Не бойся

Не бойся.

Глава 1

Варя.

Очередной утро методиста, очередной день. Как всегда полный завал работы.

Сижу над бумагами, старательно изображая ответственного сотрудника, но мысли постоянно ускользают куда-то не туда. В столовой запах кофе смешался с тёплым хлебом, а за окном мелькали знакомые лица коллег.

Свою работу я люблю, но иногда бумажная волокита способна довести даже святого. Нужен кофе. Срочно.

Наш главный алтарь - приличная кофемашина. Самое популярное место во всем центре. Если бы не она, половина коллектива давно бы умерла прямо на рабочих местах.

Я подхожу к аппарату и начинаю колдовать над капучино, которое должно вернуть мне желание жить и воспитывать подрастающее поколение.

Рядом появляется Витенька. Милый парень, очень добрый. Симпатичный. Из тех мужчин, которых мамы ставят в пример дочерям. Джинсы, ремень, заправленная модная рубашка.

Он ждет своей очереди и явно собирается что-то сказать.

Я мысленно вздыхаю. Только не это. Давай, кофемашина. Быстрее.

— Привет. Капучино?, — спрашивает он.

— Привет. Да, сегодня мне требуется ударная доза энергии.

Витенька улыбается. Переминается с ноги на ногу. Потом все-таки решается:

— Варя, не хочешь после работы выпить кофе?

Ну конечно. Я натягиваю максимально вежливую улыбку.

— Спасибо, но нет, сегодня у меня завал работы. Так просто не отвертеться

— А завтра?

Кофемашина начинает шуметь громче. Спасибо тебе, родная.

— Завтра тоже много.

— А послезавтра?

Я хватаю наконец свой стаканчик.

— Витя, ты прекрасный переговорщик, но мне правда пора.

Не дожидаясь продолжения, сбегаю обратно к своему столу, мол у меня много работы, ни секунды свободной. Что где-то является правдой.

Телефон тут же вибрирует. Сообщение от Дениса:

«Привет, зайчона. Как день?»

Я чуть улыбнулась, пальцы сами набрали ответ:

«Нормально. Скучно.»

Он сразу же прислал ещё:

«Скучно? А я могу это исправить?»

Я смеюсь про себя и тут же чувствую, как к плечу прикоснулась рука подруги.

— Ох, Варя, что там, опять любовная переписка?

— У нас не роман, — я чуть напрягаюсь.

— Конечно, конечно…, — Ира усаживается на край стола и прищуривается — А почему тогда вы строчите столько времени? Эх, Варя, умная и благоразумная девочка, как тебя угораздило только вляпаться в это? И подумай ещё пока не поздно., — она кивает в сторону кофемашины— Вон, лучше посмотри на Витю. Бедный парень уже не знает, как к тебе поступиться. И куда он только тебя не приглашал. А ты все нос воротишь. С ЭТИМ переписываешься. Хорошим это ничем не закончится. Остановись уже, пока не позно.

Я нервно улыбаюсь и отшатываюсь.

— Я… просто отвечаю ему. Мы дружим. Это все лишь поддержка. Ему ведь тяжело. Здесь нет ведь ничего такого, — пробормотала, хотя знала, что это не совсем правда.

— Ну-ну, — скривилась скептически Ира. Она смотрит так, словно разговаривает с маленьким ребенком. — Тебе не кажется странным, что ты уже восемь месяцев объясняешь мне одно и то же?

Мне нечего ответить. Потому что она права.

Восемь месяцев переписки. Восемь месяцев разговоров. Восемь месяцев споров с подругами.

Сначала я пыталась доказать. Потом оправдывалась. Потом просто молчала. Если честно, в последнее время мне хочется прятаться от этих разговоров.

Нет, Ира и Катя не злые. Наоборот. Это мои самые близкие люди. Моя поддержка. Моя защита. Я знаю, что они переживают. Знаю, что желаю мне добра. Но за последние месяцы они настолько устали от Дениса, что, кажется ненавидят его уже заочно. А я устала объяснять. Устала спорить. Устала слышать одно и то же.

Мысли кружились, как листва под ногами в ветреный день. Стыдно признаться, но все это «воспитание» от моих двух лучших подруг привели меня к тому, что я уже месяц как покупаю в аптеке валерьянку. Иногда это единственный способ сохранить душевное равновесие. Потому что каждый разговор о Денисе заканчивается одинаково.

Глубоким вечером в центре уже почти тихо. Последние дети разошлись по домам, родители тоже. Где-то в соседнем кабинете гремит стулом уборщица, а я сижу над отчётами и пытаюсь закончить таблицу, которую вполне могла сделать ещё утром.

Но утром пришёл Сема. Потом мама Коли попросила посмотреть новые карточки. Потом Прасковья Николаевна принесла документы. И вот результат.

Я устало смотрю на часы. Половина седьмого. Чёрт. Мама просила приехать к ужину. Сегодня тот самый вечер, когда вся семья собирается вместе. Нехорошо заставлять их ждать.

Телефон коротко вибрирует. Я улыбаюсь раньше, чем успеваю посмотреть на экран.

Денис: »Жива?»

Губы сами растягиваются.

Я: «Пока да.»

Ответ приходит почти сразу.

«Неубедительно.»

Я качаю головой.

«Работаю.»

«До сих пор?»

«До сих пор.»

«Росток тебя когда-нибудь отпустит домой?»

Росток - это название центра, где я работаю.

«Нет. Они подписали со мной пожизненный контракт.»

«Сочувствую. Держись»

Я убираю телефон. Улыбка всё ещё держится на лице.

Господи. Кто бы мне год назад сказал, что я буду переписываться с таким мужчиной и ждать его сообщений чаще, чем сообщений от собственных подруг - покрутила бы пальцем у виска. Примерно так, как сейчас делают Ира и Катя.

Я собираю вещи, выключаю компьютер и наконец выхожу из центра.

На улице уже приятно пахнет вечером. Май. Тёплый. Мягкий. Такой, когда хочется идти пешком и никуда не спешить.

Я спускаюсь по ступенькам и достаю телефон. Новое сообщение.

«Зайчона.»

Улыбка возвращается мгновенно.

«Что?»

«Ты поела?»

Я закатываю глаза. Вот кто-кто, а Денис всегда может поднять мне настроение.

«Да. Сейчас поеду к родителям на ужин»

«Мм. Ужин у родителей это здорово.»

Я уже собираюсь ответить, когда рядом раздаётся короткий сигнал клаксона.

Поднимаю голову. Тёмный внедорожник медленно катится вдоль тротуара. Окно опускается .

— Варвара Сергеевна.

Я невольно улыбаюсь.

— Иван Александрович.

— Какая официальность.

— Какая есть.

Он выходит из машины. Как всегда идеально собранный. Светлая рубашка. Часы. Спокойная улыбка.

Иван вообще выглядит как человек, который никогда никуда не опаздывает и никогда не забывает оплатить счета.

Полная противоположность мне.

— Домой? — спрашивает он.

— Не совсем. Иду к родителям.

— Подвезти?

— Не надо.

— Варя, я всё равно еду в ту сторону.

— Иван Александрович, это манипуляция.

— Это забота.

— Ещё хуже.

Он смеётся. Тихо. Тепло.

— Садись.

Я смотрю на машину. Потом на него. Потом снова на машину. И демонстративно вздыхаю.

— Ладно.

— Победа.

— Не радуйтесь раньше времени. Я могу и передумать.

— Надеюсь, что нет.

Через несколько минут мы выезжаем на дорогу. В машине играет негромкая музыка. И почему-то становится удивительно спокойно.

— Как дела в центре? — спрашивает Иван.

— Как обычно.

— То есть ты опять задержалась.

— Немножко.

— На полтора часа.

— Вы следите за мной?

— Иногда.

Я смеюсь. Он бросает быстрый взгляд в мою сторону.

— Устала?

— Есть немного.

— Тогда сегодня никаких отчётов.

— Это приказ?

— Дружеская рекомендация.

Телефон снова вибрирует. Я машинально смотрю на экран. Иван замечает.

— Варя, ты популярная девушка.

Я быстро переворачиваю экран.

— Не преувеличивайте.

— Секреты?

— Немножко.

Он не лезет дальше.

Денис: «Доехала?»

Я: «Ещё нет.»

«С кем?»

Я усмехаюсь.

«С человеком.»

Ответ приходит через несколько секунд.

«Очень информативно.»

«Учусь у тебя.»

«Плохая идея.»

Я прячу улыбку и убираю телефон.

— Хорошие новости? — спрашивает Иван.

— Просто знакомый написал.

— Тогда хорошо.

Он говорит это спокойно. Но почему-то мне кажется, что вопрос был не совсем случайным.

И я быстро перевожу разговор на племянницу. Потому что так проще и безопаснее.

В прошлом году я занималась с его племянницей, так и познакомились. По совместительству Иван еще является сыном моего босса, владельца центра «Росток.».

К родителям я приезжаю почти к семи. Во дворе уже стоит машина брата. Я улыбаюсь. Значит, приехали раньше меня. Конечно. Ведь я так задержалась.

Я мило прощаюсь с Иваном и отпускаю его. Поднимаюсь на третий этаж и открываю дверь своим ключом.

Из кухни сразу доносится мамин голос.

— Варя пришла!

— Я слышу, — отвечает отец.

— Пахнет вкусно, — кричу я, снимая туфли.

— Это потому что ты голодная, — тут же отзывается мама.

Дом. Самый настоящий. Тёплый. Где всегда пахнет ужином и где мама всё ещё считает, что я недостаточно ем.

Я захожу на кухню. За столом уже сидят отец и Егор, мой брат. Яна, его жена, раскладывает тарелки. Увидев меня, сразу улыбается.

— Наконец-то.

Я обнимаю её осторожно.

— Как вы?

— Мы отлично., — Она кладёт ладонь на уже заметно округлившийся живот. — Особенно этот гражданин.

— Или гражданка.

— Или гражданка, — смеётся Яна.

Егор поднимается из-за стола и целует меня в макушку. Как всегда, будто мне до сих пор двенадцать.

— Привет.

— Привет.

— Опять задержалась.

— Всего на полчаса.

— На сорок семь минут.

— Ты засекал?

— Конечно.

Я закатываю глаза.

Мама ставит передо мной тарелку.

— Садись уже, а то уж думали без тебя начнем.

— Да сажусь я.

Отец качает головой.

— Вся в мать. Сначала болтает, потом ест.

— Я всё слышу.

— И правильно.

Все смеются. Наверное, именно за это люблю наши семейные ужины. Здесь всё понятно. Правильно. Спокойно. Как должно быть. Папа работает. Мама заботится обо всех подряд. Егор давно женат. Скоро станет отцом. Яна — идеальная невестка. Добрая. Спокойная. Умная.

И я... Я тоже всегда стараюсь быть правильной. Хорошей дочерью. Хорошей сестрой. Хорошим человеком. Не спорить. Не расстраивать. Не делать ничего такого, от чего мама начнёт хвататься за сердце, а Егор смотреть тем самым взглядом.

Иногда мне кажется, что половину решений в жизни я принимаю потому, что так правильно. А не потому, что сама этого хочу.

— Варя.

Я моргаю.

— А?

— Ты опять улетела куда-то, — говорит мама. — Работать меньше надо.

— Кто бы говорил.

— Я мать.

— Это не аргумент.

— Это главный аргумент.

За столом снова смеются. Ужин проходит как всегда. Обсуждают ремонт у соседей. Работу Егора. Будущего ребёнка. Имя пока не выбрали. Поэтому спорят уже вторую неделю. Отец хочет внука Сергея. Егор категорически против. Мама вообще считает, что родится девочка.

Я просто слушаю. И наслаждаюсь моментом. Потому что такие вечера случаются всё реже. Мы уже давно выросли. У каждого своя жизнь. И тем ценнее становятся такие встречи.

— В следующем месяце обещали повышение, — небрежно бросает Егор.

— Как здорово! Умница, сыночек!, — восхваляет мама.

— Да, думаю можно будет поменять машину через пару месяцев, а то расходы на детскую сильно подкосили бюджет.

Яна как-то странно кривит губы, будто дело вовсе не в тратах на детскую. Егор отличный муж и еще лучший будет отец, ничего не жалеет на своего ребенка. Но как-то вопрос денег в последнее время сметал улыбку с ее лица.

— Может сейчас поменяешь?, — предлагает отец. — Если что мы поможем.

— Да нет, мы сами. Я как раз смогу отложить, а может и раньше получится.

Яна сново загадочно приподнила брови, опустила глава в тарелку. Молчит.

— А ты сестренка?

— Что?

— Ты не надумала еще замуж выходить?

Я чуть не давлюсь чаем.

— Нет. У меня нет жениха на примете.

— Варя, неужели у тебя нет никого достойного в твоем окружении?, — удивляется мама. — Может какой учитель, или декан?

— Что вы, я работаю с детьми, так что если я и вижу мужчин, то только они женаты и у них есть дети, — отшучиваюсь.

— Так дело не пойдет, — встревает Яна. — Конечно, так жениха не найдешь. Ты целыми сутками работаешь в своей конуре, еще и сверхурочно. Надо куда-то выходить - там сходи с подругами в клуб, в кафе, в бар..

— Ну-ну, попрошу, — с юмором встрял Егор, — Куда это ты мою сестру посылаешь?

— А где по твоему можно познакомиться?

— Моя сетренка по таким заведеним не ходит. Она слишком хороша и нечего ей там делать. Какие парни могут быть в клубе?

— Это верно, Егор, — соглашается мама. - Хорошо, что Варя не такая, а то привела бы непойми кого.

— Да, моя сестренка достойна самого лучшего., — подхватывает брат — Я уже смирился с тем что ты уже выросла и готова к семье, но отдавать тебя за кого попало я не собираюсь. Этот парень должен пройти мой личный отбор.

— Ну тогда я точно не выйду замуж.

— Не говори ерунды Варя, — говорит мама, — Достойный парень найдется, я уверена. Вот дочь моей подруги тоже сидела сидела и тут ее отправили вместо секретаря на одно совещание и там ей встретился прекрасный парень - хорошая семья, умный, образованный. Кажется скоро планируют свадьбу. Как я рада Варечка, что ты работаешь в «Ростоке» - отличное место. Я была уверена, что тебя возьмут. Только вот правда не слишком ли ты много работаешь? Может можно как-то уменьшить рабочие часы.

— Ну пока не получается.

— Буду думать, что это потому что ты хороший специалист, а не то что на тебе можно ездить, - добавил Егор.

И то и то правда.

Я смеюсь. Но внутри становится неожиданно немного грустно. Все они сейчас говорят об одном и том же. О хорошем мужчине. Образованном. Надежном. Таком, которого можно без стыда привести домой. И никто из них даже представить не может, что последние восемь месяцев я почти каждый день переписываюсь с человеком, который не подходит ни под один из этих пунктов.

После ужина мама отправляет мужчин переставлять какую-то полку в кладовке. Егор ворчит. Отец ворчит ещё громче. Но оба идут.

Яна собирает чашки.

— Давай помогу.

— Давай.

Мы остаёмся на кухне вдвоём. Несколько минут просто убираем со стола.

— Фух, с каждым днем становится все тяжелее выполнять домашнюю работу, - говорит Яна.

— Давай я сама помою.

— Да нет, не настолько я еще обессилена. Просто иногда охото сесть и не вставать.

— Егор помогает тебе?

— Конечно. Все свободное время возле меня. Недавно притащил какую-то детскую качалку, но она такая дорогущая. Да и не знаю понадобится ли она нам вообще.

— Егор для своей семьи ничего не пожалеет, он такой.

— Да...

Потом Яна вдруг становится серьёзнее.

— Варь.

— М-м?

— Можно вопрос?

Я настораживаюсь.

— Конечно.

Она ставит кружку в шкаф. Медленно. Будто подбирает слова.

— Тебе не кажется, что Егор в последнее время немного изменился?

Я удивлённо смотрю на неё.

— В смысле?

— Не знаю., — Она пожимает плечами. — Может, я накручиваю себя.

— Ян.

— Он начал играть.

— Во что?

— Ставки какие-то.

Я хмурюсь.

— Серьёзно?

— Да нет, не страшно пока., — Она быстро добавляет: — Там совсем мелочи. Сто рублей. Сто пятьдесят. Иногда двести.

— И часто?

— Не каждый день., — Она опускает взгляд. — Но раньше вообще не было.

Я молчу. Егор никогда не производил впечатления азартного человека. Наоборот. Он всегда был самым разумным из нас.

— Ты говорила с ним?

— Говорила.

— И?

— Он смеётся., — грустно улыбается. — Говорит, что это просто ради интереса.

Я складываю полотенце.

— Может, действительно просто ради интереса.

— Может., — Но в голосе Яны слышится сомнение.

И мне вдруг становится тревожно. Совсем немного. Но достаточно, чтобы запомнить этот разговор.

— Ты только не переживай раньше времени, ладно?

Яна улыбается. Проводит ладонью по животу.

— Стараюсь.

— Если что-то будет не так, скажешь мне. Это все скорее всего что-то действительно не серьезное. Ты ведь знаешь Егора. Он никогда не будет чем-то рисковать.

— Конечно.

Из коридора доносится голос Егора:

— Девчонки, вы где там потерялись?

— Идём! — кричит Яна.

Она улыбается уже привычной улыбкой. Тёплой. Спокойной. Но когда выходит из кухни, я ещё несколько секунд смотрю ей вслед. И почему-то думаю, что она переживает сильнее, чем хочет показать.

Домой я выхожу уже около десяти. Воздух тёплый. Где-то во дворе смеются подростки, лает собака, а я иду по знакомой улице и думаю о Яне.

Телефон звонит. Ира.

— Привет, еще раз. Ты не забыла, что завтра обещала меня подменить? Решила тебе напомнить.

— Даже не спросишь, хочу ли я?

— Нет.

— Какая ты добрая.

— Знаю.

Я улыбаюсь.

— Зачем тебе час?

— Маникюр.

— Очень уважительная причина.

— Я тоже так считаю. Поэтому не засиживайся до позна в своем телефоне. Кстати... твой сиделец писал сегодня?

Я тяжело выдыхаю.

— Ира.

— Что Ира?

— Нормально всё.

— Варя, я серьёзно.

— И я серьёзно.

— Ты слишком спокойно к этому относишься.

Я смотрю на тёмные окна домов.

— Может быть.

— Ты его даже не видела ни разу.

— Видела на фото.

— Это не считается.

Я качаю головой.

— Спокойной ночи, Ира.

— Ладно. Но я тебя предупреждала.

Она отключается.

Я убираю телефон в карман и медленно иду дальше. Наверное, они все правы. И Ира. И Катя. И мама бы сказала то же самое. И Егор. И любой нормальный человек.

Потому что как ни крути... Дело в том, что он действительно сидит.

Глава 2

Варя.

Да-да, вы не ослышались. Он сидит.

Не сидел. Не сидел когда-то давно. Не бывший заключённый. Не человек с туманным прошлым

На данный момент, прямо сейчас, пока я иду домой по освещённой фонарями улице, Денис Мельников находится в исправительной колонии в двухстах километрах отсюда.

И именно с ним я переписываюсь уже почти восемь месяцев.

Если бы год назад кто-нибудь сказал мне, что я окажусь в такой ситуации, я бы рассмеялась человеку в лицо. Потому что это не про меня.

Я вообще девочка правильная. Из хорошей семьи. С нормальной работой. Без бунтарских наклонностей и тяги к приключениям. Я даже дорогу перехожу только на зелёный. Но жизнь почему-то решила пошутить.

Началось всё совершенно случайно. В тот вечер я просто листала ленту. Устала после работы. Лежала на диване. Ничего особенного. Тогда мне пришло сообщение. От незнакомого мужчины. Обычное. Без пошлостей. Без дурацких подкатов. Без фотографии определённого места организма вместо приветствия.

Просто:

"Привет. Красивая улыбка."

Я не ответила. Потом он написал ещё через несколько дней. Снова ничего особенного. Снова проигнорировала. Потом ещё раз. И почему-то именно тогда ответила. До сих пор не знаю почему. Наверное, от скуки. Наверное, потому что был тяжёлый день. Наверное, потому что мне понравилось, что он не пытался изображать из себя кого-то другого.

Слово за слово. Сообщение за сообщением. Мы начали общаться. Сначала пару раз в неделю. Потом каждый день. Потом я стала замечать, что улыбаюсь его сообщениям. Потом привыкла желать ему доброго утра. Потом начала ждать ответа.

Правду я узнала через несколько дней переписки. Точнее наверное сообщений. Мы как-то оба поняли, что речь идет уже о знакомстве, а не просто перебрасыванием парой фраз. Денис написал сам. Честно. Без попыток приукрасить. Без жалости к себе. Без оправданий. Просто сообщил, что находится в колонии.

Помню, как тогда закрыла телефон и почти сутки не отвечала. Думала. Пугалась. Представляла себе всё самое ужасное. Пыталась убедить себя, что нужно закончить это прямо сейчас. А потом всё равно написала. Потому что за это время Денис уже успел стать для меня не заключённым. Не уголовником. Не человеком из новостей. Он стал просто Денисом. Тем самым мужчиной, который спрашивал, поела ли я. Который называл меня зайчоной. Который смешил меня после тяжёлых дней. И который почему-то оказался гораздо человечнее многих людей на свободе.

Так началось наше общение. Просто каждый день дружеская поддержка. Денис ничего не требовал, ничего не просил, ничего не обещал. Ему было важно просто чтобы я ему отвечала. И я отвечала. В какой-то момент для меня это стало важным.

Если вдуматься, звучит это совершенно абсурдно. Варвара Сергеевна - педагог высшей категории, умница, отличница, из интеллигентной семьи, что лишь мило улыбается и никогда не позволит себе ооочень углублённого декольте, общается с уголовником. Мысль звучит просто фантастически для каждого знакомого человека. И мне в кошмарном сне бы не приснилось такое кому-нибудь рассказать.

Этим я только осмелилась поделиться с подругами и понеслось. Вот тогда начался настоящий кошмар.

— Нет. Нет и ещё раз нет., — Ира ставит чашку на стол так решительно, будто только что вынесла окончательный судебный приговор.

Я вздыхаю.

— Мы даже не начали.

— А что начинать? Я всё уже сказала., — подруга сидит с лицом прокурора, который собирается посадить особо опасного преступника.

Напротив неё сидит Катя и с интересом переводит взгляд с меня на Иру.

— Я полностью согласна с Ирой. Варя, ну о чем тут можно говориь?, — и тут же добавляет — А он хоть симпатичный?

— Катя!, — возмущается Ира.

— Что? Мне интересно!

Да, это правда. Помню как налились глаза Кати о новости о Денисе, подруга наверное яростнее кряхтела, чем Ира. Но ее природная девичья натура иногда берет вверх.

— Не это сейчас важно.

Я невольно улыбаюсь.

Катя сразу оживляется.

— Ага! Улыбается! Значит симпатичный.

— Варя!

— Что Варя? — смеюсь я.

— Ты вообще слышишь себя?, — Ира подаётся вперёд. — Он сидит.

— Я знаю.

— Нет, ты не знаешь. Ты это произносишь как будто он работает в соседнем городе.

— Ира...

— Он сидит в тюрьме. В настоящей. С охраной, решетками, режимом. Какой еще тут может быть аргумент?

Катя кивает.

— Это, конечно, минус.

— Конечно?!, — косится Ира.

— Большой минус., — поправляет Катя.

— Спасибо, Катя.

— Всегда пожалуйста., — тут же отпивает свой кофе и смотрит в сторону.

Наши обычные посиделки с моими девчонками. Мы любим собираться вместе и поболтать немного. О чем мы начали? Ах да, Катя купила новые туфли и хочет в них сходить на свидание. Потом как-то перешли, что в туфлях неудобно на загородном корпоративе. Потом что прошлый корпоратив был отстой. А вот тогда на первом курсе была просто бомба.. или нет... этот разговор был в прошлый раз.

Так с чего же мы начали? Теперь даже и не вспомнишь. Потому что каждый раз все сводится к одному. Неважно какая тема она быстро перетекает к человеку, который сидит в двухстах километрах отсюда. Начинаю подозревать, что это какой-то талант.

Я качаю головой.

— Вы драматизируете.

— Мы переживаем., — На этот раз голос Иры становится серьёзнее. — Варя, ты хорошая девочка.

Я морщусь. Ненавижу эту формулировку.

— Не начинай.

— Начну., — Она не отступает. — У тебя нормальная семья.

— Да.

— Нормальная работа.

— Да.

— Нормальная жизнь.

— Да.

— Тогда объясни мне, зачем тебе мужчина из колонии?

Я открываю рот. И закрываю. Потому что сама не знаю ответа.

И вообще он мне не мужчина. Мы просто переписываемся. Он друг. За все время Денис не разу не намекнул на что-то романтическое. Никак не обозначал меня, не предлагал свидание или говорил что-то о любви. Да, его манера речи может где-то показаться заигрыванием. Но это всего лишь дружеское общение. И объяснить это становится все сложнее.

— Варя, ты добрая девочка. И такие девочки очень любят спасать людей.

— Я никого не спасаю.

— Уверена?

Я молча смотрю на Иру.

— Ты его жалеешь?

— Нет

— Тогда почему оправдываешь каждую вещь, связанную с ним?

Катя тут же встревает:

— А за что он сидит?

— За драку.

— Вот!, — Ира победно разводит руками. — За драку.

— Там была самооборона., — начинаю тихо мямлить я.

— Так говорят все. Естественно он не виноват, его подставили. Или был несправедливый суд. Или виноват кто угодно, кроме них самих.