Командная строка

Глава 1

Это произошло впервые, когда мне было около пяти или шести лет. Внезапно перед глазами появилась полупрозрачная строка, словно зависшая в воздухе, и мерцающая полоска, которая будто бы ждала команды. Сначала я не сильно испугался – скорее, решил, что всё ещё сплю. Закрывая глаза, я замечал, что строка исчезает, а при их открытии вновь возвращалась. Я пробовал разные способы избавиться от неё: закрывал глаза надолго, считал до десяти, потом до пятидесяти, часто моргал… Но ничего не помогало. Постепенно тревога нарастала, и я начал думать, что со мной что-то не так. Никакие попытки потрогать эту странную линию или как-то иначе взаимодействовать с ней успехом не увенчались. Эта линия располагалась чуть ниже уровня моего обычного взгляда, не загораживая обзор и не создавая видимых помех. Тем не менее, само её присутствие вызывало у меня ощущение, будто внутри меня находится что-то чужое, как заноза или паразит.

Рассказав обо всём маме, я поначалу вызвал у неё недоумение. Она предположила, что я просто играю или слишком долго сидел за телевизором. Однако, заметив искренний страх в моих глазах, мама стала подробно расспрашивать о том, что происходит. Отец мой хоть и не отличался строгостью, но мог серьёзно рассердиться, если видел, что я позволяю себе лишнее. Этот случай оказался одним из таких: он совершенно не верил, что я могу видеть нечто такое необычное. Родители поссорились, однако вскоре решили, что лучше всего будет обратиться к врачу.

В кабинете доктора нас ждали многочисленные вопросы. Специалист интересовалась моими успехами в учёбе, поведением дома, наличием каких-либо психических заболеваний среди родственников. После беседы последовали различные обследования: МРТ головного мозга, электроэнцефалограмма, анализы крови и консультации с психологом. Все эти процедуры оказались безрезультатными, и в итоге мне поставили диагноз «расстройство восприятия, неуточнённое». Доктор назначила препараты, после приёма которых я стал ощущать замедление реакций и ухудшение памяти, но строка никуда не делась. Постепенно я научился жить с этим явлением, привыкая игнорировать его присутствие настолько, что порой казалось, будто оно всегда было частью моей жизни. Поэтому я начал лгать врачам, утверждая, что больше ничего не вижу и всё в порядке. Лекарства отменили, и моя жизнь вернулась в нормальное русло. Линия не причиняла неудобств: она плавно следовала за движениями моего взгляда, а иногда даже становилась полезной, помогая оценить уровень горизонта благодаря своей идеальной прямизне.

Затем я вовсе начал воспринимать эту строку как свою изюминку, конечно я рассказывал друзьям и знакомым об этом, но никто мне не верил. И вот закончив школу я решил поступить в институт на архитектора. Наличие строки так же выходило мне бонусом потому что по ней я мог черчить идеально точные линии, но только горизонтальные.

Меня зовут Артур, мне 19 лет, и я учусь на архитектора. Если честно, выбор этой профессии был скорее случайностью, чем осознанным призванием. Просто нужно было определиться с чем-то, чтобы избежать армии и не вызывать недовольство родителей. Архитектура показалась мне достаточно интересной и творческой сферой, плюс я буду получать стипендию, что тоже немаловажно. К тому же, я решил учиться в другом городе, подальше от родительского контроля, в относительной свободе.

Правда, общажная жизнь вначале вызвала у меня лишь дискомфорт. Меня поселили вместе с Мишей, студентом-фармакологом. Если бы существовал человек, чья внешность могла бы стать олицетворением антирекламы деструктивного образа жизни, то им был бы именно Миша. При росте в 190 сантиметров он весил около 120 килограммов. Он мог запросто за один присест съесть целую буханку хлеба, щедро полив её майонезом, и выкурить за вечер целую пачку сигарет. Поначалу Миша показался мне жутко отвратительным и отталкивающим человеком, но, узнав его поближе, я понял, что на самом деле он добряк и весьма смышленый парень. Мы быстро стали друзьями и вскоре начали проводить свободное время вместе: ходили на вечеринки, развлекались в общаге, ухаживали за девушками и занимались другими студенческими радостями.

Всё шло своим чередом, пока не появился матанализ. Конечно, я понимал, что архитекторам нужна хорошая база по математике, но в нашем вузе её преподавали чрезмерно углублённо, даже на тех специальностях, где глубокие знания не требовались. К тому же, преподаватель почему-то невзлюбил меня: постоянно вызывал к доске решить примеры, проверял мои тетради и ставил двойки или единицы, при этом ехидно ухмыляясь. Тогда я начал задумываться об отчислении и службе в армии. Пропускал пары, чаще выпивал. На одной из отработок я тупо смотрел в тетрадь, абсолютно не понимая уравнений. Я просто не мог понять принцип решения задачи, хотя староста уже неоднократно мне объясняла. Внутри меня кипело желание проникнуть в мысли преподавателя или обменяться телами со старостой, чтобы она решила задачу вместо меня. Затем я думал о том что было бы неплохо узнать будущее. И тут возникло странное чувство, словно вторая интуиция или неосознанное предвидение: на висящей передо мной строке появилось сообщение: [introductio_введите значение]. Немного поколебавшись, я мысленно представил число и произнёс его внутренним голосом – три.

Строка сжалась до маленького квадрата, в котором мигала черта, словно выполняя мою команду. И вот тогда произошло то, из-за чего у меня едва не случился сердечный приступ. Мир вокруг начал расплываться, превращаясь в нечто пластичное, словно теряя свои физические свойства. Было ясно, что происходящее видят не только мои глаза: преподаватель что-то говорил, но звуки постепенно превращались в цвета, а по его взгляду стало очевидно, что он испытывает настоящий ужас. За окном царил полный хаос, создавалось впечатление, что гравитация перестала действовать, и реальность начала распадаться. Я потерял ощущение окружающей среды, и меня охватило невыносимое чувство страха. Затем мир стал исчезать, и перед глазами промелькнули разноцветные полосы, сменившиеся абсолютной пустотой, на которой отражалась только строка с мигающим курсором.

На строке начали появляться и исчезать сообщения:

[Для избежания дальнейших подобных инцидентов]

[Приняты ограничения]

Вдруг я мгновенно пришёл в себя, словно ничего не происходило. Инстинктивно вздрогнув, я очнулся.

– Ну что, Бадмаев! Готов уже отвечать? – голос преподавателя вырвал меня из оцепенения. Я весь покрылся холодным потом и продолжал дрожать, пытаясь справиться с волнением.

Странно, но строка с полоской исчезли, что привело меня в дополнительное замешательство.

Остальные студенты с любопытством наблюдали за мной. Медленно поднявшись со стула, я еле слышно спросил:

– Можно… выйти?

Преподаватель недовольно посмотрел на меня и ответил:

– Если не готов, можешь не тратить своё и моё время и спокойно уйти.

Собрав вещи, я поспешно надел куртку и направился к выходу. Уходя, услышал, как преподаватель добавил:

– В следующий раз отработка будет с разрешения деканата!

Быстро выйдя из корпуса у меня одолевали мысли о том что сошел с ума. Мысли о том, что следует обратиться к психиатру или позвонить родителям, мелькали в голове, но я отбрасывал их одну за другой. Родители наверняка начнут волноваться, а может, даже поссорятся из-за меня. Они и так переживают из-за моей учёбы, а тут ещё узнают, что я, возможно, сошёл с ума. Да, пожалуй, самый разумный выход – рассказать всё Мише. Всё-таки он фармацевт, может, сможет разобраться, что со мной происходит.

Вернувшись в общагу, я застал Мишу крепко спящим. Его ноутбук был включён, и на экране горела иконка запущенной игры, в которую он частенько играл по ночам. Я начал тормошить его, чтобы разбудить.

– Подожди, подожди, у меня сегодня лекции только после обеда, – сонным голосом пробормотал он.

Но я не отступал и продолжал тормошить друга.

– Ты уже вернулся, ладно. Продолжим позже, – сказал он и попытался снова заснуть.

– Вставай, Мишаня, мне реально хреново! – настаивал я.

Наконец, Миша полностью проснулся, сел и начал рассеянно чесаться, погружённый в свои мысли.

– А? Что такое? – спросил он, слегка удивившись.

– Братан, у меня, кажется, шиза, – выпалил я, ожидая его реакции.

Миша встал, неторопливо растворил в кружке кофе 3 в 1, попивая его, выслушал мой краткий рассказ о произошедшем.

Когда я закончил, он предложил выйти на улицу покурить. Я отказался, опасаясь, что курение может спровоцировать новые приступы.

– Да пошли, постоишь рядом. Сходим в магазин за пивом, – я не стал с ним спорить. Молча согласившись, вышел с ним на улицу.

Пока курил, Миша рассуждал о моём состоянии:

– У меня тоже такое бывает, знаешь, когда накапливается стресс, и организм делает типа перегрузку. – Он сделал затяжку и продолжил: – Вот ты говоришь, что перестал видеть эту строку, возможно, ты типа наоборот разгрузился. У тебя же не было никаких травм в детстве?

– Нет, вроде нет. Она просто появилась сама по себе.

– Знаешь, организм после полового созревания меняется, и, возможно, ты прошёл какую-то фазу роста, а на фоне стресса это так проявилось.

– Возможно, ты прав, – согласился я.

– Ну если такое будет повторяться, ты всерьёз сходи к психиатру на приём. В этом нет ничего постыдного, – заключил он в конце разговора. – Если честно, я сам сидел на таблетках, когда учился в школе.

Его слова не звучали особо убедительно, но всё же немного меня успокоили.

Вечером мы ничем особенным не занимались. Я немного поиграл с Мишей в Dota AllStars, а ближе к трём часам ночи крепко уснул.

Ночью мне приснился странный сон. Это был старый, немой чёрно-белый фильм. Мужчина в шляпе выходил из поезда и шёл по улице. Камера следовала за ним, показывая всё с третьего лица. На фоне звучал монотонный голос диктора.

Инструкции.

Поднастройка номер один. Инверсия.

Поднастройка номер два. Интродукция.

Поднастройка номер три. Делокация.

Поднастройка номер четыре. Коммутация.

Поднастройка номер пять. Репарация.

По умолчанию всегда выбирать параметр значения 1. Выбор другого параметра приведёт к непредвиденным последствиям.

Затем диктор продолжал говорить, но его слова становились всё менее разборчивыми. Последней фразой, которую я смог различить, было: «Для получения дополнительных инструкций выберите Делокацию УВБ-76». В этот момент я проснулся и увидел, что строка снова появилась перед глазами.

По старой привычке я начал открывать и закрывать глаза, надеясь, что строка снова исчезнет. Глядя на неё, я снова ощутил чувство чужого и инородного, и от злости швырнул в неё тапок, который, пролетев мимо, угодил прямо в голову Мишане.

– Ой, мне же надо ко второй паре! – буркнул Миша, переворачиваясь на другой бок и продолжая спать.

Делать было нечего, и я решил отправиться на занятия. Сегодня у нас было две пары подряд по методологии проектирования и две по архитектурной графике.

Зайдя в аудиторию, как всегда, рядом со мной села наша староста Нина.

– Мне ребята вчера сказали, что ты ушёл с отработки. Что случилось? – сразу спросила она.

– Да ничего, просто стало не по себе, – оправдался я.

– Опять не готовился? Я ведь тебе всё показала и объяснила, – попыталась выглядеть сердито Нина, но у неё это получилось не очень убедительно.

– Всё нормально, я схожу ещё раз и отработаю, – продолжал я оправдываться.

– Если ты не сдашь все долги до конца семестра, придётся идти в академ. Понимаешь? – напомнила она.

– Угу, – просто кивнул я, соглашаясь.

Нина была хорошей подругой, но иногда чересчур педантичной. Она не пила, не курила и училась на отлично. На её месте я бы давно послал куда подальше такого дебила, как я.

Преподаватель по проектированию вошёл в аудиторию и начал занятие:

–Ребята, как договаривались, сегодня проверяем ваши работы по списку. Напоминаю, вам нужно было подготовить макет в ArchiCAD.

В тот же миг меня осенило: я не только не взял с собой флешку с проектом, но и попросту забыл его доделать из-за всех вчерашних событий.

Нина внимательно посмотрела на меня и заявила:

–Только не говори, что ты и на эту пару не готов.

Я просто молчал, глядя на неё.

–Ну точно не готов, – сказала она, легонько ударив меня ладонью по плечу. Боль не была сильной, но я вскрикнул: «Ай!» – и привлёк внимание преподавателя.

–Так, Бадмаев. Вы первый в списке. Подойдите, пожалуйста, с вашей работой.

–Виктор Илларионович, – встав со своего места, начал я. – Я не успел доделать работу из-за проблем со здоровьем.

–Тогда возьмите больничный и принесите справку, – ответил он твёрдо. – Если вы не готовы, то будьте добры пойти на отработку.

Отработки у Илларионыча считались настоящей бесплатной работой по его проектам. Ходили слухи, что некоторые студенты сидят над ними месяцами.

С этими мыслями я начал думать о своём проекте и о флешке, мечтая, чтобы они появились сейчас передо мной.

На строке отобразилось:

[commutatio_введите значение]

В этот раз было страшно что-то выбирать, и я сразу ответил: «Один!» – но сказал это вслух, из-за чего вся аудитория с недоумением уставилась на меня, и по кабинету пробежали смешки.

Строка сжалась до квадрата, полоска немного помигала и выдала:

[commutatio_1_success]

После этого окружающий мир внезапно изменился: я заметил, что позы преподавателя и студентов в аудитории резко переменились, а на столе лежала моя флешка.

–Вы готовы, Бадмаев? – как ни в чём не бывало спросил преподаватель.

–Да, я готов показать, – уверенно ответил я, хотя не знал почему. Была уверенность, что я доделал работу, и мне даже казалось, будто вчера я не сидел за игрой, а всю ночь трудился над проектом.

Подсоединив флешку к компьютеру преподавателя, он включил проектор и открыл мой проект. Я был в шоке от того, что увидел. Работа действительно была завершена. Ко мне начали возвращаться воспоминания, словно из сна, как я сидел над этим проектом.

–Ну вот, видите, когда хотите, вы ведь можете! Молодец, Бадмаев. Следующий, – сказал преподаватель.

После этого я сидел молча, обдумывая произошедшее. Нина пристально смотрела на меня, время от времени спрашивая, почему у меня такой вид и хорошо ли я себя чувствую. После пар я сразу бегом отправился домой, в общагу.

Распахнув дверь, я эмоционально воскликнул:

–Миша!

Он стоял у плиты в фартуке, испачканном жирными пятнами с надписью «Настоящий повар», и с недоумением смотрел на меня.

–Я вчера запускал гарену? Отвечай, мы пили пиво и играли?

Он выглядел удивлённым и ответил:

–Ты вчера пришёл с пар, почти ничего не говорил и сразу сел за ноутбук.

–А ты помнишь, мы ходили за пивом, потом было три катки в Dota?

–Я вчера сходил в магазин один и купил курник и большую колу, – ответил он.

И правда, кухня выглядела иначе, чем вчера. Не было тех бутылок пива, а флешка оказалась у меня. От происходящего у меня закружилась голова.

–Ты нормально себя чувствуешь? – спросил он. – Братан, если что-то не так, расскажи, что произошло.

Я начал рассказывать ему с самого начала, с того момента, когда всё началось на занятии по матанализу.

–Ну ты знаешь, братан, пойдём покурим, – предложил он.

На этот раз я согласился и закурил вместе с ним.

Его ответы были похожи на те, что он говорил раньше, но несколько отличались формулировкой. Закуривая, он заключил:

–Ну, ты знаешь, это типа у тебя после стресса перегрузка, и сейчас твой организм перестроился. У меня примерно такое же было. Ну ты, если что, обратись к психиатру, в этом нет ничего такого.

Вечером Миша предложил пойти на день рождения его однокурсницы, но я отказался. Я лежал на кровати и смотрел в потолок. Строка висела там же, где и прежде, а полоска мерцала время от времени. Может, действительно стоит обратиться к доктору? Но ведь флешка оказалась у меня. Может быть, у меня замещение памяти или что-то подобное?

Пока я размышлял, зазвонил мобильный телефон. Я начал искать его по карманам своих штанов, где-то он вибрировал. Найдя его, я увидел на экране Nokia 5300 входящий вызов от мамы. Открыв телефон, я ответил:

–Алло!

–Сынок, привет! У твоего папы случился инсульт, он в реанимации.

Глава 2

Голос мамы дрожал и звучал обеспокоенно.

–Как это инсульт? Подожди, ты серьезно? В голове я начал вспоминать, когда я последний раз вообще общался с отцом. Кажется, это было полторы или две недели назад, и то позвонил он, а я просто сухо ответил, что занят и что у меня занятия. На сердце стало дурно от понимания, что даже не поговорил с ним нормально.

– Ты понимаешь, у него в последнее время давление скакало, да и работал он много, каждый день ездил, – продолжала мама.

– Может, мне приехать? – предложил я.

– Конечно нет, учись. Как ты приедешь, ты же пропустишь занятия!

– Да всё я отработаю, мама, не переживай, это не проблема.

– Нет. Думаю, всё будет хорошо, – успокаивала меня мама. – С ним пока всё в порядке. Я разговаривала с врачом, сказали, что для перестраховки его положили в реанимацию.

– Ну блин… А как это случилось?

– Мы были дома, он сидел у телевизора. Потом смотрю – он стал бледным. Я говорю: «Что с тобой, Андрюша?» Он мямлил и встать не мог, я давление померила – 250 на 110. Я так испугалась. Сразу вызвала скорую, и его тут же увезли в областную больницу.

– Мама, а ты как сама?

– Да ничего вроде, переживаю, конечно. Соседка дала мне корвалол, вот и сижу дома одна.

– Мам, если что, сразу звони. Может, я всё-таки приеду, мало ли что.

– Артурка, ты за отца не переживай и учёбу не забрасывай. У нас же в семье пока только ты в университет поступил.

– Ладно, хорошо. Люблю тебя.

– Ага, потом ещё поговорим. Целую. – Мама положила трубку.

Я лежал в кровати, рассеянно тыча пальцами в кнопки телефона, погруженный в игру Gravity Defied. Делать что-либо не было ни сил, ни особого желания. Игра отвлекала от навязчивых мыслей, которые продолжали крутиться в голове. Что, если отец перенес инсульт из-за меня? Или из-за того, что я сделал? Но что именно я сделал?

Сверху, у соседей, раздались звуки, похожие на смех и разговоры. Видимо, ребята пришли в гости со дня рождения. Они пытались вести себя потише, чтобы не привлечь внимание комендантши, но в моей комнате было прекрасно слышно каждое слово.

Вдруг дверь распахнулась, и в комнату ворвался Миша. На нём было кожаное пальто и яркая футболка Prodigy с изображением исполнителя, высунувшего язык. Обувь он бросил прямо посреди комнаты.

–Братан! – крикнул он, сияя улыбкой. – Пошли поздравлять именинницу!

Он был явно навеселе, от него несло алкоголем.

–Извини, сейчас нет настроения, – сказал я, решив не рассказывать о новостях об отце. Не хотелось нагружать Мишу своими проблемами.

–Да ладно тебе! – возмутился он, подскочив ко мне и схватив за руки. – Пойдем!

Миша попытался поднять меня, но я сопротивлялся, пытаясь освободиться.

–Отпусти! Завязывай!

–Ладно, но ты пойдешь со мной! – не сдавался он.

Несмотря на грусть, вызванную новостью об отце, я вдруг почувствовал, как заражаюсь его тусовочной энергией. Миша всегда умел зарядить окружающих своим настроем.

–Как тебе это удается? – спросил я.

–Что удается? – удивленно посмотрел на меня Миша.

–Тусить, пропускать пары и сдавать все вовремя без долгов?

–Ха-ха, братан, секрет фирмы! – ухмыльнулся он, открыв дверцу маленького холодильника, вытащив оттуда баночку лечо и кусок сала.

Мы жили в общежитии, где наличие холодильника уже считалось признаком достатка. Несмотря на скромность нашего жилища, холодильник никогда не пустовал. Миша обладал удивительным талантом привлекать женщин, и многие из них стремились угостить его чем-нибудь вкусненьким. Вероятно, поэтому он и страдал от ожирения.

–Я купил пузырь по дороге, а сейчас оформим хавку, – заявил он, энергично размахивая руками, в которых держал еду. – Пошли наверх к ним.

Тут я задумался. Действительно, как самокопание поможет мне или отцу в этой ситуации? Может, лучше пойти проветриться и отвлечься от тяжелых мыслей?

–Ладно, погнали, – согласился я. – Только недолго, мне завтра на матешу.

– Отлично! – воскликнул Миша, закидывая мне на плечо руку, в которой держал сильно пахнущее сало.

Комната у девочек, несмотря на ограниченное пространство, оказалась заполнена людьми. Там собралось около десяти человек. Когда мы вошли, количество парней сравнялось с количеством девушек. Всех присутствующих я знал хотя бы шапочно: кто-то жил в общежитии, кого-то встречал в университете. Единственным незнакомцем оказалась именинница.

–О, какие люди! Артур, – радостно воскликнула Нина.

–Могу сказать то же самое, – ответил я, обнимая её. – Никогда тебя тут не видел, и вот ты здесь.

Нина мило рассмеялась.

–Познакомься с моей сестрой Таней! У неё сегодня день рождения.

–С днём рождения! – сказал я, протягивая руку для приветствия.

Хотя Нина и Таня были сёстрами, внешне они совершенно не походили друг на друга. Нина была миниатюрной блондинкой с чёткими чертами лица, а Таня – темноволосой девушкой с более пышными формами, но отнюдь не излишне полной.

После этого началось традиционное общажное гулянье: кто-то разговаривал, кто-то играл в карты. Сначала Нина почти не пила, но вскоре присоединилась к остальным. Казалось, ей было немного неуютно, однако после нескольких рюмок она заметно расслабилась.

Разум постепенно начал предательски затуманиваться. Мы с Ниной сидели вдвоём, болтали о чём-то своём и пили на брудершафт. Затем мы ушли ко мне в комнату. Там я её поцеловал. Дальше – провал в памяти.

Когда я очнулся, первым делом проверил состояние своего организма. Я представлял, будто нахожусь в компьютерной игре, и у каждого участка тела есть шкала здоровья. Итак, проверка началась: левая рука – 100/100, левая нога – 100/100. Правая рука и правая нога также показали полный уровень здоровья – 100/100. Тело чувствовалось слабее – 60/100. Живот слегка крутило от выпитого алкоголя. Голова – 10/100. Критическое повреждение.

Нины рядом не оказалось. Похоже, она ушла раньше, чем я проснулся. Надеюсь, я ничего плохого не натворил? И как теперь смотреть ей в глаза? Она мне нравится, но боюсь, что всё испортил и потерял хорошую подругу. Стоит ли встречаться с ней? Она точно из тех женщин, на которых можно было бы жениться, но я не готов так быстро создавать семью.

Миша лежал на животе, наполовину свесившись с кровати. Я попробовал его растолкать.

–Миша! Вставай, ты видел Нину?

–Овца! – буркнул он, снова перевернувшись на бок. – Не знаю, я когда пришёл, её не было.

–Во сколько ты пришёл?

–К шести утра, – пробормотал он.

Стоп. Сколько сейчас времени? Часы показывали 15:46. Отработка по матеше! Быстро собравшись, я начал выходить.

–Мишаня, тебе куда-нибудь нужно? – спросил я на прощание.

–Намальна, – невнятно пробубнил он в ответ.

По пути в университет я постепенно пришёл в себя. Были случаи и похуже этого. В любом случае, не явиться на отработку означало получить новую, так что выбора особо не оставалось.

У дверей аудитории Кузнецова уже собралась небольшая очередь. И вот незадача – среди ожидающих была Нина, та самая девушка, которую меньше всего хотелось увидеть сейчас.

–Привет! – стараясь выглядеть непринуждённо, произнёс я.

–Привет, – ответила она, чуть смущённо опустив взгляд.

– Прости, если я вчера тебя обидел, – пробормотал я, нервно почёсывая затылок. Проклятие, какой же я идиот! Сердце колотилось как бешеное.

– Нет, нет… Мне понравилось, – тихо ответила Нина, её щеки вспыхнули румянцем. – Ты не против, если мы позже встретимся и поговорим? Сейчас тебе, наверное, надо бежать?

–Да, точно, прости, – обнял я её и поспешил внутрь, игнорируя очередь.

–Бадмаев! Принес разрешение из деканата? – сразу же спросил Кузнецов.

Чёрт! Как я мог забыть?! Я стоял молча, ощущая, как краснеют уши. В этот раз я действительно попал в переплет. Облажаться дважды подряд? Первая мысль была весьма соблазнительной: исчезнуть отсюда и всё забыть. Я посмотрел на строку.

[________________]

Строка оставалась пустой. Ну же, давай! Я представил себе разрешение с печатью и подписью декана.

[commutatio_введите значение]

Один! – мысленно произнёс я.