- -
- 100%
- +
Пролог
Идеальных мужчин не бывает. Кому, как не мне, знать это. Подтверждение тому многолетний опыт, мой и моих подруг. В каждом мужчине есть какой-то, хотя бы маленький, изъян. Поэтому если вы когда-нибудь услышите: «Я встретила идеального мужчину!» – насторожитесь. Быть беде.
Вот, например, моя подружка Вика. Красавица, между прочим, манекенщица. От разнокалиберных поклонников отбоя нет – она этим вовсю пользуется, предпочитая необременительные романы, легкие и яркие, серьезным отношениям. Многие воспринимают Вику как бабочку-однодневку: голубые глаза да загорелые ножки, а за душой ничего. Напорхается, подвянет – ну и кому она будет тогда нужна, такая легкомысленная? Но Вика прекрасно понимает: это они из зависти.
– А зачем мне замуж? – говорит она, для убедительности широко распахивая и без того огромные синие глазищи. – Не хочу под венец, это же глупо! И потом, за кого? Если за Костика, то куда я дену Васю? А тем более – Кирилла? Нет, мне подавай все и сразу!
Она считает, что видит вперед лет на двадцать.
– Когда мне стукнет сорок, я все еще буду очень даже ничего. – При этих словах Вика искоса смотрит в зеркало, а если такового поблизости нет, то достает из сумочки «Луи Витон» пудреницу «Кларанс» и под предлогом устранения жирного блеска на носике принимается в который раз изучать свою безупречную (ну не к чему придраться!) мордашку. – Что ж, когда мне исполнится сорок, переключусь на семидесятилетних донжуанов! А что, многие из них довольно прыткие!..
У Вики есть квартирка – пусть однокомнатная, зато на Патриарших прудах, есть машина – пусть подержанный, зато «Мерседес», есть раздвижной стенной шкаф, забитый доверху дизайнерскими шмотками, есть несколько золотых колец, которые в разное время дарили ей претенденты на ее холеную руку и холодное сердце.
Наивные! Окольцевать нашу Вику сложнее, чем сделать пирсинг разъяренному гиппопотаму! Виктория, как никто другой, умеет кромсать в клочья мужские сердца и потрошить мужские бумажники.
И вот однажды эта самая Вика позвонила мне в четыре утра и как-то странно – умоляюще и в то же время жестко – бросила в трубку:
– Срочно приезжай в «Серну»! Моя жизнь рушится. Я больше не могу держать это в себе.
По ее тону я поняла, что спорить бесполезно. Вика просто не возьмет в расчет, что на дворе ночь, зима, что метро не работает, а я в розовой байковой пижаме под одеялом из гусиного пуха еще досматриваю увлекательнейший сон, где темноволосый, в меру мускулистый незнакомец распахивает передо мной дверцу своего кабриолета со словами: «Единственная! Я увезу тебя на край света!..» Нет, Вике, по всей вероятности, настолько плохо, что ей на моего незнакомца наплевать.
– Только ты побыстрее, – бормочет она, – а то у меня будет истерика.
Что делать, натягиваю шубу прямо на пижаму, приглаживаю ладонью волосы, на всякий случай кладу в карман паспорт (сами догадайтесь, в какую историю может влипнуть молодая красивая девушка, разгуливающая в розовой пижаме по ночной Москве), залезаю в сапоги.
Вопреки обыкновению Вика не опоздала – она ждала меня за угловым столиком, и в руках у нее была – о ужас! – пицца с двойным моцарелло. Совсем плохи дела, констатировала я, глядя, как Вика, которая маниакально подсчитывает каждую употребленную калорию, нервно уплетает пропитанное маслом тесто. Вика меня не сразу заметила. И я ею невольно залюбовалась. Красивая…
– Маша! Ну наконец-то! Я тебя тут целую вечность жду!
– Я приехала через сорок минут. Неплохо для человека, которого разбудили среди ночи.
– Не будь занудой. До твоего дома отсюда максимум полчаса. Признайся – наводила марафет?
– Нет, стояла в пробке на Садовом, – сонно пошутила я. – Ладно, рассказывай. Что случилось-то?
Вместо ответа Вика протянула мне ухоженную ручку, на пальце тускло блестело незнакомое кольцо. С виду обычное серебро с камушком-стекляшкой. Но я-то знаю, что стекляшек Вика не носит. Так что скорее всего это бриллиант в платине.
Все ясно, Викуле сделали очередное предложение. И, ради того чтобы немедленно об этом сообщить, она не постеснялась выдернуть меня из кровати и не дать мне досмотреть сон – куда же все-таки завез бы меня брюнет в кабриолете?
– В подворотню завез бы, трахнул, а потом бы и ограбил еще! – ехидно сказала Вика, и только в тот момент до меня дошло, что я думала вслух. – Маш, разве можно садиться в машины к незнакомым мужикам? Даже к симпатичным брюнетам, даже во сне? Мы же давно уже решили, что все они… – Она задумчиво нахмурилась, подбирая хлесткое определение.
– Все, кроме одного? – кивнула я на новое кольцо.
А Вика вдруг покраснела, хотя смущение ей вообще не свойственно. По тому, как просветлело ее лицо и забегали глазки, я поняла, что на этот раз все куда серьезнее.
В этот момент она и произнесла сакраментальное:
– Маша, ты не поверишь, но я встретила Идеального Мужчину!
– Начинается. Выпью-ка я, пожалуй, «Маргариту».
– И я с тобой. – Вика отрешенно просигнализировала засыпающему на ходу официанту. – Только не надо делать такое лицо. Я и сама в шоке. Я влюбилась.
– Вижу. И кто он? – спросила я, ожидая услышать что-то вроде «да так, обычный нефтяной магнат» или «вице-президент банка», на худой конец «предприниматель, работает в Нью-Йорке».
Но услышала невообразимое:
– Студент.
– Кто?
– Студент, – раздраженно повторила она. – Тебя что-то смущает?
– Да нет… То есть… раньше бы ты… Слушай, а давай выпьем!
– Выпьем, успеем. Ты права. Раньше я и не взглянула бы на него! Ты на меня посмотри! В кого я превратилась. Не женщина с горячим сердцем, а бездушная кукла. Только о выгоде думала. Не могу так больше. А теперь я поняла, что теряла все эти годы. Он… он такой… Если бы ты только знала!
– И где же он учится?
– В университете. На экономическом. Между прочим, идет на красный диплом. – В Викином голосе явно угадывалась гордость собственницы. – Летом он проходил практику в известной американской компании, и они готовы взять его на работу, когда он закончит. Он карьерный, перспективный мальчик. У него золотая голова. Ох, да что там голова, видела бы ты его тело… – Она мечтательно заулыбалась. – И потом, чтобы быть женой генерала, надо выйти замуж за лейтенанта.
– Раньше ты сразу генералов предпочитала.
– Не будь занудой. Я ошибалась.
Я посмотрела на ее колечко:
– И откуда же у бедного студента деньги на бриллианты и платину?
Вика изумленно взглянула сначала на меня, а потом, перехватив мой взгляд, на свою руку.
– А, ты это имеешь в виду. Так это же серебро. Обычное серебро, на Арбате за сто рублей купили. Откуда у него деньги на платину, ты что?
И в этот момент я поняла, что дружеские советы Викуле не нужны. Она по уши влюблена в своего Идеального Мужчину. А нам, ее подругам, только и остается, что ждать подвоха.
Надо сказать, долго ждать не пришлось. События развивались стремительно. В декабре Вика получила в дар кольцо. Новый год она встретила, вопреки обыкновению, не с нами в модном клубе, а в квартире своего Идеального – строгала вместе с его мамой салатики, играла с его отцом в домино, выгуливала его апатичного старого пуделя и ловила от всего этого своеобразный кайф.
В начале февраля Вика позвала нас в гости – и не просто так, а чтобы показать платье. Само собой, свадебное. Платье было шикарным, белым, пышным. Сильно декольтированным. В нем Викуля выглядела одновременно невинной и соблазнительной – короче, именно такой невестой мечтает со временем стать каждая из нас. Мы едва не прослезились и, понятное дело, отметили Викино платье запретной калорийной пиццей и красным вином.
В День всех влюбленных они наконец подали заявление. А еще через неделю Идеальный Мужчина занял у Вики несколько тысяч долларов.
– Я сам хочу заказать свадебное путешествие, любимая, – сказал он, загадочно улыбаясь. – Пусть это будет для тебя сюрприз. Конечно, когда я начну работать, деньги я тебе верну. Я считаю, что мужчина должен зарабатывать, а женщина тратить.
Это было у них в порядке вещей. У Вики всегда водились деньжата, студент часто у нее перехватывал, но такую сумму взял впервые. Все-таки свадебное путешествие…
На том истории конец. Викиному волшебному роману тоже. Идеальный Мужчина исчез, сгинул, пропал и даже не позвонил на прощание. По его домашнему номеру долго никто не отвечал, а потом все-таки трубку взял какой-то незнакомый мрачный мужик с кавказским акцентом, который объяснил, что такие здесь давно «нэ живут» и большая просьба его звонками «нэ бэспокоить»…
– Прекрати ты его искать, обычный аферист, – уговаривала я Вику.
– Но неужели он мог так со мной поступить из-за такой ничтожной суммы?! – убивалась она.
– Тебе было бы легче, если бы он спер миллион?
Конечно, в конце концов Вика успокоилась – характер у нее на зависть легкий. Сейчас у нее все в порядке. Встречается с владельцем казино. А по совместительству – с модным стриптизером. И еще с рок-певцом – пока не очень популярным, зато невероятно сексуальным. Замуж Вика не собирается и, похоже, не соберется никогда.
Теперь представьте себе выражение наших лиц, когда наша общая подруга Ольга объявила:
– Девчонки, вы не поверите, но я встретила Идеального Мужчину.
– Это как заклинание, – пробормотала Вика. – Этих слов ни в коем случае нельзя произносить. Посмотрим, что этот выкинет.
– Да брось ты, – отмахнулась Оля. – Если тебе один раз не повезло, то это вовсе не значит, что все мужики сволочи.
Ольгин Идеальный Мужчина бедным студентом не был. Даже скорее наоборот. Во-первых, он давно уже вышел из студенческого возраста – было ему лет тридцать семь. А во-вторых, что-то он там удачно продавал и перепродавал и неплохо на этом зарабатывал. Во всяком случае, в первую же неделю знакомства счастливой и влюбленной Ольге были продемонстрированы двухэтажная квартира на Кутузовском, три шикарных новеньких авто и телохранитель по имени Вова с фигурой Кинг-Конга и задумчивым выражением лица.
Бизнесмен был настроен решительно. Через две недели после знакомства он отвез Ольгу на дорогой испанский курорт. Там душной жаркой ночью он сказал ей, что влюблен. По возвращении в Москву последовало предложение – все как полагается: в мрачноватой нише пятизвездного ресторана, с цветами, шампанским и порывистым припаданием на одно колено.
На этот раз Оля собрала нас в пиццерии, чтобы продемонстрировать кольцо. Олино колечко было золотым – в серединке поблескивала виноградная гроздь из мелких мутно-зеленых изумрудиков.
– Наверное, он просто устал от одиночества, – тараторила она, азартно уничтожая двойную «Пепперони» (в кульминационные моменты мы с девчонками забываем о диете). – Он сказал, что полгода я буду жить в его домике в Швейцарии, а полгода здесь, в Москве. Рождество встретим на Ямайке, туда же отправимся в свадебное путешествие. Ой, девочки, он же предложил мне задуматься о ребенке! Первенца мы решили назвать Глебом, в честь его дедушки…
Теперь уже Ольга увлеченно готовилась к бракосочетанию, а мы изо всех сил ей сочувствовали.
– Хочешь, возьми мое платье? – предложила Викуля. – Мне все равно оно никогда не понадобится. Я все-таки решила, что брак не для меня.
– Нет уж, оно у тебя несчастливое, – испуганно отмахнулась Ольга.
Зря боялась. Ее несостоявшийся супруг и без всякого платья вскоре наглядно доказал, что идеальных мужчин все-таки не бывает. Нет, он не пропал бесследно, не бросил ее, рыдающую над свадебным нарядом. Он даже вроде бы не изменил своего к ней отношения.
Просто в один прекрасный день не без помощи одного светского сплетника Оля узнала, что ее жених давно и прочно… женат. Женат на тихой художнице с модельной внешностью, которая большую часть года живет в его домике в Швейцарии, а в Москве появляется эпизодически.
Рыдала Ольга три дня. Сколько пицц было съедено, сколько вина выпито, сколько ругательств отправлено в адрес подлого обманщика! Незадачливый жених звонил ей, но она даже трубку не брала.
В конце концов мы уговорили Олю объясниться с ним. Всем было интересно, что за аргументы приведет он обманутой невесте в свое оправдание.
– Как ты мог?! – орала Ольга. – Мы же собирались на Ямайку! И как же наш ребенок, которого ты хотел Глебом назвать!
– Котик, ну я же не знал, что ты отнесешься к этому так серьезно, – невозмутимо возразил несостоявшийся двоеженец. – Это была такая чудесная игра! Мы так мечтали. Так мило планировали…
Итак, идеальных мужчин не бывает. Я была уверена в этом на все сто. Пока однажды…
Глава 1
Однажды я встретила Идеального Мужчину. Спрячьте, пожалуйста, ехидную ухмылку, она здесь неуместна. Уж я-то понимаю, о чем говорю. Если в Викином и Ольгином идеалах мне с самого начала виделась какая-то червоточинка (студент, например, неаккуратно ел – чавкая и разбрасывая вокруг крошки, а «двоеженец» был толстоват и одышлив), то мой-то был идеален на все сто.
Я встретила его и ненадолго сошла с ума.
И вот как это получилось.
Не помню, кто привел меня в тот небольшой закрытый клуб на Никитской улице, попасть в который сложнее, чем на прием к президенту. Держит это заведение один весьма известный театральный деятель – все члены клуба являются его личными гостями, случайных людей практически нет. Атмосфера – светская гостиная девятнадцатого века. Антикварная мебель, старинное фортепьяно, глубокие кресла с потертой бархатной обивкой. Нет, это место нельзя назвать писком моды. Сюда приходят не светские тусовщики, чья основная цель продемонстрировать окружающим новые эксклюзивные туалеты и новых любовников и любовниц, а солидные люди – просто расслабиться в полудомашней атмосфере. Тихо попить чай с пирожным, а то и коньячок под приглушенную ретромузыку.
Самое главное – тем душным летним вечером я почему-то оказалась в этом примечательном заведении в гордом одиночестве. За окном от жары асфальт плавился, а мое настроение опустилось ниже нуля. Причина? Да много было на то причин… Стремительно завершившиеся отношения с мужчиной, который в самом разгаре романа вдруг решил, что ему необходимо переехать на постоянное местожительство во Францию. Нет, влюблена в него я не была, но все-таки обидно, что столько времени потратила на того, о ком впоследствии, когда схлынет грусть, буду говорить презрительно: да так, ничего особенного… Отсутствие работы, из неприятной случайности давно перешедшее в стиль жизни. Соответственно, отсутствие денег – почти полгода перебивалась случайными заказами. В общем, болото, из которого, как я вдруг поняла, надо срочно выбираться! Найти новую замечательную работу и нового замечательного мужчину. Обо всем этом я размышляла тоскливо над остывающим чаем без сахара и без лимона – ни на что другое денег не хватило.
И вдруг…
– Девушка, а не угостить ли вас черной икрой?
Погруженная в вязкие глубины мрачных мыслей, я не сразу поняла, что заманчивое гастрономическое предложение адресовано мне. Досадливо вздохнула – нет, герои моего романа знакомятся не так.
Есть в модных московских местечках не слишком приятная деталь – изобилие стареющих похотливых донжуанов, обладателей толстых кошельков, толстых животов и толстых запуганных жен. Персонажи эти весьма живо реагируют на незнакомых стройных блондинок, относясь к девушкам как к красивым дорогим игрушкам.
Так что я обернулась, чтобы интеллигентно отшить любителя угощать незнакомок деликатесами. Обернулась – и осеклась. Над моим столиком навис гибрид Джорджа Клуни и Леонардо Ди Каприо. Честное слово, я не преувеличиваю! Он был хорош, как голливудский герой, как мачо с рекламного плаката нижнего белья. Вкрадчивая улыбка Клуни и холодноватый взгляд Ди Каприо, брови и загар Клуни, а ямочки на щеках, безусловно, от Лео… Одним словом, чудо природы.
Язвительная шутка, которой я приготовилась наградить зарвавшегося нахала, застряла в моем горле – я смотрела на него и ни слова произнести не могла. Безусловно, он прекрасно знал, как большинство женщин на него реагирует, поэтому моя томная заторможенность его не удивила. К тому же он решил, что затянувшееся молчание означает приглашение, и уселся за мой столик.
– Меня зовут Арсений. – Он протянул загорелую крупную ладонь, которую я мягко пожала.
«Еще бы. Такое чудо никак не может зваться просто Васей», – подумала я, производя на свет лучшую из своих улыбок, медленную и загадочную.
– Маша.
– Машенька, – повторил он медленно и полувопросительно, словно пробуя мое имя на вкус. – Вам это имя подходит.
Что-то бесшумно оборвалось в моей груди. Мое сердце замерло и, глухо ухнув, покатилось по наклонной плоскости вниз, постепенно набирая скорость. Слышали бы вы, как он это произнес – Машенька…
Машенька…
Я знала его меньше пяти минут, а мне уже отчаянно хотелось, чтобы он повторял мое имя снова и снова (вот дура, да?). Чтобы он смотрел на меня, улыбаясь, и говорил: «Машенька… Машенька…»
– Так что вам заказать?
– Вы, кажется, обещали черную икру…
– Нет проблем. – Он белозубо улыбнулся и подозвал смазливую официантку, которая едва не выпрыгивала из своей чересчур короткой юбки, чтобы ему угодить (так, еще один опасный симптом, все окружающие девушки стали казаться мне наглыми хищницами). – Нам, будьте добры, блинчики с черной икрой и… Маш, что будем пить?
– Коктейль «Сладкая жизнь», – разошлась я. Уж если есть черную икру в компании почти что Джорджа Клуни, так и запивать ее надо любимым коктейлем южных миллионеров – шампанское, разбавленное свежевыжатым клубничным соком.
– А почему вы одна? – полюбопытствовал Арсений, исподтишка меня разглядывая.
Я беззвучно похвалила себя за то, что в тот вечер не поленилась сменить излюбленные льняные штаны на обтягивающее «маленькое черное платье».
– Иногда я бываю самодостаточной. А вы? Вы почему один?
– Да потому что одинок, вероятно! – рассмеялся он.
А я недоверчиво улыбнулась: он? одинок? Значит, либо вокруг него ходят слепые женщины, либо в нем есть какой-то изъян, настолько серьезный, что бархатный взгляд и сексуальная улыбка меркнут рядом с ним, как электрическая лампочка в свете малой планеты. Есть, конечно, еще один вариант, наиболее вероятный, – Арсений этот, как и большинство красавчиков, убежденный Казанова и отъявленный лгун.
– Предлагаю выпить за вас, Машенька.
Черт, опять он это сказал – Машенька…
– Тогда и за вас, Арсений.
За розовато-пенным коктейлем мы перешли на «ты». Я немного освоилась, но все равно чувствовала себя несколько скованно. Перед тем как произнести что-нибудь, несколько раз прокручивала фразу в голове, боясь ляпнуть что-нибудь лишнее и тем самым разочаровать собеседника.
Поговорили о московской ночной жизни. Выяснилось, что ходим мы в одни и те же клубы, даже странно, что я не видела его раньше. Обнаружилось даже несколько общих знакомых. Он явно обрадовался, а я не очень, потому что среди знакомых этих оказалась моя приятельница, манекенщица Люська, девушка легкомысленная и цепкая, даже чересчур. Я тут же прикинула: явно Арсению и Люське довелось встретиться не на светском рауте, а в одной койке – на худой конец, на заднем сиденье Люськиного задрипанного «Фольксвагена». Ни за что не поверю, чтобы эта длинноногая стервоза упустила такой экземпляр.
– Людмила – девушка моего близкого друга, – вдруг сказал он. Может быть, заметил, как меня при упоминании ее имени перекосило? – Она манекенщица. Ты тоже?
– Была когда-то.
– Почему же бросила?
– Слишком грязный бизнес. Да и возраст не тот.
– Скажешь тоже! Тебе двадцать?
– Двадцать два. Если к таким годам я успеха на подиуме не добилась, значит, и не добьюсь уже. А ты? Ты что, тоже модель?
– Нет. – Он рассмеялся, еще раз продемонстрировав безупречность сахарных зубов. (Интересно, свои или фарфоровые?) – Не мужская это профессия. У меня свой бизнес… Но это не важно. Я мечтаю заниматься музыкой.
– Как интересно! – Я подалась вперед. – Ты играешь или поешь?
– Ни то ни другое. Хотя на гитаре бренчу, конечно. И музыкальную школу окончил по классу фортепьяно. Я мечтаю стать продюсером. Раскрутить какую-нибудь талантливую группу. Планирую заняться этим в ближайшем будущем… Ты, кстати, сама-то не поешь?
– Скорее вою. Если тебе понадобится сорвать караоке-вечеринку, пригласи меня.
– Жаль. Ты такая эффектная, хорошо бы на сцене смотрелась.
В общем, беседа наша была легкой, приятной и ни к чему не обязывающей. Такой слегка подкрашенный игристым вином разговор – коктейль из светского трепа и ненавязчивого флирта. Арсений признался, что любит белый чай, я ответила, что с ума схожу по горячему шоколаду. Он рассказал, что недавно вернулся из Парижа, я ответила, что в Париже никогда не была, хотя давно мечтаю, зато на днях собираюсь рвануть в Питер – покататься на виндсерфинге. Почему-то это его заинтересовало.
– Любишь скорость?
– А то!
– Скорость – это мой единственный запасной выход, – серьезно сказал он.
– Что ты имеешь в виду?
– Если мне надо отвлечься, если у меня депрессия, достаточно выехать на пустынное шоссе и разогнать мотоцикл. Когда летишь по ночному шоссе и ветер в лицо, все проблемы отступают на второй план.
– А ты романтик…
– Наверное. Так было с детства. У меня мотоцикл с тринадцати лет.
– Ничего себе!
– Я же не из Москвы, а из… Ладно, не будем об этом, – вдруг стушевался он. – В общем, из маленького города. Там это обычное дело. Все пацанята гоняют на мотоциклах… А сейчас у меня три мотика.
– Вот здорово! – воскликнула я.
Сама я всегда мечтала оказаться за рулем летящего «железного коня». Мой мотоцикл непременно был бы ярко-красным, спортивным. Иногда я об этом мечтаю – вот я, в облегающем кожаном комбинезоне, лихо паркуюсь у какого-нибудь многолюдного летнего кафе, и все смотрят восхищенно: кто же этот бесстрашный райдер? И тут я снимаю закрытый красный шлем и встряхиваю легкомысленно светлыми кудряшками. А разлетающиеся волосы блестят на солнце, как в рекламе шампуня…
Э-эх, а жаль все-таки, что у меня стрижка короткая и прав нет…
Два с половиной часа сидели мы в том клубе друг напротив друга. Блинчики были съедены, выпит почти десяток сладких коктейлей. О чем мы только не говорили. Под конец я совсем расслабилась, мне стало казаться, что я знаю этого непозволительно красивого Арсения уже много лет. Много лет – и за это время все было между нами: и страсть, и ревность, и почти ненависть, переходящая снова в страсть…
Он оплатил счет и посмотрел на меня вопросительно. Вот он, сакраментальный момент. Скажет ли он: «Было очень приятно познакомиться, спасибо за прекрасный вечер, до свидания», – или…
Или! Или! Бог мой, сделай так, чтобы было или!
– Маша, а можно проводить тебя до дома?
Я расслабленно улыбнулась. Нет, зря я волновалась – не могла же Фортуна, приласкав меня, тут же грубо оттолкнуть? Это был мой вечер, и все складывалось так, как хотелось мне.
– Конечно. Только живу я далеко.
– Это даже лучше. Не хочется расставаться так быстро.
Мы вышли на улицу, июньский вечер заключил нас в фамильярные душноватые объятия. Сладко пахло акацией, встречные прохожие были одеты по-летнему легкомысленно. Мимо нас прошла пухленькая школьница в леопардовом лифе от купальника и микроскопических шортиках. Арсений проводил ее взглядом, мой взгляд ревниво метнулся вслед, и я подумала, что с такими ногами, как у этой незнакомой девчонки, носить шорты вообще противопоказано. Подумала и тут же себя одернула – да я, похоже, ревную! Нельзя так распускаться, а то превращусь в истеричную мегеру. В конце концов, он о толстоногой прелестнице и думать уже забыл. Он со мной. Со мной!
– Хорошо бы сейчас на море, – улыбнулся Арсений.
– На необитаемый остров! – живо поддержала его я.
– Да хоть на остров, хоть в Сочи. Лишь бы окунуться… Маш, а поехали в Серебряный Бор?
– Что, прямо сейчас? – осторожно поинтересовалась я, одновременно пытаясь вспомнить, какое на мне нижнее белье. Неужели хлопчатобумажный старушечий вариант – белые панталончики в линяло-голубой горошек?! Сто раз давала себе клятвенное обещание носить только сексуальное белье. Но поздним вечером так не хочется обременять себя стиркой… а панталончики вот они, в шкафу, и приятно пахнут лимонным отбеливателем…
– Ты права, давай завтра. Или у тебя уже есть на завтра планы?
– Нет, – сказала я, пожалуй, чересчур поспешно, – никаких планов, никаких перспектив.
– Значит, договорились. Я заеду за тобой в полдень.
– Договорились.
– А вот и мое авто. Прошу! – И он галантно распахнул передо мной… дверцу светло-серебристого «БМВ»-кабриолета! Мама дорогая, у этого двойника Клуни был кабриолет, новенький, вытянутый, как стрела, невозможно красивый! Именно в тот момент я и поняла: передо мной Идеальный Мужчина.