Оборотень по объявлению. Рыжий-бесстыжий

– Сколько он в холке? – не уходила женщина. – Огромный же! Полтора метра?

Мы с Сашей переглянулись, я оскалился.

– Когда бешенством болел, все три было. Потом мельчать стал. – Саня зажигал.

Я заржал, но получился странный звук, словно я подавился слоном.

– Ой! – Женщина отошла. – Я пойду.

А потом прошептала себе под нос, думая, что мы не слышим:

– Это точно противозаконная экзотика.

Наконец-то ушла!

И что все так впечатляются, когда меня видят? Не такой и страшный. Даже грациозней обычного медового барсука из-за папиных генов. Толстая рыжая шкура с белой широкой полосой от головы и по хребтине привлекает внимание. Из-за того, что я гибрид двух сильных в альфости видов, я взял всего поровну, и ни один вид родителя не смог перебороть второго. От папы у меня пушистый хвост, от мамы – отбитость на всю умную голову.

Так что брать штурмом – это мое.

Я прыгнул на козырек подъезда, потом на подоконник и на балкон второго этажа. Оттуда вскарабкался на третий.

Саша внизу делал вид, что не со мной. Мужик со второго этажа, на чей балкон я прыгнул, посмотрел на горсть таблеток, которые хотел выпить, и отложил их в сторону.

А вот жительница третьего этажа, та самая, что любит путать телефоны, даже не проснулась. Через открытую балконную дверь я слышал богатырский храп.

Я обернулся в человека, пробрался в комнату и посмотрел на девушку, спящую на разложенном диване. Под глазами у нее залегли темные круги, то ли от стресса, то ли от несмытой туши. Рядом лежал телефон.

Вот это то, что мне нужно!

Я взял мобильный, собираясь отвезти его нашим спецам, которые мигом подобрали бы пароль, но тут он зазвонил. Пришлось бросить его на прежнее место и залечь за подлокотник.

Девушка зашевелилась, но не спешила брать телефон. Ленивец в генах не топтался? Что так медленно, ядрен батон?

– М-м-м, – простонала она, прежде чем ответить: – Да?

– Лиан, ты была вчера в «Руксо»?

– Угу.

– И ты видела драку?

– Какую? Не очень помню.

– Да ты что? Я видео видела, там такие парни махались. Вот, думала, может, ты телефончик взяла.

– Нет. Голова болит. Если это все, давай потом. – Девушка первой скинула звонок и громко захрапела, словно до этого поставила сон на паузу и одним касанием подушки продолжила прерванный процесс.

Стоп. Лиана?

Пока телефон не заблокировался, я успел его перехватить. Начал рыскать по галерее, ведь девчонки всегда фотографируют себя в первую очередь. И нашел кучу позерских фоток обладательницы богатырского сна.

Так, очень похоже, что это ее телефон.

Ну-ка, посмотрим, есть ли тут приложение «Доборотень».

Вот и оно. Вот и запрос. Вот и анкета с фотографией моей истинной и записью ее голоса. Я даже прослушал.

Какой мелодичный. Мне нравится.

– Вы кто? – хрипло спросила хозяйка телефона, выглядывая из-за подлокотника и глядя на мою обнаженную фигуру.

– Глюк, ядрен батон, – фыркнул я.

– Больше не пью.

– Знаешь ее? – Я повернул экран с анкетой к девушке.

– Нет, – помотала та головой.

– Подумай еще раз, ядрен батон.

Девушка поморщилась, почесала лоб и предположила:

– Кажется, в туалете кому-то позвонить давала.

В записи голоса было слышно эхо и звук воды. Похоже на правду.

– А что такое? Она следующая?

Я встал из-за подлокотника, бросил телефон на подушку и вышел через балкон.

Конечно! Разве у меня что-то может быть так просто, ядрен батон?!

И где теперь ее искать?

Я переоделся в машине, выскочил и подошел к Саше. Быстро рассказал о положении дел. А в ответ услышал:

– Твою, честно говоря, не помню. А вот подругу я хорошо запомнил. И кажется, они в сверхновостях. Смотри.

И дал мне в руки телефон.

На экране молодая корреспондентка стояла на фоне деревьев и вещала:

– Яр, глава клана кошачьих, может быть вызван на суд совета кланов из-за решения проучить людей. Сегодня в девять утра у территории клана кошек разбила лагерь съемочная группа. Лидер вышел и предупредил людей о том, что это частная территория и съемки здесь запрещены. Съемочная группа сделала вид, что уехала, а сама остановилась в километре от границы клана.

Кошачьи были самыми нетерпимыми к чужакам на территории. Неудивительно, что Яр не стал миндальничать. Это люди думали, что скрылись, но что такое километр для сверха? Тем более когда тот уже начеку.

Я переглянулся с Сашей. Интересно, а как там оказались девушки?

– Когда съемки фантастического сериала начались, кошки решили проучить людей по-своему. Благодаря своей сверхскорости в человеческом виде, они довели режиссера до нервного срыва, а актеры сбежали от ужаса, забыв про машины. Осветители оказались самыми крепкими ребятами и до последнего не верили в нечисть, пока глава не показал клыки. Вот тогда с криками «Вампиры!» сбежали и они, и главный злодей, исполняющий роль кровопийцы. По пути он потерял вставные зубы, за которыми вернулись две смелые гримерши.

– Это она, ядрен батон! – воскликнула я, когда увидел свою пару с неизменным кульком на голове.

На видео моя мадам смело доказывала одному молодому кошаку, что он ее не напугает своими накладными зубами и фокусами.

– Вот это понимаю, моя детка! – заметил я.

Но тут кошак стал проявлять в сторону моей истинной смертельный интерес. Еще бы: не испугалась, чуть ли не клык вырвать у него готова, чтобы доказать, что он накладной. Тогда он ей шерсть показал. И что она сделала? Клок вырвала! Ну как такой не заинтересоваться, ядрен батон?

Конечно, влетит за все главе клана, так как без него ни одна лапа не вступит в конфликт с людьми. А не вступила бы – не положила бы глаз на мою истинную.

Я впихнул телефон Саше, так как там пошли следующие новости, и завел машину. Не дав ей поработать даже положенные две минуты, надавил на газ.

Санек прыгнул в свою тачку следом. Не знаю, из любопытства или потому, что заинтересовался второй подругой. Все равно. Я видел только улыбку кота, которую хотел превратить в мучительную гримасу.

Знаю я этих шерстяных: откроет охоту, словно на мышку. Наверное, уже на свидание пригласил. Я ему усы-то повыдираю, ядрен батон!

Если сейчас приеду, а он рядом с ней или увез ее куда, я за себя не отвечаю.

Яра вызвали на ковер, но что другие участники? В клане?

Я давил на газ так, что мой бегемот рычал всем движком. Меня было слышно настолько далеко, что, когда я подъехал к воротам с кошачьей лапой, они уже были открыты.

Я припарковался на ближайшем пятачке, выскочил и махнул рукой первому же дозорному. От него же и узнал, что глава уехал на собрание совета кланов в связи с утренним инцидентом.

– А что гримерша?

– Какая?

– Та, что клыки искала.

– А, эта? Так права начала качать. Грозиться в суд подать. Еще какую-то ахинею несла. Не знаю, как глава сдержался и ее не усыпил.

Мне резко стало холодно.

– Где она сейчас?

– Надо было, чтобы медведи психушку организовали, но глава ее пожалел. Вернул потерянные злодеем клыки. А та знаешь что?

– Ядрен батон, что еще?

– Сказала, что это не те. У нее были лучше по качеству. Обвинила, что себе забрали, а ей дешевую подделку отдали. Чуть в рот главе не залезла, чтобы доказать. А потом в обморок упала, когда у лидера нервы сдали и он немного показал ей зверя.

– Показал зверя, ядрен батон? – Я старался держать себя в руках и не фантазировать.

– Ну да. Девка в обморок и грохнулась. До сих пор не пришла в себя.

– И где она?

– В медпункте.

Последнюю часть разговора слышал подъехавший Саша. Его пустили без вопросов, ведь в мире сверхов оборотнем нельзя было вдруг прекратить быть.

– А у нее светлые волосы или каштановые? – спросил он, хотя я уже взял направление на лекарский домик.

Я затормозил.

– Каштановые. Распущенные.

Так, это не моя!

– А с пучком на голове?

– А, эта? Приглянулась Казимиру. Сказал ей, что лекарство нужно подруге купить, а сам на свидание повез.

Он еще не успел договорить, а я уже увидел мир в красном свете из-за пелены ярости перед глазами. Смог только выдавить вопрос:

– Куда?

– Да кто его знает? Я свечку не держал! – хохотнул дозорный кошак.

– Думай, ядрен батон, – рыкнул я так, что он сразу перестал ржать и выпрямился.

– Что случилось-то?

– Походу, истинность, – сказал Саша.

И кошак побледнел.

– Казим тот еще бабник. Ни одна дева еще не устояла, – промямлил он.

Я медленно закрыл глаза, а когда открыл, кошак встряхнулся от моего взгляда и попятился назад, поднимая вверх плечи.

– Арс, не надо. Дай пять сек. Сейчас выясню любимые места Казима.

Я не мог говорить. Горло словно перехватило спазмом. Я едва сдерживался, чтобы не разнести тут все до камня. И сделал бы, если бы это помогло найти мою пару.

Кошак был быстрым. Уложился в пятнадцать секунд.

– Лейтенантская, 22. Ресторан «Саманд».

Мой железный бегемот рычал, словно лев в клане кошачьих, унося меня по нужному адресу.

***

Василиса

У киношников есть поверье: если сценарий упал – надо на него сесть. И неважно, в снегу он оказался, в луже или, как в нашем случае, в чьих-то отходах жизнедеятельности. Сесть надо.

Так наш главный актер продемонстрировал, насколько он хорош в национальном матерном, а вся съемочная группа старалась не ржать неприлично громко.

Главная актриса тоже отличилась – в шатер гримерки вошла с правой ноги, из-за чего сама так расстроилась, что расплакалась, и весь грим потек. Пришлось успокаивать, поить чаем и заверять, что палатка – это не гримерная комната с четким порогом.

Потом «синяк» не приехал. Небесно-голубая будка уличного туалета завалилась на бок на подъезде к месту съемки.

А киношники – народ жутко суеверный. Даже второй режиссер, который следил за выполнением плана съемочного дня, принялся отговаривать ЛМ сегодня снимать. Но тот был неумолим: «Сегодня или никогда».

И вот, когда приготовились давать команду «мотор», режиссер отдал распоряжение фокуснику:

– Адольф и Луиза, молочный план.

Кусты за спиной актеров затряслись.

Оператор взял фокус на главных героев, в плейбэке у режиссера показались актеры по грудь.

– Стоп. Давай пасхальный план, фокусник, – сказал ЛМ в громкоговоритель.

И актеры отразились на его мониторе по бедра.

– Мотор!

И тут те кусты, что тряслись, стали издавать нечто среднее между противным хихиканьем гиены и человеческим приступом астмы.

– Стоп! – Режиссер вскочил с места, ринулся за кусты, а там никого.

Все переглянулись. Главный актер понуро покосился на измазанный сценарий:

– Не надо было ронять.

– Чьи шутки? – Лаврентий Михайлович строго посмотрел на всех. – Домой не хотите?

Торчать здесь не хотел никто, поэтому все быстро забыли про необычные кусты и начали снова.

Ассистентка щелкнула хлопушкой раньше времени, и все думали, что ЛМ сейчас сорвется, но он сделал вид, что ничего не происходит.

Но любой киношник уже знал: надо сворачиваться и уходить, ничего путного из этого не выйдет. Приметы не зря придуманы. Сбываются.

Все замерли в ожидании следующего происшествия, потому что если все пошло кувырком – бесполезно упорствовать. И оно не заставило себя ждать. Прямо во время съемок в кадр вылез непонятно откуда взявшийся степной кот.

Конечно же, весь фокус внимания он перетащил на себя.

– Сбежал из заповедника, – решили все.

И начали снимать заново.

– Простите, вы не подскажете, как пройти на рынок? Свежей рыбки хочется, – неожиданно спросил прямо у уха режиссера молодой парень.

– Ты кто? – удивился ЛМ. – Иди отсюда. Не видишь – снимают! Кто пустил постороннего на площадку?

Не успели все и глазом моргнуть, как незнакомец исчез, а потом появился на другом конце площадки среди актеров.

– Так где рынок? – спросил парень у главного героя, стоя ровно за краем кадра.

И снова словно растворился в воздухе, появившись за плечом у режиссера.

– Не отвечают. Может, хоть вы подскажете, где рынок?

ЛМ медленно встал со своего режиссерского стула, протянул руку, хотел дотронуться до незнакомца, но тот смазанной фигурой быстро рассек пространство и спрятался за мной.

– Привет, красотки. Рынок не видели? – спросил парень, улыбаясь только мне.

И подмигнул так, что поднял один уголок рта и оголил зубы.

– Клыки. Невероятная скорость. Упырь, – странным голосом, почти без эмоций, заметила Ксю, покосившись на меня.

– Трюки, грим, иллюзии, – предположила я, посмотрев на нее в ответ.

Парень знатно удивился нашему разговору, даже наклонился к нам, уже демонстрируя белозубую клыкастую улыбку.

У меня всегда на всякую чертовщину откликается жуткий скептик.

– У вампиров не туда клеят, – со знанием дела заметила я, показала на главного злодея, который сидел на гримерном стуле. И попросила: – Григорий, вы не могли бы показать нашему новому другу, где у вампиров клыки?

Злодейский актер странно на меня покосился, но несмело приоткрыл рот.

– Вот, – показала я.

Незнакомец хохотнул.

– Значит, вы тут знатоки вампиров, да? – И языком по клыку провел. – Как насчет свидания, мисс Скептицизм? Я покажу тебе, какой волшебный. Кстати, меня зовут Казимир. А тебя?

– Василиса.

– Отличные имена у нас, да? – улыбнулся он.

И тут Ксю полезла ему в рот. А потом как наехала на него, то ли от ревности, что все внимание мне перепало, то ли от злости за срыв съемочного процесса.

Казимир совершенно неожиданно для всех дал потрогать свои зубы, а потом поднял руку и выпустил когти и шерсть.

Конечно же, мы с Ксю сразу заинтересовались.

– Что за технологии? Скрытая техника? Чья разработка? Наверное, Китай. Или Корея.

– Русский до кончика хвоста! – возмутился Казимир и убрал и когти, и шерсть.

– Вывести постороннего с площадки! И гримеров! – ЛМ заорал так, словно сейчас сорвет голос.

К нам несмело подошли два парня, которые занимались погрузочно-разгрузочными работами. Потоптались на месте. И тут линзы в глазах Казимира засветились и погасли, на миг сделав зрачок вытянутым.

– Лаврентий Михайлович, тут очень интересный незнакомец. Наверное, хочет показать последние технологии грима. Вы бы подошли, – прокричала я.

Нет, ну в самом деле, если мы получим их, фильм невероятно выиграет.

– Дорогие? – спросила я. – Продюсер возьмет, только если будет выгоднее, чем накладывать спецэффекты.

Казимир несколько раз медленно моргнул, будто с трудом переварил услышанное, а потом вдруг засмеялся, запрокинув голову назад. ЛМ как раз подошел, и новый знакомый повернулся к нему.

– Ну? Вы привлекли мое внимание. – Режиссер недовольно скукожил губы.

И тут Казимир взял и как-то трансформировал человеческую руку в тигриную лапу, которой полоснул по одежде ЛМ, сделав четыре разреза.

Ну вот! Чудеса же. Надо брать. Жалко, продюсер не видит, а то упал бы от эффектности фокуса.

Но ЛМ не упал. Побледнел, и тут Казимир так быстро задвигался, что я увидела только его смазанную фигуру, которая появлялась в разных местах площадки.

Лаврентий Михайлович положил руку на грудь и громко икнул. Потом стер со лба испарину и весь затрясся.

– Ребята, – крикнула Ксю. – Скорую! Нет, лучше сами грузите и везите.

Кто услышал, а кто нет, потому что Казимир навел такую панику, что половина команды уже разбежалась по машинам. Дольщик, который возит съемочную тележку по рельсам, и оператор подхватили ЛМ и потащили к машине.

– Вы что стоите? Бегите! Чертовщина же происходит. Призрак.

Сомневаюсь. Трюки это, и ничего большего. Мы стали медленно собираться, впрочем, как и световики. Кто, как не они, знали, сколько стоит киношное оборудование и что паника ни перед одним привидением не перевесит оставления аппаратуры.

То же самое и у нас с гримом. Хорошие средства стоят тысячи!

– Клыки! – вспомнила Ксю. – Наш злодей выложил их, перед тем как бежать. Где они? Утащил, что ли?

Она уперла руки в боки.

– Ксю, только не режим крутыша! Только не сейчас, – застонала я.

Но моя подруга уже разошлась. Пока я осматривала наши накладные клыки и не понимала, где Ксю нашла расхождения, она дооралась до требования позвать главного из заповедника.

Казимир буркнул:

– Ты только так нашему главе не скажи.

– Как?

– Что нашу территорию заповедником обозвала.

Справа раздался шум. Наши крепкие нервами осветители наперевес с оборудованием удирали от чего-то. Видно, что им было страшно до мокрых штанов, но из рук свое они не выпустили. Еще бы: если жив останешься, а аппаратура нет, то можно самому себя закапывать.

Я усмехнулась про себя. Какие все впечатлительные. Оказалось, мы с Ксю самые выдержанные.

С другой стороны, кто, как не художники по гриму, не покупаются на фантастический вид людей, когда мы сами им такой вид периодически придаем? Ну какие вампиры? Румянец на щеках Казимира вполне себе розовый, в глазах вон сосуд лопнул после споров с Ксю.

Помню, как одно время любила возить с собой муляж руки по локоть с «естественным» срезом и показывать членам команды как бы между прочим. Честно говоря, было забавно наблюдать, как они бледнеют, когда видят в багажнике конечность.

Брюнет, которого мы видели первым, явно главный здесь, шел к нам с невероятной скоростью. Наверное, тут база спортсменов с хорошим чувством юмора, раз такие шустрые. А может, еще что. Но как только я вновь увидела этого незнакомца, я поняла, зачем Ксю качала права.

Подруга сразу начала прихорашиваться: поправила рабочий комбинезон, расстегнула верхние пуговицы на груди и приготовилась к женской атаке.

Но я совсем не ожидала, что, как только разговор не заладится из-за того, что брюнет не поддался обаянию девушки, она шлепнется в обморок.

И все бы ничего – такие трюки я уже наблюдала от подружки, но, когда она старалась упасть натурально, не подумала, что вокруг могут быть камни. В итоге шлепнулась затылком прямо на булыжник, и вот это действительно меня испугало не на шутку.

– Ксю? Ксю! – тут же опустилась я рядом с ней, пытаясь осмотреть.

Из раны на затылке текла кровь. А голова – та еще неприятность для любых ранений. Хлещет из нее алая жидкость всегда так, что не поймешь, насколько все серьезно.

Ксю на самом деле была без сознания.

– Скорую, – пробормотала я, потянувшись за телефоном. – Нужно вызвать скорую.

Я достала мобильный, набрала номер экстренной помощи, но тут экран телефона закрыла ладонь брюнета.

– У нас внутри есть врач. Так будет быстрее.

– Боюсь, тут нужен не только внешний осмотр, но и компьютерная томография.

– У нас есть все необходимое оборудование для медицинской помощи. – Незнакомец ответил так, что я поверила.

Казимир смотрел на брюнета с большим уважением. Казалось, как только тот подошел, наш новый знакомый стал вести себя в разы сдержаннее.

Главный тренер? У них всех такое телосложение, что я не удивилась бы. Крупные, мускулистые и какие-то… грациозные, что ли? Если сравнивать с животными, то на ум приходят коты.

– Хорошо. – Я кивнула, понимая, что срочная помощь может оказаться как нельзя кстати.

Этот их главный тренер же предупреждал ЛМ по-хорошему не проводить съемки рядом с объектом. И выглядят эти ребята так, словно у них есть деньги, связи и сила. Так что точно связаны с государством. Если предлагают медицинскую помощь, надо соглашаться.

– Казимир, девушка на тебе. – В тоне главного тренера ощущались привычные ему властные нотки.

– Милая, пойдем, я тебя успокою. – Казимир положил руку мне на плечо, и я скинула ее с себя.

– Кхм-кхм, – прочистил горло брюнет, пресекая игривый настрой парня, и тот со вздохом присел и так легко поднял Ксю, словно она весила не больше котенка.

Таким стройным рядом мы и вошли на территорию, от которой у меня захватило дух.

«Военные», – первым делом мелькнуло в голове, когда я увидела необычную полосу препятствий. Вот только преграды и барьеры были такой странной формы, словно сочетали в себе усложненную детскую площадку, игровую зону для котов и полигон для тренировки бойцов.

Она была такой длинной, что начиналась справа от ворот и шла вперед на две сотни метров, скрываясь за корпусом здания.

Я посмотрела на фонарные столбы и отметила, что везде установлены камеры под разными углами. Казалось, тут нет слепых зон.

Все деревья были обмотаны толстыми канатами, волоски которых были расщеплены, словно их драли коты.

Одновременно с этим по левую сторону шли беседки с мангальными зонами, деревянными качелями-скамьями. За ними виднелась секция с песком для пляжного волейбола, вот только она была какая-то огромная, словно помноженная на пять. И зона теннисных столов необычная, с длиннющими столами.

Что удивило – я больше не видела ни одного человека. Все словно по команде разбежались или массово уехали за территорию. Из домика охраны никто не показался, но я подозревала, что с главным у нас все дороги открыты.

Я обратила внимание, что корпуса по строению напоминают старые дома отдыха, вот только обшиты все были по-современному. Почти у каждого окна висел кондиционер.

Когда мы прошли к отдельно стоящему домику с двумя машинами современнейшей скорой помощи, я увидела огромную стоянку за ними. И на стоянке было не меньше полусотни разнообразных автомобилей и даже несколько тонированных микроавтобусов.

Значит, люди тут есть, и много. Просто не показываются.

Мне становилось все любопытней и любопытней. Надеюсь, с Ксю не будет ничего серьезного и мы немного приоткроем завесу тайны местной территории.

Мы вошли в небольшой холл с диванами, креслами и столиками, и «главный тренер» повернулся ко мне и попросил:

– Не могли бы вы присесть здесь? Сейчас к вам подойдут и предложат напитки и закуски. А мы пока осмотрим вашу коллегу.

Я немного замешкалась, но взглянула в лицо брюнету и поняла, что с ним спорить бесполезно. Все-таки здоровье Ксю важнее. Я кивнула и села в кресло.

Казимир и главный скрылись из виду, и ко мне вышла эффектная блондинка. Знаете, которую видишь – и сразу становится стыдно и за свой внешний вид, и что животик не подкачала, и что носишь пуш-ап, а там явно все натуральное. И что не накрасилась, и что не уложилась.

Эх…

Ну и ладно. Если уж я перед рыжим героем опозорилась, что уж говорить про других.

– Здравствуйте! Как вы себя чувствуете?

Наверное, нормальный вопрос для мини-больницы, да?

– Здравствуйте. Все в порядке, спасибо. Вы не могли бы сообщать мне последние новости о моей подруге?

– Конечно. Меня зовут Диана. Не беспокойтесь, наш док сделает все возможное. А пока не хотите чаю или кофе?

Я любила чай, но подсела на кофе, потому что все вокруг хлестали его литрами с таким удовольствием, что оно оказалось заразным. Тем более, когда работаешь сверх нормы, небольшая доза зарядки никому не повредит. Но сейчас я хотела успокоиться, поэтому попросила просто воды.

Когда стакан оказался передо мной в компании разнообразных печенек, сразу стало уютней. Не знаю, как у всех, но у меня эти хлебобулочные изделия всегда создают ощущение, что тебе рады.

– Слышала, кино снимаете? – спросила Диана, садясь напротив.

Знаете, по тому, как человек садится, как держит спину, куда кладет руки и ноги, сразу становится понятно, какое место он занимает. И эта красивая женщина явно тут была не последним человеком. Она медленно откинулась на спинку кресла, положила ногу на ногу, а ее руки легли на подлокотники, как у босса. При этом взгляд ее был участливый и добрый. В ней тоже ощущалась сила.

Наверное, тоже либо военная, либо спортсменка. Или тут готовят тайных агентов?

– Да, снимаем фантастический сериал.

Так и хотелось расспросить ее, что за фокусы использовали их ребята, но что-то меня остановило. Будто интуиция закрыла невидимой ладонью рот.

Диана едва заметно подалась вперед и вкрадчивым голосом спросила:

– Удивились, наверное?

Из меня вытягивают информацию! Точно тайные агенты.

Внутри защекотало от тревоги. Как бы чего не ляпнуть, а то с Ксю отсюда живыми не уйдем. Не секрет, что у некоторых органов есть самые передовые технологии, о которых обычное население и мечтать не может. Лучше сделать вид, что я ничего не видела и не слышала.

– Чему?

– Наши ребята сорвали съемки.

– Ваш главный предупредил нашего режиссера, что не стоит снимать. Это вина нашей команды, что мы его не остановили.

Хотелось добавить, что я понимаю секретность объекта и необходимость держать язык за зубами, но я решила, что это может сыграть против меня.

Диана опустила взгляд, явно взвешивая что-то в уме.

Наконец она подняла взгляд и спросила:

– Может, у вас получилось снять, как сорвали съемку? Мне бы хотелось взглянуть.