Эдип. Боги и герои Древней Греции

© Сергей Быльцов, 2025

ISBN 978-5-0065-3790-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Эдип – еще один тип античного героя. Это – рокоборец, человек действия. Узнав ужасный оракул о своей судьбе, он пытается честно пред собою бороться с Роком и быть хозяином своей судьбы.

Юноша узнает, что ему предназначено Могучей Судьбой убить своего отца и возлечь с матерью. Эти «кровные» преступления в Древней Греции считались одними из самых тяжких, ведь родителей греки любили больше всех других родичей (потом шли братья и сестры и последние – дети потому, что их можно было еще завести, притом с удовольствием). Например, убийство, тем более случайное, негражданина своего полиса вообще не считалось преступлением, и потому на междугородних дорогах было так много разбойников и злодеев.

Непостижимая разумом Судьба и такой же всемогущий Рок играли огромную роль в жизни эллинов. Греки пытались заглянуть в свое будущее с помощью всевозможных оракулов: прорицалищ, храмов, различных провидцев и пророчиц – сивилл. Были оракулы знаков, знамений, примет, вызывания душ, снов и самый знаменитый дельфийский оракул – вдохновенного исступления.

Люди старались узнать свое будущее, чтобы попытаться избежать уготованных им бед и несчастий. При этом мудрые жили по принципу «делай как надо, а там будь, что будет», они понимали, что избежать предначертанного Мощной Судьбой невозможно, но в любых обстоятельствах надо оставаться Человеком. Рок не так, так по-другому, но все равно заставит человека совершить все, что ему предначертано. Иногда Судьба добивается своего очень изощренно – с помощью гамартии – роковой ошибки, которую неизбежно совершает человек, стремясь избежать предначертанного ему несчастья. При этом именно действия человека по недопущению несчастья, из-за гамартии как раз к нему и приводят.

Отец Эдипа Лай (Лаий), узнав предсказание, что его убьет сын, пытается сначала не допустить его появления на свет и перестает спать с женой. Когда же, ничего не знавшая Иокаста опоила его вином и возлегла с ним, Эдип пытается избавиться от младенца и сразу после рождения приказывает бросить его в горах, да еще и протыкает гвоздем ему лодыжки. Такое отношение к детям не считалось преступным, ибо детей не убивали, а предоставляли их собственной судьбе, значит, явного состава преступления не было.

Встретив через 20 лет на дороге кривоногого юношу, похожего на него, Лаий вспоминает оракул и, стремясь избежать предсказанной смерти, сильно бьет встречного путника палкой, чем возбуждает его справедливый гнев.

Сам Эдип, услышавший от сверстников, что он не родной сын коринфского царя, пытается узнать правду о своем рождении. Не удовлетворившись услышанным от Полиба и Перибеи (или Меропы), которых он считал своими родителями, Эдип отправляется в самый авторитетный оракул Греции – прославленный в веках дельфийский храм. Однако вместо ответа о том, кто его родители, Пифия вдохновенно вещает, что он убьет своего отца и сойдется с матерью. И тогда благоразумный юноша решает не возвращаться в Коринф, в котором он до сих пор жил, как сын Полиба и Перибеи. Покинув Дельфы, он встречает на дороге повозку, и в дорожной ссоре, убивает надменного старика, сильно ударившего его палкой. Эдип не обращает на это убийство особенного внимания потому, что убийство незнакомца в дорожной ссоре преступлением никто не считал.

Убив чудовищную Сфингу, пожиравшую фиванцев, Эдип становится знаменитым героем, и в качестве справедливой награды за подвиг получает трон в Фивах и ложе недавно овдовевшей царицы. Иокаста была из рода Спартов и потому выглядела очень молодо, кроме того, она родила сына, будучи совсем юной, почти девочкой. Поэтому Эдип, считавший своей матерью коринфскую царицу Перибею, без всяких задних мыслей женится на вдовствующей царице Фив Иокасте. В этом решении большую роль сыграло и то, что юный герой-рокоборец был властолюбцем и больше всего хотел стать царем. На властолюбии мифографы, как правило, не заостряют внимание, считая его обычным и естественным, если оно не было чрезмерным, как, например, в случае братьев Атрея и Фиеста. Это желание было самым заветным для абсолютного большинства юношей, вступающих во взрослую жизнь, ведь царствовать – дело самое лучшее; скопляются скоро в доме царевом значительные богатства, и сам он в большой чести у народа.

Мельницы богов мелют медленно, но не отвратимо. Царь богов Зевс дает время преступникам осознать свои преступления и исправиться, и, если этого не происходит – сурово карает. Через 20 лет, когда у Эдипа и Иокасты выросли две дочери – уже девушки и два сына – юноши, боги насылают на Фивы страшный мор. Начинают массово гибнуть люди и скот. Пифия вещает, что причина моровой язвы в семивратном городе – гнев богов за преступления пришельца, убившего прежнего царя Лаия, и мор не закончится пока нечестивый преступник не понесет суровое наказание в виде смерти или позорного изгнания из Фив.

Эдип опять деятельно способствует развитию предначертанных Мойрой событий – он добровольно и тщательно проводит расследование и узнает, что мерзкий преступник он сам. Иокаста оканчивает жизнь в петле, а Эдип ослепляет себя иголкой от ее заколки.

Софокл в трагедии «Царь Эдип», написанной им в 75 лет, ставит по сути вечные вопросы: что такое человек и как должен жить человек, если узнает о предначертанной ему Судьбой страшной Доле? Что такое непостижимый разумом таинственный и всемогущий Рок? Как человек должен относиться к богам и к своей Доле? Виновен ли человек в преступлениях, совершенных не сознательно, а по неведению?..

Знаменитый трагик наделяет Эдипа почти одними положительными чертами. Его образ воплощает в себе высшие добродетели человека и царя. Он благочестив и честен пред другими и пред собой, умен и догадлив, уважает законы, деятельно и мудро заботится о народе и любит тех, кого считает родителями.

Поэтому, узнав о страшном оракуле, Эдип всеми силами пытается избежать будущих преступлений. Однако он совершает все ему предначертанное, но – по неведению, так он убивает случайно встреченного старика, не зная, что тот его отец. Встретив певицу ужасов Сфинкс, он совершает подвиг, который до него никто не отваживался исполнить, и женится на овдовевшей, но еще молодой Иокасте, не подозревая, что она его мать. Эдип становится царем и правит мудро, заботясь о подчиненных, он относится к ним как к своим детям.

Софокл предлагает читателю и зрителю подумать в чем вина Эдипа? Новорожденному младенцу по приказу царя отца проткнули лодыжки и бросили в горах, где он неминуемо должен был погибнуть от холода и голода или быть съеденным зверями. Благодаря Мойре Лахесис или богине Случая Тюхе он был подобран пастухом и вырос в Коринфе, считая своими родителями царя и царицу этого города. Очевидно, до сих пор вины Эдипа нет никакой.

Когда юноша узнает, что ему суждено убить отца и жениться на матери, то он выбирает, казалось бы, единственно правильный путь – не возвращаться к людям, которых считает своими родителями. Однако на деле именно этот путь и приводит его к предначертанным преступлениям.

Возникает вопрос: Эдип виноват в том, что выбрал путь, который привел к преступлениям? Вероятно, на этот вопрос полного и точного ответа нет. Жизнь бесконечно разнообразна, и всевозможных сюжетов не счесть. Действительно, Эдип мог бы вернуться в Коринф и рассказать все Полибу и Перибее, но они могли бы по-прежнему не рассказать ему правды, ведь он уже спрашивал родной ли он им сын перед походом в Дельфы. И потом, согласно одной из версий появления Эдипа в Коринфе, Полиб сам не знал, что Эдип не его ребенок, а у Перибеи могли быть самые разные причины скрывать правду. В этом случае все могло случиться, как в «Царе Эдипе», но позже. Если бы приемные родители рассказали Эдипу правду, то он мог убить Лаия позже в другой драке, на охоте, на состязаниях, как это сделал Персей, убив своего деда Акрисия, который тоже знаменитым был рокоборцем. Можно так же придумать множество вариантов женитьбы на Иокасте.

Некоторые говорят, что даже, если бы Эдип, узнав страшный оракул, сразу же попытался бы убить самого себя, то непререкаемая Мойра Лахесис сумела бы добиться исполнения своих предначертаний. Например, Лай, узнав обо всем, из чувства вины перед сыном мог покончить с собой так, что Эдип был бы косвенным виновником его гибели. Или Эдип не смог бы себя сразу убить. Тогда узнавшие все Лай и Иокаста поспешили к нему умирающему, и отец погибает по какой-либо причине, например, ужаленный змеей, выползшей из-под лежащего сына. После смерти Лая Иокаста могла возлечь с Эдипом, чтобы таким образом попытаться не дать ему умереть… Впрочем, это все пустопорожние выдумки, хотя… некоторые из Семи знаменитейших мудрецов Эллады говорили, что в мире нет ничего, что не могло бы случиться никогда и ни при каких обстоятельствах. Иными словами – возможно все, и изощренная Судьба этим пользуется.

Итак, на вопрос – виноват ли Эдип в своих преступлениях, однозначного ответа нет. Тем более нет ответа на другой сакраментальный вопрос – можно ли и нужно ли бороться с Судьбой, если известен оракул о грядущих несчастьях? Пример Эдипа показывает, что такая борьба тщетна, и Судьба все равно добьется своего. Тогда ничего не делать и плыть по теченью судьбы? Как буднично говорит Иокаста: «жить следует беспечно – кто как может». Вся жизнь человека подчинена бездушному всемогущему Року, он лишь бездушная игрушка в руках Могучей Судьбы.

Для деятельного Эдипа жизнь, подчиненная Року, превратилась бы в сплошной ад. Он вернулся бы в Коринф, рассказал бы все Полибу и Меропе, и те не сказали бы ему правды. Он не поверил бы им и каждый день с ужасом ожидал бы убийства Полиба и в кошмарных снах представлял бы как Рок заставит его жениться на Перибее. Далее можно предположить, что он тихо сходит с ума и бежит из Коринфа, убивает Лайя и женится на Иокасте.

Эдип сделал свой выбор и после посещения Дельф, и в Фивах после узнавания правды, сообразно своему характеру, главной чертой которого является вера в себя и стремление действовать.

Эдип искренно стремится к истине и до последнего момента не верит в свою вину, правда потрясает его. В состоянии сильного душевного волнения герой – рокоборец остается верным себе: он, желая и наказать себя справедливо, и избавиться от душевных мук, сначала тоже хочет, как Иокаста покончить с собой. Однако, считая, что быстрый и, значит, малоболезненный уход из жизни предначертан ему Мойрой и, значит угоден Могучей Судьбе, Эдип продолжает, как может, бороться с всемогуществом Рока. Он сам выбирает не быстрое и потому малоболезненное самоубийство, а самоослепление, обрекая себя на длительные и жестокие телесные муки, понимая, что его ждет, кроме них еще душевные страдания: позор и нищета, отвержение людей и одиночество.

Что может быть еще самого плохого в жизни человека? «Столь велики мои страдания, что никто из людей не в силах выдержать их бремени – никто, кроме меня», – говорит сам Эдип. Он делает такой ужасный выбор в знак протеста против всесилия Рока и против злокозненности богов. Действительно, Судьба бездушна, бесстрастна, ее нельзя умолить, но и наказывать невинного она не будет, это своеобразная машина, действующая на основании законов природы. Другое дело боги, они, пусть и с промедлением, но наказывают преступников и порой жестоко мстят им. При этом месть часто распространяется не только на самих преступников, но и на ни в чем не повинных жителей города, где живет злодей. Часто боги карают потомков преступника, и его новорожденные внуки или правнуки обречены на ужасные страданья. Так, например, Зевс проклял своего сына Тантала и тем самым обрек на муки весь его род Танталидов и Пелопидов. Так же и Эдип еще до своего рождения уже был обречен стать нечестивым преступником и потом понести заслуженную кару за преступления своих предков. В этом виновно и Ожерелье Гармонии, обрекавшее позорно рухнуть потомков дочери Ареса и Афродиты Гармонии. Роковое ожерелье сделал Гефест, возмущенный изменами своей первой жены Афродиты. Сын Полидора Лай, уже проклятый Гефестом, как правнук Гармонии, будет проклят еще и Пелопом за совращение и похищение его приемного сына отрока Хрисиппа. За эти преступления Афродиты и Лая должен будет по замыслам богов и предначертаниям Мойр ответить еще не родившейся Эдип и его ни в чем не повинные дети.

Должно быть, мысли о несправедливой мести богов потомкам преступников и бездушной бесстрастности Мойр, промелькнули в голове обуреваемого стыдом Эдипа, когда он узнал всю правду о своих прегрешениях и стоял у еще теплого тела Иокасты, качающейся в петле. В знак протеста против злокозненных богов и против непреложной Могучей Судьбы он ослепляет себя. Он признает свою вину, и сам назначает себе жесточайшее наказание. Этим поступком Эдип так же показывает всему миру, что человек в любых обстоятельствах, даже когда против него всемогущие боги и неоспоримая Мойра, может не только выстоять, но и сохранить и даже возвеличить свое человеческое достоинство.

По происшествии времени, обретший внутреннее спокойствие, Эдип по – иному оценивает случившиеся с ним несчастья и свою роль в мире. Он ощущает себя не просто человеком, сражавшимся с Роком и, пусть не победившим, но с честью выстоявшим, он ощущает себя уже героем, почти святым. Он чувствует себя приобщенным к божеству и потому почти не ощущает своего измученного тела – бренной оболочки. Оскверненное преступлениями тело в первой части трилогии «Царь Эдип», в «Эдипе в Колоне», который Софокл создал в 89 лет, становится божественным талисманом, дарующим победу народу и благоденствие земле, в которой оно будет похоронено.

В последние дни многолетних мучений, в афинском местечке Колоне героя – рокоборца смерть, наконец, осеняет. Умиротворенный Эдип, теперь гордящийся прожитой жизнью, приобщается к блаженному сонму великих героев, ибо он не напрасно жил и боролся – он не победил, но и не проиграл в схватке с таинственным, непостижимым и всемогущим Роком. Он всегда делал то, что считал должным и, несмотря ни на что, остался Человеком.

Часть I. Введение

Космические божества

1. Генеалогическая схема богов

Говорят, что прославленные в веках Гесиод и Гомер впервые установили родословную самых известных богов, дали всем имена, а также эпитеты, разделили между ними почести и круг деятельности и описали их образы.

Цицерон в трактате «О природе богов» говорит, что согласно утверждению Зенона, именами богов были наделены в аллегорическом смысле неодушевленные, немые объекты природы.

Поскольку эталонных мифов не существует, то в генеалогиях богов и героев приходится иногда произвольно выбирать версии, установленные различными древними авторами.

На предлагаемом родословном древе древнегреческих богов, как правило, изображены наиболее общепринятые в первоисточниках генеалогические связи. Например, родителями Эрота изображены Арес и Афродита, хотя в различных первоисточниках можно обнаружить десятки вариантов пар родителей этого бога любви. Однако при выборе родителей Афродиты пришлось допустить произвол.

Великий Гомер считает богиню красоты и любви дочерью Зевса и додонской богини Дионы (которая, как местная богиня на схеме вообще не изображена).

Согласно Эпимениду, Киприда была дочерью Крона.

На схеме выбран вариант самого большого древнего знатока генеалогий богов Гесиода, согласно которому, Афродита родилась из морской пены, взбитой упавшим в море детородным членом оскоплённого Кроном Урана; в пользу этого варианта говорит и само имя Афродиты – «Пенорожденная».

Предлагаемая схема не полная не только в силу указанной выше неоднозначности. Невозможно уместить имена всех известных из античных источников богов на одном листе. Например, согласно Гесиоду, у Океана и Тефиды было 3000 дочерей – Океанид стройноногих. Столько же на земле и речных Потоков (Потамов), также рожденных Тефией, – шумливых сынов Океана. Всех имена их назвать никому из людей не под силу.

То же самое относится и некоторым другим многочисленным группам богов, таким, как 150 Гигантов, сотни нимф и др. Поэтому из больших блоков богов или божеств на схеме изображались самые известные. Из-за недостатка места не указаны имена Муз, Ор, Плеяд и Гиад. Не изображена на схеме и богиня облаков Нефела, о которой много говорится в первой главе после Введения поскольку ее происхождение не вполне ясно: одни считают ее Океанидой, другие – богиней воздушной стихии, что естественно поскольку она, как Тучка, пребывает обычно в воздухе.

Первобытных богов, названных в схеме космическими божествами, мифологи обычно не выделяют в особую группу, однако, для того чтобы понять откуда взялись боги I поколения, это сделано. Среди них наиболее важная роль в книге отведена дочерям всемогущей богини Необходимости Ананке Мойрам, олицетворяющим непостижимо таинственный Рок и Могучую Судьбу. В орфических гимнах богиню необходимости считали дочерью Афродиты Урании, что мало обоснованно. При этом философы отводят Ананке и Мойрам чрезвычайно важную роль в мироздании.

Самыми многочисленными и могучими богами были 12 древних Титанов (Младших Уранидов), их дети и внуки, однако в результате грандиозной десятилетней войны – Титаномахии, они были побеждены новыми богами, обосновавшимися на Олимпе. Олимпийские боги по рождению являлись тоже Титанами, но после ужасной для всех Титаномахии они стали противопоставлять себя Древним Титанам, которых они считали дикими и необузданными, как и стихии, которые их породили.

14 олимпийских богов – это главные боги греческого пантеона. 6 олимпийских богов – Уранидов принадлежат к богам III поколения, 7 олимпийских богов – это дети Зевса, они относятся к богам IV поколения и 14-я олимпийка – Афродита – древняя богиня II поколения. При этом, олимпийские боги – не творцы Вселенной и не создатели всего наблюдаемого мира, они сами некогда из небытия появились на свет и, значит они только почти всемогущие и почти бессмертные. Олимпийские боги управляют миром, но и сами подчиняются основным законам природы, олицетворением которых является богиня необходимости Ананке и ее три дочери Мойры. Имена Олимпийцев, играющих в античной мифологии центральную, определяющую роль, на схеме выделены крупным жирным курсивом.

Конечно, большую роль в любом генеалогическом древе играет его непосредственная компоновка, особенно, если древо большое. Предлагаемое расположение богов является оригинальным и кажется удачным и потому повторяется в нескольких книгах серии. Как видно, каждое из поколений богов расположено вдоль своего горизонтального ряда. Поэтому блок олимпийских богов разделен на 2 части – одна расположена в горизонтальном ряду богов III поколения (6 Титанов, детей Крона и Реи), а другая – в ряду богов IV поколения (7 детей Зевса). Четырнадцатая олимпийская богиня Афродита выделена, как и остальные олимпийцы, шрифтом и находится на своем месте – в блоке Старших Уранидов – богов II поколения.

Схема получилась предельно насыщенной информацией так, что больше ничего на одном листе изобразить не возможно без уменьшения шрифта, что для бумажного формата книги уже делать нельзя. Поэтому некоторых богов не удалось изобразить, например, бога пастушества и лесов Пана и божеств природы нимф и сатиров; не приведены имена Муз, Ор…

2. Хаос и Эон

Изначально во Вселенной существовал только Хаос (раскрываться, разверзаться), который эллины считали с одной стороны Ничем – совершенной пустотой, с другой стороны – первоисточником всякой жизни во Вселенной.

Хаос существовал вечно, однако вечность здесь еще не обозначала бесконечно огромный промежуток времени, поскольку Хронос-время еще не родился. Вечность скорее означала некое застывшее «всегда».

Согласно Гераклиду, все смешано как в кикеоне (болтанке) и одно и то же: удовольствие-неудовольствие, знание-незнание, большое-малое – [все это] перемещается туда-сюда и чередуется в игре Вечности (Эона). – А что такое Вечность? – Дитя играющее, кости бросающее, то выигрывающее, то проигрывающее…

По Гесиоду, Хаос – это зияющее, неизмеримое мировое пространство, существовавшее прежде всех вещей, мрачный, первоначальный источник всякой жизни в мире и самого мира.

Овидий так же, но как всегда красиво, говорит, что вначале была лишь бесформенная косная масса. Не было моря, земли и над всем распростертого неба, – Лик был природы един на всей широте мирозданья, – Хаосом звали его.

Под Хаосом понимали так же Беспорядок, и уже в Первобытном Хаосе изначально была заключена его Противоположность в виде зародыша Миропорядка, названного древними греками Космосом (Порядок).

Овидий, как всегда красиво, поет, что вначале была лишь бесформенная косная масса. Не было моря, земли и над всем распростертого неба, – Лик был природы един на всей широте мирозданья, – Хаосом звали его. Нечлененной и грубой громадой, бременем косным он был, – и только, – где собраны были связанных слабо вещей семена разносущные вкупе.

Уже в Первобытном Хаосе изначально была заключена его Противоположность в виде зародыша Миропорядка, названного древними греками Космосом (порядок). В пустоте Хаоса изначально было заключено все, и все пребывало, как поет Овидий, в борьбе: Холод сражался с теплом, сражалась с влажностью сухость, битву с весомым вело невесомое, твердое с мягким…

3. Космос

Однажды Хаос породил Космос, под которым греки понимали не относительно пустое пространство Вселенной, а Упорядоченность, Миропорядок.

Одновременно с Космосом, возникли присущие только ему Хаотические Пространство и Время. Пространство было пустым и бесконечным. Лукреций говорил о бесконечности так: коль был бы предел положен пустому пространству, всех бы бесчисленных тел основных оно не вместило.

После того, как вечный Хаос породил Космос появились космические божества: Хронос (время), Ананке (Необходимость) и Тюхе (Случайность). Все необходимые законы возникли вместе со Вселенной, и Ананке, являясь воплощением этих законов, строго следит за их соблюдением.

Закон стал истинным Творцом всего сущего. Анаксимандр Милетский первым употребил термин «закон». Космос сформировался и сам себя привел в Порядок.

Согласно «Естественной истории» Плиния Старшего, космос – это нечто священное, вечное, безмерное, все во всем, даже поистине само «все». Содержа собою все извне и изнутри, он есть одновременно и итог всей природы вещей, и сама эта природа как таковая.

По Диогену Лаэрцию, легендарный Пифагор первый назвал Космосом Вселенную. При этом это была, благодаря Закону и Числу, гармонически упорядоченная Вселенная, противостоящая бесформенному первозданному Хаосу.

Для пифагорейцев, космос означает не только небо, но вообще Вселенную. Гераклитовский космос – это Мировой порядок, тождественный для всех, причем в отличие от Платона этот мировой порядок не создал никто ни из богов, ни из людей.

Гераклит из Эфеса больше всего знаменит своим изречением «Всё течёт и движется, и ничего не пребывает», но ему же принадлежит изречение, что космос, тот же самый для всех, не создал никто ни из богов, ни из людей, но он всегда был, есть и будет.

Однако Эпикур считает Космос уничтожимым, поскольку он когда-то возник, как возникает всякое живое существо и потому когда – ни будь обязательно исчезнет.

Аристотель говорит, что подлунная часть мира подвержена изменению; подвержены порче и относящиеся к ней земные явления. В «Метафизике» знаменитый мыслитель, создавший универсальную систему философии, рассказывая о единообразном вращении космоса в одном и том же месте говорит, что это не что иное, как круговое движение вечного бытия в самом себе, движение, не знающее пространственных перемен и не зависящее от перемены места, космос не стареет и не останавливается, но он всегда есть, т. е. он вечен.

Многие древнегреческие ученые Космос считали ограниченным, и в его центре располагали неподвижную шарообразную (!) Землю, вокруг которой вращались все небесные тела, включая Солнце. Далекие звёзды располагались на периферии Космоса, вдали от Земли. Это вращение было связано с лежащем на коленях Ананке Мировым Веретеном, на Ось которого насажено все Мироздание. Дщери Необходимости Мойры, ее наместницы на земле и на небе следят за соблюдением богами и людьми Миропорядка, однажды возникшего из первозданного Хаоса, и ткут особую пряжу, вытягивая из нее нити Судеб богов и смертных.

4. Хронос

Демокрит был твердо уверен в том, что Хронос – время вечное и не имеет начала.