- -
- 100%
- +
На обложке "Conquest of passage" Henri de Toulouse-Lautrec, 1896
© Владимир Буров, 2021
ISBN 978-5-0055-2968-8 (т. 1)
ISBN 978-5-0055-2969-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Оглавление Эссе 2019 – 1-я Часть
Конец Света? – Пока Нет
А Лев Толстой бегал вокруг Короля Лира с приз-сказками:
– Зачем ты привязал пучок травы на голову, как на самом деле ХГехгель недоделанный?!
Ибо Две Скрижали Завета и переворачивают, как современный фотоаппарат:
– Мир с головы на ноги, однако.
– — – — – — – — —
А то, что Новый Завет включил в себя Ветхий – мы не знали. По крайней мере, точно, что сам Ветхий Завет – ни бельмеса, ни гу-гу, что его уже – как Кита:
– Съел Иона!
– — – — – — – — – —
Поэтому часто упоминается первое чудо Иисуса Христа, а упоминание о его матери – здесь же – так, ну была и была, – а:
– Это всё равно, что сказать Вильяму Шекспиру – ну, каким-нибудь там виконтом, королем или даже королевой:
– Скажи-кось мне, дорогой, как это:
– Быть или не быть?
Увы! Парадокс! Не сможет! А только при толчке режиссера, каким был Любимов для Высоцкого:
– Давай-й-й! – ты сегодня Гамлет.
Так вот и весь вопрос в том, кто мог крикнуть это:
– Давай-й-й! – не только Иакову, но – вот именно, что и Исаву?
Ибо Иакову это Давай сделано в самом видимом тексте Ветхого Завета, как вопрос его, Иакова:
– Можно я не часто, но хоть один раз совру, Господи?
И получил ответ: давай. И заменил свою голову, однако, бараньей. Бог разрешил – имеется в виду – если отец Исаак, эту баранью шерсть засчитал за волосы первого сына Исава.
N.B. – Сколько раз повторял эти имена Исав и Иаков, что два раза подряд ошибиться – перепутав их – немыслимо, но это произошло сейчас и где-то, – номер страницы – в тексте Эссе Чужой Завет.
Так вот, обоснование первой замены есть прямо в тексте Ветхого Завета, – откуда взялась Вторая, – опять на снова – замена?
Но я просто ясно увидел ее:
– Есть.
Откуда идет этот голос в данном случае, обращенный и Иакову:
– Давай-й-й!
И идет он именно из Нового Завета.
И можно, не подумавши, возразить:
– Так это из Нового Завета, – мы иво пока что не рассматривали, как претендента на успех в Ветхом.
Кто тот счастливец, который только и может решить:
– Может Иаков быть царем, или нет? – И:
– Есть такой, так сказать, Человек!
Ибо и Ветхий Завет, и Новый Завет, – написаны – даже без:
– Так сказать, – на все времена.
Можно возразить:
– Но тогда-могла – когда они подкладывали друг другу шкуры еще не убитых медведей – Иаков не мог выйти из своей темницы – даже, так сказать:
– Пасать, – как поведал Дюма про свою Железную Маску.
Да, для тех, кто упрямо верит и даже сам уверен-а, что тогда не было не только Метро Выхино, но и – мама мия! – даже гречки, – кандалы обеспечены, но – что самое главное – не только в прошлом, – а и:
– В будущем.
Весь вопрос и спор между богами и людьми и возник только по этому поводу:
– Кто из них на самом деле Почтовой Станции Диктатор?
Кто ставит этот штамп в проездных тугаментах:
– Ты- Царь!
И Бог выдал эту заветную лицензию Человеку. А боги решили этому Чеку устроить, так сказать:
– Раз ку-ку, два ку-ку – пошли войной. – В результате:
– Все шлепнулись в муку, – ни богов, ни людей.
Человеку не надо спорить, что он считает Исава царем, а боги Иакова, а человек дает им это право обоим, – боги древнего мира, только обманщику Иакову, – мол, цель оправдывает средства, да и даже не поэтому:
– Случилось – значит произошло. Изменить уже ничего нельзя.
Но вот именно, что изменить уже ничего нельзя:
– Человек – критерий истины уже по устройству мира по Новому Завету.
И остается только блокировать и высмеивать его мнение.
– Ну, где, где Исав – это царь, покажите мне, пожалуйста!
И.
Показать можно. Ибо, каким образом Иаков стал царем? И не просто прямой строкой в завещании, а именно:
– Устроил перед Исааком спектакль, театр его имени, не просто пришел и взял власть силой, – а:
– Сыграл роль наследника!
Следовательно, Театр Нового Завета – как говорил Владимир Высоцкий:
– Срок уже имеешь! – в том смысле, что этот срок – время Нового Завета – в этом сюжете распространилось уже и на Ветхий Завет:
– Весь Мир, а не только время, начиная с Нового Завета, стало Сиэтэ.
И.
Тоже самое делает первый брат, Исав, только не по содержанию, как Иаков меняется в ним местами, а по:
– Форме, – ибо очевидно, что сам Текст Книги – это не весь мир, а только Часть его – Сцена, сцена театра, где в одном из рядов сидит Читатель или Зритель этого, этой:
– Женитьбы Фигаро, – как советовал Моцарту А. С. Пушкин, чтобы ответил Иакову – Сальери:
– Подь, вон, перечти Женитьбу Фигаро.
– — – — – — – — – — —
Следовательно, Иаков переиграл своего брата по театру содержания, а Исав Иакова – по форме, которая здесь, однако:
– Как раз и запрещена, – чтобы читать не только текст Книги, но видеть, что он:
– Написан!
Что и открыл Пушкин Воображаемым Разговором с Александром 1 и Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана – прямым – так сказать – текстом.
– — – — – — – — – — —
И так как только Человеку дано это второе право – видеть театр не только по содержанию, но и по Форме, то и запрещают для него Гегеля и Канта, которые объяснили своими многотомными трудами:
– Он – Может.
И посмеяться очень легко:
– Для того, чтобы Исав тоже был царем на переменках с Иаковом, надо – мама мия! – считать, что Землю до сих пор держат три кита или три слона – на выбор, – а мы уже не в детском саду, а записаны, как:
– Профессорэ.
– — – — – — – — – — —
Следовательно, Иаков сделал финт ушами, головой – так сказать – а Исав:
– Всем разумением своим, – сделал только то, что поставил спектакль, устроенный ему братом Иаковом, – на:
– Сцене, – всё!
Как весь Новый Завет – это постановка на СЦЕНЕ Ветхого Завета. Вещь не простая, так как и только наполовину видимая, – ибо в посылке:
– Первая Скрижаль Завета – это КНИГА, – вторая Скрижаль – это:
– ЧЕЛОВЕК, – ее читающий.
– — – — – — – — – —
Как и спел Владимир Высоцкий:
– Ему и делать ничего не надо, – как только:
– Снять Кино по всему бывшему до сего времени вранью – и:
– Всё будет уже не так, всё не так, ребята.
– — – — – — – — – — —
Ибо Сорокин ведет критику советского образа жизни, да, но только по содержанию, ибо форма:
– Есть, – и эта форма, увы, есть не что иное, как ОБРАЗ Золотого Литого тельца древних евреев.
Образ так и остается на месте. Уступка по содержанию – не является уступкой, а это именно и есть такая шакалья игра-загадка:
– Угадай-ка, – ми всегда хорошие – ты согласен, – уже целиком и полностью без знака вопроса.
Мы хорошие, потому что просто-напросто простые луды. А не как Кант и Гегель пруцца к нам не только со слонами, но и китами в даже тройном количестве.
– — – — – — – — —
То-то разочаруется Яков Кротов, что недавно, не подумавши размашисто ляпнул:
– Бог Авраама, Исаака, Иакова.
Иаков здесь прошел, как минимум по блату.
Тут только можно восхититься Пушкиным:
– О! сколько нам открытий чудных, – готовит классическая Художественная литература, – и:
– Бог – изобретатель, – до сих пор Евангелия, – при случае.
– — – — – — – — – — —
Решение проблемы закрывается принципом неопределенности, – как:
– Уравнение пятой степени, которое нельзя решить в одно, однако:
– Мыслительное действие. – Следовательно ответить на вопрос
– Что это? – нельзя.
Пока не было Галуа. Именно он понял – жаль только, что перед смертельной дуэлью – что, разделенные на два пункты – могут иметь связь между собой.
Произошло изменение человека, которому и был выдан билет на этот спектакль Жизни:
– Новый Завет.
Удивительно, но вот эти два пункта решения вместо одного предстают, как Иерихонская Стена:
– Сегодня видна, а пошли назад – и нет ничего.
Вперед? Тоже самое: наблюдаются только Ветряные Мельницы:
– Не кем сражаться.
Из-за этой твари у меня умерла кошка: не смог доехать то ли до работающей, то ли уже на новогоднем выходном, ветлечебницы. На вид:
– Смешно, – а решить невозможно именно из-за невидимости – точнее:
– Плохой видимости проблемы.
Как Сцилла и Харибда: когда одной нет, то и проблем нет, чтобы победить, а когда вторая появляется:
– Думать уже поздно.
– — – — – — – — —
Читаю уже 17-го декабря законченный Ганнибал у Ворот – 4 – Агент под Прикрытием и не всё понимаю, но только до тех пор, пока не обращаюсь к самому себе – когда стараюсь вспомнить – думаю:
– Как оно там было, – не все понятно.
Очевидно, что часть информации находится у читателя. Просто интуитивно.
– — – — – — – — – — —
Но Пушкин своими короткими произведениями, да в подлиннике письма, акцентировал внимание на прямой связи истории прошлых веков и Евангелия. Можно сказать:
– Перевел Евангелие в подлиннике. – Что значит, создал, ибо Евангелие иначе и не переводится.
Как и сказано:
– Ваше письмо я получаю, как ответ на своё письмо, – в предисловии к Повестям Покойного Ивана Петровича Белкина. – Бог его, следовательно, только:
– Заверил.
– — – — – — – — – — —
Следовательно, Очевидное надо принять, как Невероятную правду. Сцена придумана не для розыгрыша, что вы смотрите КАК БУДТО правду, – а:
– Буквально ее видите.
Именно потому, что так происходит и в жизни. Должна начаться свадьба на:
– Свадьбе.
Как пьеса идет О Пьесе. А не о событии в ней, как обычно думают. Не замечают очевидности существования СЦЕНЫ, – как ужаснулся, увидел ее царь Агриппа, ответив Апостолу Павлу:
– Да, понял, понял, но сам пока что боюсь на нее залезть.
Вот, чтобы не только увидеть свет, но и услышать голос вопиющего в пустыне.
– — – — – — – — – — – — —
– Они могли вмешаться в действие. – Связать – так сказать – пожизненно Моцарта и Сальери.
Джонсона и Макферсона. Что один из них выступает в роли другого. Как и Царь с Пушкиным в Воображаемом Разговоре с Александром 1. Смысл:
– Таково устройство мира, что только Зритель – или Читатель в книге – могли осуществить эту связь – в данном случае:
– Ромео и Джульетты.
Без Зрительного Зала – она невозможна! – Не знаю, как это будет, но таково устройство мира по Новому Завету, где всё решает сам Человек, он протягивает им руки:
– Одну с Полей текста – другую из Текста пьесы, – ибо сами они обняться друг с другом не могут. Вот в чем печаль, но и радость от подарка Бога Нового Завета, разделившего Ветхий так, что этот:
– Хулихган, Хомик, получил право решать:
– ВЫ БУДЕТЕ!
– — – — – — – — – — —
Суть этих мистификаций в том, что художественное произведение не подражает жизни, а и есть эта:
– Жизнь.
Человек на Землю пришел – в РОЛИ разумного.
– — – — – — – — – — —
– Человек может подняться на сцену только: В Роли Другого Человека.
– — – — – — – — – — —
– Войти в одну и ту же реку – ДВАЖДЫ.
Ибо мир, который мы видим, заведомо Подлинником не является, так как мы видит только:
– Перевод. – Именно это хотели сказать древние греки заодно с римлянами своими Апориями, что:
– Ахиллес никогда не сможет догнать черепаху.
Как и про реку, что в нее нельзя войти дважды, – но и имели в виду, что на Сцене только! А при посылке, что:
– Весь мир театр – значит и Зрительный Зал тоже участвует в создании этого мира – всё будет:
– Наоборот.
В Ветхом Завете – нет, а ну а мне – спел Владимир Высоцкий:
– Пожалуйста.
Невидимый невооруженным глазом спектакль решает всё.
Почему никто не догадался включить Дубровского, как действующее лицо в роли князя Верейского? Потому что это будет выглядеть уже вообще, как детская сказка. А то, что он вмешивается в это дело с Полей Текста, – не бывает.
И знаете почему? Не по мистической причине, что Мерлин – значит, – а что – мама мия! – этот хрен собачий:
– Читатель! – и знаете ли – выходит – и есть главный Герой Романа.
Ибо только он и может видеть это.
Запретили по методике Канта:
– Приперся сюда, как субъективный идеалист.
К Королю Лиру?
– Как объективный, – разумеется. Со всеми томами Гегеля подмышкой.
– — – — – — – — – — —
Бог для этого доказательства придумал способ:
– Пусть он скажет, кто это? – поставив перед ним корову.
И Хомик ответил:
– Вижу, Господи!
– Что, мил херц?
– Они поженились!
Так-то логично, что поженились Ветхий Завет с Новым.
Ибо вхождение в одну и ту же реку второй раз – не отменило требования Ветхого Завета, что этого нельзя сделать, – а можно только при появлении Человека, который и протянул руки в стороны:
– Одну Ветхому Завету – другую Новому, – одну Тексту – другую Полям, сам встал, как эта Связь, тявкнув это заветное слово:
– Корова! – ибо так-то – только в тексте, или только на полях – это была лишь:
– Смесь бульдога с носорогом.
Почему Пушкин и написал и Воображаемый Разговор, и Джонсона с Макферсоном – только они вместо могут сложить это аз-буки-веди, животворящее слово:
– Корова.
Почему во всех повестях Белкина Новый Мир ищет свою Персефону:
– Без старого мира, без Ветхого Завета ему в этой Жизни не пробиться.
Как и успокоился в конце повести Станционный Смотритель рассказчик, что не жаль и ему семи истраченных рублей ибо:
– Новый мир опять наладил связь в Аидом, где правит его – Станционного Смотрителя – Зевса на пенсии – дочка, навещая его с детками и личным Цербером, таким добрым, – как:
– Моська.
И Автор не пожалел семи рублей, как воин-победитель, потраченных на эту поездку, поездку, однако:
– Творения, – что и Аид:
– Участвует деле мира на Земле.
(Ж. цв. означает, что написано в Не Хлебом Единым, а сюда перенесено. Хотя какой смысл? Думаю, так легче не запутаться, где было, а где есть – в духе юмора этой пьесы.)
– — – — – — – — – — – — – —
Должен быть применен прием, который сделал Пушкин в Барышне-крестьянке. Ибо зачем Лиза переоделась Акулиной? Для игры, но для игры именно на:
– Сцене!
Кто такой Алексей? Это приезжий, он – следовательно – отделен от всех остальных местных деревенских именно Сценой:
– Он один вышел на подмостки, – но в надежде: есть такая здесь точно одна, которая сможет взять эту Брумель-эвскую высоту!
Есть такая Персефона, которая знает эту тайну, как можно выбраться из колхозной стаи, как подняться вверх из мира Подземного, что для этого надо найти:
– РОЛЬ.
Акулины.
– — – — – — – — – — —
Знать это могут только люди посвященные. Посвященные, однако:
– В магию Сиэтэ. – Что не только сцена, но и партер и кресла, и даже галерка:
– Всё кипит в этом котле уже далеко не первородного греха.
– — – — – — – — – — – —
– Слова не висят в воздухе, они могут быть написаны только на бумаге.
Как и человек имеет место быть только на Фоне Бога. Это Новый Завет.
– — – — – — – — – — – —
Ибо и суть Нового Завета именно в этом, что вместо мира одномерного, появился мир Двойной в виде Зрительного Зала, что значит:
– Вы видите не Подлинник, а рассказ о нем.
Подлинник – сама суть его в этом – невидим-м. Так как возникает только в голове Читателя или Зрителя.
– — – — – — – — – — —
Здесь, в Ромео и Джульетте, право первой ночи тоже осталось у князей и графов, но только в виде имитации трахтодрома невесты, как покойницы, а потом мордобития за это, вплоть до того, что князь или граф должны были притвориться мертвыми.
– — – — – — – — – — —
Все боятся переходить в Новый Завет из Ветхого, – и:
– Решают только в угоду богу, – играть в Него.
И, пажалста:
– Больше-то ничего ему и делать не надо, как только сходить в кино.
– — – — – — – — – — —
Но, чтобы было видно, и нужен этот Поцелуй Джульетты из Зрительного Зала:
– Поцелуй умершей умершего, – чтобы было ясно:
– Действие происходит не в одном, а в двух временах.
Видящий это и есть царь Земли.
– — – — – — – — – — —
30.01.19
Тем не менее, второй спектакль я не почувствовал, как в Дубровском, Воображаемом Разговоре, Макферсоне и Джонсоне, а только:
– Уверен логически.
Нет, чуть-чуть задело еще за несколько сцен до финала, что мертвая сцена – это вид именно из зрительного зала – больше ее никто не видит, а значит он сам, ЗЗ:
– Уже на ней, на Сцене, или по-другому:
– На проводе с ней, через барьер между Полями и Текстом, как Яго умел бегать у Шекспира в Отелло. – Не лишнее?
– — – — – — – — – — – —
И!
Ромео идет в атаку. Чтобы восстановить реальное равновесие, так как – очевидно – не равенство будет после свадьбы Париса и Джульетты, а явный перевес семейства Капулетти над Монтекки. Идет, следовательно, на Вы, чтобы:
– Завоевать Джульетту.
Вот здесь и возникает восхитительное противоречие, которое дало толчок написанию этой части всего эссе Ромео и Джульетта, – ибо, как?
Если Ромео в это время даже не знает о ее существовании!
В этом, собственно, весь смысл Шекспира. Что настоящее не просто моделирует прошлое, а делает с прошлым:
– Реальную связь, – что значит, происходит, как при фотографировании:
– Изображение прошлого в настоящем переворачивается! – И значит, теперь следствие опережает причину.
Ибо настоящее видит прошлое целиком.
– — – — – — – — – — —
Ибо Я не может хотеть, чтобы было следствие шло раньше причины, так как это и невозможно, что человека. Для Бога – как и сказано:
– Возможно всё.
Перед тем, как отправиться на спасение Джульетты Ромео сказал, что он умер, а она оживила его поцелуем, и он стал правителем мира. Фраза интересная, но привязать ее к содержанию пьесы даже поближе – сразу:
– Невозможно. – Сейчас, пожалуйста.
Но сначала сравнение содержания этой пьесы с такой же точно пьесой в Ветхом Завете. Что можно думать, Шекспир ее оттуда и взял, как идею.
Идею, однако, доступную только для избранных, а не каждых.
Так можно думать потому, что и другие пьесы Шекспира, как Король Лир, Отелло, Гамлет, с которыми сражался Лев Толстой, – написаны буквально о сражениях Нового и Ветхого Заветов.
Их мировоззрений, как свойств души человека.
– — – — – — – — – — —
Заботы специально даются, чтобы находить Веру в Бога.
– — – — – — – — – — —
Людям предложили сыграть – на территории России в первую очередь – в ужасное противостояние Нового и Ветхого Заветов. Можно сказать, – в:
– Ромео и Джульетту.
– — – — – — – — – — —
Да и сама акцентация Мыслей на Лестнице, как никогда не бывающих в реальности, – дает возможность объяснить, что и реальность, которую мы рассматриваем, реальность, где в одну и ту же реку нельзя войти дважды:
– Только ЧАСТЬ реальности.
– — – — – — – — – — —
И именно потому, Иерихонская Стена не берется ни мытьем – ни катаньем, что запрещено, как нелепость главное:
– Мысли На Лестнице, – как истина Художественности – Новый Завет Бога.
– — – — – — – — – — —
Эта возможность ДВАЖДЫ войти в одну и ту же реку – и есть:
– Художественная Литература.
И искусство. Все произведения Пушкина именно об этом.
– — – — – — – — – — —
Моисей приперся с Двумя Скрижалями Завета с другой мыслью на плече:
– Никто не встанет против права человека войти в одну и ту же реку дважды, – сознательно, – а только:
– Нарочно!
Вывод:
– Существует доля, процент того, каким он был, когда Анатолий Стреляный подхватил – пусть и не падающее, а так и цветущее тогда – знамя коммунизма в этой атаке плечом к плечу с добрим Никитой Сергеевичем Хрущевым:
– Пикассо нам не нужен!
Что и значит, доля понимания, что они:
– Анатолий Стреляный и Ник Сер – врут – действительно существует.
– — – — – — – — – — —
Что нужно? Приводить Подлинник Текста. Как, например, Пушкин Воображаемый Разговор с Александром 1, – не взирая на то, что потому будут кумекать:
– Так не бывает, – а значит и Пушкин, да, ошибся.
Как и со шпорами кавалергарда на балу. Ибо они могут порвать платья милых дам. Не понимая, что шпоры находятся на Полях, а платья в Тексте – и значит:
– Прямого пересечения никогда не имеют.
– Как тогда они танцуют вместе, мил херц?
Вот в том-то и дело, что танцуют, да, все, но, мил херц, всегда только:
– Сам с собою.
Но вот Бог сказал, а за Ним повторили Шекспир и Пушкин:
– Если будете жить вы, Читатели, художественных произведений – и само собой Библии – будет возможен и танец кавалергарда с Татьяной, ЧЕРЕЗ вас они и свяжутся между собой в обнимку.
Как и ответил А. С. Пушкина на это замечание:
– Мне ТАК нравится.
– — – — – — – — – — – —
Ибо вот эта перестановка последовательности Набоковым означает:
– Правильную поставить можете только вы сами.
– — – — – — – — – — – —
– Текс Героя, продолжается, разрывом Автора!
Следовательно, эта телетайпная лента – есть не что иное, как фундаментальная Дэза, матч за первенство мира с которой человек может вести только:
– Вместе с Богом, – что и значит, с Его разрывами этой кожуры.
Разорванный, даже разгромленный текст, может быть связан в осмысленную ленту только Читателем – сам писатель создать такую машину:
– Не может.
Поэтому:
– Поэтому и стараться не должен лить эту беспрерывную воду.
– — – — – — – — – — —
Ибо, где заканчивает предложение Царь и где начинает его Пушкин улавливает только механизм, установленный в Хомо Сапиенсе.
– — – — – — – — – — —
В Новом Завете Герой – кажущийся абсолютно закабаленным – может меняться местами с Автором. Что и значит по А. С. Пушкину:
– Имеет право ЖЕНИТЬСЯ.
– — – — – — – — – — —
На сегодняшний день никак нельзя сказать, что историк и разводит этот балаган, – ибо и потому что:
– Просто издевается, – хотя и действительно не учили его никакой науке, – думали:
– Всё равно большинство в дворники, как Кара-Мурза пойдут.
И не только из-за зарплаты – интересней!
Историк Касьянов говорит о субъективности, как:
– Абсолютной относительности знания, – в противовес, – что:
– Написать Историю можно, – как – этеньшен – правду.
В принципе, да, но звон этот идет совсем не оттуда.
Главный механизм, как можно узнать правду о прошлом, пропускается мимо ушей, как постановление 17-го года – реальное-е.
Механизм этот поставлен в миллионах, в миллиардах книг во главу угла – здесь:
– Как никогда и не видели, и не слышали, что это ЧЕЛОВЕК.
– — – — – — – — – — —
– Чтобы все!
Ну, вот все и не занимаются.
Просветительство поставлено, как заградотряд науке.
– — – — – — – — – — —
Удивляет логика советской власти, как точно идущая не отсюда придумками местной прохиндиады, но и не с неба, соответственно, хотя и не обязательно из-под земли сюда накроенная. И тогда логичен вопрос, почти постоянно здесь задаваемый:
– Откель прешь дровишки, слышь, Ты-ы! – вот со знаком восклицания уже лучше получается, чем постоянно бубнить:
– Ну, откуда ЭТО берется, – абсолютно их бин не-понимайт.
– — – — – — – — – — —
Почему и получается, что знание правды – печаль только больше, т.к. взять логикой неправду, оказывается:
– Невозможно! – ибо неправда – это не другая правда, а именно то, что против правды.
И вот так и непонятно, – зачем? Неужели только для еще большей конкретизации правды?!
Или всё-таки даже:
– Для ее уничтожения?
Не видел пока способа уничтожения правды. Вся неправда основана на существовании правды. Хотя, конечно, я могу и не всё знать.
– — – — – — – — – — —
– Если душа идет одна – без Вергилия – это плохо скрытая ложь.
– — – — – — – — – — —
П.С. – Сложность в том, что противники истины пользуются невидимостью второй части логики. Что даже князь Вяземский не ужаснулся – скорее всего – своему без-посылочному возмущению: