- -
- 100%
- +
© Рамиль Булатов, 2018
ISBN 978-5-4493-5405-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Новая, новейшая и глобальная история
На протяжении ряда лет во всех научных и популярных источниках, СМИ, на устах политиков, употребление термина часто наблюдается в различных словосочетаниях, как то: «глобальный» глобальные угрозы, глобальное изменение климата, глобализация экономики, глобальная сеть интернет, глобальный экономический кризис и т. п.
Каждая из стран по-своему разделяет периоды истории государств и народов, больших и малых. Такой подход разделения исторических периодов на этапы не обошел и отечественную историю. Например, новое время (или новая история) – период в истории человечества, находящийся между Средневековьем и Новейшим временем.
Обратимся к традиции, начиная с последних периодов, применительно к отечественной истории:
– новейшая история России, прочно увязанная с историей советского периода и государства, где перестройка явилась, сама по себе, переходным этапом к зарождению глобальных процессов на ее территории, заметно коррелируемых с процессами, происходящими в мире в связи с интеграционными процессами в отечественной экономике и экономиках целого ряда стран. Открытая экономика и международный туризм, с его свободным передвижением больших масс населения многих стран, конвертируемая валюта у ранее «закрытых» в этом смысле стран (Россия, СНГ, ЕАЭС, Китай, государства бывшей советской экономической системы и др.), более свободное перемещение товаров, услуг, трудовых и интеллектуальных ресурсов, членство в ВТО, БРИКС, ШОС, новые формы экономических и политических отношений, зарождение века информационных технологий и свободного обмена информацией по всей планете, конвертация образовательных программ и дипломов, глобальные совместные проекты в рамках ООН, БРИКС, ЕС, ЕАЭС.
Интересен, с этой точки зрения следующий ряд, показывающий прогрессию в росте населения планеты: 1 млрд. в 1820; до 2 млрд. в 1930; 3 млрд. в 1960; 4 млрд. в 1974; 5 млрд. в 1988; 6 млрд. в 2000; 7 млрд. в 2011; 9,3 млрд. прогнозируется к 2050 году /https://ru.wikipedia.org/ wiki /Новейшее_время/.
В связи с этим логично отнести интеграционные процессы и к исторической трактовке политических и социально экономических явлений современности, которые позволительно назвать здесь как начало периода осознания в связи со следующими составляющими этих процессов: глобальной истории
– всепланетарная угроза применения оружия массового поражения;
– глобализация мировой экономики и ослабление политической составляющей в управлении отдельными странами, в особенности средних и малых, не входящих в объединения типа G8/G7, G20;
– мировая сеть интернет;
– свободный обмен информацией и мнениями между учеными, экономистами, политиками, гражданами, что позволяет вырабатывать общие взгляды, методы и походы во многих отраслях человеческой деятельности, в том числе и в исторических науках:
– свободная конвертация валюты;
– свободный доступ граждан большинства стран к аналитической и исторической видам информации;
– приобретение многими народами и этносами четких очертаний исторической идентичности и приобретение ими национального самосознания в связи с вышеуказанными причинами;
– новейшие научные открытия;
– резкие скачки в науке и технологиях, обозначаемые терминами научно-техническая и технологическая революция;
– новые виды энергии;
– развитие подлинных образчиков мировой культуры, образования и медицины на новый уровень;
– глобальные угрозы в связи с мировыми экологическими, гуманитарными и климатическими катаклизмами, как существующими, так и прогнозируемыми сообществом ученых многих стран.
Исходя из вышесказанного, в ряде случаев уместно применять термин современная ко многим политическим, экономическим и социальным явлениям, затрагивающим большие территории, экономические интересы и массы людей в большинстве стран мира. глобальная история
Часто эти взаимоувязаны с инициативами и программами ООН, БРИКС, ЕС, ЕАЭС, РФ, результаты которых сказываются на развитии человечества в целом. глобальные исторические явления
В частности, историю России в последние 20—30 лет конца II-го – начала III-го тысячелетия, логично было бы именовать, как , в качестве завершающего этапа нового времени (новой истории) и перехода к современной историю переходного периода глобальной истории.
Понятие «Новая история» появилось в европейской историко-философской мысли в эпоху Возрождения /https://ru.wikipedia.org/wiki /Новое_время/.
– новая история России традиционно определяется периодом XVII—XIX вв. Россия сформировалась как цивилизационно неоднородное общество. В силу своего геополитического положения она представляла собой особый, исторически сложившийся конгломерат народов, относящихся к разным типам развития, испытывающим как западные, так и восточные влияния (История и культурология/Россия в эпоху нового времени) /http://bibliotekar.ru/culturologia/53.htm/.
Специалисты часто обращаются к термину новейшее время – период в истории человечества с 1918 года по настоящее время или с 1917 года (когда в России произошла социалистическая революция) [Советская историческая энциклопедия (1973—1982 годы). – Под ред. Е. М. Жукова]. Впервые термин «новейшее время» (нем. Neuerer Zeit) использует Гегель в начале XIX века в работе «Философия истории».
Поставщики смыслов, фантасты и интродукторы идей и технологий
Мега проекты, их прошлое, настоящее и будущее находятся в тесной связи с бурным развитием науки и технологий на фоне глобализации экономики. Человеку мыслящему всегда было свойственно определять свои координаты во времени и социально-экономическом пространстве. Чем современный мир отличается от архаичных представлений о нем бытующих в социуме?
25—27 октября 2013 года в Санкт-Петербурге прошла десятая конференция по проблемам долгосрочного прогнозирования «Форум Будущего». Тема Форума – «Управление мифами: поиск нового видения технологического будущего и возвращение научной фантастики». Частью Форума была восемнадцатая церемония вручения Российской литературной премии «Странник». Форум прошел при поддержке ОАО Российская венчурная компания («РВК»).
Частью задач Форума было обсуждение перспектив научной фантастики как инструмента развития и популяризации науки и технологий в России. Без фантастики, формирующей образ будущего и долгосрочные задачи для взаимодействия технологий и общества, проекты, направленные на развитие технологий, не имеют под собой оснований. С точки зрения эволюционистов, процессы в современной инновационной системе России требуют «перемешивания среды» – организации и развития взаимодействия между разработчиками технологий и поставщиками смыслов – писателями-фантастами.
В результате двухдневной сессии была разработана линейка концепций для журнала по фантастике и футурологии «Если». С точки зрения продвижения науки, технологий, фантастики, журнал – это способ людям начать читать, понять, что важно и интересно, погрузится в ранее незнакомые им темы. Были представлены варианты бумажного издания, концепты онлайн-версий журнала, включая инструментарий работы с сообществами, а также концепции монетизации проекта. Участники Форума, включая известных российских писателей-фантастов и представителей фабрик мысли, выразили готовность принимать активное участие в реализации проекта.
Для развития высоких технологий России нужны не только инновации, но и развитие рынков прогнозирования, фантастики, инноваций – а вместе с ними и рынка бумажных книг. Проект журнала работает на форматирование и развитие соответствующих рынков.
С точки зрения участников Форума, основное направление развития научной фантастики в стране в горизонте 5—7 лет – обсуждение социальных последствий развития новых технологий, т.е. того, как существующие и перспективные технологические прорывы будут восприняты обществом. Возможно, следует поставить вопрос о развитии гуманитарно-научной фантастики, как произведений об обществе и его отношениях с технологиями (см.: X Междисциплинарная конференция «Форум Будущего»).
Группа «Конструирование будущего» – это фабрика мысли, негосударственная исследовательская организация, занимающаяся долгосрочным прогнозированием и исследованиями в области управления будущим. Основана в 2000 г. в Санкт-Петербурге футурологом Сергеем Переслегиным, издателем Николаем Ютановым, писателем Андреем Столяровым и ученым Дмитрием Ивашинцевым.
Группа изучает проблемы современного глобального, общественно-политического, экономического, технологического, социального развития, проводит форсайты, создает долгосрочные прогнозы и стратегии развития по заказу государственных и коммерческих структур.
Эксперты фабрики мысли разрабатывают новые способы анализа и прогнозирования, техники групповой работы, создают образовательные методики. Результаты исследований публикуются в виде книг и статей.
Санкт-Петербург, как подтверждается, изобилует различными группами: футурологов, креативно мыслящих людей и фантастов, формальными и неформальными объединениями, пытающимися строить будущее, – это огромный культурологический слой, который как и сам город имеет 300-летнюю историю.
Позволим себе небольшое отступление для рассмотрения примера из менее абстрактного сектора деятельности социума. Фьючерсный контракт, также имеет некоторое касательство к будущему; он позволяет хеджировать отклонения от намеченных результатов, но уже в реальном секторе экономики и материального производства, в качестве классического рыночного механизма, как это диктуют экономические законы при рыночных отношениях.
Прогнозирование разительно отличается от форсайт-проектирования, так же как и фантастика и собственно фантазирование от мозговых штурмов, в частности, при создании проектов, – реальных продуктов творчества, на основе которых в результате инновационного проектирования в конечном итоге участники и стейкхолдеры проекта намерены получить полезный рыночный продукт. Отсюда следует, что граница, хотя и существенно размытая, между человеческой фантазией, фантастикой, элементами прогнозирования и реальным сектором экономики и среднесрочным и долгосрочным планированием с целью достижения устойчивого развития, лежит до форсайт-проектирования, а последнее тяготеет, все-таки, больше к планированию и инновационному проектированию, на основе идей и расчетов, охлажденных реальной действительностью.
Буквально в недавнем прошлом руководство, гражданская и научная общественность Татарстана столкнулась с питерскими футурологами, в лице представителей АНО МЦЭИС «Леонтьевский центр» – авторами проекта «Стратегия пространственного развития Республики Татарстан» (авт. Р.М.Воронкова, ООО «Лаборатория градопланирования») и «Стратегия социально-экономического развития Республики Татарстан до 2030 г.», «Татарстан-2030» (рук. д.э. н. Б.В.Жихаревич).
Проводились публичные презентации проекта. О проекте много говорили, и в кулуарах и в СМИ. Общественность республики всегда волновали проблемы экономического развития региона.
Как показывают многие аналитики, в том числе и в СМИ, – проект «Татарстан-2030» находится еще «в пути» и его авторы окончательно, в явном виде, не доказали с какой стороны, по отношению к классическому пониманию форсайт-проекта, находится сам проект? До или после?
Представители МСП и гражданская общественность в ожидании реального наполнения очерченных в проекте долгосрочных планов и рекомендаций.
Что же нам объясняют классические методологи форсайта?
Форсайт (от англ. Foresight – взгляд в будущее, предвидение) – это инструмент формирования приоритетов и мобилизации большого количества участников для достижения качественно новых результатов в сфере науки и технологий, экономики, государства и общества. По результатам форсайт-проектов создаются дорожные карты. Является одним из важнейших инструментов инновационной экономики.
Современные форсайтные разработки тесно связаны с техникой сценирования.
«Форсайт – это систематические попытки оценить долгосрочные перспективы науки, технологий, экономики и общества, чтобы определить стратегические направления исследований и новые технологии, способные принести наибольшие социально-экономические блага». Бен Мартин (SPRU, University of Sussex).
Появившись около 30 лет назад, форсайт сейчас стал одним из основных инструментов инновационной экономики. Сначала его применяли для формирования образов будущего в сфере технологий, там он отработан особенно хорошо. Затем технология форсайта стала использоваться в бизнесе – дорожные карты и результаты форсайт-проектов стали основанием для разработки стратегий в бизнесе.
Идея поддержания традиционного уклада социальной жизни уже в прошлом. Идея изменения социальной жизни в соответствии с интересами одного класса, как это было в России – в прошлом. Форсайт становится инструментом для формирования социальной реальности. Страны, претендующие на лидерство в современном мире, уже не могут позволить себе жить так, как жилось раньше. Они начали работать на создание своего социального будущего и активно включают в этот процесс общество и соответствующим образом пытаются трансформировать устаревшие институты.
Базовые принципы форсайта:
– Будущее творимо; оно зависит от прилагаемых усилий.
– Будущее вариативно (возможно много вариантов будущего) – оно не проистекает из прошлого и зависит от решений, которые будут предприняты участниками.
– Есть зоны, по отношению к которой можно строить прогнозы, но наши действия не предопределены.
– Будущее нельзя спрогнозировать или предсказать, можно быть к нему готовым.
Большинство форсайт-проектов в качестве центрального компонента включают перспективы развития науки и технологий. Обычно эти вопросы становятся предметом обсуждения не только учёных, но и политиков, бизнесменов, специалистов-практиков из разных отраслей экономики. Результатом таких обсуждений становится появление новых идей, связанных с совершенствованием механизмов управления наукой, интеграцией науки, образования и промышленности и, в конечном счёте, повышение конкурентоспособности страны, отрасли или региона. Кроме того, уже сама организация систематических попыток «заглянуть в будущее» приводит к формированию более высокой культуры управления и в итоге – к формированию более обоснованной научно-технической и инновационной политики.
Форсайт всегда подразумевает участие (часто путём проведения интенсивных взаимных обсуждений) многих экспертов из всех сфер деятельности, в той или иной степени связанных с тематикой конкретного форсайт-проекта, а иногда и проведение опросов определённых групп населения (жителей региона, молодёжи и др.), прямо заинтересованных в решении проблем, обсуждающихся в рамках проекта.
Главное отличие Форсайта от традиционных прогнозов – нацеленность на разработку практических мер по приближению выбранных стратегических ориентиров.
Итак, мы попытались определить методы создания и реализации мега проектов, а также их место и место авторов, участников, руководителей и наблюдателей в пространстве развиваемого проекта и общем социально-экономическом пространстве.
В этом смысле, в качестве мега проекта, рассматривается и социально-экономический проект «Наукограды Республики Татарстан» (авт. Р.И.Булатов «Российский экологический центр») в продолжение которого строятся наукограды Иннополис и Смарт Сити Казань. О правильно построенной стратегии проекта говорит тот факт, что Иннополис в качестве города состоялся и функционирует, строится вторая и третья очереди города, начала работу мэрия, университет, множество компаний-резидентов, ведутся научные и прикладные работы, созданы инфраструктура и жилищный фонд, а сам город приобрел статус федерального проекта и признан в качестве IT-столицы России. Планируется размещение на территории наукограда Иннополис ЭКО-Полиса – научно-образовательного и делового центра функционирующего в направлении развития экологии, экопромышленных и экосоциальных систем (авт. В.А.Петров, Р.И.Булатов).
Примечателен, в плане рождения и продвижения форсайтов в настоящее время Международный форум «Стратегическое планирование в регионах и городах России» в Санкт-Петербурге», в ряде некоторых из них нами принято участие. В последних XVI, XVI и XVII 2018 года форумах Р.И.Булатовым были представлены теоретические и практические разработки, доклады, проведен ряд переговоров о будущем наукоградов Татарстана и сотрудничестве в рамках Международного консорциума «Санкт-Петербургский кластер чистых технологий для городской среды, консорциума «Зеленые кластеры России», территориально-отраслевого кластера «Агрополис «Алькиагробиопром».
Экономические кризисы и «горячие точки»
Исторические прогрессии, их инерция отдаются отзвуками событий в Украине.
Панславизм и русское славянофильство – возможны ли мезальянсы?
СССР, Югославия, Украина… Какова степень дробления того мира, который, в основном, представлен носителями славянской культуры и языков, на этносы и субэтнические группы? Веление ли это времени или глубоко заложенная «историческая мина» замедленного действия? Или это встречные явления процессу глобализации экономики? Можно ли отыскать ответ в историческом прошлом европейской части Евразийского континента?
Всегда ли дробление территорий было спасательным кругом для местных элит или оно вело в пропасть социально-экономических кризисов? Кому необходим и выгоден упадок экономики у наших соседей по Европе? Какие силы управляют этим процессом и извлекают прибыль? Или это естественный процесс, с определенной долей неумолимости в своей цикличности, как и многие другие глобальные процессы в ноосфере и социально-экономических отношениях как внутри государственных образований, так и во внешних политических и исторических отношениях между ними? Каков уровень гражданственности противоборствующих групп? Проведем экскурс в историю общественной мысли и внутренних и внешних отношений в славянизированной среде на «театре политических и боевых действий» Восточной Европы. Вот что говорят энциклопедии, исторические документы и интернет-источники:
Славянофильство – направление русской общественной мысли, противостоявшее западничеству. Его приверженцы делали упор на самобытном развитии России, ее религиозно-историческом и культурно-национальном своеобразии и стремились доказать, что славянский мир призван обновить Европу своими экономическими, бытовыми, нравственными и религиозными началами. Западники же стояли на точке зрения единства человечества и закономерностей его исторического развития и полагали неизбежным для России пройти теми же историческими путями, что и ушедшие вперед западноевропейские народы. В основе социально-политических расхождений этих двух интеллектуальных направлений лежали глубокие философские разногласия. Флоровский писал, что «славянофильство» и «западничество» – имена очень неточные, только подающие повод к недоразумениям и ложным толкованиям. Во всяком случае, это не только и даже не столько две историко-политические идеологии, сколько два целостных и несводимых мировоззрения» (Флоровский Г. Пути русского богословия. Париж, 1937. С. 249).
Справедливо подчеркивая необходимость совестливого начала, славянофилы вместе с тем недооценивали необходимость правового регулирования поведения людей. В слабости внешних правовых форм и даже в полном отсутствии внешнего правопорядка в русской общественной жизни они усматривали положительную, а не отрицательную сторону. В то же время порочность западноевропейских порядков они видели в том, что западное общество пошло путем «внешней правды, путем государства». Третьей характерной чертой славянофильского миропонимания была его религиозность. Славянофилы полагали, что, в конечном счете, вера определяет и движение истории, и быт, и мораль, и мышление. Поэтому идея истинной веры и истинной церкви лежала в основе всех их философских построений. Герцен, очень высоко ценивший ум и философскую эрудицию Киреевского, с горечью отмечал, что «между ним (т. е. Киреевским) и нами была церковная стена» (Герцен А. И. Собр. соч.: В 30 т. М., 1956. Т. 9. С. 159).
Славянофилы не отрицали достижений – западноевропейской культуры, высоко ценили внешнюю обустроенность западной жизни, с глубоким уважением относились к западноевропейской науке. Но их активное неприятие вызывало господство индивидуализма, разъединенность, раздробленность, обособленность духовного мира людей, подчинение духовной жизни внешним обстоятельствам, господство материальных интересов над духовными. Все это, считали они, являлось следствием рационализма, который стал преобладающим в западном мышлении из-за отхода западного христианства, т. е. католичества (латинства, как писал Киреевский), от подлинной христианской религии. Из-за того, что римская иерархия ввела в веру новые догматы, рассуждал Киреевский:».. Произошло то первое раздвоение в самом основном начале западного вероучения, из которого развилась: сперва схоластическая философия внутри веры, потом реформация в вере и, наконец, философия вне веры» (Киреевский И. В. Критика и эстетика. М., 1979. с. 296).
В философии Гегеля славянофилы видели вершину развития западного рационализма, с которой стали особенно явно видны как достижения последнего, так и его неизлечимые пороки. Главный среди них – разрушение цельности человеческого духа, абсолютизация логического мышления, которое, по их мнению, отделялось в рационализме от других познавательных способностей и противопоставлялось им. Философские идеи славянофильства в 60-е гг. получили свое развитие в идеологии почвенничества, главными представителями которого были Достоевский, Григорьев, Страхов, а в 70-80-е гг. – в работах Данилевского и отчасти К. Н. Леонтьева.
Представители славянофильства противопоставляли исторический путь развития России развитию стран Западной Европы и идеализировали патриархальные черты русского быта и культуры
Панславизм – идеология, сформировавшаяся в странах, населённых славянскими народами, в основе которой лежат идеи о необходимости славянского национального политического объединения на основе этнической, культурной и языковой общности. Сформировалась в среде славянских народов в конце XVIII – первой половине XIX веков.
В конце XIX века на основе панславистского движения сформировалось движение неославистов, которое ставило перед собой аналогичные задачи, но требовали равенства славянских народов между собой и освобождения от русского лидерства в деле освобождения славянских государств и объединения народов.
Термин «панславизм» впервые был предложен в Чехии Яном Геркелем в 1826 году. Политические взгляды большинства славянских народов, славянское национальное возрождение – факторы, которые привели к появлению среди западных и южных славян (Йозеф Добровский (чех), Павел Шафарик, Ян Коллар (словаки), Людевит Гай (хорват), Вук Караджич (серб) и другие) идей славянского единства и культурной общности.
После Первой мировой войны и создания Королевства Югославия, возглавляемой сербской династией, было объединено большинство южнославянских народов, вне зависимости от религии и культуры.
Президент Тито, хорвато-словенец по национальности, выступал за равенство между этническими группами, в том числе, и среди не-славян. Это привело к относительно мирному сосуществованию и процветанию, однако именно национально-административная политика Югославии послужившая основанием для будущего демонтажа Югославской федерации.
Панславизм в Польше имеет свои особенности и корни. Исторически Польша не раз вставала во главе восточноевропейского объединения, панславянского объединения в Европе. Так, при царствовании династии Ягеллонов на короткое время личной унией были скреплены Польское Королевство, Чехия, Королевство Венгрия, Великое Княжество Литовское и находящийся в унии с Венгрией Хорватское королевство. Позже именно под руководством Ягеллонов было создано первое в своём роде федеративного панславянское государство – Речь Посполитая, объединявшая в себе три славянских народа.
Именно мелодия и мотив польского национальной освободительной песни Мазурки Добровского послужило основой для создания ряда славянских гимнов и панславянского гимна «Гей, славяне!».
В коммунистическую эпоху Польской государственности, славянская риторика использовалась как инструмент пропаганды дружбы с СССР, чтобы оправдать свой контроль над страной. Вопрос панславизма не был частью основной политической повестки дня, и широко рассматривался в качестве идеологии советского влияния.