Город

Утро

У меня нет имени и лица. Я, как и все в этом городе, не чувствую почву под ногами, когда иду пасмурным, зимним утром на службу. Разинув свой огромный рот, город поглощает меня, и я растворяюсь в нем. Ледяным языком ветра утро лижет мою небритую щеку и левое ухо ловит гул проезжающих по проспекту машин. Багряный, воспаленный зев северного восхода режет мой глаз, отчего проступает слеза, и мир погружается в вязкую пелену. Мои руки в карманах. Сквозь пальцы правой руки сочатся, с едва уловим звоном, монеты, ребристость которых так сильно ощущается во влажности тяжелого воздуха. Рыхлое чувство.

Зиме недостает летней вязкости. Доминантного зеленого с голубыми, желтыми, красными вкраплениями. Где это все? Северное, промозглое лето ложится с трепетом навзничь перед обволакивающей, всепоглощающей красотой южных июльских закатов. И тут раскрывает передо мной свои объятия Мнемозина. Берет за ворот и тащит подальше отсюда, прочь из столичной громадности!

И вдруг я уже в родной деревне. Детство щекочет меня по рукам, больно кусает за колени, и вот они уже горят от ссадин. Призраки начинают заполнять воспоминания. Появляясь едва заметными очертаниями, наполняясь постепенно цветом, они вдруг теряют свою прозрачность, и я уже отчетливо их различаю. Вот кровать, так предательски проваливающаяся посередине. Стол, колоссом вознесенный ближе к окну и подпертый стеной. Часы, размер которых поразил бы даже современного обывателя. Обилие ковров, скользкая скатерть, трельяж с вытянутыми зеркалами, кресло с потертыми подлокотниками, окно…Никого нет, я один. На кресле спит кот, чернота которого так не вписывается в окружающий мир.

Вообще, вспоминая животных, живших в моем детстве, хочется отдать им дань уважения за их подлинность. Все коты были похожи между собой и были похожи на котов. То же самое касается и остальных представителей уютной домашней фауны. Животные, живущие в моем настоящем, ассимилировались с холодным городом. Складывается ощущение, что они тоже находятся в непрерывном поиске себя, как и люди, ими владеющие. У моей знакомой есть кот, больше похожий на декоративного голубя. Пес моего друга, экзальтированный кобель, похож на крысу, отъевшуюся до чудовищных размеров. Впрочем, я отвлекаюсь…

Я выхожу на улицу летним сухим днем, оставленном на периферии моих воспоминаний. Босиком шагаю к палисаднику, чтобы сорвать багряной клубники, которую я приметил еще лежа на кровати, смотря в окно. Пестрая ванесса перелетает с одной лилии на другую, по мере моего приближения и…

Я столкнулся с прохожим. Извинения, неловкий взгляд, ушибленное плечо. Все это возвращает меня в петербургский февраль. Короткое путешествие завершилось. Я захожу в метро, меня обдает сырым, теплым душком. Я забуду этот день, забуду столкновение. Летом не вздрогнет в памяти воспоминание о холодном, давящем зимнем утре. Но воспоминания о детстве, о теплом прошлом, будут всплывать с постоянной периодичностью в моем воспаленном мозгу.

Возвращение

Так, сейчас почти двенадцать. Не буду торопиться, пойду медленней, у меня горе, в конце то концов. Я подавлен, мой взгляд, как там говорилось в одной хорошей книге…высокопоставленно, нет. Чинно! Точно. Чинно потуплен. Вот так и буду идти до дома. Взгляд, костюм – все атрибуты скорби. Охарактеризуй меня, прохожий, давай. О, да у этого мужчины горе. Ты прав. У меня горе. Официально объявляю себя подавленным, растоптанным и неуклюжим сегодня. Принесите мне молока, залью свои раны белым, пенистым налетом.

А К. молодец, конечно. В такую погоду только помирать… Да, хватит уже ехидничать! Хороший был малый, виделись, правда, с ним от силы раз 10. Ну и что? Его любили, он любил. А тебя кто-нибудь любит? Та блондинка, пытающаяся открыть зонт, точно не любит. Может тоже лечь под тополем возле реки и протянуть свои конечности? Да нет, ты что, откуда мысли такие берутся? От такой погоды прекрасной, наверное. Неужто, кому-то на самом деле хочется жизни радоваться с такой мерзостью вокруг? Нет, правда, есть такие. Д. на работе всегда веселая, хохочет и ест печенье. Может в них дело? Там серотонин, или что-то подобное, не помню. Или не там… Шоколад вроде просто способствует… Нет, серьезно, надо было зонт взять. Он придавал бы виду солидности. Хм, какой он важный, еще и с зонтом. Шляпу еще нужно было надеть, эх, хотел же!

Метро. Ох, уж этот запашок, как в преисподнюю. И ребята в будках вечно злые и толстые. Конечно, сидят там целый день, смотрят прямо перед собой, да на таких, как ты.

Бесконечный спуск. Говорят, все обвалилось бы со временем из-за воды, поэтому так глубоко. Почитать? Нет, я же подавлен, какое тут чтение. Ох, а тот дедуля старину Джорджа осваивает, а, может быть, не в первый раз. Правильно, папаша, никогда не поздно! Так, выход с той стороны, пойду в конец. Только не близко, после того утра вообще ни-ни. Вдруг на рельсы упадешь. Новый приехал.

Ладно, народу сейчас мало, сяду лучше. У некоторых особей такой странный внешний вид, ей Богу… Вот почему у него левое ухо так сильно торчит, а правому и дела нет до этого? Лежит себе смирно, как будто и не родное. На гоблина похож. Да ладно тебе, сам тоже не красавец. Зато в костюме и с глазками умными. Как собака. Вот опять началось. Это странное чувство. Прям подташнивает от убожества и несовершенства вокруг. В основном, в метро, заметил? Про это наверно он писал. Точно. Так же ехал куда-нибудь и думал о том, как вокруг все убого. Вот и его тошнить начало, бедняжечку…

Эта женщина похожа на пекинеса. Люди-животные. Заселили эту громадную космическую глыбу и рады до смерти. Ой, а мы тут производим, добываем, знаете ли. Смотри, собак любим, медведям и тиграм помогаем. Только друг друга иногда убиваем. Не то что бы совсем немного, в приличных таких количествах, вообще-то. Но мы все равно золотые. Лучшее, что могло случиться с этой планетой. Другие ребята вокруг Солнца такие несчастные. Ни одного человека за столько лет. А все потому, что нет условий, чтобы мы, красавцы, жили там. Вот была бы вода, скажем, или, скажем, кислород, тогда, да. Тогда бы мы устроили фиесту. А ведь Марс такой красивенький, ну, почему, почему? Уничтожили, вытеснили динозавров, огромных стрекоз и нацистов. Правильно! Им тут не место! Ушли кровопийцы, зубоскалы, канули в Лету. Поделом. Тут своих полно…

Что это? Вроде моя должна быть. Точно, моя. Может позвонить кому-нибудь? Маме обещал. Не буду, лучше напишу. Все хорошо, еду домой, на работу сегодня не пойду. Отправлено.

Голова опять начинает наливаться свинцом. Запишусь на следующей неделе к врачу, это становится невыносимо. Эти страшные, непрекращающиеся головные боли во второй половине дня изматывают. К тому же они порождают ночные кошмары. Весь вечер ты не можешь пошевелить даже пальцем руки, чтобы, упаси, Господи, не вызвать эту дикую волну. Думал, лягу, засну быстрее, утром все пройдет. Нет же, нет. Головные боли порождают ночные кошмары. Всю ночь с приятного на вид мужчины снимают скальп. Кому это понравится, а? Кошмары выматывают нервную систему, она изнашивается, как старый, рваный сапог со временем, мне ли не знать. Здравствуйте, доктор! Прошу принять мои анализы, кажется, я схожу с ума. А как это неблагоприятно звучит, если опускать все подробности… С подробностями еще хуже. Лучше остановиться и не думать об этом.

Ничего, конечно же, не изменилось. Я помню, по-моему, прошлой осенью, дождь лил, не прекращаясь, недели три. И темно было, как в подвале, когда бы ты ни проснулся. Слишком узкий проход, нужно увернуться от коляски. Просто проскользни мимо. Умница.

Есть в этих современных тканях одно причудливое свойство. Они, вроде как, имитируют звуки непогоды. При повышенной влажности, особенно при ливне, плащ шуршит как-то по-особенному. Будто повторяет звук дождя. Удивительно. Интересно, кто-нибудь еще это заметил?

Тяжеловесный. Эти рекламщики каких только слов не откопают в недрах языка, чтобы народ заинтриговать. Знатоки семиотики. Мы посылаем вам тайные послания и сигналы! Купи эту мебель, приятель, органика, твой кот будет в восторге! Была одна мадам, училась на рекламе, помнишь? Запомнилась только своей способностью запихать все на свете в один пакет. Странная девица, не без изюминки, конечно. Это что, В. идет? Точно он. Так, взгляд задумчивее и побольше скорби, еще больше. Достаточно.

–Привет, мужик. Как твои дела? А я думаю, ты или не ты? Весь в костюме, важный такой, вышагивает. Ты откуда? Разве не на работе должен быть?

Да горе у меня, дубина, горе. Что не видно по мне? Мог бы и догадаться, сам же говоришь, костюм под плащом, туфли, в конце концов… А, ладно. Ты все равно никогда сообразительностью не отличался.

–Должен, но, как видишь, сегодня мимо. Я с похорон вообще иду. Да, приятель один, несчастный случай. Молодой совсем, ужасно.

Думаешь, я забыл, как ты про меня гадости говорил, тогда на Новый год? Соболезнует он, а как же. Самому дела нет, забудет через три минуты. Да ты, даже если я глазки закрою навек, два часа погрустишь, хлопнешь пару стопок и пойдешь в магазин за хлебом. Кругом лжецы. Кому доверять?

–Слышал, вы с А. расстались…

Слышал он, молодец какой. Уши есть, слышит все, что происходит вокруг. Повод гордиться. Наверно страшно рад, в курсе событий. О, водоворот жизни, не унеси меня, не затяни петлю на шее.

Давай уже прощаться. Да, мне тоже, к большому, счастью надо бежать. Неважно куда, главное от тебя подальше.

Нет, это все, конечно, ужасно. Вот я иду сейчас, а вот через пять минут меня уже нет. Вернее, я есть, только размазанный по асфальту, ну, или по капоту какого-нибудь внедорожника. Конечно, мы помним, что сам по себе, без причины, ни один кирпич никому на голову не свалится. Но как жить то с этим? Что делать с этим знанием? Наверно, наш мозг как-то запрограммирован на запрет о подобных размышлениях. Кто много думает, тот много страдает. Будешь много думать о смерти, о ее кошмарной неизбежности, быстро шестеренки заржавеют. Добрые дяди в белых халатах, как правило, не заставляют долго ждать. Помощь нуждающимся. Нет, все-таки, интересно, почему каждый из нас, знает, что умрет, знает, что все и всё вокруг сгинет, и не сходит с ума? Почему эта катастрофическая и губительная для нашего разума мысль не заставляет нас вскакивать посреди ночи, держаться за голову и неистово кричать? А ведь и правда, умру. А. умрет. Пес соседский помрет и тополь под окном сгниет. Наверняка у психиатров есть ответ. У этих ребят есть на все ответ. А почему не пошел на психолога хотя бы? Надо бы клиническое образование, так лучше, больше ценится. А, точно. Биология и химия. С этим беда, конечно.

Зайти в магазин или до завтра можно прокормиться тем, что есть? Не буду, пожалуй. Вот опять. Это странное чувство. Ступени. Одна, вторая. Удивительно, как неожиданно эстетика жизни, ее жажда пробуждается во мне. Вино, распускающиеся листья, красавицы и новые альбомы любимых музыкантов-все проходит мимо. А тут… Поднимаешься по ступеням и, вот оно, как гром среди ясного неба, неожиданно, смотри, даже волосы дыбом встали на руках! Жизнь. Ощущение того, что ты живешь. Ты жив, ты здесь, твоя оболочка двигается, ведомая гравитацией. Тихо, лишь бы не спугнуть. А, нет, уже. Так быстро оно проходит, это странное чувство. Пара секунд, иногда чуть дольше. В прошлый раз на балконе, кажется…

Надо музыку послушать, где там наушники? Так новый альбом и не дослушал до конца, К. так не вовремя…Ужасные мысли. Ладно, смысла нет уже, почти дошел. Лягу спать, совсем не выспался, только руки помою…