1790

Глава

Посвящается моей внучке Елизавете.

Диспетчер Международного аэропорта Лос-Анджелеса подтвердил взлет Боинга 737. Самолет держал путь в Детройтский столичный аэропорт округа Уэйн. Погода стояла прекрасная, небо было абсолютно чистым и нежно голубым. Стюардесса вежливо объявила, что следует пристегнуть привязные ремни и воздержаться от курения.

В салоне самолета сидели люди, которые непонятно зачем летели в какую-то глушь из Лос-Анджелеса. Поменять такой город даже на несколько дней – это же преступление. Кому нужен городишко, расположенный в юго-восточном углу штата Мичиган, на реке Детройт, на границе с Канадой, если есть под боком все прелести Калифорнии? К тому же Детройт – это север. Кейт не любила север, но в Ромулус она летела по очень важному делу. Успех предприятия зависел от того, попадет ли она на место вовремя или нет. Хорошо, что рейс не задержали, это очень хорошо. От аэропорта до городка, в который Кейт так стремилась, было всего около четырех километров. И если учесть то, что они уже благополучно взлетели, времени у нее оставалось предостаточно. «Только бы ничего не произошло, только бы ничего не случилось!» – думала Кейт, закрывая глаза.

Рядом с ней сидел молодой человек с ноутбуком. Он нервно стучал пальцами по клавиатуре и шевелил губами, словно проговаривая все то, что печатал.

– Вы не знаете, сколько лететь до Детройта? Я прослушал, – спросил юноша у Кейт.

– Четыре с половиной часа, – нехотя ответила она, пытаясь снова заснуть.

– Ух ты! Я думал больше. Летим так далеко, а всего четыре часа. Я Вас не отвлекаю?

– Извините, я хотела отдохнуть.

– Конечно, отдыхайте. Меня Дэн зовут, кстати. А Вас?

– Кейт.

Кейт снова закрыла глаза и опустилась в мягкий и приятный сон.

В салоне было совсем мало пассажиров. Стюардессы разносили напитки медленно, никуда не торопясь. Зато в бизнесклассе работа кипела. Пассажиры имели неограниченный доступ к еде и напиткам на протяжении всего перелета. В меню расположился обширный ассортимент блюд и вин, который манил своим огромным выбором.

– Стивен, закажи мне шампанского, – попросила девушка в коротком белоснежном платье, мечтательно закатывая глаза.

– Дорогая, ты только что выпила бокал.

– Я не виновата, что оно тут такое вкусное.

– Мы только взлетели, Саманта. Имей совесть. Если сами поднесут, я возьму.

Саманта и Стивен впервые оказались в бизнесклассе и совсем не знали, как себя тут нужно ввести. Они только что поженились и летели к родне Стивена в Детройт. Саманта очень долго сопротивлялась, представляя свое свадебное путешествие немного иначе. Гавайи– вот была ее мечта. Белоснежные пляжи, лазурный океан, сочные плоды фрукта лиликойи, цветы гибискуса в волосах; это огненно-красные вулканы и выпрыгивающие из воды киты, высокое небо и жаркое солнце! Она представляла себя в красивом купальнике, лежащую на берегу в красивой позе. А Стивену бы понравились идеальные условия для серфинга. Он обожал воду и волны. Но все получилось иначе. Не очень понятно, зачем родители Стивена настояли на том, чтобы молодые поехали в богом забытую деревню, именуемую Детройтом. Было сказано, что дело не может ждать! Какое дело? Свадьба бывает один раз в жизни! И нужно обязательно получить всевозможные впечатления от этих дней. Медовый месяц – это уж точно не родня Стивена в Мичигане. Но сопротивляться она не стала, ей нужно было показать покладистый характер родителям мужа. На самом деле такового она не имела, поэтому Стивену приходилось сейчас терпеть все ее капризы. Накануне отъезда она закатила такую истерику, что Стивен пообещал, что в следующий отпуск они точно полетят на Гавайи. Даже приврал немного, что шеф даст ему дополнительные дни отпуска через месяц-другой после свадьбы. Это была утопия, шеф на свадьбу его еле отпустил на неделю, что уж там говорить о дополнительном отпуске! Как он выкрутится, Стивен пока не знал, но время покажет. Сейчас нужно было приехать к тетке в Детройт, потом все решится само собой. Жене он ничего не сказал о реальной цели поездки.

Саманта уснула, выпив еще пару бокалов шампанского, а Стивен от нечего делать стал разглядывать девушку, сидящую напротив. «Модель, скорее всего. Или актриса», – думал Стивен. Девушка была необычайно хороша собой. Она рассматривала фото в телефоне и таинственно улыбалась.

– Вы не могли бы попросить стюардессу принести воды без газа? – вдруг попросила девушка, глядя прямо на Стивена.

– Да, конечно, одну минуту, – смутился молодой человек и стал оглядываться. Он пытался увидеть хоть одну бортпроводницу, но тщетно.

Девушка улыбнулась и нажала кнопку на ручке своего сидения.

– Спасибо, я уже сама.

Стивен смутился. Он понял, что красотка просто поставила его в неловкое положение. Ведь теперь ей стало совсем понятно, что Стивен первый раз сидит на местах бизнес класса. Вот такой он неудачник.

К ней тут же подбежала стюардесса и спросила, что ей нужно. Та попросила воды и влажные салфетки.

– Как Вас зовут? – осмелился спросить Стивен.

– Патрисия.

– Стивен, мне очень приятно.

– Я знаю. Слышала, как Вас жена называла. Молодожены?

– Да,– почему-то смутился Стивен.

Патрисия отвернулась к иллюминатору и закрыла глаза. Стивен вдруг понял, что все красотки в его жизни закончились. Флиртовать ему будет теперь запрещено. Он оглянулся и увидел пару, которая его поразила. Это были пожилые люди, которые сидели очень тихо и практически не разговаривали не только с другими пассажирами, но и друг с другом. Женщина была одета во все черное. Стивен рассмотрел только тусклые глаза из-под черного платка, повязанного вокруг головы. Она не была в хиджабе, но ее одеяние очень сильно напоминало одежду арабских женщин. Ее спутник тоже был одет во все черное. Даже запонки на его рубашке были черного цвета. Женщина пристально посмотрела на Стивена, он смутился и отвернулся. Мужчина встал и потянулся. Они по-прежнему не разговаривали. Он зашел в туалет, а женщина закрыла глаза. Стивен отвернулся, больше там не происходило ничего интересного. У самого выхода сидела женщина с ребенком, напротив них две молодые девушки, которые болтали безумолку, рассматривали фотографии и смеялись. Обе были очень симпатичные. Стивен вновь загрустил о своей ушедшей возможности заигрывать со всеми подряд. Чувства к жене у него были, но он уже успел пожалеть, что так опрометчиво решил взять на себя семейные обязательства. Ему ведь только 27 лет. Куда было торопиться?

Кейт проснулась от страшного сна, который ее напугал. Она открыла глаза и увидела прямо перед собой стюардессу.

– Вам что-то принести? – спросила девушка.

– Нет, спасибо, не нужно, Хотя, можно стакан воды без газа.

– Одну минуту. А совсем скоро мы предложим вам и ланч.

Старушка, сидящая впереди, тоже попросила стакан воды и повернулась к Кейт.

– Милая, я второй раз уже прошу воды. Они что-то такие нерасторопные!

– Не волнуйтесь, принесут, – ответила Кейт.

– Вы в отпуск летите? – полюбопытствовала женщина.

– Нет, по делам, – сказала Кейт и попыталась отвернуться. Ей совершенно не хотелось разговаривать ни с кем в этом самолете.

– Вы знаете, я очень боялась лететь этим рейсом. Мне сегодня ночью приснился такой ужасный сон!

– Понимаю, неприятно.

– Мне снилось, что этот самолет разбился. И еще я видела Вас в этом сне. Я очень хорошо помню.

– Меня? – поразилась Кейт.

– Да, именно Вас, милочка.

Дэн подошел к креслу и плюхнулся в него с разбегу.

– Как это Вы ее видели вчера во сне, если Вы ее впервые увидели сегодня при посадке! Мой отец психолог, и он говорит, что незнакомые лица людям не снятся.

– Вы выжили при крушении, но утонули в озере недалеко от аэропорта. Вот так, – продолжила женщина.

Кейт вздрогнула. Вся ее миссия заключалась в работе на озере. Но потом она пришла в себя. Стюардесса принесла ей воды, старушка тоже дождалась свою минералку.

– Да ты в лице изменилась! Ты, правда, поверила этой сумасшедшей? – тихонько спросил Дэн.

– Молодой человек, я не сумасшедшая. Я часто вижу вещие сны. Поэтому я и боялась лететь этим рейсом. Но я должна быть там, где должна. К тому же я старая, если суждено умереть так, значит так, – ответила старушка, вновь повернувшись к ним.

– Мы перешли на «ты»? – спросила Кейт у Дэна.

– Да, а что нам церемониться?

Кейт была совершенно раздавлена. Дело в том, что ей только что приснился сон, который видела и эта женщина. Но этого просто не может быть. Ей приснилось, что самолет падает, и она остается в живых. Она бежит от самолета к озеру и ныряет в него. Вода ее накрывает, и она тонет. Обедать она отказалась, аппетит пропал окончательно. Она считала минуты полета и ждала, когда пилот объявит, что самолет начинает снижение. Девушка решила пойти вымыть руки, ей казалось, что она сможет смыть этот липкий страх, который почему-то прицепился именно к рукам. Она практически его ощущала всем своим существом. В туалете она посмотрела на себя в зеркало. Оттуда на нее смотрела незнакомая ей женщина. Кейт не понравилось свое отражение. Оно было уставшее, испуганное и не такое красивое, каким должно было быть. «Вот выполню свою миссию и улечу домой, к родителям, на ранчо. Там свежий воздух, чистое небо и нет страха», – думала девушка. Как она могла попасть во все это? Это случай, это просто несчастливый случай, который втянул ее в неприятности. Она открыла дверь и ударила дверью мужчину, который отпрыгнул и выругался.

– Ой, простите меня, я слишком резко открыла дверь, – попыталась извиниться Кейт.

– Да ничего, а я слишком близко стоял, – улыбнулся мужчина.

Это был огромный афроамериканец, с красивыми чертами лица и лысой головой. Кейт вспомнила, что при посадке он сильно поссорился с мужчиной, который пытался откинуть кресло сразу же, когда самолет еще не взлетел. Мужчина встал и сказал, что никто не может безнаказанно его обижать. Афроамериканец рассмеялся и при всех нагрубил мужчине. Тот еще очень долго возмущался, но потом притих, поставил кресло в вертикальное положение, и больше его никто не слышал.

– Меня зовут Алекс, а Вас?

– Кейт. Я пойду, хорошо? Устала очень.

– Конечно, конечно. Адам ждет.

Кейт вздрогнула всем телом.

– Что Вы сказали?

– Ничего, сказал «конечно». Я больше ничего не говорил.

– Нет, Вы в конце что-то сказали?

– Кейт, вы и правда, устало выглядите. Я сказал только слово «конечно». Идите, поспите. Еще полтора часа лететь.

Кейт пробралась к своему креслу, села и закрыла глаза. «Адам ждет». Господи! Только не это! Ей не спалось. Она увидела Дэна спящим и решила его не будить. Зато ее внимание привлек другой человек. По салону в сторону туалета шел мужчина. Он был молод и отчаянно красив. «Кого-то он мне напоминает», – подумала Кейт. Улыбнувшись ей, он прошел мимо, но приостановился и оглянулся. Кейт тоже оглянулась. «Неудобно получилось», – подумала она. На обратном пути молодой человек не посмотрел на Кейт, но зато обратился к старушке с предложением помочь ей вытащить сумку с багажной полки. Она тщетно пыталась это сделать. Старушка поблагодарила его и уткнулась в сумку, а Кейт снова попробовала уснуть. Перед тем, как погрузиться в сон, она вспомнила то, что ее мучило и приносило боль. Адам. Она любила его всем сердцем. Из-за него она попала в передрягу, из которой не так просто выпутаться. И у нее есть всего один шанс это сделать. Всего один шанс. Только нужно не опоздать. Когда Адама не стало, мир для нее перестал на какое-то время существовать, чувства померкли, сердце застыло. Сначала она не могла в это поверить, Адам просто исчез. Его не стало в одну секунду. Полиция искала его повсюду. Подключили даже международный розыск, но ее муж исчез. Спустя некоторое время, его объявили погибшим, так как из того кошмара, в который они попали, мало, кто выбрался. Адама не стало, а долги остались. И теперь ей придется сделать то, от чего даже мысли застывали в холодном ужасе. Почему она сегодня услышала его имя? И еще голос. Он не такой, как у Адама, но очень похож. Она начала думать, что потихоньку сходит с ума.

Кейт проснулась от яркого света, который слепил глаза, и резкого толчка самолета.

– Не волнуйся, это воздушные ямы, – сказал ей Дэн.

Приятный голос стюардессы попросил всех пристегнуть ремни безопасности и воздержаться от ходьбы по салону.

– Мы же не разобьемся? – тихо спросила она Дэна.

– Ты что? И правда поверила ей? – спросил молодой человек, показывая на старушку, которая открыла молитвенник и читала.

– Не знаю. А что это был за свет?

– Я не видел, спал. Проснулся уже на воздушной яме. Здорово прыгнули, да?

– Это был божий свет, – сказала старушка, повернувшись к молодым людям.

– Не пугайте девушку, пожалуйста, на ней и так лица нет, – попросил Дэн.

Самолёт снова прыгнул в яму, свет в салоне погас на мгновение, потом снова включился. Стюардесса пробежала в кабину пилотов, а пассажиры стали волноваться, оглядываться по сторонам и вскакивать со своих мест. Другая стюардесса бегала по салону и усаживала людей на места. Ситуация накалялась. Самолет кидало из стороны в сторону, он постоянно проваливался в воздушные ямы. Но самое интересное, что за окнами иллюминатора стало темно.

–Дэвид, почему за окном темно? – спросила у мужа женщина в черном.

– Я не знаю, дорогая, не знаю. Ты успокойся и постарайся закрыть глаза.

– Почему темно?– очень громко закричала женщина. – Люди, там темнота.

В бизнес классе стало неуютно. Все выглядывали в иллюминаторы и пытались выяснить у бортпроводниц, что случилось.

Стюардесса по имени Марго побежала проверить туалет и хотела его закрыть, чтобы никто не смог туда попасть. Если командир экипажа запретил вставать с мест, то значит нужно выполнять все его требования. Она резко открыла дверь и увидела то, чего никак не ожидала увидеть. На полу, скрючившись, лежал мужчина. Она громко крикнула, чтобы он вставал и шел на свое место! «Только наркоманов мне на рейсе не хватало!» – подумала Марго с отчаянием.

«Уважаемые пассажиры, самолет попал в зону сильной турбулентности, пристегните привязные ремни и не вставайте со своих мест, пока горит табло!» – услышали все голос командира экипажа.

– Джордж, ты видел когда-нибудь такое? – спросил второй пилот.

– Никогда. Грозовой фронт? Почему так темно? Сейчас по идее 3 часа дня.

– Свяжись с базой. Что там такое у них происходит?

Джордж попытался связаться с землей, но в динамике была тишина. Этот рейс был для Джорджа последним, он уходил на пенсию. В аэропорту его коллеги устроили фуршет по такому случаю. Он услышал о себе много приятных вещей. Все его обнимали, благодарили за работу, за время, проведенное с ним в небе. Ему было приятно. Жена давно уговаривала его отойти от дел. Здоровье позволяло Джорджу еще летать, а вот общая усталость накопилась такая, что он был и сам готов уйти. И надо же было такому случиться в его последний полет. Эдвард, его второй пилот, был еще очень молод, чтобы стать капитаном, но Джордж пытался его продвинуть на свое место. Ему нравился этот умный малый. Он уговаривал начальство передать самолет именно ему, Эдварду. Начальство обещало подумать, а Джордж был рад, что хотя бы согласились обдумать его просьбу. Он знал, что у Эдварда была любовь с Марго, но не препятствовал этой связи. Хотя по этическим соображениям, служебные романы были непозволительны. Джордж был уверен, что это не просто интрижка, Марго и Эдвард уже говорили о скорой свадьбе. В этот момент его размышлений в кабину влетела Марго и с ужасом сказала, что в туалете лежит наркоман.

– Как и когда он туда попал, если мы уже полчаса назад запретили все передвижения по салону? – строго спросил командир.

– Я не понимаю, все были на виду. Как он там оказался, никто из экипажа не знает. Что нам делать? – ответила испуганная Марго.

– Я посмотрю. Хорошо? – спросил Эдвард у капитана.

– Иди, Эдвард. Только тихо и без паники. Пассажиры ничего не должны узнать.

– Все понял. Без паники.

Оставшись один, Джордж дал волю чувствам. Он понял, что все идет не по плану полета. Связи с землей не было. Самолет по-прежнему кидало то вниз, то вверх. Вокруг было темно. Он не видел земли и не мог поменять высоту и скорость без связи с диспетчерами. Еще и наркоман в туалете. Что с ним делать? Выводить из наркотического опьянения экипаж не обучают. Он с болью вспомнил, что и его сыну досталось в жизни такое испытание. Он пристрастился к наркотикам еще юнцом. И Джордж, его отец, просто отвернулся от него, никак не помог. Это был его крест. Он не знал, где сейчас его сын. Как-то друзья сына проговорились, что он уехал в Детройт. С женой на эту тему они тоже не говорили. У них была еще дочь, только ей он посвятил всю свою жизнь. Теперь капитан отчаянно раскаивался, что бросил сына.

В кабину зашел один Эдвард и закрыл дверь.

– У нас проблема. Большая проблема.

– Что? Не поймете, как ему помочь?

– Все дело в том, что ему уже ничем не поможешь. Он мертв.

– Час от часу не легче! Что с ним? Переборщил с дозировкой?

– Нет. Хуже. Он не наркоман. Его убили, – тихо сказал Эдвард.

Джордж приказал перенести тело в хвостовую часть самолета, пересадив пассажиров оттуда на любые свободные места впереди. Через пятнадцать минут все было сделано. Капитан знал, что воздушного маршала на борту не было. Ситуация с ними была далеко неоднозначна. В 1990-ых годах количество угонов самолетов резко уменьшилось, и воздушных маршалов сокращали налево и направо. Затраты на их содержание были огромны, а количество угроз в воздушных рейсах было ничтожно малым. Таким образом, государство приняло решение не в пользу этой службы, так как больше теряло, нежели приобретало.

Резкая вспышка света снова ослепила весь самолет. Джордж закрыл лицо руками, так как все небо вокруг него загорелось ярким пламенем. Эдвард выругался и схватился за кресло. Пассажиры закричали все разом, и началась паника. Марго и Лана, вторая стюардесса, бегали по салону и снова пытались успокоить всех, кто начал вскакивать со своих мест. Когда паника улеглась, все услышали, как Дэн громко крикнул: «Смотрите, солнце в иллюминаторе! Только что ночь была! Что это такое?»

– Это конец света, я говорила, – сказала старушка и снова обернулась к Кейт.

– Да перестаньте Вы! И так жуть берет! – ответила ей Кейт, которая уже не контролировала себя из-за охватившего ее страха. Но самолет выровнялся, и наступило спокойствие. Капитан выключил табло, запрещающее передвигаться, и люди стали приходить в себя.

Саманта не боялась небесных встрясок, поэтому подшучивала над остальными.

– Что ты так напрягся? – спросила она у мужа.

– Ты спала почти все время, а тут трясло, как в аду, – ответил Стивен.

– Скоро посадка?

– Да. Минут через пятнадцать.

– Привет, вы как? Все нормально? – спросила Саманта у пары, сидящей напротив. Мужчина ответил, что все в порядке. Его жена даже не посмотрела в сторону Саманты.

– Странные какие-то. Она вся в черном замотана. Кто это такие, как думаешь?

– Без понятия. Мне все равно. Готовься к посадке. Ремень пристегни, – заботливо ответил муж.

– База, ответьте. Мы готовы к посадке. Рейс 1790.

– Рейс 1790, откуда вы взялись?

– Что значит, откуда? Мы выполняем рейс Лос-Анджелес – Детройт.

– Вас нет в расписании. Мы вам готовим запасную полосу Е-4.

– Что значит, нет в расписании? Мы– регулярка!

– Координаты посадочной полосы вам дали. Садитесь, разберёмся. Вашего рейса в расписании и в полетной ведомости тоже нет.

– Ты что-нибудь понял, Эдвард? – спросил Джордж.

– Бред какой-то. Я летаю уже три года, с такими делами не сталкивался.

– А я летаю уже 33 года и тоже не сталкивался с такими делами. Ладно, садимся, потом действительно разберемся.

– Еще не время вызывать полицию, как думаешь? – спросил Эдвард.

– Сядем сначала. Потом сделаем объявление, что придется с выходом из самолета повременить. Пока не нервируем никого. Нашим пассажирам нужно будет дождаться решения полиции, прежде чем выйти на Детройтскую землю. Мы с тобой уже тут ничего не решаем. Наше дело взлететь и сесть.

Ох, как не вовремя эта ситуация! Джордж хотел быстрее обратно. По идее их обратный рейс должен был отправиться через три часа после прилета сюда. Теперь вряд ли это осуществимо. Полиция пока не разберется, никого не отпустит. Слава богу, что пассажиры ничего не видели. Экипаж сработал чисто. Сначала попросил двух женщин и молодую пару пересесть в первый салон под предлогом плохой вентиляции хвоста. Бред, конечно, но пассажиры все равно ничего не понимают. Они испугались и были рады покинуть эти места. Потом Марго задернула шторы, чтобы зона туалета осталась невидимой для пассажиров в салоне. Втроем они перенесли тело в самый хвост самолета и положили его так, что никто его бы не увидел, даже если бы заглянул в эту часть салона. Дело было сделано. Оставалось дождаться, что скажут полицейские Детройта.

Кейт немного успокоилась. Времени было предостаточно, чтобы добраться до городка. Несмотря на тяжелый полет, самолет во времени не потерял ни минуты. Посадка осуществляется строго по расписанию. Рейс приземлился без объявления в здании аэропорта. Командир снова связался с диспетчером. Тот сказал, что выясняет в данный момент, откуда этот рейс взялся в их аэропорту.

– У меня из Лос-Анджелеса рейс будет только к вечеру. Ваш борт вообще нигде не просматривается.

– Что за ерунда? У нас проблемы на борту. Мертвый человек.

– Так вы курс сменили из-за чп? Так бы и сказали!

– Ничего я не менял! – разозлился Джордж. – Мы попали в грозовой фронт, нас немного покидало, но мы регулярный рейс. Я летаю уже много лет. Он не менялся.

– Какой грозовой фронт? Ни в одном направлении нашего аэропорта нет грозового фронта. Вы что? Шутите?

– Послушайте, вызывайте полицию, сами сюда идите, делайте что-то! У меня люди в самолете! Полет был нервный. Решайте, что делать!

– Уважаемые пассажиры, в связи с проблемами на борту, выход из самолета не будет открыт еще некоторое время. Займите свои места и ждите объявления о готовности экипажа проводить вас к выходу, – прозвучал в динамике голос Эдварда.

В салоне снова началась паника. Все кричали, звали стюардесс, требовали капитана, второго пилота, воды, таблеток от головной боли и так далее. Кейт обуяла паника. Если тут продержат долго, то ее жизни угрожает опасность. И не только ее.

«Адам, иди сюда! Нельзя ходить по салону! Адам!» – вдруг услышала голос женщины Кейт. Она выглянула в проход. По проходу шел маленький мальчик. На вид ему было лет пять. Он немного затормозил у кресла Кейт, и она не выдержала.

– Привет. Тебя мама зовет, Адам. Сюда нельзя, наверное, ходить. Иди скорее на свое место.

– Почему Вы меня назвали Адам? Меня зовут Альберт, – ответил мальчик и повернул обратно.

Кейт кивнула и поняла, что она точно сходит с ума. Она могла дать голову на отсечение, что мать несколько раз прокричала именно это имя.

В самолет вошли полицейские. Они почему-то были в масках и с оружием наготове.

– Да что тут происходит? – нервно спросила Кейт.

– А какие у нас проблемы на борту? Сели вроде бы нормально. Все хорошо. Даже в пути не задержались, – рассуждал Дэн.

– Приведите всех пассажиров в эту часть салона, – проговорил, видимо, главный полицейский стюардессе.

Через несколько минут салон заполнился пассажирами из бизнеса и передней части самолета. Их был немного, так что все расселись без проблем.

– Документы все приготовьте, – сказал тот же полицейский.

– В чем дело, скажите, – спросил Алекс.

– Терпение проявите.

– Мы уже натерпелись за весь полет. Неоткуда взяться терпению, – ответила Патрисия.

Вдруг в самолет занесли носилки. Пассажиры переглянулись. Полицейские прошли в хвост и через несколько минут оттуда вынесли труп, накрытый брезентом.

– Это чтоо? – тихо проскулила Саманта.

– А где этот мужик, что со мной спорил? – вдруг спросил Алекс.

– Видимо его только что унесли, – ответил Дэн.

– Он умер? – снова проскулила Саманта.

– Сейчас все вам объяснят, – сказал главный и пошел к выходу.

– А мы? – крикнула Кейт.

Капитан взял в руки микрофон и приготовился дать объяснение людям в самолете. Что сказать, он не знал. Вернее знал, полицейские ему дали добро говорить правду. Но самое главное, ему придется сказать, что до выяснения обстоятельств, всем придется задержаться в полицейском участке.

– Уважаемые пассажиры рейса 1790, на борту, во время полета, произошло убийство. Был убит пассажир Билл Уилсон с места 13 Б. Все, кто хоть что-то знает о случившемся или был свидетелем странного разговора, действий, мы просим вас рассказать полиции все, что знаете. От этого зависит то, сколько мы все пробудем в полицейском участке. К сожалению, никто не покинет здание аэропорта до полного выяснения обстоятельств. Сейчас будет подан специальный автобус. Приносим извинения за причиненные неудобства.