Два сердца столицы

Выехав из подтопленного паркинга, она ехала в сторону аэропорта 20км/ч, чтобы не создавать лишнего шума. Птички пели по-весеннему, светило солнце. Из-за тишины в городе, были слышны шуршания листвы и жужжание насекомых. Девушка аккуратно, оглядываясь по сторонам возвращаясь в свое укрытие, ей было важно доставить в целости и сохранности себя и свой автомобиль.

– Не помню, чтобы весна была такой тёплой. Сейчас заедем в одно место, – сказала она своему песелю, который лежал на соседнем сиденье и играл с игрушкой. Юля припарковалась у панельной девятиэтажки на Ленинском проспекте и трансформировав лежанку Степы в рюкзак, накинув его на плечи, вышла из машины. Они прошли несколько метров и зашли в небольшой зоомагазин. Было пусто, стояли пустые ведра, некоторые были опрокинуты, по полу были раскиданы остатки несъеденного корма. Там, на полу лежал шланг, который девушка протянула туда,подсоединив его к крану в уборной, включила и наполнила ведра водой, которые стояли на входе в магазин, затем достала нож и разрезала мешки с кормом, корм посыпался на пол. Юля оглядела зоомагазин, взяла с прилавка несколько мешочков с собачьим вкусняшками для Степы и вернулась в автомобиль, снова разложила Степе лежанку,

– Вот держи, – она дала ему дольку вкусняшки и почесала его за ухом. Они выдвинулись в аэропорт…

Несколько месяцев назад:

Армагеддон’20 убил все человечество, но не тронул домашних животных. Ни один из питомцев не умер от нового вируса, поэтому некоторые животные остались заперты в квартирах, рядом со своими мумифицированными хозяевами. В то время Юля, которой нечем было заняться в опустевшим мире, брала ящик с инструментами и ходила по этажам своего ЖК, взламывала квартиры соседей, выпуская питомцев на свободу. В квартирах, которые ей нравились, она задерживалась, садилась на пол, скрестив ноги и смотрела на интерьер или на вид из окон. Затем она ходила по улицам района, усадив своего песеля в рюкзак-переноску и рассыпала корма в зоомагазинах, ставила ведра с водой. Некогда домашние собаки начали сбиваться в стаи, приспосабливаясь к новой реальности. Среди бойцовских пород собак мог находится и маленький чихуахуа, который бродил рядом с лабрадором. Животные выживали как могли, бегали по улицам города в поисках пропитания. Юля разрезала мешки, высыпала корм внутри магазина, чтобы в случаи непогоды еда не испортилась и бродячие животные могли поесть. Она сидела на крыльце, собаки ели, иногда подходили к ней, чтобы она их погладила, как это делали их хозяева при жизни, иногда собаки лежали рядом, а затем расходились. Юля смотрела на них, думая о их прежней жизни, рассуждая о том, что у них были имена, но чтобы не запутаться, каждого из собак она называла просто «Бродяга». В какой-то момент они даже начали отзываться на эту кличку. У девушки всегда была особая связь с собаками, они всегда тянулись к ней.

– Интересно, им нравится их новая жизнь. Обожаю собак, это лучшие существа, хорошо, что они живы, – размышляла вслух Юля, почесывая Бродяг за ухом.

Все районные собаки, завидев фигуру девушки или услышав её голос, мчались к ней навстречу, радостно виляя хвостами…

Несколько дней назад:

Добравшись без происшествий до аэропорта, вечер Юля провела как обычно, сидя на полу в ангаре, скрестив ноги, поедая кукурузные палочки и разглядывая свой автомобиль. За столько месяцев разлуки она, как истинный интроверт, соскучилась по нему. Стёпа лежал рядом и грыз косточку.

– Как красиво, – рассуждала девушка и потянувшись за кукурузной палочкой заметила, что тремор рук снова вернулся.

– Завтра надо ехать за успокоительными на медецинский склад. Панические атаки вернулись, – сказала она лежащему рядом Степе. Тот поднял на неё свои глаза и подошел поближе, положив голову ей на колени. Просидев еще несколько часов, дождавшись, когда ночь опустится на город, они вернулись в свой Боинг.

В эту ночь она снова плохо спала, её мучали приливы то жары, то холода, высокий пульс, паническая атака никак не отступала. После совершенного убийства девушка совсем не хотела покидать аэропорт, боясь встреч с охотниками. Каждую ночь её мучали кошмары, как Ворон поднимается с земли с ножом в спине и кричит: «Я найду тебя». Сценарий сна менялся, но фраза была неизменной.

Утром она сидела скрестив ноги на взлетно-посадочной полосе и смотрела на боинг, на фоне восходящего солнце, Стёпа лежал рядом. Состояние девушки были разбитое, она никак не могла выспаться и прийти в себя.

– Думаю именно так выглядит и ощущается посттравматический синдром. Убила я его, потому что он создал опасность для меня. Я защищалась! В условиях нынешней ситуации я все сделала правильно. Надо съездить на фармацевтический склад и найти таблетки атаракса, раньше мне их выписывали… Интересно, в городе можно увидеть зелёный луч восходящего солнца? – сказала она вслух, постоянно меняя темы своих размышлений…

Не далеко от аэропорта находится огромный фармацевтический ангар, там есть бинты, любые таблетки, шприцы, вообще все. Юля была там уже несколько раз, брала оттуда пластыри, спирт и обезболивающее, на всякий случай. В этот раз она оставила Степу в своем убежище, тот и сам не желал покидать их дом, видимо из-за пережитого стресса в последнюю вылазки…

Утро было серым, моросил дождь, но температура воздуха сохранялась в районе 15 градусов. В качестве средства самозащиты она взяла из мастерской молоток,надела на свои брюки пояс монтажника и повесила держатель для молотка, поверх топа нацепила оверсайз зиппер. Натянув на лицо балаклаву и посмотрев на свое отражение, вздохнула и сказала:

– Мир меняется, сказали бы мне два года назад, что я останусь единственной выжившей и ещё буду бороться за свою жизнь с какими-то костюмированными бойцами, ни за что бы не поверила. Да и кто бы поверил?!

– Она чмокнула лежащего на постели Степу и покинула частный борт «Борхан»…

Юля ехала на электрокаре, который нашла вблизи аэропорта, по трассе, ведущей к складу, следила за обстановкой по боковым зеркалам. Наверно, девушка ещё долго бы не выбиралась из своего укрытия, но она чувствовала, что ей срочно нужны эти таблетки. Ей нужно научиться выживать в новом мире, но на данный момент без помощи лекарств она не справлялась.

– Знаете в чем плюсы и минусы пережить апокалипсис? Плюсы-людей нет, минусы-их вообще нет, а если и есть, то оказалось, что они хотят тебя убить или навредить. Так странно, человечество почти вымерло, а его остатки вместо того, чтобы объединиться и строить новый мир, уничтожают друг друга. Меня это не касается, я убила Ворона в целях своей защиты и защиты синеглазки, – Юля вдруг поймала себя на мысли.

– Если бы я не убила Ворона, он бы убил синеглазку, значит я спасла его. Выбора-то не было, все равно нужно было жертвовать чьей-то жизнью. Хотя этот синеглазка тоже очень подозрительный, – продолжала рассуждать она вслух.

Подъехав к складским помещениям и припарковав машину, девушка огляделась по сторонам, убеждаясь что никого нет. Она испытывала внутреннюю тревогу, у неё снова начался тремор рук и она натянула рукава зиппера на пальцы и подошла к двери. Дверь со скрипом открылась, девушка подождала, снова убеждаясь, что никого нет и никто её не слышал. Стояла тишина.

Она медленно передвигалась, рассматривая высокие стеллажи, заставленные коробками с лекарствами и перешагивала через опрокинутые вещи. Вдруг она услышала глухой скрип за стеллажом рядом с ней, Юля резко замерла, её рука автоматически потянулась к молотку. Она продолжила медленно двигаться вдоль стеллажа, как ей казалось, по звуку, кто-то с другой стороны тоже шел параллельно ей. Выйдя в проход, девушка замахнулась молотком, а на неё было наставлено оружие. Парень также как и она был в балаклаве. Он увидев девушку, резко стянул балаклаву.

– Тихо! Это я, – сказал он, опуская пистолет.

– Псих придуроШный, – сказала Юля и прошла мимо, пытаясь успокоиться и сбить свой зашкаливающий пульс.

– Я Егор, малыш, – парень засунул балаклаву в карман своего зиппера.

Юля спрятала молоток за спину и прошла вперед.

– Где твоя собачонка? – спросил парень и последовал за ней.

– Дома.

Поняв, что про свое укрытие она ему ничего не расскажет, он оглядел ее сверху вниз и сказал:

– Молоток хуйня. Тебе надо иметь при себе перцовый баллончик и уметь быстро бегать. Выбить из твоих рук молоток-секундное дело. Ты быстро бегаешь? – спросил он, облокатившись на угол стеллажа.

Юля напряглась и посмотрела на него, размышляя о том, что он псих:

– А ты? – спросила она.

– Лан, потом зачекаем твои навыки в беге, – пробурчал он, разглядывая коробку какого-то лекарства и возвращая её на место.

Девушка села на корточки и начала вытаскивать из ящика упаковки Атаракса. Парень пригляделся.

– Панички ебашат? – спросил он.

– Ага.

– После того как ты этого уебана прирезала? Малыш забей, ты все правильно сделала.

Юля взяла упаковок 50.

– Давай синеглазка, пока! – и направилась к выходу.

– Нам надо держаться вместе, – он схватил её за плечо и взглянул в глаза.

– Я люблю быть одна. А ты очень подозрительный, – девушка выхватила руку и покинула амбар. Парень прикусил губу.

Выйдя из помещение, она увидела, что Егор что-то ищет на нижних полках, а его ламба стоит за углом. Девушка взвесила все за и против и проглотив таблетку атаракса завернула за угол. Ключи от ламбы лежали внутри, она как можно тише открыла дверь и села за руль.

– Классная тачка, а какой салон, дорого-богато, – сказала Юля и завела ламбу. Звук мотора был прекрасен.

– Уф, какой звук. Как мне не хватало этих прекрасных звуков и такой красоты. Это роскошь, – сказала девушка, погладив замшевый руль.

Егор искал таблетки от головной боли, находил и складывал их в карман, когда услышала знакомый звук двигателя.

– Сука! – он вскочил и выбежал на улицу. Юля уже подъехала ко входу и улыбнулась ему, открыв окно.

– Тачку верни, – сказал он.

– А ты хорошо попроси, – парень кинулся к двери, а девушка дала по газам и выехав на трассу скрылась за поворотом.

– Сука! Я тебя найду! Я сука до тебя доберусь! Юля, ты доиграешься у меня! – кричал раздраженно он и чтобы как-то выплеснуть свою агрессию, со всей силы ударил кулаком по воротам ангара и сел на землю, облокотившись к стене, думал о своих дальнейших действиях. Он посмотрел на часы Rolex на своей руке,

– Сегодня четверг. Значит ты, сучка, завтра приедешь в свой подвал, там мы и встретимся, – решил он, прикусив губу и посмотрев на разбитую руку, зашел обратно в ангар взять спирт и бинты. Рука была забинтована, балаклава надета, парень покинул амбар и поехал в сторону дома на электрокаре, который бросила Юля. Он всю дорогу пытался побороть приступ агрессии…

Девушка уже загнала ламбу в ангар:

– Нереальная машина! – рассказывала она Степе, изучая наличие вещей. В бардачке лажали киндеры и фантики от них, на заднем сиденье был брошен пистолет. Юля, поедая киндер, открыла козырек, там лежала карточка сложенная пополам, девушка развернула, ее пульс вновь начал зашкаливать. Это была ее фотография. Из ее квартиры.

– Он мародер-преследователь, поэтому и моё фото у него. Он был в нашей квартире. Он наверно за одно с охотниками. А вдруг он договорился с ними, что они сохранят ему жизнь, а он отдаст им меня, – сказала она Степе и выйдя из машины открыла багажник. Девушка замерла на месте, там стояли два ящика: один был до краев заполнен патронами, а второй оружием. Юля смотрела на это, думая о том, что ей теперь делать.

– Стёпа, мы угнали тачку у мародера-психа. А вдруг он правда с теми костюмированными… Но хотя он сам чуть не погиб от их рук, а вдруг это все запланировано…Похоже, что угонять его машину было импульсивным решением. Зачем ему моя фотография и мой кулон? Все таки в первое время, когда никого не было мы жили спокойнее. Ну ладно, угнали и угнали. Мы же уже это сделали, – девушка захлопнула дверь и взяв Степу на руки, вернулась в самолет.

Она лежала в кровати, в обнимку со Степой, чувствуя как паническая атака обволакивает её тело. Юля встав, начала ходить взад-вперед по самолету, пытаясь отвлечься от дурных мыслей, которые лезли в голову. Залезла в стол, где лежали её личные вещи: блокноты и всякие заметки. Она что-то искала, снова и снова перебирая вещи в столе.

– Черт, я забыла фотоальбом в кладовке и скетчбук с рисунками и сказками, которые я писала во время пандемии. Стёпа, нам надо съездить туда. Завтра! Забрать остатки вещей. Вдруг этот мародер будет меня искать. Мы все заберём и больше туда никогда не вернёмся, – выпив целую таблетку атаракса, девушка почувствовала как постепенно, начиная с макушки её головы, паническая атака отступает, она села, разложила кресло и погрузилась в сон.

Атаки вернулись к ней зимой 2021 года…

Зима 2021

Этот период был самый тяжелый, каждая страна пыталась сдержать распространение Армагеддона. Все авиасообщения и сухопутные границы были закрыты…

Я также как и все сдавала ПЦР, но мои тесты всегда были отрицательными. Тогда я решила, что если никаких признаков заболевания у меня нет, то я обязательно дождусь лекарство. Ведь от меня зависела еще и жизнь моего песеля, без меня он не выживет.

Я научилась справляться со своими эмоциями, мой мозг перестроился на программу выжить любой ценой, подстраиваясь под сложившуюся ситуацию и отключил функцию эмпатии. Я поняла в то время-главное правило не задумываться на тему высокой смертности и того, что будет с миром. Надо жить настоящим, полностью фокусируясь на себе. В то время мне нужна была какая-то идея за которую бы я держалась и я её себе нашла.

Я пообещала Степе, что после победы над вирусом, мы вместе с ним отправимся в Перу. Мы будем гулять по красивым местам, отправимся смотреть Мачу-Пикчу, а потом купим тур по Амазонке и будем путешествовать целый год по всей Латинской Америке.

Я лежала в своей постели в ЮЗАО и мне казалось, что я слышу как огромный ковш роет землю для массового захоронения в Коммунарке. Но это было невозможно, между моим домом и Коммунаркой 20 км. Когда земли для массовых могил не стало хватать, жертв вируса начали сжигать, печи крематориев работали круглосуточно. Я выглядывала в окно и видела, что город пустеет, приобретая ужасающую картину. Вот тогда панические атаки и вернулись.

– Доберемся до Перу и там все пройдёт. Тебе туда можно, я все узнала. Ты же не собака, ты мой компаньон, – говорила я Степе…

сегодня

…Перебегая дорогу, они услышали уже знакомое жужжание и тут же подняли голову-над ними летал коптер.

– Сука! – выругался Егор, он схватил девушку за руку и кинулся ближе к домам, пытаясь скрыться под листвой деревьев и кустарников.

– Стоять! – послышался голос сзади.

– Окружайте, они под деревьями, бегут в сторону Якиманки, вдоль девятиэтажек. Окружайте, – давал команду один из охотников, который сидел на крыше дома на Ленинском и управлял квадрокоптером.

Из-за зеленой листвы на деревьях ему было сложно разглядеть ребят.

Егор поднял с земли камень и швырнул его в коптер, от того что-то отвалилось и он повалился на землю.

– Суки живчики, второй коптер нам утилизировали. Парни ловите их. Вновь послышался голос по рации, – в этот момент Юля свистнула, где-то вдали послышался собачий лай.

Когда Егор и Юля выбежали на открытое пространство около серой девятиэтажки, их окружили, наставив на них оружие.

Егор вытащил из кармана свой пистолет.

– База прием, их двое и они реально адаптированы к зараженной среде, – передавал охотник, сидящий на крыше.

– Прием, взяли их?

– Парни работают. Думаю сегодня мы вернёмся не с пустыми руками.

– Ура! Ждём. Нам пора выбираться из этого бункера, а эти двое сделают доброе дело, все равно от них пользы нет, бегают по городу… Вели переговоры по рации, которые были слышны и ребятам.

– Брось оружие. Бросай! – кричал один из охотников.

Девушка обернулась, за ней был зоомагазин, ведра были наполовину пусты, значит Бродяги продолжают сюда наведываться и не придумав ничего лучше она снова свистнула.

– Бросай оружие, я сказал! – продолжал кричать охотник.

Послышался шелест высокой травы, которую с начала пандемии было некому косить, охотники суетливо наводили свое оружие, которые были заряжены дротиками с неизвестной жидкостью, то на ребят, то на траву. Сквозь траву кто-то пробирался.

– Да хуй тебе! – крикнул Егор и выстрелил им по ногам, охотники отскочили и были готовы выпустить свои дротики. Но в этот момент из зарослей выпрыгнул огромный пёс боксерской породы и рыча вцепился в руку одного из охотников, тот выронил ружье. Следом за этим псом выбежали ещё десятки собак.

– Сука! Парни уходим! Не стреляем парни, нападение собак, они порвут наши костюмы. Не стреляем, – пёс отцепился от руки и скалился вслед.

– Цербер, прием, проверь мой костюм серийный номер 0795? – сказал охотник, на которого напал пёс.

– Жизненные показатели в норме, 0795-вторая кожа не пострадала. Что там у вас? Прием!

– Сбежали, эти суки приручили бродячих собак! Мы отходим. Твою мать! – ругался Брут.

– Где ламба? – спросил Егор, тяжело дыша от бега.

– В соседнем дворе, – ответила Юля, пытаясь отдышаться.

Он схватил её за руку и они побежали в обратную сторону, к его машине, она была ближе.

– Кидай ключи, я нас вывезу отсюда. Я знаю этот район, – сказал Юля, Егор кинул ей ключи и сел на переднее пассажирское.

Они покидали район дворами через Обручева.

– Уебаны конченные, всех убью, нехуй нам мешать жить. Пользы сука от нас нет, ускорю им встречу с их мумифицированными родными ахуенная польза будет, – ругался Егор.

Юля привезла их в аэропорт. Егор вышел и оглядевшись, последовал за девушкой.

– Ты здесь живешь? – спросил он.

– Да, в самолете, – сказала Юля.

– Стоило бы догадаться, – ответил он, следуя за девушкой, рассматривая аэропорт.

Выйдя на ВВП, Юля посмотрела на парня:

– Выбирай любой самолет и живи, прилипала, – сказала она. После таблетки атаракса и пережитых эмоций, её клонило в сон, но перед этим она очень хотела в душ, смыть с себя следы крысиных лапок, которые, как ей казалось, она чувствовала до сих пор.

– Я с тобой буду жить, – ответил Егор.

–Нет. Мы не будем жить вместе. Выбирай самолет и живи.

– Будем. Вот этот хочу, – он кивнул на Борхан.

– Это мой.

– Вот и будем вместе жить.

– Нет, я живу не одна, – сказала Юля и последовала к трапу.

– С кем ты, сука, живешь? – начал злиться Егор.

– Со своим песелем. Ты придурошный, знаешь об этом?

Девушка поднялась на свой борт, Стёпа весело вскочил и завывая побежал встречать хозяйку. Он будто чувствовал, что сегодня что-то случилось. Они вместе со Степой покинули самолет и прошли в здании аэропорта. Там, в одной из лаундж зон, она закрывшись на замок, набрала горячую ванну, налила огромное количество пены, скинула одежду и легла в ванну. Стёпа расположился рядом, на коврике…

Егор лежал на ВПП и смотрел в голубое небо.

– Всегда мечтал полежать на взлетке… – думал он про себя. Пролежав так час, он зашел в свободный самолет и включил кран с водой, воды нет.

– Сука, где блять вода! – он ударил по душу, швырнул его в душевую и направился к Борхану. Ему никто не открыл, он уже собирался пнуть по двери, когда заметил как из здания аэропорта вышла Юля, переодетая и с полотенцем на голове, она что-то ела, рядом с ней шагал Стёпа.

– Ты, сука, где была? – пронесся крик через все летное поле.

– Вот что ты орешь? Где я могу быть? Я лежала в ванне с пеной, а потом ела в duty free, – ответила Юля, засунув бутылку с водой подмышку, а бутерброд в зубы, она открыла дверь Борхана и зашла вовнутрь, откусывая сэндвич.

– У тебя вода в душе есть? В том ебанном самолете нихуя нет, – сказал он, садясь в кресло.

– Вода в аэропорту, в лаунджах. Иди там мойся. Не сиди в моем кресле, по тебе крысы бегали, – сказала девушка и поставив тарелку с сэндвичем, вытащила из рюкзака привезенные из кладовой вещи и убрала их в стол. Егор взял с тарелки сэндвич.

– У тебя все равно уже руки грязные, по этому рюкзаку крысы бегали. Вкусно малыш, где ты его взяла? – спросил он, удобно располагаясь в кресле.

– В дьютике сделала, там еды дохрена, – ответила Юля и кинув рюкзак на пол у двери села на кровать.

Стёпа в это время запрыгнул на колени к Егору и облизывал его лицо, затем поставил лапы ему на плечи и обнял парня, а потом и вовсе заснул на его коленях. Юля удивлённо посмотрела на своего песеля, затем на Егора:

– Степа меня любит, – сказал он.

– Он просто хотел слопать сэндвич, – ответила Юля, ещё раз удивлённо посмотрев на Степу. Он никогда не шел к чужим людям, тем более не лез к ним обниматься и не засыпал у них на руках.

– Нам надо ламбу вернуть, – Егор посмотрел на девушку.

– Надо. Она там во дворах хорошо спрятана. Придется сделать вылазку за ней. Иди к себе, я спать собираюсь, – ответила Юля.

–Можем вместе, – предложил Егор, продолжая гладить Степу.

– По тебе крысы бегали, ты всю грязь вентиляции собрал, спи отдельно, – девушка забрала с его колен собаку.

– Я в душ, но мы все равно скоро будем спать вместе, – он ей подмигнул и покинув самолет отправился в лаундж. Девушка упала на кровать, натянула на себя плед:

– Дурацкий день, – пробубнила она и провалилась в сон.