Месть Аники дес Аблес

Глава 4. Ночь с Императором

На этот раз Император был один и стол использовал по его прямому назначению – просматривал какие-то бумаги, что-то подписывал, что-то уничтожал взмахом руки. На меня он даже не взглянул, ограничился коротким:

– Присядь!

Я поискала глазами куда – нет, я могу и на пол, если надо для дела, но, кажется, Император имел в виду кресло. Уютное и мягкое, полная противоположность хозяину кабинета. И не тяжело ему всё время в маске? Он вообще умывается? Хотя какое мне дело… и вообще, не хочу я на него смотреть. Что он там делает, интересно? Подписывает очередные смертные приговоры? В перерыве между постельными утехами… Я ощутила острый приступ неприязни и поспешила отвести глаза. А ну как почувствует… А вот обстановка в кабинете, в отличие от его владельца, мне очень даже нравится. Крупная, удобная мебель, высокие потолки, много книг и почти ничего лишнего. Никаких золотых статуэток инкрустированных алмазами или чего-то подобного, чем зачастую грешат жадные до богатства и власти люди.

Было в этом что-то нереалистичное – я сижу в присутствии Императора, одно имя которого наводит ужас на половину мира, и жду, пока он закончит свои дела… И как-то это так не вяжется с моим желанием его убить, что мне начинают лезть в голову странные мысли. Например, под каким-нибудь предлогом влезть в архив и отыскать там данные о братьях. За что их казнили? Какие были доказательства? Кто свидетельствовал? И в самом деле, почему я никогда не задумывалась об этом раньше?

– Всё, – сказал он, вставая, и я поспешно тоже вскочила. – Пойдём.

Внутри у меня всё оборвалось. Не знаю, на что именно я подсознательно рассчитывала. Может быть, что он просто со мной поговорит, как глупо и наивно… Послушно проследовала за ним в спальню через смежную дверь, чувствуя, как нарастает ощущение нереалистичности происходящего – ну ведь не может же и в самом деле быть, что мы сейчас… что он… что я… вот на этой вот кровати? Интересно, за что такая честь? Почему не в том же кресле, с него бы сталось…

– Надень, – велел тем временем Император и я непонимающе уставилась на стопку одежды на этой самой кровати. Странные у него какие-то ролевые игры. Одежда была самая обычная, мужская, мне будет чуть велика, но главное её достоинство заключалось в неприметности. Ещё был плащ. И хорошо, что он не сказал «переоденься» – приказ я выполнила дословно и нацепила одежду поверх формы, благо размер позволял. Не раздеваться же в самом деле под бесстыжим взглядом этого чудовища, а то мало ли, что придёт ему в голову, а так, кажется, у меня есть шанс избежать нежеланной близости. Одевшись, замерла в постойке «смирно», вопросительно глядя куда-то в область груди Императора и чувствуя, как внутри поднимается любопытство – что он задумал?

– Будешь меня сопровождать, – обронил Ашш, и я невольно проследила взглядом за взметнувшимися вверх руками – накинул капюшон, достаточно глубокий, чтобы скрывать в своей тени извечную маску и редкую для наших краёв белизну волос.

– Как тебя зовут? – спросил он, когда мы шли каким-то потайным ходом – я пыталась на всякий случай запоминать, но получалось не очень. Это не просто ход, это какой-то безумный лабиринт!

– Ика, мой Господин! – поспешно отозвалась я, с отвращением обнаружив в своём голосе те же лебезящие нотки, что и у всех. Да, это ради конспирации, но до чего же противно…

– И как тебе в моём дворце, Ика? – поинтересовался он. – Не обижают?

– Никак нет, мой Господин, – жаловаться ему не хотелось. Я уже сделала то, что считала нужным и то, что полагалось по уставу, и не чувствую ни малейшего желания распространяться об этом всем подряд. Тем более Врагу. Пожаловаться ему сейчас – это попросить у него помощи… и если поможет, то как после этого убивать?

– Мы идём в город, – пояснил он. – Прогуляться. Твоя основная задача – молчать.

Я старательно молчала. Но думала. Какой чудесный момент, – думала я, – для покушения. Мы вдвоём в каком-то потайном коридоре, возможно, что уже и за пределами дворца… и какой соблазн… вот только я почему-то не могу. Хоть и представляла себе это тысячи раз, но тогда Император всегда был безликим, и был воплощённым злом. А теперь передо мной живой человек, хоть и весьма испорченный… наверняка, испорченный. Это было похоже на трусость, и я разозлилась на саму себя. Хотя в моём случае лучше трусость, чем глупость. Ведь это, наверняка, проверка. И я, между прочим, в амулете, так что Императору самому не придётся даже ничего делать – меня скрутит такой же болью, как и Гильермо, стоит только и в самом деле нацелиться на императорскую шею или другую жизненно важную область…

Подземный ход привёл нас на кладбище – я постаралась запомнить и склеп, не потому что и в самом деле думала, что пригодится, просто всё, связанное с ним, казалось важным. Когда мы вышли на тихую и безлюдную улочку, примыкающую к кладбищу, он окинул меня внимательным взглядом и велел:

– Возьми меня под руку. За мужчину ты всё равно не сойдёшь.

Я неохотно послушалась. Мне не хотелось к нему прикасаться. И смотреть на него не хотелось. И идти рядом с ним куда-то в ночи – тоже. Но, кажется, мои желания давно уже перестали иметь значение.

Через пятнадцать минут я начала волноваться, а через двадцать уже была в ужасе – мы шли в мой родной район. Неужели он обо всём догадался? Не может этого быть, никак не может! И всё же? Вдруг мы идём в дом к тёте Эльзе? И там он столкнёт нас лицом к лицу и потребует объяснений, или же и вовсе – просто прикажет убить меня на глазах у тёти. Или тётю на моих глазах. У Императора Ашша жестокие игры.

К моему невероятному облегчению до дома тёти мы не дошли, свернули раньше в небольшой переулок, где, насколько я знала, не было ни одного обитаемого дома – их там всего-то пять, и все пустуют больше двадцати лет. Кажется, про них даже страшилки ходили, что дома эти убивают своих хозяев, то ли жизненную силу из них выпивают, то ли притягивают несчастья… И что там забыл Император Ашш-Ольгар?

Ого, похоже, что кто-то всё-таки живёт! Мы останавливаемся у одного из домов – серого, с бело-красной крышей, окна его темны, и он выглядит таким же заброшенным, как и остальные, но на фигурный стук нам сразу же открывают дверь. И пропускают внутрь, ничего не спросив. Почти наощупь – света мало, и он не магический, я тороплюсь за Императором, и в этот момент даже рада, что держу его под руку, иначе уже несколько раз упала бы, запнувшись о бросающиеся под ноги вещи. Пара поворотов, и мы в большой гостиной, почти как в тётином доме. И кое-какое убранство, которое я кое-как могу разглядеть, а где-то вспомнить подобное и додумать, говорит о том, что люди здесь жили небедные. И со вкусом. По крайней мере, мне бы здесь понравилось. Гостиная освещена чуть лучше, но всё равно тускло, и там уже собралось и расселось по диванам и креслам порядка тридцати человек. Осталось только одно место, и раньше, чем я успеваю что-либо сообразить, Ашш усаживает в это кресло меня, а сам встаёт рядом, железной хваткой стискивая моё плечо, чтобы не вздумала вскакивать. И в самом деле. Если мы тут инкогнито, то мои попытки усадить его вызовут подозрение. Но что это всё-таки за место и что за собрание?

– Итак, – вдруг заговорил один из пришедших ранее, и я вздрогнула, потому что голос показался мне смутно знакомым. – Завтра наступит день, к которому мы готовились полгода, а мечтали о нём целых десять лет! Десять лет!.. – на мгновение он замолчал, словно бы давая слушателям проникнуться длительностью и значимостью. – Я не буду напоминать вам всем, как важно сделать всё идеально, что другого шанса у нас просто не будет, я знаю, что вы все это понимаете, так что просто повторим наш план. Завтра вечером у этого выродка, наконец, Большой Совет в Янтарном зале, а значит, на два или три часа – советник Миррейн постарается, чтобы это было как можно дольше, в его паутине появятся дыры и слабые места, в которые мы сможем пролезть незамеченными. Где ход вы уже все знаете. Встречаемся там сразу после заката. Помните, с собой нельзя брать ничего магического! Он сразу поймёт, выйдя из Янтарного зала, что изменился общий уровень магии, и тогда нам конец! Попав во дворец, вы должны спрятаться! Затаиться! Лучше всего в крыле прислуги. Леди Шайна, – мне померещился кивок в мою сторону, – в ходе… вечерних утех, простите мою грубость и прямоту, леди, опоит его специальной настойкой, которая его значительно ослабит, а если нам очень повезёт, то и вовсе лишит магических сил на время. Настойка сработает через два часа, так что сразу он ничего не заподозрит…

Ощущение нереальности происходящего усилилась до максимума. Все эти люди в этой комнате уже считай мертвы, но они полны радужных надежд и планов и даже не догадываются, что этот «выродок» и «паук» играет с ними, и прямо сейчас стоит среди них и внимательно слушает, как его собрались убивать. И я, наконец, узнала голос. Ридейн дель Нарго глава Семьи дель Нарго, он был очень дружен с тётей во времена моего детства. Неужели тётя Эльза тоже здесь? И что мне делать? Если я сейчас встану и крикну «это он, это Император!», смогут ли они хоть что-то ему противопоставить? Не думаю, что он бы сунулся сюда, ещё и с непроверенной стражницей, если бы не был на сто процентов уверен в собственной неуязвимости и силе. С другой стороны, все заблуждаются, может заблуждаться и он… Вопрос в том, что делать мне. И вопрос срочный. Кричать или не кричать? Казалось бы, момент ещё удачнее, чем в этом подземном лабиринте, но как знать, не прячутся ли среди этих фигур в плащах с капюшонами преданные императору воины?

Может быть, лучше найти способ предупредить дель Нарго завтра? У меня выходной, я могу вообще подстеречь их возле входа на кладбище и предупредить там, что это ловушка. А с другой стороны… раз Император знал, куда идти, скорее всего, это далеко не первая встреча, возможно, бедные советник Миррейн и леди Шайна уже не один день в пыточных и рассказали всё, что могли, сдали всех поимённо… а я тут как раз для проверки именно моей благонадёжности. О небо, но что же мне делать?! Стоит ли подставляться и терять свой призрачный шанс на месть ради тех, кто уже обречён?

И пока я мучаюсь сомнениями и неуверенностью, люди начинают расходиться.

А мы пока остаёмся. Я бы хотела встать и пойти со всеми, просто-напросто физически сбежать из невыносимой ситуации, но рука Императора всё так же лежит на моём плече, и я даже через три слоя одежды ощущаю, какая она горячая. Но вот, наконец, давление на моё плечо ослабевает, а затем и вовсе исчезает, и мы выходим сначала обратно в тёмную прихожую, а затем и на улицу. Я жадно вдыхаю уличный воздух, после затхлого запаха дома он ощущается почти как глоток живой воды, и стараюсь не думать о том, что только что произошло. Слишком это всё непонятно, мучительно и стыдно. А ещё безнадёжно. Разве могу я надеяться хоть на какой-то успех своей глупой затеи, когда Император Ашш так беспечно разгуливает среди заговорщиков, среди которых есть довольно сильные маги. Те же дель Нарго… Интересно, что дальше? Отменит этот свой Большой Совет и переловит всех в свою паутину, о которой с таким страхом и такой ненавистью недавно говорили заговорщики? Или обрушит на них подземный ход? А может, натравит нас, дворцовую стражу? И завтра почти в это же время я буду стоять с оружием в руке в засаде на какого-нибудь хорошего человека, смутно знакомого мне из той жизни?

– У тебя есть вопросы, – сказал Император, когда мы вывернули на оживлённую улицу. Со стороны мы, наверное, смотрелись самой обычной парой – накрапывал мелкий дождик, и многие надели капюшоны… И я даже не помню, когда я успела взять его под руку – наверное, ещё в доме, иначе бы пересчитала все углы и косяки при выходе…

– Да, мой Господин, – согласилась я, не торопясь, впрочем, эти самые вопросы вываливать. И правильно сделала, судя по всему.

– Два, – сказал он. – Ты хорошо справилась. Можешь задать два.

Справилась – это, видимо, молчала. С нужной выразительностью и интенсивностью. Особенно учитывая, что я вообще всё время молчала, кто бы не справился… Невысокого, видать, Его Императорское Величество мнения о моих способностях. Но это неважно, я вообще должна думать о другом. Ведь надо спросить так, чтобы узнать что-то полезное, но не навлечь подозрений…

– Почему они ещё на свободе? – спросила я. Вроде бы, неплохой вопрос.

– Взять надо сразу всех, – отозвался Ашш, и я немного приободрилась. Значит, не всё потеряно? Я ещё могу их спасти? Если он хочет накрыть завтра, то у меня ещё целый день, чтобы что-то придумать и передать весточку… вот только рискну ли я? Пожалуй, и в самом деле рискну.

– Второй вопрос? – вырвал меня из задумчивости тягучий голос Императора.

– Как Вы узнали? – всё-таки спросила я. Рискованно, конечно, но если среди заговорщиков есть стукач, я должна знать. И дель Нарго должен. Иначе мне точно конец. С другой стороны, вполне логичный вопрос. Не так уж часто главная цель заговора настолько непринуждённо и нагло участвует в обсуждении и планировании.

– Полгода назад я отнял у Семей часть их земель, – спокойно признался мой чудовищный спутник. – И убрал право не преклонять колено, ограничиваясь поклоном. Ожидаемо, что они активизировались. А дальше я просто основательно переговорил с нужным советником, и он мне всё рассказал…

Бедный советник почему-то моментально представился мне висящим вниз головой, измученный и окровавленный… Что ещё Император Ашш мог вкладывать в это вот «основательно поговорил»? И как он обнаружил «нужного» советника? Неужели рассказы про взгляд, читающий в душе, как в открытой книге – правда? Но тогда я давно была бы, наверное, мертва…

А ещё я вдруг ощутила какую-то жгучую обиду – пять лет назад Император казнил всех сыновей Эльзы дес Аблес, и никто из Семей даже не шелохнулся – дель Нарго сам сказал только что об этом. Мечтали десять лет, а делать хоть что-то начали, только когда Император залез в их кошельки и заставил унижаться. А то, что он практически извёл одну из старейших семей – какая, право, ерунда! Неужто стоит рисковать ради таких?..

Мы шли обратно во дворец, и меня начали одолевать мысли о собственной доле. Вот сейчас закончится этот переход – я, кстати, до сих пор держу Императора под руку, ведь он не приказал отпустить, а я – послушная верноподданная, точнее, стараюсь прикидываться ею – так вот, выйдем мы в его спальне… и? Что-то мне подсказывает, что с Ашш-Ольгара станется воспользоваться мной не только как сопровождением, но и по другому… может быть, это только мои страхи. А может, интуиция, и я снова не знаю, что мне с этим делать. А хуже всего то, что от этих мыслей моя рука начинает дрожать, и, конечно, он не может этого не заметить. Но молчит.

И вот – момент, который мне очень хотелось оттянуть, а лучше всего вычеркнуть из своей судьбы в принципе – мы в этой его громадной комнате с громадной же кроватью. Император отпускает мою руку и скидывает плащ. Я против воли заворожённо смотрю на разметавшиеся по плечам белоснежные волосы, и судорожно запахиваю свой плащ поплотнее.

– Что стоишь? Раздевайся, – бросает он, и я уже готова упасть на колени и просить, чтобы эта вот сомнительная милость меня миновала, но не успеваю. Он, кажется, злится, заметив отчаяние на моём лице, одним движением срывает с меня плащ и показывает на одежду, которую я надела поверх формы. – Это снимай и свободна!

– Благодарю, мой Господин! – шепчу, лихорадочно избавляясь от второго слоя одежды и оставаясь в форме. Надо быстро, пока не передумал. И бегом к дверям, я уже почти в коридоре…

– Прости, – говорит каким-то непостижимым образом оказавшийся впереди, между мной и выходом, Ашш-Ольгар, и раскаяния или сожаления в его голосе совершенно не сыскать, даже если очень постараться. – Конспирация!

Притягивает меня к себе и целует в шею, где-то там за ухом, заставляя замереть от ужаса и обезумевшего табуна испуганных мурашек. Они стремглав проносятся по всему телу, сея смятение и недоумение и заставляя сердце биться чаще и сильнее. Император отстраняется и позволяет мне, наконец, выскользнуть за дверь, унося с собой так и не успокоившиеся до конца мурашки. И медленно, но верно проявляющийся засос.

Глава 5. Любовница Императора

Утром я проснулась от нарочито громкого стука в дверь и повышенного голоса старшины.

– Приболела она, Ваше Сиятельство! – он удивительным образом ухитрялся и лебезить, и говорить на повышенных тонах. – Возьмите кого другого?

– Мне нужна девушка! – чуть раздражённо пропел в ответ мелодичный женский голос. – Как я с мужчиной пойду в магазин белья?! Есть у тебя ещё девушка? Нет? Вот и давай, стучи! Не заставляй меня жаловаться Императору!

Раздался тяжкий вздох старшины Кима и снова громкий стук.

– Ика, открывай! Госпожа графиня оказывает тебе честь её сопровождать!

Первым моим порывом и правда было сделать вид, что я приболела – сопровождать куда бы то ни было обладательницу этого капризного голоса мне совершенно не хотелось. У меня вообще-то выходной и свои собственные дела, которые я совершенно не представляю, как провернуть… а впрочем…

Жаль, конечно, что старшина сочтёт меня либо круглой дурой, либо неблагодарной круглой дурой, но что поделаешь, если мне надо в город. И желательно так, чтобы не вызвать подозрений, так что придётся сопроводить эту капризную дамочку туда, куда она хочет, и улучить минутку, чтобы передать весточку.

Я пригладила рукой растрепавшиеся во сне волосы, быстро натянула форму и открыла дверь, как-то сразу напоровшись на требовательно-ищущий взгляд.

– Ваше Сиятельство, – уныло поприветствовала вчерашнюю девушку со стола. Это ж надо… я как-то даже и не подумала, что она примчится утром проверять. Или сразу мстить? Кажется, я и в самом деле круглая идиотка – она смотрит так, словно сейчас начнёт меня обнюхивать или осматривать под лупой, пытаясь обнаружить следы присутствия Ашша.

Невольно я потянулась закрыть волосами засос – ну и гад же Вы, мой Император! – и тем самым сделала только хуже – как раз и привлекла к нему внимание. Взгляд графини из недоброго сделался просто-напросто опасным.

– Я вижу, всё с Вашей Икой в порядке. Помята, конечно, но чего ждать от солдатки! – фыркнула она. – Иди за мной, стражница. Император отдал тебя мне на сегодня!

Я молча натянула сапоги и последовала за зло стучавшей каблуками по коридору графиней, на ходу пытаясь расчесать рукой и заплести в косу спутавшиеся волосы. Неужели она действительно ревнует? Странно. Я бы, если бы мне пришлось всё-таки быть с Императором, наверное, радовалась, что он переключился на другой объект…не любит же она его, в самом деле? Боится потерять статус? Но она и так графиня, независимо от положения его любовницы, а обращается он с ней, кстати, как… как с девкой. Вон на столе её… Вспомнив сцену в кабинете, я даже немного покраснела. И любопытно – он и в самом деле отдал меня ей? Если бы я и правда стала его любовницей, это бы меня, наверное, раздавило, а так… ну, неприятно. Но терпимо. И интересно, это и есть леди Шайна? Или Император содержит гарем?

Не знаю, чего именно хотела достичь графиня, но, кажется, я её ожиданий не оправдала. Всю дорогу до магазина она рассказывала мне, где и как они с Императором… хм… предавались греху, при этом внимательно меня разглядывая. Я пялилась в окно экипажа и старалась не слушать, но какая-то часть моего сознания или даже подсознания, совершенно незнакомая с этой стороной жизни и не особо интересовавшаяся ранее, жадно впитывала и запоминала. А Император-то, оказывается, затейник. Ну, то есть извращенец чёртов. Или это графиня ему льстит и набивает себе цену… и, наверное, ждёт, что я сейчас начну рвать на себе волосы от ревности, обиды и бессилия, а мне всё равно. Разве что чуточку любопытно. И странно.

В магазине я исполняла роль служанки, уже даже не вслушиваясь в бормотание девицы, плевать мне какой именно цвет и фасон нынче вечером придётся Императору по вкусу, у меня дело, и мне надо придумать, как его провернуть. Может, притвориться, что мне всё же нехорошо и отпроситься в аптеку? А то эта полоумная, кажется, собралась промурыжить меня целый день… Соваться лично в особняк дель Нарго я, разумеется, не собиралась, планировала заказать доставку чего-нибудь и вложить туда записку с каким-нибудь нейтральным для непосвящённых текстом. Или же вообще просто заказать ему торт «Император» – продавался такой, я не так давно видела, когда гуляла по городу. Должен понять.

Я уже предвкушала конец своих мучений – успела раз тридцать сбегать туда-сюда с разными комплектами белья, и если вначале они казались мне очень даже красивыми, я даже подумывала приобрести как-нибудь потом, в другой жизни, если останусь в живых, нечто подобное, то теперь я их люто ненавидела. Кружева, бантики и рюшечки. Век бы не видать! Но, кажется, ассортимент магазина подошёл к концу, и если эта полоумная не начнёт по второму кругу, то свобода уже близка!

Не тут-то было! К ней пришли подруги. Девушки впорхнули в магазин, весело болтая, по крайней мере, две из них оживлённо щебетали и радостно бросились обниматься с моей мучительницей, воскликнув «Лайза!».

Я чуть не застонала вслух, одновременно отметив про себя, что, видимо, всё-таки гарем. С тоской посмотрела на третью, которая вела себя тихо и как-то нерешительно, и чуть не вскрикнула, потому что узнала её – Сейна, дочка дель Нарго. Может быть, это шанс и надо передать с ней?.. Или… или… неужели поздно?! Девушка была в весёленьком розовом платье, но бледная до синевы и с красными заплаканными глазами. И она, дождавшись момента, схватила графиню за руку и о чём-то жарко просила. Графиня кусала губы, с жалостью глядя на подругу, и качала головой. Конечно, она не осмелится просить Императора за заговорщиков. Мало кто осмелился бы. Я почувствовала, как мир для меня содрогнулся и словно бы перевернулся, мне даже пришлось схватиться за ближайшую вешалку, чтобы не упасть. С чего я взяла, что арест будет сегодня? Ашш-Ольгар сказал «надо взять всех сразу». И, наверняка, взял. Вчера ещё, как только они вернулись по домам. Думаю, и допросил уже.

И отправь я и в самом деле весточку дель Нарго, меня бы уже через час повязали… От подобной перспективы сделалось дурно. А ещё почему-то я очень расстроилась. Несмотря на некоторую обиду на заговорщиков за то, что не вступились за мою Семью и тётю Эльзу, мне очень хотелось их спасти. Они мне казались частью старого Альмара, с его демократичной системой правления, вековыми традициями и незыблемостью. Так что я грустила, особо даже не вслушиваясь в разговоры, хотя они, кажется, прошлись и по мне. Все четверо. Но сама себя я ругала куда худшими словами – могла ведь попытаться… могла. Но струсила.

Обратно мы ехали в молчании, и мне показалось, что графиня волнуется, хотя она и старалась сохранять невозмутимый вид. Наверное, горе подруги её всё-таки тронуло, – подумала я, начиная неожиданно ощущать даже симпатию и сочувствие к этой пусть и избалованной, но, как оказалось, отнюдь не чёрствой девушке. Может, даже подыскивает слова, чтобы поговорить с Императором…

Развить мысль я не успела. Экипаж резко остановился, и в открытую рывком дверцу запрыгнул мужчина совершенно неприметной наружности, но он был вооружён и тут же приставил нож к моему горлу. Позор мне, как стражнице, но я ничего не успела предпринять.

– Не рыпайся! – велел он. – Давай вылезай!

Я послушно аккуратно сдвигалась к выходу, вслед за ним, чувствуя, как нож периодически дотрагивается до моего горла, и гадая, один нападавший или нет, и что же ему – или им? – нужно. Впрочем, на первый вопрос я получила ответ довольно быстро – нет, не один. Второй тоже залез в экипаж. Неужели это похищение любовницы Императора? Но зачем? У меня сложилось такое ощущение, что Ашш-Ольгар, может, ещё и спасибо скажет, а уж идти на какие-то уступки точно не станет… Хотя, я могу ошибаться. Может, это попытка освободить заговорщиков?.. Нелепая, но всё же лучше, чем то, что сделала я. То есть, лучше, чем ничего. Наверное.

Лайза поспешила развеять мои романтические представления о действительности и о людях.

– Как благородно с твоей стороны, Ика, пожертвовать своей жизнью ради спасения моей! – патетично сказала она, но сквозь пафос отчётливо сквозило злорадство. И приставлять нож к её шее второй не спешил. Она сама взяла у него нож и легонько кольнула собственное горло. Видимо, тоже для конспирации. – Если он вообще о тебе вдруг вспомнит, что вряд ли, я расскажу ему, как ты героически погибла. Ну, почти героически, – неприятно улыбнулась она. И обратилась уже к напавшим. – Развлекитесь с ней как следует, а потом убейте. Никудышная стража нынче пошла!

Я давно уже нащупала свой нож и могла бы его достать, и, скорее всего, даже смогла бы вывернуться и всадить этот самый нож в ногу, а то и в живот держащего меня мужчины. Но что делать со вторым? В тесноте экипажа он среагирует куда быстрее, чем нужно для благоприятного для меня исхода. А главное, что делать с Лайзой? Если я каким-то чудом сейчас освобожусь, справлюсь и со вторым напавшим, и мы вернёмся вместе с графиней во дворец – не убивать же мне её, она, наверняка, заявит, что это именно я на неё и напала. И будет её слово против моего. Слово графини и официальной вроде бы – кто их разберёт – любовницы Императора против слова безродной стражницы, с которой Он один раз просто развлёкся. Нет уж. Пусть вернётся одна, как и планировала, расскажет свою версию событий – что я пыталась её защитить. И только потом появлюсь я. А значит, мне надо выйти из экипажа с этими бандитами, так будет больше шансов. Лучше всего напасть в тот момент, когда буду вылезать, ведь выбраться из экипажа с плотно приставленным к горлу ножом не выйдет. Значит, у меня будет несколько секунд. Есть правда опасность, что графиня заметит, но буду рассчитывать на лучшее и решать проблемы по мере их поступления. Сейчас нож у горла куда важнее.