Заклинатели. Том II. Старый новый враг

Пролог.

В ночь пожара на краю горы Альгрост, используя магию иллюзий, за Владом наблюдал сидящий в кресле мужчина в чёрном балахоне.

– Зачем ты соврал ему? – прервав тишину, спросил тихий голос.

– О чём ты? – не понимая, о чём идёт речь, спросил я.

– Сам знаешь, о чём, – ответил голос и вновь спросил: – Почему не расскажешь правду?

– Влад слишком молод, чтобы знать правду, – ответил я. – Пусть сначала повзрослеет.

– Но ведь он прошёл твоё испытание, не так ли? – произнёс другой голос. – Разве он ещё не заслужил твоего уважения?

– Согласен, парень он способный, хоть и выбрался с трудом, – ответил я.

– Вспомни себя в его годы, – прервал меня один из голосов.

– В этом и дело, что помню, – усмехнувшись, произнёс я. – Поэтому и думаю, что ему ещё рано знать правду.

– Да будет так, – произнёс вкрадчивый голос, а другой продолжил: – Но готов ли ты к цене?

– Вам давно известно, что я на всё готов, чтобы спасти её, – серьёзно произнёс я. – Я слишком долго шёл к этой цели, чтобы отступить в самом конце.

– Что же, тогда отправляйся, – ответил голос. – Совсем скоро двери в Хельхейм откроются. У тебя будет лишь несколько мгновений на то, чтобы пройти через них.

– Что мне нужно будет там сделать? – спросил я.

– У тебя будет лишь час на то, чтобы отыскать гроб вечной тьмы, – начал объяснять голос.

– Так он всё это время находился там? – удивлённо произнёс я.

– Не совсем, гроб не материален и поэтому не привязан к какой-то определённой точке, – пояснил голос. – Он перемещается между мирами, останавливаясь на некоторое время.

– Понятно, поэтому у меня есть лишь час, но почему именно в Хельхейме? – спросил я.

– Это единственный мир, в котором он становится хоть сколько-то материальным, – ответил второй голос.

– Понял.

– Хорошо, раз у тебя больше не осталось вопросов, мы покинем тебя, до встречи в Хельхейме, – ответил первый голос, и вновь наступила тишина.

– Вот и настал день, которого я так долго ждал, совсем скоро я верну тебя, – произнёс я в тишине.

Глава 1.

Городское кладбище Ирдсфорд.

С пожара в пекарне прошло три дня. Все дни Ника, не переставая, рыдала, узнав, что Мия погибла во время пожара, случайно заглянув внутрь. Я не стал рассказывать ей правду, ей и так больно, а узнать, что Мию убил её собственный брат, это уже слишком. Хотя нет, я врал… Врал всем: сестре, Фрэнку, даже самому себе. Мне просто было больно. Вспоминая, как вёл себя с Мией, не зная, скольким она пожертвовала ради нас, моё сердце обливалось кровью.

Вытерев выступившие слезы, я произнес:

– Нет, хватит попусту лить слёзы.

– Брат? – произнесла Ника, подошедшая ко мне и выведшая меня из размышлений.

– А что? – спросил я, взглянув на Нику с опухшими от слез глазами.

– Твоя очередь прощаться, – тихо произнесла Ника, еле сдерживая слезы.

– Все будет хорошо, – обняв сестру, произнес я и, начав гладить по голове, продолжил. – Давай навестим родителей?

– Влад?! – взволновано произнесла Ника, ведь раньше я никогда не предлагал этого, а когда сестра просила, я лишь ускользал от ответа. Но, взглянув на меня, лишь произнесла: «Да, давай, это хорошая идея».

Ещё раз обняв Нику, в знак благодарности, что она ничего не стала уточнять, я направился к могиле Мии.

Идя к ней, мои ноги словно одеревенели, а на глазах вновь появилась влага.

– Прощай, Мия, – подойдя, произнес я и, наклонившись к Мии, поцеловал её в лоб.

Закончив с прощанием, приглашённые маги традиционно сожгли тело Мии. Эта традиция появилась во время третьей войны с нечестью, когда группа некромантов подняла местное кладбище.

Сложив прах в приготовленную вазу, мы зарыли её в землю и установили крест.

– Влад, я понимаю, что у тебя горе, но нам нужно поговорить, – произнес подошедший ко мне Фрэнк.

– Не сейчас, – лишь ответил я. – Встретимся завтра.

– Это дело не требует отлагательства, – начал было Фрэнк, но я прервал его.

– Всё завтра.

– Хорошо, – смерился Фрэнк, посмотрев мне в глаза.

– Спасибо, – ответил я и направился к Нике, вновь обняв её.

Так в обнимку мы направились к карете и, сев внутрь, отправились домой.

Нам не требовалось думать о тех, кто пришёл проводить Мию, ведь таких не было, все, кто когда–нибудь знал её, давно забыли, кто она и откуда? А ведь ещё три года назад она была одной из известнейших жительниц города, благодаря своему таланту к алхимии. А что сейчас? Сейчас с ней пришли попрощаться лишь я с сестрой, да Фрэнк и Хэнк, как друзья семьи. И всё это из–за меня. Всё из–за того, что не заметил, не уследил и позволил взять всё на себя. Ведь это я должен был защищать их с Никой. Я! Я!! Я!!!

– Влад, – осторожно коснувшись моей руки, произнесла Ника.

– А? – очнувшись словно от оцепенения, произнес я и взглянул на Нику, держащую меня за руку, костяшки которой аж побелели от напряжения.

– Всё будет хорошо, – успокаивающе произнесла она. Посмотрев ей в глаза, я увидел лишь тревогу и беспокойство. Вновь моим родным приходится заботиться и успокаивать меня. Пусть Ника и не знала, что со мной творится, она старается успокоить меня и поддержать. Хватит! Пора повзрослеть, больше я не стану причиной, по которой Ника будет переживать.

– Конечно, мы ведь вместе, – взяв себя в руки и натянув улыбку, произнес я.

Дорога до дома заняла пару часов, добравшись до места, мы вышли из кареты и зашли в дом.

– Господин, подать ужин? – произнесла Гарпия, встретившая нас у входа.

– Пожалуй, да, и прошу, завари травяной чай, – ответил я, но, взглянув на Нику, произнёс: «Хотя нет, пожалуйста, подай ужин через час».

– Хорошо, господин, – кивнув, ответила Гарпия и отправилась сервировать стол.

– Ника, не хочешь перед ужином принять ванну? – спросил я.

– Ты прав, сейчас мне не помешает окунуться в тёплую воду, – произнесла Ника и, сняв верхнюю одежду, отправилась в ванную комнату, расположенную на втором этаже.

Я же отправился к себе в комнату, мне тоже требовалось время прийти в себя.

Зайдя в комнату, я огляделся, видя перед собой неизменный шкаф с вещами, старый стол, стоящий рядом, и, конечно, кровать у противоположной стены, а рядом с ней сундук, хранящий в себе множество тайн.

Отстегнув рапиру, я убрал её в шкаф и, переодевшись в домашнее, подошёл к сундуку. Достав из него старый дневник отца, что когда–то передал мне Эрольд, получивший его незадолго до нападения.

Закрыв сундук, я подошёл к столу и сел за него, раскрыв перед собой дневник.

Перелистывая страницы, я тщательно искал информацию насчёт силы, хранящейся внутри Ники. Вот уже последние три дня я тщательно изучал дневник, пытаясь найти зацепку, хотя бы намёк, давший мне ответ.

Но, к моему сожалению, ответа на вопрос так и не нашёл.

Да ещё и разговор с Эрольдом не даёт покоя.

***

Ночь пожара.

В себя я пришёл уже, когда пожар был потушен, а прибывшие на место констебли пытались выяснить причину пожара.

– Но все же, учитель, зачем вы прибыли сюда? – спросил я, хорошо зная наставника.

– Честно говоря, я действительно прибыл сюда лишь чтобы поддержать тебя, – произнес Эрольд, но, посмотрев мне в глаза, продолжил. – Хорошо, всё-таки ты слишком хорошо меня знаешь. Я прибыл сюда передать тебе сообщение от главы клана.

– И что же он хочет от меня на этот раз? – помрачнев, спросил я, понимая, что ничего хорошего не будет.

– Ничего, лишь хотел передать предсказание, увиденное им несколько дней назад, – ответил Эрольд и, на мгновение замолчав, собираясь с мыслями, продолжил. – Лишь луна затмит солнце, а ночь обратится в день, дитя пробудится.

Закончив сообщение, Эрольд исчез, будто испарился.

Я давно привык к его поведению, что даже уже не оглядываюсь, стараясь найти учителя глазами. Поэтому я лишь продолжал сидеть, размышляя над его словами.

***

Что значит «дитя пробудится»? Неужели эти слова были об Ники? Но что такого может храниться внутри Ники? Нужно срочно переговорить по этому поводу с Фрэнком, надеюсь, хотя бы он сможет дать мне ответ. Из размышлений меня вывел стук в дверь.

– Да, войдите, – произнес я.

– Господин, ужин готов, подавать? – открыв дверь, спросила Гарпия.

– Да, подавай, – ответил я и, не давая ей уйти, спросил: – А Вероника уже вышла из ванной?

– Да, господин, – кивнув, ответила Гарпия и, закрыв за собой дверь, отправилась на кухню.

– Что же, пожалуй, мне тоже нужно отдохнуть, – оставшись наедине со своими мыслями, произнес я и встал из–за стола. Убрав дневник обратно в сундук, я вышел из комнаты. Идя по коридору, я на мгновение остановился напротив картины, что получил в подарок от самого Альфреда Бродского.

Он по праву может называться величайшим из живущих художников нынешней эпохи. Пейзаж падающего водопада Эльфрол с горы Альгрост завораживал красотой, а звук воды, созданный живительной манной, успокаивал. Эта миротворная картина вдруг навеяла воспоминания о первых днях у Эрольда и нашей первой ссоре. Тогда я был лишь юным мальчишкой, злым на весь мир и жаждущим мести. И что при каждом удобном случае пытался сбежать, но каждый раз был остановлен Эрольдом. Сейчас я понимаю, что наставник хотел как лучше, но тогда я был слишком зол и поэтому даже в какой–то момент возненавидел своего учителя.

***

13 августа 2037 года. Тренировочный зал за особняком Эрольда.

– Я должен отыскать их всех, – прорычал я, стоя напротив Эрольда и держа в руках деревянную тренировочную катану. – Всех убийц.

– Я уже говорил тебе, ты слишком слаб, чтобы сделать хоть что–то, – спокойно ответил он, стоя в центре зала.

– Не важно, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы отомстить, – вновь прорычал я и рванул вперёд, нанося удар в сторону наставника.

Эрольд же, не сдвигаясь с места, лёгким движением руки парировал выпад и ответным ударом ноги откинул меня к стене. Врезавшись в стену, я, быстро поднявшись на ноги, рванул в сторону, надеясь запутать наставника.

– Пока ты не сможешь нанести хотя бы один удар по мне, в реальном бою тебе делать нечего, – произнес Эрольд, даже не следя за моим перемещением.

Уловив момент, я вновь рванул вперёд, нанося размашистый удар, но и он не увенчался успехом. Будто ожидая его, наставник быстрым движением развернулся боком, пропуская удар мимо себя, и очередным ударом ноги в грудь отправил меня в полет. Приземлился я в тридцати метрах от учителя.

– Тебе не остановить меня, – прохрипел я, приподнимаясь на локтях. – Либо пусти, либо убей.

– Что же, будь по–твоему, иди, – вздохнув, произнес Эрольд, чем привёл меня в шок. – Но прежде чем ты покинешь нас, ответь на вопрос.

– Хорошо, я отвечу на твой вопрос, – произнёс я, не веря в происходящее.

– Что будет с Никой, когда ты погибнешь? – прямо спросил Эрольд. – Нужно ли мне держать её, когда она побежит тебя спасать? И где мне похоронить вас после скоропостижной смерти? Рядом с вашими родителями? Или где–то ещё?

Слушая наставника, я вдруг осознал, что Ника останется совсем одна, только что она потеряла родителей и сейчас может потерять и меня. Переживёт ли она такое потрясение? Я не могу так просто оставить её, что же делать?

– Ника, – смог лишь произнести я из–за подошедшего к горлу комка.

– Осознал наконец–то, – спокойно произнёс Эрольд, подойдя ко мне и начав гладить по голове.

***

Текущая по щеке слеза вывела меня из своеобразного наваждения. Смахнув слезу рукавом, я, напоследок бросив взгляд на картину, продолжил путь. Спустившись вниз, я прошёл на кухню, где за столом уже сидела Вероника.

– Сестра, как ты? – спросил я, подойдя к Веронике и обняв её сзади.

– Всё хорошо, – взглянув на меня, с натяжкой улыбнувшись, произнесла Ника.

– Держись, помни, я всегда с тобой, – произнёс я и, поцеловав в макушку, сел рядом.

Ужин был прекрасен, как всегда, хоть что–то хорошее было в эти дни. Каждый раз я поражался мастерству Гарпии. Хорошо всё же, что я вызволил её у того зажиточного торговца, живущего на границе с империей.

Закончив с едой, Вероника встала и, поблагодарив Гарпию, отправилась в свою комнату.

– Гарпия, как думаешь, сможет ли она это пережить? – спросил я, смотря в сторону уходящей Вероники.

– Простите, господин, но я не знаю, – ответила Гарпия. – Но ведь не зря говорят, что время лечит. Ей просто нужно время пережить всё это.

– Возможно… – задумчиво произнёс я и, взглянув на Гарпию, улыбнулся и продолжил. – Ты уже присмотри за моей сестрёнкой.

– Конечно, господин, вы же знаете, для меня Вероника как младшая сестра, – всё также наклонив голову, ответила Гарпия и, посмотрев мне в глаза, продолжила. – Господин, разрешите перейти на «ты»?

– Конечно, – слегка напрягшись, ответил я, понимая, что настало время серьёзного разговора. Гарпия всегда строго блюдёт этикет и ни разу не просила перейти на «ты».

– Влад, что происходит? – прямо спросила Гарпия.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я.

– Прости, конечно, за грубость, но я не дура, – начала объяснять она. – Во-первых, в течение трёх дней до пожара ты несколько раз был на грани смерти. Во-вторых, угрозы в сторону Мэриан и Вероники. Возвращение Мии и её смерть через три дня в результате несчастного случая.

Слушая её перечисления, я в который раз понимал, насколько она умна и насколько мне повезло.

– Понятно, значит, ты всё поняла, хотя чему я удивляюсь, – с улыбкой ответил я. – Если говорить начистоту, я не знаю.

– Что? – удивлённо произнесла Гарпия, явно поражённая услышанным.

– Похоже, на этот раз я столкнулся с действительно сильным противником, – пояснил я.

– Но как это связано с Вероникой?

– Не уверен до конца, но, похоже, это как–то связано с её внутренней силой, – ответил я.

– Внутренней силой?

– Сам пока не знаю, но это всё, что у нас есть, – ответил я. – Поэтому я и прошу тебя позаботиться о ней.

– Всё поняла, я сделаю всё возможное, – кивнув, произнесла Гарпия и начала убирать со стола.

Я же, встав из-за стола, отправился в свою комнату, мне требовался отдых. Слишком много всего произошло за последнее время, я был на грани. И стоило моей голове коснуться подушки, как я отключился.

Но даже во сне я не смог отдохнуть. Ведь отключившись, я в тот же миг проснулся в другом, совершенно ином мире. С самого рождения я не видел снов, пока однажды Ника не уснула рядом со мной, и передо мной открылся удивительный мир, отличавшийся от нашего, но не менее красивый. Да, здесь отсутствовали какие-либо постройки и архитектурные шедевры или магия, но природа, наполнявшая его, была неповторимой. Небо сияло множеством цветов, переливающихся между собой, а вместо солнца дорогу путникам заботливо освещали две сестрицы Луны. Идя по дороге, я каждый раз наслаждался разнообразием цветов, растущих по обе стороны, красотой гор, возвышавшихся над кроной лесов, и вдыхал их хвойный запах.

– Давно я не был здесь, – умиротворённым голосом произнёс я.

Я уже было решил вновь пойти к озеру, где обычно сидел, размышляя, как вдруг услышал чей-то голос, звавший меня.

– Влад.

– Что? – спросил я в пустоту, развернувшись на сторону чащи, откуда, как мне показалось, доносился голос, но ничего не обнаружил.

– Влад, – вновь повторился голос, но уже справа от меня.

Обернувшись, я вновь ничего не обнаружил, но где-то в отголосках сознания стучала мысль, что я уже слышал этот голос, вот только где.

– Кто ты? Покажись, – произнёс я и через мгновение добавил. – Не бойся, я не трону тебя.

– Влад, ты наконец-то пришёл… – облегчённо произнёс голос.

– Да, я пришёл, – не понимая, о чём он, произнёс я и спросил. – Откуда ты знаешь меня?

– Как? Ты не помнишь меня? – произнёс голос удивлённым тоном.

– Нет, что ты, просто я не вижу тебя, может, ты покажешься? – предложил я.

– Хорошо, – ответил голос, из леса ко мне вышел рыжеволосый парень лет десяти.

– Кто ты? – спросил я и вдруг вспомнил, что уже видел его в своих снах. – Нил… Это ты?

– Конечно я, а кто же ещё, – улыбнувшись, ответил парень. – Неужто ты забыл своего напарника, с которым отрабатывал приёмы этого злостного старикашки.

И правда, как я мог забыть своего лучшего друга, что помог мне пережить самую страшную часть моей жизни. Изумрудные глаза, в которых теплилась надежда, улыбку, что придавала сил, когда хотелось опустить руки, и, конечно, манеру общения нахального, но в то же время доброго и заботливого человека.

– Самое страшное ещё впереди, – вдруг произнёс Нил.

– Что? Ты умеешь читать мысли? – удивившись, спросил я.

– Ты что, забыл? – удивлённо спросил он и, постучав себя по голове, добавил. – Мы же в твоём сне, всё, что знаешь ты, знаю и я.

– Точно, что-то я совсем не соображаю, нужно отдохнуть, – удручённо произнёс я и, подумав, спросил. – Но что ты имел в виду, когда сказал, что самое страшное ещё впереди?

– Совсем скоро Ника пробудится, и тогда охота вновь начнётся, – мрачно ответил Нил. – Ты должен защитить нашу сестру.

– Что? Ты знаешь, что таится в Нике и почему она так всем нужна? – произнёс я. – Пожалуйста, расскажи мне. Расскажи, что творится?

– У тебя уже есть все необходимые ответы, осталось только найти их в своём сознании, – произнёс Нил. – Помни, лишь луна затмит солнце, а ночь обратиться в день, дитя пробудиться. Тогда и начнётся священная охота пяти царств.

Я хотел вновь спросить, как вдруг вдалеке прогремел взрыв, оглушив нас обоих.

– Что это было? – спросил я, немного приходя в себя.

– Чёрт, они уже здесь, – прорычал Нил и, взглянув на меня, произнёс. – Тебе пора, совсем скоро они выследят наш след и прибудут сюда.

Закончив фразу, он взмахнул рукой, создав подобие магического портала, что умеют открывать лишь сильнейшие ведьмы и чернокнижники.

– Кто эти они и почему мы должны их бояться? – не понимая, что происходит, спросил я.

– Прощай, старый друг, надеюсь, ещё свидимся, – словно не слыша меня, произнёс Нил, разворачиваясь ко мне.

– Что значит прощай? – лишь успел произнести я, как Нил быстрым движением приблизился ко мне и, схватив за плечи, лёгким движением бросил в щель портала.

– Защити нашу сестру, – это были последние слова, что я услышал от Нила.

– Нил! – вскрикнув, проснулся я. Взглянув в окно, я понял, что солнце только начинает вступать в свои законные права.

– Что же это было? – задумчиво произнёс я. – Сон? Видение или же наваждение?

Встав, я решил не тратить время зря и сразу же отправиться к Фрэнку.

Встретившись по пути с Гарпией, я передал ей, что буду поздно, и вышел на улицу.

Направляясь к Фрэнку, я решил пройтись по рынку. Хотелось купить небольшой подарок для Вероники, чтобы хотя бы немного поддержать её.

Хотя было и раннее утро, но рынок уже был забит покупателями. Лотки ломились от товаров, а торговцы вовсю зазывали покупателей.

Пробираясь сквозь эту разношёрстную толпу, я рассматривал товары, пытаясь найти что–нибудь подходящее.

Я разрывался между украшениями из красных жемчужин и раковин и новшеств в мире технологий. В конце концов, я приобрёл медальон в виде распустившегося цветка из алой жемчужины.

Убрав свёрток с медальоном во внутренний карман, я уже собирался уходить, но вдруг почувствовал что–то неладное. Резко развернувшись, я схватил руку неудавшегося вора.

– Не на того ты нарва… – начал было я отчитывать его, но, увидев перед собой лишь шестнадцатилетнего паренька, замолчал.

Паренёк же в бесплодных попытках пытался вырвать свою руку из моего захвата.

– Господин, отпустите! – начал кричать он, поняв, что вырваться не получится. – Прошу, отпустите мою руку!

Я же, слушая его слабые потуги, просто впал в ступор, не понимая, что делать. Во–первых, до этого я очень давно не общался с детьми и поэтому не знал даже, что сказать. А во–вторых, никак не мог понять, как ему удалось так близко ко мне подобраться, что я даже не заметил его присутствия? Неужто из–за смерти Мии я совсем размяк и ослабил бдительность? Хотя нет, это вряд ли, ведь прибор обнаружения тоже ничего не заметил.

– Как тебя зовут, парень? – не придумав ничего лучше, спросил я.

– Генри, – ответил паренёк, резко прекративший кричать.

– Зачем пытался украсть?

– Не твоё дело, – грубо отрезал паренёк.

– Хочешь, чтобы я позвал констеблей? – осадил его я.

– Это не для меня, а для моей семьи, – слегка неохотно ответил парень.

– А где твои родители? – спросил я, но, увидев, как парень помрачнел, сразу же сменил тему. – Впервые воруешь?

– Нет, в третий, – честно ответил Генри, чем поразил меня. – И что теперь, отведёшь к констеблю?

– Раз ты ответил честно, то я не сдам тебя констеблю, но просто так тебя отпустить тоже не могу, – ответил я и, немного подумав, продолжил. – Сейчас я занят и не могу пойти с тобой, поэтому к трём часам жду тебя здесь, тогда я и придумаю для тебя наказание.

Закончив, я отпустил его руку и перед тем, как уйти, произнёс:

– Запомни, если ты не придёшь сюда, я всё равно отыщу тебя и твоих родных. И отвечать уже будут они.

– Будьте уверены, я буду здесь, и не смейте втягивать моих родных, – ответил парень и убежал по своим делам. Я же продолжил свой путь к Фрэнку, обдумывая по пути, что же мне делать с Генри.

Оставшаяся дорога до Фрэнка заняла около часа. Добравшись, я постучался в дверь, которую открыл неизменный дворецкий Фрэд. Кивнув ему, я направился прямиком на чердак.

– Фрэнк, ты тут? – постучавшись, открыл я дверь на чердак, но, увидев, что внутри никого нет, произнёс. – Где же его черти носят?

Подойдя к столу, я начал без интереса рассматривать бумаги, лежащие на нем, но, увидев, что в на одной из них написано, пришёл в шок, расширив глаза.

– Откуда оно у него? – ошарашенно прошептал я и, сев за стол, продолжил вчитываться в текст, будто пытаясь поглотить каждую букву.

В этот момент дверь на чердак отварилась, и в комнату зашёл Фрэнк, держащий в руках ещё одну небольшую стопку бумаг.

– Влад?! Давно ждёшь? – удивлённо спросил Фрэнк, увидев меня за своим рабочим местом.

– Откуда оно у тебя? – не ответив, спросил я и показал бумагу с завещанием, оставленное Мией.

– Влад, успокойся, я всё объясню, – немного нервно произнёс Фрэнк, поглядывая на мою левую руку.

Я и не заметил, как от переполнявшей меня ярости впился в стол рукой, отчего костяшки побелели. Увидев это, я ослабил хватку, притянув руку к себе.

– Что? – вскрикнул я, увидев на месте, где была моя рука, пять неглубоких борозд. Быстро оглядев руку, я осознал, что сейчас на месте моих ногтей были острые, как адамантовые клинки, когти.

– Так это правда возможно… – прошептал Фрэнк, увидев мою руку.

– Что за чёрт? – вновь повторил я, продолжая рассматривать руку.

– Это результат пробудившейся внутри тебя вампирской крови, – начал объяснять Фрэнк, доставая из нагрудного кармана лупу и подойдя ко мне, начал внимательно рассматривать когти. – Похоже, при использовании кровавого перемещения, вампирская кровь вступила в связь с человеческой, и началось преображение.

– Что значит преображение? – непонимающее спросил я.

– Если коротко, то, похоже, с этого момента можешь считать себя полувампиром, получеловеком, – ответил Фрэнк, закончив осмотр и взглянув на меня с горящими от любопытства глазами, произнёс. – Не хочешь пройти в лабораторию, сделать пару исследований.

– Стоп, – остудил я пыл молодого учёного. – Сначала ответь на мой вопрос. Откуда у тебя завещание Мии? Где ты его нашёл?

– Хорошо, слушай, – ответил Фрэнк и, вновь присев на диван, начал. – В ночь пожара нам под дверь подкинули письмо. Мы не знаем, кто это был, каким–то образом ему удалось скрыть свою личность, как жизненную, так магическую ауру. Открыв письмо, мы обнаружили завещание, адресованное тебе и ключ.

Закончив, он подошёл к столу и, открыв верхний ящик, достал оттуда серебряный ключ и передал мне.

– Но от чего он? – спросил я, рассматривая символы, нанесённые на ключ. На первый взгляд, они ничем не выделялись, но стоило приглядеться, становиться ясно, что это не просто узоры, а язык, что сгинул задолго до появления человечества. Немногие знают, что он существует, а тех, кто умеет говорить или хотя бы использовать во всём мире, можно пересчитать по пальцам одной руки. Ибо это мёртвый язык – Абельхом.

– Мы не знаем, возможно, в письме найдёшь ответ на этот вопрос, – ответил Фрэнк, вырывая меня из размышлений.

– Что? – спросил я, но, взглянув на Фрэнка, понял, о чём он. – А, да, конечно. Но почему ты сразу не рассказал мне о нём?

– Первые дни я проверял письмо и ключ на предмет возможных ловушек, как магических, так и природных, – начал объяснять Фрэнк. – И поняв, что письмо неопасно, поспешил связаться с тобой, но ты не хотел говорить.