Весны моей позолота
Издательство:
Интернациональный Союз писателей
Серия:
Современники и классикиЖанры:
стихи и поэзия,сборники стихотворений,русская поэзия,современная русская поэзия,лирическая поэзия,поэзия XXI века,серьезное чтение,cтихи, поэзияКниги этой серии:
- -
- 100%
- +
Ты – не о том – говоришь
Ты – не о том – говоришь,я – не о том – молчу.Тихо шуршит камыш,жалуясь на судьбу.Я – гордыней укрылась,ты – невпопад промолчал.Лишь облака торопились —ветер их погонял.Я – без слез – отвернулась,ты – не простясь – ушёл.Так вот любовь захлебнуласьна стыке двух маленьких зол.1986
Я не могу корить тебя…
Я не могу корить тебя за горький выбор,за ту синицу, что уже в руках.Не всем, мой друг, дано мечтать о небе,не всем дано мечтать о журавлях.Я не могу судьбе упрёки ставитьза все, что так сложилось. Так – судьба,и не могу тебя к себе прибавить —здесь просто математика слаба.Что я могу: любовь стихом умножитьи жаркой строчкою сказать о нас двоих.И это все молитвой в души вложить,чтоб донести до любящих других.1986
У тебя – семья…
У тебя – семья,у меня – семья.Семь различных «я»,Не одна – семь-я…Но болит – душаи зовет – тебя.Где набраться сил,всё сносить любя?Может, есть параллельдля такой – любви?Если знаешь ты,мне тогда – скажи.А пока в толпевсё ищу тебя,где ты мог пройти,но где нет – следа.1986
Меня в твоем городе – нет
Меня в твоем городе – нет,меня давно нет в твоей жизни.И истерся последний мой след,и покинула я твои мысли.Поспешила из сердца уйти,унеся все смешное с собою.И меня, мой любимый, простиза неспетую песню с тобою.Но поверь, что хотелось мне петь,убедиться, что счастье – возможно.Но – меня в твоем городе – нет.Мои мысли при мне, невозможной.Может быть, потому этот мирдо сих пор неустроен и тесен,что взрывается болью эфирот неспетых, неспетых в нем песен.1987
Маэстро
Маэстро, друг мой дорогой,зачем смутил ты мою душу?Зачем, как рыбу из воды,меня ты выдернул на сушуиз сотворенного мирка,где я спокойно счет веланеделям, дням и месяцам,катившим, словно по волнам?И лишь труднее стало нам.Маэстро, друг мой дорогой,пути скрестились слишком поздно.Но мой и твой пропал покой,а все шагать по жизни розно,не сея зло, но жня печаль.И кто бы знал, как нас мне жаль!А где-то в горной синеве,отринув бренных тел сомненья,забыв земное и гоненья —слились два сердца. В синеве…1987
Что мне – Медные Трубы
Что мне – Медные Трубы,мне – Дантов Ад!Мне твои бы – губыда глаз бы – сад!Мне твои бы – рукида души – восторг!Что тогда мне – муки?Вот тогда мне – торг!Ад тогда воздвиньте-камне – против!Вот тогда отриньте-камой звенящий стих!Как, смеясь, пройдуя сквозь Дантов Ад,а водой польюмой грядущий сад!Сердцем разожгудля двоих очаг.Медью звонких трубоглашу я Ад!Что мне – Медные Трубы,мне – Дантов Ад!Мне – твои бы рукида глаз бы – сад!1987
Помнишь? Осень была…
Помнишь? Осень была.Была – осень.Звон хрустальный дождямежду сосени меж елей и лиственницхмурых, от дождясеребристо-понурых.Помнишь? Осень была,была – осень. А меж намибездонная просиньробкой нежности,юной любвии в касаниях пальцев – искры.Помнишь? Осень была,была – осень.Моя память всё бродит меж сосенда по ельнику —рядом со счастьем,вопреки с неба льющим ненастьям.Для меня ты всегда тамнайдёшься,в эту память со мной лишь —вернёшься,когда вспомнишь —была наша осеньнад сердцами – бездонная просинь…1987
Сон
В море далёкомсвирепейший штормразбушевался.В заливе спокойномза волноломом —гул отдавался.И с моря корабльбеду переждатьк пирсу – прибился.Было ль то явьюили же сном,что в бурю приснился?Времени не было мнена гаданье —стрелки спешили:раны любимогокровью сочились —раны лечила.В сердце слабевшеесилу вливала,душу целила,крылья опавшие ярасправляла,спешила…А в море тем временемволны легли,и ровны, и гладки.И ушёл мой корабль,с собой унесясон мой пресладкий.С тех пор по причалувсё бродит душаодинокоИ ищет глазамиследкорабля.Но где тот?Далёко…1987
О случайностях и закономерностях
Когда б отсечь – случайности,понять – закономерности,то – не впадая в крайности —достигли б – соразмерности?Или важны – случайности,не все – в закономерности.И – не впадая в крайности —искали б – соразмерности?1986
О первой любви
Было ли, не было ль это любовью —того и сейчас не пойму.Но знаю печально, что птицу жар-птицуво мне упустил ты свою.Было ли сном или явью всё было —гадай – не гадай, не скажу.Знаю, звездой путеводной служила,сердце держа на весу.Будешь ли помниться или забудешься —спросишь – ответ не найду.Но каждую осень багряноволистуюзаново сердцем сгорю.1987
Сколько смелости
Сколько смелости в моих строчечках,сколько нежности в этих точечках.Но к тебе подойти бы мне – с ласкою,не сгорев от огня жаркой краскою.Мне обнять бы тебя, свет единственный,целовать бы тебя, мой таинственный.Только смелая я – в этих строчечкахи сгорю по тебе – в этих точечках.Отойду-отлечу – словно не было,словно росчерком облак по небу ли,по душе ли твоей неприкаяннойраспишусь своей рифмой намаянной.Осмелела – себе удивляюсь я,но в тебе растворяюсь, теряюсь я.И, исчезнувши раз тихой осенью,золотой сохранюсь в небе россыпью.1987
Дай мне насладиться
Дай мне насладиться нежностью твоей —я её впитаю, стану лишь сильней.Дай мне насладиться признанием твоимв робком обожании, понятном лишь двоим.Дай мне не вплетаться в нить твоей судьбы,а просто тихо рядом, тебя любя, идти.И дай мне не вплетаться в судьбы твоей узор,чтоб силой не разрушить сердечный разговор…Позволь мне ненавязчиво дарить тебе любовьпомимо всех постелей и хлама лишних слов.Позволь уйти негромко, когда любви словав безмолвном телеграфеумолкнутнавсегда.1987
Моя большая печаль
Моя большая печальсловно – густая вуаль,словно – тканью зефироммежду мною и миром.Кажется, вижу всё,но – сквозь густое плетеньечьих-то умелых рук,искусных в плетении мук.Кажется – слышу всё,но – сквозь завесу боли.Присутствие чуждой волиглушит мой сердца стук.Кажется всё – понимаю,но руки свои – разнимаю,но – сердце своё – уроняю…О, этот мертвящий стук…За что? – Эти боль и печаль?И чья? – На мне злая вуаль?Волей последней – срываю,слезами с сердца – смываюстылую, стылую – стынь.Ты слышишь ли боль мою? Выньеё – своими руками,согрей мне душу – словами,наполни сны мои – снамии жизнь мне верни – губами.1987
Ох и умеют любить – поэты
Ох и умеют любить поэты —во все века!В пропасть – условности,к черту – запреты!Жизнь – пустота,если её не согреет собоююность Богинь…И если по ней не пройдут сохою,лучше – отринь!1988
Чуть – психостеник
Чуть – психостеник,чуть – поэт.Лабильности – по ноздри.И из меня, как рёк поэт,не стали б делать гвозди…1990, апрель
Пролетело бабье лето
Пролетело бабье лето, отлетело,впереди печальный жёлтый листопад.Как в лесу – так в моём сердце опустело:отпылал души мятежной сад.Может – так и надо. Я не спорю.И природе, и судьбе – видней.И, возможно, это всё – не горе,а отлив измучивших страстей…Но как плачется и сладко и печальнона исходе одиноких стольких лет.Так с ветвей срываются прощальнолистья – предвещая скорый снег…1988
Я знаю теперь
Я знаю теперь, как приходит любовь:робко и нежно тебя от земли оторвёт,словно пробуя крылья на дальний полёт,закружит по улицам города сонного,спящим селом проведёт,над гладью речной пронесёт невесомогои венок из цветов сплетёт.Одарит сиянием ласковых глаз,для тебя огранит свой на небе алмаз.И имени милого сладостный звуквплетётся в волнующий сердца стук.А дальше – любовь живёт,если двух душ полётнота фальшивая не прервёт.И не ищи виновника,если она – уйдёти с высоты подлазурнойгрудью о землютебя содрогнёт.Как – у поющих в терновнике.* * *Я ещё пою – свою песнюпред запредельной чертой,уже уловившая сердцемсмертельный удар —твой.Декабрь 1988
Если бы боль
Если бы боль не словами, а формойхотела бы выразить я,я бы накрыла себя– полусферою.Чугунно-тяжелою.И – без окна.И под нею, под этоюправильной формой,где нет ни угла, чтоб забиться,ни – дня,я долго и скорбно быплакала сердцемИ тихо б исчезла,исплакав себя.1989
Синь всё гуще
Синь всё гуще.В чернотупереходит ночи.Может, лучше —оборвумногозначностьточек…Может, лучше —как ножом —по усталой ране.Ночь всё глуше.За окном —как в бездонной яметишь ночнаяв немотупереходитсердца.Как закрыть мне тук тебечародейку —дверцу,за которойснег и боль.И усталость —раны.Ночь и темень.За окном —как в бездонной —яме.1989
Всполохи – заревом
Всполохи заревомв небо – шатром.Ужас – и —преклоненье.Сколь мы наивныв мире своем,в гордом своём– ослепленьи.Пасть на колени —руки воздеть…Стоном —слепое поверье,что – ни-че-гони-ко-му не успетьв вечности этой —преддверьи.Всполохи заревом —настежь – душа…Мелкому —места нет.Может, в этимгновения ты,трепеща,себя создаёшь,человек?1990, декабрь
Какие рисуют нами узоры
Какие рисуют нами узорытам, на седых небесах:то в разящие смертьюсплетают насссоры,то – насаждаютубийственныйстрах;то – в любви испытаниеввергнутжестокое,бросят во мракнищеты…Если всё это —лишь сверхуисвыше,то – чтов этой жизни —ты?Если всё это —и сверху, и свыше —в чём силыдля жизнинайду?Для песен,чтоб жилизвеня?Если всё этолишь сверху и свыше —то – что —от меня?1990, декабрь
Русь моя, серединная
Ой ты, Русь моя,cерединная,по тебе тоска,что былинная.По земле твоей —да поруганной,по лесам твоим —сплошь порубанным…Гой еси тебеда кормилице,не снести позорда страдалице…Истощилась грудь —материнская,вскормив чудище —сатанинское!Да технический,без души – прогресс,на тебе возрос —он тебя же – съест…Как не быть тогдада трясениям,человеческимомерзениям?Куда делисяпеснопения?Почто ждём все мывозрождениядуха русского,позабытого,духа вольного,неизбитого?..Ой ты, Русь моя,серединная,по тебе тоска,что былинная…1990, март – апрель
в г. Свердловске,
на курсах повышения квалификации
Там же: зачарованная лекциями
профессора Белкина, написала свою…
Исповедь души капризной женской
Это тихий Гондурас[1],что я расскажу сейчас.И пусть после каждый знает,чем нас Белкин покоряет!Что фрустрировать – не страшно,деградировать – страшней.Сублимация – ужасна,суицид же – всех самей[2]!!!Он открыл глаза нам, сирым,на повадки всех мужчин,что в халтуре – как и в риске,корень множества причин.Что без нас они – глупеют.(Бог, прими его слова!)Мы ж без них – слегка тускнеем,вот болела б голова!Это очень поправимо.Белкин тем и покорил,что в душе капризной женскойсублимацию свершил…Свердловск, апрель 1990
Тянется к ручке рука
Тянется к ручке рука,плачет о чем-то душа.Смутно, неясно, размытовсе, что за этим сокрыто.Плачет ли осенью дождь —знаю, потерь не вернешь.Белый ли падает снег —где он, родной человек?Ночь ли покровом накроет —бессонница боль мне удвоит.Одна лишь надежда со мнойи, круг завершая собой, —тянется к ручке рука,плачет о чем-то душа.Смутно, неясно, размытовсе, что за этим сокрыто.9.12.90
Надо сквозь боль пройти
Надо сквозь боль пройти,чтобы понять, что – больно.Если остыла печь —затопишь её невольно.Если сломался ты —значит, надломано было.В доме, где печь дымит,печка давно остыла.И если близки страданья,но только свои – не чужие,напрасны с огнём стараньяи намеренья благие.1991
Перекинула мостки, но – слабы
Перекинула мостки,но – слабы.Протянула две руки —коротки.Распахнула сердце настежь —нет, не внял.Пепел сердцамне на голову упал.1991
«Так-так-так», – локомотивчик…
«Так-так-так», – локомотивчикманевровый мне поет.Его простенький мотивчики волнует, и зовет…«Так-так-так» по ветке звонко.«Много дел, меняю путь.Там вагонов перегонка,посиди одна чуть-чуть».Маневровый ты трудяжка,как же мы сродни с тобой:груз забот моих и тяжкийи тянуть его – одной.«Так-так-так», – локомотивчикмимо влево пробежал,его простенький мотивчикэти строчки подсказал.1991, июнь
Моей – России
Я тебя – от северной от стынидо нежнейших южных береговтак люблю, как в небе синем любятдетскую припухлость облаков,как неповторимый шепот капельвешнего дождя над головой,как в болотце поступь важных цапельи в июльский полдень сенный зной.Я всю и вся тебя в себя впитала:и зимних кружев по лесам узор,и почки звонких веток краснотала,и запах пыли, и цветов – ковёр.И нет меня без этой вечной сини,без Родины, охватом в пол-Земли.Тысячелетие её воссоздавали,а мы преступно режем на куски.И истончаешься, и рвёшься ты озоном,от смут чернеешь и от зла больна.Россия-матушка,под колокольным звономодно молю —не дай распять себя!1991, май
Северные ночи
Треск дровец, в костре горящих,комариный тонкий звон,запах трав – хмельно пьянящий,птичий свист и – сон не в сон.Колдовская прелесть ночитой, что есть и той, что нет.Не сомкнёшь привычно очи —сбился с ритма суток бег.Лай собак далёкий, редкийв этой вечной тишинеда кукушки стон извечныймне вещают о весне.Что недолог век мой трудный,но, до края путь пройдя,я, в покой спеша холодный,на дорогу бы взяла:треск дровец, в костре горящих,комариный тонкий звон,запах трав, хмельно пьянящий,птичий свист – на долгий сон…1991, июнь
И странно, и горько, и горестно мне
И странно, и горько, и горестно мне,как в небе холодном печальной Луне.Спутником вечным ей быть у Земли,но не сойтись им, как ни любинежный земной голубой ореол,верности символ в котором нашел.Но прочен и вечен тот странный союз,скрепленный узами космических муз.09.12.91
К небу
Всели смиренье, Боже, мнек мирским делам,не дай страстямперехлестнуть живое.Открой глаза мневстречь другим мирами дай познатьвсё сущее земное…1992
Какого цвета бывает беда…
«Какого цвета бывает тоска?» —спросила знакомая раз у меня.Ответ ей дала, сколь могла я, простой:И светлой бывает, и темной – порой.Бывает – от слабости. И от любви.И ей не противься. И с ней не мудри.Коль плачется – плачь. В голос реви.Все чёрные мысли до дна пробери.Сквозь частое ситечко жизнь пропустии в том, что просеялось, – смыла не жди.Лишь в этой оставшейся сверху рудеразгадку найдёшь и себе, и тоске.А счастье? – Непрочно. И часто ононам испытанием в жизни дано.«Какого цвета бывает беда?» —спросила подруга вдругорядь меня.И вновь ей дала мой ответ я простой:и белой бывает, и чёрной порой.Белая – жалость. Носим в себе.Жалея других – сами в беде.Черная – зависть. Горе без дна.Дни без солнца. Ночи – без сна.Черное горе – где берег? Где – друг?Реальность размыта в сплетении мук.Черное горе – выпей до дна.Выпив и выжив – станешь – сильна.1992
После грозы
Где ты ещё такое чудо встретишь:протяжный шепот капель по листве,озоновую свежесть на закате,край солнца в туче где-то вдалеке?И где ещё так сердце встрепенётся,как не в родимой смалу стороне,где каждый кустик эхом отзовётся,хранимым свято в сердца глубине.Где дышится так полно и привольно,где времени спокоен вечный ход,как не среди холмов, лежащих вольно,вдоль берегов знакомых с детства вод.Где ты ещё такое чудо встретишь,где обретёшь молитвенный покой?Где сам себя по меркам детства сверишь:Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Студенческое выражение, примерно то же самое, что «тихий ужас», но звучит – великолепно.
2
Из того же самого студенческого лексикона: третья степень сравнения прилагательных – самый – самее – всех самей!