Ворон расправляет крылья

Благодаря войне с вурдалаками времени на женщин было мало, поэтому бессмысленные кратковременные связи осточертели волколаку не слишком быстро. Зато это произошло резко и как-то окончательно: он решил для себя, что лучше не иметь ничего, чем это подобие отношений, которые при всём желании не переведёшь в разряд серьёзных (он пытался много раз). В конце концов, ему надоело, что в нём видят лишь брутального воина и командира группы профессиональных бойцов. После этого в личной жизни Серебренникова наступило затишье.

С тех пор у него было приблизительно пять более или менее настоящих романов с большими промежутками. Отчего так ничего и не сложилось, сказать трудно: наверное, каждый раз Арсэн приходил к выводу, что они слишком разные. Не понимали они друг друга, не сходились во взглядах, в образе жизни, в ценностях. Вначале ему казалось: да, это она! Но стоило немного глубже копнуть, и обнаруживалось, что внутри нет ничего того, о чём он думал. Повсюду одна сплошная видимость. Это постепенно всё сильнее ввергало его в отчаяние.

Свой последний неудавшийся роман оборотень помнил особенно отчётливо. Это случилось 8 лет назад. Она была ведьмой, вдовой воина Лагеря. Они ходили на свидания, встречались у неё дома, много говорили друг с другом. Арсений влюбился крепко, из кожи вон лез, чтобы её порадовать, чтобы она улыбалась… Ему казалось, что их чувства взаимны. Признаться в своей любви и позвать замуж волколак решился не сразу после стольких разочарований. Её ответ его почти убил.

Возлюбленная сообщила Арсэну, что всегда любила и будет любить только своего покойного мужа. Да, с ним ей хорошо, он ей нравится, и она не против выйти замуж, но он должен знать, что любит она первого мужа, и ему никогда не занять его место в её сердце.

– А меня ты не любишь? – очень тихо спросил командир группы.

– Нам хорошо вместе – с этим не спорю, но люблю я его, а не тебя, – откровенно объяснила ведьма. – Ты очень милый, Арсений. Правда.

Мужчина честно не сумел её понять. Вдовой она была давно и о погибшем муже упоминала редко. Он и представить не мог, что тот так много для неё значит.

Сначала было дико больно. Потом Арсений решил смириться с положением вещей и не отступать: может, позже она сумеет его полюбить. Ей ведь хорошо с ним – это уже плюс. Главное, что он любит её, а остальное приложится. Но дальше стало только хуже. После того откровенного разговора возлюбленная просто принимала его любовь и внимание, снисходила, терпела, милостиво соглашалась. В какой-то момент оборотень отчётливо увидел, какой будет их совместная жизнь, и осознал, что не вынесет этого. Тем временем друзья заметили, что в его душе происходит что-то. Спросил первым Паша.

– Я не верю ей, – признался рыжеволосый маг. – На мой взгляд, она жадничает. Хочет брать и ничего не давать взамен. Её устраивает, что в ваших отношениях даёшь только ты. Она напоминает мне Таню, которой нужно было, чтобы ты бегал вокруг неё. Мне рассказывали о ней те, кто знал её, когда она ещё не была вдовой. Никто не считал их счастливой парой, и я сомневаюсь, что она так уж любила своего мужа. Если хочешь знать, мне не нравится, что она пользуется тобой. Сейчас она просто принимает твою любовь, а потом (не дай Бог, конечно) начнёт вспоминать своего мужа и сравнивать тебя с ним. Мне страшно, что она будет мучить тебя. Я верю в твою способность любить, но, думаю, ты заслуживаешь большего.

– Так ты думаешь, она любит меня на самом деле? – удивился Серебренников.

– Вполне возможно, хотя её любовь в некотором роде эгоистична. Арсений, продолжать эти отношения, на мой взгляд, будет неправильно по отношению к самому себе. Решать тебе.

Воин хорошенько подумал, прежде чем последовать совету друга. Он осознал, что лучше один раз пережить боль от расставания, чем страдать всю оставшуюся жизнь рядом с ней. Он больше не хотел, чтобы им пользовались. Ему с лихвой этого хватило ещё в юности.

Пережить эту любовь оказалось нелегко. Арсэн страдал долго. Пожалуй, он перестал мучиться только года два назад. Теперь, случайно встречаясь с ней где-нибудь, он больше не испытывал чувства острой утраты.

– Арсений, всё в порядке? – осведомилась Белла.

Он вздрогнул и растерянно на неё воззрился.

– Да. В норме. Так… вспомнил кое-что.

– Вид у тебя был несчастный, – испуганно заметила собеседница.

Волколак улыбнулся через силу и пристально вгляделся в голубые глаза напротив. О чём она думает? Что чувствует? Как бы он хотел это знать! Он влюбился в красавицу-вампиршу и отчётливо ощущал безнадёжность своего положения. Он не сразу понял, что его чувства к ней слишком серьёзны. Пропустил момент, когда ещё можно было что-то предпринять. Ежели вообще можно было предотвратить любовь к ней.

– Почему ты так смотришь на меня? – спросила неуверенно Закирова.

Мужчина озорно улыбнулся ей.

– Хочу узнать, о чём ты думаешь.

– Любопытство разбирает? – рассмеялась брюнетка, спутник засмеялся вместе с ней.

Изабелла думала о том, как сильно его любит, как скучает между встречами, а рядом с ним наслаждается каждым мигом. Когда у него становился грустный вид, ей хотелось обнять его, исцелить все его раны, заставить улыбнуться. Она мечтала сделать Арсения счастливым.

Они ещё немного погуляли по парку и направились к внедорожнику. В машине всю дорогу расслабленно молчали. Белла исподтишка любовалась Серебренниковым и никак не могла на него насмотреться. Ей всегда было мало времени, проведённого рядом с ним.

Автомобиль ехал на нормальной скорости. Это был редкий случай, когда оборотень не хотел гнать – чтобы подольше побыть с Беллой. Он хотел продлить их встречу. Ему нравилось с ней и говорить, и молчать как сейчас, например. Ему просто с ней было по-настоящему хорошо.

Машина съехала с дороги и скоро встала. Арсений и Белла вышли и остановились друг напротив друга.

– Ещё раз извини, что сегодня тебе пришлось столько ждать, – произнёс мужчина.

– Не стоит извинений, – с улыбкой отмахнулась брюнетка. – Надеюсь, в следующий раз в это кафе не заглянет никто из вашего Лагеря.

– Следующего раза не будет. Я придумаю другое место для встреч. Кафе – не слишком надёжно. И мы там примелькались всем. Лучше не рисковать.

– Хорошо. Как скажешь.

Он знал, что на прощание она поцелует его в щёку. В последнее время вампирша стала так с ним прощаться, и это заставляло его теряться в сомнениях. Его сердце каждый раз замирало, сладко сжималось. Знает ли она, что делает с ним? И почему она поступает таким образом? Какое значение вкладывает в свои поцелуи? Дружеское участие или нечто большее? Он-то, определённо, не способен воспринимать её поцелуи в качестве дружеского жеста!

– Ну что ж, – вздохнула Закирова. – До свидания.

– До свидания, – кивнул волколак.

Изабелла взялась за лацканы его пальто и, встав на цыпочки, потянулась к щеке. В последнюю секунду Арсэн повернул лицо, и её губы вместо щеки наткнулись на его губы. Рука воина легла на неё затылок, но мягко, ненавязчиво, без принуждения. Женщина не отскочила, не издала протестующего возгласа. Оборотень подождал миг, второй… и поцеловал её. Сначала осторожно, потом решительнее. Вторая его рука обвилась вокруг талии брюнетки. Она по-прежнему держалась за него и не сопротивлялась. Серебренников продолжал целовать её всё серьёзнее, смелее, жарче. Чем дальше, тем сильнее он увлекался, теряя рассудок. И тут… Белла робко ответила.

У мужчины вырвался восторженный полувздох-полустон. Он сдержал свою активность, подстроился под партнёршу и мягко повёл за собой. Она быстро освоилась и последовала за ним. Его объятие стало более крепким и тесным, а поцелуй – страстным, головокружительным до беспамятства, безрассудным и глубоким. Вампирша ответила ему с не меньшей эмоциональностью, одна её рука обвилась вокруг его шеи. Всем своим существом она льнула к нему, тихонько вздыхала от счастья, пальцами ласково поглаживала его шею. Его рука тоже не бездействовала – скользила по её спине, норовя прижать её к нему посильнее. И хотя поцелуй их был взрывным и безумным, закончился он на весьма трогательной ноте.

Оба прерывисто вздохнули. Арсений улыбался с закрытыми глазами, наслаждаясь воспоминаниями о потрясающем поцелуе. Изабелла опустилась с цыпочек и уткнулась лицом в его грудь, слушая торопливый и сбивчивый стук его пламенного сердца. Позабыв о том, кто она и где, женщина обняла высоченного волколака за талию и довольно расслабилась.

– Я слишком много себе позволяю? – с лёгкой весёлостью в голосе осведомился мужчина.

Вампирша помялась и, подняв к нему пылающее лицо, ответила смущённо:

– Возможно. Я ещё не решила.

Он свободно рассмеялся, глядя в сияющие глаза напротив, и нежно чмокнул её в губы.

– Пока ты разрешаешь, – пожал Арсэн плечом.

Закирова тоже не удержалась от смеха, позабавленная ситуацией. Он сейчас был таким бесшабашным и озорным, что, если бы даже захотела, она бы не смогла на него рассердиться. Вдвойне это было сложно сделать от того, что в огромных карих глазах отражался целый водоворот эмоций, в котором можно было запросто утонуть. Она и тонула невольно, как зачарованная глядя в эти чистые глаза.

– Мне пора идти, – кое-как выговорила Белла, поморгав часто-часто.

– Да, конечно, – с широкой улыбкой кивнул оборотень. – Я провожу.

Наклонившись, он поцеловал её руку, но не один раз, а сразу три подряд. Сердце голубоглазой брюнетки судорожно сжалось трижды соответственно каждому поцелую, она заволновалась ещё сильнее, чем после страстного поцелуя несколькими минутами ранее. От смущения женщина суетливо поправила платок на голове и, развернувшись, торопливо направилась к своему Лагерю. Серебренников с довольной улыбкой последовал за ней.

Позже волколак превратился в зверя. В нескольких метрах от ворот у Ноябрёвки Изабелла оглянулась на него и застенчиво помахала на прощание рукой. Хищник мотнул головой, принимая её жест. Стоило ей скрыться из виду, как волк рванул назад. На огромной скорости, со всего духу, он бежал к машине, наслаждаясь ощущением дикой свободы.

Неподалёку от внедорожника он обернулся человеком и, не сбавляя темпа, пробежал длинными ногами по стволу ближайшего дерева, сделал сальто и счастливо рассмеялся. Арсэн был безудержно счастлив, ему выть во весь голос хотелось! А, если бы он увидел, как Белла, идя в этот момент домой, прижимает к щеке тыльную сторону своей руки, которую он целовал, то совсем бы свихнулся от радости.

3 апреля, суббота

Соболева Александра, ведьма

На улице было светло и свежо. В воздухе ощущался аромат талого снега и лёгкого мороза. Идти было неудобно: вчерашняя снежная каша вновь застыла в неровную ледяную корку. Саша умудрялась одновременно контролировать дорогу под ногами и любоваться небом, окрашенным лучами солнца в различные оттенки. Особенно ей нравилось смотреть, как крючковатые голые ветки деревьев расчерчивают это небо. Такое зрелище она находила немного зловещим.

Отчего-то подъём на занятия именно в субботу девушка воспринимала хуже всего. Во-первых, обидно, что у работающего населения выходной, а они вынуждены топать в университет, во-вторых, конец недели. В эту субботу, ко всему прочему, выдалась ужасная ночь: Александру мучили кошмары. Дурацкая впечатлительность виновата. Так вышло, что Жанна вечером, понося Влада Стрельцова, оборонила фразу про кровавые слёзы, которыми якобы красивый маг когда-нибудь должен обливаться, а белокурая девушка в буквальном смысле воспроизвела подобную картину в своём воображении. Ночью, как следствие, этот кошмар ей приснился. К нему добавилось множество других, не менее страшных и тяжёлых снов, главным героем которых стал Влад. Кровавые слёзы, стекающие по светлым щекам из прикрытых глаз, конечно, были самыми жуткими. Бр-р.

Студентки вошли в корпус, разделись в гардеробе и проследовали в аудиторию. Первым делом взгляд Соболевой при входе метнулся к парте в середине первого ряда. По обыкновению в этот час она пустовала – Владлен приходил за минуту до звонка и в последнее время не прогуливал занятия, однако по старой привычке ведьма каждый раз беспокоилась: вдруг сегодня его не будет? Тихонько вздохнув себе под нос, она заняла своё место в середине второго ряда.

До начала пары сокурсники свободно двигались по помещению и переговаривались. У Саши сегодня с утра не было настроения болтать (только спать, спать!), поэтому она слушала других.

– Ну и ужасные круги под глазами у тебя сегодня! – громко заметила Крюкова в адрес кареглазой блондинки.

– Ничего ужасного, – возразила Полина, поглядев на соседку. – Совсем небольшие. Плохо спала?

– Кошмары замучили, – пробормотала высшая ведьма, внутренне корчась от унизительной реплики бывшей подруги. После «разрыва» она ещё отчётливее стала замечать попытки Жанны унизить её при всех.

Когда до звонка оставалось всего ничего, в аудитории появился Владлен, одетый в синие джинсы и тёмно-синюю толстовку поверх белой футболки. Проводив его взглядом, Александра про себя подумала: «Вот у кого настоящие круги под глазами!». Потому что у молодого колдуна они были такими чёткими, что не заметить просто невозможно. Удивительно только то, что они его красоты не портили, – этот парадокс не давал девушке покоя. Вроде бы он выглядел уставшим, но сердце из-за этого при виде него меньше не ёкало.

После того дня, когда она с Владом сидела в актовом зале на соседнем кресле, Саша избегала смотреть на парня. Боялась, что он застигнет её за любованием им. Стыдилась своей слабости. А слабость была немалой: душа колдуньи корчилась внутри из-за того, что нельзя взглянуть на любимого, проверить, в каком он настроении, как реагирует на происходящее в аудитории – хмурится, улыбается или излучает равнодушие. Она привыкла уже улавливать его настроения, иногда ощущала себя с ним на одной волне. Жаль вот только мыслей его не знала. Ей до умопомешательства хотелось узнать, о чём он думает, когда их взгляды встречаются…

Как-то с самого начала день не предвещал ничего хорошего. Настроение было не сахар, но Соболева искренне надеялась, что удастся его выправить. Увы, надежды не оправдались. Глубоко внутри родилось противное тлеющее раздражение. Оно вроде бы вело себя тихо и в то же время ныло будто больной зуб. И для него были причины.

Жанна, Аня и Данила хихикали всю пару иностранного языка. И это было не простое хихиканье: в нём присутствовало что-то гадкое, унизительное и издевательское. И оно почти не прерывалось, сопровождалось бесконечными прысканьями, за которыми следовали длительные приступы веселья. Эта троица прямо-таки мочилась в штаны со смеху. Вначале ещё можно было отнестись к этому со снисхождением, но чем дальше, тем сложнее становилось это терпеть. Стоило кому-то из студентов начать отвечать учителю (на английском языке, как полагается), это сразу же приводило к новому взрыву глумливого смеха со стороны сладкой троицы. Особенно ухохатывались они над Полиной. Последнее обстоятельство больше всего выводило высшую ведьму из себя.

Насколько могла судить Александра (в первую очередь, по реакции учительницы), произношение Зубовой являлось в группе лучшим. Статная ведьма не стеснялась говорить слова правильно по-английски, не переводя свою речь в русло ломаного русско-английского. Данное обстоятельство вызывало уважение у кареглазой блондинки и немалую долю восхищения. Смелость она находила одним из самых привлекательных качеств Полины. Жанна, Данила и Анна над ней всячески потешались. Что ещё хуже, голубоглазая девушка всё сильнее замыкалась в себе, ей было очевидно тяжело сносить насмешки, хотя она мужественно старалась. Мучения соседки по парте практически убивали Сашу.

Если на первом уроке пары троица ухохатывалась над чужой английской речью, то на втором они, кажется, подключили воображение. Белокурая девушка, находившаяся в объятиях мерзкого раздражения, не интересовалась, что их так веселит, пока они не взялись окликать Зубову. С глумливыми гримасами Аня и Жанна пытались что-то сказать фигуристой колдунье между взрывами издевательского смеха. Она честно старалась понять, но от унижения всё больше терялась. Хмурая Александра, в итоге, обернулась к студенткам и по их жестам догадалась, куда они показывают. Выяснилось, что причиной их неоправданно бурного веселья стала задравшаяся сзади кофточка, оголившая небольшую часть поясницы до юбки, из-за которой выглядывала тоненькая полосочка кружевного белья. Сердитая высшая ведьма резким движением отвернула Полину от Крюковой и её напарницы, одёрнула кофточку и буркнула соседке:

– Не обращай на них внимания!

Зубова несчастно кивнула. Её убитый вид заставлял Соболеву страдать. В раздражении она позабыла о своём намерении не смотреть на Владлена и машинально взглянула на него. Маг косился на троицу с холодно поднятой бровью. Отведя от них взор секундой позже, он встретился с высшей ведьмой глазами. Фыркнув, Стрельцов посмотрел на потолок, выражая тем самым своё отношение к их поведению. От того, что они на одной стороне, Саше стало чуточку легче.

По дороге из одного кабинета в другой Полина потихоньку спросила у блондинки, на что ей намекали Анна и Жанна. Та объяснила и посоветовала на сей счёт не заморачиваться.

– Смех без причины – признак, сама знаешь чего, – отмахнулась кареглазая ведьма.

– Так была ведь причина… – расстроилась голубоглазая девушка.

– Слушай, – сердито взглянула на неё спутница, – если бы у тебя было старое застиранное бельё, то стоило переживать, а так – нет!

Зубова улыбнулась, преодолевая подавленное настроение, и крепче взяла Александру под руку. Так, в обнимку, они вошли в аудиторию, где должна была состояться литература. И напрасно они думали, что перерыв пройдёт тихо-мирно.

– Полина, какой у тебя размер? Ну скажи, какой у тебя размер? – приставали Крюкова с приятельницей.

Через некоторое время русоволосая девушка не выдержала:

– Размер чего?

– Ну, бёдер.

– Не ваше дело.

– А вам это зачем? – ледяным тоном осведомилась Саша. – Подарить что-то хотите?

– Возможно, – ответила Жанна, и девушки в очередной раз зашлись в приступе мерзкого хохота.

– Слышь, Полина, – после непродолжительной паузы обратилась к ней Анна, – ты, когда в следующий раз на шопинг отправишься, нас позови: мы советами поможем. А то сама ты явно не справляешься!

И троица опять засмеялась глумливо. Неожиданно к ним присоединился ещё один голос – Стрельцова. Ни у кого не возникло сомнений, что смеётся он над Зубовой вместе со сладкой компанией. Однако, успокоившись, голубоглазый парень обманул чужие ожидания:

– Слушай, детка, – заговорил он с Аней, – судя по тому, как ты одета, твои советы вряд ли смогут быть кому-то полезными. Боюсь, помощь не помешала бы именно тебе.

Студенты обомлели, особенно троица.

– Кстати, Полина: бельишко, что надо, – подмигнул красавчик колдунье. – Не ожидал от тебя. Ты у нас, оказывается, шалунья!

И он расхохотался над покрасневшей Зубовой.

– Тебя на пухленьких потянуло? – холодно поинтересовалась Жанна.

– Ой-ой-ой! – страдальчески протянул Влад, снисходительно на неё взглянув. – Хорош ядом брызгать, змея ты гремучая. Остроумие – это не твоё, поверь моему опыту.

Крюкова от злости покрылась пятнами.

– А ты считаешь себя великим специалистом?

Брюнет безмятежно посмотрел на неё.

– Да, малышка, я в этом профи. А ты сомневаешься?

Вопрос, произнесённый опасно вкрадчивым тоном, остался без ответа. Нарываться на проблемы Жанне, по-видимому, не хотелось.

Следующая пара прошла значительно спокойнее, хотя весёлая компания потихоньку периодически посмеивалась. После этого группа переместилась в другой кабинет на предмет под названием «Право».

– Сашка, опять ты напялила эту кофту, – страдальческим тоном произнесла Крюкова, проходя между рядами на своё место. – У тебя и так груди нет, а в ней ты вовсе на плоскую доску похожа.

От оскорбления Александра здорово обомлела. Тем временем присутствующие парни как по команде повернулись и взглянули на упомянутую грудь, словно дрессированные звери в цирке, внимание которых привлекла хозяйка при помощи хлыста. Именно возмущение по поводу подобной наглости привело девушку в чувство, и она гневно щёлкнула пальцами, отчего молодые люди торопливо отвернулись, а Стрельцов даже покаянно поднял руки.

– Все успели оценить мою грудь? – иронично осведомилась Соболева.

– Саша, прости… Мы не хотели… Глупо вышло… – донеслось с разных сторон.

– Да, грудь – красивая, – откровенно сообщил Владлен. – По-моему, размер – что надо. Но без одежды было бы понятнее.

Ведьма холодно воззрилась на довольно ухмыляющегося парня, намеренно вгоняющего её в краску своим замечанием. Их взгляды перекрестились, и в какой-то миг в лице брюнета произошла резкая перемена: его глаза стали чистыми и искренними, а улыбка – тёплой и будто… любящей. В следующую секунду Влад поспешно отвернулся.

От этого неожиданного чуда, продлившегося одно краткое мгновение, душу белокурой красавицы окатила тёплая волна. Она оторопела от потрясения. Его внезапные эмоции поразили её в самое сердце. Никогда прежде он не проявлял ничего подобного, оно будто вырвалось помимо его воли. Значит, она не ошиблась? Там, внутри, за насмешливой маской, скрывается что-то настоящее?..

Растерянная случившимся открытием Саша повернулась к Полине, чей испуганный вид напомнил ей о Жанне. Обернувшись к своей обидчице, кареглазая девушка обнаружила, что та выглядит раздосадованной.

– Спасибо за ценный совет, – с лёгкой улыбкой поблагодарила её высшая ведьма. – Я его обдумаю.

Ей стало на удивление всё равно на реплику Крюковой. Теперь произошедшее казалось глупой мелочью. Тем более, что эффект явно получился прямо противоположным ожидаемому Жанной.

Александра больше не чувствовала себя уязвлённой замечанием сероглазой ведьмы, но гнев пробудился, и тлевшие весь день угли вспыхнули пламенем. Вдруг вспомнилось всё плохое, что было за время их дружбы. Сознание горело от разрушительного огня старых обид. И всё-таки пламя когда-то стихает. Оно не погасло, но за ним забрезжил свет осознания. Девушка поняла, как Крюкова манипулировала ею, как пыталась манипулировать окружающими мужчинами, как многого лишила её, а самое главное – как она сама до сих пор позволяла делать себя несчастной. Ведь прежде Полина ей нравилась, и она хотела с ней дружить, так? А теперь что? После Жанны она боялась кому-то довериться и тем самым лишила себя возможности найти настоящую подругу. И Крюковой доставляет удовольствие её нынешняя замкнутость! Значит, опять выигрывает Жанна? Значит, она снова позволяет собой управлять?..

Страх и боль, что так долго держали её в своих объятиях, внезапно отпустили Соболеву. Они утратили свою власть над нею, как только она разложила всё в голове по полочкам и решила, что с неё хватит. Пора кончать со всем старым и начинать сначала. Но прежде, чем перевернуть страницу, нужно дописать незаконченное. Высшая ведьма ощущала необходимость выговориться.

Когда завершилась пара, Саша быстренько собрала вещи и устремилась за Крюковой. Та очевидно торопилась в общежитие, и кареглазая блондинка, извинившись перед Зубовой, поспешила за ней. Лишь у общаги она нагнала сероглазую девушку и, схватив под руку, потащила в комнату со словами:

– Есть разговор.

Оказавшись внутри, высшая ведьма закрыла дверь на замок и обратилась к бывшей подруге:

– Знаешь, мне надоело выслушивать антикомплименты как в свой адрес, так и в адрес Полины. Меня от них здорово тошнит. Хватит нас доставать. Мне неинтересно твоё мнение относительно размера моей груди или размера бёдер Полины, поэтому в следующий раз оставь его при себе.

– Груди, которой нет, – фыркнула Жанна.

– Только в твоих мечтах! – парировала Соболева, отчего выражение лица собеседницы перестало быть довольным. – У меня нормальная грудь, так что можешь не стараться зря. Поливая окружающих тебя девушек грязью, ты не становишься на их фоне привлекательнее. Ты этого ещё не поняла?

От возмущения у Крюковой приоткрылся рот.

– Да на вашем фоне кто угодно будет привлекательнее! Жуткая парочка: Тимон и Пумба!

– Хватит! – рявкнула блондинка. – Хватит врать! Ты отлично знаешь, что Полина – не толстая! Прекрати пытаться себя в этом убедить! У неё прекрасная фигура, и на таких как она парни слюни пускают! Ты просто ей завидуешь!

– Чему?!

– Тому, что всё при ней: и грудь, и попа, и мозги, и чувство юмора!

Они замолчали, испепеляя друг друга взглядами.

– Не смей трогать Полину, – прошипела Александра. – Она – красивая, фигуристая девушка и нравится парням. И ты с этим ничего не поделаешь. Что бы ты ни говорила, они будут на неё заглядываться. – Колдунья перевела дыхание, успокоилась и сменила «боевую» стойку на спокойную позу. – Что случилось, Жанна? Когда ты стала такой злой? Ты ведь не была такой раньше.

– Я – злая, а ты – святая, – презрительно ответила сероглазая девушка.