Звездам не дано любить

Хотел бы я знать, зачем звезды светятся. Наверно, затем, чтобы рано или поздно каждый мог вновь отыскать свою.

– Ты веришь в любовь?

– Да…

– Вездесущую любовь?

– Конечно!

– Думаешь, всё в этом мире может любить и быть любимым?

– Угу…

– И трава, и деревья, ветер, птицы, цветы?

– Бесспорно. Каждая клеточка этой вселенной создана с любовью и для любви!

– А звёзды? Звёзды могут любить?

– Хм… Надеюсь, что могут. Хотя у этой любви так много преград. Слишком далеки звезды друг от друга.

I

Когда я была совсем маленькой, то больше всего на свете любила сидеть у папы на коленях и смотреть на звёздное небо. Мой отец был не слишком разговорчив, поэтому мы чаще всего наслаждаясь моментом в тишине. Лишь в те редкие мгновения, когда в моей душе возникал невыносимо щекотливый вопрос, я осмеливалась нарушить молчание. Папа отвечал очень коротко, но я всё понимала.

Мое детство пролетело в сказочном дачном домике, который построил отец для большой семьи. У нас был огромный сад и несколько деревянных качелей. Помню, я очень любила кататься в такт с нежным ветром, поднимаясь всё выше и выше. Так хотелось дотронуться к белоснежно-воздушным облакам, парящим близко, и в то же время далеко.

Бабушка и дедушка жили вместе с нами. Они присматривали за мной, когда родители уезжали в город. Своего отца я видела редко, он мог целыми месяцами не появляться, пропадая в своих бесконечных командировках. Я любила его больше жизни. Всегда с нетерпением ждала с долгих путешествий, и каждый день расспрашивала родных о нем. Истории о папе были для меня словно самая захватывающая сказка в мире. Когда он приезжал, я со всех ног бежала к нему на встречу, запрыгивала на шею и радо зацеловывала его небритые щеки, а он так искренне смеялся, нежно гладя мои волосы. Отец редко рассказывал о том, где был и что делал. Он просто улыбался, а я улыбалась ему в ответ, и чувствовала настоящее счастье.

Мне безумно нравилось лето, а вот зиму я, мягко говоря, недолюбливала. В холодные дни мне не разрешали даже «сунуть свой нос» на улицу. Все свое время я проводила в доме, воображая себя принцессой, заточенной в замке. Я играла с куклами, помогала бабушке готовить. По вечерам сидела возле камина с толстой, красочной книгой и перечитывала сказки Андерсена. В каждого героя я влюблялась по уши, будь-то человек или зверёк, птица или ангел. Мне часто снились эти сказки. Цветные и захватывающие. Как жаль, что эти сны быстро забываются.

Много времени мы проводили вместе с бабушкой. Из-за плохого зрения она не могла подолгу читать мне. Каждый раз, когда на ее изящном лице появлялись толстые очки, я ахала от ужаса и просила ее включить музыкальный проигрыватель, ведь мне казалось, что ее нос вот-вот сломается от тяжести громадной оправы.

Я любила ложиться на пушистую шкуру овцы и слушать с упоением старый проигрыватель. Он так забавно потрескивал, и в этом звуке была особенная грация. В нашей домашней коллекции накопилось всего десять пластинок, и каждую из них я прослушала, наверное, по сто раз.

Сладкая идиллия наступала под вечер, когда случалось так, что все собирались дома – и папа, и мама, и бабушка с дедушкой. Самыми лучшими воспоминаниями я считаю те, когда мы все вместе садились за огромный дубовый стол, зажигали свечу и ужинали, общаясь о разных интересных вещах. Ах, как же я любила слушать взрослые разговоры. Для меня это занятие было гораздо увлекательней, чем что-либо другое. Я обожала бабушкины истории о детстве моей мамы и от души смеялась, когда узнавала новые подробности о невинных детских шалостях и приключениях ее дочери.

– Алина была еще той врединой. Слава Богу, твоя дочь полная противоположность, – поворачиваясь к маме, по-доброму провозглашала бабушка, и все заливались смехом. Это был невероятный звук счастья и радости, который я запомнила на всю жизнь.

Действительно, с мамой мы абсолютно разные. Она – брюнетка, немного пухленькая женщина, с круглой и очень доброй формой лица. У меня же всегда были светлые волосы, тонкий силуэт, губы «бантиком» и острые скулы. Но, несмотря на это несходство, мы словно плюс и минус всегда притягивались. Между нами всю жизнь царило понимание и дружба. Никогда мы не ссорились и не докучали друг другу.

Меня воспитывали бабушка и дедушка. Только сейчас, когда я далеко не девочка, понимаю, что росла в совершенно необычных, для современного ребёнка, условиях. До девяти лет я знать не знала, что существует такая штука, как телевизор. В моем сознании носителями различной информации всегда были только книги, газеты, радио, окружающий мир со всеми своими красками и, конечно же, пластинки. Правда однажды и с ними пришлось проститься. Старый проигрыватель сломался и больше никогда не играл. Помню, я горько плакала, словно потеряла близкого и родного друга. Жаль, что все в этом мире имеет свой срок годности: и проигрыватель, и человек.

С раннего детства, бабушка и мама по очереди занимались со мной. То, что я сейчас могу припомнить – это множество головоломок, загадок, ребусов, разрисовок. Меня подталкивали к размышлениям, заставляли думать, включать логику и смекалку. Вместе мы клеили, рисовали, вырезали, считали и думали над загадками, пели, танцевали, собирали пазлы и мозаику. В садик, как все нормальные дети, я не ходила. Конечно же, каждый день возить меня в город никто не стал. Родители считали, что если у человека есть возможность воспитывать и развивать ребенка самостоятельно, тогда садик не нужен.

Когда пришло время идти в школу, мои родители наняли репетитора. Добрая тетя учительница ежедневно приезжала ко мне заниматься. Это была прекрасная пожилая женщина. Она подружилась с бабушкой, завоевала доверие и одобрение моей матери и, конечно же, мое внимание. Я полюбила ее со всей своей детской наивностью и открытостью. Ее светлый образ навсегда остался в памяти радужным отрезком воспоминаний о времени, проведенном с ней вместе за книгами.

Учиться мне нравилось. Программу младшей школы я закончила на пятёрки и очень гордилась этим.

Что касается друзей, то у меня их попросту не было. Страдала ли я от этого? Наверное, нет. Мне и в голову не приходило, что жизнь может идти как-то иначе. Родители оградили меня от проблем детского мира, не задумываясь над тем, что однажды реальность может свалиться на меня всей своей мощью без предупреждения. Так и произошло.

После того, как я закончила очередную четверть домашнего обучения, мой дедушка настоял на том, чтобы меня отправили учиться в нормальную школу. Я помню этот летний день, когда родители приняли решение увезти меня в город. Можно сказать, что именно тогда закончилась моя наивная детская сказка и началась новая жизнь.

– Дорогая, ты не устала? – спросил отец. Я удобно умостилась на его коленях.

– Нет, нет, папочка, – ответила я, прижимаясь к нему сильнее. Мы вместе смотрели на небо. Шея уже болела, но я не собиралась опускать свой взгляд.

– Уже так поздно, луна настаивает, чтобы мы шли спать.

– Не может быть! Ты обманываешь меня…

– Ты не слышишь ее голос?

– Нет, а разве у луны есть голос?

– Конечно! У всех есть голос, даже у Луны.

– И ты слышишь его?

– Слышу.

– Расскажи мне, какой он?

– Он очень тихий и протяжный. Насыщенный красками всей Вселенной.

– А почему же я не слышу его?

– Ты еще слишком маленькая, по-видимому. Чтобы услышать его, нужно уметь по-настоящему слушать.

– Ты научишь меня, папа?

– Ты сама научишься. Этот дар появится в тот день, когда ты впервые услышишь голос собственного сердца. Оно заговорит с тобой и с той же секунды тебе станут подвластны голоса вселенной.

В шесть утра, когда солнце только просыпается, потягиваясь в утренних лучах рассвета, я выбежала из дома и помчалась босиком к своим качелям. Я чувствовала свежесть травы и аромат счастья. Птицы пели, пчелы жужжали, кузнечики прыгали куда-то, муравьи спешили достроить дом. Природа, кажется, уже давно проснулась, и каждый ее житель занимался своими добрыми делами. По дороге к качелям, я поздоровалась с каждым деревом.

– Доброе утро, доброе утро, доброе утречко.

Я не ждала от них слов, просто была счастлива, что деревья в ответ колышут своими веточками, то ли от ветра, то ли по собственному желанию.

Я запрыгнула на качели и почти сразу раскачалась «до небес». Это утро было безоблачным и нежным. Сегодня я встала немного раньше, чем обычно. До поздней ночи думала о том, что этот день станет завершением моей привычной жизни. Меня щекотали мысли о неизвестности. Очень не хотелось расставаться с тем, что стало таким дорогим и родным для меня. Я любила каждый миллиметр своего двора. Огромный сад и десятки деревьев. Каждое растение было индивидуальностью, со своим характером. Я обожала кормить птиц и наблюдать за дятлом. Он жил у нас в саду и питался червячками и букашками, добытыми из коры старых яблонь. Иногда к нам в сад прибегала белка. Ее ярко рыжая шубка всегда выделялась среди деревьев. Ее осторожность и бдительность смешили меня. Я мечтала приручить ее, но мои попытки потерпели фиаско. Из-за моей навязчивости, она постоянно убегала и пряталась.

Еще у нас жила собака – белый-белый Бим. Эта дворняжка проявила себя как самая преданная собака в мире. Мы проводили вместе очень много времени, играли, валялись в траве, бегали и резвились. На кухне у бабушки висела позолоченная клетка с канарейкой. Моцарт был очень творческой птицей. Мы с бабулей обожали слушать его концерты. Навострив хохолок, наш маэстро выдавал мелодичные трели. Ему завидовали все птицы в округе.

Мама и бабушка в самых ярких красках обрисовали мне новую жизнь в городе. Я верила им, только все никак не могла представить, как же я смогу жить без своего двора, без звезд и качелей. Мое сердце желало остаться здесь, в этом доме, в этом огромном саду, с моими пластинками, книгами, цветами и, конечно же, с моим бирюзовым поутру и сверкающим ночью, чистым небом.

Ночное небо стало для меня самым прекрасным зрелищем. Смотреть на него я могла только вместе с отцом. Лишь он один сидел со мной на улице, под открытым куполом из звезд и луны, и рассказывал не сказки, а настоящую правду этого мира. Я слушала его взахлеб, и так ждала, когда он снова приедет. А вот мама, дедушка и бабушка, как только темнело, звали меня в дом – боялись, чтоб я не простыла. Вечерами я чувствовала непреодолимую грусть, моя тоска по отцу тревожила душу. В такие моменты казалось, что меня, словно волшебную принцессу прячут в темнице, чтобы оградить от прекрасного сияния ночи.

Из-за того, что я так часто болела, меня пытались уберечь даже от вечернего ветра. Я уже не говорю о дождливых днях осени, зимы и ранней весны. В прохладные времена года я, то и дело, сидела взаперти. О том, что зимой дети резвятся на санках, я узнала, будучи уже взрослой девочкой с длинными ногами, которые уж никак не помещались в детские сани.

Вдоволь накатавшись, я резво спрыгнула с качели и побежала обратно в дом. Бабушка уже допекла оладушки. Молочно-ванильный запах поманил меня на кухню.

– Как вкусно пахнет, – хлопнув в ладоши, проговорила я радостно. Бабушка улыбнулась, но на ее лице я заметила легкую грусть.

– Бабушка, что с тобой?

– Ничего, детка, всё хорошо.

Я смотрела ей в глаза и видела, как в них собираются слёзы. Бабуля обняла меня и заплакала.

– Мне так грустно от того, что ты уедешь сегодня.

– Но, я же буду приезжать, – наивно ответила я.

– Я так привыкла видеть, как ты просыпаешься и засыпаешь, как растешь у нас на глазах. В тебе, милая принцесса, заключается наш с дедушкой смысл жизни. Как же тяжело объяснить сердцу, что тебя пора отпустить.

В тот момент я не очень поняла смысл слов бабушки. Осознание пришло со временем, с возрастом, с опытом. Иногда приходиться расставаться с любимыми во имя чего-то важного. Например, мечты или счастья другого человека. Но, пойти на жертву всегда трудно, особенно, если сильно любишь, особенно, если ты эгоист.

Этот день, как и все детские счастливые дни, пролетел очень быстро и радостно. Бабушка больше не плакала. Приехали родители, мы вместе пообедали, я вдохновлено послушала мои любимые «взрослые разговоры», а потом меня увезли в город.

Сидя у окна, я с открытым ртом наблюдала за всем, что появлялось на пути моего жадного взгляда. Многоэтажные дома завораживали и в то же время страшили. Впервые в своей жизни я видела столько людей. Мое детское сердце замирало, трепетало.

Пока мы ехали в машине, мама без умолку рассказывала о жизни в городе. Я была растеряна и удивлена.

Поездка закончилась. Папа остановил машину, и я медленно сползла с заднего сидения на асфальт. Самым тяжелым испытанием стал для меня лифт. Я жутко испугалась, меня даже затошнило, пока мы поднимались на десятый этаж.

Наша квартира была довольно просторной, но всё равно, не такой уютной, как дом в деревне. Всё в ней казалось мне чужим и незнакомым. Обстановка настораживала. Родители позвали меня в детскую. Там стояла небольшая кровать, шкаф, письменный стол, дубовый комод. В этой комнате мое внимание привлекла маленькая библиотека. Я сразу уселась на пол и начала листать книги, забыв обо всём на свете. Страх ускользнул, и на миг показалось, что ничего не изменилось.

– Папа, папочка, – настойчиво и увлеченно заговорила я. – А звёзды тоже умеют разговаривать?

– Конечно.

– Неужели и их голоса ты можешь слышать?

– Могу, но сосредоточится на рассказе одной звезды очень сложно, ведь их так много на небе.

– А как же ты различаешь голоса?

– У каждой звезды свой голос, свой тембр.

– Что такое тембр?

– Ну, это так называемая окраска голоса. Его высота, громкость, длительность.

– И у каждой звезды он свой?

– Конечно… Так же, как и у людей, у звезд есть свой «родной голос».

– Как же хочется и мне услыхать их голоса.

– Звездные разговоры, словно гроздь маленьких колокольчиков. Этот звон раздается издалека. В отличие от луны, у звёзд очень утонченные голоса. Они любят поболтать.

– И о чём же они разговаривают?

– О разном…

– Они рассказывают сказки?

– Конечно! Это их любимое занятие.

– Расскажи и мне одну звездную сказку.

Школа мне не понравилась с первой же секунды, как только я ее увидела. Еще издалека, это тусклое серое здание навеяло грусть. Когда я зашла в класс, все дети сосредоточили на мне свое внимание. Кто-то смотрел очень настороженно, у кого-то взгляд был возмущенный и даже злой, другие наблюдали с интересом. Это испугало меня до такой степени, что я невольно опустила глаза в пол, стараясь больше ни на кого не обращать внимания. Словно черепашка, мысленно залезла в свой панцирь, и спряталась от всех.

Я стала одной единственной «новенькой» в этом классе, где дети проучились вместе уже несколько лет в начальной школе. Со мной никто не знакомился, а я совершенно не умела идти на контакт, даже не знала, как это делается. Я сидела совсем одна на последней парте и была такой одинокой и никому ненужной. Каждый урок преподаватели менялись, я не успевала запоминать их имена и лица. Первая неделя учёбы стала для меня настоящим испытанием. Я плакала по ночам, страдала и больше всего на свете желала вернуться в свой домик в деревне. Но, несмотря на мои желания, мольбы, всё оставалось по-прежнему. Новая жизнь продолжала свой путь вперёд, а я старалась подстроиться под нужный ритм, но мне все никак не удавалось сделать это.

Переменки в школе длились «вечность». Мои одноклассники были чересчур громкими, резвыми и шкодными. Каждый день я видела, как что-то разбивается, ломается, наблюдала, как дерутся мальчишки и кричат девочки. Самым странным и непонятным для меня были обсуждения телевизионных программ, фильмов, мультиков. Я отроду не знала, что это такое, поэтому с интересом вслушивалась в диалоги, но никогда не присоединялась к ним. Иногда мне становилось страшно из-за той суеты, окружающей меня в школе, на улице. Я привыкла жить в гармонии, тишине и покое. А тут все было по-другому.

День за днём пролетали очень быстро. Я учила уроки, усердно занималась, но при одноклассниках стеснялась отвечать. За письменные работы и контрольные я получала отличные оценки, а вот устные ответы давались мне нелегко. Чаще всего я отмалчивалась, получала двойку, а потом в индивидуальном порядке пересдавала ее учителям. Время шло и я понемногу привыкала к новой жизни. По ночам перестала плакать, перестала жаловаться маме. Человек, на самом деле, такое странное создание, адаптирующейся к чему угодно, даже к самому неприятному обстоятельству жизни.

– Милая, посмотри-ка на вот эту звезду. Она ярче всех! Видишь?

– Вижу.

– Эта звезда рассказывает самые интересные сказки, да так, что вся вселенная замирает, слушая ее.

– Как жаль, что я ничего не слышу!

– Сегодня я поведаю тебе одну историю. Но, ты должна пообещать мне, что сделаешь все, чтобы научиться слушать звезды.

– Обещаю…

– Все началось с того, что однажды на темном холсте неба зародилась новая звездочка. Она была слишком крохотной и ее свет не долетал до Земли. Она от всего сердца старалась посылать свои лучи как можно дальше, но ничего не получалось. Да и голос ее был слишком тихим и робким. Вокруг нее светились огромные, могущественные звезды, чей свет просто перекрывал старания крохи. Шло время… Пролетели годы, столетия, тысячелетия. Маленькая звездочка понемногу росла и крепла. Она отправляла свои лучики на самые прекрасные планеты. Ее нежное сияние отличалось от других своим блеском, радужными переливами. Она становилась все прекрасней и сильнее.

– А где же она теперь?

– Милая, именно эту звезду я показывал тебе сегодня!

Все поменялось в моей жизни. Город изменил меня. Сказка перестала быть явью и теперь я хранила ее в своем сердце. В любимый загородный домик я приезжала редко, но это были самые чудесные дни моей новой судьбы.

Я ненавидела шумные компании. Мне нравилось проводить время наедине с собой. Я читала много книг и к окончанию школы в моей комнате накопилась огромная библиотека. Весь шкаф, от потолка до самого пола, был забит интереснейшей литературой. Некоторые из книг я могла перечитывать по нескольку раз. Самой любимой стала история про маленького принца. Она завораживала меня, открывая мудрые тайны. Благодаря этой книге я узнала, что значит «приручить». Мне кажется приручить кого-нибудь намного сложнее чем полюбить. Чтобы приручить, нужно не только полюбить, нужно завоевать любовь своим отношением, своими поступками, терпением и теплом. Маленький принц чем-то напоминал мне меня. Я была такой же странной, как и он. Словно с другой планеты. Правда моя планета называлась «Загородный домик». Как и ему, мне пришлось покинуть свой сад и отправиться в далекое путешествие, держа за руку неизвестность. Маленькому принцу посчастливилось вернуться к своей розе. Я верю, что он счастлив. А это значит, однажды и мне повезет.

Я не умела находить общий язык с людьми и чаще всего просто молчала, производя впечатления робкой, стеснительной девочки. Словно бутон розы, я раскрывалась только навстречу солнечным лучам. Ах, как жаль, что в нашем Мире слишком мало светлых людей, излучающих добро. Намного больше черствых душ, наполненных красочными кружочками конфетти. Они сверкают и переливаются лишь миг, а после оставляют после себя блестящий мусор.

Мой отец все также пропадал в командировках. Дома он появлялся очень редко. С мамой мы жили дружно и весело. Лишь с ней мы могли без умолку болтать до самой поздней ночи. Она стала мне лучшим другом, советчиком и человеком, с которым можно просто быть рядом, иногда даже без слов.

Своего отца я видела редко. С годами мама рассказала, что он капитан дальнего плаванья. Папа родился в приморском поселке. Все детство он провел там, и когда пришло время уезжать, папа осознал, что жить без моря никогда не сможет. Молодой парень попрощался с волнами на несколько лет, лишь ради того, чтобы получить высшее образование. Вернувшись к морю, он пошел работать на огромный торговый корабль. С тех самых пор он много плавает, по ночам общается со звездами, а днем открывает для себя новые границы, страны, впечатления, новых людей.

С мамой они познакомились на берегу моря. Эту необыкновенную историю мне однажды рассказала бабушка.

«Алина приехала с подругой отдыхать на море. Не помню, какой это был год. Я подарила ей шикарный желтый купальник и в нем она была неотразима. В старом фотоальбоме даже сохранилась фотография, где твоя мама стоит такая красивая, стройная и жизнерадостная на берегу Черного моря и даже не догадывается, что вот-вот встретит свою судьбу, – рассказывала бабушка с улыбкой. – Молодость всегда прекрасна. У нее были густые каштановые волосы и невероятно красивая, солнечная улыбка. Так вот. В первый же день на пляже она заметила безмолвного, загадочного юношу. Он с интересом всматривался вдаль, будто рассматривая детали красивого пейзажа. Позже молодой человек начал собирать ракушки. Немного странный, и очень красивый. В тот день он произвел на Алину особое впечатление».

Мои родители долго обменивались взглядами, но никто не осмеливался подойти первым. Парень каждый день подолгу плавал, собирая на дне морские ракушки, стеклышки, красивые камни. На четвертый день неожиданно для молодой девушки, он подошел и протянул большую раковину.

– Послушай, – тихо произнес он, – это шумит море. Возьми, это подарок. Пусть море навсегда останется с тобой.

Девушка растворилась в его глазах, видя в них бирюзовое счастье. Юноша смотрел так внимательно, будто заглядывая в душу. Алина осторожно взяла его за руку. С тех пор их сердца бьются в унисон.

История любви моих родителей всегда казалась мне сказочной. Сейчас они видятся довольно редко, но души их неразлучны. Сила чувств таится не в словах, ни в количествах свиданий или разлук. Она в гармонии высших ощущений. Когда вселенная воссоединяется во взгляде, в сплетении рук, то образуется нить между сердцами, которую уже никто не способен разорвать. Эта нить соединяет моих родителей. Они помнят каждую встречу. Каждое мгновение – отдельная история, маленькая жизнь, маленький островок любви. Мне бы хотелось обрести такую же любовь, как у моих родителей. Их бесконечное чувство заряжает страстью все вокруг и кажется, что рядом с ними и солнце светит ярче.

– А сколько звездам лет?

– Очень много… Они живут тысячелетия, а некоторые миллионы и миллиарды лет.

– Так долго.

– Да…

– Мне кажется, иногда им безумно грустно.

– Почему?

– Потому что им приходится расставаться с любимыми. Мы сейчас с тобой смотрим на них, а они на нас. Звездам нравиться то, о чем мы разговариваем. Звезды уже почти любят нас, как и мы их. Но, ведь пройдут года и нас не станет. А они будут горевать о том, что дочка с отцом больше никогда не посмотрят на звездное небо.

– Они обязательно оставят нас в своей памяти, такими, как мы были. После нашей смерти они улыбнуться, ведь наши души полетят ввысь и займут место рядом с ними на небе.

После переезда в столицу родители купили мне старинное пианино и отдали учиться в музыкальную школу. Для меня этот шаг стал одним из самых ключевых в жизни. Конечно, поначалу учеба давалась нелегко. Музыкальная теория была для меня сложным испытанием. Найти общий язык с фортепиано удалось не сразу. Сначала ничего не получалось. Я играла очень робко и неуверенно, делала ошибки и путалась в нотных знаках. Но, шло время, и мое сердце все же раскрыло крылья и полетело навстречу чудному созданию, творящему божественную музыку. Я с интересом ходила на уроки и мечтала о том, чтобы в будущем стать виртуозной пианисткой, умеющей сыграть любую мелодию, приходящую на ум. Мой учитель сказал, что я очень способная, что у меня абсолютный музыкальный слух. Эти слова окрылили меня, подарив новые мечты и веру в себя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.