Водители дирижаблей. Жертва для палача

Яна Брайл

Заоблачная земля. Фертран

На городской набережной, ровно посередине между портовыми доками и воздушной гаванью, находилось одно неприметное, но уютное кафе. О нем мне рассказал Джон сразу после вечеринки по случаю окончания первого курса. Здесь готовили вкусные пирожные, лучший в Фертране кофе, отсюда же открывался чудесный вид на прибрежную часть города. Посмотрите налево – внизу оживленная улица и портовый базар, посмотрите направо – высоченная ферма причальной мачты и контрольная вышка над площадкой для якорных тросов. Я приходила сюда ежедневно всю последнюю неделю. Хозяйка запомнила мои предпочтения и каждый раз припасала кусок своего фирменного лимонного пирога. Жаль, но скоро придется прекратить завтракать в этом месте – моя зимняя стипендия почти закончилась, а найти работу никак не удается. Вздохнув, я отпила из фарфоровой чашки.

Школа опустела, адепты разъехались на тренировочные полеты либо в родовые имения. Учебный план не предусматривал практику для первокурсников, и мы были предоставлены сами себе. Из общежития лораниек не выселяли, директора прекрасно знали, что идти переселенкам некуда, но и нянчиться с нами никто не собирался – столовая не работала, воздушный шар не летал, повозки из города приезжали редко. Чтобы попасть в Фертран, приходилось целый час идти через хвойный лес по извилистой тропе. Плюс от такой прогулки один – если торопишься, то хоть какая-то тренировка.

Моим соседкам пока было не до безделья. Баронесса Ингрид целыми днями пропадала у директрисы, моталась по конференциям и заседаниям, а в настоящее время находилась где-то в Дикельтарке. Она периодически присылала мне по ментальной связи образы этого огромного и необычного города. К сожалению, отдохнуть Ингрид не удавалось. Леди Павс нещадно ее эксплуатировала, и в канале связи регулярно ощущалась усталость. Хельга же, как правило, спала, когда я вечерами возвращалась обратно в общежитие. Иногда днем мы болтали с ней по браслету, пока на краю сознания не появлялось раздраженное ворчание старика Ёза… Несколько дней назад со мной связалась Диль и сообщила радостную новость – они с Ройсом собираются пожениться. Вот и славно. Хоть у кого-то все прекрасно. Чуть раньше на центральной улице я встретила Эллу Ераз с новым парнем, а до этого видела Рулу Говаль, тоже не одну. Однокурсниц финансовые вопросы не заботили. Во-первых, обе сдали экзамены, а во-вторых, кавалеры везде платили за своих девушек. Хмыкнув, я проводила взглядом проехавший по улице экипаж. Ох уж эти регесторцы! Все сделали, чтобы бедные лоранийки искали себе пару. А у меня, как всегда, проблемы.

Уже неделю я обивала пороги работодателей, чьи адреса выискала в купленной специально по этому поводу газете. Пока все впустую. Завидев браслет с гербом нашего учебного заведения, наниматели попроще отказывали, для них маг в штате – это слишком круто. Секретарша на входе в воздушную гавань сразу сообщила – первокурсники школы им без надобности. Мы, видите ли, еще ничего не умеем, и вообще, сюда устраиваются по рекомендациям и направлениям. Идти напролом я не стала, но такой расклад сильно подпортил настроение. Работа была нужна как воздух, в следующем месяце летный комбинезон покупать, да и так, по мелочи… Вздохнув, я отправила в рот кусок пирога. Божественно…

Браслет кольнул, сигнализируя о входящем вызове.

«Привет, красавица!» – вторгся в сознание голос Камиля Форзака, кажется, друг улыбался.

«Камиль, откуда у тебя мои сигнатуры?» – подозрительно осведомилась я, но в глубине души была рада его слышать.

«Ну-у, я все-таки адъютант лорда Гарса. У нас есть кое-какие привилегии, – весело откликнулся парень. – Почему грустишь и вздыхаешь? Может, заказать тебе еще чашку кофе, кофеманка?»

Хм… Он меня видит?! Где он?.. Неужели не заметила, как вошел? Я покрутила головой, пытаясь отыскать Форзака.

«Не-э-эт, – ухмыльнулась чужая мысль. – На улице. Левее. Еще! Да. Не убегай! Я иду к тебе!»

Довольный Камиль обнаружился на противоположной стороне набережной, возле высокого каменного ограждения. За спиной висел огромный походный рюкзак. На парне были надеты обтягивающая однотонная рубашка с коротким рукавом, подчеркивающая рельефный торс, и широкие брюки с множеством карманов на штанинах. Спустя полминуты он, не спрашивая разрешения, опустился в кресло напротив.

– С практики? – покосилась я на рюкзак, сброшенный на пол.

Форзак кивнул.

– Еще вчера вернулся, но скарб не по этому поводу. Его милость расщедрился и пообещал не дергать меня аж целый месяц, поэтому собираюсь отправиться в поход на северные склоны Альдестона. Хочешь со мной?

Я пододвинула ближе вторую чашку с бодрящим напитком, как раз поднесенную девочкой в фартуке.

– А что там такого примечательного?

– Помимо того, что это просто красивое место, еще можно наблюдать мидоков. Сейчас у них период гнездования, есть шанс потренироваться в контроле.

– В контроле? – непонимающе переспросила я. – Собрался завести личную рептилию?

Молодой маг хмыкнул:

– Не совсем, но могу рассказать подробнее, пока будем добираться. Согласна?

Хмуро взглянув на него, отрицательно покачала головой:

– В другой раз. Я работу ищу.

Форзак картинно закатил глаза, но отказу не удивился.

– И как успехи?

– Плохо, – коротко отозвалась я и пояснила: – На склад и в клуб не взяли, портовые сборщики налогов отказали, в мэрию – тоже нет, а в гавани и вовсе едва на порог пустили.

Форзак задумчиво откинулся в кресле.

– Яна, – наконец проговорил он, – ты же понимаешь, я могу разрешить все эти проблемы в один миг, но, зная тебя, легко прогнозирую твой категоричный отказ… – Я фыркнула и испытующе посмотрела на собеседника. Конечно, откажусь, мне подачки не нужны. – Поэтому допивай свой кофе и идем провожать меня в воздушную гавань.

Замерев, я бросила на него быстрый взгляд:

– Зачем? Ты обессилил и не дотащишь сам свой рюкзак? Э-э… Камиль, я вообще-то работу ищу…

Он скептически оглядел меня:

– Вижу, как ищешь. Так ты ее нескоро найдешь. Допивай или с собой бери. Времени мало, мой рейс через час.

– Камиль… – Я попыталась запротестовать, но адъютант Гарса слушать никаких возражений не желал, он уже вскочил на ноги, закинул за спину поклажу и выжидающе уставился на меня.

Поморщившись, взяла сумку, оставила последние монетки на столе и последовала за другом. Все равно день свободный.

Жаркий поток влажного воздуха растрепал волосы. Мимо проехала коляска, подняв клубы пыли. Камиль схватил меня под руку и потянул вдоль набережной в сторону воздушной гавани.

– Как тебе в голову пришло идти устраиваться в доки? – недоуменно спросил он, шагая по каменной мостовой. – Или на склад? Про клуб вообще молчу… Представляю, как наши посмеялись бы, если бы узнали.

– А что такого? Если меня совершенно никуда не берут?

Камиль с сомнением покосился на меня, но промолчал.

Через четверть часа мы вышли на круглую площадь, где фертранские извозчики разворачивали свои экипажи. Воздушная гавань находилась прямо перед нами. Над заливом дрейфовало два десятка аппаратов разных типов, еще несколько одновременно швартовались к причальной мачте, сверкающей металлическим каркасом в полуденном солнце. Закинув голову, я разглядела «Воздушного кота», обвешанного флагами и гербами, четверку «Широких черепах» и пару огромных «Грузовозов», опустившихся совсем низко над разгрузочной площадкой в сотне метров левее. На большой высоте у выхода из залива курсировал патрульный «Горный орел», его темная гондола выделялась на фоне синего неба. Остальные типы дирижаблей, висящих в воздухе, были мне незнакомы.

Мой спутник шел быстро и целенаправленно, но не к причальной мачте, а к контрольной, откуда меня и развернула вредная секретарша пару дней назад. Мы пересекли площадь, вошли в открытые двери помещения с табличкой «Посторонним вход воспрещен». Вредная девица и сегодня сидела тут, завидев Форзака, она похлопала глазами, но задерживать не стала. Обворожительно ей улыбнувшись, друг резко сменил направление и двинулся к винтовой лестнице, ведущей в шахту. Взглянув вверх, я оценила высоту в тридцать метров, не причальная башня, конечно, но все равно немаленькая.

Камиль подмигнул мне, и я, уже догадавшись, что иду не просто провожать друга в отпуск, а решать проблему пустого кошелька, заметно приободрилась и не отставала ни на шаг. Спустя несколько минут мы забрались наверх по железным ступенькам и оказались на круглой площадке, укрытой стальным куполом. Посередине, откинувшись в кожаном кресле, за массивным столом сидел мужчина лет сорока, чем-то отдаленно напоминающий Камиля. На голове виднелись залысины, из-под пышных бровей смотрели хитрые глаза, однако ямочки на щеках придавали грубоватому лицу с тяжелым подбородком детскую непосредственность. Одет этот человек был в светлую рубашку, на груди висели металлические подвески, а на загорелых руках я увидела целых три браслета связи. Заметив нас, маг поднялся навстречу.

– Камиль, мальчик мой, секретарша сообщила, что ты поднимаешься. И не один, – он бросил на меня оценивающий взгляд. – Не представишь меня своей обворожительной подруге?

– Дядя, это Яна Брайл.

На лице мага возникло удивление, а вежливый интерес сменился пристальным вниманием.

– Та самая Яна Брайл?! – воскликнул он и подскочил ближе.

Я перевела вопросительный взгляд на своего друга. Что значит «та самая»?

– Яна, это…

Договорить ему не дали.

– Лесли Зар, мисс. Маг-контролер. И дядя этого оболтуса. Наслышан! Наслышан, знаете ли, о ваших подвигах. – Он схватил мою руку и поднес к губам. – Рад наконец познакомиться. Очень рад. Убежден, такую магиню, как вы, ждет замечательное будущее. Слава! Успех!

Наслышан о моих подвигах? О чем это он вообще?

– Э-э… – протянула я, вырывая руку из его сухих ладоней. – Очень приятно, сэр.

– Просто Лесли, дорогая! Просто Лесли. Я все же не так стар, и подруга племянника – это не чужой мне человек.

Кажется, позволь ему приличия, он бы сжал меня в объятиях.

– Но что, разрешите узнать, привело вас, друзья, ко мне в башню? Вы сегодня куда-то улетаете? Эх, молодость, веселье, путешествия. Какое беззаботное время!

Форзак отрицательно покачал головой:

– Не совсем, дядя. Яна хотела бы занять свое свободное беззаботное время и приобрести новые навыки. А где еще это может сделать начинающий маг полета, как не в воздушной гавани. Поможешь?

Мистер Зар на секунду замер, нахмурился и теперь переводил растерянный взгляд с меня на Форзака и обратно.

– Камиль, мальчик мой, ты ведь знаешь, свободных вакансий у нас нет, но… Полагаю, для твоей подруги кое-что я все же изыщу, – покосился он на меня. – Яна, дорогая, не желаете ассистировать мне?

Я замерла. Что? Послышалось, что ли? Не может быть… Вот чего-чего, а такого я никак не ожидала. Ассистировать дежурному контролеру? Вот прямо самому главному магу во всей фертранской гавани? Конечно, желаю! Это круто! Это нереально круто для первокурсницы!

Вся моя подозрительность, возникшая в первый момент, испарилась.

– Сэр, это больше, чем я могла желать, – выдохнула и изумленно уставилась на Форзака.

Друг самодовольно поднял бровь, а его дядя склонился надо мной и часто закивал:

– Яночка, дорогая, – Лесли, просто Лесли. Мне невероятно приятно помочь такой прекрасной и перспективной магине. К сожалению, приличного жалованья предложить не могу этим летом, нас совсем прижала мэрия, но пятьдесят шегов за всю практику вполне найдется.

Не в силах поверить своему счастью я натянуто улыбнулась. Этого более чем достаточно на новый комбинезон и нормальную жизнь до зимней зачетной недели.

– Когда приступать, сэр?

Лесли Зар пожал плечами:

– Да хотя бы и сейчас.

Ух, как неожиданно, но ведь я этого хотела, не так ли?

– Дядя, ты же не будешь против, если Яна сначала проводит меня? Потом нагрузишь ее кипой бумажек.

Маг-контролер замахал руками:

– Конечно-конечно, идите-идите, не торопитесь, прощайтесь! Дело молодое, я все понимаю. Яночка, не беспокойтесь, работа, она, конечно, важна, но не главное, совсем не главное в жизни…

– Спасибо, дядя, – оборвал его Камиль, увлекая меня на лестницу.

– Осторожнее с мидоками, любимый племянник! И передавай привет отцу!

Слегка ошеломленная неожиданным жизненным поворотом, я еще несколько пролетов молча следовала за Форзаком, осмысливая ситуацию.

– Камиль, я…

– Никаких долгов, – покачал головой парень. – Помнишь, что я сказал в кафе? В следующий раз ты не откажешься лететь вместе со мной на каникулы.

Я с сомнением хмыкнула. Хитрец!

Камиль между тем продолжал:

– Не позволяй слишком много навешивать на себя. Дядя Лесли только с виду весь такой внимательный и заботливый, на самом деле он ленив, любит сбрасывать работу на подчиненных.

Мы спустились в холл и двинулись в сторону секретарши, недобро покосившейся на меня.

– Почему он согласился? – вспомнила я свою неудавшуюся попытку устроиться сюда.

– Ну-у… – Парень прошел вперед и открыл передо мной стеклянную дверь. – Дядя думает, мы встречаемся. Кроме всего прочего.

– С чего он это взял?

– Полагает, что я не стал бы помогать девушке, с которой у меня нет отношений.

– А ты бы стал?

Мы шли мимо ограды, за которой техники крепили тяжелые цепи к врезанным в землю анкерным фиксаторам.

– Тебе же помогаю. Или ты передумала и согласна со мной встречаться?

Проигнорировав последний вопрос, я ускорилась, чтобы не отстать.

– Как он узнал о тех событиях в школе?

Друг нахмурился:

– Ты удивляешь меня сегодня не в первый раз. Неужели думаешь, массовое сумасшествие адептов Полетной школы осталось незамеченным? Да об этом потом еще неделю все фертранские газеты писали, тебе стоило почитать. Единственное – удалось скрыть участие рорца, люди думают, что все устроил Граллер, а ты помогла лорду Гарсу его остановить. Полагаю, дядя узнал твою фамилию от лорда Рарона, коменданта Фертрана, они дружны.

Мы приближались к чугунным вратам главного пассажирского зала причальной мачты. У входа дежурили гвардейцы, облаченные в зеленую форму со стальными пластинами, на широких поясах висели дубинки. Заметив браслеты с гербом школы, они молча расступились.

– Ты что-нибудь знаешь о том колдуне?

– Нет. – Камиль прошел во внутренний зал. Там стояли скамейки для посетителей, а посередине, прямо под информационным экраном, за столом сидела девушка, продававшая билеты. – Милорд после экзаменационной недели сразу отправился в Дикельтарк, с тех пор я общался с ним несколько раз по браслету и, ясное дело, ничего услышать по этому поводу не мог.

Не останавливаясь, мы приблизились к небольшому подъемнику, расположенному в дальнем конце зала. У рубильника сидел пожилой лифтер.

– До площадки со «Скитальцем», – бросил Камиль старику и закрыл за мной калитку-гармошку.

Противовес дрогнул и ушел вниз, а платформа поехала наверх. Я стояла у края и смотрела, как мимо пролетают элементы конструкции мачты и причальная площадка с пришвартованными «Грузовозами». Жаль, в школьной мачте такой лифт не предусмотрен. Наконец кабина остановилась, громко звякнув стопорами.

На длинных тросах на высоте пятидесяти метров слегка покачивалась узкая пассажирская гондола с заостренным носом и плоской кормой. Баллон, обтянутый цепями, висел десятью метрами выше, на палубу был перекинут пандус.

Подойдя к ограждению, я перегнулась и глянула вниз. Казалось, море плещется прямо под ногами, серебрясь в лучах яркого летнего солнца. Редкие облака отбрасывали тени на рябую гладь залива. На рейде покачивались корабли, приплывшие из разных районов Регестора. Лето – время, когда в Заоблачную землю устремлялись любители активного отдыха. Северные склоны Альдестона привлекали альпинистов, охотников на мидоков и редких золотоискателей.

– Вот и все. Пора, – вздохнул Форзак и протянул мне папку с бумагами: – Держи, передай дяде, он уже ждет тебя. И помни, что я сказал, – не позволяй ему сваливать на тебя всю работу.

Помахав рукой, Камиль прошел на палубу. Взглянув на документы, я узнала форму путевого листа, список пассажиров, грузов и еще десяток других бумаг, о которых весной нам рассказывала Дана Дризер. Вот знания и пригодились.

Пространство вокруг дирижабля завибрировало, тихий магический гул нарастал. Красивый остроносый аппарат раскрыл крылья, растянул блестящие паруса. Техники отстегнули причальные тросы, и «Скиталец» медленно и грациозно отошел от мачты.

Проводив взглядом ускоряющуюся машину, взмывающую в яркое небо, я развернулась и хотела было вызвать подъемник, как меня окликнул один из техников. Вздрогнув, я повернула голову. На меня смотрел перемазанный маслом парнишка.

– Вильс? – с трудом узнала я старого знакомого из школьной башни. – Это ты? Как ты тут?

– Да. Привет, – кивнул он. – Ёз, побери его рорские демоны, совсем достал. Решил уволиться, вот место предложили, работаю. А вы, мисс, провожаете кого?

Я показала бумаги:

– Ассистирую контролеру.

Вильс изумленно присвистнул. Стянув с рук плотные резиновые перчатки, он повернул рубильник:

– Это нашему Петушку Лесли, что ли?

– Кому? – переспросила я, проходя на платформу.

– Мы так называем Зара. Он в целом ничего, особенно после чокнутого Ёза, но тоже иногда выносит мозги. А кличка у него такая, потому что много суетится, кудахчет, ну, то есть болтает.

– Да, уже заметила, – кивнула я.

В холле мы с Вильсом распрощались, юноша пошел по своим делам на площадку якорных тросов, а я поспешила отнести документы улетевшего дирижабля своему новому начальнику. Душа радовалась. Теперь у меня была работа.

Лесли Зар и правда много болтал и подавлял своей заботой. Не знаю, что этот маг думал про нас с Камилем, но первые несколько недель по сто раз на дню интересовался моим самочувствием, спрашивал, нравится ли мне работа, не слишком ли утомляюсь, и при этом постоянно обращался ко мне «Яночка», «дорогуша», «милая». Сначала такое отношение раздражало, но постепенно я привыкла и уже не обращала на его кудахтанье внимание.

Как и говорил Камиль, середина лета выдалась жаркой во всех смыслах. Солнце палило нещадно. Транспорта летало больше, чем я видела за весь прошлый год со смотровых площадок школьной крепости. Приезжих в городе прибавилось, все гостиницы, постоялые дворы и таверны были забиты нездешними людьми. Фертран напоминал развороченный улей.

Постепенно Лесли Зар включал меня в процесс. Прежде всего он выдал мне второй браслет связи и регулярно дергал, нагружая новыми задачами. Я не возмущалась, ведь все это могло пригодиться в будущем. Первое время я таскала документы с дирижаблей в его башню и обратно, занималась проверкой грузов. Особенно трудно приходилось с оформлением аппаратов типа «Грузовоз». Эти дирижабли были самыми большими машинами в классификации воздушных судов. Их грузоподъемность сравнима с тоннажем стальных танкеров, курсирующих через пролив в Дикельтарк. Там порой прилетало столько позиций, что чтобы оформить весь груз, приходилось потратить полдня. Нудная, муторная работа – сравнивать перечень товаров из одной формы с перечнем из другой. К счастью, Лесли в такие моменты оставлял меня в покое.

Нередко я общалась с пилотами. Завидев браслет с гербом школы, они улыбались и показывали мне свои аппараты. Я столько всего нового узнала о будущей профессии, что все сильнее влюблялась в нее и в эти потрясающие машины. Скорее бы самой встать на пилотский мостик, оживить паруса и, оторвавшись от земли и башни, пойти в свободный полет. Каждый раз, когда дирижабль отходил от стальной фермы, я с замиранием сердца провожала его взглядом. Пилоты понимающе косились на меня и твердили о предрасположенности.

У многих из них не было пары, поэтому особо прыткие, замечая интерес к машинам, пытались пригласить меня на палубу, чтобы «дать порулить» их ласточками. Неужели я до сих пор произвожу впечатление наивной дурочки, готовой разделить свой немалый энергетический потенциал с кем-либо? Или новость о том, что я студентка Полетной школы, сразу записывает меня в их ряды? В любом случае свое мнение об отношениях я не меняла и после событий с Граллером менять не собиралась. Когда доброжелательность в глазах пилота сменялась скрытым вожделением, меня обычно вдруг сразу «вызывал» Зар, и я быстро ретировалась от очередного бойкого мага.

Каждое утро, ровно в семь, весь персонал причальной и контрольной башен менялся. Я работала лично с Лесли и являлась в гавань по его расписанию, что создавало некоторые трудности. Если после смены, когда ноги уже не несли, можно было нанять экипаж до школы, то утром ворота крепости открывались лишь в шесть, поэтому приезжать в Фертран приходилось накануне. Спас ситуацию Вильс, проводив меня в каморку в контрольной башне, о которой Лесли рассказать не удосужился. В маленьком помещении стояли небольшой диванчик и мягкое кресло, и иногда я там ночевала.

Хельга навестила меня, когда я совсем освоилась. Разделавшись с практикой у Ёза, подруга предавалась отдыху. Свою стипендию бывшая актриса заработала успешной сдачей экзаменов, а компанию в развлечениях ей составляла наша однокурсница Элла Ераз. Девушки объехали все ближайшие пляжи, сплавали на архипелаг Серая Чайка, что к западу от Фертранского залива, ловили там каких-то моллюсков, а местные готовили им ужин на кострах. Пока я отсыпалась в общежитии, они побывали на фестивале Масок, ну и, конечно, в театре. Больше всего мне пришлось выслушать про театр. И какие там актеры, и насколько умело они вживаются в роль – нам в Лорании такое и не снилось. Все это Хельга рассказывала, когда я в сто пятый раз за сегодня вызывала дурацкий лифт в причальной башне. Надо было обменять пассажирскую ведомость на дирижабле «Широкая черепаха» на аналогичную заполненную. Аппарат готовился к многонедельному рейсу в Тиреград – столицу Воленстира, в настоящее время шла погрузка воды и провизии. Пилота я знала, поэтому, не стесняясь, потащила скучающую подругу на импровизированную экскурсию по аппарату.

Забравшись на палубу, я сразу направилась к мостику. Хельга шла следом и с любопытством осматривалась. Гондола у «Широкой черепахи» закрытая, узкий коридор утыкался в застекленный пилотский мостик, дверей в дирижабле было ровно десять, по количеству кают. Пилот жаловался Вильсу на два скрипящих винта, располагавшихся под главными крыльями.

– Мисс Брайл, – наконец заметил меня воздушный капитан. – Вы уже тут? Мы отправляемся через час, жаль, что у меня нет ни одной свободной каюты, пригласил бы вас с собой.

Все они звали меня с собой…

– В другой раз, сэр, – дежурно ответила я, протягивая ему папку с документами. – Вы уже оплатили стоянку? Мистер Зар запретил подписывать вам разрешение на вылет, если нужная сумма не будет сдана в кассу.

Пилот тяжело вздохнул, игривое настроение сразу испарилось.

– Все будет в лучшем виде, мисс Брайл, дайте мне еще час. – И тут же переключил внимание на выглядывающую из-за моего плеча Хельгу: – О, еще одна юная леди из Полетной школы? Вы тоже работаете на Лесли Зара?

Подруга изобразила смущение и ослепительно улыбнулась:

– Нет, сэр, но с вами, увы, не полечу.

– Эх, что случилось с нашей школой? Какие-то лоранийки пошли странные, никто не желает составить компанию одинокому воздушному капитану. Может, хотя бы выпьете со мной чашечку чая перед рейсом? Я знаю тут неподалеку одно маленькое заведение.

Так…

– Сэр, мистер Зар просит вас оплатить стоянку и поторопиться с отбытием, вы занимаете площадку дольше запланированного и сбиваете расписание!

Мужчина поморщился:

– Мисс Брайл, как вы требовательны, не повезет вашему партнеру.

Что за несерьезное отношение к делу? Вильс еще стоит рядом и посмеивается. Все хихоньки им… Сказала бы я, но на работе грубить нехорошо. Недовольно зыркнув, я схватила кипу ведомостей и, развернувшись, зашагала обратно на стыковочную площадку. Хельга торопилась за мной.

– Мисс, подумайте над моим предложением! – неслось вслед. – Я вернусь через месяц!

– Он милашка, – хмыкнула Хельга, пригибаясь, чтобы не задеть потолочную балку своей высокой прической.

– Он тормоз, – отозвалась я, пропуская тучного мага, выходящего из ближайшей каюты. – В это время уже нужно сдать все декларации и проводить предполетную подготовку. Лесли будет думать, куда следующий борт стыковать, а этот улетит, а потом деньги за простой не стрясешь.

Хельга хмуро поглядывала по сторонам.

– Как тебе «Широкая черепаха»?

– Тесно тут и темно.

– Это только в коридоре, каюты довольно широкие и там панорамные окна. Но да, летать с открытой гондолой – это как-то свободнее.