Жизнь бессмертного

Название: Жизнь бессмертного

Автор(-ы): byka_MM

Ссылка: https://author.today/work/575127

Глава 1 Пробуждение в далекой-далекой галактике

Лариса открыла глаза и замерла, пытаясь осознать, где находится. Комната была незнакомой: высокие потолки с причудливой геометрией, стены из гладкого серебристого металла, едва уловимый гул, будто от далёких двигателей. Воздух казался непривычно свежим, с лёгким металлическим привкусом.

Она села на кровати — та оказалась жёсткой, покрытой тонким, но удивительно мягким одеялом. В голове царил хаос: последние воспоминания обрывались на моменте, когда она засыпала в своей квартире, в своём мире, где «Фантастика» были лишь увлекательной киносагой.

Лариса встала и подошла к окну — точнее, к прозрачному сегменту стены, который, похоже, выполнял эту функцию. То, что она увидела, заставило её замереть от изумления.

Перед ней раскинулся огромный город, уходящий ввысь и вдаль настолько, что горизонт терялся в дымке. Небоскрёбы разной высоты и формы, словно устремлённые в небо шпили, переплетались с воздушными трассами, по которым сновали сотни летательных аппаратов — спидеров, небольших кораблей и чего‑то ещё, совершенно незнакомого. Вдалеке виднелись массивные здания с куполами и колоннами, а над ними — гигантские корабли, очертания которых Лариса узнала мгновенно.

«Это… это же „Звёздные войны“, — прошептала она, чувствуя, как сердце забилось быстрее. — Но как? Это сон? Бред? Или…»

Она ущипнула себя за руку — больно. Потрогала стену — холодная, гладкая, абсолютно реальная. В голове не укладывалось, но факты говорили сами за себя: она действительно оказалась в мире, который считала вымыслом.

Лариса огляделась в поисках одежды. У кровати лежал комплект из лёгкой, но прочной ткани — тёмно‑синие брюки, рубашка и куртка, напоминающая униформу. Она быстро оделась — вещи пришлись впору, будто сшитые на заказ.

Выйдя из комнаты, Лариса оказалась в длинном коридоре с рядами дверей и мягким освещением. Никаких указателей или знакомых знаков — только гул и отдалённые звуки города за стенами. Она пошла вперёд, следуя интуиции, и вскоре оказалась на улице.

Воздух здесь был ещё свежее, с примесью запахов металла, топлива и чего‑то неуловимо чужого. Вокруг сновали люди и представители других рас: высокие гуманоиды с синей кожей, низкорослые существа с большими глазами, даже парочка дроидов, деловито кативших мимо. Никто не обращал на Ларису внимания — она была просто ещё одним прохожим в этом безумном мире.

Ориентируясь на самые внушительные здания, Лариса направилась к центру города. Путь занял около часа: она петляла по улицам, переходила воздушные мосты и даже прокатилась на общественном спидере, интуитивно понимая, как им управлять. Наконец, перед ней возникло величественное сооружение — здание Сената. Его купол возвышался над городом, словно символ власти и порядка.

У входа толпились люди, кто‑то спорил, кто‑то торопился по делам. Лариса подошла к одному из терминалов у входа, на экране которого мелькали объявления. Среди них она нашла то, что искала: «Республиканская армия набирает добровольцев. Эскадрильи истребителей. Обучение и обеспечение».

Не раздумывая, Лариса коснулась экрана. Появилась форма для заполнения. Имя: Лариса. Опыт: отсутствует. Желаемая должность: пилот. Причина: желание служить Республике.

Система мигнула, и перед ней возник голографический интерфейс:

— Добро пожаловать в Республиканскую армию, кадет Лариса, — произнёс механический голос. — Ваша заявка одобрена. Пройдите к пункту регистрации у восточного входа.

Лариса улыбнулась. Всё происходило слишком быстро, но она чувствовала: это именно то, что нужно.

У восточного входа её встретил офицер в форме с нашивками эскадрона. Он быстро проверил данные, затем замер, вглядываясь в экран сканера, который держал в руках.

— Подождите… — произнёс он, нахмурившись. — Система показывает… необычный статус.

Он повторно провёл сканером над жетоном Ларисы. В этот момент у неё потемнело в глазах. Мир поплыл, звуки стали глухими, а перед глазами замелькали размытые полосы света. Где‑то на грани сознания раздавался механический голос:

— Регистрация… регистрация… регистрация…

Слова повторялись два‑три раза, эхом отдаваясь в голове. Лариса почувствовала, как подкашиваются ноги, но в следующий миг всё резко вернулось на свои места. Зрение прояснилось, звуки снова стали чёткими, а офицер перед ней выглядел так, будто ничего не произошло.

— Прошу прощения, — сказал он, слегка улыбнувшись. — Сбой системы. Неожиданное обновление базы данных. Но… — он бросил взгляд на экран, — похоже, произошли изменения в вашем статусе.

Офицер поднял глаза на Ларису, и в его взгляде читалось удивление:

— Капитан Лариса, поздравляю. Вы назначены командиром эскадрильи «Рассвет». Это редкое исключение, но система подтвердила назначение. Отправляйтесь на крейсер «Звёздный защитник» — он стоит на причале 47. Адмирал крейсера уже в курсе.

Лариса застыла, не веря своим ушам. Капитан? Она? Но возражать не стала — в конце концов, это был шанс доказать, на что она способна.

На борту крейсера «Звёздный защитник», массивного корабля с рядами орудий и ангарами для истребителей, её встретил дроид‑проводник. Он провёл Ларису по коридорам к каюте — небольшой, но уютной комнате с койкой, шкафом и экраном связи.

Лариса упала на кровать, чувствуя, как усталость накатывает волной. События дня казались нереальными: странный сбой при регистрации, внезапное повышение… Но жетон командира на груди и гул двигателей за стеной говорили об обратном.

Она закрыла глаза, позволяя себе расслабиться. Завтра начнётся новая жизнь — жизнь капитана эскадрильи в галактике «Звёздных войн». А пока… пока можно просто насладится отдыхом.

...

Лариса резко открыла глаза, словно кто‑то толкнул её изнутри. В каюте царила тишина, но что‑то было не так. Инстинктивно она почувствовала тревогу — ту самую, что заставляет сердце биться чаще, а мышцы напрягаться в ожидании опасности.

«Встаки не сон…» — пронеслось в голове.

Она села на койке, пытаясь отдышаться. Гул двигателей крейсера «Звёздный защитник» звучал чуть иначе — более напряжённо, с новыми вибрациями. На экране связи мигал красный индикатор тревоги, а механический голос повторял:

— Боевая тревога. Всем пилотам — к истребителям. Боевая тревога. Всем пилотам — к истребителям.

Лариса вскочила, быстро натянула форму, схватила шлем и бросилась к выходу. Коридоры крейсера уже наполнялись суетой: пилоты бежали к ангарам, дроиды передавали сообщения, офицеры выкрикивали приказы.

— Эскадрилья «Рассвет» — сектор 3! — раздалось по громкой связи. — Истребители готовы к запуску!

Лариса не помнила дорогу к ангару, но ноги будто сами несли её по знакомому маршруту. Поворот, лестница, ещё один коридор — и вот перед ней распахнулись массивные двери ангара.

Внутри царил хаос. Техники суетились возле истребителей, дроиды проверяли системы, пилоты запрыгивали в кабины. Лариса увидела свой истребитель — гладкий, серебристый, с маркировкой «Рассвет‑1». Она подбежала к нему, вскарабкалась по лестнице и забралась в кабину.

Панель управления мигала сотнями индикаторов. Рычаги, кнопки, экраны — всё это выглядело совершенно незнакомым. Лариса сглотнула.

«Я не знаю, как управлять этим!» — паника на мгновение сковала её.

Но времени на раздумья не было. Автопилот уже вывел истребитель на стартовую позицию. Механический голос в наушниках произнёс:

— Запуск через 3… 2… 1…

Истребитель резко рванул вверх, вылетев из ангара в открытое космическое пространство. Лариса вцепилась в рычаги управления, пытаясь понять, что делать. Перед глазами мелькали символы и графики, а в наушниках раздавались команды эскадрона:

— «Рассвет», построение клином! Прикрываем крейсер!

Автопилот вывел истребитель на нужную позицию, но Лариса чувствовала себя пассажиром в чужой машине. Она пыталась разобраться в управлении, но всё было слишком сложным.

Внезапно экран вспыхнул красным:

— Обнаружены вражеские истребители!

На горизонте появились чёрные точки — множество небольших кораблей, стремительно приближавшихся к крейсеру. Лариса услышала в наушниках голос адмирала:

— Атака с левого фланга! «Рассвет», прикрыть крейсер! Огонь на поражение!

Она попыталась повторить манёвр за соседним истребителем, но слишком резко дёрнула рычаг. Корабль занесло, и в этот момент раздался резкий удар.

Вспышка боли пронзила правое плечо. Лариса вскрикнула, увидев на экране сообщение:

— Повреждение правого крыла. Потеря управления.

Истребитель начал терять высоту, кувыркаясь в пространстве. Лариса отчаянно пыталась выровнять его, хватаясь за рычаги, но корабль не слушался. Перед глазами всё поплыло, в ушах зазвенело.

— Автопилот, аварийная посадка! — выкрикнула она, не зная, сработает ли это.

Система отреагировала мгновенно. Истребитель резко изменил траекторию, направившись обратно к крейсеру. Лариса видела, как приближается ангар — огромный, тёмный проём на фоне звёздного неба.

Скорость была слишком высокой. Лариса зажмурилась, ожидая удара.

Бам!

Истребитель с грохотом вломился в ангар, проскользил несколько метров и врезался в защитную сетку. Лариса ударилась головой о панель управления, мир перед глазами потемнел, и она потеряла сознание.

…

Очнулась она от запаха антисептика и приглушённого гула голосов. Лариса открыла глаза и увидела перед собой лицо медика — пожилого человека с усталыми глазами и седыми висками.

— Очнулась, — облегчённо выдохнул он. — Хорошо. Вы получили лёгкое ранение в плечо и сотрясение. Ничего серьёзного, но пару дней отдыха обязательны.

Рядом стоял офицер — тот самый, что вчера регистрировал её. Он смотрел на Ларису с удивлением и уважением.

— Вы выжили в первом бою, капитан, — сказал он. — И даже сумели посадить истребитель. Это впечатляет. Крейсер уцелел благодаря действиям эскадрильи, и ваша роль в этом есть.

Лариса попыталась сесть, но плечо отозвалось болью.

— Я не знала, как управлять кораблём… — прошептала она.

Офицер усмехнулся:

— Зато автопилот знал. И, похоже, вы интуитивно делали правильные вещи. Это редкий дар.

Медик ввёл ей обезболивающее, и Лариса снова почувствовала, как её клонит в сон. Но перед тем, как окончательно отключиться, она успела подумать:«Значит, это точно не сон. И мне предстоит научиться летать по‑настоящему…»

...

Крейсер «Звёздный защитник» вышел из гиперпространства у ледяной планеты Салукемай. На экранах кабины Лариса увидела бескрайние белые просторы, изрезанные тёмными ущельями и увенчанные острыми пиками гор. Атмосфера была разряжённой, а температура за бортом показывала 60°с

— Внимание, эскадрилья «Рассвет», — раздался в наушниках голос командира эскадрона. — Начинаем бомбардировку баз сепаратистов. Цель — комплекс в секторе 7. Истребители прикрывают бомбардировщики. Построение — двойной клин.

Лариса сглотнула, проверяя системы своего истребителя. После вчерашнего инцидента она всё ещё чувствовала боль в плече, но отказалась от госпитализации — не время отсиживаться.

— Поняла, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — «Рассвет‑1» готов к вылету.

Ангар открылся, и истребители один за другим устремились к поверхности планеты. Лариса шла в строю, стараясь повторять манёвры опытных пилотов. Автопилот помогал, но теперь она уже немного разбиралась в управлении — за ночь изучила базовую инструкцию.

Салукемай приближался. Под ними проплывали ледяные равнины, покрытые инеем скалы и тёмные пятна — замаскированные базы сепаратистов. Вдалеке показались первые вспышки выстрелов: передовые отряды уже вступили в бой.

— Бомбардировщики на позиции, — прозвучал приказ. — Огонь!

Внизу вспыхнули взрывы. Огромные клубы снега и льда взметнулись в воздух, скрывая очертания строений. Но сепаратисты не собирались сдаваться без боя.

— Вражеские истребители на радаре! — предупредил оператор. — Справа, высота 500!

Лариса резко развернула корабль, уходя от атаки. В наушниках зазвучали крики, треск помех, команды. Она открыла огонь, целясь в чёрный силуэт дроидного истребителя. Попадание! Враг вспыхнул и рухнул вниз.

Но в следующий момент её корабль тряхнуло. Панель управления замигала красными индикаторами.

— Повреждение двигателя! — сообщил автопилот. — Потеря тяги.

Лариса выругалась. Ещё один выстрел — и правое крыло задымилось. Система стабилизации отключилась. Истребитель начал падать, кувыркаясь в воздухе.

— «Рассвет‑1», докладывайте! — раздалось в наушниках.

— Потеряла управление! Падаю! — выкрикнула Лариса, пытаясь выровнять корабль.

Перед глазами мелькнула ледяная поверхность. Удар. Ещё один. Истребитель проскользил по снегу, переворачиваясь, и наконец замер, наполовину зарывшись в сугроб.

Лариса очнулась от боли в груди. Шлем остался цел — лишь слегка запотело внутреннее стекло, да на корпусе появились несколько царапин. Панель управления искрила. Она с трудом отстегнула ремни и выбралась из кабины.

Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь отдалёнными взрывами и гулом двигателей в небе. Её истребитель был полностью разрушен — фюзеляж треснул, крылья отлетели, двигатель дымился.

— Есть кто живой? — крикнула она, оглядываясь.

Из‑под обломков соседнего истребителя послышался стон. Лариса бросилась туда и помогла выбраться молодому солдату в потрёпанной форме.

—Рен, — представился он, хватаясь за бок. — Вы… вы капитан?

— Да, — кивнула Лариса. — Нам нужно уходить. Где‑то здесь должна быть запасная база Республики.

Они сделали несколько шагов, когда вдалеке послышался характерный металлический звук. Лариса подняла голову и похолодела.

По снежному полю к ним приближалась колонна дроидов. Десятки, сотни механических солдат с бластерами наготове. Они двигались слаженно, окружая двух выживших.

— Нас заметили, — прошептал Рен. — Что будем делать?

Лариса огляделась. Вокруг — только снег, лёд и скалы. Укрытия почти нет. Оружие — лишь пара бластеров, взятых из обломко истребителей.

Дроиды остановились в десятке метров. Их красные фоторецепторы сверкали в полумраке. Центральный дроид выступил вперёд и произнёс механическим голосом:

— Сдавайтесь. Сопротивление бесполезно.

Лариса переглянулась с Реном. Тот сжал бластер, готовясь к бою. Она сделала глубокий вдох, чувствуя, как холод пробирает до костей, а страх отступает, сменяясь решимостью.

— Посмотрим, — тихо ответила она, поднимая оружие. — Посмотрим, кто здесь бесполезен.

Глава 1.1

Красные фоторецепторы дроидов сверкнули в унисон, словно хищные огоньки. Механический голос повторил:

— Предупреждение: сопротивление приведёт к уничтожению.

Лариса не отвечала. В голове проносились обрывки стратегий, которые она никогда не изучала, и интуитивные догадки. Рядом Рен тяжело дышал, зажимая рану на боку.

— Капитан, их слишком много, — прошептал он.

— Знаю, — так же тихо ответила Лариса. — Поэтому стрелять будем не первыми.

Она медленно опустила бластер, показывая, что не собирается атаковать. Дроиды замерли, словно обрабатывая эту информацию. Центральный сделал шаг вперёд.

— Вы приняли разумное решение. Следуйте за нами.

— Приняли, — усмехнулась Лариса. — Но не то, о котором вы думаете.

Она резко выстрелила в снег перед собой. Тёплая плазма ударила в ледяную корку, подняв облако пара и мелкой ледяной взвеси. Видимость упала до нуля.

— Бежим! — крикнула она, хватая Рена за руку.

Дроиды открыли беспорядочный огонь, но их сенсоры ослепли от теплового удара. Лариса бежала, ориентируясь только на смутные силуэты скал, которые запомнила мгновением раньше. Сердце колотилось где-то в горле, а правое плечо снова заныло — рана напомнила о себе.

Она буквально затащила солдата за выступ скалы. Бластерные лучи ударили в камень, выбивая крошку и плавя лёд.

— Они окружают нас, — прохрипел Рен, прижимая руку к окровавленной куртке. — Долго не продержимся.

Лариса быстро оценила обстановку. Скала была высокая, но обойти её дроиды могли с двух сторон. Единственный путь к отступлению — узкий овраг на северо-востоке, но до него нужно было добежать через открытое пространство.

«Это самоубийство», — подумала она.

И тут в наушнике шлема раздался слабый, прерывающийся голос:

— «Рассвет-1»... Вы меня слышите? Это командование крейсера. Мы засекли ваши маячки. Держитесь... эвакуация через пять минут. Вас прикроют с воздуха.

Лариса переглянулась с Реном. Пять минут. Вечность под огнём сотен дроидов.

— У нас есть шанс, — сказала она твёрдо. — Но придётся бежать быстро. Очень быстро.

Лариса указала в сторону оврага.

— Я не дойду. — Рен покачал головой. — Идите, командир. Я прикрою.

— Заткнись, — разослилась она. — Никого я не оставлю. Ты дойдешь. Это приказ!

Рен немного опешил от резкости, но не посмел спорить.

— Есть, командир.

Лариса кивнула в одобрении. Затем высунулась из укрытия, чтобы проверить обстановку. Лучшего момента не будет.

— Три... два... один... ПОШЛИ!

Они выскочили из-за скалы и побежали к оврагу. Вокруг свистели бластерные лучи, взрывая снег и лёд. Лариса бежала, чувствуя, как горят лёгкие от холодного воздуха, как ноет раненое плечо, но не останавливаясь ни на секунду.

Впереди показался овраг — ещё метров двадцать. Пятнадцать. Десять.

Рен вскрикнул и упал, схватившись за ногу. Он пытался встать, но сложно одновременно совладать с раненным телом и отстреливаться. То и дело нога соскальзывала, по гладкой поверхности.

Лариса резко развернулась, подхватила солдата под руку и буквально поволокла его к спасительной расщелине. Ещё пять метров. Три. Один.

Они рухнули в овраг как раз в тот момент, когда над головами пронёсся шквал огня. Лариса прижалась к ледяной стене, тяжело дыша, и перевела взгляд на небо.

Оттуда, снижаясь на форсаже, шли три истребителя Республики. Их орудия заговорили на предельной мощности, превращая дроидов в груды металлолома.

— Эвакуационный шаттл через минуту, — сообщил командный голос. — Держитесь, капитан.

Лариса посмотрела на Рена. Тот попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

— Вы чокнутая, капитан... — прошептал он. — Но я... я никогда не встречал таких, как вы.

Шаттл приземлился в овраге спустя сорок секунд. Медики выбежали навстречу, погрузили Рена на носилки. Лариса уже забиралась внутрь, когда заметила краем глаза движение.

Один дроид — последний, с разбитым корпусом и дымящимся фоторецептором — подполз к краю оврага и навёл бластер прямо на неё.

— Капитан! — крикнул кто-то сзади.

Лариса не думала. Она просто упала — резко, в сторону, в снег. Алый луч прошил воздух там, где только что была её голова, и ударил в борт шаттла, оставив оплавленную вмятину.

— Огонь! — раздалась команда.

Двое медиков с бластерами наготове открыли огонь по дроиду. Три, четыре, пять выстрелов — машина дёрнулась, рассыпалась на части и затихла.

Лариса лежала в снегу, тяжело дыша. Холод пробирался под куртку, но она не чувствовала его — только стук крови в висках.

— Живы? — медик протянул ей руку.

— Жива, — выдохнула Лариса, позволяя помочь себе подняться. — В порядке. Просто… вовремя упала.

Она посмотрела на останки дроида, потом на шаттл с новой отметиной от выстрела. Ещё секунда — и эта отметина была бы на ней.

— Забираемся, — скомандовала она, поднимаясь на борт. — Быстро. Пока другие не подтянулись.

Шаттл взмыл в небо. Лариса сидела на жёсткой скамье, перематывая аптечным бинтом саднящую ладонь — при падении она рассекла её об острый лёд. Рядом возились медики с Реном.

— Удачно вы увернулись, капитан, — заметил один из них, бросая на неё короткий взгляд.

— Рефлексы, — ответила Лариса сухо.

Медик хмыкнул, но спорить не стал.

Шаттл пристыковался к крейсеру. В ангаре Ларису встретил сам адмирал крейсера — седой, с жёсткими глазами. Он окинул её взглядом: грязная форма, забинтованная рука, усталое лицо.

— Живы, капитан?

— Так точно, сэр.

— Врать не буду — вылет был тяжёлый. Эскадрилья потеряла три истребителя, — он помолчал. — Но вы прикрыли бомбардировщики. Цель уничтожена. Доклад о ваших действиях я отправляю командованию. Отдыхайте до завтра.

Лариса кивнула и направилась к своей каюте. В коридоре её нагнал Рен — хромающий, перевязанный, но живой.

— Капитан, — окликнул он тихо.

Она остановилась.

— Спасибо, — сказал он просто. — Что вы меня из-под обломков вытащили. И… что не бросили там.

Лариса посмотрела на него. Обычный парень, каких тысячи в этой армии. Такой же растерянный, как и она сама.

— Ты бы на моём месте сделал то же самое, — ответила она. — Иди в лазарет, добей, чтобы тебя нормально заштопали.

Рен кивнул и побрёл по коридору. Лариса свернула в свою каюту, закрыла дверь, прислонилась к стене и медленно сползла на пол.

Адреналин уходил, оставляя после себя тянущую усталость и боль в каждом суставе. Она сидела на холодном полу, смотрела на свои дрожащие руки и думала только об одном:

«Я жива. Я каким-то чудом жива. А завтра — снова в этот ад».

Гул двигателей крейсера звучал ровно и успокаивающе. Лариса кое-как поднялась, добралась до койки и рухнула на неё, даже не раздеваясь.

***

Ларису разбудил резкий сигнал внутренней связи. Она открыла глаза — в каюте горел тусклый аварийный свет. Экран на стене мигал синим, требуя внимания.

— Капитан Лариса, — раздался ровный механический голос, — вам назначено медицинское обследование. Пройдите в лазарет сектора 4. Время прибытия — 06:00.

Она села на койке, с трудом разлепив веки. Где-то глубоко внутри ныло всё тело — последствия вчерашнего падения и жесткой посадки. Ладонь, забинтованная наспех, распухла и саднила.

— Который сейчас час? — спросила она в пустоту.

— 05:42, — ответил голос.

Лариса выругалась сквозь зубы. У неё было меньше двадцати минут, чтобы привести себя в порядок.

Лариса наспех умылась тёплой водой. Переоделась в чистую форму, морщась от боли в правом плече, и вышла в коридор.

Лазарет сектора 4 оказался небольшим помещением с четырьмя койками, двумя медицинскими дроидами и живым врачом — тем самым пожилым человеком с усталыми глазами, который приводил её в чувство после первого боя.

— А, наша героиня, — сказал он без особого энтузиазма. — Садитесь. Дроид вас осмотрит.

Лариса опустилась на кресло. Медицинский дроид — худое подобие человека с тонкими манипуляторами вместо рук — принялся водить над ней сканером.

— Незначительные ушибы мягких тканей, — забормотал он. — Ссадина ладони, следы ожога первой степени на шее… сотрясение средней тяжести… и перелом? — дроид наклонил голову. — Небольшая трещина в правой ключице.

Врач подошёл ближе, глянул на экран.

— Вчера было все в порядке.

— Вчера адреналин был, — ответила Лариса. — А сегодня уже нет.

— Лежать вам надо, а не летать, — вздохнул врач, доставая какой-то прибор. — Но догадываюсь, что вы не послушаете. Дроид, наложи регенерирующую повязку и дай обезболивающее на трое суток.

Дроид зашевелился. Лариса сидела смирно, пока ей обрабатывали плечо и перевязывали руку. Процедура была почти безболезненной — тонкая голубая плёнка ложилась на кожу и сразу впитывалась, оставляя после себя приятное тепло.

— Готово, — сказал врач. — Летать можете, но берегите правую руку. И — без резких движений.

— Спасибо, — Лариса встала, собираясь уходить.

— Капитан, — окликнул её врач, когда она уже взялась за дверь. — Я видел ваш истребитель, когда его в ангар затаскивали. Крыло оторвано, двигатель разбит, фюзеляж в пробоинах. Как вы вообще выжили?

Лариса обернулась.

— Повезло, — сказала она. — И автопилот хороший.

Врач посмотрел на неё долгим взглядом, но ничего не ответил. Лариса вышла в коридор.

На завтрак она успела только к концу раздачи — в столовой оставалось несколько пилотов из других эскадрилий, которые смотрели на неё с любопытством и лёгким недоверием. Лариса взяла поднос с какой-то кашицей, напоминающей овсянку, и села за свободный столик.

Через минуту рядом с ней приземлился Рен — с новой повязкой на боку, но заметно более бодрый, чем вчера.

— Командир, — кивнул он, накладывая себе еду. — Как плечо?

— В порядке. Трещина, не страшно.

— Трещина? — Рен присвистнул. — А вы летать собираетесь?

— Собираюсь.

Рен покачал головой, но спорить не стал. Они ели молча — Лариса не была голодна, но заставляла себя, понимая, что силы понадобятся.