Незнакомцев

Я больше не подвожу незнакомцев.

Раньше мне очень хотелось увидеть рассвет. Нет, не восход Солнца- это уже не рассвет, это начало утра. Моего долгого, а порой длящегося до обеда, утра. Почти каждый парень моих лет, открыв глаза застаёт обнажённую фигуру девушки, которая, одевшись, либо готовит тебе завтрак, либо оставляет номер телефона в спешке забыв закрыть железную дверь квартиры до щелчка. И в том и в другом удовольствиях я как-то себе отказывал, не тянуло. Подобных историй и мотивов я натерпелся лет с десять назад. Тогда, я был восемнадцатилетним, беззаботным пацаном, ничего не знающим о жизни, но не сказал бы, что сейчас особо в ней разбираюсь. Каждый этакий этап “взросления”, разумеется, решал вопросы, терзавшие моё прыщавое пубертатное тело, но порождал пачку новых загадок и тайн, которые неокрепший разум навряд ли понимал. Он не то чтобы сильно окреп, скорее ещё больше расшатался. Можно сказать, что если мой разум- это “ изба”, то все сложности и неустойчивости психики оставили внушительные трещины на её бревнах, но внутреннее убранство стало куда организованнее: всё стоит там, где нужно. За то, что “изба” исправно стоит на далеко не крепкой и рыхлой почве, спасибо маме с папой. После того как только мне стукнул год, этих двоих связывало всего два фактора- документ с надписью «Развод», и, собственно, я. В детстве я приезжал к папе раз в неделю, он исправно платил алименты, даже когда мы просили этого не делать. Я очень любил его, ну, и сейчас люблю, просто видимся мы теперь куда реже. Сразу после восемнадцати я стал жить отдельно от мамы, чтобы не создавать проблем в материальном плане, да и подростковые нравы, чтоб их…Мама живёт в нашем городе, папа уехал в другой. У города нашего названия нет, только номер-36. Папа, кажется, живет в 12ом.

И такая ревизия воспоминаний в купе с “обзором” на себя-каждое утро. Наверное, мне пора найти новую работу. Новую. Со старой я был провально уволен. Ничего сверхобычного, работа в курьерской службе так или иначе способствовало разведению серых красок рутины, какими-никакими приключениями: ошибся с адресом, шумная компания, рукоприкладства, милые старушки, учтивый детишки- всё это помогало как-то не давать “избе” тускнеть. Платили немного, но мне хватало. Хотя и такую возможность расправить крылья и путешествовать по огромному, мягко выражаясь, городу у меня отобрали. Законы-во-первых и моё недавнее увольнение-во-вторых. Да, перемещение по-нашему необъятном, в обывательском смысле понимания, городу ограничено. Некоторые зоны города-огромные районы, просто-напросто запрещены к посещению. Разумеется, не каждому так же не повезло, как мне. Были одни люди, работающие на других людей, у которых и были пропуска в закрытые зоны. Но обычный, а ныне и бывший курьер, доставляющий всяческие товары- от зарядного устройства телефона нового поколения до вещей сомнительного содержания, такой возможности не имел. Как-то раз, я относил заказ мужчине лет 30ти, это была деревянная киянка и что-то из стройматериалов по мелочи. Когда дверь, объятая копотью, которую пытались скрыть краской, открылась, мужчина уже стоял наготове, занес руку для того чтобы именно изъять заказ, еще до того, как я позвонил в еле-еле работающий звонок. Я услышал дерзкое: «Давай сюда.», но вовсе не дерзкий тон послужил тому, что привело меня к увольнению. За его спиной стояла маленькая девочка пяти лет на вид, в ободранной пижаме, и как только она показалась в коридоре, тонкая, окрашенная в темно-фиолетовые тона рука потянула её обратно в комнату слева, где не было света. Разумеется, я заподозрил неладное. На мой вопрос: “Кто это был?”, я, разумеется, получил: “Ни твоего ума дела, катись отсюда”. Из темноты показались крохотные глазки и часть бледного личика, омытого слезами. Тонюсенькие губы безмолвно произнесли: «Помогите». Я был в замешательстве: вызвать полицию? Самолично разобраться с ним? Решить все дипломатично? Адреналин яростно пожирал кровь, пульс участился, голова стала раскалываться. Подавив дрожь, которая могла отразиться на голосе, я произнес: «Мужчина, у вас там…»– не успел я закончить фразу, как был занят уклонением от массивного кулака, взволновавшего воздух над моей головой. Я родился с необычными глазами, один глаз был во власти зрачка, другой, вроде и вовсе был его лишён. Не знаю, именно это обуславливало моё необычное зрение и восприятие, или такими они были просто для антуража. Так что, движения этого мужика были для меня довольно медленны. Но если бы дело обстояло только с глазами, я сам бы банально не успевал за ними, тело попросту стояло бы на месте, пока глаза сигнализировали об опасности. Поэтому и тело у меня было необычным. Такие люди как я не были невероятной редкостью, скорее, как зеленоглазые- не частое явление, но и не фантастическое. Кулак этого мужика всё еще плыл в пространстве, я глядел как-то разочаровано на него, может из-за чувства омерзения, думал даже оставить его. Но стоило вновь взглянуть в темную комнату, как сомнения развеялись. Одним ударом левой руки он отправился на рандеву с потрескавшейся плиткой коридора. С моей стороны было опрометчиво сразу нанести удар, не удостоверившись в его “обычности”. Однако всё обошлось. Из комнаты выбежала девочка, и что есть сил пнула своей крохотной, щуплой ножкой мужика в живот. Что нужно было сделать такого, что такая кроха пнёт с такой яростью и силой? Это я, конечно, могу представить, но от этого кипит кровь размозжить его голову, так что я перестал думать о чем-либо. После удара малышки, мужчина что-то прокряхтел, согнувшись. К моему удивлению, между прочим. Ведь я думал, что мой удар сразу отключил его, а он, как оказалось, был в сознании. Может ждал, пока я отвернусь и пойду вниз по лестнице, чтобы ударить в спину? Тогда эта малышка- моя спасительница. Я спросил, нужна ли им ещё какая-то помощь, не герой я, конечно, но раз уж влез, то надо до конца идти. Но женщина сказала, что им больше ничего не нужно, что я их уже спас.

Целую неделю ко мне не поступало заказов, целую неделю я прибывал в ощущении напряжённости. Как это обычно бывает: “Это мой район!”, “Да я те-а запомнил!”, “Тебя завтра же порешают!”, а я одного из таких в нокаут отправил, почти. На восьмой день после происшествия, я решил навестить их. Дверь стояла другая, не новая, но приятная глазу. Звонок теперь работал исправно. Дверь открылась. Там, уже с тортом наперевес стояла та девочка, улыбающаяся настолько широко, что навряд ли видела меня. Её мама, опершись на дверь ванной, смотрела на меня, потом на девочку. Но откуда они знали, что приду именно я? Что это не сотрудник полиции или кто-то ещё, кто угодно, но не я. Задаться размышлениями я не успел, меня сразу пригласили на кухню. Я сел за стол, справа от меня виднелась еле-еле достающая до стола макушка головы. Я опустил голову в её сторону, аккуратно потрепал её волосы и занялся тортом с чаем. В ходе разговоре, женщина сказала, что этот мужчина- её муж, их больше не побеспокоит, что они начали новую жизнь.

–Я не знала, как вас за это ещё и благодарить, – жестикулярно она показала в сторону прихожей. -Мы там пока ничего не трогали. И действительно, всё в квартире выглядело обновлённым, кроме прихожей. Обуваясь, я запнулся об её единственное изменение- странную, увесистую коробку. Я попрощался, вышел из квартиры, и услышал: «Дяденька, спасибо за…», -дверь захлопнулась. Но я машинально прикрикнул: «Пожалуйста, будьте здоровы.».

Пройдя немного по улице мне позвонили. Я лишён работы. Ясно почему заказов не было, начальство было занято моим увольнением. Компания узнала про избиение клиента, а она дорожила своей репутацией, и не важно кем был клиент. Пёс с ней, найду новую. Поспать бы только. Когда я уже ложился в кровать, телефон рассвирепел. Неизвестный номер. Я ответил, и не успев спросить кто снизошёл до меня поздним звонком, услышал мелодичный, успокаивающий и как будто гипнотизирующий голос:

–Вечерочек добрый, уважаемый. До меня дошёл слушок, что многообещающий работник-девиант потерял работу? – на этих словах меня замкнуло. Девиант. Давно меня так не называли. Обидная кличка, которой наделяют всех на вроде меня. Неприятно было вновь принимать её на слух вновь, но плюсом в этой ситуации я выделил то, что теперь мне известно кое-что о моём собеседнике. Он большая шишка в городе. Никто не употребляет “девиант” в таком более-менее положительном ключе, разве что те, кто хотят их использовать как силовую единицу. Не ответив, я продолжил слушать:

«Нет настроения на разговор? Ну ещё бы. Я тебе, наверное, сильно помешал. Но ты и глазами моргнуть не успеешь, как мы закончим этот разговор. Мне нужен работник. Работник такой, как, собственно, ты. Работу выполнять грамотно и честно. Порой нужно будет “защищать” как работу, так и себя. Думается мне, с этим ты отлично справишься. Я надеюсь, что ты обучен водить легковой автомобиль. Работать водителем будешь. Нужен он, разумеется, не мне, а моим клиентам. Платить буду изрядно. Опыт- бесценный. Я отправлю адрес для первого рабочего дня. Спасибо за сотрудничество в дальнейшем. Был бы рад встрече с глазу на глаз, но ты, вероятно, понимаешь почему это невозможно. Приятного времени.»

Почему я ничего не сказал поперёк? Почему не стал отказываться? Ну, тут заведено так, если кто-то из “вышки” звонит лично и предлагает работу, ты уже в их руках. Тяжко и тошно, осознавать всё, что происходит. Но работа есть- уже неплохо. Нужно отдохнуть.

Несмотря на всю вереницу событий, что имели честь случиться, крепкий сон всё же смог меня посетить. Лучи солнца украдкой уже облепили мою комнату. Чего-то незаурядного тут не было- стол для работы, кровать, шкаф, окно. Кухня небольшая, вытянутая вдоль. Жертвуя своей широтой, она давала мне возможность пританцовывать во всю свою длину во время того как я готовил такие деликатесы как- макароны, макароны с ветчиной, суп куриный, салат из помидоров и огурцов.

Я пришёл по адресу, указанному в смс. Через минуту после прибытия на мой телефон, оно исчезло, но благо, что память какая-то у меня всё ещё есть. По дороге помимо орав людей, я увидел крайне любознательного мальчика, его отец объяснял ему разницу между вывесками “Аптека” и “Оптика”. Уяснил он её или нет, мне неизвестно. Я уже стоял у четырёхэтажного здания: окна затемнённые, всё говорило о губительной старости округи, кроме двух вещей- самого здания, что так и пыхало властью, и машины, которая была припаркована у ворот рядом с главным входом. Глядя на неё, так и хочется сказать: “Прямо с завода”. В названиях, а уж тем более во внутренностях машин я был знатоком, помноженным на ноль, да и прав у меня не было. Но водить машину я умею очень даже не дурно, папа дал мне основы, когда мне было четырнадцать. Я закреплял их, разъезжая в школьные года на машинах родителей своих одноклассников, одногруппников, которые просились на приключения. Своим вождением я делал их хоть сколько-то безопаснее, хотя ездили мы лихо.

Тонированные стёкла, блестящий корпус. Какие-то изящные диски, но при всём этом машина смотрелась как-то заурядно. Кто угодно мог подойти к ней, открыть и уехать, но никто даже не проходил рядом с ней. Я вальяжно встал перед ней, затем открыл дверь-внутри лежала униформа-брюки, рубашка, галстук и жилет с нашивкой в виде герба-буквы «Н». Мне стесняться нечего, выйдя из машины, я встал за неё (в рамках приличия) и переоделся. В бардачке были какие-то документы и, о чудо! Пропуск в любую зону города! Я лишь на картинках его видел! Кажется, работодатель-незнакомец не соврал насчёт бесценного опыта. Из деталей салона, выделялся мониторчик, который сразу при включении двигателя (я сразу хотел проверить её звук), поприветствовал меня и воспроизвел запись: «Ох-хо-хооо! А вот и твой первый рабочий день!», – я сразу узнал этот мелодичный голос моего вчерашнего собеседника- «Всё просто с одной стороны и, вероятно, очень сложно с другой. На компьютере авто будут поступать указания- куда ехать, кого забрать, и куда его следует доставить. Тебе будет открыт весь город, друг мой! Но помни, ты теперь очень важный пункт в машине моего бизнеса- ты водитель тех, кто обращается на-пря-му-ю ко мне, это не обычные люди, так что будь готов к сюрпризам. Компьютер уже создал сопряжение с твоими мобильным, если вдруг появится работа, смс- бам, и вперёд. Получил заказ- приехал, отвёз, уехал. Так и работаешь. Но расслабляться не рекомендую, всегда смотри в оба. Счастливо. И не суйся на места пассажиров сзади- это обязательно.», -запись закончилась. Работа началась. На мониторе сразу появился адрес, клиент находится не в запретной зоне. Я даже взгрустнул, но делать нечего. Довольно монотонные улицы сопровождали меня и мою новую “спутницу” на пути к первому клиенту.

И вот, когда я подъезжал к нужной улице, увидел слегка полного парня в клетчатой рубашке и широких штанах. Когда он открыл дверь, я заметил кожаный чехол от фотоаппарата на его груди. Сидел полпути по дороге в какой-то парк молча. У нас парков было уйма, его я отвозил в район где ещё ни разу не бывал, хотя он и открыт для посещения- вот такой колоссальный город. Он спросил, можно ли меня сфотографировать. Я ответил- нет, сказав при этом, что при любой попытке действия с его стороны, я в праве использовать силу. Естественно, такого права у меня не было, но он и не стал испытывать судьбу. Высадил его у парка, и он впопыхах побежал в его глубь.

На следующий день я поехал в запретную зону. И она действительно покалывала нервишки. Большинство людей, если там вообще были люди, ходили в плащах и балахонах. Здесь и Солнце как будто светило куда меньше. Мрачное место, но довольно тихое- не взрывов, не стрельбы, не криков. Только гул моторов, заводов, городской жизни, но более зловещей что ли. У тротуара стояла небольшого роста фигура в сером плаще. Неужто опять какой-то пацанёнок? И правда, сев в салон, я увидел паренька лет пятнадцати в жёлтой, мятой футболке и какими-то неестественно большими глазами, не тарелками, конечно, но куда больше среднего размера.

–Чувак, взрослые полный отстой! Типа, вообще херня. Я могу тебе выговориться?

– Мне не платят за такой, но всё что ли на деньгах вертится, давай.

–Предки просто дерьмо! Отец- размазня, матери и вовсе на меня плевать, она сестру старшую куда больше любит. А дед- это просто сгусток эгоизма и самовлюбленности!

–Да уж, мои родители развелись, когда мне был год.

–Оу, сожалею. -, с легкой грустью в голосе и глазах произнёс он.

–Да ничего, как супруги они тоже, получается, были отстой, но как родители- хорошие.

–Такое надо ценить. -, протянул он.

Я хотел ему сказать что-то ещё, да и он, вероятно, ждал, что мы продолжим разговор по душам, но краем глаза заметил огромную машину, которая на всём ходу хотела столкнуться со мной. Машина- не моё тело, со скоростью моих глаз не среагирует. Но я всё же резко дернул руль, и она закружилась, та громадина слегка задела нас по заднице машины.

–Что за чёрт?!, – сказал мальчик, доставая какую-то сай-фай пушку.

–Хотелось бы знать, – повернув голову в сторону заднего стекла сказал я.

Эта здоровая машина остановилась, из неё стали выходить не то люди, не то рыбы какие-то. Увидев их, парень судорожно сказал:

–Ой, вот отстой, эти парни тут за мной. Извини, что втянул тебя в свои проблемы.

Мы вышли из машины и быстро скрылись за ней.

–Да не переживай, вот это уже- моя работа, – как только я это сказал, тут же потёр глаза и сконцентрировался. Те амбалы рыбо-люди стали палить по нам из оружия- обычного огнестрельного. Я привстал из-за машины, теперь я понял, что моя малышка еще и бронированная.

–Стой! Ты куда?! Тебя ж убьют! Вот возьми, чтоб прикрывать ме…, – но сказал он это уже моему послеобразу, я в это время уже бежал в их сторону, уклоняясь от пуль. Приблизившись к ним, я охнул от их громадности. И как я завалю пятерых таких- повезет если с одним справлюсь. Они продолжали стрелять, ну, как продолжали, сейчас для меня они неподвижны почти, пули тоже летели очень медленно. Они и знать не знают, что я стою под их жабрами. Глаза начали жутко болеть и, вероятно, краснеть. Что делать? Стоп. Стою под их жабрами…Жабры! Меня осенило. Я забрал их автоматы и поочередно втыкал их в некое пространство, напоминающим щели, понадеялся, что это их жабры. И сразу дал дёру обратно к машине.

–А? Что случилось? Почему ты так запыхался? Да у тебя из кожи пар! – он всё еще протягивал навороченную штуку, бластер что ли?

–Долго объяснять, – да и не пришлось, стрельба закончилась.

Мы оба выглянули с осторожностью, и пять тел этих монстров лежало на асфальте. Померли

–Как так?! Это ты сделал?! Ты типа супергероя? – глаза мальчика заблестели, но ненадолго, потом в них я видел только удивление, похоже он повидал много чего в жизни.

–Жив? Цел? Это самое главное. Поехали, довезу тебя куда нужно было, – обрывая разговор, с целью обезопасить парня от нахождения на улице сказал я.

Довёз его до нужного адреса, он уже отошёл от машины, но потом подбежал вновь.

–Слушай, я не знаю, но думаю было бы круто затусить вместе как-нибудь, швифтанёмся как следует, врубаешь? Ты клёвый мужик., – он неловко улыбнулся

–Ну, давай. Ты тоже парень не промах. Увидимся, спишемся, – ведь он сохранён в моей базе данных клиентов. Он дал мне белый кусок бумаги.

–Это как живая карта, где я, туда тихонько и она укажет. До встречи.

Я знал, что это бумажка служит именно для такого. У меня есть подобная от мамы и папы.

Придя домой, я твёрдо решил- всё записывать в дневник. Каждого клиента, каждый день, каждое, даже самое крохотное приключение.

Так прошло два года. Я завёл друзей как среди клиентов, так и среди работников офиса, допуск в который я получил после года усердной и успешно выполненной работы. С тем мальчиком, мы ни раз прогуливались по городу, он стал мне как младший брат. Улыбку на его лице и сияние в глазах я видел всё чаще. Даже подарил мне свой этот бластер. Появилась у меня свой секретарша- Лера. Она была младше меня на три года, очень вежливая и милая девушка. Познакомились мы, как-то столкнувшись на улице, лишь провожая её до места работы я понял, что она идет в офис компании где работаю я. У нас завтра будет первое свидание, она очень нравится мне, я, видать, ей тоже приглянулся. Лера тоже необычная- может укреплять своё тело, кожный покров настолько, что даже крупный калибр отскочит. По правде говоря, в нашей компании много необычных, что даже несколько странно. Даже с той женщиной и её дочуркой я созванивался раз в месяц. Мама приезжала ко мне за эти два года раз шесть точно. Папа приехал лишь один раз- поздравить с повышением- кабинетов в офисе, но я все ещё работал водителем.

В дневнике теперь было полным-полно записей. Кого я только не встречал, с кем только не бился. Был и осьминогоподобный монстр, что съел головную подушку моего сидения, и тяжеленые роботы, выглядящие как звери, было и создание из проводов. И я назвал лишь крупицу тех, кого повидал. Одним словом- уйма приключений.

Вечером, когда я уже был дома, раздался звонок телефона. Это мама.

–Сыночек, спасибо конечно за такой подарок, но ты мог и предупредить меня.

–О чём ты, мам? – я начал ощущать легкое, но тягучее чувство дежавю. Мне стало не по себе

–Ну как о чём- тяжеленую коробку мне принесли, твой отец написал, что и ему пришла. Сказали, что от тебя. Тут значок твой компании.

–Я…я ничего не присылал, – в голосе начала играть паника, он становился обрывистым, но я решил разбавить ситуацию-“Может рассылка родительнице лучшего работника?”

–Ну ты сказочник, – усмехнулась она.

В своих мыслях я уже был максимально встревожен. “И папа её получил?”. Стоп… Стоп-стоп-стоп-стоп! Женщина с девочкой, у них два года назад появилась коробка. И по телефону не так давно, она сказала, что они еле-еле с дочкой её отодвинули в детскую, чтобы на проходе не мешалась, ждали моих выходных, чтобы я с ней что-нибудь придумал.

Так вот за что малышка меня благодарила…Не за избиение отчима, а за коробку. Им, вероятно, тоже сказали, что она от меня. Черт. Черт!

Я машинально сел в машину (мои глаза ужасно болели, быстрее было бы бежать на своих двоих в такой ситуации, но я просто не мог физически) и помчался в сторону дома женщины с дочкой. Сначала выясню, что в коробке у них, и сразу к маме, она живет намного дальше. А так, мне всё по пути. К их дому и к маме. Их дом, потом к маме. Я даже не припарковался, оставил машину во дворе среди многоэтажных зданий, и метнулся в сторону их подъезда. Что-то попало мне в глаза, они сначала ужасно начали болеть, их щипало, я не мог открыть их. Именно сейчас, именно сейчас, черт побери! Я агрессивно тёр их руками. Наконец, когда они уже намокли от слёз из-за трения, передо мной открылось красное зарево, исходящее из их дома. Моргнув ещё раз, меня откинуло и оглушило. Весь дом взорвался. Взорвался…

Я уже не понимал, почему идут слёзы. От того ли, что болят глаза или это кричала душа. Её улыбка, этой крохи, кажется виднелась мне прямо в том огне. Я начал подбегать к машине, чтобы позвонить пожарным, скорой, милиции. И спасти хотя бы маму… Не успел я и четырёх метров дойти, как Белла издала звонкий писк, и взлетела на воздух. Меня опять отбросило, при этом я ударил голову о бордюр. Встать я не смог. Слёзы всё катились по щекам. Трясущейся рукой я достал бумажник- там лежали все белые бумажки- мамина, папина, младшего братишки, Лерина… Открыв его, оттуда устремились ввысь, подхваченные ветром куски пепла. Бумажки истлели. Они не просто так назывались картами жизни… Тот, на кого указывала карта- умер. Умерли все. И мама, и папа, и братишка, и даже Лера… Но она же была в офисе. Неужели там что-то произошло? И он взорван?

Потом, уши оглушили раскаты взрывов по всему городу. По всему огромному городу. Сотни вспышек.

Бросив руки на землю от отчаяния, и, рыдая что есть сил, я ударил руками о кусок чего-то твердого. Это осколок. С печатью моей компании…На обратной стороне надпись: «Незнакомцев». Буква «Н»– она идентична той что была на моем жилете…Ублюдок! Никогда я ещё не испытывал такой слепой ярости и гнева, что есть сил я сжал этот кусок в руке, он начал резать кожу на ладони, но я всё-таки раскрошил его. Сорвал окровавленной рукой эмблему на жилете. Подняв руку над головой, держа этот кусок ткани, я сказал себе, запыхаясь:

«Я больше…Не подвожу НЕЗНАКОМЦЕВ! Я НАЙДУ ТЕБЯ! Собственными руками ВЫПОТРОШУ.»

Капли крови, падающие с ладони вниз, упали прямо в глаза, навсегда окрасив их в багровый. И они не сомкнуться, пока я не найду его, пока я не убью его.

И если мне повезет, о случившемся со мной, обо всё что случилось, узнает весь мир.