Оборотень по объявлению. Гибрид

Наталья Буланова

Оборотень по объявлению. Гибрид

Аннотация

Жених не должен видеть наряд невесты перед свадьбой. Думаете, древние суеверия? Ха! А я ведь тоже не верила.

Белое платье уничтожено, съемка Love story сорвана, а меня саму едва вырвали из лап смерти оборотни. Кровь гибрида помогла пережить ранение, но она же изменила мою судьбу.

Глава 1

Территория клана Иных. Дмитрий

– Глава, мы нашли одежду девушки с крыши, – отчитались по телефону.

– Замети следы. Все как обычно. – Дмитрий хотел нажать на отбой, но ухо защекотал запинающийся тон помощника. Что-то не то.

– Но… Это свадебное платье.

– Черт! – выругался глава клана Иных.

Бедная девчонка! Неужели ей сорвали главный праздник в жизни?

– И… – все еще мялся помощник.

– Что еще? – Плохое предчувствие дыхнуло в лицо неприятностями.

– Тут ее жених. И он все видел, – торопливо сообщили в ответ, будто боялись, что гонца плохих новостей тут же четвертуют.

Трындец! Теперь точно не может быть хуже.

Дмитрий глубоко втянул воздух, чтобы отдать приказ по поводу нежданного свидетеля, как самого внезапно скрутило в праздничный бант и проткнуло насквозь иглой, прикалывая на несколько секунд к месту.

Что за запах? В нем слышался рай. Его рай. Личный, невиданный, соблазнительный, заставляющий каждую мышцу твердеть.

Гибрид обернулся вокруг себя: взметнулась кожаная куртка, превращая оборотня в черный смерч. Аромат тонкой завлекательной лентой проплыл по коридору, обернулся вокруг шеи мужчины и рванул на себя, притягивая к палате. Дмитрий преодолел расстояние за доли секунды и жадно впился взглядом в девушку на кушетке.

Док сделал все возможное, чтобы спасти пострадавшую в стычке оборотней незнакомку. Сейчас он осторожно смывал с нее чужую кровь вперемешку с ее собственной.

Запах лекарств постепенно выветривался. На его место подкрался, словно вражеский лазутчик, настоящий аромат тела девушки.

Алые пугающие разводы пропали, словно спал хитрый занавес. Взгляду гибрида открылись шикарные изгибы тела, от которых вмиг дурела голова.

Его зверь, его чудиковатый зверь с двойной кровью волка и медведя, тут же напер на кости. Ноги сами принесли Дмитрия к кушетке, и он зарычал на Дока:

– Я сам!

Верный служитель медицины от неожиданности выронил бинт и с недоумением посмотрел на главу клана Иных.

– Дим, перевязать еще надо…

– Сам! – Гибрид накинул на тело девушки чистую простыню, скрывая от взгляда врача Иных.

Посмотрел на зашитую рану на шее, и крупные, не знающие дрожи руки выронили края ткани. Важный вопрос разодрал горло когтями, вырываясь изо рта хрипом:

– Она выживет?

– Следующие сутки будут решающими. Я рискнул попробовать использовать сыворотку твоей… – с блеском в глазах начал Док, и гибрид тут же его перебил, наперед зная, что скажет этот любитель экспериментов.

– Что? Что ты рискнул?! – угрожающе зарычал Дмитрий.

– Да что ты сразу рычишь? – Врач выглядел совершенно невозмутимо и не чувствовал за собой вины. – Если бы я не использовал свое последнее открытие, то она бы уже не дышала! Твоя кровь просто уникальна! Пойми, после такого ранения не выживают!

Гибрид стал светом для Дока в самый темный период жизни, поэтому в его преданности Дмитрий не сомневался. Возможно, врачу немного не хватало субординации, но гибрид прощал за его гениальность. Он вытворял такое, что, казалось, никому не под силу. Лечил смертельные раны и, самое главное, хорошо продвинулся в деле обратимой вазэктомии.

Последнее было особенно важно для главы клана Иных, потому что большинство гибридов из изолятора были стерильны. Самым сокровенным желанием для мужчины было даже не обрести пару, а иметь возможность завести родного ребенка. Плоть от плоти, кровь от крови.

Но сейчас он перегнул палку! Только не с ней!

– Когда ты это сделал? – сжав кулаки, спросил Дмитрий.

– Еще в вертолете! Она теряла много крови. Времени на размышления не было, – невозмутимо парировал мужчина в белом.

Медицинский халат болтался на тощих костях, как на скелете, а большая голова казалось по-мультяшному крупной. Все гибриды знали, какой ум скрывается под черепушкой, и уважали Дока. Вот только с девушкой он явно поспешил.

Теперь гибриду стало понятно, почему врач отстранил его в вертолете под предлогом срочной помощи в воздухе!

– Ты знаешь последствия? – Ледяной голос Дмитрия пробил доктора до озноба, но он упрямо задрал острый подбородок в ответ.

– Зато она будет жить! – заявил врач гибридов. – Бедняжка не виновата, что попалась на пути этой больной рыси!

Гибрид вспомнил, как сначала обрадовался, увидев окровавленное тело на крыше, думая, что Плетка погибла, и какое сожаление испытал, увидев, что пострадала невинная. А еще припомнил то странное чувство щемления в груди, когда взял ее на руки и положил на носилки.

Сейчас, как и тогда, сердце барабанило по ребрам, как на рок-концерте.

Дмитрий, глава клана Иных, обвел взглядом помещение, стараясь успокоиться. Он стремился сегодня изо всех сил помочь Муну поймать мучительницу из изолятора, но она сбежала, выдав раненую девушку за свой труп. Незнакомка чудом осталась жива, и, как оказывается, благодаря смелому шагу Дока-экспериментатора.

Гибрид не знал, благодарить врача или проклинать на чем свет стоит.

– Док, твою мать! Что ты сделал? Мы же не знаем, чем это грозит!

– Да что ты так взъерепенился, будто… Будто… – Док стал подозрительным, посмотрел на главу клана Иных, на его реакцию, а потом перевел взгляд на девушку: – Неужели?

На лице Дока четко отпечатались восхищение и исследовательский интерес.

– Не уверен, – покачал головой гибрид. – Нужно услышать ее голос, тогда я точно пойму. Я же только наполовину волк. А реакция… Теперь непонятно, чем она вызвана. Может, все дело в моей крови, что ты ввел в ее тело.

Глава клана Иных не мог оторвать глаз от девушки. Жадно изучал черты лица, будто навсегда отпечатывая образ в сознании.

«Только выживи, с остальным разберемся», – думал про себя Дмитрий.

– О-го-го! – восхищенно вытаращил глаза Док, едва не потирая руки. – Вот это интересно!

Интересно? Свадебное платье в хлам, жизнь висит на волоске, жених – свидетель и кровь гибрида в теле человека. Да просто рехнуться, как весело!

Вера

«Отснимем Love story на льду! Это будет восхитительно! Только подумайте, как бодряще будет смотреться в жару такой морозный фон».

Профи в любом деле – это хорошо. Но прыткий и креативный фотограф – к беде, так и знайте! В погоне за свежим материалом такие кадры готовы на все. Я не должна была соглашаться на это смелое предложение. Тогда бы я не столкнулась со сверхъестественным и не оказалась в большой беде.

Не зря Леша отмахивался от предложения как от назойливой мухи:

– Люблю тебя, ты же знаешь, но это как-то глупо. Еще бы на заправке фотографироваться заставили. Тебе так нужно, чтобы куча галдящих родственников умылась слезами при виде наших оригинальных фото на свадьбе? Мы же и так будем перед их носом.

А мне нужно. Мне хотелось как у всех. Чем я хуже?

Чтобы и белое платье, и красивая прическа, и праздничный зал, и видеосъемка, и фото. Я хотела взять максимум, потому что чувствовала: это мой день счастья, а потом начнется череда будней.

У Леши это будет второй брак, а мне все вновь. Я надеялась, что уж мой-то союз будет единственным и на всю жизнь. Готова была сидеть дома с детьми, вытирать носы, готовить и поддерживать уют. Я даже работу воспитателем в детском саду выбрала, лишь бы потратить этот огромный неистраченный ресурс любви. Чувствовала себя печкой, которая призвана обогревать, и всегда стремилась создать свои «семь я».

Через год гражданского брака я наконец оказалась близка к дню мечты – собственной свадьбе.

Леша любил меня, по крайней мере по мере своих сил. Но некоторые его черты не давали мужчине свободно дышать: он работал как прокаженный. Хотя мне нужно было немного: я была счастлива, даже если видела его только спящим рядом со мной. Он позволял себе пять часов в царстве Морфея максимум, после чего вскакивал и несся на любимую работу.

Может, он был прав, что все эта свадебная бутафория ничего не значащий пустяк. Мечты-пузыри, которые лопаются от одного касания. Впрочем, Леша по жизни был пессимистом, везде умудрялся найти плохое, а в итоге плохое нашло нас.

По дороге из уборной в Ледовом дворце я угодила в лапы окровавленного монстра с человеческим лицом и когтями дикой кошки. Росчерк лап по моему горлу затмил сознание болью, и я отключилась.

Мне было то так тепло-тепло в чьих-то руках, то обжигающе холодно.

Воспоминания закрутились перед глазами каруселью, и я почувствовала, как жизнь тонкой струйкой вытекает из меня. Но потом что-то изменилось, будто по моим венам пробежал зверь, оставляющий после себя огненный след. Тело жгло так, словно меня изнутри наполняло пламя, и самый центр – огненный вихрь – крутился внизу живота.

А потом наступило невероятное облегчение.

***

– Это невероятно! – Врач смотрел в монитор и часто-часто моргал, будто боялся, что ему это видится и со смыканием глаз растворится в пространстве.

То, что происходило сейчас в теле девушки, было просто удивительным!

Несколько дней пациентку мучила лихорадка, но сегодня ночью жар отступил. Теперь тело девушки горело только в районе живота, и это ставило Дока в тупик. Было престранно и необъяснимо!

Да, он скрыл от главы, что использовал не только сыворотку. Но это же спасло девушку! Значит, врач просто действовал согласно приказу Дмитрия – спасти любой ценой.

Вот только Док в жизни не подумал бы, чем все обернется. Как хорошо, что его новейший аппарат был даже не последним словом техники – он словно прибыл из будущего.

Уж на что, а на здоровье своего клана Дмитрий никогда не скупился. Слишком сильно досталось гибридам в изоляторе, чтобы еще и на свободе испытывать себя на прочность.

Врач гордился своим главой и уважал мужчину за то, что он сделал для всех Иных. И теперь, похоже, бумеранг судьбы вернулся.

Док смотрел на экране на оплодотворенную яйцеклетку, которая на его глазах прикрепилась к стенке матки и изменилась. Характерное деление клеток ускорилось на двадцать пять процентов, что соответствовало скорости деления не человеческого эмбриона, а эмбриона оборотней.

Неужели из-за крови Дмитрия в только зарождающейся жизни произошли такие изменения? А что с геномом? Не мог же он смениться на ДНК гибрида? Или мог?

Руки доктора затряслись, глаза выпучились, а взгляд забегал по кабинету.

Что же делать? Доложить? Или пока рано? Что, если он ошибается?

Получается, в организме девушки как раз происходили самые первые стадии оплодотворения, когда произошел трагический случай на крыше, и кровь оборотня вырвала девушку с того света. И изменила жизнь внутри!

Док забегал по кабинету, не в силах успокоиться. Его колотил нервный мандраж.

Что же делать? Сказать главе? Или подождать?

Сколько лет Док бился над проблемой стерильности Дмитрия, и все напрасно, а тут просто подарок судьбы! Ребенок в утробе этой девушки стал его! Да глава будет на седьмом небе от счастья!

Конечно, еще нужно наблюдать, провести ряд анализов, а на большом сроке взять пробу на ДНК – тогда можно будет точно сказать, что этот ребенок имеет геном гибрида.

Нет, радовать главу рано! Вдруг Док ошибается? Что, если девушка не выживет?

Внезапно Док замер у окна. Радость за главу схлынула так же быстро, как волна, а на ее место пришел страх. Это же опасное, просто невероятное открытие!

Что будет, если все стерильные гибриды узнают о ребенке главы? Да они точно порвут Дока на части, чтобы повторить эксперимент! Человеческие девушки начнут пропадать, возможно, их даже будут ранить, чтобы повторить все пошагово, лишь бы заиметь собственного ребенка. Ведь для оборотня так важна плоть от плоти, кровь от крови. Чужое дитя любому двуликому принять крайне сложно!

Если такая шумиха случится, то другие кланы и стаи не будут молча смотреть на это безобразие. МСО – межклановый совет оборотней – примет меры! Снова загонят гибридов в клетку, как опасных существ.

Ну уж нет! Док больше никогда не хотел в клетку.

Решено! Никому нельзя говорить о том, что произошло. И Дмитрий не должен узнать. Никогда.

– Прости, глава, – произнес вслух Док. – Я вынужден обмануть тебя. Я сделаю так, что ты больше не заподозришь в ней свою пару. Хотя бы на некоторое время…

Дмитрий

Глава клана Иных открыл дверь в палату так, что та встретилась со стеной, как двое любовников – с желанием слиться в одно целое. Облегчение на душе от смерти Плетки не затмевало телесных мук. Сломанные ребра болели так, что не вздохнуть, но Дима не мог отдохнуть, пока не увидел бы девушку. Она засела в голове крепче воспоминаний об изоляторе. В свободную минуту, если Дока не было рядом, мужчина всегда заходил в палату, чувствуя невероятную потребность быть с ней, и молился, чтобы девушка быстрее пришла в себя.

Гибриды узнали у ее жениха имя – Вера. Прекрасное имя! Ему нравится. Простое и такое сильное, как и она.

Стоило Диме только увидеть ее, как на душе сразу становилось легче. Груз ответственности за клан становился невесомей перышка, а силы удваивались. И он снова хотел убить ее жениха – этого хлюпкого очкарика, который достал уже всех соклановцев, которые с ним имели дело.

Дима не подходил к нему – боялся, что свернет шею. Ждал момента, когда Вера откроет глаза и заговорит, чтобы точно убедиться, что сумасшедшее притяжение к девушке не ошибка.

Волчья половина, что с жадностью вдыхала ее аромат, утверждала, что это она – его истинная. Медвежья ориентировалась на слух и говорила, что все может обманывать, даже глаза. Но не голос.

И Дмитрий жадно ждал того момента, когда Вера придет в себя.

Глава клана Иных осторожно сел рядом на стул, поморщившись от боли, и с эмоциональным голодом всмотрелся в черты лица девушки. Еще никто не вызывал в нем таких чувств. Ни одна. После изолятора такое чувство, как любовь, у него атрофировалось. Отсохло за ненадобностью. Женщины разбавляли его жизнь, как вода, а хотелось бы, чтобы дурили голову, как вино.

Но с Верой другое дело: у Димы все дрожало внутри, когда гибрид видел тонкий шрам на ее шее.

– Только выживи. Не знаю, какого цвета твои глаза: небесные или цвета опьяняющего виски, серо-вьюжные или шоколадно-топкие. Не знаю, как звучит твой голос: дразняще высоко или завораживающе низко. Не знаю, как ты двигаешься и как смеешься. Но я смогу бороться даже с самой судьбой, лишь со смертью не смогу. Поэтому дыши: за вдохом выдох, за вдохом выдох, и так снова и снова.

Диме казалось, что девушка реагировала на его голос, что ей становилось лучше. Он сидел рядом и не мог надышаться запахом ее тела, когда внезапно все изменилось. Такой родной аромат улетучивался, словно дым. Растворялся, испарялся, утекал сквозь пальцы, будто песок.

Дмитрий вскочил, не обращая внимания на боль, склонился над Верой и втянул воздух. Ее запах ушел, но она дышала, и гибрид почувствовал, будто его разрубили пополам.

Неужели это все было действие его крови?

Ресницы дрогнули, девушка открыла глаза и посмотрела на гибрида.

Главе клана Иных показалось, что перед ним сирена. Сейчас она откроет рот и навсегда заманит его на глубину.

А он утонет. Утонет с радостью, если будет до последнего смотреть в это завораживающее лицо.

Сейчас Дима был уверен, что если бы увидел Веру в толпе, то не прошел бы мимо. Просто не смог бы. Его словно засасывал водоворот, притягивая к девушке все ближе.

Такой родной запах пропал, и это невероятно взбесило зверя, вывело из себя. Он чувствовал себя словно воин, который в полной боевой экипировке встретился один на один с главным врагом, а тот оказался соломенным чучелом. Это было просто выматывающе бесяще.

Будто Диме дали пару и передумали. Помахали у голодного перед лицом едой и оставили с носом. Словно боги смеялись над ним.

Вот только пробужденные чувства никуда не делись. Внутри все разъело кислотой поражения, потому что сердце билось как безумное рядом с девушкой. Зверь бастовал, но логика говорила, что всему виной кровь гибрида в Вере и эксперимент Дока. Что желание закрыть девушку от всего мира синтетическое, как дешевая одежда на оптовом рынке.

– Я умерла? – тихо спросила девушка.

И стоило Диме услышать мелодичный, словно мелодия фортепиано, голос девушки, как его накрыло.

Медвежья половина гибрида не хотела слышать ничего про запах. Косолапые никогда не полагались так на нюх, как волки. Две такие разные половины гибрида просто сходили с ума, но одно Дима знал точно: он сейчас просто не готов ее никуда отпустить. И уж тем более – замуж.

Глава клана Иных посмотрел на маленький аккуратный ротик, и ему словно прострелило пулей пах – до того стало больно от желания.

Нездоровая белизна щек девушки вспыхнула жизнью – окрасилась в нежно-розовый. Широко распахнутые глаза неотрывно гипнотизировали Диму, а рот удивленно приоткрылся.

Пусть идут все лесом! Гибрид еще никогда не испытывал подобного, и неважно, пара или нет и как она пахнет.

А жених… не стенка – подвинется.

Гибрид медленно стал склоняться к девушке, давая ей шанс на сопротивление. На последнее сопротивление.

– А вот и ваша невеста, будущий папочка! Поздравляю, она беременна! – почти кричал Док от двери.

Главу клана иных словно булавой по голове двинули. От этой новости в глазах на секунду потемнело.

Глава 2

– Вера беременна? – застыл на пороге шокированный Алексей в абсолютной растерянности.

Лицо девушки закрывала фигура гибрида, поэтому никто еще не знал, что она пришла в себя. Дима видел, как глаза сирены распахнулись от удивления, а потом несмелая улыбка появилась на губах.

Она была счастлива! Беременная от того придурка и довольная!

Теперь сломанные ребра не казались такой проблемой, боль от глубокого дыхания даже позволяла гибриду не обернуться тут же в зверя и не устранить помеху.

– Да! – слишком радостно и чересчур громко вещал позади доктор. – Поздравляю! Вы сегодня проведаете не одну девушку, а, считайте, целую семью!

– Причины держать язык при себе удвоились! – хмуро предупредил человека Кот.

Дмитрий специально избегал встречи с женихом Веры. Понимал: не выдержит, прикопает за плинтусом. Им занимались другие гибриды, обрабатывали, мягко подводя к нужному оборотням итогу – приколотому к нёбу языку.

Для таких свидетелей существовала специальная программа, по которой за очевидцами жизни оборотней следили, ставили на телефон и в дом устройства, которые реагировали на любое упоминание о сверхах. Договор о неразглашении подкреплялся крупной суммой денег, хорошим домом и, если надо, продвижением по службе. Никто не хотел терять свалившиеся с неба блага, поэтому все держали язык за зубами.

В большинстве случаев, конечно. Но бывали исключения.

Алексеем занимался Кот – один из самых верных помощников главы Иных. Гибрид черной пантеры и ягуара, он умел так обработать людей, что те стирали из памяти существование оборотней.

А сейчас Дмитрию хотелось стереть существование одного человека с лица земли.

Беременна? Она? От другого?

Это был нокаут. У гибрида было чувство, что он уже никогда не встанет. Если что и могло остановить его решимость, то только семья. И счастье в глазах Веры.

Она рада жизни с этим дохляком? Дима уже узнал достаточно о нем, чтобы понять: Вера для него прекрасный обслуживающий персонал. Очень удобная карманная женщина. Ухаживает за домом и ним, создает эффект присутствия любви в жизни, удовлетворяет физические потребности.

Но Дима никогда не думал, что Вера так будет счастлива от новости, что ждет ребенка от этого Леши!

В глазах кружилась палата, словно глава Иных напился допьяна. Словно огромный гнойный нарыв на сердце стал самим сердцем.

Дима не мог дать ей ребенка. Ни одного. Что они с Доком только ни предпринимали, как только ни рисковали, учитывая фантастическую регенерацию оборотней, – все насмарку.

Но… может, еще не все потеряно? Возможно, Вера просто рада ребенку и Леша здесь ни при чем?

Дмитрий еле нашел в себе силы отойти от койки на два шага и дать увидеть, что девушка пришла в себя. Он не смотрел ни на кого, кроме нее, поэтому четко видел все эмоции, мелькнувшие на ее лице.

Невероятную радость при виде жениха, то, как она протянула к Леше руку. Вера хотела разделить с ним прекрасную новость, а мужчина казался абсолютно не готовым к переменам в жизни.

Но Вера этого не замечала – светилась, словно светлячок в лесной глуши, просто фантастическим сиянием.

Леша сделал несколько шагов, Вера приподнялась на локтях, вдохнула…

И тут выражение ее лица изменилось: глаза широко распахнулись, рот сомкнулся, брови удивленно приподнялись.

И ее вырвало фонтаном прямо на ботинки жениха!

Вера

Я слушала и дышала следом за ангелом. Вдох-выдох, вдох-выдох. Цеплялась за приятный голос, словно за крепкий торс, и карабкалась вверх в ясное сознание.

Всегда знала, что мой хранитель махровый романтик, но чтобы настолько?

После слуха заработало осязание. Пахло домом, где можно скинуть пыльные вещи, зарыться поглубже в постельку и закрыться от всего мира одеялом.

Открыла глаза и сморгнула неясную пелену, а потом забыла обо всем, глядя на мужчину.

Возникало ли у вас желание когда-нибудь стереть всю прошлую жизнь? Скинуть с себя плащ воспоминаний, облиться водой забвения и начать заново?

Сейчас я все это испытывала в полной мере!

Мужчина смотрел на меня так, что хотелось стать мартовской кошкой. Но самое удивительное было не это: я словно его знала. Каждая черта привлекательного лица, каждая мимическая морщинка была знакома.

Высокий настолько, что закрывал свет ламп. Широкоплечий, словно профессиональный пловец. Длинноногий, как модель. Крепкий, словно все проблемы мира может выдержать и не прогнуться. И вкупе с этим зрелый взгляд человека, прошедшего через огонь и воду.

Оживший идеальный тип мужчины, да еще смотрит так, что хочется заново родиться, только лишь бы встретиться с ним свободной от отношений.

Боже, о чем я думаю? У меня же есть Леша!

Стоп, а я вообще жива? Может, это и есть мой ангел-хранитель, поэтому кажется таким родным и знакомым?

– Я умерла?

Мужчина дернулся в мою сторону и застыл, и пусть он не говорил ни слова, его взгляд был самим красноречием.

Радость, боль, такое же узнавание, как у меня, и надежда. А после он медленно наклонился к моим губам, искушая попробовать поцелуй ангела.

– А вот и ваша невеста, будущий папочка! Поздравляю, она беременна!

Что? Кто? Я?

Вслед за человеком в белом вошел Леша, и я рухнула с небес на землю и начала соображать. А как только поняла, то снова воспарила к небесам.

Неужели моя мечта о семье сбудется?

Я не ждала, что мой жених будет скакать от счастья, не удивила его растерянность от новости о ребенке. Но хотя бы подошел бы!

И он это сделал. Шаг, еще шаг.

Сквозняк, ворвавшийся вместе с гостями, принес дикую вонь. К горлу подступила тошнота, и я не смогла среагировать: все содержимое желудка вывернуло.

В мое лицо уткнулось мягкое полотенце, прошлось по губам, а потом перед носом оказалась бутылка воды. Я выпила жадно, стараясь перебить жуткий вкус во рту, вздохнула. Снова запах дома, такой родной и расслабляющий.

Он шел сбоку от мужчины, держащего в руке полотенце и воду. От того самого, с кем хотелось переродиться.

Неприятные ощущения отступили, и я с облегчением дышала в сторону незнакомца.

Что же то было? Реакция тела на беременность? Или на лекарства?

Ладно, что бы это ни было, я в больнице, рядом доктор, а жуткий приступ прошел.

Я снова повернулась к Леше с улыбкой и чуть не задохнулась, когда он присел на край кровати в изножье. Порывисто отвернулась к приятно пахнущему мужчине, не отдавая себе отчета в поступках, и уткнулась в его руку носом.

Вот теперь хорошо!

Дмитрий

Доверчивый порыв Веры заставил гибрида застыть на несколько секунд, и он забыл, как дышать. Рука Димы сама потянулась к девушке, когда врач запротестовал:

– Так не пойдет. – Док страшно выпучил глаза, глядя на свою пациентку, и у главы Иных похолодело на душе.

– Что с ней? – забеспокоился Дмитрий.

Обычный токсикоз так бы не обеспокоил врача. Что-то было не то.

Док засуетился вокруг, оттолкнул бочком Дмитрия, разрывая связь, и строго посмотрел на девушку, будто она совершила большую ошибку.