Расколотый мир. Лабиринт

Открываю глаза в темноте, ощущение, что я вырубился стоя. Пробуждение, не самое лучшее в моей жизни. Тело ноет, голова болит, да не просто болит, сознание рвется изнутри, да ещё в придачу непроглядная давящая тьма. Ощупываю тело, вроде все на месте. Руки, ноги, голова здесь, правда ощущается немного непривычным, словно я только вышел из комы. Движения плавные, скорее даже заторможенные, как будто в воду попал или плотность воздуха здесь настолько сильная. Понять бы куда меня занесло и как? Или может я тут уже очень давно. Если вышел из комы. Кто-то должен дать мне ответы на вопросы. Я беспомощно пытаюсь найти ответы в своей памяти, но все слишком хаотично и обрывочно. Воспоминания, подобно записи на кинопленку, нарезали по полкадра, перемешали, а затем половину сожгли. При чем сгорела важная половина моих воспоминаний.

Ощупав окружение, с трудом превозмогая неприятные ощущения каждого движения, наткнулся на две параллельно идущие стены на расстоянии в метра полтора. В какую сторону идти? Выберу любую, разницы нет. Наверное. Я двинулся на ощупь по узкому и темному проходу, хоть глаз выколи все равно ничего не видно. Как угораздило сюда попасть? Эй!? Отзовитесь хоть кто нибудь? Конечно, вот так кто-то и отзовется, когда ты блуждаешь во тьме. Руки касаются холодной на ощупь глянцевой поверхности, похожей на стекло или может зеркало. Каждый шаг разносится по коридору, далеко в обе стороны.

А кто я? Осенило меня вдруг, ведь ничего не помню. От слова совсем. Единственное что теплится в памяти – боль. Жуткая, но быстрая, подобная выстрелу. Меня что застрелили? Или может моим концом был взрыв? Бах и нету меня. Все, конец. Продолжая шагать я перебирал всевозможные варианты, пытаясь вспомнить хоть что-то, любую крупицу ценной информации. Такое ощущение, что мою личность вычеркнули. Помнил многое: историю мира в котором жил, географию, знал несколько языков, вот только вспомнить хоть часть своей жизни не был способен. Дайте мне одну зацепку! Иду кричу в темноту, наверное глупо выгляжу, а что делать? Голос звучит словно у меня в голове, звук здесь плохо распространяется.

– И зачем мы пошли тут? – звучит совсем рядом юношеский голос, похоже на японском, но с каким-то странным акцентом, отдаленно напоминающим кансайский, мелодичный и жесткий. Слышатся в нем нотки мне совершенно не знакомые. Интересно, почему я так хорошо разбираюсь в разновидностях японского? Возможно я из Японии? А голос совсем рядом звучит, прямо из-за глянцевой преграды.

– Эй! А кто это вообще говорит? Где я? -кричу, только слов своих не слышу. Странно все это.

– Идем, Кенси-кун, не бойся, мы же уже не маленькие! – раздается дразнящий звонкий голос чуть впереди, заставляя меня ускориться, звучит так же из холодной стены.

– Да ну тебя! – фыркает недовольно парень в ответ. – Мы все таки в районы Кёкаку зашли. Давай хотя бы обходить подобные места стороной, в подворотню эту точно не пойду.

– Кен, да не придумывай, ну кто в наше время верит во все эти россказни!

– Честно? Я верю, ты в сети читала? Столько пишут, того что по телику не увидеть!

Все таки Кёкаку раньше бандитским городом был. Если он сейчас часть имперского округа Хайден, это не является гарантом безопасности, давай лучше по кругу, как обычно.

– Теперь это всего лишь район, нашего очень большого города, – не уступая отвечает девушка.

– Да, ты права, всего лишь район с несколькими миллионами жителей и самым высоким преступным индексом в городе!

– Достал уже со своей статистикой! Все хорошо будет! – возмущенно отвечает девушка.

Эта парочка говорит совсем рядом, за стеной хорошо пропускающей звук извне и одновременно чертовски прочной, мои удары даже дрожь не вызывают, хотя раньше они без проблем могли и стены ломать. Но к этой похоже нужен особый подход.

– Два квартала обходить. Ну ты даешь Кен, давай тут, следующий проход опасен, гарантировано, по слухам там даже Они обитают, ну в тех двух домах, которые переулок образуют. А тут мы ходили уже, – женский голос делается мягким, движение их источников прекращается. Я стою выжидаю, сам не зная чего. Парень, которого Кенси зовут, наверное обдумывает её слова. Ещё бы понять, что вся эта чертовщина значит. И где я в конце концов нахожусь.

– Давай быстрее уже, думай. Или побежим? Мы же так не успеем во время! – требовательно звучит звонкий голос девушки. – Халявные билеты на Омакс, знаешь не часто выпадают.

– Не удивительно. Смельчаков немного, кто рискнет испытать удачу в Кёкаку. А вот удивительно, как это Омакс решились тут выступать.

Мое тело само делает шаг, прямо сквозь невидимую глазу стену. Ну и куда это меня занесло?

Высокие здания этажей по сорок вокруг стремятся вверх, беспощадно зажимая остатки неба грубыми верхушками. Голова нарастающе гудит, пока я рассматриваю исполинские конструкции. Улица, на которой мы стоим, очень узкая, проезжая часть имеет всего две полосы, а тротуар вровень с ней, отделяется небольшой серой полоской на месте бордюра. Везде горят разнообразные вывески, испещренные иероглифами. Разных форм и размеров, круглые, квадратные, треугольные, несколько мигающих в виде звезды, а также буквы Г. Есть тут и картинок немного, зато очень вызывающие, своими красками и формами, четко давая понять о чем идет речь. Машины едут неторопливо, объезжая припаркованные на обочинах и пропуская снующих беспорядочно во все стороны людей. Дырчат мопеды, соревнуясь в издаваемом шуме с мало литровыми мотоциклами, велосипедисты отстают от первых и вторых, зато они в большинстве. Зазывалы небольших забегаловок снуют по улице с плакатами, в совсем маленьких, где из работников всего один человек, горланит сам, стараясь привлечь внимание проходящих мимо. Столики стоят в опасной близости к проезжей части, что гостей совсем не пугает. Все это цветовое безобразие дополняет хаотичная паутина проводов, которая по мне создает очень высокий уровень пожароопасности.

Небольшие улочки метров пять шириной, зажатые между высотками не менее тридцати этажей, пересекают эту галерею вывесок, разбавляя радужные цвета мрачной темнотой.

Женский силуэт хватает меня за руку. Картинка сразу размывается, она меня тянет за собой на право, в одну из таких узких улочек.

– Идём уже, Кенси-кун, не будь трусом. Если что, я за тебя могу постоять, – звучит с издевкой голос, одновременно нежные и сильные пальцы крепко сжимают мою ладонь.

Неприятное ощущение чужеродности раскатывается по телу, пронизывая каждую мышцу, судороги схватывают руки и ноги. Теряю контроль, улетаю куда-то вдаль, лишь мельком успев рассмотреть тело. Молодой худощавый парень с иссиня-черными растрепанными волосами, а его тащит за руку девушка, которую рассмотреть я не успел.

Опять я за стеклом, их голоса слились воедино, шум, крики, что есть силы луплю руками по стене, один раз она лишь слегка вздрагивает и становится прозрачной. Взгляду открывается все тот же узкий переулок, который только что видел, но теперь я смотрю из-за толстого стекла. Звуки улицы до меня долетают приглушенные. Грязное пространство, зажатое между двумя каменными глыбами испещренными трубами, метрах в десяти над нами тянутся сплетение веревок или проводов, а скорее всего и то и другое. Справа в луже какой-то гадости валяется обломанная пожарная лестница, окон, выходящих внутрь, внизу мало, часть из них наглухо заколочена или закрыта заглушками из металла. Сразу видно, что местные обитатели не особо хотят видеть, что творится здесь в любое время дня и ночи. Зато множество дверей выходят сюда, служебные выходы местных заведений. Вот из одного такого высовывается парень, буквально на миг, с опаской оглядывается по сторонам, трясущиеся руки бросают черный мусорный мешок в большой открытый жбан. Наверное, точнее будет обезглавленный, железную крышку сорвали так, что металлические крепления вырывали куски металла, она помятая валяется неподалеку. Мешок не долетает, падает, искореженный металл цепляет пластик разрывая бочину, пищевые отходы частично падают в бак, а часть падает рядом.

– Фу, что за мерзость! Урод, убирать надо за собой, – вызывающе кричит спутница, я как будто чувствую её руку на миг.

Но парень даже шага не делает в переулок, стремительно оборачивается и хлопает дверью.

Они, или я с ней, честно уже запутался от этих странных ощущений, все же бегут дальше, узкая улица петляет, на нашем пути встречаются небольшие территории огороженные заборами. Здания образующие переулки стоят не в одну линию и не вплотную, из-за чего в этом злачном переулке, пахнущем гнилью и мочой, образовывались темные закутки, ещё более темные и грязные.

Яркая вспышка и снова темнота. Все органы чувств на какое-то время полностью отказались делиться информацией, я остался наедине со своими мыслями, ощущение тела полностью пропало.

– Эй, вы кто? – раздался голос, и похоже он прозвучал из моих уст. Картинка стала живой, я лежу на грязной земле. Мое тело ощущается совсем чуждым, более слабым, низким. То что доступно моим глазам, походит на японскую форму школьников моего мира Гакуран, черного цвета. Меня все больше наталкивает на то, что я из японии, раз так хорошо знаком с их культурой.

– А то ты не знаешь! – звучат презрительные нотки слегка надрывисто, даже с визгом.

Я вижу силуэты в полумраке теней, юношеские голоса что-то злобно на повышенных тонах обсуждают между собой. Иногда вмешивается другой голос. Вроде девушка и три парня, на сколько могу доверять сейчас своему слуху. Говорю, говорю, даже кричу, но свой голос не слышу. Да черт бы вас побрал.

Так. Стоп. А кто я? При попытке найти ответ на этот вопрос голову словно пронзила тысяча игл, глаза зажмурились, блики света заплясали передо мной. Нет, не пойдет с самоидентификацией однозначно что-то надо сделать. С трудом подчиняя непослушное тело поднимаюсь, выставив руку в направлении говорящих, на ватных ногах двигаюсь к ним. Как же долго и тяжело.

– Кто вы? – повторяюсь, но мой болезненный разум не способен на большее в данный момент. Меня больше интересует, кто я, но не факт что они поймут всю абсурдность ситуации. Этот мир мне кажется чуждым. Да и их говор тоже. Правда меня может занесло в какой-то уголок Японии, где говорят на незнакомом мне диалекте.

Слов разобрать не могу из-за шума в голове, хриплый хор радиопомех надрывается, пытаясь свести меня с ума. Вспышка в глазах, опять гаснет свет, тьма окружает меня. Голоса говорящих звучат четко, создавая колебания, которые рисуют очертание в четыре синих источника, распространяют колеблющиеся волны в стороны, создавая подобие ореола. Моргаю несколько раз, картина видоизменяется. Ярко-синие очертания четырех фигур, наполняют сферы. Четыре человека и в каждом по три, белая в центре и вокруг вертятся по две, каждая по своей оси. Выглядит странно, как атом или звездная система. Синие сферы внутри силуэтов больше и их контуры окрашены в такой же цвет, они вращаются быстро, словно зависят от настроения их обладателей. Маленькие черные сферы двигаются очень медленно. Раз в десять наверное. Синии вращаются быстро и они распространяют свечение, почти полностью покрывающее очертания силуэтов. Я фокусирую взгляд на сфере и тела полностью заполняет свечением, появляется аура.

Удар, я опять оказываюсь на земле, больно. От пятой точки распространяются неприятные ощущения, надеюсь копчик цел. В глазах проясняется. Ну наконец, очертания людей становятся четкими.

Дорогу преградила девушка, закрывая меня своим телом, она расставила руки в стороны. Ну я не против, осмотрел ее внимательно.

Ух ты! А ножки ничего, даже очень. Фигуристая барышня, хотя скорее девочка. Белая блузка, подчеркивающая талию и что там спереди, короткая темно синяя юбка с золотистой окантовкой по краю, сантиметров на десять выше колена, длинные носки обтягивающие икры, обута в черные мокасины, сверху носка что-то вроде герба. Куда я попал, может это сон? Почему ничего не слышу? Похлопал по ушам, зазвенело. Что за чертовщина, то не слышу, то не вижу. Мое тело словно отторгает меня. Так, стоп. А оно точно моё? Ещё раз смотрю на свои руки, откатываю рукав гакурана, под ним рубашка, её тоже. Худые запястья, вены просвечивают, тонкие пальцы, словно никогда не знали тяжелой работы. Оно точно не моё. Наверное сон. Тонкие пальцы утолщаются, и я недолго вижу мозолистые ладони, после постоянных тяжелых тренировок. Перед глазами опять эти неженки. Фу.

Голоса парней пробиваются без смысла, зато с интонацией. В ней звучит угроза.

– Пусти меня, я порешу этого второсортного урода! – а вот и смысл подвалил.

Один из парней толкает грубо девушку в сторону, бедняжка отлетает, как пушинка и падает на гору черных мусорных пакетов. Парочка его дружков ржет, на вид им лет по шестнадцать, максимум семнадцать, азиатской внешности, те что позади, в брюках и белых рубашках, пиджаки расстегнуты. На груди слева в районе сердца, подобие герба, рассматриваю его с трудом. В кольце восточного дракона скрещенные катаны, пасть мифического животного замерла в оскале между лезвиями. Выглядят они максимально неопрятно, одежда мятая, не заправленная, короткие волосы специально взъерошены. Блеск выдает обилие геля для укладки.

Толкнувший девушку от них отличается.Парень гораздо крупнее меня и выше ростом, возможно старше. Черные штаны, вроде джинсов, несколько цепочек весит на петельках для ремня, черная рубашка, красный галстук расслаблен и болтается, две верхние пуговицы расстегнуты. В брови и ухе у пирсинг, он хватает меня за грудки и тянет к себе. По перекошенному выражению лица понимаю, что настроен он враждебно.

Я машинально хватаю его за руки, выкручиваю их в стороны и резко дергаюсь. Силенок у меня как-то маловато оказывается, честно рассчитывал на большее. Ну и этого хватило, вырваться мне удалось.

– Ээ, урод, ты что себе позволяешь, – он явно такой реакции не ожидал, я его смог удивить.

– Ну, ты даешь, Аники. Что ты позволяешь этому безродному, – гогочет один из парочки, стоящей поодаль от меня.

– Заткнитесь и смотрите, как я проучу этого урода, – здоровяк разворачивается ко мне, угрожающе оскалив зубы.

Его руки пытаются меня схватить, плавным движением встречаю кисть противника, именно так теперь воспринимаю его и без напряжения направляю предсказуемое движение в сторону перехватив за запястье. Он выбрасывает вторую руку, от которой уклоняюсь чуть повернув корпус и заворачиваю захваченную руку ему за спину, от неожиданности глаза хулигана выпучились, а он развернулся ко мне спиной, его пальцы достали до лопатки. Подбил ему ноги, заставив стать на колени. Дальше руки действовали на автомате, ухватив за подбородок и затылок. Меня не покидало постоянное ощущение дискомфорта, словно мое тело плохо слушается и как-то слабо.

– Кенси-кун, – ворвался крик в голову и последовал толчок в спину, я не успеваю закончить столь привычное дело.

– Да, что такое? – поворачиваюсь и встречаю возмущенный взгляд красивой девушки. Ах да, совсем забыл сказать о ее красивых фиолетовых волосах, длинные густые спадают на грудь. Ого, а вот об этом надо поподробнее, какой у нее размер? Ну, минимум третий. А спереди эта девочка выглядит зачетно. Ее миленькое личико исказила недовольная гримаса.

– Что ты творишь!?!?! – у нее голубые глаза, кстати.

– Защищаюсь! – решительно ответил я, мои руки напряглись, но хулиган в этот момент хватает за руки и у меня не хватает сил удержать его. Рывком он вырывается, перекатывается вперед перепачкав свой черный костюм в пыли и нечистотах переулка.

Один из парочки подпевал хватает красотку и оттаскивает в сторону. Здоровяк и второй заходят ко мне с двух сторон.

– Ты сделала свою работу! Спасибо, – злобно сказал одетый в черное, потирая руку. – Я как посмотрю ты боец!? Ну тогда попробуй это!

Он чуть расставляет ноги на ширину плеч, а одну из рук отводит назад, похоже на боксерскую стойку. Интересно только, как он собирается меня атаковать с такого расстояния. Хулиган здоровяк делает несколько выпадов правой в воздух. Удар у него поставлен коряво.

– Эй, ты что меня хочешь своим нелепым кривлянием с расстояния убить, иди сюда, а то руки чешутся, – я готов к драке, хоть это дурацкое чувство чужеродности ни куда не делось.

– Ты меня достал, ублюдок, не просто так тебя заказали! Таких уродов надо еще поискать, сдохни! – кричит он, на миг перед моими глазами вспыхивает картинка. Его силуэт и одна единственная сфера синего цвета, от неё расходится свечение, направляется в руку.

Чего!? К кулаку пирсингованного подбирается оранжевое свечение из под закатанного рукава, оно усиливается и тут же на костяшках вспыхивает настоящее пламя, скручиваясь в шар. Из полусогнутого состояния он распремляет руку, делая очередной корявый прямой удар, отправляя в мою сторону, самый настоящий “фаербол”.

Благодаря всплывшей перед глазами картинке, я успел построить траекторию, рассчитывая на то, что дистанционная атака полетит по прямой и уклонился сделав шаг в сторону. Снаряд подобно пуле проносится мимо, обдавая меня настоящим жаром. Ни хрена себе, что это за способность такая?

– Нет, пустите! Мы так не договаривались, – вопит большегрудая, пытаясь вырываться из объятий одного из хулиганов. Ну правда, ее третий размер просто шикарен.

– Урод!? – повторяется хулиган в черном, он продолжает оставаться в подобие боксерской стойки, я вижу, как синеватое свечение движется по рукам, перетекая в красное. Так, будет ещё одна атака. На костяшках врага вспыхивает огонь, начиная формировать шар, он делает выпад. Я отпрыгиваю в сторону, но фаерболл никуда не улетел.

– Бака! – радостно взвизгивает он, делая ещё несколько выпадов, лишь потом огненная атака улетает в меня. Слишком медленно, перед попаданием я отклоняюсь назад и вбок, избегая попадания. Если бы его способность была быстрее.

– Слаб… – пытаюсь оценить результат его атак, как мою спину пронзает резкая боль в области позвоночника. Черт, лишь на секунду потерял из виду его дружка. Тело отказывается двигаться, паралич? Второй противник обладает другими способностями.

На этот раз парень в черном не мешкается и выпускает огненную атаку незамедлительно. Больно, как же больно. Шар взрывается языками пламени, прожигая мою одежду до кожи, запах горелого бьет в нос. Моя кожа сильно пострадала, из легких вылетает воздух, дыхание сбито, падаю на землю. Усилием воли стараюсь погасить боль, получается, но плохо. Двигайся, двигайся, твержу в сознании, тело начинает медленно слушаться, нервные импульсы, сигнализирующие о повреждении, затихают, отойдя на задний план.

– Ты что, Курои!? Совсем с ума сошёл! Хватит, это уже не игрушки! – кричит девушка, по её щекам катятся слезы. – Прости, Кенси-кун, я тебя подставила. Прости.

Тело опять пронзает боль в области плеча, я успеваю уловить серебристый блеск в воздухе. Похоже второй использует молнию, понятно почему не успел среагировать, а этот гад первый раз атаковал в районе позвоночника, поразив спинной мозг, как же больно мать его. Эта атака была слабее, только контроль все равно утрачен.

– Выруби девчонку, – шипит парень в черном, хулигану с молниями. – А то мои атаки могут её убить, если она полезет. Два трупа мне сегодня не нужны.

– Я все расскажу д… – пытается кричать грудастая девушка, но молния, поразившая в грудь, вырубает её. Хулиган на момент атаки успевает убрать руки, а когда она начинает падать вновь подхватывает и аккуратно кладет на землю.

– Суки… – с трудом выжимаю из себя, в меня бьет ещё один электрический разряд.

– Кончай с ним, Курои, – говорит хулиган с молниями.

– Я говорил не называть ни имен, ни прозвищ! – ворчит парень в черном, злобно смотря на меня. – Переживаешь за подругу? Не бойся, мы ей ничего не сделаем, просто оставим здесь! Надеюсь с ней ничего не случится.

Опять вижу синеватое свечение распространяющееся по рукам от плеч, ближе к кистям оно окрашивается в красный. Другая способность? В этот раз мой враг использует две руки.

– А ты довольно стойкий, раз выдержал мои атаки без барьера и не отключился, – внезапно говорит хулиган с молниями.

Здоровяк в черном резко присаживается, хлопая ладонями по земле. Красноватое свечение переходит на поверхность переулка и устремляется в мою сторону. Если бы я мог двигаться быстрее, тело дрожит, на другие действия в данный момент оно не способно. Атака медленная, когда достигает меня заполняет пространство подо мной, грязный асфальт начинает раскаляться. Шипение, вонь, опять воняет горелым, ещё один источник боли внизу быстро распространяется.

– Столб огня! – кричит здоровяк, он отрывает руки от земли, на поверхности остались небольшие углубления. Ладони хлопают и возвращаются на исходную.

В меня бьет ярко оранжевым, зрение отрубается первым. Сознание взрывается неконтролируемой болью, слишком много источников, не могу погасить столько. Проскальзывает мысль о грудастой барышне. Вроде она меня и заманила, но я почему-то переживаю за неё в такой момент.

***

Нехило тряхнуло, но я продолжаю соображать, это хорошо, значит жив. Надеюсь меня в коридор не вернет. Скучно как-то там, а в этом странном мире, чертовски похожем на мой, очень интересно. Пусть я в чужом теле, не страшно, привыкну, адаптируюсь.

– Меняйся сам или меняй окружение, в зависимости от возможностей и нужд, – звучит до боли знакомый голос. Ровный приятный бас, почему-то мне хочется назвать его отцом. Вот только так ли оно? Не помню.

Глава 1

Еле удается удерживать сознание, тысячи источников боли сигнализируют, сливаясь в один, нестерпимый сигнал, слух едва функционирует, отрывочно передавая звуки происходящего вокруг. Зрение работает ещё хуже, периодически вырубается, из-за чего картинки перед глазами скачут, как пленка, смонтированная с большой потерей кадров и цветов, словно способность видеть угасает.

Шум города сначала гаснет, потом начинает нарастать и в этот момент ко мне возвращается возможность видеть, правда поломанная, как я сказал раньше. Лежу на земле не могу поднять тело, ревут сирены, где-то высоко вверху слышится громкий звук. Ко мне бегут люди, носилки подхватывают меня. Через миг я уже лечу, над черным монстром утыканным бесконечными огненными глазами. Прям шоггот какой-то, только у первого глазки зеленые в основном, а у этой пугающей и страшной твари, что стелется далеко внизу, они горят всеми цветами отличными от черного, каких-то больше, каких-то меньше. Монстр внизу набирает скорость, превращаясь в мешанину черного и цветного. Рядом взволнованно звучат голоса.

– Быстрее, ему осталось минут пятнадцать! – сложно разобрать пол говорящего, похоже на мужчину. Он продолжает кричать: – Давай уже используй эту технику!

– Нет, мне госпожа не разрешает! – раздается звонкий женский голос.

– Дура, если он умрёт нам всем будет худо, используй её, – точно, второй говорящий мужчина, я вижу лишь два силуэта нависших надо мной, разобрать лиц не могу. – Ответственность беру на себя! Он должен выжить! Гнев госпожи – это самое маленькое о чем тебе стоит беспокоиться сейчас!

Перед лицом начинает разгораться голубоватое свечение, тепло проникает в меня, боль отступает, я медленно погружаюсь в приятный теплый поток. Свет, такой дружелюбный заполняет всё.

***

Сколько длилось мое забытье не помню. По ощущениям вечность. Потолок, меня куда-то катят, вокруг суетятся люди в белых халатах. Похоже на больницу, периодически вырубаюсь и слабо понимаю происходящее, в голове самая мелкая из возможных мясорубок постоянно перемалывает происходящее в несвязанные кадры. Образы откуда-то из далекого прошлого или не далекого? Нет, ничего не понимаю. Сколько времени надо мной суетятся эти врачи? Час, два? А может три? Наверное больше, намного больше.

И вот опять провал, темнота и обрывки воспоминаний. Приятный тихий городок, семиэтажное здание, я поднимаюсь по лестнице, интересно, почему тут нет лифта? Двери квартир выходят на открытую лестничную площадку, иду шаг за шагом, в руках пакет с жрачкой. Вот значит моя дверь, цифры вижу мельком, первая семерка, похожа на английскую L, только её пересекает черточка под небольшим углом по диагонали, образуя подобие креста. Похоже на японский иероглиф. Так, открываю, захожу. Что-то не так. Подождите, это не мой дом, не моя квартира.

– Его Потоки заблокированы! – врывается властный мужской голос в сознание. – Быстрее, уже сделай что-нибудь!

– Что оба? – небрежно отвечает недовольный женский голос. – Какой уровень соул? Душа хоть уцелела? От него исходит жуткое количество агрессивного энн.

Какой свинарник в этой квартире! Как давно тут пол мыли!? Фу, это что мое жилище? Нет, нет. Точно нет. Я так не живу, у меня должно быть чисто. Идеально чисто, не до абсурда конечно.

– Ассистент, карту потерпевшего быстрее! – говорит женщина.

– Да, конечно, Моритака-сама, – звучит взволнованный мужской голос.