Растения чувствуют боль

IV

– Дождевые черви.

– Что? – переспросил я Антона.

– Дождевые черви, – повторил он, – наверняка видел, такие розовые, вылезают после дождя и шныряют туда-сюда по дорогам. Никто и не знает, откуда они берутся и куда уползают потом. Разве что раздавишь его – останется след, и червяк уже никуда не уползёт.

– Окей, – немного смутился я.

– Ты ведь уже в целом понимаешь, как у нас здесь всё устроено? – спросил Антон, явно рассчитывая на положительный ответ.

– В общих чертах, – сказал я, скорее выдавая желаемое за действительное.

– Ну, вот и отлично! – подытожил он так, что мне оставалось только встать и направиться в свой кабинет.

Наступил второй день моей работы на новом месте, а у меня уже появилась и собственная тема: «Дождевые черви». Я, конечно, рассчитывал на несколько другое, что-то более серьёзное, актуальное что ли. VR-технологии, опасные вирусы, «жидкое общество». Но, видимо, как сказал Макс, для трендовых тем есть отдельные люди, а мы – экспериментальный цех. Опять же, не ясно насколько масштабными должны быть эксперименты: какого объёма материал и куда его готовить? На компьютере Ани, наверняка, остались её тексты, но я не знал пароля от учётной записи, да и как-то стыдно было подглядывать. Мне снова захотелось обратиться за помощью к Максу, но я понимал, что пора выходить из роли новичка и принимать на себя статус коллеги, а значит, идти к нему надо уже с материалом.

«В общем, надо что-то написать про червей, – думал я, сидя за ноутбуком, – хоть это явно не для первой полосы, но всё же и отсюда можно что-то выжать в виде запоминающегося образа или навязчивой картинки, чтобы это могло потом перерасти в тренд. Взять, например, мультик „Червяк Джим“ – он был довольно популярен в своё время. Кто знает, может, благодаря мне скоро в лучших ресторанах мира будут подавать приготовленных дождевых червей, если я напишу отличный текст для кулинарного блога. Есть ведь, кстати, конфеты-червячки. На самом деле тема вполне плодотворная, а главное – конкретная».

За несколько часов сидения в интернете я подготовил материал про червей-космонавтов для наших медиа на космическую тематику и про историю футбольной команды «Хемпстерские черви», как типичную череду взлётов и падений, в которой было несколько курьёзных и достойных внимания фактов – для футбольного канала.

С этим-то я и направился к Максу. Естественно, я не хотел редактуры или вычитки, разве что уточнить объёмы материала, плюс, что с этим делать дальше. Макс, как обычно, оказался занят своей работой и отвлекаться от неё явно не хотел. На мои вопросы он только отстранённо кивал головой. Я понял, что надо спрашивать конкретнее:

– А дальше мне что с этим делать?

– Вообще все материалы должен проверять Антон, но он постоянно занят. К тому же мы с девчонками давно здесь работаем, поэтому напрямую шлём всё модераторам. Антон вмешивается, только если случаются какие-то проблемы, но это происходит редко. Но для тебя, естественно, такой поблажки нет, так что неси материал ему. И ещё: потом надо ходить ему напоминать, чтобы он прочёл, а то он отвлечётся и забудет.

– А какой объём необходимо выдавать в день?

– Это очень индивидуально, разные материалы, различная степень погружения. Когда ты выработаешь свой стиль, ты почувствуешь это. Пока что просто не сиди без дела и другим не мешай, окей?

– Намёк понял, – сказал я. – Спасибо за информацию, хорошего дня.

Я направился в кабинет Антона, чтобы отдать материал. Он тоже оказался крайне занят и только указал рукой на то место на столе, куда мне надо было положить бумаги. Я это сделал, но хотел спросить кое-что ещё:

– Антон, подскажи, пожалуйста, как тут с обедом? Я видел здесь кафетерий, когда можно ходить туда?

– Обед? – Антон поднял удивлённый взгляд на меня. – Я думал, художник должен быть голодным!

– Эээ… – замялся я.

– Ха! Шутка! Время обеда с часу до двух!

– Ясно, понятно, – поспешил ответить я. Трудно было привыкнуть к юмору этого человека.

– Но! – вдруг возразил он. – В это время там набивается огромная толпа всяких клерков, менеджеров, операторов, юристов, рекламщиков, риэлторов со всего этого здания. Чёртова прорва! И мои ребята говорят мне: «Антон, как мы можем обедать там? В компании всей этой нечисти? Мы будем ходить есть тогда, когда нам удобно, чтобы не стоять в очередях». Представляешь? Что я, по-твоему, должен был им ответить?

– Ох, даже не знаю, – сконфуженно пробормотал я, уже пожалев, что задал вопрос.

– Я думаю, мне стоит уволить всех этих наглецов за несоблюдение трудовой дисциплины! – воскликнул он, вскочив из-за стола.

Здесь я уже не на шутку перепугался и попятился к выходу. Антон рассмеялся:

– Парень, ты чего? Это наш юмор, – он подошёл ко мне и похлопал меня по плечу, – я только хотел сказать: делай это когда считаешь нужным. Ты можешь ходить туда в любое время, понимаешь? У нас свобода. Возьми с собой ноутбук и поработай в кафе, если хочешь.

– Да, конечно, понятно, – ответил я, желая поскорее уйти.

– Но при этом работа должна быть сделана, – вновь серьёзно добавил он, возвращаясь за стол, – и если я ищу тебя, я должен тебя находить. Окей?

– Я всё понял, Антон, спасибо!

Я попытался улыбнуться на прощание и вышел в коридор. То ли у меня не было опыта общения с подобными людьми, то ли он сам ещё не отошёл после смерти Ани, но его импульсивность делала разговор с ним очень неуютным.

Мне показалось, что сейчас как раз подходящее время выпить кофе в том самом кафетерии, куда теперь можно ходить. Я спустился на нужный мне этаж, людей здесь оказалось мало. Взяв кофе с булочкой, я расположился на диванчике и стал обдумывать своё положение. Вдруг ни с того ни с сего на меня нахлынула тревога: «Не поспешил ли я отдать материал? Может, над ним стоило поработать ещё? Может, черви-космонавты суховаты в плане обилия фактов, а история футбольной команды „червяков“ не такая уж забавная и занимательная? И, возможно, не стоило распечатывать текст и нести его на бумаге, а надо было послать его по электронной почте, чтобы Антон мог сделать пометки в режиме рецензирования? С другой стороны, я ведь не редактуры у него прошу… И когда мне надо идти напоминать ему про текст?»

От этих мыслей меня кое-что отвлекло. Я увидел, как мои новые коллеги, Вера и Лера, весело переговариваясь, шли сюда со стороны лифтов. Я уже помнил, что Вера блондинка, а Лера брюнетка. Я помахал им рукой, и они заметили меня. Купив себе еды, они так же расположились рядом.

– Привет, девчонки, – весело сказал я.

– Так значит, ты теперь с нами, – хихикая, сказала Лера.

«Интересно, они хоть когда-нибудь прекращают смеяться?» – подумал я. Мне, конечно, было приятно, что девушки сели за столик со мной. Они спросили, какую мне дали тему. Я честно ответил:

– Дождевые черви. Я готовлю материалы про дождевых червей.

– Ааа. – уже другим голосом отозвалась Лера.

Они резко перестали смеяться, словно я сказал какую-то тупость, отчего я почувствовал себя неловко и сразу поспешил начать оправдываться:

– Конечно, это не так масштабно и серьёзно, как было у Ани, про веганство, но ведь все с чего-то начинают.

– Да, у Ани была хорошая тема, – добавила Вера, уже как-то совсем грустно.

– Очень жаль, – с таким же настроением сказала Лера, – она слишком увлеклась работой. Понятное дело, что, когда полгода пишешь об одном и том же, легко потерять над этим контроль.

– А ведь она была такая умница, – продолжала Вера, – но, видимо, пострадала от своего синдрома отличницы.

Раньше меня раздражало, что эти девушки постоянно смеялись, теперь мне было жутко неловко от того, что они загрустили. Я стал озираться вокруг в поисках какого-то спасительного объекта для отвлечения внимания и вдруг увидел, что со стороны лифта сюда направляется наш руководитель, Антон. Он очень быстро шёл к нам и почти нырнул за наш столик со словами:

– Привет, чем занимаетесь?

Я решил взять инициативу и сказал с улыбкой:

– Кажется, совсем не работаем.

– Это называется «совещание»: все сидят и разговаривают, а работа стоит, – пошутил он, хлопнув меня по спине.

– Мы вспоминаем Аню, – сказал я.

Это было честно и, как мне казалось, уместно. Ведь ещё только вчера мы виделись с ней. Я решил, что мы, как её коллеги, имели моральное право говорить об этом в рабочее время.

– Об Ане… – задумчиво ответил Антон.

Девушки молча смотрели на нас. Он продолжал:

– Да, это действительно может быть темой для разговора. Но мы должны двигаться дальше. Я не могу допустить, чтобы это как-то повлияло на нашу работу. Мы не имеем права так рисковать. Поэтому, – он помедлил, переводя взгляд с меня на девушек и обратно, – я вынужден запретить вам говорить о ней. Я запрещаю вам обсуждать и вспоминать её. Это для нашего общего блага.

Я сидел молча, ожидая реакции коллег. Слова Антона прозвучали очень странно, но я был здесь новичком, поэтому старался понять, глядя на девушек, – нормально ли то, что было сказано только что.

Лера и Вера переглянулись и вдруг одновременно прыснули. Антон тоже улыбнулся, указал мне на них и заметил:

– Они смеются, значит, всё в порядке.

Он встал из-за стола и, положив ладонь мне на плечо, сказал вдруг:

– А тебя я жду в своём кабинете, – и сразу же удалился.

Я посмотрел на девушек. Они смеялись и уже говорили о чём-то другом.

– Ладно, девчонки, приятно было поболтать, – бросил я и поспешил к выходу.

Я не успел особо поразмыслить над словами Антона. Они, конечно, звучали очень неестественно, но больше меня сейчас тревожило то, что он добавил в самом конце. Вряд ли кто-то без волнения воспринял бы приглашение начальника зайти в кабинет на второй день работы.

В лифт за ним я не успел и решил воспользоваться лестницей, чтобы не ждать. Я очень спешил, но всё равно не смог догнать его и, когда вошёл к нему, Антон уже был погружён в работу за компьютером.

– Антон, я здесь, – выпалил я, запыхавшись.

– И я здесь, – весело ответил он, – бери свой материал и отправляй.

– С ним всё в порядке? – радостно спросил я, забирая свои листы.

– А как же иначе, ведь это ты его написал, – сказал Антон, вставая из-за стола и направляясь ко мне, – но, честно говоря, – он снова положил мне руку на плечо и добавил шёпотом, – я его не читал.

Я невольно усмехнулся.

– Видишь ли, на всё не разорваться, а работа не должна стоять на месте, – он принялся ходить по кабинету, продолжая рассуждать, – просто не создавай проблем, окей?

Ну, то есть, с твоим материалов всё хорошо, пока с ним действительно всё хорошо, понимаешь? Считай это авансом или кредитом доверия. Делай своё дело, и если механизм в целом работает – ты всё сделал правильно.

– Да, конечно, – ответил я, понимая, что мне понадобится ещё одна консультация Макса, чтобы во всём этом разобраться.

– Тогда можешь идти.

– Хорошо, я только хотел спросить, – вспомнил я вдруг, – что делать с Аниными вещами?

Антон резко остановился и как-то странно опустил голову.

– Послушай, я ведь сегодня уже доводил до тебя, что мы больше не упоминаем её, – он вновь принялся ходить по кабинету, – я понимаю, что несправедливо требовать от новичка так же строго, как и от остальных работников, но речь идёт не о профессиональных навыках, а о дисциплине и исполнительности.

– Я говорил только о вещах, – поспешил исправиться я, – что мне делать с чужими вещами в кабинете?

Антон снова остановился и глубоко вздохнул, посмотрел на меня и сказал:

– Будь внимателен, пожалуйста, к моим словам. Внимание и концентрация – это основа всего.

– Ясно, – машинально как солдат ответил я.

– А теперь возвращайся на своё рабочее место.

Так и не получив ответа на свой вопрос, но зато получив чёткое руководство к действию, я уже открыл было дверь, как Антон вдруг окликнул меня:

– Кстати!

Я замер и уставился на него, не зная, чего и ждать. Он улыбнулся и сказал:

– На самом деле я прочёл твой материал, он в порядке. Но больше мне их не носи.

– Отлично, спасибо, – ответил я, стараясь улыбаться, и вышел за дверь.

В общем, я поспешил вернуться на своё рабочее место и находился в кабинете до конца дня, чтобы не дай бог не ослушаться указаний Антона. Подготовил ещё несколько различных материалов про моих замечательных червей для каналов о беспилотниках, психологических пабликов, народной медицины и биржевой торговли.

Когда время рабочего дня уже стало подходить к концу, я закрыл ноутбук и решил подвести итоги дня. «С профессиональной точки зрения налицо успех, – размышлял я, – мой материал признан, кредит доверия выдан. С социальной – пока затруднения. Мне нелегко общаться с коллегами, трудно понять, как вести себя с начальством. А этот момент про Аню даже спустя некоторое время воспринимается как очень странный. Ладно просто разговаривать о ней, вспоминать – допустим, это отвлекает от работы. Но, когда я сказал про её вещи, бессмысленно и глупо было запрещать при этом упоминать её имя. Может быть, Антон таким образом демонстрировал свою волю? Укол про „новичка“ оказался прямо очень болезненным для меня. Но я бы и без этого моноспектакля понял, чего он хочет. Наверное, стоит завтра посоветоваться с Максимом по поводу того, что делать с Аниными вещами». Я ещё раз окинул их взглядом: чашка, косметичка, расчёска, ежедневник – всё это лежало в коробке из-под бумаги, словно человек просто увольнялся. Рабочие материалы так и оставались сложены отдельной стопкой.

Единственное, с чем я пока что не определился – был тот самый конверт с надписью. К чему это? К личным вещам или к рабочим материалам? Лежал он пока что у меня в ящике стола. Я достал его и посмотрел на свет лампы. Внутри действительно что-то виднелось, как будто сложенный в несколько раз лист офисного формата. Я поднёс конверт к носу – приятный запах духов уже почти выветрился.

Конечно, хотелось вскрыть конверт, но при этом хотелось разделить с кем-нибудь ответственность за это. «В конце концов, – решил я, – это может подождать до завтра», – и убрал конверт обратно в ящик.

V

На следующий день я уже чувствовал себя полноценным райтером, хотя некоторые консультации коллег мне всё ещё были нужны. Я прямо с утра направился к Максу, чтобы поскорее во всём разобраться.

– Доброе утро, Макс! Мой материал вчера одобрили, – заявил я прямо с порога.

– Привет, это здорово, – отозвался он, не отрываясь от монитора.

– Спасибо, – ответил я и добавил: – Не мог бы ты сказать, куда его направлять?

– Неужели Антон тебе ничего не рассказал? – удивлённо спросил он, поднимая глаза на меня.

– Нет, – я чувствовал, что Максу совсем недосуг со мной возиться.

– К нам редко приходят новые люди, а то стоило бы написать какую-нибудь инструкцию, – недовольно заметил он. – Ладно, слушай. Вот электронный адрес группы модерации.

Он написал адрес на стикере и вручил его мне.

– Туда и отправляй с пометкой, для каких медиа подготовлен материал. Они обычно не подтверждают получение, так что ответа не жди.

– А как понять, зашёл мой материал или нет?

– Быстро не поймёшь. За каждый период формируется отчёт об успешности всех материалов. За неделю обычно. Его получает Антон и, если он тебе ничего не говорит, значит, всё хорошо, продолжай в том же духе.

– И всё? Всё настолько просто? – удивился я. – Я к тому, что Антон всё время чем-то занят, кому-то звонит. Мне показалось, что процессы должны быть гораздо более сложными, раз он постоянно на телефоне.

– Я рассказал тебе только то, что тебя непосредственно касается. Это рутина, но прилетает множество оперативных задач, отдельных заказов и запросов. Хотя в первое время тебя это вряд ли коснётся.

– Получается, я просто регулярно шлю материалы на этот адрес и молюсь, чтобы в конце недели всё было в порядке?

– Вроде того. Звучит, наверное, не слишком увлекательно, но попробуй сперва справиться хотя бы с этой задачей.

Я вернулся в свой кабинет и приступил к делу. Сначала отправил на электронную почту то, что подготовил вчера, затем принялся за новые материалы. Я подумал, что неплохо бы посмотреть школьный курс по биологии, там, где про червей. Хотелось бы писать про них с большим знанием дела. И как-то ведь надо проникать в новые направления со своим контентом. Черви в изобразительном искусстве, малом бизнесе, вычислительной технике. Не так-то это просто, как могло бы показаться на первый взгляд.

В любом случае, по моим ощущениям, я усердно потрудился несколько часов и заслужил поход в кафетерий. Вообще, сидеть одному в кабинете, как оказалось, бывает довольно одинокого. Про Аню я, естественно, старался не думать, занимая свой мозг работой. Поэтому в кафетерий я направился и для того, чтобы немного почувствовать себя среди людей. До обеда было ещё далеко и посетителей там оказалось мало. Вообще мне хотелось поскорее всех узнать и со всеми перезнакомиться, но не будешь же навязываться неизвестным людям.

Я взял кофе с булочкой и стал искать место, чтобы расположиться на перекус. Вдруг я заметил свою новую знакомую, Леру. Она сидела за столиком одна и, судя по её кивку в мой адрес, была не против поболтать.

– А где твоя коллега? – спросил я, присаживаясь рядом.

– Заболела, – ответила она.

«Ну вот, уже не посмеёшься», – подумал я, но вслух сказал иначе:

– Не скучно тебе одной?

– А ты что, хочешь составить компанию? – вопросом на вопрос ответила Лера.

Не ожидал я такого поворота, и к тому же было неясно, шутит она или нет. Я продолжил таким же полушуточным наступлением:

– Лучше тогда уже после работы.

– В принципе, можно, у меня сегодня никаких планов, – с лёгкой улыбкой согласилась она.

«Секунду, – пронеслось в моей голове, – я что, сейчас договорился с ней о свидании?»

Лера уже встала и собралась уходить, так что я бросил ей только: «Я зайду за тобой», – на что она ответила кивком и направилась к выходу.

«Неожиданно как-то всё получилось, – думал я, оставшись один, – но в любой ситуации надо искать для себя перспективы роста».