- -
- 100%
- +
– С ума сошла? Это Дракон! Забыла, что ли? – Вивьен ловко перепрыгнула пару ступеней и подскочила к кошке, хватая её за холку и оттягивая на себя. – Он свой!
Наблюдавшая с кухни за драматическим моментом Карла колко обронила:
– Селеста так просто не кидается.
Ответ прилетел с двух сторон:
– Ма-ма!
– Карла!
– Ой, ладно вам! Могли и подыграть, – отмахнулась красноволосая профессорша, отвлекаясь на запекающуюся в духовке индейку.
– Селеста, в комнату! – приказала Ви, одаривая кошку грозным взглядом и наблюдая, как сбитая с толку и чуточку сердитая Селеста косится на гостя, затем Финна и, понурившись, плетётся наверх. – Кобальт, простите! Не знаю, что на неё нашло. – поворачиваясь к Дракону, виновато проговорила девочка.
Тот вернул лицу спокойное выражение и отмахнулся.
– С таким хранителем вам сторожевых псов можно не заводить, – со смешком заметил Кобальт, демонстрируя, что всё в порядке.
– Надеюсь, она вас не задела? – Вивьен выглядела всё ещё обеспокоенно, а потому шагнула к Дракону, протягивая руку в попытке убедиться, что Селеста не причинила вреда мужчине.
Кобальт заботливо перехватил девочку за тонкое запястье и обезоруживающе улыбнулся.
– Вивьен, не стоит так переживать. Подавать в суд на демоническое создание я не намерен, – хитро щурясь, Кобальт обернулся на Финна. – А вот ты, дружище, мог и напомнить мне, что кошечка Тьмы переехала к вам. Я и забыл про неё, если честно. Думал, Селеста в ковене Мираробелли обитает.
Финн выглядел виновато, а потому Кобальт развеселился ещё больше:
– А визит в гости перестаёт быть скучным.
И продолжая болтать, Кобальт скинул туфли и только после обратил внимание, что до сих пор придерживает девочку Фицджеральд за запястье.
– Ой, Ви, прости, у тебя такая миниатюрная ручка.
– Что ты её не увидел? – скептически уточнила, вышедшая из кухни Карла. Одарила Дракона нечитаемым взглядом и кивнула дочери: – Мне бы пригодилась твоя помощь, милая. А вы, – Карла ткнула указательным пальцем на мужчин, – займитесь детишками: переоденьте и спустите на кухню.
– Не зря я не заглядывал к вам раньше, – отпуская Вивьен и не замечая, как та, краснея, шустро исчезает за углом, хохотнул Кобальт. – Я и дети – вещь несовместимая!
– Ящер, ты смотри, я могу и отозвать приглашение, – пригрозила Карла. – Бегом к детям, с тебя не убудет!
– Финн, не завидую я тебе, – и продолжая посмеиваться, Кобальт зашагал вслед за Финнвардом в детскую.
***
– Я пришёл, чтобы поработать с Вивьен, а вместо этого меняю подгузники тройняшкам Тьмы… Что я не так делаю в этой жизни? – задумчиво процедил Кобальт, на вытянутой руке держа грязный подгузник и морща нос.
– Когда они вырастут и станут взрослыми, будешь поддевать их этим, – парировал Финн, привычным движением поднимая ножки малыша Сети, вытирая его салфетками и заворачивая испачканные штанишки перед тем, как отправить всё прямиком в мусорное ведро.
Кобальт, до этого наблюдавший за действиями Финна с плохо скрытым отвращением и одновременно восхищением, неожиданно вздрогнул и нервно отвёл взгляд в сторону. В планы Дракона не входили встречи с повзрослевшими детишками. Но Финн реакции друга не увидел и спокойно продолжил манипуляции, переключаясь на старшенького из тройни – Арнгейра.
– Держи.
Кобальт ещё не успел мыслями вернуться к реальности, как Финн ловко всучил ему в руки крошечный свёрток.
– Хотел познакомиться поближе с Эйриком? Вот его уменьшенная копия – Тео. Вы точно поладите.
– И что… и как… Как его держать? – растерялся грозный бог, на вытянутых дрожащих руках сжимая шестимесячного грудничка. – А если я ему что-то сломаю?
– Карла поможет тебе более простым путём попасть в Загробный мир, – с ноткой ехидства выдал Финнвард и рассмеялся, когда лицо друга вытянулось от напряжения. – Да не бойся ты! Это всего лишь ребёнок, а не кровожадный монстр!
– Это дитя Света и демона. Я бы не спешил с таким категоричным определением, – фыркнул Дракон, неуверенно прижимая младенца к груди. – Мне же не придётся сидеть так весь ужин?
Финнвард сделал вид, что не расслышал вопроса, и Кобальт нервно сглотнул, взволнованно разглядывая младенца в столь опасной близости от своего лица. Кроха Тео улыбался беззубым ртом, и его волшебное очарование неприятно обожгло Дракона. Кобальт насупился, отгоняя дурные мысли.
– Мне стоит как можно скорее заняться Вивьен, если мы хотим опробовать план, – ухватился Ящер за предложенную на совещании идею, стараясь не думать, что, впрягаясь в спасение ведьм баланса, запутывает себя ещё сильнее.
Финн кивнул, и уже спустя десять минут парни сидели за столом и смаковали ароматную индейку, восхищаясь кулинарными талантами Карлы Фицджеральд.
– Значит, хочешь попробовать спуститься, отыскать сестёр и вытащить их? Не ты ли говорил, что обратного пути из Загробного мира нет? – когда с ужином было покончено, поинтересовалась Карла, предварительно отправив Вивьен разобраться с грязной посудой.
– Сама знаешь, что речь идёт о первоосновах. Для Тьмы и Света не действуют привычные законы, – серьёзно откликнулся Кобальт, вмиг теряя напускное веселье. Повернулся к красноволосой профессорше: – А с теми, кто носит фамилию Виннфлед, вообще стоит держать ухо востро.
Карла мимолётно усмехнулась, прежде чем вернуться к волнующей её теме:
– Что будет значить для Вивьен связь с тобой?
– Я стану её покровителем.
– Иметь в защитниках бога смерти – такое себе удовольствие, – Карла поморщилась. – Это временно?
– Всё зависит от желания Ви. Если она не захочет обращаться ко мне, не стану навязывать своё общество. Не переживай, никаких скрытых каналов и подоплёк. Ей лишь будет проще достучаться до меня посредством медитаций, а я буду слышать её молитвы, обращённые ко мне.
– И сможешь сам связаться в любой момент.
– Именно ради этого всё нынче и запланировано, – кивнул Дракон.
Карла хмыкнула, переглянулась с мужем и встревоженно постучала по столу, прежде чем приняла решение.
– Что Вы собираетесь сделать? – глухо осведомилась Вивьен, с каменным лицом выслушав родителей. От их слов, а главное, осознания, что Кобальт получит доступ к её мыслям, девушку бросило в жар. Она и представить боялась, как выглядит сейчас – щёки пылали и, наверняка, окрасились в алый.
– Ты ничем не рискуешь! – мгновенно успокоил девочку Дракон, придвигаясь к малышке. – Это всё будет на ментальном уровне, физику наша связь затрагивать не будет!
– Но… – Ви попыталась совладать собой и вмиг разыгравшимся воображением. Сглотнула, чувствуя, как становится тяжело дышать. В последнее время она старательно избегала встреч с Драконом и даже уверовала, что глупая девчачья заинтересованность другом отца сошла на нет. Но потом Ящер появился на свадьбе Астрид и Кендрика… Позёрский костюм пастора сидел на нём так потрясающе, что самообладание подвело подростка.
– Я не хочу получать видения из Загробного мира!
Вивьен решила, что это оправдание идеально объясняет смущение. Родители знали, как трудно девочке далось принятие дара, и как отчаянно она отказывалась от него, противясь обучению. Умная юная Фицджеральд ухватилась за это, как за спасательный круг, уводя себя в сторону от неловкой скользкой темы. Лишь бы мама не поняла истинной причины страха!
А Карла, как назло, смотрела так пристально и подозрительно, что у Ви душа уходила в пятки. Пожалуйста, пусть она ничего не поймёт!
– Вивьен, обещаю, что это будет единичный случай! – заверил Дракон. – Если пожелаешь, то сможешь в молитвах обращаться ко мне за помощью, но я, даю слово, пользоваться каналом не буду и никаких поручений, видений и прочих божественных поползновений делать не буду.
Ви вдруг захотелось нервно рассмеяться. Ирония в том, что подросток как раз была не против поползновений со стороны Дракона. Только неслучайно мать и Конрад Фицджеральд отмечали ум и сообразительность девочки: даже думать о взрослом Кобальте Вивьен не имела права. И ещё понимала: увлечение спровоцировано гормонами, переходным возрастом и бунтом – прежде родная мать всё запрещала дочери и считала полной неудачницей. Интерес единственного выжившего бога словно мог доказать незримой родительнице, что она ошибалась.
И всё это Вивьен умом прекрасно понимала, но сердце продолжало замирать каждый раз при виде Дракона. И Ви было стыдно и неловко, только поделать с собой девочка ничего не могла.
– Это поможет вернуть Аделаиду и Обливион? – тихо произнесла Ви, устремляя взгляд на отца. Среди всех этих взрослых он был сейчас самым безопасным – Ви чувствовала, что уж Финн точно не сообразит о настоящих мыслях дочери в адрес Ящера, а значит, глядя на него, можно выдохнуть.
Финнвард кивнул. Ви сжала кулачки и дала согласие. Надуманные чувства или нет, но Ви пыталась походить на родителей, а значит, долг и помощь другим был для девочки превыше всего.
3.
– Аметист настраивает на более чуткое восприятие тонкого плана, воздействуя на чакру третьего глаза, – Кобальт осторожно коснулся пальцами лба Вивьен, и на запястье девушки на нити браслета образовался упомянутый фиолетовый камень. – Ангелит считается мостиком между человеком и Богом. – продолжил Кобальт, мягко накрывая руку Ви и прикрывая глаза. Девочка ощутила, как новый камушек утяжелил защитное украшение, а по телу пробежали мурашки. Только юная колдунья не смогла определить, так на неё воздействует минерал или невозможная близость Дракона.
Фицджеральд сглотнула, из-под ресниц разглядывая просветлённое лицо божества, погруженного в процесс творения.
– Голубой сапфир убережёт от дурного влияния. Это особенно пригодится, учитывая, что я буду находиться в Загробном мире, и лучше перестраховаться. Чёрный агат – ещё один мощный магический амулет, раскрывающий восприятие иных материй. Изумруд защитит от демонических сущностей, чёрный обсидиан используют в предсказаниях, аргелит люди прозвали камнем ведьм, и в нашем деле тоже лишним не будет, – Кобальт открыл глаза. – Боишься? – понимающе произнёс он, и Ви ухватилась за эту эмоцию, про себя выдыхая, что Дракон так интерпретировал её волнение.
– А существует минерал, что способен закрыть меня от постороннего вторжения в мысли?
– Переживаешь, что я попытаюсь тебя прочесть? – развеселился мужчина и покачал головой. – Ви, я, конечно, залезал в сознание умерших существ, но мой дар не распространяется на живых. К тому же наша связь иного плана. Я слышу тебя, лишь когда ты сама обращаешься ко мне.
– И всё же я хотела бы иметь дополнительную защиту в этом, – вздёрнула подбородок подросток, проявив упрямый характер.
Дракон снисходительно улыбнулся и поднял руки верх, принимая поражение.
– Гелиотроп. Бытует легенда, что этот необычной расцветки камушек способен делать своего владельца невидимым для тех, кто помышляет недоброе. Проще говоря, он служит защитным амулетом от чуждого влияния. Если хочешь, я могу и его вплести в браслет, – предложил Дракон, и Ви кивнула.
– Ох уж вы, подростки, – посмеиваясь, Кобальт вновь накрыл ладонью запястье девочки и дополнил украшение ещё одним камнем. – Самая простая часть ритуала завершена. Теперь нам следует раскрыть сознания навстречу друг другу, погрузившись в медитации. Я не знаю, сколько по времени это займёт…
– А разве богам не приносят подношение? – вдруг опомнилась ведьма, и Кобальт на миг замер, пристально разглядывая девочку.
– Ты права, но… Что ты можешь принести богу Загробного мира? Не переживай, я засчитаю ужин за подношение, – отмахнулся Дракон, но Ви вдруг резво вскочила на ноги и кинулась к столу. Склонилась над ящиками, что-то взволнованно отыскивая.
Кобальт прищурился, с любопытством наблюдая за Фицджеральд.
«Это моя возможность…», колдунья одёрнула себя, слегка дрожащими руками вытаскивая на свет коробок с карандашами и ластиками. Затем перехватила альбом и выпрямилась, взглянув на Дракона.
– Я Вас нарисую. И подарю этот эскиз.
На лице Кобальта отразилось искреннее недоумение, и девочка поспешила убедить.
– В древние времена богам в храмах жрицы возводили идолов. Скульптуры я создавать не умею, но рисую недурно.
– Меня ещё никто никогда не рисовал, – признался Ящер, и в животе Вивьен бабочки заплясали хоровод. Кобальт увидит, что она умеет! И она будет первой, кто сделает ему такой подарок! От восторга Ви ощущала, как кончики пальцев буквально горят.
– Значит, моё подношение будет таким, – решительно произнесла юная колдунья, возвращаясь к дивану, где до этого они сидели с Драконом. – Вы можете помедитировать, пока я рисую, чтобы ожидание не было в тягость.
Кобальт всё ещё выглядел озадаченным, но Вивьен не стала терять времени зря и поспешно уселась, удобнее размещая на коленях планшет с альбомным листом и беря карандаш.
– Ты прямо сейчас будешь рисовать? – уточнил мужчина, и девочка кивнула, сосредоточенно прикусывая нижнюю губу и уверенными движениями начерчивая контур силуэта.
Дракон, если и хотел возразить, лишь хмыкнул и махнул рукой, сдаваясь под напором маленькой Фицджеральд.
Ви возликовала, хваля себя за сообразительность. В ближайшие полчаса она могла смело разглядывать мужчину, и в этом невозможно было усмотреть никакого умысла. Чего ещё желать влюблённому подростку?
– У меня ощущение, словно…
– Помолчите, пожалуйста, я пытаюсь изобразить Ваш рот, – перебила Кобальта Ви, цепко скользя взглядом по губам Дракона и чувствуя, как от смущения пересыхает в горле.
– Я хотел сказать, что у меня ощущение, словно рисунком ты создаёшь канал между нами и медитация не нужна.
– Возможно, – кивнула девочка, с радостью хватаясь за тему, позволяющую переключить внимание от губ мужчины. Довела несколько плавных линий, ещё раз оценивающе пробежалась глазами по лицу Дракона, подмечая каждые морщинки и волоски, и выдохнула.
– Рисование отчасти тоже медитация, только в процессе я больше сосредоточена на Вас, – отложив карандаш, Вивьен взглянула на рисунок, затем снова на Кобальта. Удовлетворённо кивнула. – Возьмите, – протянув лист мужчине, Ви встревоженно замерла, ожидая вердикта.
Кобальт разглядывал портрет томительно долго. Хмурился, исподлобья рассматривал девочку, почти беззвучно хмыкал.
– Вам не нравится? – встревоженно уточнила Ви, не в силах дождаться ответа. Ей так хотелось, чтобы Кобальт оценил её талант, а он…
– Это очень красиво, Вивьен! Я думал, рисовать картины пророчеств – это особенность дара, но ты изумительно владеешь карандашом и без влияния высших сил.
Кровь мгновенно прилила к щекам девочки. И Ви непроизвольно потупилась, смущаясь и одновременно испытывая восторг от похвалы. Внутри всё буквально распирало от полноты эмоций. Кобальт её заметил!
– Я с большой радостью принимаю твоё подношение, оракул. И могу смело заявить, что нам удалось наладить связь. Я чувствую её, а ты?
Вивьен не нужно было даже прислушиваться к себе. Она и без сонастроек чувствовала и каждый день думала о Драконе.
– Завтра у нас будет тяжёлый день, Вивьен. Отдохни. И благодарю за дар, – Кобальт поднялся на ноги, подмигнул девочке и вышел из комнаты, оставляя юную Фицджеральд с ворохом новых ощущений и образов для ночных сюжетов.
Глава 3 “Путь в Ад”
Утро началось нервно. Вивьен кусала губы, наблюдая за подготовкой взрослых: Айсейдора прибыла в поместье Фицджеральдов и вместе с Финнвардом уже полчаса чертила знаки на полу, оживляя заклинаниями.
Дракон терпеливо ждал, выражая мировое спокойствие, в то время как Вивьен с ума сходила от волнения. А если она не услышит его зов? Вдруг всё пойдёт не по плану, а она пропустит крик о помощи? Ещё и карты молчали, и никаких картин не возникало перед мысленным взором.
– Вивьен, у тебя всё получится.
Голос Дракона вернул девочку на землю. Ви вздрогнула и обернулась к мужчине. Тот подбадривающе улыбался, и Ви словила испепеляющую волну жара. Покраснела и смущённо потупилась.
– Ты отличный оракул, слышишь? Верь мне!
Вивьен сомневалась в себе, но противостоять обаянию Кобальта и его словам не могла.
– Мы сделали портал прямо к входу в Загробный, чтобы тебе не пришлось лететь. Кобальт, приготовься. Мы снимаем «чары» с замков, и тебе нужно быстро забраться внутрь, – Финн приблизился к Ящеру, отвлекая того от раскрасневшейся дочери.
Мужчины зашевелились, и Вивьен облегчённо перевела дух, невольно прикладывая холодные ладони к разгорячённым щекам.
– Айсейдора сказала, что тебе пригодятся карандаши и бумага. Рисуй всё, что придёт на ум.
Портал вспыхнул и поглотил Дракона, Финнвард и Айсейдора продолжили шептать заклинание, а Карла приблизилась к дочери и аккуратно положила перед ней инструменты художника.
– Думаешь, всё получится? – тихо и встревоженно прошептала девочка, кидая косой взгляд на мать.
Карла пожала плечами:
– Мы не сидим на месте, а это уже на шаг ближе к победе.
***
Пол был усеян наскоро нарисованными эскизами. Вивьен сидела на коленях, и карандаш в её пальцах торопливо бежал по бумаге, представляя миру царство упокоенных душ. Укутанные тёмным дымом пейзажи оживали на полотне и слабо освещались проблесками припудренного света.
Везде был он – Дракон. Ледяной ящер, затянутый в броню с россыпью драгоценных камней, передвигался по бесконечным равнинам, отгоняя своим морозным свечением мрак и тьму. Его проницательные холодные глаза вглядывались в пустоту, скользили по стенам пещер, проникали за завесу.
– Их нигде нет…
– Если сложить рисунки, получится комикс о путешествии в потусторонний мир, – фыркнула Карла, осторожно вытаскивая из-под руки дочери очередной набросок и складывая его в стопку к прочим.
– Всё выглядит ещё мрачнее, чем я помню. У меня дурное предчувствие.
– Думаешь, сёстры ещё не вернули своё человеческое сознание? – Карла взглянула на супруга и еле заметно вздрогнула, когда карандаш в руке Ви от нажима переломился, издав неприятный хруст.
– Они недовольны, – отстранённо, словно издалека прозвучал голос Вивьен. – Зачем он пришёл, если они просили их не тревожить?
Карла одарила мужа обеспокоенным взглядом и спешно перебралась к дочери на пол.
– Ви, ты меня слышишь? Что происходит? – хотела было коснуться девочки женщина, но Вивьен полоснула невидящим взором и склонилась над белым листом.
Две грозные фигуры первооснов обретали форму, рассекая мрак Загробного мира пылающим Светом и тягучей Тьмой. Рядом с ними Дракон казался крошечным солдатиком – беспомощным и сломанным, – но непоколебимым в своей воле.
***
– Уходи, Дракон. Ты вторгся в уже чужой для тебя мир. Мы не звали. Мы требовали оставить в покое. Неужели ты не слышал приказа?
– А, так вы теперь говорите головной болью? – попытался пошутить ящер, но Тьма и Свет остались невозмутимы в своей отстранённости, и Дракон тоже сменил тон. – Я пришёл за ведьмами. Обливион и Аделаиду ждут дети. Им нужны мамы.
– Ведьм больше не существует. Неужели не помнишь, что пламя фениксов уничтожает души?
– Не у таких, как вы!
– Дитя, ты забываешься. Мы можем забрать твою сущность обратно, присоединив к остальным.
– Можете, но не сделаете. Потому что я прав, и сестры-ведьмы ещё живут внутри вас.
– Свет, я верну свою часть, – Тьма поставила перед фактом и потянулась незримой вездесущей рукой к последнему из богов.
Кобальт отпрянул и отступил, дёрнув за свою связующую ниточку с миром людей.
***
Провидица выронила карандаш и рухнула на пол, вытянувшись словно струна. С побелевших губ сорвалось единственное – «открывай, Финн», и в то же мгновение девочку словно в эпилептическом припадке закружило по полу.
– Она не справляется с божественной энергией, – испуганно вырвалось у Карлы. Фицджеральд склонилась над дочерью, схватив ту за руки, и попыталась поддержать своим источником огненной силы. – Финн, вытащи его! Немедленно! – Карла и не помнила, когда её голос так дрожал от страха. Всегда сдержанная и безэмоциональная феникс сейчас ощущала себя посреди бушующего океана, грозящего утопить её ребёнка. И ужас накатывал девятым валом.
Когда Дракон, уже в обличие человека, возник посреди комнаты, ни Карла, ни тем более Вивьен не увидели. Просто в одно мгновение Ви обмякла и перестала метаться. Карла сначала потрясённо замерла, подумав, что случилось непоправимое, а затем уловила еле слышное биение сердца девочки и выдохнула, почувствовав, как тяжесть разлилась по телу с осознанием: всё закончилось.
– Это была дурацкая идея! Бестолковая!
– Нет, Финн, они там, я ощутил это, – бесцеремонно перебил приятеля Дракон и шагнул к Карле и Ви.
Феникс вскинулась и закрыла собой девочку, угрожающе запылав глазами.
– Убирайся!
– Карла, спокойно…
– Ты говорил, что с ней всё будет в порядке!
– С ней и так всё в порядке!
– Убирайся! – ещё резче прошипела женщина, не подпуская Дракона к Ви.
– Кобальт, идём, – пришёл на выручку Финнвард, касаясь плеча друга.
Кобальт одарил женщин Фицджеральд угрюмым взглядом и развернулся, чтобы уйти, как Карла вновь заговорила:
– Рисунки Вивьен.
Дракон и Финн обернулись. Карла подошла к разбросанным картинкам, выбрала из них несколько – те, на которых грозные фигуры говорили и стремились уничтожить Ящера, и без колебания обратила в пыль, после чего протянула оставшиеся супругу.
– Кендрику не стоит знать, что Тьма хотела забрать Дракона. Пусть думает, что Обливион и Аделаида ещё там.
– Они действительно там. Только затерялись слишком глубоко в бездне первооснов.
– Вот и придумай, как вытащить сестёр, не используя больше мою девочку, Дракон. А теперь убирайся! – процедила Карла, возвращаясь к Вивьен.
Кобальт ничего не сказал, лишь кивнул и вышел вон.
Глава 4 «Дочки-матери»
– Ви, возьми. Кобальт передал. Он беспокоится, как ты, – с этими словами Финнвард вручил дочери коробку со сладостями и подбадривающе улыбнулся. – Всё хорошо?
Юная колдунья, вцепившись в шоколадки, уставилась на отца, пытаясь осознать фразу: «Кобальт беспокоится». О ней! Он думает о ней! Сердце в груди подростка неистово заколотилось, а жар обжёг щёки. Неужели этот взрослый древний бог переживает о ней?
– Пусть не подлизывается. Я его даже на порог не пущу!
Карла своим гневным возгласом разрушила все сладостные мысли девочки. Вивьен мгновенно насупилась и уставилась на женщину, про себя пылая уже праведным гневом. Чего Карла лезет, куда не просят?! Сама счастливая, с Финном, а дочери всё портит! Вивьен согласилась на эксперимент! Она приняла решение! Чего феникс взъелась на Дракона?
– Мне очень приятно, папа. Передай мою благодарность Кобальту, – попыталась смягчить обстановку Ви, встревая в недовольства матери.
Карла метнула в колдунью сердитый взгляд.
– Как же! Благодарность ему! За что? За то, что чуть не угробил тебя?
– Не будь ты так категорична к Кобальту, милая. Мы понимали, на что шли, давая разрешение воспользоваться навыком Ви, – Финн тоже попытался успокоить любимую ласковыми словами, но профессорша Фицджеральд лишь одарила супруга ледяным взглядом.
– Я в порядке, Карла! Хватит со мной нянчиться, я уже взрослая! – не удержалась подросток и вспылила. – Я приняла решение, а значит, сама отвечаю за последствия! – девчонка ударила рукой по столу, вскочила на ноги и прытью метнулась к лестнице, ведущей на второй этаж.
Карла безэмоционально покосилась в спину беглянки, а Финн растерянно развёл руками, но не нашёл что сказать. Зато за него ответил четырёхлетний Джудас, который всё это время словно мышка сидел за столом и внимательно поглядывал то на родителей, то на сестрёнку.
– Виви забыла шоколадки. Я могу их забрать?
Взрослые нервно рассмеялись.
***
Вивьен раздражённо металась по комнате, не пытаясь скрыть недовольства. Карла воспринимала её ребёнком! Словно ей не шестнадцать лет, а четыре как Джуди или того хуже – как младенцам. А ведь разница между ней и Карлой – всего десять-пятнадцать лет!
– Мнит из себя самую умную. Пусть лучше за остальными следит, а меня не трогает! – зашипела девчонка, замирая напротив зеркала. – Быстрее бы мне исполнилось восемнадцать! Тогда эта Карла мне будет не указ! Всем нужно вечно меня поучать!
И Ви было неважно, что Карла всего лишь переживала. Чувства подростка были задеты, а дальше она так себя накрутила и всё вывернула, что разозлилась ещё сильнее и неслась на всех парусах, не думая тормозить.
Угрюмая и похожая сейчас на дикую кошку – тронь, расцарапает, мало не покажется, – девочка плюхнулась на кровать. Сообразила, что забыла конфеты от Кобальта внизу, и ещё больше помрачнела. И Дракон тоже хорош! Мог лично прийти и увериться, что его оракул в порядке! А то шоколадки передаёт… Она что – ребёнок?!
– Уйду, стану жить самостоятельно – посмотрим, как вы будете считать меня маленькой! – раздражённо процедила девчонка, кидая хмурые взгляды в сторону двери. Мысль сбежать была, конечно, привлекательной, но… воспоминания о жизни с родной матерью в ковене Виталспаркса остужали пыл. И ещё был Джуди – младший брат, за которого Вивьен чувствовала ответственность. Даже эмоциональные всплески не позволяли девочке его бросить.