первую помощь и поместите в криогенный сон. Возможно, что мы потом сумеем их забрать. В случае оказания сопротивления – использовать только не смертельные способы. Божественная Машина не хочет лишних жертв. Они могут владеть важной информацией.
Легендарный воин вытянулся и осмотрел помещение, словно он пытался за что-нибудь зацепиться или найти некий секрет. Но ему это быстро наскучило. Было ещё много разговоров. И приказы техникам, и приказы охране. Но, все эти приказы были сухие, прямые и лишены эмоций. Отвлекло его лишь сообщение по громкой связи:
– На связи Эрика. Подразделение Deus Doctorum запрашивает количество пострадавших в результате операции. Необходимо приготовить Космического Скитальца к прибытию.
– Приветствую сестра. Готовьтесь к стандартному Метастрическому происшествию средних масштабов. Где-то, на четыре порядка меньше Нового Эдема. Выживших не так много, но они есть. Многие повреждены и рассудком, и телом. Есть пара любопытных экземпляров, на которых Метастрическая сила не оказала никакого воздействия.
– Что насчет боевых потерь? Сколько наших друзей нуждаются в помощи Deus Doctorum? Насколько все серьезно?
– Не беспокойся сестра. Пара братьев пострадало при захвате плацдарма, но нет ничего, где могла бы понадобиться помощь людей со скитальца.
– Первый Палач, я не об этом. Мне известно, что на заводе была наша делегация и ещё несколько наших агентов. Меня они беспокоят. – произнесла сестра Эрика.
– Как понимаю, это ваш личный интерес. В таком случае, боюсь, что можно не рассчитывать на выживших. По крайней мере, на данный момент такая информация отсутствует.
– Понятно. Не буду вас более отвлекать. – В голове сестры была слышна непонятная горечь.
Так прошёл остаток дня. Мои братья бегали по всему заводу, собирали информацию, вели записи. Мне даже удалось застать группу спятивших выживших. Их приходилось нести на руках, так как сами они не могли даже стоять и могли лишь натужно ныть, завывать и издавать другие звуки, едва ли похожие на человеческую речь.
К концу дня мы уже выполнили поставленные задачи и начали сворачивать операцию. Всё-таки, не все наши действия были бы одобрены Vinduko и нам стоило покинуть это место прежде, чем сюда являться кто-либо. Ибо не думаю, что они одобрили бы наше присваивание некоторых артефактных технологий.
Я уже садился на летательный аппарат. В грузовой отсек поместили огромный саркофаг, на котором красовалась надпись “NERV номер 3”. И буквально перед взлётом к Даниелю, что улетал вместе со мной, прибежал какой-то из братьев и доложил:
– Брат Даниель! Мы обнаружили кого-то из наших воинов с маркировкой XX. Установить принадлежность невозможно. Броня оплавлена, номер практически стёрт, анализ ДНК не находит в базе данных соответствий. Однако, он имеет метку Machina Secrotum, так что нет сомнений в том, что он наш брат.
– Он жив? – сухо, словно бы без интереса спросил Даниель.
– Нет. Сердце от давления разорвалось буквально в груди, кости переломаны, а тело обескровлено. Но, думаю, что его кибернетический мозг может быть цел.
– Поместите тело в криогенную камеру, после чего доставьте её в Deus Doctorum. Скажите им, что Божественная Машина должна понять, кто это из её слуг и тогда скажет, что делать с ним. Возможно, что это тело ещё сможет послужить нам для будущих братьев или же поделится бесценными знаниями. – всё так же безразлично спросил Первый Палач.
Брат несколько замялся от того, насколько равнодушным выглядел Даниель, но, собравшись, продолжил:
– Кроме того, тут было найдено ещё четыре тела наших братьев. Боюсь, что они не подлежат восстановлению. Один был найден на реакторном уровне. Его тело заражено радиацией и есть следы обширных внутренних кровотечений перед смертью. Другой был обнаружен около шахты лифта, растерзанным Метастрическими тварями. Ещё двое – члены делегации, что прибыли сюда незадолго до Метастричсекого вырождения.
– Всего четыре тела? По данным, которые были мне, предоставлены, здесь находилось не менее пятнадцати братьев. Ты уверен, что больше тел нет? Вы использовали все, что могли?
– Абсолютно. Мы проверили каждый уголок, согласно карте. Каждую шахту, каждую комнату и системные тоннели. Использовали все методы отслеживания, начиная от визуального, заканчивая индивидуальными маячками. Больше никого.
– Тогда грузи все тела в аппарат. Когда мы прибудем домой – слуги Божественной Машины наверняка захотят проститься с ними. Тела должны упокоиться среди наших братьев.
Двигатели загудели, грузовой люк закрылся и запечатался. Моя броня соединилась с корпусом, фиксируя меня на месте. Через окошко я видел, как мы поднимаемся всё выше и выше над колоссальным заводом. Лицо Даниеля выражало безмятежность и спокойствие, однако, в нём была едва видная нотка любопытства? Что же пробудило это чувство у вечно спокойного и холодного воина, что прошёл не одну сотню битв и убил не одну тысячу врагов во имя великой цели?
Phenomenon of Paradox (346
год
по
хронологии
P.EBE)
Стадия Операции 0
– Ситуация следующая. Три дня назад была потеряна связь с оружейным заводом корпорации Chrum, находящемся на Титане, спутнике Сатурна. Конкретное местоположение завода – научный Сверхгород Орион. Один из важнейших исследовательских центров НФС за пределами астероидного пояса. Спустя 6 часов было получено первое изображения со спутника слежения. Над всем городом образовалось неопознанное аномальное явление, предположительно Метастрического характера. Вероятно, именно оно стало первопричиной потери связи. – Произнес сухим голосом капитан и включил проектор.
На экране возникло изображение Титана. Чёрные пятна городов и заводов, зеленые пятна псевдоморей. Но большую часть его поверхности закрыло огромное овальное образование. Оно буквально светилось всеми цветами радуги, засвечивая кадр. В его центре находилось два огромных креста: черный и белый, которые кто-то будто бы неумело наложил поверх фото.
– Спустя десять минут после получения изображения связь со орбитальным спутником была потеряна. Он не успел сделать ничего, кроме этой фотографии. На данный момент комитет по расследованию этого события считает, что спутник был уничтожен или сбит с орбиты неизвестной силой. Однако по прошествии еще трёх часов другой спутник занял удобную орбиту и передал следующие изображения, после чего так же был выведен из строя. Данные, полученные с последующих спутников будут идентичны этим, хотя сами аппараты теперь оставались целыми.
Капитан переключил изображение. Оно сильно отличалось от предыдущего: на месте радужного овала находилась невероятных размеров воронка, занимавшая, по меньшей мере, четверть обозримой поверхности. По всей площади впадины находилось множество выбоин и вмятин меньших размеров. А там, где вместо суши была псевдовода, последняя приобрела неестественный сливовый цвет. Но, самое ужасное было в том, что в кратере не осталось и намёка на наличие обитаемых территорий.
– Вероятнее всего, что данный пейзаж является последствием того аномального образования. Несколько тысяч километров инфраструктуры были уничтожены, вскопаны и разрушены. Разрушено абсолютно всё, лишь от самых громадных зданий остались небольшие руины. Количество людей, которые погибли и суммы, которые необходимы для восстановления промышленности, не поддаются исчислению. За всё три дня из зоны поражения не поступило ни единого сигнала, будь то радиосигнал или излучение. Орбитальные камеры так же не смогли засечь каких-либо признаков жизни или разумной деятельности.
– Это-то и так видно. Сомневаюсь, что там, что или кто-либо могло уцелеть. Даже не могу представить, какая мощь была у этого…явления. – Произнесла Оператор 057.
– Думается мне, что даже в такой кромешной пустыне найдётся для нас работа. Иначе, зачем было объявлять брифинг и прерывать эксперименты над новыми прототипами? Ибо мы делаем то, что не могут другие. – Ответил ему Оператор 011.
– Именно поэтому Одиннадцатый и является вашим командиром. Есть мизерная вероятность того, что подземные коммуникации завода Chrum могли уцелеть. Они залегают гораздо глубже уровня воронки, а значит там могла сохраниться хоть какая-то инфраструктура, а также различное записывающее оборудование. Возможно, там и найдётся ключ, касаемо этого проявления аномальной активности. Вашей главной целью является обнаружение данных, извлечение и доставка их сюда.
– Почему бы не отправить туда регулярные войска НФС, парапсихический легион или, ещё лучше, отряды мгновенного реагирования? Разверстка Симуляционных Тел занимает слишком много времени. Почва неустойчива, даже коммуникации могут обвалиться, если промедлить. И всё будет зря. – Спросил я у капитана.
– Всё просто. В этом сверхгороде находилось множество атомных электростанций и, после аномалии, уровень радиации поднялся до таких высот, что никакая защита не сможет сберечь человека на достаточно долгое время. Кроме того, датчики зафиксировали критическое превышение химического загрязнения воздуха. Вероятно, это начался распад псевдоводы. Поэтому командование решило послать туда Симуляционные Тела как единственное подразделение, которому не страшны такие внешние условия. Кроме того, мы до сих пор не знаем, какие ещё изменения могли произойти там.
– Ладно. Допустим. Какие угрозы нас ждут и сколько Операторов и Тел будут отправлены на задание? – Спросила Оператор под номером 530.
– В свете последних событий, на миссию будет отправлено целых пять Операторов. Номера: 057, 011, 357, 333, 530. Угрозы, помимо агрессивной среды, неизвестны. Думаю, ничего серьезного ждать не стоит. Периметр был отцеплен везде, где только можно и насколько хватило сил, а в СМИ выдвинули версию о теракте на энергетическом комплексе, что вызвало цепную реакцию. Сомневаюсь, что даже самые отбитые мародёры и пираты рискнут сунуться в такое радиоактивное пекло.
– Разрешите узнать текущее состояние Операторов 556, 762 и 127 после испытаний модели Лямбда. Они не участвуют в операции или у них есть свои миссии? – Спросил я.
– Это не имеет отношения к миссии, но с ними всё скверно. Пять-Пять-Шесть всё ещё находится в коме и его состояние не стабильно. Семь-Шесть-Два в порядке, но у неё сильно упал уровень связи с Телом. Возможно, она больше не сможет контролировать его. Один-Два-Семь физически здорова, но она пережила сильный шок и попытки установить связь вызывают фантомные боли, а уровень связи…необычен. Если с ними всё будет хорошо – мы отправим их к вам, как только сможем…но сомневаюсь, что это произойдёт, прогнозы врачей неутешительны. Кроме того, необходимости я в этом пока не вижу. Наличие врагов в зоне операции весьма сомнительно.
– Слушайте. Если это явление как-то связано с Метастрической угрозой, то не разумнее было бы запросить информацию об этом у культа Machina Secrotum? А лучше вызвать их в качестве консультантов. Они же вроде как обожают заниматься подобной хренью. – Спросила Оператор 057.
– Комитет рассматривает такую возможность в случае, если вы по каким-то причинам не справитесь. Однако этого хотелось бы избежать, так как там, в момент происшествия, находились некоторые объекты, которыми эти культисты могут заинтересоваться. К сожалению, я не знаю, что именно там было. Но…командование хочет, чтобы вы достали этот объект любой ценой. Уж не знаю, что там хранилось, но оно явно очень ценное и Machina Secrotum знать об этом точно не стоит.
– Значит, нашу миссию можно охарактеризовать вот так: прийти неизвестно куда, найти неизвестно что и вернуться обратно? Не самые продуктивные миссии для отдела Симуляторов. – С явной иронией в голосе произнёс Одиннадцатый.
– Увы, это так. К сожалению, в этом месте теперь слишком агрессивная среда, так что, только Операторы и Симуляционные Тела могут без вреда для себя выполнить это задание.
– Хватит жаловаться! Наше подразделение и было создано для того, чтобы делать вещи, непосильные другим. Когда назначена операция и какие модели Тел будут предоставлены?
– Подготовка к разверстке ведётся уже сейчас. Временный штаб установлен недалёко от края кратера. Там вы займёте систему управления. Тела изначально будут находиться на орбите и как только вам передадут управление, вы будете сброшены на поверхность спутника в специальных капсулах.
– Кстати…вы так и не сказали, какие модели тел нам будут предоставлены. – Сделал я замечание.
– Всему своё время. По данным, что я получил, вероятнее всего то, что вы будете контролировать серийные модели с Эпсилон по Тета. Изначально планировалось держать на подхвате модель Лямбда, для случая, если что-то пойдёт не так. Но из-за вскрывшихся проблем во время последних испытаний, её, скорее всего, отзовут.
– Разрешите напомнить, что в последний раз, когда что-то пошло не по плану – мы оказались в самом центре ядерного удара. И в результате наш корпус Симуляционных тел месяц сидел без дела.
– Нет. В этот раз вероятность подобного поворота намного меньше. Это не конфликт с Новыми Колониями. Да и откуда взяться ядерному заряду в этой пустыне. Кроме того…
– Капитан, хватит. Все мы знаем, что тот случай был самоубийственной попыткой врага избавиться от нас. Лучше скажите, когда вылет на спутник? Сколько времени на подготовку? – прервал его Оператор 011.
– Вылет завтра на рассвете в 22:25 по Земному времени. С собой ничего лишнего не берите. Это не очередной тестовый запуск, это настоящая боевая операция, впервые за последние месяцы. Поэтому времени на экскурсии и подобную хрень нет. Я не меньше вашего устал от просиживания задницы на месте. Ещё какие-нибудь вопросы есть?